Школьное - II

[Yaga]

 
Похоже Муза чувствует себя, как дома...

[Drago63]

"...халатик мой вам коротковат будет, но такие ножки грех прятать."
-----

Женщина, способная сказать такое другой женщине, достойна восхищения! 

[Convollar]

Я ее не гоню, но и к себе особо не подпускаю.

Хорошо, что иногда всё-таки подпускаете к себе Музу....

[prince_bundle]

Эрэа Tany, очень интересные рассказы! Очень живые, как будто видишь всё своими глазами - и в то же врем со стороны. И про "картошку", и про раскопки, и про Питер с Музой.
Шведская королева специально пришла в этот музей, чтобы с Вами встретиться.
Про Музу - и грустно, и смешно у Вас получилось.

[Tany]

Yaga, да, прижилась
Drago63, так и у меня вроде бы не кривые, чему ж завидовать?
Эрэа Convollar, куда ж от нее денешься?
Эр prince_bundle, спасибо

Вот и продолжение родилось

Вот так и живем
Муза старается не слишком  докучать. Поначалу  приставала со своими рассказами  о былых временах в прекрасной Элладе. «Вот пошли мы раз с Аполлоном…». Я эти излияния немедленно пресекаю – терпеть не могу златокудрых красавчиков с темным прошлым: « Иди-ка лучше Баскова послушай. Вон опять завел свою «Шарманку».  Чем тебе не Аполлон наших дней?». Маму от него давно тошнит, а тебе внове будет.
По вечерам она приходит ко мне в комнату поговорить «за жизнь». Приходится выпроваживать незваную гостью прочь, я прекрасно обойдусь без творческой бессонницы – тут все же Украина, а не Север с белыми ночами. В темные ночи спать положено, если поинтересней и приятней занятия не найдется. Иногда  пристает в самое неподходящее время: то на огород в сезон прополки увяжется, то в лес, то на речку, то и вовсе на работу. Хоть бросай детей на произвол судьбы посреди урока и записывай, что в голову пришло.
- Ты бы мне лучше помогла серию уроков для методички разработать – аттестация на носу, - намекаю я своей гостье.
- Тут Клио нужна, - отмахивается она.
- Шла бы тогда к настоящим поэтам, вон их сколько развелось, даже у нас в селе, книги свои издают. На юбилеи опасно стало ходить – что не тост, то поэма в стихах собственного сочинения! Этак несварение желудка заработать можно.
- Не пойду я к ним, они меня заставляют в национальный костюм переодеваться и все время о каких-то голодных детях рассказывают или на майдан зовут.
- То-то я смотрю, одна поэтесса третий год подряд моей маме на день рождения те же самые стихи дарит. Вдохновение иссякло. Тогда в город бы ехала – там писателей еще больше.
- Нет, тут воздух приятнее. Я у тебя лучше останусь.
- Да мне надоело вино каждый год делать. Магазинного ты не пьешь, у тебя от него аллергия, а на дорогое никакой моей бюджетной зарплаты не хватит. Лучше бы на водку перешла, как все интеллигентные женщины. Меньше риска отравиться.
На лице Музы появляется такое страдание – знать, своего беспутного поэта вспомнила, я покаянно умолкаю.
Иногда она сжаливается надо мной и уходит к маме. В такие мгновения мама с лихорадочным блеском в глазах достает несколько потрепанных общих тетрадей и начинает что-то править, переписывать, дополнять. Знаменитый роман пишется уже сорок лет. Терпения мамы и Музы хватает ненадолго: Музе не нравится мамин почерк, а маме мешают заботы о хозяйстве.
 Тогда Муза пытается приставать к коту. Во всяком случае, янтарные глаза затягиваются поволокой, раздается тихое мурчание…
-Эй, парень, - окликаю я, - с искусственно созданными гм… особенностями твоего организма нечего пялиться на луну и мечтать о соседских кошках. Лучше о крысах и воробьях думай.
Кот виновато муркает, сползает с подоконника и взгромождается ко мне на грудь, уткнувшись носом в подбородок.
- То-то, - говорю я, - мы с тобой добытчики семьи, а не записные графоманы.
  Муза привыкла носить майки и джинсы, учится кататься на лыжах и велосипеде, интернет освоила лучше меня. Постоянно требует печь яблочные пироги и жарить картошку. Иногда я ее балую – покупаю простыню с античным орнаментом и мастерю хитон. Украшения у нас давно общие. Вот так и живем.

[Yaga]

Так и живите! Чувствуется, что Муза вполне вписалась в ваше семейство. Даже с Цемом дружит.

[Convollar]

Уютно живёте! Муза у Вас себя чувствует почти как дома, и, право, не стоит с ней расставаться!

[Tany]

Yaga, эрэа Convollar, спасибо, что поощряете нас с Музой

[prince_bundle]

Эрэа Tany, в вышивании Ваша Муза тоже принимает участие?

[Tany]

Эр prince_bundle, похоже, принимает. Во всяком случае, отдельной музы вышивания в доме пока не наблюдалось, двоих Боливар я не вынесу

[Tany]

По просьбе  эра Уленшпигеля попробую рассказать немного о ГДР

                                              Германия
Мое пребывание в этой стране выпало на застойно-перестроечные 1984-1989гг. Наши войска там именовались Группа советских войск в Германии или сокращенно ГСВГ. Служить нам довелось в небольшом саксонском городке Цайц, а потом в Ваймаре. По привычке пишу названия городов в их немецком звучании, так правильнее и привычнее. Конечно, мы уже были наслышаны об условиях службы в ГДР, но лучше один раз увидеть, чем…
Итак, наш поезд прибыл на вокзал Галле, где меня встретил муж и сразу же вручил монетку в 20 пфеннигов. На мой недоуменный вопрос пояснил – для туалета. Нынешним поколениям  не понять, что в СССР до перестройки платных туалетов просто не было, а перестроечный фильм «Операция – кооперация» недаром высмеивал бизнес на «вечных ценностях». Вторым потрясением стал привокзальный гаштет с огромными порциями отбивных и гарнира на больших тарелках  и отменнейшим пивом. Кстати, за все время пребывания в  стране мы плохого пива ни разу не встречали. Водка и ликеры бывали всякие, о вкусе многих традиционных немецких блюд и сладостей можно спорить, но пиво было отличным всегда, причем, в каждом городе свой сорт. А вот вид вокзала и пригородных поездов немного разочаровал поначалу – серые, несколько старомодные. Надо было пожить немного в стране, чтобы оценить удобства передвижения и немецкую пунктуальность в расписании движения. Если написано, что поезд отправляется в 8.51, то он в самом деле в  указанное время и отправится.
Наш артиллерийский полк располагался на окраине Цайца, в серых 4-5-этажных зданиях постройки начала века. Офицерские дома стояли совсем рядом – несколько панельных пятиэтажек и несколько старинных зданий. Отличие было в том, что панельные дома отапливали централизованно, а в старых зданиях приходилось топить печи. Семьи прапорщиков и лейтенантов обычно жили «с подселением», по 2-3 семьи в квартире. У каждой семьи  своя комната, кухня и ванная – общие. Мы поначалу временно жили тремя семьями на первом этаже, через пару месяцев перебрались на пятый этаж в трехкомнатную квартиру. Две маленькие комнаты занимала семья прапорщика с маленькой дочкой, большая комната с балконом принадлежала нам. Жили мы с соседями дружно и мирно. Вообще, за все пять лет жизни в ГДР мне плохие соседи ни разу не попались, мы дружили со всеми, помогали друг другу, одалживали деньги до зарплаты, присматривали за детьми, отмечали вместе праздники и дни рождения, угощали выпечкой и сладостями…
Работы женам офицеров в Цайце не было вообще. На большинство цивильных должностей командование предпочитало брать вольнонаемных, поэтому иметь работу считалось большим счастьем. Детей возили в школу  в Галле. Я через неделю после приезда съездила туда в поисках места учителя, но получила неопределенные туманные обещания – все штаты были заполнены  «вольняшками». Полученное мной воспитание не предполагало сидения без дела на шее у мужа, поэтому это вынужденное безделье переживалось довольно тяжело. На обратном пути из Галле  со мной произошел забавный эпизод. Я решила пообедать в кафе на вокзале, за столик ко мне подсело трое молодых немцев: парень и две девушки. По ряду признаков во мне сразу опознали русскую, парень что-то быстро сказал девицам, и они начали с любопытством меня рассматривать. В 26 лет я выглядела, смею думать, много симпатичнее двух худосочных невзрачных немок, но публика жаждала развлечения за мой счет. Мне принесли обед, молодые немцы с нескрываемым интересом уставились на «руссише швайн». Тут следует отметить, что столовые приборы у немцев даже в самых дорогих ресторанах сделаны из довольно паршивенького сплава, но зато и в самой дешевой забегаловке обязательно подадут не только вилку, но и нож. Немцы прекрасно знают, что наши люди ножом пользуются крайне редко и неумело. Под пристальными взглядами ухмыляющейся троицы я взялась за приборы, отрезала кусочек шницеля, отправила в рот. Лица моих визави поскучнели. Однако, интереса ко мне они не утратили.
- Es schmekt? – поинтересовался парень.
- Danke. Sehr schmekt, - улыбнулась я, прихлебывая пиво из высокого стакана.
На этот раз все трое начали улыбаться и одобрительно кивать.
Сказать по правде, кусок мне не лез в горло, но не уходить же было из-за стола. И тут обед принесли немцам. Я оттянулась по полной.
 Как только парень положил в рот первый кусочек, я тут же отложила в сторону стакан и в упор уставилась на него:
- Es schmekt?
Ответом был громовой хохот девушек и растерянное лицо юноши.
Расстались мы почти друзьями.

Справедливости ради, надо сказать, что в целом к нам, советским, относились много лучше, чем мы иногда того заслуживали. Достаточно вспомнить толпы туристов, хватающих и пробующих все подряд, без намерения купить или оплатить испорченную вещь, их нелепые меховые шубы и пыжиковые шапки на фоне скромных вязаных шапочек и курток из плащевки, куда более подходящих к сырому немецкому климату. Обычно, завидев в Ваймаре толпу «руссико туристико», мы старались ничем не показать, что имеем к ним хоть какое-то отношение. Цайц находился вдали от туристических маршрутов, да и население здесь было преимущественно рабочим, шахтерским, поэтому к нам относились вполне терпимо. У нас появились знакомые хозяева гаштетов, булочных, продавцы в магазинах. По сравнению с окончательно к тому времени обнищавшим в плане товаров первой необходимости Союзом, Германия поражала воображение: разноцветные пакетики и упаковки, обилие ассортимента, дефицитные в СССР специи, продукты, напитки, красивая посуда, множество необходимых в хозяйстве милых мелочей, непривычное постельное и столовое белье… А еще удобная обувь, модная одежда и аксессуары, мягкая мебель, отменное обслуживание и КНИГИ! Книги, которые в Союзе всегда были в дефиците, продавались в полковых и немецких магазинах свободно. Правда, стоили они в три раза дороже, чем в СССР, но это нас не смущало. Часть своих товаров немцы производили специально для русских: знаменитые накидки на диваны – дивандеки, сервизы «Мадонна» с пастушками, пуховые одеяла… Все это распределялось через полковые магазины и выделялось, в первую голову, «заменщикам», т.е. офицерам, отслужившим в ГСВГ пять лет и убывающим в Союз к новому месту службы. Мой муж, как политработник, был в этой комиссии по распределению, поэтому в первый же месяц кто-то из продавцов предложил мне  дивандек. Я своего счастья не оценила, муж долго смеялся над попыткой «купить» его жену, к слову сказать, мы и уехали через пять лет без этих самых дивандеков и мягкой мебели, о чем я ни капельки не жалела. 

[Уленшпигель]

Спасибо!
СПОЙЛЕРЫ

Вспомнил сейчас про постельное белье, когда учился в Питере покупал впрок постельное белье, индийское, там можно было купить, а по всей стране дефицит жуткий, ну и качество фффф... последний комплект издержали лет через десять лет семейной жизни...

[Tany]

И вам спасибо, что читаете Продолжу со временем СПОЙЛЕРЫ

и про постельное белье тоже есть забавные воспоминания

[Colombo]

Danke! Sehr schmekt! 

[Convollar]

Ждём, эрэа Tany! Пишите - мы будем читать и вспоминать....