Вниманию всех-всех-всех творческих личностей! - III

[Lavri]

Метода выходит классическая  Остаётся определиться, кто из нас плохой коп, кто - хороший и... не вылезать из образа до результата 

А мы - по очереди, чтобы окончательно всех достатьзапутать!   

[nyushik]

Марсель проснулся среди ночи от ощущения, что в комнате кто-то есть. При этом ощущения опасности не возникло – просто… любопытство. В кресле кто-то сидел, и пламя отбрасывало на этого «кого-то» причудливые тени.
«Леворукий!» - подумал, умсехнувшись, Марсель, однако вслух произнес совсем другое:
- Алва, чего это Вам не спится?
- Ну, вот, Вас, Валме, даже испугать не получается! – ответил веселый голос.
- Уж лучше бы Вы меня испугали, - с сожалением ответил Марсель. – Перебили такой сон… Я …гм, совершал романтическую прогулку с нашей новой знакомой…
- Я готов передать ей привет, - как ни странно, но ответ прозвучал совершенно серьезно.
- Привет? Аде?! Рокэ, в каком смысле?
Марсель вскочил.
- Мы уходим, и я пришел … ну, пожалуй, слово «распоряжения» не очень подходит, и указания тоже – Вы ведь теперь у нас…
- Какие, к закатным тварям, указания?! Кому Вы собираетесь оставлять указания, если мы – уходим?
Алва, плохо различимый в темноте, помолчал.
- Уходим мы с Окделлом. А Вы – остаетесь.
- Еще чего! – возмутился Марсель. – От меня не так-то легко отделаться! В конце концов, я Ваш офицер по особым поручениям!
И только сказав это, понял наконец, что именно сказал Алва.
- С Окделлом?! Но …
Марсель никогда не лез за словом в карман, но на этот раз он не нашелся, что сказать. Похоже, тяга Алвы к Окделлу носила паталогический характер. Даже если отбросить то, что бывший оруженосец предал «своего эра»  (хотя лично Марсель предательства бы не простил), не говоря уже о том, что во всех своих воззрениях Окделл отличался завидным постоянством – а вернее, с завидным постоянством менял одни воззрения на прямо противопложные (ну, просто флюгер какой-то, прости Создатель). Так вот, даже если отбросить это и еще кучу всего - юный Окделл, по мнению Валме, просто был еще и довольно глуп. А ведь Алва всегда предпочитал общаться с умными людьми… Да что же, закатные твари подери этого Окделла, есть в нем такого, что заставляет с ним носиться не только «больную совесть Талига» Эпинэ, но и такого человека, как Ворон?! Ну, раньше еще было понятно – Окделл был Повелителем Скал, и Рокэ изо всех сил старался сохранить его жизнь… Но жизни Окделла и так уже ничего не угрожает… а рассудку Окделла и так уже ничего не поможет… Так – почему?!
- Марсель, у меня очень мало времени, - мягко сказал почти невидимый Алва. Кажется, он обратился к Валме по имени в первый раз? Ну, может, и не в первый, но хорошо бы, чтобы не в последний… Да он… Да он просто не отпустит его… Ада! Закатные твари бы побрали эту самую Аду! Правда, она в каком-то роде и сама – закатная тварь…
- Не переживайте Вы так, я обязательно буду… навещать Вас…
- Угу, во сне, - пробормотал Марсель себе под нос. Зря – мог бы сказать и вслух, Алва все равно услышал. Слух ему явно достался от предка… Леворукого.
- Я даю Вам слово герцога Алва, что периодически буду возвращаться, и это «периодически» будет не один раз в круг, как Вы подумали. А чтобы Вы были уверены, что у Вас не галлюцинации – я буду э… являться не только Вам. И буду предупреждать о своем визите заранее. Годится?
Ну почему, почему Марсель некогда не мог понять, когда Алва шутит, а когда говорит серьезно! Мелькнула совершенно дурацкая мысль: вот взять бы сейчас… и заплакать. Тогда Алва пожалеет его – и возьмет с собой. Как Окделла… Но вот тогда папенька, пожалуй, проклянет его по-настоящему: еще ни один Валмон ничего не выпрашивал, пытаясь вызвать жалость.

[Lavri]

 Вот спасибо!  Чем дальше - тем чудесатее! Правда, грустно как-то все... 

[Inga]

Теперь и Алву жалко... и Марселя.  Эреа nyushik , дальше (скажите все будет хорошо?)

[Лукач]

 Так Алва улетел, но обещал вернуться? И Окделла забрал с собой? Это как-то неожиданно, даже не знаю что сказать. Пожалуй не ошибусь, если скажу:
 - Эрэа nyushik, гигаСпасибо!

[nyushik]

- Мама, ты не спишь? В окно стучали? Или мне послышалось? – Селина. Что-то бледнеькая она какая-то. Неужели и вправду за окном – выходец? Нет, у нее, скорее всего, просто разболтаны нервы. С другой стороны – как Сэль в своей комнатке могла услышать, как стучалти в это окно?
- Мама, ты чего?! Что-то случилось?!
Случилось. Мать окончательно рехнулась – вот что случилось.
- Стучали, и я почему-то… побоялась открыть.
- Ты думала, это… папенька? – шепотом спросила дочь, плотнее запахиваясь в шаль.
- Или Цилла, - согласилась Луиза. Пожалуй, Циллу увидеть было бы… более неприятно, чем борова – бывшего мужа. Арамона приходил, чтобы забрать кого-то из них – потому что так было пололжено. Цилла… Цилла делала это с удовольствием…
- Мама, давай поглядим! – храбро предложила Селина. – Давай откроем ставни… Это – не выходцы, мама!
Ну, если дочь говорит, что не выходцы… Ей должно быть стыдно бояьтся…
Ставни открылись с препротивным скрипом – на секунду Луизе показалось, что от этого звука у нее становятся дыбом волосы. На подоконнике что-то лежало.
- Мама, это цветы!
Сэль залилась краской. Ну, да, наверное, это цветы для Селины. И, возможно (по крайней мере, она очень на эт надеялась) – от адмирала Вальдеса. Только… Только почему тогда они не на Селинином подоконнике?
Букет ландышей, туго перевязанный атласной темно-зеленой ленточкой. Снова ландыши… Луиза приложила руку к груди и почувствовала, как гулко бьется ее средце. Создатель, да где они все берут ландыши в это время года!
- Мама, тут записка!
По Селине было видно, как сильно ей хочется прочесть записку, но все же в присутствии матери она себе этого не могла позволить.
Спокойно. Эти цветы – для Сэль, и та корзина – она, скорее всего, тоже была для Сэль… Но Вальдес тогда так удивился, он явно не имел никакого отношения к цветам… Спокойно. Это может означать только то, что у ее дочери есть еще лодин поклонник. Тайный поклонник, о котором они пока не знают – ни она, ни Селина… А может быть, это все же Вальдес? Ну, предположим, на него в тот раз такое впечатление произвела эта корзина цветов, что он решил тоже отправить ландыши… не отправить, а принести сам, что на самом деле было гораздо более романтично… А испугало ее это только потому, что у нее совсем не в порядке нервы…
- Ну, мама же! Давай посмотрим! – Селина, похоже, сгорала от нетерпения. Если окажется вдруг, что цветы предназначены ей, Луизе, девочка, пожалуй, расстроится… С какой радости они должны быть предназначены тебе, старая тощая дура?! Когда под боком такой цветок, как Селина, нужно совсем не иметь мозгов, чтобы даже просто предположить, что цветы могут быть предназначены тебе…
- Посмотри сама. Наверное, это тебе.
- Мама, но они лежали на твоем подоконнике! – Селина вытянула из букета прямоугольную твердую карточку и не глядя сунула в руку матери. – Читай!
«Госпоже Луизе Арамона», - было написано на карточке твердым красивым почерком.
- Вот видишь, тебе! – Селина сияла. Похоже, она меньше радовалась бы, получив цветы сама. – И та корзина – наверное, это тоже прислали тебе! Мамочка! Я так рада! А… кто это? Кто прислал эти цветы?
- Видишь ли, дочка, - медленно ответила Луиза. – Дело в том, что я не имею ни малейшего представления, кто бы мог это сделать, - и, помолчав, добавила. – И меня это очень беспокоит.

[Lavri]

– Дело в том, что я не имею ни малейшего представления, кто бы мог это сделать, - и, помолчав, добавила. – И меня это очень беспокоит.

  И многих-многих других - тоже!..   

[Inga]

Огромное спасибо! Так романтично! И кто же, кто принес цветы?

[Лукач]

 Если учесть, что - "ландыши светлого мая привет", а май это весна, а Хозяин Весны - Повелитель Ветров, то... Неужели?!
 Эрэа nyushik, дважды гигаСПАСИБО! 

[Инна ЛМ]

Если учесть, что - "ландыши светлого мая привет", а май это весна, а Хозяин Весны - Повелитель Ветров, то... Неужели?!
 

А у меня возникла другая логическая цепочка, более короткая, которая, однако, привела к тому же самому результату: единственный, кто в ОЭ имел дело с ландышами (собирал рассыпанные во время любовного свидания, закончившегося, мягко говоря, весьма неудачно) - это...
И представилась несколько сюрреалистичная картинка - как ПМ протягивает руку непосредственно в свои воспоминания о том дне, забирает ландыши у той, что оказалась их недостойна, перевязывает зеленой ленточкой и относит достойной.

Луизе пора заняться сличением почерков всех своих знакомых!  В частности, опознать почерк ПМ ей может помочь Герард - за время службы адъютантом у Алвы он наверняка видел написанные тем бумаги.

[Terri]

Если учесть, что - "ландыши светлого мая привет", а май это весна, а Хозяин Весны - Повелитель Ветров, то... Неужели?!

Тогда, улетая, наш Карлсон Повелитель Ветров должен забрать с собою не Окделла, а Луизу. Иначе это будет ну очень уж жестоко.
*со стоном* Эрэа nyushik, продолжения!

[Melimory]

Если учесть, что - "ландыши светлого мая привет", а май это весна, а Хозяин Весны - Повелитель Ветров, то... Неужели?!

стоп
а повелитель ветров, это не Герард раззве?
не вяжется!

[Dama]

Луизе пора заняться сличением почерков всех своих знакомых!  В частности, опознать почерк ПМ ей может помочь Герард - за время службы адъютантом у Алвы он наверняка видел написанные тем бумаги.

А разве она не сохранила записку Алвы?

Эрэа nyushik, Ваша зарисовка очаровательна.

[Mik@]

Точно не скажу ничего нового, но

- Уходим мы с Окделлом.

Этерны нет - что осталось? Горстка стражей, последняя (?) адда... Алва почему-то уверен, что всё это мирозданию тоже без надобности? Или рассудил по принципу: зато Кэртиана целее будет? 

[nyushik]

- А Окделла Вы намерены… похитить? – пошутил Марсель, - Вряд ли он в здравом уме и твердой памяти пойдет с Вами… Особенно туда, куда Вы хотите его увести. Впрочем, простите, я сказал глупость: здравый ум и трезвая память – это явно не про Окделла. Я еще понимаю, почему с ним носится Эпинэ – у того просто… излишек совести, чтобы понять, что Ричард Окделл представляет собой на самом деле, но Вы… Или Вы хотите забрать юного Ричарда с собой, чтобы он просто находился под Вашим присмотром?
Прозвучало жалко. Да все и так знают, что Окделл после последних событий… не совсем «в себе», но, пожалуй, совершенно необязательно было говорить об этом вслух. Неужели это – элементарная ревность?! Ну да, конечно, ведь Окделла Алва берет с собой, а его – нет…
- Окделл сейчас пойдет куда угодно и с кем угодно – даже со мной. А Вас я просто не могу взять с собой. Валме, Вы нужны Кэртиане, - пожалуй, настолько серьезным тоном Алва еще никогда с ним не говорил. – Не Талигу даже, хотя Талигу, конечно, тоже.
- Что? – не поверил своим ушам Марсель. Кажется, Алва прочил его в короли… Только этого ему для полного счастья и не хватало. – Алва, Вы надо мной издеваетесь! Помнится, Вы уже точно так же издевались над Эпинэ, проча в короли его…
- Из Эпинэ, пожалуй, получился бы неплохой король, - кажется, сидящая в кресле фигура кивнула, а может, просто так упал отсвет. – Особенно если бы Первым Маршалом при нем был Лионель…
- Ну, пускай Эпинэ и будет королем!
Создатель, какой дурацкий, идиотский разговор! А может, он просто спит? Перебрал вчера, и сейчас ему снится… вся эта чушь?! Король Валме Первый! Бред, да и только.
- Виконт, королей нумеруют по именам. Король Марсель Первый Валмон. Ваш папенька будет доволен.
Ну, точно – бред! Марсель нащупал мочку уха и изо всех сил ущипнул себя. Не помогло – ничего не изменилось. Может, ущипнуть еще сильнее?
- Валме, Вы хотите оторвать себе ухо? Подозреваю, на парадном портрете одноухий король будет выглядеть не очень-то привлекательно.
- Алва, - с отчаянием сказал Марсель, - Я надеюсь, Вы все же шутите! Ну, скажите на милость, какой из меня король!
- Пока – никакой, - согласился Алва. – А каким станете – это зависит только от Вас. Только, умоляю, не делайте Эпинэ Первым Маршалом. Старший Савиньяк будет на этом месте куда… уместнее, прошу прощения за каламбур.
- А куда же девать Эпинэ? – деловито спросил Марсель, включаясь в игру. Главное – выиграть время. Пускай Алва пока считает, что Марсель выслушивает его указания… А он и будет выслушивать – вполуха, а заодно, может быть, придумает, как… не дать Алве уйти.
- Из Эпинэ, на мой взгляд, получится превосходный кансильер.
- Кансильер? Из Эпинэ?!  - Создатель, что может быть более непохожего: совместивший в одном лице змею и лису Штанцлер и Эпинэ, о котором принцесса Матильда высказалась как о «чести и совести Талига».
- Кансильер. Из Эпинэ, - подтвердил Алва.
- А юного Придда сделать супремом? – Марсель спросил об этом просто так, чтобы еще потянуть время. Впрочем, кажется, он тянул время напрасно: почему-то ничего не придумывалось. Эх, Валме, Валме, из тебя даже дипломат никудышный, а Алва считает, что из тебя получится король…
- Насколько я могу судить, из Придда в будущем получится неплохой маршал. Оставьте юнца в покое. Просто предоставьте его самому себе.
- Какие еще будут указания? – ехидно спросил Марсель. – Может, нужно кого-нибудь на ком-нибудь женить? Для упрочения, так сказать, Повелительских способностей? Или наоборот – кому-нибудь не позволить на ком-нибудь жениться…
Алва молчал. Наверное, он спросил глупость. Ну же, Марсель, соображай! Думай, что делать дальше!
- А кого Вы порекомендуете оставить на тех же постах, которые они занимали при Фердинанде? Например, Крединьи… Мне кажется, он был на своем места… Или Рафиано… Алва, Вы меня слышите?!
Молчание.
Свеча. Где-то у него была свеча. Да ее давным-давно нужно было зажечь, эту свечу, и глядеть Ворону в лицо, а он, дурак, продолжал сидеть в постели…
Свеча наконец-то зажглась. В кресле никого не было.