Турпоездка по Кагете

[Станислав]

Станиславу было плохо. Очень плохо. Гораздо хуже, чем в похмельное утро после пира, устроенного в день рождения наследника Бааты (хотя хуже, кажется, быть просто не может). Голова раскалывалась на мелкие кусочки. Перед глазами стоял туман, руки тряслись, вкус во рту был неописуемо мерзкий. Хорошо хоть проклятый зелёный цвет рассеялся. Станислав не мог, хотя даже и не пытался вспомнить содержание своего ночного сна. Перед мысленным взором возникали лица знакомых и незнакомых ему людей, от которых Прокурора бросало в холодный пот. «Воистину, прав был классик, сказав: «Можно наложить смертельную зелень на лицо человека – и будет ужас», - подумал хмуро подумал Станислав. – А что надо делать, когда тебе плохо непонятно от чего? Правильно!»

Станислав стал шарить по своим карман и очень быстро обнаружил свою «секретную» фляжку. Содержимое посудины, жидким огнём опалив гортань, стекло в желудок и немедленно оказало своё благотворное действие. Лицо Прокурора стало приобретать здоровый румянец. Заметив эти изменения в облике своего спутника Цезарь молча протянул руку за фляжкой.

- Учти, здесь спирт, - коротко предупредил Станислав.

- Откуда? – коротко выдохнул Цезарь через несколько секунд.

Станислав не ответил. Алкоголь вернул ему способность не только здраво мыслить, но и удивляться. И теперь он с всё большим интересом смотрел на Марселя Валме, которого здесь ну просто никто не ждал. Под его хмурым взглядом Марсель чувствовал себя неуютно. Впрочем, продолжилась эта мизансцена совсем недолго. Станислав пришёл к какому-то умозаключению, вытащил из-за пояса свой пистолет и навёл его на «господина полковника».

- В самом начале нашей экскурсии, - сказал Прокурор, - нам повстречался литтон, который успешно косил под Эледема. Теперь к нам, после бурно проведённой ночи, вынырнул совсем непонятный субъект, которого тут быть не должно. Предлагаю вам, граф, в течение трёх секунд найти убедительное для меня объяснение, которое бы пролило свет на ваше пребывание в Кагете. В противном случае вы проследуете до нашего Мага и он сделает с Вами что-нибудь противоестественное. Время прошло. Раз…

Глаза Марселя Валме (или кто он там на самом деле) собрались в кучку. Решительность Станислава не вызывала у него сомнений...

[C@esar]

- Помилосердствуйте господа, да что же это такое, жабу его соловей?! - Марселя все-таки прорвало. - Еду себе тихо, никого не трогаю, проверяю секретную развединформацию (подчиненным никакой веры нет, все норовят "интерпретировать" полученные данные в самом радужном свете... тьфу!.. вот и приходится все самому делать). Слышу звуки какие-то непонятные.. и вой.. не то волчий, не то вообще птице-рыбо-дурний (Кузя смущенно попытался юркнуть за спину Цезарю). Пытаюсь узнать, какого Леворукого здесь творится - пистолетом грозят, жабу его соловей!
В общем так, благородные эры... Предлагаю компромисс - вы меня не видели, я вас не видел - и тихо-мирно расходимся каждый по своим делам...

Цезарь готов был с этим согласиться - убийство Главного Разведчика Олларии в его планы не входило совершенно. Учитывая связи последнего, мстя будет страшна и неотвратима... Но все-таки он решил сделать еще одну попытку разговорить Марселя.
- А все-таки... Что же Вы, сударь, здесь один, ночью? Вам бы сейчас дома с женой сидеть (или не сидеть.. кхм..) Быть может по одному делу работаем?
- Так скажите свое дело, а там посмотрим - по одному или нет. - Валме явно был не намерен рассекречивать информацию.
Глаза Станислава потемнели от гнева... И в этот момент Шар, брошенный Эледемом приобрел цвет мокрого асфальта. Светало...

[Аждаха]

Аждаха сидела на земле, нежно прижимая к груди драгоценную папочку, и время от времени болтая отчаянно гудящей головой, смотрела как Эледем приводит в чувство потерявшую сознание Аларвен. Эльфийка, героически защищающая их с Эммери от Нечисти, все-таки не выдержала нагрузки…
После какого-то заклинания Эледема, эльфийка застонала и открыла глаза.
  - Аларвен, ты в порядке? Ты меня узнаешь? – с беспокойством посмотрел на нее Маг.
  - И готова ли ты выйти за него зам-м-м-м?… - непроизвольно вырвалось у свахи, прежде чем Эледем наложил таки на нее заклинание временной немоты.
Если я переживу это путешествие, -- пронеслось в голове у Аждахи, - мне не будет страшна никакая свекровь! А если не переживу, - взгляд упал на папку с анкетами, - то на моем могильном камне напишут «Она до последней минуты помнила о своем деле!»
Трогательные размышления свахи о своем будущем прервали вернувшиеся Станислав с Цезарем. На руках кансильера Бакрии поскуливал раненый Кузя, сам Цезарь выглядел не намного лучше своего питомца, видимо Нечисть добралась и до него… Станислав же вел под пистолетом какого-то разряженного франта. Спустя мгновение сваха узнала в нем одного из самых перспективных холостяков Кэртианы, Марселя Валме.
А он-то тут откуда взялся?! – взвопила бы она, если бы на нее все еще не действовало заклинание Эледема.
Убедившись, что все целы и почти невредимы, Прокурор произнес, глядя на Мага с Эльфийкой:
  - Может вы объясните нам, что происходит?

[Станислав]

… Опасения (или надежды?) Станислава, что «Марсель Валме» окажется нежитью не подтвердились. Магу хватило нескольких мгновений, что бы распознать в нём человеческую природу. Это решило один вопрос, но зато потянуло за собой цепь иных. Что делает на территории Кагеты Валме?  Что за информацию он собирает от своих подчиненных и кем являются эти самые «подчинённые»?  Всё это было очень интригующе и непонятно. 

Постепенно заря превратилась в полноценный рассвет. Солнце поднявшее из-за горизонта разогнало тени. Ночные страхи хоть и не были забыты, но отступили куда-то в сторону, не в силах заслонить собой радость нового дня и чувство голода, которое всегда следует за сильными потрясениями.

… - А всё-таки, Марсель, сказите, что привело Вас на эту залитую солнцем поляну?  – Станислав уже в …дцатый раз пытался узнать цель появления бывшего вертопраха, бывшего посла и  бывшего позора семьи.

- Как это как я здесь оказался?  – картинно изумился Марсель, - вы же сами привели меня сюда. Под дулом пистолета, - добавил он.

Если этим он намеревался смутить Прокурора, то это ему не удалось. Станислав, был сыт, а значит и храбр и его совершенно не смущало в каком он тоне разговаривает с далеко не последним человеком государства, от которого зависела Кагета. Валме же вежливо улыбался и с готовностью рассказывал о талигских сплетнях, но на провокационные вопросы не отвечал. Талигоец прекрасно понимал, что никто к нему мер воздействий применять не будет. Понимал это и Станислав. Настроение это ему не улучшало, но он прекрасно сознавал те границы, переступить которые в данных обстоятельствах он не мог. 

Станислав глядел на непонятного гостя, который между тем рассыпался в комплиментах к Аларвен и Аждахе. «Как ни обидно это осознавать, но графа придётся отпустить»,  - пришёл к окончательному выводу Прокурор, с удовольствием прихлёбывая чай*.

* Вообще, на взгляд Станислава, чай был одним из самых приятных следствий встречи с Эледемом, ибо именно он снабжал Прокурора этим напитком. До своего попадания в Кагету, Станислав считал что в этой стране произрастает чай (благо упоминания о некой тонизирующей «кагетской травки», которую следует заваривать имелись и в Мачтасти), но увы – грубая реальность разбила эти надежды. В Кагете не росло чая, так как климат был совершенно неподходящий. Для этого растения был необходим влажный и тёплый климат тропиков и даже благодатные условия Нижней Кагеты для него были чересчур экстремальны. Вот если бы в Йерне действительно росли джунгли, тогда дело было бы совсем другим, но мы то знает, что это не так.  Что касается «кагетской травки», то она представляет собой некий аналог нашего Иван-чая. Его настой, действительно обладает тонизирующим эффектом, но удовольствия от его распития получается мало.

[Alarven]

   Судя по вполне живому ржанию и... как там называются звуки, издаваемые ослами? - с нашими животными все было в порядке. Очнувшаяся и вполне живая Эммери обрадовалась новому лицу больше всех, и, судя по лицу Марселя Валмэ, он уже успел пожалеть, что не прихватил с собой важнейшую походную вещь - накладной живот. Ибо при его наличии девушка еще могла бы не счесть "графа Ченизу" интересным, а так... Впрочем, скоро у Марселя не осталось времени о чем-то жалеть - ему в руки легли пятнадцать (ого, анкета растет! ) листов его нового "личного дела"... Неутомимая Аджаха не теряла времени даром и, кажется, у нее появился реальный шанс пристроить нашу Эммери. 

[C@esar]

Когда Марсель осознал, что это за анкета и чем ему это грозит, он сразу заторопился:
- Так, засиделся я с вами, а мне пора. Надо бы поскорее закончить здесь с делами и в Ургот, к невесте заскочить. А анкету я как-нибудь потом заполню. Что тут у нас? "Опишите ваше самое счастливое воспоминание в возрасте от 3 до 6 лет?" Какая прелесть! В другой раз.

На лицах Эмммери и Аждахи проступило разочарование. Цезарь и Станислав тоже не особо радовались - они так и не вытянули из него информации. А Эледем и Аларвен все еще отходили от битвы...

В общем, провожающие Марселя лица представляли собой весьма унылое зрелище...

Через 2 оры...
Туристы собирали вещи. Задерживаться на этом месте дольше необходимого им не хотелось совершенно. В отличие от животных.
Лошади истошно ржали и становились на дыбы, ослица громко ревела и брыкалась. На груди у Цезаря отпечатались следы копыт...

Конечно, Маг и Эльфийка постарались успокоить их волшебным способом, но удалось это далеко не сразу.
И все-таки друзья смогли выехать достаточно рано, чтобы к вечеру успеть в следующий населенный пункт.

[Аждаха]

Селение, в которое прибыли туристы, было невелико. Постоялый двор был один, и тот захудалый, но это все равно было лучше, чем еще одна ночевка под открытым небом, особенно, учитывая события прошлой ночи.
Эммери, как выяснилось, в этом селении уже приходилось бывать. Отец девушки, в прошлом году приводил сюда овечий молодняк на продажу, и она увязалась с ним. Как оказалось, у девушки была хорошая память – она не только помнила поименно большую часть жителей, и кто чей родственник, но и могла сообщить такую полезную информацию, как место жительства кузнеца (Мирабелла в пути потеряла подкову) или знахаря (в последнем, к счастью, не было необходимости). Собственно, она же и указала туристам на постоялый двор, без нее им бы пришлось потерять массу времени, пытаясь его опознать.
  - А это что? – Цезарь указал вдруг на покосившуюся, подобно пизанской, башню, видную даже издалека.
  - Это? – Эммери даже вздрогнула, взглянув на памятник архитектуры. – Это старая караульная башня. Когда-то давно, здесь часто совершались набеги бакрийцев…
Туристы озадаченно переглянулись.
  - Оригинальное толкование истории! – прошептал себе под нос Эледем.
  -…с тех пор прошло много времени, четверть круга, наверное, не меньше… - образованность Эммери, для селянки, была прямо фантастической. – Набеги прекратились. Башню хотели использовать для хранения зерна, но… - голос девушки понизился до шепота – в башне поселился призрак!
  - Призрак? – переспросила Аждаха. Сваха не была слишком суеверной, но прошедшая ночь, а так же близкое соседство Мага и эльфийки, заставили поколебаться ее уверенности в невозможности многих вещей. 
  - Да. Люди до сих пор бояться туда заходить, говорят, что если встретиться с призраком лицом к лицу, можно обезуметь! Говорят еще, что оттуда часто слышны какие-то фразы! Если долго-долго прислушиваться, можно даже понять, о чем говорит призрак. Старейшины считают, что это высшая мудрость недоступная простому разуму… - вздохнула Эммери.
Туристы отправились к постоялому двору и только Прокурор бросил напоследок на караульную башню многообещающий хмурый взгляд…

[Станислав]

«Знаем мы эту высшую мудрость, - думал Станислав меланхолично жуя весьма посредственный ужин, -  пятнадцать способов огуливания овец, не иначе. Что ещё за секреты могут быть в этой богом забытой деревушке в глухом уголке заштатного государства?  Мы и так уже здорово поднялись в горы, скоро минуем последние села и вступим в места практически ненаселённые, можно сказать – даже ничейные. А тут – высшая мудрость… Тьфу!  »

Впрочем, мысли о башне не покидали Прокурора и когда он отпаривался почивать, благо клоповник в его матрасе этому очень способствовал. По короткому размышлению Станислав не стал связываться с вредным насекомыми и предпочёл покинуть поле так и не состоявшегося боя. Выйдя во двор, Прокурор задумчиво посмотрел на скалу, на которой и высилась местная достопримечательность.

«С другой стороны, - вкрадчиво заговорил внутренний голос, - под высшей мудростью может пониматься самые неожиданные вещи. Может призрак знает, где зарыт богатый клад и заставляет соискателей отгадывать загадки?  »  Путешественник сделал большой глоток из своей «секретной» фляжки со спиртом. «– Точно! Там клад!  И как эти олухи не догадались до столь очевидной вещи?  Хотя, что с них взять, Кагеты все без царя в голове и не отличаются особым умом. И я ведь сейчас говорю о нормальных подданных, а вот если вспомнить о здешних казаронах, то становится просто страшно…  » - Станислав сделал очередной глоток из фляжки. «– Да кого ты обманываешь!!! – завопил внутренний голос, - признай, в этой стране нет вообще умных людей, вон даже Баата… Мама!» - крамольную мысль додумать не удалось, так как Станислав обнаружил, что падает на землю.

… Оторвав голову от земли Станислав грязно выругался. Оказалось, что сам того не заметив, он отправился прямиком к башне и уже успел преодолеть более трети пути по склону. Где-то внизу была деревня с таким уютным, по сравнению с этим голым склоном, постоялым двором, а на вершине скалы смутно угадывалась сторожевая башня. Самое интересное, что Прокурор умудрился проделать значительную часть пути в практически полной темноте и не глядя под ноги. «Удивительно, как я тут ноги не переломал,  - хмуро отметил Станислав, - всё, пора с выпивкой на сегодня завязывать». Приняв это судьбоносное решение, путешественник поднялся с земли. Было холодно. Над головой сияли заёзды. Возвращаться в клоповник не хотелось и Станислав пошёл дальше вверх по склону.

Не смотря на то, что расстояние было не таким уж и большим, и что из-за облаков наконец-то вышла луна, Прокурор ухитрился упасть ещё три раза. К тому моменту, когда он подошёл к башне он весь взмок от пота, покрылся синяками и исчерпал весь соответствующий словарный запас.

Сама башня не производила особого впечатления даже в свете луны. Дурында метров в шесть-семь вышиной, слегка покосившаяся набок от собственной тяжести. Станислав вошёл вовнутрь и присел на каменную скамейку, что стояла у стены напротив входа. «И какого рожна призрак выбрал её в качестве последнего приюта?  Нет что бы поселиться поближе…» - усталой мыслью промелькнуло у него в голове. А затем он заснул. Сквозь сон Станислав ощутил дискомфорт. Это не было похоже на те симптомы, что сопровождали появление Пегой Кобылы. Никакого зелёного ужаса, скорее осознание факта, что на тебя внимательно смотрят. 

Проснувшись Прокурор первым делом увидел глаза. Мутные, они смотрели на путешественника задумчиво. Станислав встречал подобные взгляды у городских попрошаек, которые смотрят на богатых людей и размышляют на тему: «А что бы такого у него стыбрить?» Через минуту до Прокурора дошло что субъект, стоящий на против него свободно пропускает через себя лунный свет.

- Учти, - строгим голосом молвил Станислав, - я с призраками на короткой ноге. Так что твои фокусы, которыми ты пугаешь местных со мой не пройдут.

- Да какие фокусы, - прошелестел бесцветный, как и его хозяин, голос.

- Вот-вот, - важно согласился Прокурор. – Я ведь ещё самого Славу Кпсс знал, а уж он был призрак – не передать.  Да ты не стой в дверях, садись рядом, поговорим, как ты дошёл до жизни такой.

Призрак уселся рядом на скамье. Так как теперь свет на него не падал, то видно его не было и только лёгкий холодок давал знать, что он ещё здесь. Вся история его оказалась простой и можно сказать, банальной. Как выяснилось, казарон Минхантур-ло-Завваз, служил при дворе пра-прадеда Бааты и был уличён в связи с одной и дочерей казара. Отец отказался входить в положение влюблённых и твёрдо решил укоротить охальника на голову. Узнав о том, что его шалости раскрыты Михантур бежал из столицы. По началу казалось, что он смог избежать погони, но люди казара оказались отличными следопытами и шли за ним попятам. Наконец они настигли его в этой глухомани. В этой башне он и принял свой последний бой. Убил двух и вроде тяжело ранил третьего преследователя, но на этом его успехи и кончились. Люди казара отрезали его голову и отвезли её куда-то (наверно ко двору в доказательство своей работы). Тело захоронили местные жители, а сам он оказался привязанным к этой башне. Почему так случилось – сам он не знал.

- Значит, Михась, - вот и вся твоя «высшая мудрость», - вздохнул Станислав. – "Никогда не связывайтесь с дочкой твоего начальника». Мне правда, очень тебя жаль. Застрять в таком месте и с таким окружением. Здесь же овцы умнее людей! 

В ответ до Прокурора донёсся только горестный вздох.

- Скажи, о жертва гормонов, а что ты знаешь о местах лежащих отсюда на Северо-западе? Мы едем туда.

- Пустые места, высокие горы. Ничего интересного.

- Ну а если подумать? Неужели нет никаких ассоциаций?

- Чего у меня нет?  – обиделся призрак.

- Что-нибудь ты о тех местах знаешь? – терпеливо уточнил Прокурор.

Призрак молчал долго. Станислав уже начал думать, что Михась исчез, когда до него долетел бестелесный шелест слов покойного:

- Что-то в детстве я слышал о месте, где духи то ли гор, то ли ветра празднуют наступление новой луны. Говорили, что смертные могли попасть на эти гулянья, да только это было так давно, что никто и не помнил случалось ли такое в самом деле или это только сказки. Это место в стороне от троп людей и по этому никто даже не знал, что оно из себя представляет. Кто-то говорил, что там – пещера, которая уходит к самым корням гор, а кто-то говорил об утёсе, над которым всегда ревёт ветер.

- Судя по противоречивым рассказам, там может не оказаться ни того, ни другого, - вздохнул Станислав.

- И так может быть, - согласился призрак.

В помещении башни вновь повисло молчание. Станиславу было неудобно покидать своего собеседника. Может быть, при жизни он и был нехорошим человеком, но томится столько лет в этой дурацкой башне и не иметь возможности перемолвится словом с живым человеком из-за того, что местные крестьяне трусливее ызаргов – это слишком горькая судьба. 

- Послушай Михась, - наконец сказал он, - я не могу помочь тебе. И вряд ли кто-то сможет. Но я обязательно спрошу у своих спутников, может кто-то из них знает о призраках больше, чем я. Больше я ничего тебе не обещаю. 

 Вместо ответа до Прокурора донёсся ещё один слабый вдох, а затем Станислав ощутил, что его бестелесного собеседника больше нет рядом. Только теперь он почувствовал, как он замёрз. Надо было принимать меры и путешественник полез за своей фляжкой.

Когда Прокурор спускался вниз по склону в его голову пришла интересная мысль: «А что если познакомить Михася с Аждахой?    Может у неё найдётся пара для призрачного казарона? А что, он мужчина солидный, жилплощадь тоже имеется. А анкеты я для него сам заполню, разве что в этой малости я могу помочь ему. Решено, завтра днём можно будет вернуться сюда со свахой ».

[C@esar]

Цезарь с Кузей встретили возвращающегося Станислава. Цезарь принял самый грозный вид. Кузя честно старался.
- Ну и какого Леворукого тебя на гору понесло? А записку оставить? А предупредить? - после приснопамятного визита Пегой Кобылы Цезарь стал чересчур осторожным и подозрительным насчет разного рода ночных прогулок в неизвестном направлении. - Еще полоры и тебя бы разыскивал сводный отряд местного СОБРа в лице моем и Эледема. А разбуженный по пустякам Эледем может в воспитательных целях и шарахнуть чем-нибудь...

- Да ладно... Подумаешь, прогулялся, здесь недалеко, - Станислав показал на башню, до которой было не меньше трети хорны. - Зато познакомился с очень интересным чело... то есть призраком. Завтра с утра надо будет пройтись...
- Всем?
- Ну конечно. Когда еще живого призрака увидите? До Нохи и Валтазара - еще очень далеко. А это пойдет в разряд местных достопримечательностей.

Возвращаться в клоповник Цезарю не хотелось, и они со Станиславом устроились во дворе за импровизированным столиком (просо положили доску на пару пеньков). Цезарь захватил пару бутылок на удивление неплохого местного вина и маринованных улиток (очень неплохая закуска к красному вину). Ясная ночь располагала к лирическому настроению...

[Аждаха]

  - Станислав, ты шутишь или издеваешься? – поинтересовалась сваха, после того, как у нее прошел шок от предложения Прокурора найти невесту для призрака.
  - Спасибо хоть не спрашиваешь, не белая ли у меня горячка… - вздохнул тот. Честно признаться, поутру, на трезвую голову, идея устроить счастливую супружескую жизнь призраку, вовсе не казалась такой уж блестящей. Чего уж скрывать – оценив количество принятого на грудь спиртного, Станислав сам готов был поставить под сомнение, а был ли вообще Михась…
  - У меня был и такой вариант. – не удержалась сваха. – Учитывая количество пустых бутылок…
После этих слов вдохнул не только Прокурор, но и Цезарь. К ночным посиделкам присоединился и Эледем вышедший среди ночи на двор… э-э-э… посмотреть на звезды. В итоге к двум бутылкам местного вина были добавлены три бутылки «Вдовьей слезы», экспроприированной Эледемом прямиком из винного погреба Руздака (ну не смог Маг отказать себе в такой мелочи, не смог!) и молодой барашек жареный на вертеле. Соображали на троих друзья почти до рассвета. Когда Аларвен с Аждахой утром вышли на улицу, они обнаружили мужчин мирно спящими у импровизированного столика. Рядом чахли остатки барашка и валялось семь пустых бутылок, видно кто-то побежал за Клинским Эледем еще раз проверил содержимое погребка Руздака. При этом Эледем нахальнейшим образом чувствовал себя бодрячком, в отличие от мучимых головными болями Цезаря со Станиславом.
  - Я не шучу, вот и Цезарь может подтвердить, что в том момент, когда я разговаривал с Михасем, я был трезв, как стекло! – Прокурор сам поразился, как лихо ему удалось соврать, да еще и приплести Цезаря. «Никогда больше не буду пить вино после спирта!» -пообещал он себе и продолжил: - Вот представь, живет он в разрушенной башне, такой… одинокий, никем не понятый, никем не любимый, как… совсем, как Мирабелла! – пришел в голову Станислава оригинальный маневр. – Год за годом, влачит свое жалкое существование и никто его не пожалеет… А тут Аждаха – благородная и справедливая…
  - Ладно, ладно, уговорил! – засмеялась сваха. – Пошли к твоему призраку, только больше имя Мирабеллы всуе не упоминай, а то женю и не посмотрю, что у тебя уже есть невеста!

[Станислав]

«Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным»  , - мрачно думал Станислав послушно заполняя третий лист анкеты. Впереди было ещё двенадцать. 

- Аждаха, - несколько раздражённо поинтересовался он, - а не всё ли равно, какое блюдо было любимым у Михася?  В его ситуации этот вопрос бессмыслен. Равно как и вопрос о среднем месячном доходе.

- Раз такой умный, то сам ищи ему невесту, - видимо Сваха сама не очень была уверенна в правильности своих действий, но виду старалась не подавать.

- Нет-нет, я не против,  - Михась от волнения даже взмыл на метр верх от парапета башни, на котором сейчас с таким уютом расположилась Аждаха и Прокурор. Вот уж кто откровенно наслаждался процессом подготовки к брачеванию. Измученный одиночеством он откровенно наслаждался, оказавшись в центре внимания и теперь был твёрдо настроен продлить этот праздник души как можно дольше. По этому призрак отвечал на вопросы максимально подробно. Станиславу же приходилось прилагать массу усилий, что бы уместить все показания жениха в анкете.

И чего только не было в этой анкете! Паспортные данные желающего вступить в брак, его вес, рост, предпочтения в еде и выборе одежды, вредные привычки (по этому пункту Аждаха расспрашивала Михась особенно пристрастно), годовой доход, родственные связи и многое другое, что могло бы охарактеризовать жениха. Безобидные, в своей отдельности вопросы, вместе складывались в полноценное полотно допроса, коему позавидовал бы даже многоопытный следователь.  Человек, который ответил бы честно хотя бы наполовину этих вопросов, на взгляд Станислава, должен был себя чувствовать выпотрошённым, как нерестовая горбуша, попавшая в руки опытного браконьера. Сваха безжалостно вторгалась в сферу тайного, внимательно изучала личность своего клиента и видимо выносила свои, наверное только ей одной понятные выводы. Прокурору оставалось только радоваться, что он в своё время сумел увильнуть от этой процедуры. 

Далее шла не менее захватывающая часть анкеты – посвящённая предположительной второй половинке допрашиваемого. И опять, процесс выворачивания подсознания жениха с того света начинался по новой. 

И хотя заполнение анкеты началось поздним утром, Солнце успело миновать зенит, когда в этом многотрудном деле была поставлена последняя точка.

- Интересно, а где все?  – спросил Станислав с трудом разгибая затёкшую спину.

- Эледем вроде прикорнул в тенёчке на первом этаже башни, Аларвен отправилась побродить по окрестностям, Цезарь с  Эммери удалились во-о-он за те деревья (интересно, к чему бы это?  ), а Кузю полчаса назад я видела бегущим по дороге к деревне. Кстати, - Аждаха с интересом прислушалась к доносившемуся из долины шуму, - судя по всему он прокрался в чей-то курятник и передавил всех кур…. 

[Alarven]

   - Тише, маленький, тише, здесь тебя не найдут никакие злобные крестьяне! - шепотом приговаривала Аларвен, торопливо накладывая в маленькой, уютной пещере на Кузю заклинание невидимости. Упомянутые "злобные крестьяне" тем временем проводили свое свободное от тяжкого труда время, разыскивая сию маленькую пещеру и ее обитателя. Под собственные крики, услышав которые, любой понял бы смысл слова "зверские". "Держи гада!.." - наконец, воинственно воскликнул самый догадливый, заглянув в пещеру... и ошарашенно застыв на пороге. Естественно, эльфийка догадалась наложить заклинание и на себя. Тем не менее, преследователи расхитителя курятников вовсе не собирались покидать окрестности и живописно разбрелись неподалеку, решив то ли подышать свежим воздухом, то ли продолжить поиски, причем, скорее второе.  Ругнув про себя Кузю, которому сначала именно сегодня пришла в голову идея устроить набег на ближайшее поселение, а потом - бежать прятаться именно к эльфийке, Аларвен стала прикидывать возможности выбраться отсюда, не напоровшись на преследователей. Проблема была еще и в том, что Кузя, несомненно весьма умный для представителя своего рода, все же мог запаниковать и начать жалобно повизгивать. Судя по его глазам, перепуганный зверек был уже недалек от полной паники... И еще одной проблемой были вилы, кои приуставший селянин ткнул как раз посреди выхода из пещеры - весьма узкого, к слову. Их нужно было как-то убрать, но прямо под взглядами крестьян!..
   "Спокойно. Если ты не вернешься домой, твоя мама останется одна с тремя детьми. Чужими и даже ей незнакомыми," - оптимистично сообщила себе Аларвен и осторожно подошла к выходу. Трое весьма крепких мужиков паслись неподалеку, а еще один - хозяин вил - сидел в тенечке метрах в трех от своего имущества. О, кошки!.. В крайнем случае, придется драться магическим образом, а с учетом количества возможных нападающих Аларвен не  могла дать гарантию, что ни одна крестьянская семья сегодня не лишится кормильца... 

[C@esar]

Тем временем у Эммери проснулся нездоровый интерес к огнестрельному оружию (хотя у Цезаря и были кое-какие смутные подозрения, что не только к оружию).
Но отказать даме в такой малости он не мог и начал рассказывать, да и показывать, благо арсенал всегда был под рукой.
- Вот смотри, это самая последняя бакранская разработка, - *да простит меня полковник Кольт*, мысленно извинился Цезарь, показывая Эммери тяжелый револьвер, - Об этом даже Станислав не знает. Заряжается он конечно долго, зато стреляет эффективно. Смотри, выстреливаешь по капсюлю на каждую камору, чтобы прочистить и просушить. Затем тщательно замеряешь количество пороха и засыпаешь в каждую...
- Ты в одну не засыпал!
- Верно, пустая камора приходится под боек, чтобы случайным выстрелом себе что-нибудь не отстрелить (Эммери захихикала). Так вот, засыпав порох, мы закрываем его комком ваты, предварительно смоченным маслом. Теперь вот этим рычагом мы запрессовываем (- Чего? - Ну, заталкиваем) пулю, а поверх нее опять заливаем масло... Ну и наконец перед самой стрельбой на вот эти шпеньки мы ставим капсюля. Все, пистолет готов к стрельбе.

Для пущей демонстрации Цезарь выпустил все пять пуль в дерево на глазах у живописно расположившейся группы кагетских крестьян неподалеку от не менее живописной пещерки.
Крестьяне подпрыгнули. Огнестрельное оружие в действии прежде они явно не видели. Один из них подошел к Цезарю и скромно попросил "эту леворукую штуку" для охоты на крысу... В душу к владельцу револьвера закралось смутное подозрение..
- А давайте я сам вам помогу.
- Благодарствуем.
Не забывая перезаряжать оружие на ходу, Цезарь неторопливо направился к пещере. Первое что он услышал, заглянув в нее, так это горячий шепот Эльфийки прямо в ухо.
- Мы с Кузей здесь, невидимые.
Сообразив, что к чему Цезарь сделал вид, что ощупывает пол пещеры, а затем с диким криком "Да вот же он! Держи гада!" выпустил всю обойму по ни в чем неповинным кустам... Аборигены тут же бросились с вилами наперевес в указанном направлении. Невидимого Кузю вручили Эммери и быстрым шагом направились к импровизированному лагерю рядом с башней. Цезарь сквозь зубы ругался и обещал ызаргу жесткий ошейник и тяжелую цепь.

[Alarven]

   "Нет, что бы мы делали без Цезаря?" - размышляла по дороге Аларвен, всерьез начав сомневаться в безопасности своих одиноких прогулок. С учетом "животного мира", путшествующего с нами.  Кто знает, что в следующий раз придет в голову тому же Кузе, у которого, оказывается, слабость к обществу эльфов... 
   - Аларвен! - прервала размышления эльфийки Эммери уже у самого лагеря, - так что ты решила? Ты выйдешь за него замуж?!
   - За кого? - невпопад уточнила Аларвен, надеясь, что в качестве нового кандидата ей не предлагается какой-нибудь горячий местный парень с вилами...
   - За Эледема, конечно!.. - радостно заулыбалась Эммери, - не за Цезаря же! За Цезаря выйду я!.. - сообщила общественности в нашем лице Эммери и радостно улыбнулась своему избраннику. 
   Сидевшая к нам ближе всех Аджаха подняла голову от папки с анкетами...

[Аждаха]

Аждаха подняла голову от папки с анкетами и задумчиво посмотрела на Эммери с Цезарем. Вообще-то в ее картотеке уже была найдена одна кандидатка на роль супруги кансильера Бакрии, но заявление Эммери, определенно, было интересным… По крайней мере, во внешние параметры, указанным кансильером в своей анкете, она вполне вписывалась.
Правда, мнение самого Цезаря по вопросу женитьбы, явно расходилось с мнением Эммери. Он уже хотел что-то сказать, когда из-за спины Аждахи выплыл не сдержавший любопытства призрак, чтобы узнать, каких еще гостей привела к нему судьба. Эммери, до того благополучно пропустившая знакомство с Михасем, при виде его пискнула и, закатив глаза, упала в обморок. Удачно так упала – аккурат на руки Цезарю…
  - Извините… - подавленно прошептал Михась, чувствуя, что его общению с людьми может вот-вот придти конец.
  - Тихо, Михась. – предостерегающе поднял руку Станислав, глядя с парапета башни на открывающийся перед ней пейзаж. – У нас маленькая проблема…
Прокурор слегка преуменьшил реальное положение дел. На башню надвигалась едва ли не половина селения, вооруженного вилами, во главе с кабатчиком.
  - Кузя, гад, ты сколько кур удавил?! – Прошипел Цезарь, угрожающе глядя на своего питомца (Эммери приоткрыла один глаз, оценила свое положение и сделала вид, что все еще без сознания). Кузя заскулил и юркнул к ногам Аларвен, видимо почувствовав в ее лице самую надежную защиту.
  - Оставайтесь здесь, - бросил Станислав, вставая с насиженного места. – Держите Кузю здесь, мы с Эледемом все уладим.
Аларвен, сваха, Цезарь, официально пришедшая в себя Эммери и Михась, опасно собравшись у парапета и без того накренившейся башни, наблюдали за происходящим.
Из башни, навстречу угрожающе настроенным селянам вышли Прокурор с Магом.
  - В чем дело? – поинтересовался Станислав у кабатчика. Тот, раздувшись от негодования и потрясая в воздухе вилами, сообщил, что зверь, привезенный постояльцами, передушил половину кур самого трактирщика (в том числе какую-то особо ценную хохлатку) и едва ли не две дюжины кур в курятниках селян. Взбешенные казары требовали возмездия, не только над Кузей, но и над его хозяином…
Услышав это, Эммери с плачем повисла на шее Цезаря и не дала остальным туристам услышать ответ Станислава. Но вот ответ Эледема увидели все.
Вообще-то, Эледем не любил показных эффектов, но на подобною публику изящное колдовство не произвело бы нужного впечатления, поэтому он просто небрежным жестом заставил вспыхнуть ближайшее сухое дерево.
Селяне некоторое время стояли, застыв как вкопанные, потом синхронно бухнулись на колени.
  - Не губите! – взвыл трактирщик. – У нас всех жены, дети малые, у меня четыре сына и пять доче…
  - Спокойно. – поморщился Прокурор. – Никто вас губить не собирается. Пока, - на всякий случай добавил он. Вдруг в голову Станислава пришла еще одна гениальная идея – Но поскольку вы оскорбили нас, и Великий Маг Эледем изволил гневаться, все, кто хотел учинить расправу над нашим другом, обязаны поклясться… - Прокурор выдержал многозначительную паузу – каждый день навещать живущего в башне призрака. Каждый из вас. – повторил он. – Каждый день. И своим детям велеть разговаривать с ним. А если кто-то из вас нарушит клятву, на его голову и на голову его потомков до шестнадцатого поколения, падет страшное проклятье Эледема…
  - Клянемся! – разнеслись по долине полные ужаса голоса.
«И зачем я эту анкету четыре часа заполнял? – с тоской подумал Станислав. – Пара визуальных эффектов и Михась обеспечен компанией, больше, чем ему нужно!»