Феминистическое - и снова без названия.

[nyushik]

- Быстрее, Ричард! – раздраженно сказал сюзерен. – Времени совсем не осталось.
Дикон торопливо кивнул, хотя идущий впереди Альдо не мог его видеть. Создатель, какое это счастье – знать, что Альдо жив и что теперь все обязательно будет в порядке! Альдо жив, стало быть… стало быть – он действительно избран Кэртианой! И…
Додумать не получилось – Альдо вдруг стремительно повернулся. В открытом рту блеснули белые клыки – совсем как в сказках, которые рассказывала на ночь маленьким Окделлам старая Нэн.
- Альдо, ты… ты что?!
Лицо Альдо стремительно превращалось в какую-то жуткую морду, влажно блестели клыки, отсвечивали фиолетовым глаза…
- Альдо, это… ты?
Глупее вопроса не придумаешь – ведь он и сам видит, что это – не сюзерен! Подлая тварь нацепила на себя облик последнего Ракана затем, чтобы затащить в ловушку единственного оставшегося верным государю Повелителя.
Рука принялась лихорадочно искать шпагу, пистолет – хоть что-нибудь! Но ничего не было: клинок остался в теле коронованной шлюхи, шпагу у него отобрал наглый коротышка… Что же, если Повелителю Скал придется умереть – он сумеет это сделать достойно. Скалы не побегут.
Спокойно сжав кулаки, Ричард смотрел прямо в приближающийся оскал. Тварь не торопилась, она была не голодна, а может – хотела продлить предвкушение. Ударить? Кулаком прямо в лиловый, слезящийся глаз? Нет, ничего не получится. Боги, был бы у него хотя бы кинжал… Но лживая потаскуха, заманившая его в свои сети, лишила его последней защиты. Она хотела умереть –теперь Ричард в этом не сомневался, - и она подстроила все так, чтобы последний из Окделлов не надолго пережил свою лживую возлюбленную.
С розового языка капнула слюна. Это было… невыносимо, и Ричард зажмурился. Все равно – конец, так зачем же смотреть в лицо своей смерти?
Кто-то резко дернул его за руку.
- Окделл, назад!
Знакомый голос. Кто же это? Кто-то отправился за ним, чтобы спасти одного из двоих оставшихся в живых Повелителя…
Ричард послушно распахнул глаза. Нет! Только этого не хватало! Спрут – подлый, грязный, ледяной Спрут стоял на полшага впереди с обнаженной шпагой. Именно он оттолкнул Дикона от омерзительной твари?! Спрут спас Окделла?! Да скорее небо сойдется с землей, чем Повелитель Скал примет помощь от предателя и потомка предателей!
- Герцог Придд, вы…
- Сделайте одолжение, помолчите минутку, - ледяным тоном отрезал Валентин.
Что ж, он помолчит. Недолго. А потом…
Тварь прыгнула – Дикон успел заметить ее розовый голый живот, - и наткнулась на выставленную вперед шпагу. Все произошло за считанные мгновения – Ричард даже не успел понять, что именно произошло, а тварь, дергаясь в конвульсиях, уже лежала на холодном каменном полу.
- Идемте, Окделл, - сухо сказал Придд, и шпага его с жутким чмоканьем покинула мертвое тело твари.
- Вы не смеете мне указывать!
Придд повернул ничего не выражающее лицо.
- Кто что смеет – мы обсудим это несколько позднее. А пока… пока вы нужны в другом месте. И если вы не пойдете сами – я вас просто оглушу и потащу.
Ну, ничего. Когда-нибудь это унижение кончится. Спрут сказал – он, Дикон, нужен в другом месте. Стало быть, там, в этом самом «другом месте», их кто-то ждет. И этот «кто-то» не откажет в просьбе Повелителю Скал. А просьба будет только одна – одолжить ему оружие. Чтобы они с Приддом смогли наконец раз и навсегда выяснить…
Коридор вильнул влево. Задумавшийся Дик не заметил и чуть не упал, но получил довольно жесткий тычок в спину. Что ж, за этот тычок он тоже спросит…
Зал. Да какой большой! Потолка просто не видно, да и границы теряются где-то вдали. А всего в десяти шагах…
- Проходите, проходите, юноша. Нам тут не хватает именно вас.

[Артанис]

Эрэа nyushik, очень интересно, и, главное, вселяет надежду на хороший конец. Вот только не могу понять, что здесь феминистического, так как из участвующих здесь лиц на звание дамы претендовала разве что Изначальная Тварь, и то не факт.
Интересно, Валентин был настоящий или опять какой-нибудь подвох? Правда, исходя из последней фразы, направшивается вывод, что здесь наконец-то Четверых Один призвал, и тогда Валентин может, конечно, быть настоящим. Хотя как раз в этом случае ему в Лабиринте делать нечего. Или вы решили все же сделать его Повелителем Айсбергов Волн?
Словом, как обычно, вопросов больше чем ответов. Но так бывает с каждым по-настоящему качественным произведением, разве нет?

[nyushik]

Эрэа Артанис, концовка феминистическая будет  А поскольку у меня всегда трудности с названием - то пришлось приоткрыть завесу  Могу и еще одну "страшную тайну" открыть: этот фанф короче всего, чего я "творила" раньше, и он с концовкой будет

[Эйлин]

  Очень заинтригована! Удивительно Валентин спасает Дика(если это, клонечно, настоящий Валентин). А если настоящий, то спасает надо полагать из рационалистических соображений.
Продолжения ждем с нетерпением!

[Krissa]

Тварюшку как-то даже жалко... 

[Valckin]

Ждем-с... 

[Mik@]

nyushik, спасибо за начало и, пожалуйста, дальше! ИНТЕРЕСНО!

[Nicael]

nyushik, спасибо за начало и, пожалуйста, дальше! ИНТЕРЕСНО!

Да-да, интересно, ждем дальше.

[Laty]

Присоединяюсь к авторам предыдущих высказываний - мне тоже интересно, тоже жду продолжения! 

[Convollar]

Эрэа nyushik! Заинтересовали, заинтриговали - уж не бросайте нас без концовки. Потому, что и впрямь - ну очень интересно!

[nyushik]

Не бросаю 

Жермон ничего не понимал. Только что они с Ойгеном находились на холме, глядя на остатки армии, и вдруг – какое-то подземелье. И эти люди…  Как они все здесь оказались?! И – почему именно они? Ойген, младший Давенпорт. Алва, которому сейчас полагалось разговаривать с морисками. Рядом с ним – капитан с забранными назад русыми волосами и каким-то странным выражением лица – даже слов не подобрать, чтобы описать, какие чувства выражает его физиономия. Светловолосый мальчишка лет девятнадцати, ошалело хлопающий глазами и восторженно поглядывающий то на Алву, то на Ли, непроницаемое лицо которого не выражает ничего… Седой человек, похожий на Мориса Эпинэ – это что, его кузен Робер?! Но ведь он моложе Жермона, лет на десять, помнится…
- Герман, тебе о чем-нибудь говорит число «восемь»? – поинтересовался хладнокровный, как всегда, Ойген.
Ответить Ариго не успел: на пороге, если только у этого зала имелся порог, возник взъерошенный русоволосый парень примерно такого же возраста, как и Арно с Валентином, а сзади – Валентин с обнаженной шпагой.
- Ну, вот теперь все на месте, - удовлетворенно констатировал Ворон. – Господа, поскольку не все здесь знакомы друг с другом, позвольте мне представить. Повелитель Молний герцог Эпинэ…
Арлетта Савиньяк писала о Робере; она выражала надежду, что они сумеют стать братьями. Тогда Жермон подумал – вряд ли. Сейчас, глядя на полуседого незнакомца, он думал совсем о другом: а нужны ли Роберу – такому, - какие-то братья? И еще: последний из Эпинэ почему-то весьма отчетливо напоминал Алву. Такого, каким тот был сейчас.
- … его кровный вассал граф Савиньяк.
Ли тоже ни кошки не понимает – но догадаться об этом кроме Жермона могла бы только Арлетта. Ну, и еще, наверное, Ворон – они хорошо знают друг друга.
- Повелитель Скал герцог Окделл…
Ага, так вот кто этот дерганый молодой человек! Тот, кто лишил Ариго сестры, а Талиг – королевы…
- …и его кровный вассал Чарльз Давенпорт виконт Давен.
- Неправда! – заорал надорский кабанчик. – Давенпорты – не эории! Они ординары!
Надо же, какие умные слова знает! Жермону захотелось немедленно въехать чем-нибудь тяжелым по довольно смазливой физиономии, и, судя по выражению лица Валентина – не одному только Жермону. Надо же, а Заразе изменило его привычное самообладание.
- Уймитесь, юноша, - равнодушно бросил Ворон, не глядя на своего бывшего оруженосца, - Не то я вынужден буду отдать приказ заткнуть вас.
Кабанчик дернулся – но затих.
- Вечер сюрпризов продолжается, - сообщил Рокэ и на мгновение прикрыл глаза руками. Голова у него болит, что ли? Было бы неплохо после всего этого как-то затащить Алву к фок Варзов… Старик… Старик должен знать, что Первый маршал… нет, что его бывший оруженосец жив. Как он тогда сказал – «У меня нет другого сына…». Нет, что бы ни случилось – Алва должен повидаться с Вольфгангом…
- Позвольте также представить вам Повелителя Волн барона Райнштайнера.
А вот это уже – полнейшая неожиданность. Ойген – повелитель Волн? А как же Придд? Хотя, судя по физиономии Валентина – для него собственное неповелительство отнюдь не является новостью. Вообще до сегодняшнего дня он готов был поклясться, что по выражению лица Валентина вообще ни о чем судить нельзя – до тех пор, пока не увидел, как Придд смотрит на Окделла.
Кстати, свиненыш справился с удивлением быстрее всех.
- Я знал! Я знал, что Придд… Он даже герцог – поддельный! Он… он всех всегда придда… предавал, и это – расплата, и… Все их семейство – одни предатели! Они не имеют представления о том, что такое истинная честь! Они… Дайте мне шпагу! Я… Он должен ответить, и он ответит! За все ответит!
Разом побледневший Давенпорт шагнул вперед. От звона заложило уши – обитавшее в зале эхо многократно усилило звук пощечины. Окделл схватился за ставшую малиновой щеку и побледнел. Трус? Вряд ли. Об этом говорили и Арно, и Валентин… А все-таки виконту Сэ не мешало бы поглядеть сейчас на своего бывшего однокорытника.
- Может, ему и в самом деле рот заткнуть? – поинтересовался словно невзначай незнакомый офицер.
- … и его кровный вассал герцог Придд.
Алва на вопрос не ответил – но капитана это не остановило. Он живо подошел к Окделлу и, быстро развязав шейный платок, аккуратно заткнул Повелителю Скал рот. Что поразило Жермона больше всего – так это то, что, несмотря на несвязанные руки, кабанчик даже не подумал как-то ответить на оскорбление – только головой мотнул, пытаясь то ли выплюнуть, то ли вытрясти импровизированный кляп. Впрочем, несвязанным он оставался недолго: тот же офицер спокойно и деловито вытащил из кармана что-то алое – кажется, перевязь, - и станул свиненку руки за спиной.
- А также Повелитель Ветров граф Ариго…
Нет, Ворон, видимо, ударился головой, и его нужно лечить. Прежде, чем показывать Вольфгангу. Если старик поймет, что Алва помешался… Вон и Лионель трясет головой – он тоже не в состоянии переварить эту новость.
- … и его кровный вассал рэй Кальперадо.
Белобрысый рэй мило покраснел. Странно, до сих пор Жермону всегда казалось, что кэнналийы брюнеты.
- Ы ыыо о ы ааао, - промычал через платок Окделл; капитан заботливо поправил кляп, похлопал кабанчика по спине. Что-то неуловимо знакомое было в его чертах, только вот – что?

[Anita]

Всё интереснее и интереснее...

[Рысенок]

Угу, неожиданно Особенно, что Герард эорий

[Convollar]

Ох, хорошо! Даже и не слов нет, как хорошо!

[Артанис]

Здорово получается! Не слишком понятно, правда, каким образом Герард оказался эорием (а Арамона что тогда, тоже, что ли?!), и что здесь вообще делают вассалы, но получается очень интересно. А вот каким образом тут Марсель оказался, хотелось бы узнать? Потому что Рокэ от него теперь не избавиться (и слава Четверым), или он тоже окажется... кем-нибудь?
В общем, вопросов становится все больше и больше. Недаром, видимо, вы показали эту главу с точки зрения Жермона - у него от всего происходящего беспорядок в голове соотвествует читательскому.