Разные взгляды на героев Дюма - 2

[Ортанс]

Penelopa, Ортанс, спасибо за ссылки! 
Если судить по кадрам, мне кажется, что наш сериал... гм, не сказать, что лучше, но герои в нем харАктернее. IMHO.

Не за что. А в нашем сериале характернее не все, а лишь некоторые -- мне очень понравились миньоны! Особенно Келюс.

[Single]

а кто знает, что по Графине де Монсоро есть в нете ролевая игра?

[Релена]

Single
На предыдущей странице имеется соответствующая ссылка на ролевку. Администрация того форума состоит из моих давних друзей, правда сама я в проекте не участвую. В какую игру по мотивам Дюма я бы поиграла, так это в "Графа Монте-Кристо". Мечты-мечты. 

[Alarven]

   Шико мне не нравился никогда - даже при просмотре сериала.
  Атос... в детстве был любимым героем, но даже тогда шокировал его поступок с миледи. Сейчас... очень неординарный персонаж. И хорошего, и плохого хватает через край. 
   Вот Монте-Кристо нравится до сих пор.  Ну и главгерои "Двух Диан".  Нравится Рауль де Бражелон... жаль, что его вовремя не схватили за шиворот и не объяснили, что на одной измене жизнь не заканчивается. 
  Арамис... нет, не нравится. Наверное, слишком не люблю расчетливых интриганов, использующих других. Какое-то сочувствие к нему появилось, когда он пытался поднять плиту, раздавившую Портоса. Но кто его просил втягивать наивного друга в заговор против короля?!  Конечно, у каждого своя голова на плечах - но Портоса даже д'Артаньян мог подписать на что угодно, что уж говорить об Арамисе.
   Да, они все - люди своей эпохи. Наверное, я все-таки в книгах и фильмах предпочитаю "приукрашенный и отредактированный образ", чем "эпоха в собственном соку".  А еще историк, мда... До сих пор помню свое впечатление от фильма "Карл Великий" - уже на отправленном на кухню сыне-горбуне главгероя хотелось прибить... а уж после второй отправленной в монастырь жены фильм я смотрела с одной целью: а вдруг режиссер вне канона возьмет и прибьет своего персонажа особо мучительно?.. Не прибил. 
   ИМХО. 

[caer]

Если в детстве моим любимым героем был Атос, то с временем наиболее интересен стал г-н Арамис. Собственно, жизнь этого загадочного шевалье мы можем видеть только в нескольких эпизодах. Но судя по всему между ними его жизнь очень активно заполнена всяческими событиями, которые он умудряется ловко скрывать ото всех. Г-ну Арамису не нужны пинки от судьбы, кардиналов и королев - он сам всегда в центре событий и ведет свою партию. Друзей он конечно любит, но занят в основном своими делами. И весьма небезуспешно. Жаль только не развел кучу маленьких арамисиков - хотя кто его знает?
Атос - благородный герой... Страдающий запоями и слишком азартный игрок. Его успехи в воспитании собственного сына тоже не впечатляют. Мальчик вышел конечно, как картинка, но какой-то к жизни не приспособленный. Талантами г-на Валмона Атос явно не обладал Я уж не говорю о том, откуда сей отрок взялся. Да и жену на тот свет спровадить - не велик подвиг. Но держится так, что его воспринимают как символ благородства. Особенно юный друг его д'Артаньян.

[nyushik]

Атос миледи казнил не за предательство, а за самозванство. Так как дворянок не клеймят, то был естественный вывод, что она простолюдинка, да еще преступница. По своему времени он поступил нормально. Хотя и очень жестоко.

А вот чрезвычайно интересно, почему все рассуждают о жестокости/не жестокости Атоса по отношению к Миледи на основании истории, рассказанной им д'Артаньяну? Почему никто не вспоминает разговор Атоса с Миледи в, если не ошибаюсь, "Красной Голубятне"?
" -  Да, ад воскресил вас, - продолжал Атос, - ад сделал  вас богатой, ад
дал вам  другое  имя, ад почти до неузнаваемости изменил ваше лицо, но он не
смыл ни грязи с вашей души, ни клейма с вашего тела!
     Миледи вскочила, точно подброшенная пружиной, глаза ее засверкали. Атос
продолжал сидеть.
     - Вы полагали, что я умер, не правда ли? И я тоже думал, что вы умерли.
А имя Атос скрыло графа де Ла Фер, как имя леди Кларик скрыло Анну де Бейль!
Не так ли вас звали, когда ваш почтенный братец обвенчал нас?.. Право, у нас
обоих странное положение, -  с усмешкой продолжал Атос, - мы оба жили до сих
пор только потому, что считали друг друга умершими. Ведь воспоминания не так
стесняют, как живое существо, хотя иной раз воспоминания терзают душу!
     - Что же привело вас ко мне? - сдавленным голосом проговорила миледи.
     - И чего вы от меня хотите?
     - Я хочу  вам  сказать,  что, упорно оставаясь невидимым для  вас, я не
упускал вас из виду.
     - Вам известно, что я делала?
     - Я могу день  за днем перечислить вам, что  вы  делали, начиная с того
времени,  когда  поступили на службу к  кардиналу,  и вплоть до сегодняшнего
вечера."

А между прочим, Миледи поступила на службу к кардиналу не тогда, когда д;Артаньян с ней впервые столкнулся. Так что, мне кажется, нельзя делать выводов о причинах поступков человека, основываясь только на том, что он СЧЕЛ НУЖНЫМ рассказать своему другу.

[Хронист]

Ну, о том, что у графа де Ла Фер были серьезные счеты с будущей леди Винтер, никак не сводившиеся к тому, что молодая женщина, на которой он женился, ввела его в заблуждение относительно своего прошлого - это в романе проглядывает достаточно хорошо.
Мы ведь не знаем, какова была действительная цель "миледи" при выходе замуж за графа де Ла Фер - понятно, что "легализоваться" в статусе жены графа. Но зачем? Просто удобно устроиться? Ее последующий брак с лордом Винтером свидетельствует, что не все так просто. Однако прямых объяснений мы в романе не видим.
Нет объяснений и тому, почему граф де Ла Фер настолько боялся своей бывшей жены, что долго тайно следил за ней - вероятно, с того самого момента, как узнал, что она жива и приобрела сильный статус (агент кардинала).
Что касается Эдмона Дантеса, то он вызывает у меня сочувствие, но не симпатию. Он не просто мстит своим врагам, он изводит их, манипулируя подвертывающимся под руку "человеческим материалом", который он рассматривает как расходный. Иногда ему не чужды благородные порывы, но и в них немало демонстрации благородства, а не искренности. Не чужды ему и подлинные чувства, но при этом он явно считает себя выше прочих: "Мы все глядим в Наполеоны. Двуногих тварей миллионы для нас орудие одно..." (с)

[caer]

Ну миледи-то похоже пробивалась "из грязи в князи". И брак с дворянином древнего рода типа Атоса или с Винтером, тоже вроде не последнего разбору, да еще и при дворе английском принятом, это  явно были попытки попасть в высший свет. Ну тут не вышло - так пришлось уйти в подполье при кардинале Ришелье. Тоже ниче себе местечко. И чудная бумажечка - про предъявителя сего, который усе на благо Франции. Как многие честолюбцы в средствах миледи себя не ограничивала

[Rochefort]

А ведь Атос совсем не уверен в своей правоте. Он сомневается, даже сожалеет.

Мы жили вместе, ненавидели и любили вместе. Мы вместе проливали кровь, и, может быть, прибавлю я, между нами есть еще другая связь, более сильная, чем дружба: мы связаны общим преступлением. Потому что мы все четверо судили, приговорили к смерти и казнили человеческое существо, которое, может быть, мы не имели права отправлять на тот свет, хотя оно скорее принадлежало аду, чем этому миру.

Во как! Прошло 20 лет, запал угас и Атос стал называть это преступлением, причем он явно изменил мнение на свое право выносить приговор Совершенное его явно тяготит:

— Нет, господа, — сказал Атос, — не Рауль меня беспокоит: он будет вести себя, надеюсь, как подобает дворянину, а если и падет, то с честью. Но вот в чем дело: если с ним случится несчастье, то…
Атос провел рукой по своему бледному лбу.
— То?.. — спросил Арамис.
— То я усмотрю в этом возмездие.
— А, — произнес д'Артаньян, — я понимаю, что вы хотите сказать.
— Я тоже, — сказал Арамис. — Но только об этом не надо думать, Атос: что прошло, тому конец.
— Я ничего не понимаю, — заявил Портос.
— Армантьерское дело, — шепнул ему д'Артаньян.
— Армантьерское дело? — переспросил Портос.
— Ну, помните, миледи…
— Ах да, — сказал Портос, — я совсем забыл эту историю.
Атос посмотрел на него своим глубоким взглядом.
— Вы забыли, Портос? — спросил он.
— Честное слово, забыл, — ответил Портос, — это было давно.
— Значит, это не тяготит вашу совесть?
— Нисколько! — воскликнул Портос.
— А вы что скажете, Арамис?
— Если уж говорить о совести, то этот случай кажется мне подчас очень спорным.
— А вы, д'Артаньян?
— Признаться, когда мне вспоминаются эти ужасные дни, я думаю только об окоченевшем теле несчастной госпожи Бонасье. Да, — прошептал он, — я часто сожалею о несчастной жертве, но никогда не мучусь угрызениями совести из-за ее убийцы.
Атос недоверчиво покачал головой.
— Подумайте о том, — сказал ему Арамис, — что если вы признаете божественное правосудие и его участие в делах земных, то, значит, эта женщина была наказана по воле божьей. Мы были только орудиями, вот и все.
— А свободная воля, Арамис?
— А что делает судья? Он тоже волен судить или оправдать и осуждает без боязни. Что делает палач? Он владыка своей руки и казнит без угрызений совести.
— Палач… — прошептал Атос, словно остановившись на каком-то воспоминании.
— Я знаю, что это было ужасно, — сказал д'Артаньян, — но если подумать, сколько мы убили англичан, ларошельцев, испанцев и даже французов, которые не причинили нам никакого зла, а только целились в нас и промахивались или скрещивали с нами оружие менее ловко и удачно, чем мы, если подумать об этом, то я, со своей стороны, оправдываю свое участие в убийстве этой женщины, даю вам честное слово.
— Теперь, когда вы мне все напомнили, — сказал Портос, — я точно вижу перед собой всю эту сцену: миледи стояла вон там, где сейчас вы, Атос (Атос побледнел); я стоял вот так, как д'Артаньян. При мне была шпага, острая, как дамасский клинок… Помните, Арамис, вы часто называли эту шпагу Бализардой… И знаете что? Клянусь вам всем троим, что если бы не подвернулся тут палач из Бетюна… кажется, он был из Бетюна?.. — да, да, именно из Бетюна — да, так вот, я сам отрубил бы голову этой злодейке, и рука моя не дрогнула бы. Это была ужасная женщина.
— А в конце концов, — сказал Арамис тем философски безразличным тоном, который он усвоил себе, вступив в духовное звание, и в котором было больше безбожия, чем веры в бога, — в конце концов — зачем думать об этом? Что сделано, то сделано. В смертный час мы покаемся в этом грехе, и господь лучше нашего рассудит, был ли это грех, преступление или доброе дело. Раскаиваться, говорите вы? Нет, нет! Клянусь честью и крестом, если я и раскаиваюсь, то только потому, что это была женщина.
— Самое успокоительное, — сказал д'Артаньян, — что от всего этого не осталось и следа.

Обратите внимание, что Атос единственный из четверки испытывает терзания по этому поводу - Портос вообще не задумывался, а теперь говорит что сам бы отрубил Миледи голову, хотя конкретно перед ним она наименее виновна, Арамис рассуждает в духе "что сделано, то сделано", д'Артаньян тоже себя оправдывает... Поистине, мушкетерам нужно подойти к пятидесяти чтобы начать переосмысливать юношеские поступки.


Атос схватил дуло карабина и не дал выстрелить.
— Черт бы вас побрал! — вскричал Арамис. — Я так хорошо в него прицелился. Я всадил бы ему пулю прямо в грудь.
— Довольно того, что мы убили мать, — глухо произнес Атос.
— Его мать была негодяйка, причинившая зло всем нам и нашим близким.
— Да, но сын ничего нам не сделал.

Как-то непохоже это на твердолобого человека, живущего в клетке из абстрактных принципов.

[caer]

О нет, на него то, с абстрактными принципами очень даже похоже. Сначала грохнуть женщину, в которую вроде как влюблен, за то, что не соответствует безупречному дворянскому стандарту, потом начать портить кровь себе из-за этого. И друзьям, кстати, тоже. Сам же притащил палача и затеял все это театрализованное представление по устранению миледи. А теперь, значит, все вокруг - преступники. Как говорится, страшно далеки они от народа. А г-н Атос вообще, похоже далек от реальности. Его друзья все это время жили, строили и осуществляли планы, чего-то добивались. Блаародный граф же пил, г-м, портил графинь по постоялым дворам (вряд ли это был такой уж единичный случай), и только когда ему на голову свалили дите призадумался. И вырастил опять же какого-то абстрактного идеалиста. Для которого, все, увы, закончилось весьма быстро и печально. (потому как папочка его даже пьянствовать не научил )
И позиция г-д Арамиса (не считая некоторого лицедейского заезда в вопросы веры) и д'Артаньяна кажется мне гораздо более вменяемой. Они похоже еще не забыли, что вопрос стоял или мы - или она.

[фок Гюнце]

А г-н Атос вообще, похоже далек от реальности.

Как, впрочем, всегда, всюду и во всем...

[mirvenn]

А ведь Атос, действительно, догматик и страшный человек.
Вот всяком случае, в "Трех мушкетерах". 
Хотя потом, возможно, он и стал мягче и мудрее. Как тут уже выше написали ...
ИМХО, в том, что миледи пошла на службу кардиналу и стала матерой преступницей, есть и его вина.
Ну, обнаружил он у нее случайно клеймо на плече. И что? Из-за этого пытаться жену казнить?...
Ведь клеймили ее не как проститутку, а, насколько я помню, как воровку.

Ну, а то, что она не девственница, я полагаю, он понял гораздо раньше, чем обнаружил клеймо-ведь она к тому времени уже была официально его женой... И тогда он не пришел по этому поводу в ярость. 
И что с того, что она, вероятно, не дворянка?... Это что, так важно для любящего мужчины?
В общем, поведи он себя по-другому, прояви он ПОДЛИННЫЕ любовь и благородство....и книги бы этой не было

[Rochefort]

Это что, так важно для любящего мужчины?

Это могло быть чертовски важно.

[Aenno]

Все-таки, граф де ла Фер (а не Атос, и это важно) казнил жену не за то, что она воровка, а за то, что она лгала.

[caer]

ИМХО, в том, что миледи пошла на службу кардиналу и стала матерой преступницей, есть и его вина.
Гы, преступницей она стала раньше. И даже штемпель по этому поводу имела. Выяснить была она там девственной или нет благородному графу вряд ли было под силу. Кстати, а по книге - когда Атос клеймо-то заметил? Тоже только на охоте при дневном освещении?
И не думаю, что миледи и вправду полюбила графа де Ла Фер. Не имею также уверенности, что граф прожил бы долго (тем более счастливо). Красотка лезла вверх, а уж кто там в качестве лестницы подвернулся...