Полевая тактика Тридцатилетней войны

[Rochefort]

Рошфор, а что такое "белое оружие", объясни чайнику, а?

Это холодное оружие - "белое" и "холодное" в данном контексте синонимы. 

[Lord Guan]

Можно, конечно, предположить, что Конде не знал численности центральной группировки, но все равно она не могла быть меньше 1/4 французской армии, предназначенной для прорыва центра. Ну как его после этого называть?

Называть его после этого следует французским принцем крови, которому посчастливилось жить в те времена, когда верили, что любой принц является прирожденным полководцем. А после того, как в 22 года ему вручили армию, и армия эта победила при Рокруа, он, похоже, и сам в это поверил.

И вот стоит этот принц крови перед сильными вражескими укреплениями - и о чем же он думает? Желает он, победитель при Рокруа, делиться славой с этим худородным Тюренном виконтом Оверньским, совсем недавно разбитым при Мергентхайме? Или с этим несносным гессенцем Гайзо?

Да ни в коем случае! Сейчас он проведет талантливую атаку в центре. Это неважно, что на часах уже 17:00 - время, когда крупных сражений вообще-то не начинают. Это неважно, что под командой у него в основном пехота, а в пехотной тактике он не силен - он больше в кавалерии разбирается.

Что у нас там впереди? А впереди у нас село Аллерхайм. Село хорошо укреплено, там засели 3450 мушкетеров с 6 пушками, и оно находится на равнине перед всеми основными линиями укреплений баварцев, находящимися дальше на холмах.

Значит, фронтальную атаку надо начинать со взятия Аллерхайма, ибо то, что нельзя штурмовать холмы, имея эту радость в своем тылу, понимает любой принц крови. Конде это тоже понимает и бросает свои 2500 первого эшелона против окопавшихся 3450 мушкетеров и артиллерийской батареи. Де-юре атаку французов поддерживают 18 орудий, де-факто про эти орудия можно забыть, поскольку уроки Густава Адольфа прошли даром, и мобильной полковой артиллерии у французов нет.

В сложившихся условиях французский певый эшелон творит чудеса - ему, несмотря на меньшую численность и отсутствие нормальной артиллерийской поддержки, удается ворваться в село, после чего это село 5 раз переходит из рук в руки. Однако настоящие чудеса творятся только в фэнтэзийных книжках, а в реале к 18:00 первый эшелон полностью разгромлен, и его жалкие остатки разбегаются в разные стороны.

Что делает победитель при Рокруа? Правильно, он бросает в бой 1100 пехотинцев второго эшелона - туда, где только что не справились 2500 первого. А что? Он же - принц крови, ему можно!

Разумеется, второй эшелон постигла участь первого, только времени для этого потребовалось намного меньше.

А теперь внимание: еще одна версия разгрома кавалерии правого фланга Конде (источник - Теодор Додж^*, книга "Густав Адольф ..."). По этой версии, перед всей левой половиной позиций баварцев, от их левого фланга и до села Аллерхайм в центре (для французов это, соответственно, правый фланг) находится овраг (на карте сражения в книге Доджа этот овраг четко обозначен).

Конде просит своего командующего правым флангом, маршала Граммона, поддержать центр атакой кавалерии. Граммон отказывается, мотивируя это тем, что овраг непроходим для кавалерии. Конде не возражает и возвращается в центр (фиг с ним, с Граммоном - пусть отдыхает), а вскоре после этого баварская кавалерия, ведомая лично Вертом, переходит "непроходимый" ров и обрушивается на первый эшелон так хорошо устроившегося Граммона ...

Весь этот цирк завершается тем, что Тюренн с войсками левого фланга берет инициативу в свои руки и добывает победу для своего главнокоманующего. Главнокомандующий даже показывается на левом фланге для воодушевления войск (а где же ему теперь еще показываться, раз ни центра, ни правого фланга больше не существует?), а после боя милостиво заявляет: "Если бы я не был Конде, я хотел бы быть Тюренном!"

И как его прикажете после этого называть? 


----------

^* Подполковник Теодор Эйролт Додж (1842-1909) - серьезный военный историк. Сражался на стороне САСШ в Гражданской войне, был тяжело ранен при Геттисберге.

[Jenious]

Здорово! А я ведь ещё летом чуял в воздухе аромат Тридцатилетней войны сразу во многих тредах...

И вот тема, о необходимости которой всегда говорили большевики  - создана!

Спасибо почтенным Рошфору и Лорду! Получаю громадное удовльствие... Всё же как здорово знать, что ты не один....ммм.... такой 

[Rochefort]

Желает он, победитель при Рокруа, делиться славой с этим худородным Тюренном виконтом Оверньским,

Виконт виконту рознь.  Конечно, по сравнению с Конде (на тот момент пятым - после короля, его брата, дяди короля Герцогоа Орлеанского и отца самого Конде - в феодальной иерархии Франции) Тюренн проигрывает. Но не надо забывать, что отец Тюренна (1555-1623, маршал с 1592) был женат на дочери Вильгельма Оранского (мой переводчик с англ. перевел - принц Апельсин  ) и был герцогом Буйонским - т. е. иностранным владетельным князем.
Буйоны добивались во Франции признания за ними статуса принцев и, в конце концов, Тюренну этого удалось. После чего он сильно ругался с Лувуа, который в переписке отказывался именовать его принцем.

А теперь внимание: еще одна версия разгрома кавалерии правого фланга Конде

Вот не помню я источника, но где-то встречал мнение, что Граммон небрежно произвел рекогносцировку перед своим флангом и очень преблизительно представлял себе местность.

И получилось, как у австрийской кавалерии в битве при Гогенфридберге, которая оправдывала свой разгром словами: "Мы не могли атаковать пруссаков отчасти по причине разделявших нас болот, а отчасти потому, что они сами перешли по ним и атаковали нас".

И вот тема, о необходимости которой всегда говорили большевики - создана!

Присоединяйтесь и получайте удовольствие! 

[Jenious]

Дык, хорошо.

Меня всегда занимало вот что. В битве при Виттштоке Гацфельд по порциям вывел почти всю свою армию из укреплённого лагеря, чтобы противостоять Торстенссону и Банеру напротив самого городка.

Так вот, остался ли кто внути и если да - то как объяснить, что кавалерия Банера, совершив обход, ворвалась в лагерь. Он был с той сторны без заграждений? Или там было так пусто, что конники просто подъехали к валам и окрыли себе проход отмычками? Или они перескочили через вал???

А пушки у них вряд ли были... хотя это тоже хорошо бы проверить...

И вот ещё что - имперская пехота в том бою в бой терциями шла? И если да, то большими ли?

[Lord Guan]

Виттшток, 4 октября 1636

Имперская армия Хатцфельда (8500 пехоты, 9122 кавалерии при 30 орудиях) располагалась на большом холме под названием Шрекенберг. Неприятель (шведская армия Банера) ожидался с юга, соответственно южная сторона холма была очень хорошо укреплена, и все 30 орудий имперцев были размещены вдоль этих укреплений. Несмотря на наличие укреплений, армия Хатцфельда была выстроена в стандартный боевой порядок, как в чистом поле: правый фланг - 2744 кавалерии в 2 эшелона, центр - 4900 пехоты (1-й эшелон), 1322 кавалерии (2-й эшелон), 3600 пехоты (3-й эшелон), 1134 кавалерии (4-й эшелон), левый фланг - 3922 кавалерии в 2 эшелона (поскольку армия повернута фронтом на юг, ее правый фланг находится на западе, а левый - на востоке). Общая протяженность фронта имперской армии была не менее 3 км.

Фланги и тыл имперской позиции укреплены не были (!).

Местность перед фронтом позиции имперцев, южнее возвышенности, на которой они стояли, была сильно заболочена и малопригодна для атаки.

А вот восточнее расположения имперцев, со стороны их левого фланга, располагались, с севера на юг: город Виттшток, низменность Лангер Грунд, затем цепочка из трех холмов: Вардторн, Шарфенберг, Вингардсберг, а за ними в южном направлении простиралась полоса леса, который также назывался Шарфенберг. К востоку параллельно этой цепочке топографических объектов протекала река Доссе, имеющая сильно заболоченные берега. Между горой Шрекенберг и цепочкой холмов находилась небольшая низменность под названием Ландвер. Имперцы разместили свой обоз с осадным артиллерийским парком на равнине Лангер Грунд, оставив  там небольшую охрану (лень было на гору тащить все это хозяйство?).

Таким образом, между лесом и цепочкой холмов, с одной стороны, и рекой, с другой стороны, имел место коридор, простирающийся с севера на юг, который плохо просматривался с основной позиции имперской армии.

Хатцфельд не счел нужным занять цепочку восточных холмов или хотя бы устроить там адекватные наблюдательные посты, ограничившись посылкой на Шарфенберг отряда в 1000 драгун, которые, однако, ограничились наблюдением за болотом, расположенным перед основной позицией. На восточном склоне Шарфенберга не выставили ни одного наблюдательного поста. Хатцфельд был уверен, что леса непроходимы, берега реки заболочены, а склоны холмов слишком круты для перемещения шведской армии.

Банер пересек реку Дессе на юго-востоке от имперского лагеря. Он быстро сообразил, что атаковать имперцев по болоту - дело гиблое, и, будучи мастером маневренной "малой войны", составил довольно необычный план. Он разделил свою армию на четыре части. Авангард, которым командовали он сам и Торстенссон, состоял из 3625 кавалерии, 500 мушкетеров и 7 орудий. Центр (Лесли и Карр) имел 4344 пехоты, 1450 кавалерии и 40 орудий (полковые пушки). Резерв (Витцтум) имел 2886 пехоты, 2025 кавалерии и 10 орудий. Наконец, четвертое соединение под командованием Сталханска и Кинга включало 3150 кавалерии.

Банер повел свой авангард, за которым на некотором удалении шло центральное соединение Лесли, восточным коридором, а кавалеристов Сталханска и Кинга послал на запад, в глубокий охват правого фланга имперской позиции. Резерв Витцтума остался на месте, на удалении примерно 5 км от позиций имперской армии.

Кавалерийский авангард Банера во главе с ним самим назамеченным прошел коридором, атаковал и захватил имперский обоз в долине Лангер Грунд, кавалеристы Торстенссона захватили Вингардсберг - южный из трех холмов.

Внезапно осознав всю тактическую важность высоты Шарфенберг, Хатцфельд лично повел кавалеристов левого фланга своей армии на ее захват, но Торстенссон успел раньше.

Последовала серия боев за Шарфенберг, во время которых обе стороны постепенно вводили в бой дополнительные силы. Интересно, что и Хатцфельд, и Банер фактически выступали как командиры кавалерийских авангардов, пренебрегая свомим обязанностями главнокомандующих.

Хатцфельд постепенно ввел в бой всю кавалерию левого фланга и большую часть кавалерии центра, со стороны Банера участвовал только его кавалерийский авангард. Поскольку Хатцфельд вводил свои части в бой небольшими группами, численного перевеса он достиг не сразу, и какое-то время кавалеристы противоборствующих сторон увлеченно гоняли друг друга с переменным успехом на пространстве Шарфенберг - Вингардсберг - Ландвер - восточные склоны Шрекенберга.

Когда кавалерия Банера устала отражать атаки значительно более многочисленной конницы имперцев, Хатцфельд ввел в бой пехоту своего первого эшелона, но тут на стороне шведов в бой наконец вступило подошедшее наконец центральное соединение Лесли. Пехотинцы затеяли перестрелку в лесу Шарфенберг, который представлял собой очень удобную арену для подобных упражнений, поскольку росли в нем в основном редко стоящие столетние дубы с невысоким подлеском. Имея перевес в легкой артиллерии, преимущество в этой дуэли получили шведы.

Хатцфельд ввел в бой остатки кавалерии своего центра, которые атаковали пехотинцев Лесли и порубили значительную их часть.

Отдохнув, кавалерия возобновила бой за высоту Шарфенберг. Торстенссон ухитрился затащить свою тяжелую артиллерию на высоту Вингардсберг. Имперская тяжелая артиллерия оставалась на основной позиции на г.Шрекенберг не могла принимать участие в бою.

От кавалерии Сталханска и Кинга, посланной в глубокий обход, не было никаких известий, а резерв Витцтума продолжал спокойно прохлаждаться на своей исходной позиции.

Численное превосходство войск Империи давало себя знать, и Хатцфельд приготовился бросить в бой свой последний резерв - 2750 кавалеристов правого фланга, чтобы решить исход сражения. Хатцфельд считал, что перед ним - все силы шведской армии.

Не чая уже дождаться подхода Витцтума и Кинга, Банер молил, чтобы скорее стемнело. Пушки имперцев на Шрекенберге уже начали праздничный салют в честь победы.

В этот момент (16:30), почти одновременно, кавалерия Сталханска внезапно появилась в тылу позиции имперской армии, а соединение Витцтума наконец подошло к войскам Банера.

1650 первого эшелона Сталханска ворвались в расположение имперцев с тыла, где не было никаких укреплений, сходу опрокинули 1000 противостоящих им мушкетеров (часть 3-го эшелона центра) и вступили в бой с имперской кавалерией правого фланга. Неизвестно точно, сколько имперских пехотинцев оставалось на исходной позиции во время атаки Сталханска и Кинга. По-видимому, не больше, чем изначально было во всем 3-м эшелоне, то есть 3600 - против 3150 шведской кавалерии. Учитывая, что шведам не надо было рубиться со всей имперской пехотой, и что часть ее могла быть задействована в боях за Шарфенберг, картина представляется вполне реальной. Своей артиллерии у имперской пехоты 3-го эшелона не было.

К великой досаде Банера, темнота, о которой он так мечтал совсем недавно, наконец наступила, и это помешало ему развить успех. Ночью продолжались мелкие стычки, кавалерия Сталханска захватила всю имперскую артиллерию, имперские солдаты начали по-одиночке дезертировать.

Среди ночи Хатцфельд провел военный совет, на котором было решено немедленно отступать. Отступление, которое прикрывал Монтекукколи с 4 кавалерийскими полками, прошло успешно. Банер и Торстенссон до утра ничего не знали, а в дальнейшем запоздалое преследование результатов не принесло.

----------

И вот ещё что - имперская пехота в том бою в бой терциями шла? И если да, то большими ли?

После смерти Тилли в 1632 имперская армия больше не использовала терций. Среди армий Европы терции продолжали применять только испанцы - вплоть до Рокруа.

При Виттштоке имперская пехота строилась в т.н. "бригады" (на самом деле - батальоны) численностью в среднем 700 человек. В отличие от терций, глубина построения не превышала 10 шеренг.

[Rochefort]

Фланги и тыл имперской позиции укреплены не были (!).

Про фланги понятно, но причем здесь тыл? Дельбрюка у меня забрали, но, помниться, в тылу у имперцев была река?
Другое дело, что уже в ходе боя их правый фланг фактически превратился в тыл.

Поскольку Хатцфельд вводил свои части в бой небольшими группами, численного перевеса он достиг не сразу

Следовательно, если бы Хацфельд атаковал решительно и подтянул бы кавалерию центра (положение центра было железным и войска там мариновались без всякой пользы), то он имел хороший шанс отразить атаку?

Почти в каждом сражении повторяется одна и та же картина - главнокомандующий не стоит на холме, отдавая приказания, а командует прямо из боевых порядков, лично ведя в бой какую-нибудь группировку (крыло или центр) в стиле а ля Роммель...
С чего бы это вдруг? Желание лично контролировать ситуацию на решающем участке? Неуверенность, что приказы "с холма" дойдут, будут верно поняты, выполнены? Но тенденция прослеживается...

Банер и Торстенссон до утра ничего не знали, а в дальнейшем запоздалое преследование результатов не принесло.

Т. е. потеря обоза на боеспособности армии сильно не отразилась?

Вообще это интересно - слишком часто крупные (и кровопролитные) сражения заканчиваются неопределенно, даже если одна из сторон и признает себя побежденной, то она отступает в порядке, а победитель извлекает слишком мало выгоды из своих усилий. Где-то здесь скрывается причина стремления избегать лобовых столкновений, заставлять противника отступать маневрированием и закреплять успех взятием крепостей (Конде под Фрейбургом в течении двух дней - 3 и 5 авг. - вел кровавые и, в целом, безуспешные атаки. А обход, осуществленный 9 авг. вынудил Мерси отступить и привел к падению Фрейбурга. Фактически, французы с самого начала могли без сражения добиться того же самого, сохранив половину армии, потерянной в бою).

[Lord Guan]

Про фланги понятно, но причем здесь тыл? Дельбрюка у меня забрали, но, помниться, в тылу у имперцев была река?

Про реку в тылу мне ничего не известно. Я знаю только про Доссе на левом фланге.

Следовательно, если бы Хацфельд атаковал решительно и подтянул бы кавалерию центра (положение центра было железным и войска там мариновались без всякой пользы), то он имел хороший шанс отразить атаку?

Это - очень непростой вопрос.

Не так-то легко предложить оптимальный ход за Хатцфельда, учитывая ту информацию, которой он реально располагал в тот момент.

Давайте посмотрим детальный расклад событий в начале боя:

1. Имперцы замечают со своей горы кавалерию шведов в районе Лангер Грунд. Это Банер со своими 1350 кавалеристами захватывает обоз. Кав. резерв Банера в количестве еще 1325 сабель находится где-то позади, в бой он, скорее всего, пока не вступил.

2. Хатцфельд немедленно осознает, каким он был лопухом, считая, что шведы там не пройдут и не озаботившись элементарным наблюдением за "коридором". Замечу, что в это время Хатцфельд не имел ни малейшего представления о численности противостоящей ему шведской группировки и о местонахождении основных сил.

3. Хатцфельд немедленно приходит к мысли, что высота Шарфенберг является ключевой в тактическом отношении, и принимает решение занять ее. Решение вполне логичное, если учесть, что высота господствует над окружающей местностью.

4. Захватить Шарфенерг надо по возможности быстро, хотя бы потому, что численность и расположение остальных сил врага неизвестны, и через полчаса может быть уже поздно.

5. Поэтому Хатцфельд берет три ближайших к нему кав. полка и лично ведет их на Шарфенберг, просто приказав всей остальной кавалерии левого фланга следовать за ним. В том, что Хатцфельд возглавляет атаку лично, ничего необычного для того времени нет - так, например, Густав Адольф так постоянно делал (отчего и погиб).

6. В это время Торстенссон, находясь в районе Вингардсберг с 950 кавалерии и 500 мушкетерами (по-видимому, Банер поручил ему фланговое охранение) видит волну имперских кирасир, устремившуюся к Шарфенберг. Он понимает, что если имперцы займут высоту, основные силы Банера окажутся зажаты между склонами холмов и болотистым берегом реки. Единственный выход - попытаться занять Шарфенберг первым.

7. Торстеннссон через Винградсберг устремляется на Шарфенберг и успевает первым. Его мушкетеры занимают позицию в лесу, и его 950 отборных кавалеристов против 1350 имперцев, атакующих вверх по склону - вполне реальный расклад. И тем не менее имперские кирасиры выбивают Торстенссона с Шарфенберга, и тот отступает обратно на Вингардсберг.

8. В этот момент все, что нужно Хатцфельду - это подкрепление, чтобы развить успех, закрепиться на высоте, сбросить Торстенссона с Вингардсберга и отрезать основные силы Банера, которые пока еще буксуют на болотистом берегу Доссе.  Хатцфельд на это и рассчитывал, давая ранее команду всем полкам левого фланга (общим числом в 3922 сабель) приказ следовать за ним.

9. И вот здесь возникает проблема. Четвертый из имперских полков левого фланга был пару дней назад побит в мелкой стычке с неприятелем. И вот то ли командир этого полка не очень верил в своих людей, то ли был обижен на устроенный ему разбор полетов, в общем, он вести своих людей в атаку отказался. И мало того, что сам полк не двинулся с места, он еще и преградил путь своим соседям. В общем, требуемых подкреплений Хатцфельд вовремя не получил.

10. А тут Банер понял, в чем дело, и со своими 1350 кирасирами стал подниматься на Шарфенберг, а его резерв в 1325 сабель поднялся на Вингардсберг, где поддержал оставшихся в живых солдат Торстенссона. И вот уже шведы имеют двукратный перевес и гонят Хатцфельда вниз в долину Ландвер и дальше вверх по склону обратно на Шрекенберг.

11. В это время остальная имперская конница левого фланга, наконец, приводит себя в порядок, и в количестве 2600 сабель обрушивается на шведов, обращает их в бегство и снова занимает Шарфенберг, выбивая врага обратно на Вингардсберг. Подтягиваться начинают кавалеристы имперского центра, но им, разумеется, нужно время.

12. Игра в "избушку лесника" продолжается. Хатцфельд (вполне грамотно) для развития успеха вводит в бой 4 пехотные бригады (порядка 2800 человек), которые выбивают из леса 500 шведских мушкетеров.

13. Успех, казалось бы, на стороне имперцев, но тут, наконец, подходит Лесли со своей конницей, пехотой и полковой артиллерией, и бой вступает в следующую фазу ...


Вопрос: а что неграмотного в действиях Хатцфельда в этой фазе боя? Он не смог выиграть исключительно из-за бардака в собственной кавалерии. Именно вследствие этого бардака он раз за разом терял драгоценное время и не успевал осуществить свои замыслы.

Почти в каждом сражении повторяется одна и та же картина - главнокомандующий не стоит на холме, отдавая приказания, а командует прямо из боевых порядков, лично ведя в бой какую-нибудь группировку (крыло или центр) в стиле а ля Роммель...
С чего бы это вдруг? Желание лично контролировать ситуацию на решающем участке? Неуверенность, что приказы "с холма" дойдут, будут верно поняты, выполнены? Но тенденция прослеживается...

Учитывая общий уровень дисцилины и взаимоотношения между командирами той эпохи, могу предположить, что подчиненные старшие офицеры могли неправильно понять замыслы командующего, неправильно интерпретировать его приказы, проявить недостаточное рвение, а то и просто из вредности саботировать исполнение. Примеров тому множество. Поэтому и приходилось так часто главкомам выступать в качестве комбригов.

Вспомните, хотя бы, как Паппенхайм подставил Тилли при Брайтенфельде. 

Т. е. потеря обоза на боеспособности армии сильно не отразилась?

Потеря обоза в данном случае сказалось благоприятно, позволив отступать более резво.

В истории 30-летней войны есть немало примеров того, как армии проигывали арьегардные бои, стараясь во что бы то ни стало удержать свои обозы.

Вообще это интересно - слишком часто крупные (и кровопролитные) сражения заканчиваются неопределенно, даже если одна из сторон и признает себя побежденной, то она отступает в порядке, а победитель извлекает слишком мало выгоды из своих усилий. Где-то здесь скрывается причина стремления избегать лобовых столкновений, заставлять противника отступать маневрированием и закреплять успех взятием крепостей

Это - тема для отдельной подробной дискуссии. Пока отмечу лишь, что сражения в те времена были явлением исключительным, а войны состояли преимущественно из осад, маневров и мелких стычек (ну и, разумеется заготовки фуража и провианта).

Правда, были отдельные сражения, которые (на какое-то время) коренным образом меняли ход войны. Например, первый Брайтенфельд немедленно дал резкий перевес протестантам, а первый Нордлинген, наоборот, свел все победы протестантов на нет.

Кроме того, в этой войне (особенно в поздний ее период) наиболее эффективной была "стретегия пустого желудка". Она состояла в том, чтобы маневрами и мелкими стычками загнать непрятеля в район, где бы тот не был в состоянии себя снабжать. Таким способом можно было угробить армию врага гораздо вернее, чем в полевом сражении.

А еще замечу, что сама идея преследования разгромленного в бою неприятеля в то время была почти неизвестна.

Early modern warfare, что уж тут поделаешь ... 

[Rochefort]

Вопрос: а что неграмотного в действиях Хатцфельда в этой фазе боя?

Ничего, я просто не знал подробностей.

Примеров тому множество. Поэтому и приходилось так часто главкомам выступать в качестве комбригов.

Собственно, я именно это и имел в виду.

В истории 30-летней войны есть немало примеров того, как армии проигывали арьегардные бои, стараясь во что бы то ни стало удержать свои обозы.

Цузмарсхаузен?
Да, верно. Но и голод косил армии почище артиллерии. Хотя если Хацфельду было куда отступать...
Но получается, что победа Банеру ничего не дала.

Это - тема для отдельной подробной дискуссии.

Как-нибудь заведем.  Это тоже интересно.

[Wormann]

  Не собираясь влезать в столь содержательную, интересную и познавательную дискуссию, хотел бы высказать своё восхищение эрудицией и великолепным знанием предмета участниками обсуждения в этой теме. Господа! Снимаю перед Вами шляпу. Надеюсь на продолжение дискуссии.

[Lord Guan]

Вопрос: а что неграмотного в действиях Хатцфельда в этой фазе боя?

Ничего, я просто не знал подробностей.

Интересно, что Гуфри, который эти подробности излагает, сам же и обвиняет Хатцфельда в неспособности воспользоваться обстановкой.

Он приводит три основные причины поражения:

1. Беспечность, отсутствие войск или хотя бы наблюдателей на горе Шарфенберг - это совершенно справедливо.

2. Стремление лично возглавить атаку при наличии таких способных командиров, как Монтекукколи - в принципе, верно, Монтекукколи - хороший командир, и он находился на левом фланге.

Гуфри предполагает, что, если бы Хатцфельд остался во главе всей армии, он мог бы обеспечить более систематический ввод в бой своих подразделений. Это в какой-то мере спорно. Могло запросто оказаться, что в таком случае вместо командования армией Хатцфельду пришлось бы лично разбираться с тем командиром проштрафившегося полка, и ничем управлять в наиболее критический момент он бы все равно не смог. Кроме того, при анализе боя у меня не возникает впечатления, будто в дальнейшем подкрепления к Хатцфельду прибывали нерегулярно.

3. Неспособность своевременно разгромить авангард Банера, несмотря на возможности, которые "неоднократно представлялись". Вот с этим я не согласен. Вследствие заминки в начале боя, Хатцфельд потерял темп и в дальнейшем постоянно на один ход отставал от противника, несмотря на все свои старания.

Цузмарсхаузен?

Цузмарсхаузен или, например, некоторые сражения Тилли: Штадтлон (1623), Люттер (1626).

Но и голод косил армии почище артиллерии. Хотя если Хацфельду было куда отступать...

Интересно, что армии той эпохи так держались за свои обозы еще и потому, что там была складирована их военная добыча за много лет. Солдатская служба была в те времена профессией, а грабежи поставляли основную часть дохода. Потеря обоза была для армии того времени зачастую равносильна банкротству современной фирмы.

Хатцфельду было куда отступать, остатки его основных сил отправились в Вестфалию через дружественную Саксонию, которую он не смог защитить.

Но получается, что победа Банеру ничего не дала.

Стратегически, победа дала Банеру возможность контроля над Саксонией.

Другое дело, что использовать эту возможность его армия не сумела. Банер захватил Эрфурт, а потом крайне неудачно осадил Лейпциг (в январе!). Осада была провалена, Банер потерял под стенами 1000 человек и в январе был вынужден снять осаду и ушел на зимние квартиры в Торгау (в марте!).

[Jenious]

Ахх! Спасибо за более чем содержательный ответ!

Значит, имперская пехота шла бригадами человек в 700 и при глубине человек в 10! Это уже почти линейная тактика! Конечно, это не сражение при Добрыничах, где стрельцы занимали сплошной фронт в 1.5 км глубиной в 4 шеренги, но здесь-то пехота маневрирует.

При этом интересно вот что - Банер в целом осуществил довольно авантюрный план. Он что, знал, что вражеский лагерь укреплён лишь с фронта? (кстати, имя перед фронтом болото я бы начал окапываться именно с флангов). Или он точно знал, по каким (свободным!) путям пойдёт его конница и когда она ударит врагу в тыл? Нет, он этого не знал.

Побитый Мельхиор фон Гацфельд даже лучше Банера управлял процессом, как ни странно это звучит... Хотя на плане всё выглядело так, будто банер тщательно создавал условия для успеха атаки своей кавалерии, с которой он даже связи не имел!

Теперь о местности. В карте, которая у меня есть - речка, на которой стоит сам Виттшток, проходит именно в тылу у имперского лагеря. Но потом делает излучину.

З.Ы. Вот такой, как в треде, подход к описанию я уважаю! Всё до мушкета на карандаше. Это по-нашему! Учёт и контроль! 

[Lord Guan]

Ахх! Спасибо за более чем содержательный ответ!

Всегда пожалуйста! 

При этом интересно вот что - Банер в целом осуществил довольно авантюрный план. Он что, знал, что вражеский лагерь укреплён лишь с фронта? (кстати, имя перед фронтом болото я бы начал окапываться именно с флангов). Или он точно знал, по каким (свободным!) путям пойдёт его конница и когда она ударит врагу в тыл? Нет, он этого не знал.

Полагаю, для Банера такой авантюрный план был как раз вполне рутинным. Банер у шведов на "тактике малых подразделений" специализировался, а тут чуть ли не впервые в жизни оказался в главе 18-тысячной армии в правильном сражении.

Представлене о местности Банер имел самое смутное. Он не предполагал, что обходной маневр Кинга займет так много времени. Считается, что исходный замысел Банера состоял в охвате позиции Хатцфельда с обоих флангов, а то, что в реале вышла атака в тыл - это следствие плохого знания местности.

Побитый Мельхиор фон Гацфельд даже лучше Банера управлял процессом, как ни странно это звучит... Хотя на плане всё выглядело так, будто банер тщательно создавал условия для успеха атаки своей кавалерии, с которой он даже связи не имел!

О том, что генерал-лейтенант граф Мельхиор фон Хатцфельд управлял-таки процессом, свидетельствуют хотя бы три диаграммы, которые он составил (во время или после боя - неважно). Эти диаграммы довольно точно отражают положение вещей на разных стадиях боя. Если Хатцфельд все сражение проскакал с шашкой наголо, вряд ли он бы смог составить столь точное представление о ситуации.

Теперь о местности. В карте, которая у меня есть - речка, на которой стоит сам Виттшток, проходит именно в тылу у имперского лагеря. Но потом делает излучину.

Сомневаюсь. Нколько я себе представляю, Доссе течет с севера от Виттштока, который стоит на ее восточном берегу. Впрочем, попробую найти этот район в географическом атласе.

Update. Посмотрел. Атлас у меня для таких целей мелковат, но по всеу выходит, что поворачивает Доссе километрах в 15-20 севернее Виттштока. Далековато будет.

З.Ы. Вот такой, как в треде, подход к описанию я уважаю! Всё до мушкета на карандаше. Это по-нашему! Учёт и контроль! 

Угу. Только Вы не очень-то обольщайтесь. О точной численности войск в этом сражении до сих пор идут споры. То что привел я - это лишь данные одной из наиболее аккуратных и наиболее современных реконструкций.

Именно поэтому численность одних соединений дана с точностью до единиц (кавалерия - сохранились детальные списки), а других - до сотен (пехота - кто ее станет считать?).

[Kris_Reid]

Я не тормоз, а медленный газJ Понимаю, что тема уже уехала, но все же...

Что у нас там впереди? А впереди у нас село Аллерхайм. Село хорошо укреплено, там засели 3450 мушкетеров с 6 пушками, и оно находится на равнине перед всеми основными линиями укреплений баварцев, находящимися дальше на холмах.
Значит, фронтальную атаку надо начинать со взятия Аллерхайма, ибо то, что нельзя штурмовать холмы, имея эту радость в своем тылу, понимает любой принц крови. Конде это тоже понимает и бросает свои 2500 первого эшелона против окопавшихся 3450 мушкетеров и артиллерийской батареи. Де-юре атаку французов поддерживают 18 орудий, де-факто про эти орудия можно забыть, поскольку уроки Густава Адольфа прошли даром, и мобильной полковой артиллерии у французов нет.
В сложившихся условиях французский певый эшелон творит чудеса - ему, несмотря на меньшую численность и отсутствие нормальной артиллерийской поддержки, удается ворваться в село, после чего это село 5 раз переходит из рук в руки. Однако настоящие чудеса творятся только в фэнтэзийных книжках, а в реале к 18:00 первый эшелон полностью разгромлен, и его жалкие остатки разбегаются в разные стороны.
Что делает победитель при Рокруа? Правильно, он бросает в бой 1100 пехотинцев второго эшелона - туда, где только что не справились 2500 первого. А что? Он же - принц крови, ему можно!
Разумеется, второй эшелон постигла участь первого, только времени для этого потребовалось намного меньше.

А не впадаете ли Вы, Лорд, в ересь всезнания:) Давайте рассмотрим по пунктам.
1)   Конде НЕ может знать численность окопавшегося в Аллерхайме противника.
2)   Конде видит, что первый эшелон вел бой достаточно продолжительное время «с переменным успехом»
3)   Имхо, в такой ситуации предположение, что противник БЫЛ равен (даже учетом укреплений и артиллерии) частям первого эшелона, и после этого РАВНОГО боя (см. п2) может быть опрокинут свежими частями выглядит не столь уж дурацким.

[Lord Guan]

А не впадаете ли Вы, Лорд, в ересь всезнания:)

Надеюсь, что нет.

Давайте рассмотрим по пунктам.

Давайте.

1)   Конде НЕ может знать численность окопавшегося в Аллерхайме противника.

После того, как этот этот противник полностью разгромил его первый эшелон, так, что на поле боя из этого эшелона не осталось никого, Конде обязан был составить примерное представление о его силе.

2)   Конде видит, что первый эшелон вел бой достаточно продолжительное время «с переменным успехом»

Тут, однако, важнее не процесс, а результат.

Конде видит, что остатки его первого эшелона разбегаются из Аллерхайма без оглядки. На следующее утро из всей пехоты центра удалось собрать порядка 1200 человек (данные Т.Доджа) - то есть одну треть первоначального состава.

Какой же это переменный успех, если он переходит в полный разгром?

3)   Имхо, в такой ситуации предположение, что противник БЫЛ равен (даже учетом укреплений и артиллерии) частям первого эшелона, и после этого РАВНОГО боя (см. п2) может быть опрокинут свежими частями выглядит не столь уж дурацким.

Угу. Только никакой речи о равенстве, там, повторяю, не идет, ибо в случае равенства хотя бы часть первого эшелона сумела бы закрепиться хоть на окраине села или организованно отступить на исходные позиции.

Впрочем, даже если предположить, что Конде считал, что может взять Аллерхайм - что он дальше-то собирался делать? Вообще-то Аллерхайм - это лишь передовое укрепление баварцев. Основные линии обороны - за ним, на холме, и там засели 5000 пехоты, и тоже с артиллерией. Общую численность армии противника Конде должен был себе в общих чертах представлять.

Собирался Конде после победы в Аллерхайме с остатками 1100 пехоты второго эшелона штурмовать основные позиции? Без артиллерийской поддержки и с открытым правым флангом? (Ибо о судьбе Граммона и о том, что Верт шустрит где-то неподалеку он, опять же, знать был просто обязан. Конде еще крупно повезло с тем, что кирасиры Верта так увлеклись преследованием.)

Проблема в том, что Конде решил штурмовать оборону противника в месте ее наибольшей плотности без артиллерийской поддержки и без кавалерийского прикрытия флангов. Если посылку в бой первого эшелона еще можно понять, то после полного его разгрома принцу стоило, пожалуй, все-таки задуматься.