Если говорить о земных аналогах, то по уровню развития воинского искусства и вооружений ближе всего времена Генриха Наваррского, хотя имеются и отличия. Точных копий земных эпох, стран и событий в ОЭ вообще нет.

События подаются через репортеров. Их (и кто бы мог подумать?) четверо.
Дени Колиньяр - теньент, адъютант генерала Арно Савиньяка.
Стивен Хейл, пехотный капитан.
Рейнхард фок Варзов, полковник, командир сборной дружины Бергмарк.
Алонсо Алва, маркиз Алвасете - генерал, командующий кэналлийским кавалерийским корпусом.

Кроме них в повести действуют маршал Манрик, генералы Понси и Люра, полковники Пуэн, Арриж, Капуль, теньент Варден и ряд обладателей других известных по основному циклу фамилий.

Книга ушла в издательство и скоро выйдет. Начало повести было выложено здесь на День Победы. Вот еще один фрагмент. Он мог бы быть спойлерным, но о судьбе Арно Савиньяка знают не только талигойцы, но и читатели основного цикла. Репортер: Дени Колиньяр.
_______________________________________________________________ Боль в плече была дикой, но она отрезвила. Он же видел, как кэналлиец останавливал Кракла, видел и тоже попался!
– Здесь ты больше не нужен, – Алва передвинул руку, ослабляя хватку, но держать не перестал, только что-то быстро велел своим по-кэналлийски. – Ты не женщина, не старик и не можешь отложить жизнь и дела ради смерти. Даже такой.
– У меня нет дел. Больше нет…
– Есть. Нужно принять полковника Лэкюрё с адъютантом. Ты их знаешь, и ты не пьян. Идем.
– Да, сударь, – да кому он нужен этот Лекюрё! Кому оно вообще… Генерала жаль до неистовства, а в голову лезет, что опять придется болтаться при Манрике, и Манчу теперь не выкупить... Хороший, чудесный человек умер, его нет и не будет, а ты думаешь о своих делишках. Дрянь, шкура корыстная…
– Мой генерал, позвольте… Я сейчас вернусь, мне надо за лошадью.
– Не надо, – отрезал кэналлиец, но пальцы разжал, – Манча теперь твоя, ее седлают.
Создатель, еще и это!
– Нет, она же… Я не возьму! Кровная мориска из ваших конюшен не имеет цены.
– Это подарок Арно. Он за тебя поручился, только изволь выучиться как следует ездить. Эстебан тебе поможет.
– Мой генерал, я… Я в самом деле хотел эту лошадь, я многое хотел, но если б только можно было сделать так, чтобы все было не так... Чтобы ничего не было!
– Глупости. Есть люди, которых лучше потерять, чем не знать. Арно из их числа, так что нам с тобой повезло.
Наверное, повезло, только как же сейчас скверно. Помри месяц назад Манрик, адъютанты с порученцами разве что гадали бы, кто его сменит, а ведь старик – неплохой человек, даже хороший, так что пусть живет, только Савиньяк… Пока он был, как-то не думалось, что это значило для армии, для Талига, для тебя, зато теперь все стало ясно.
Топот, звяканье железа, ночь выпускает десяток конных с двумя лошадьми в поводу. Светлый, почти туманный силуэт – жеребец Алвы, и рядом ожившая тьма со звездой на плече. Манча. Его лошадь, подарок его генерала. Просьба адъютанта – такая мелочь, но Савиньяк не забыл...
Светлый всхрапывает, валится плечом на хозяина, будто хочет что-то сказать. Может, даже говорит, потому что Алва отвечает и сразу же взлетает в седло.
– Ты можешь сидеть на пороге, – бросает он, разбирая поводья, – можешь быть в своей палатке, в Олларии, в Алвасете. Легче не будет, разве что в бою. Едем.

Кто скажет, какие тайны хранят старые гробницы, и что до времени спит в живой крови? Кто знает, чем обернутся игры с минувшем? А игры с законом, с дружбой, верностью, любовью? Игры со смертью?

Нарушить слово, всыпать яд в бокал друга, подделать улики, подослать убийц, оскорбить одну женщину, оттолкнуть другую и лгать, лгать, лгать… Из всех путей молодой король уверенно выбирает самый подлый. Он не сомневается в успехе, он торопится. В зимней холодной тьме ворочается разбуженная глупцами и клятвопреступниками смерть. Кого она заберет?

В пятый том нового издания «Отблесков Этерны» вошли:
Повесть «Ветер Каделы». Публикуется впервые.
Роман «Яд Минувшего», ранее выходивший в двух томах.
Приложения:
- Карты битвы при Каделе (пять этапов) с условными обозначениями.
- Несколько штрихов к возникновению аристократии Золотых Земель – краткий очерк.
- «Наследование эорийности и Повелительства» (Конспект публичной научно-популярной лекции, которая, возможно, будет прочитана в Марагонском государственном университете имени Его Величества Карла Оллара в начале следующего Круга Волн).

Страниц - 926.
Ориентировочная дата выхода - начало сентября.

Подробности о повести и внутренние иллюстрации в окончательном виде будут немного позже.

– Сударыня! – Селина, судорожно сжав руки, смотрела на Зою. – Сударыня, что теперь будет?!
– Утро, – обрадовала капитан. – Вы тепло одеты, вас двое. Вы увидите утро и пойдете в другой дом. Этого больше не будет.
– Надор? – выдохнула Луиза, уже все поняв. – Они идут в Надор?!
– Нет, они просто уходят. Зачем стеречь то, чего к утру не станет?
– Айри!.. Там же Айри! – Сэль рванулась, но Луиза, изловчившись, ухватила дочку за рукав.
– Там не только Айрис. – Святая Октавия, Создатель, кто нибудь, разбудите или прибейте! – Зоя, почему?! Почему ты не сказала?
– Так было проще. – У нее нет тени, только и всего. У Зои Гастаки нет тени, на небе четыре луны, а камни окончили стражу. – Проще всем. Те, внизу, должны платить, вы – нет. Я должна быть с Арнольдом, ты должна остаться горячей. Так и будет.
– Ты должна была сказать! – Селина снова дернулась, и Луиза обхватила дочь обеими руками. – Мы могли бы… Могли бы спасти всех!
– Они платят, – женщина без тени покачала головой, – чашу разбили, вода ушла, ничего нельзя изменить. Звезда взыщет долг и упадет, а луны зайдут. Останется зола, но вас это не затронет. На вас вины нет.
Не затронет… Эйвон, Айри, Реджинальд, девчонки, Джоанна, которой она обещала столичную жизнь, даже Мирабелла… Святая Октавия, за что?!
– Как же так?! – прошептала Сэль. – Как же так?
– Так вышло, – отрезала капитанша, – мы все равно ничего бы не смогли…
– Это из за меня! – Руки дочки бессильно упали на плащ, она больше не хотела бежать. Жить она тоже не хотела. – Если бы не я, Айри ушла… Она боялась, что я не выдержу… Дороги не выдержу. Мама, она вернулась из за меня!
– Прекрати. – жестко сказала Луиза. – Айрис вернулась из за метели, лошадей и приступа. Это она не могла идти, не ты.
– Те, кто платит, никуда не уйдут, – хмуро бросила Зоя. – Снег заодно с камнем. Снег караулил.
– Ты поняла? – Луиза ухватила дочь за плечи и как следует тряханула. – Никто ничего не мог сделать!
– Поняла, – голос Селины был мертвым, – но лучше бы мы ушли… Вместе. Или остались…
Что лучше: замерзнуть, задохнуться в снежной замети или угодить во сне под обвал? Если повезет, можно ничего не понять, как не поняла малышка Николь, когда случайный камень пробил ей висок, только спят ли сейчас в замке?
– Айри знала, что умрет, – из глаз Сэль катились слезы, она их не вытирала, – она не верила, что придет завтра… Но ее никто не понял… Никто…
Айрис что то чувствовала, иначе она бы не рвалась из Надора на ночь глядя, и Эйвон тоже. Граф не сошел с ума, решившись все бросить и бежать, его что то гнало прочь из замка. Это они с Селиной ничего не слышали и боялись метели и волков. Умом боялись, но ум на Изломе плохой советчик…
– Не говори ерунды! – прикрикнула Луиза, но это не было ерундой. Не было…

– Айри, все хорошо… Лошади знают, что делают. Там волки, обвалы, а может, и что похуже. Собаки зря выть не станут…
– Кузина! – Наль словно бы вырос на глазах. – Кузина… Клянусь, она больше никогда не посмеет… Если она скажет что то оскорбительное, я…
– Не надо, – Айрис слабо улыбнулась, – спасибо, но… уже ничего не надо.
– Вот и хорошо. Теперь выпьем чего нибудь горячего и спать. А собираться – завтра.
– Зачем? – Айрис устало бросила перчатки и хлыст на пол. – Пусть будет, как есть…

– «Пусть будет, как есть», – повторила Луиза. Зоя не поняла, пришлось объяснить:
– Это сказала Айрис, когда я уходила к себе. А Эйвон вообще ничего не сказал… Рыцарь, раздери его кошки! Он ведь тоже знал… Не понимал, но знал…
– Ты его любишь, этого Эйвона? – подалась вперед Зоя. – Любишь?!
– Люблю. – Это все, что она может сделать для нелепого старого рыцаря. Солгать, и пусть эти проклятые булыжники слышат! Может, услышит и Эйвон, хотя, когда рушится дом, не до любви.
– Почему ты молчала?! – Глаза Зои полыхнули болотными огнями. – Дура!..
Сзади напирал гул и скрежет – камни все ползли и ползли. Луиза провела рукой по лицу и поняла, что плачет. И когда успела?! Зоя что то хрюкнула, вскочила на ноги и, тяжело топая, побежала к каменному потоку. Судорожно вздохнула Селина.
– Куда ты? – завопила вслед Зое Луиза. – Осторожней!
– Якорь вам в глотку, – проревела на бегу капитан Гастаки. – Обеим! Я уже сдохла! Я холодная… Я их вытащу! И девчонку, и мужика!..
Темная плотная тень вспрыгнула на двугорбый валун, перебралась на другой, ползущий рядом, покачнулась, нелепо плеснув руками, и снова прыгнула, теперь на плоскую плиту. Та накренилась, но Зоя успела вскочить на соседнюю глыбу. Грузный силуэт отчетливо виднелся на фоне звездного неба. Капитан придержала шляпу и завертела головой, примеряясь к очередному броску. Она двигалась на первый взгляд неуклюже, но ни разу не ошиблась, уверенно пробираясь к извергавшей холод чаше. К своей тропе…
– Она их приведет? – Селина, закусив губу, смотрела на странную женщину без тени, женщину, полюбившую Арнольда. – Ведь приведет?!
– Конечно, – сказала Луиза то, что только и могла сказать. – Она – молодец… Ну и повезло же этому борову, твоему папаше!