Фанарты, фанфики и подарки

[Адино]

 Аглая, списибо за идею! Только поцелуи - не-не, избито! Оригинальность - наш метод! Вот розы - это совсем другое дело ;-)) И серенады. И вообще коту нужно подарить большой букет селедки в оберточной бумаге %))

[Алькор]

Говорят, что яой – хорошее средство от мерисьюизма.
Интересно, а в моём случае это – одно и то же, или как? :-)))

Прекрасная Мери-Сью, с катаной и в бронекупальнике, яростно рубилась на палубе галеаса. Врагов после неё не оставалось – только живописно разбросанные трупы в позах поверженных демонов из «Сейлор Мун». Остальной команде «наших» делать было абсолютно нечего – и матросы, и офицеры подпирали фальшборт, любуясь на изящную распальцовку воительницы. Кто-то предложил делать ставки.
Обе кошки, чёрная и белая, смотрели на это представление философски. Как и Ворон, что вспоминал картины Бориса Вальехо – и слега сетовал на излишнюю закрытость бронелиф… ой, простите,  бронекупальника. Цилиндра и чёрного плаща на нём не было, красных роз он не любил – а потому вмешиваться не спешил.
Несколько поодаль, подпирая мачту, ошивался Некто – его, как ему казалось, никто не замечал. Мери-Сью имярек не интересовала – гораздо любопытнее было наблюдать за манёврами ёжикообразных недогалер, стойко ассоциирующихся с ТяниТолкаем. Одной из галер, самой шустрой, в первоисточнике явно не было.
Кошки переключились на обнюхивание ызарга. Ызарг удрал.
Мери-Сью приняла эстетичную позу, произнесла что-то маловразумительное про Луну и Яичницу… ой, про Луну и Возмездие – и изящным переворотом села в полушпагат.
Алве наскучило. Кошкам тоже.
Некто вспомнил, что одна из его ипостасей – всё же мужская, и обращать внимание на полуодетых Героинь – ноблес оближ. Но… что-то не хотелось. Тогда он вспомнил про свою женскую ипостась – и обратил внимание на Алву. Не помогло: Первый Маршал воспринимался исключительно с эстетической и военно-морской точек зрения…
«Ёшкин Гвоздь – Зелёно Море! Я ж так импотентом в квадрате стану!!» - в сердцах подумал Некто, обернулся волком и пошёл знакомиться с кошками.
;-))

[tOrk]

Брат

Мир принадлежит Вере Камше.
Все персонажи принадлежат их авторам, среди которых встречаются Adino и Oakdell.
В тексте встречаются неявные намеки на творчество Н.Горшкова (Рагдая) и Б.Чигидина.


 -- Кто Вы и что Вам здесь нужно?
   Айрис, смущенная и несколько испуганная резкими интонациями, взглянула исподлобья на маршала.
 -- А, узнаю фамильную черту. Молодой Окделл так же иногда прикидывается неполовозрелым бычком. Вижу Вас как наяву, леди, -- усмешка Ворона заставила ее резко вздернуть подбородок. -- Чем могу?..
 -- Эр... Мистер Маршал, я приехала к брату... Могу я его увидеть?
Пристально глядя девушке в глаза, Рокэ ответил:
 -- Нет. Он уехал. Далеко и надолго. Надеюсь, больше Вам от меня ничего не надо?
 -- Но... Как же... Я никого не знаю в Талиго... Талиге. Где мне остановиться, как мне увидеть брата?..
 -- Знаете, леди, остановиться Вы можете где угодно -- ослы вот вообще посреди дороги останавливаются, -- но лучше всего Вам вернуться домой. А что касается брата... ВАШЕГО брата дожидаться бесполезно, а МОЕГО...
   Алва задумчиво замолчал. В тишине послышались шаги.
 -- Да, кстати. Хуан! Вина! Мне и моей, хм, гостье. Не буду выгонять Вас сразу, так и быть, юное создание, можете выпить "Черной крови"... Или вы предпочитаете "Слезы девственницы"? Впрочем, вы в своем Надоре наверняка ни того, ни другого и не пробовали. Ну а потом -- извольте домой, к мадамкам, нянькам, куклам, тряпкам, танцам. Можете сесть -- попе вредно долго болтаться в воздухе, лучше примостите ее в кресло.
   Айрис, вспыхнув, все же села. Молчаливой галлюцинацией Хуан принес вино сначала Рокэ, который начал неторопливо тянуть его через соломинку с зонтиком, потом гостье, которая, схватив бокал синего кобальтового стекла, попыталась спрятать за ним свой румянец.
 -- А вот что касается МОЕГО брата, -- после длительного молчания продолжил Алва, -- так самое плохое не в том, что он СУЩЕСТВУЕТ -- не такой уж я и зверь, как вы все думаете. Самое плохое -- это то, что он приехал в Талиг и -- кстати, как и Вы, незабвенная, -- не нашел ничего лучшего, как попытаться остановиться у меня. Хуан его, конечно, и на порог не пустил, но он -- мерзавец -- забрался на крышу соседнего дома и оттуда с разбега запрыгнул на крышу дома моего! Можно подумать, за ним кто-то гнался... С крыши он спустился по каминной трубе и, напевая "Мы ночные ахи-страхи", вылез из камина, перепугав слуг и заставив их разрядить в него пару пистолетов. Прыгучий, гад, попался... В общем, моего прихода он дожидался на конюшне под охраной пары моих ребят и Моро.
   По залу пробежал ызарг, маршал проводил его грустным взглядом. Айрис вздрогнула, но попыталась казаться невозмутимой. Ей это почти удалось -- пока она не разглядела ехавшего верхом на ызарге маленького мальчика, абсолютно голого, но со шпагой и огромным носом. Мальчик был ростом с пол-ызарга, а нос показался ей деревянным, крепящимся на резиночке. К какому именно месту крепился нос, она уже не рассмотрела, потому что, ойкнув, макнула в бокал _свой_ нос.
 -- Знаете, юная фрау, -- повернулся к ней герцог. -- Не стоит умываться кэнналийским вином, пусть лучше...
   Что Алва счел лучшим применением вина, он не успел сообщить -- ызарг резко развернулся, подпрыгнул на месте, сбросив обладателя носа прямо в камин, после чего подбежал к креслу Айрис, взобрался ей на колени и, мурлыкнув и потеревшись о ее руки головой, буквально уронил ее носом снова в бокал.
 -- Я Айрис... Я упала в лужу, упала в лужу... Надо бы узнать, какие именно палочки кидает с моста Винни, наверняка ведь можжевеловые... А у выдр четыре ноги, остальное не в счет, ты торкать ее не моги...

   * * *
 -- Напугали Вы меня, леди, -- сказало расплывчатое пятно сверху. -- Я не мог и предположить, что двух капель вина в глаза хватит, чтобы опьянеть, а трех в нос -- чтобы захлебнуться. Больше так не делайте -- провинция, не поймут...
   Из каминной трубы вывалился лохматый клубок, оцарапал попавшегося под горячие когти мальчика-с-носом, очень медленно (но как-то не так) тащившегося от камина к двери, после чего, шипя, плюясь и распространяя по комнате запах просроченного пива, начал кататься по полу.
 -- Вот, и Катари, похоже, своего любимого питомца решила утопить... Вырвался, мерзавец, -- с неожиданной теплотой сказал Рокэ.
 -- А где?..
 -- Контагио? Лежит под кушеткой, которую Вы соизволили занять.
   В этот момент ызарг вылез из-под кушетки, ткнулся носом в лицо гостьи, тявкнул, после чего подошел к брошенному бокалу, допил остатки вина и, слегка пошатываясь, пошел к выходу из комнаты...
... где о него и споткнулся Штанцлер, плаксиво заявивший, что какая-то скотина с жужжащей спиной украла у него любимый велосипед, поэтому он снова стал вредный и противный.
   На последних словах из шкафов заинтересованно выглянули Гарри Поттер, Снейп, Саб-Зиро, Леголас, Кири, Катце, Эйрел, Серегил, Дейл, Райан Вайтекер, сенатор Палпатин и кардинал Ришелье. Под потолком молчаливо подал признаки жизни призрак Джастина.
   Из-за окна донесся громкий крик уличной торговки: "Продаю лимоны! Горячие пирожки, беляши, сосиски! Вывожу из себя на чистую воду! Чищу шпаги кирпичом! И пофиг мне, что там говорят в Гаунау!"
   В дверь постучались. Вошел странно одетый мужчина в меховой шапке, как у Рулена Багдасыса.
 -- Я тут какого-то черного коня попытался мармеладом угостить... Так он у меня его полпуда склевал! Так, о чем это я?
   Дверцы шкафов испуганно закрылись.
 -- У меня тут посылка. Для какого-то мальчика. Сейчас имя прочитаю... Вот. -- Гость близоруко прищурился и прочитал по слогам: -- "Про-сто-щел-кун-чик".
   Никто, кроме призрака невинно убиенного Придда, не заметил, что произошло в этот момент, а зря -- не так быстро выросло бы число трупов в этом замкнутом помещении. Рядом с полупрозрачным Джастином материализовалась небольшая стройная фигурка, затянутая в черную кожу, с кнутом в правой руке и прищепкой в левой. Дважды щелкнув прищепкой и трижды -- пальцами,  она пронзительным голосом заорала, глядя на несостоявшегося главу Дома Волн:
 -- Вы самое слабое звено!
   Но Джастин был слишком нематериален, и ее мощнейшее заклинание, сто семнадцатая ступень черной магии, прошло сквозь него, ударившись о настоящее звено -- одно из звеньев цепи, на которой висела старинная массивная люстра.
Звено разогнулось. "Просто лось, вакуум его заарктурь", -- подумал почтальон...
... и это стало последней мыслью в его жизни.

   * * *

[tOrk]

-- Напугали Вы меня, леди, -- сказало расплывчатое пятно сверху. -- Я не мог и предположить, что...
  "Дежавю означает сбой в Матрице. Когда меняют программу," -- откуда-то всплыло в больной и кружащейся голове Айрис.
  Когда в ее глазах прояснилось, она увидела, что ползший ранее к двери голый ребенок со шпагой ползет обратно. "Похоже, его развернули..." -- подумала она. Клинок шпаги оказался волнобразным, а глаза малыша -- синими.
  Дверь распахнулась, и в комнату стремительно въехали десятка три Элрондов в черных очках.
-- О, вот и мои мамелюки верхом на мармалюках, -- одобрительно сказал герцог.
-- Разрешите доложить, Ваше Эрцгерцогство, мы не мамелюки, мы мамлякаты! Мы двумя руками собираем харвах в зарослях хохиура, когда не заняты вытуриванием из этого мира всяческих пришельцев!
  Элронды синхронно повернулись к мальчику:
-- А ты, Пауль, мог бы и одеться в свой гидрокостюм. Ползает он, видите ли... Нечего было прикалываться над Хоттабычем! Впрочем, в отличие от Петьки тебе он хотя бы человеческий облик сохранил... Почти.
  Чем дольше говорили Элронды, тем сильнее надувался мальчик, увеличиваясь в размерах и приподнимаясь над полом.
-- Сэр Демон... То есть сэр Атрейдес! Вас вызывает Таймыр, -- сказал один из Элрондов, глядя на пейджер.
-- Мергионочка... -- мечтательно сказал Пауль.
  Мергиона Таймыр была на самом деле Бастиндой, с которой юный Атрейдес подружился на почве экономии воды, а так как их морганатически-геронтофильный роман был в самом разгаре, для него этот вызов оказался достаточно веским аргументом, чтобы из этого повествования переместиться в совсем другое -- неважно какое, главное, что подальше отсюда.
  Вместо него -- природа не терпит пустоты -- раздались аплодисменты и слоны и материализовались сильно декольтированные Мэри-Сью в просвечивающих скафандрах.
-- Кстати, если пару дней в этой комнате не убирать, для ызарга пища будет, -- Алва рассеянно обвёл мелом контуры останков люстры и остатков почтальона. -- Хуан, возьми на заметку.
  Кэналлиец взял на заметку, на изготовку, на испуг и под козырек.
  В комнату ворвался Килеан ур-Ломбах.
-- Под козырек надо ходить с первой руки, с первой, я тебе сказал! Не со второй, Леворукий тебя побери, а с первой! И тогда все преферансисты твои!
  Обитатели шкафов срочно открыли самоучители преферанса, подсвечивая себе фонариками, получившимися от засвечивания друг другу в глаз. Обидевшийся на них за это Саурон горько заплакал и ушел спать. Мэри-Сью теснее прижались друг к другу. Большая Керогазка модели "BFG-9000" с грохотом упала на пол.
-- Кили! -- сказал Рокэ. -- Срочно найдите Фили и вместе с Бифуром и Бофуром наступите на ухо волку. Так будет больше пользы от вас -- и меньше вас.
-- Короче, все в сад! А мы с Айрис пошли знакомить ее с тем, кто избавит меня от своего присутствия вместе с тем, кто избавит меня от его присутствия... В общем, они вдвоем вместе покинут этот дом.

  * * *

  Подходя к конюшне, маршал почувствовал что-то неладное. А зайдя в саму конюшню, на секунду потерял дар речи.
На полу лежали связанные слуги, а над ними...
...над ними стоял Моро -- и помимо седла на нем были молдинги, антикрылья и спойлеры.
-- Я даже догадываюсь, КТО это сделал, -- сквозь зубы процедил Рокэ. -- Вот этот человек, который хитер, ловок, изворотлив и продаст даже снег эскимосам -- он ни разу не сделал этого до сих пор лишь потому, дырку над ним в кролике, что в этом мире нет эскимосов. Он смог развязаться сам, связать слуг и заговорить зубы не своему коню. В общем, знакомьтесь, Айрис. Этому человеку я сейчас отдам этот кошелек -- и поручаю увезти Вас подальше, чтобы никогда больше не видеть ни его, ни Вас, незабвенная. Мой двоюродный брат, сын нухутскоподданного -- Остап Алва.
  После чего ушел в свою спальню пить и в особенности блудить, по дороге бросив беглый взгляд на штабель Мэри-Сью и задумчиво сказав:
-- А все-таки они полюбили друг друга...

[Аглая]

Ну вот... Под влиянием этой темы во мне пробудился слэшер и появилось дикое желание поучаствовать в общем веселье. :-) В-общем, изумляясь сама себе, фанфик я нахально сочинила...
Не ругайтесь сильно, все-таки весеннее настроение... 8-)))))



* * *

Прекрасный летний день… Ясное голубое небо, легкий ветерок раскачивает деревья вдоль дороги… Ни души вокруг, вдалеке за холмом виднеются крыши небольшого городка.
Посередине дороги внезапно воздух раскрылся с сухим треском, как будто прорезалась ткань реальности. Из разреза вывалилась особа в черном балахоне, подпоясанном грубой веревкой, в руках особа крепко держала холщовую сумку. Когда дорожная пыль, вызванная описанным событием улеглась, стало возможно рассмотреть невысокую хрупкую девушку, со снежно белой кожей, пышными черными локонами… Узкое лицо с тонкими и решительными чертами, выразительные миндалевидные глаза… В общем, явление Далии Амарги состоялось. Вокруг лежал мир, не подозревавший о привалившем ему счастье.
Следует еще добавить, что за спиной Далии Амарги висел основательно набитый рюкзак. На шее, на шнурке болтался черный камешек неопределенной формы, а также стержень, обернутый красной кожей – на кожаном же красном ремешке. На поясе висел кинжал в потертых невзрачных ножнах. Далия Амарга решительно протерла лицо рукавом балахона, стирая дорожную пыль и пятна, подозрительно похожие на кровь. Ну вот, теперь можно двинуться навстречу новому миру.
-   Что это за страна? – вопросила пространство Далия Амарга. – Прекрасная
Иллирия, синьора, - ответила она сама себе.
   И тут вдалеке, со стороны городка, послышался топот копыт.
   - Чудесно! Аборигены уже спешат ко мне, - заявила Далия Амарга, располагаясь посреди дороги.
   Это оказался юноша лет восемнадцати, в дорогой, но явно пострадавшей от длительного путешествия одежде.
-   Я вижу, здесь юнцы благородных фамилий путешествуют в полном
небрежении, предоставленные сами себе, - неодобрительно заметила Далия Амарга. – Впрочем, это дает прекрасную характеристику политической ситуации в государстве.
   Приблизившись, юноша осадил коня и в полной растерянности уставился на возникшее препятствие.
   Далия Амарга очаровательно улыбнулась и изящно вскинула вверх руку, позаботившись, чтобы край балахона сполз, открывая тонкое запястье.
   - О прекрасный и благородный юноша! Я вижу, тебе не чуждо милосердие к путникам, и ты всегда готов придти на помощь деве в беде. Это написано на твоем открытом и честном лице. Ты понимаешь меня?
-   Понимаешь? – ошарашенно пробормотал юноша.
-   Значит, понимаешь. Это прекрасно, что мы можем понять друг друга. Видишь ли, мне нужна верная рука, мне нужно горячее сердце… Как тебя зовут, мой прекрасный рыцарь?
-   Э-э… Прекрасный рыцарь…- юноша отчаянно покраснел и стал слегка заикаться. – Меня зовут… Это… Меня зовут Ричард Окделл…


* * *

-   Так-так, Ричард… Дикон, - говорила тем же вечером Далия Амарга, тщательно помешивая варево в котелке. – Расскажи-ка мне еще раз про своего эра… Бывшего…
Они расположились в стороне от дороги, на удачно попавшейся полянке, под прикрытием деревьев. Если какому-нибудь путнику вздумалось бы ехать ночью в этой глухой местности, он определенно не смог бы разглядеть огонек костра.
Не было никакой уверенности, что они оказались именно там, куда первоначально стремился Ричард Окделл. Даже можно было сказать, что они оказались совсем не там.
   Юноша встряхнулся и постарался удерживать глаза открытыми. Он и сам не мог бы объяснить, почему так странно себя чувствует.
-   Эр Рокэ… Он… Как выстрелит! Белый Лис упал… Никто не ожидал… А Робер говорит…
Далия Амарга отключилась от жалкого лепета и настроилась на мозг юного
герцога Окделла. Да, мальчишка оказался настоящим герцогом, кто бы мог подумать! Перед ней стремительно понеслись картины сражений, пышных светских приемов, мятежных улиц, и всегда в центре  восприятия находился мужчина с яркими синими глазами и выразительным лицом, то искажающимся яростным оскалом, то кривящимся в презрительной улыбке.
-   В целом, неплохо, - пробормотала Далия Амарга. – Да, думаю, подойдет.
-   Подойдет? – Окделл заморгал, внезапно прервав свою речь и постарался сесть прямо. – Кто подойдет, куда… - он закашлялся и машинально поднес к горлу руку. Вздрогнув, поднял руку к лицу, ошеломленно разглядывая кровь на пальцах, на запястье. – Что это?.. Я…
Он хотел вскочить, но почувствовал, что тело ему не подчиняется. Мысли были нечеткие, расплывающиеся туманом.
-   Это ты сделала?.. Но зачем…
-   Тихо, тихо… Не дергайся, и тебе не будет больно.
Далия Амарга наклонилась над котелком, вдыхая испарения.
-   Вроде бы достаточно, но осторожность не помешает. Дай мне руку, парень.
-   Нет!..
-   Да! – Далия Амарга с силой, неожиданной для ее фигурки, дернула Дикона за руку, так что тот со стоном упал на землю.
Сунув руку Дикона в кипящий котелок, Далия Амарга выхватила кинжал и нанесла несколько глубоких порезов по венам. Сжала руку юноши, усиливая поток крови. Дикон обессиленно возился, пытаясь вырваться из железной хватки. Щеку обжег язык пламени из костра. Дикон почувствовал некоторое прояснение в голове.
-   Послушай, мальчик, ты очень милый, - замурлыкала Далия Амарга. – Но дело в том, что я спешу, спешу домой… Очень тяжело оказаться отрезанным от своего мира, от всех, кого ты знал… Ты согласен? Если тебя это утешит, то могу сказать, что мне очень, очень жаль. И я даже при случае окажу услугу твоим родным… В виде платы. Нет? Хорошо – любому, кого ты укажешь. Кто это будет – только назови имя.
-   Ты… выходец! – выкрикнул Дикон.
-   Какой еще выходец? – недовольно протянула Далия Амарга. – Ладно, нет времени смотреть.
Она бросилась на Окделла с кинжалом. Дикон пытался выставить руки, заслониться от ударов… Под пальцами оказался шнурок, Дикон дернул его на себя, от чего Далия Амарга упала на него потеряв равновесие. Но она продолжала наносить удары кинжалом, все смешалось, боль и тьма…

[Аглая]

* * *

-   Славный молодой господин, наконец-то пришел в себя! Как рады этому ничтожные и презренные, да.
Дикон открыл глаза, увидев над собой две склоненные физиономии. Рыжие волосы, полные лица. Гоганы.
-   Где я?.. Что случилось?..
-   Увы, что случилось с молодым господином, жалким неведомо. Недостойные нашли его на поляне, умиравшим от жестоких ран… Не чаяли мы оказаться полезными, но милостью высших сил ничтожным удалось остановить кровотечение, да. Молодость и крепкий организм должны победить смерть.
Дикон вздохнул, чувствуя ноющую боль во всем теле. По-прежнему туман в голове…
-   А… мои вещи… Конь?
Гоганы переглянулись и торжественно покивали головами.
-   Увы жалким и недостойным! Ничего при молодом господине не было найдено. Но если светоч разума поделится с слабоумными, откуда и куда он двигался, где сошел с дороги, то поиски могут принести пользу…
-   Я… Не помню. – Дикон вдруг мучительно осознал, что он действительно не помнит ничего.
-   Не нужно волновать себя без надобности… Пусть молодой господин отдыхает и набирается сил.
Гоганы отошли. Дикон услышал конское ржание, тихие голоса. Осознал, что он лежит в палатке, через щели проникают лучи закатного солнца. Да, настает ночь. Почему это его тревожит? Что-то вроде бы связанное с ночью…
Дикон пошевелился, внезапно ощутив посторонний предмет в руке. Поднес к глазам черный камешек неопределенной формы с обрывком шнурка. Вспомнилось узкое женское лицо с беспощадными глазами… Далия Амарга! Имя пришло внезапно, потянув за собой беспорядочные воспоминания.
-   Она ударила меня кинжалом! – воскликнул юноша. – Она хотела меня убить… Кровь в котелок…
Гоганы вновь придвинулись, озабоченно хмуря круглые лица.
-   Молодой господин что-то желает сообщить презренным?
-   Она!.. Далия Амарга, - пробормотал Дикон.
-   Бесполезным незнакомо это имя, - задумчиво произнес один из гоганов.
Дикон протянул им камешек на обрывке шнурка. Гоганы склонились над ним, внимательно разглядывая камешек, однако брать его не спешили, тихо переговариваясь на незнакомом Дикону языке.
-   Что это?  – требовательно спросил юноша.
-   Недостойные не знают, - нехотя сказал, наконец, один из гоганов. – Очень сильная магия, ничтожным не известная. Молодой господин упоминал кровь, однако жалкие крови не чувствуют… Не решаются презренные перемещать этот предмет. Поспешность неуместна в делах, связанных со здоровьем и с магией.
Дикон откинулся назад. Гоганы вышли из палатки, продолжая тихий разговор. Юноша стал рассматривать камешек, пытаясь отгадать его предназначение. Магия! Как будто он снова читал старые книги в библиотеке герцога Алвы… К несчастью, библиотека была далеко, а едва затянувшиеся раны причиняли вполне реальную боль.
-   Отдай мне его.
Тихий, но отчетливый голос вызвал у Дикона дрожь. Он следил, как из теней, таящихся в углах палатки – когда успела опуститься ночь? – выступает Далия Амарга.

[Аглая]

* * *

-   Молодец… Успел ухватить во время схватки…Я бы сразу его у тебя забрала, если бы не появились эти… люди. Кто они?
Дикон настороженно смотрел на Далию Амаргу, пытаясь прикинуть свои шансы.
Оружие? Его не нашли, как сказали гоганы, и с его места  не видно ничего подходящего. Позвать на помощь? Не успеет, опасность слишком близко. Даже сам по себе он ничего сделать не сможет, до сих пор еле может  пошевелиться…
   Далия Амарга приблизилась еще на шаг, ступая абсолютно бесшумно, как большая кошка.
-   Не подходи! – хрипло выкрикнул Дикон. – А то я… А то…
-   Что - я? Что ты сделаешь?
Дикон отчаянно, из последних сил, попытался приподняться. Камешек на обрывке
шнурка врезался в ладонь.
-   Я его… разобью! – заявил Дикон, сразу же поняв нелепость своих слов. Далия Амарга прыгнула на него, в тот же момент юноша, дернувшись, наткнулся на жаровню рядом с лежанкой. Огонь! Вот он выход! – Я его сожгу!
Далия Амарга, развернувшись в воздухе, плавно опустилась на землю. Дикон
вытянул руку с камешком над жаровней.
-   Ладно, не дергайся. К чему этот бессмысленный акт вандализма?
-   Акт ван… Чего?
-   Неважно. Просто мне нужен этот артефакт. Для тебя он не представляет никакой ценности. Разве не следует из этого, что ты должен мне его отдать?
-   Ты хотела убить меня!
-   Нет.
-   Нет?! Я чуть не умер!
-   Это был бы несчастный случай. Ты бы просто пострадал в ходе магического действия.
-   Не вижу разницы, - буркнул Дикон.
-   Разница в том, что точно так же ты мог бы и выжить. Что, кстати, и произошло. Можешь мне поверить, если я кого-то хочу убить, я  это делаю. У меня отличные результаты.
Казалось, время в палатке остановилось. Дикон и Далия Амарга пристально
смотрели друг на друга. Дикон держал руку над жаровней, до боли сжав пальцы.
-   Ладно, - сказала, наконец, Далия Амарга. – Предлагаю сделку. Не можем же мы так сидеть всю ночь.
-   Какую … сделку? – тихо спросил Дикон.
-   Обычную. Я делаю что-то для тебя, ты делаешь что-то для меня – отдаешь мне артефакт. Все довольны.
-   Как я могу тебе верить? Ты обманешь…
-   Однако! А это по-твоему, что? – Далия Амарга возмущенно указала на кинжал.
-   Не знаю… При чем тут кинжал?
-    Во имя Бездны! В этом мире проживают невежественные дикари. Этот мир просто напрашивается на какой-нибудь маленький катаклизм. Обманывать тебя при заключении сделки – не в моих интересах. Все будет по честному. Так что ты хочешь взамен за  артефакт?
Дикон молчал. В голове у него все перемешалось.
-   Разве у тебя нет на примете очаровательной девицы, на которую тебе хочется произвести впечатление? Такого просто не может быть – в таком возрасте, у такого сладкого мальчика… Ну? Хочешь любовный эликсир? Пара капель – и она твоя, этот образчик женственности, как там… Катари?
Дикон дернулся.
-   Катари! Откуда ты!.. Как ты смеешь!..
-   Ладно, ладно, умолкаю… Только не совершай резких движений. Осторожнее с огнем. И скажи, наконец, что-нибудь. Я прямо первый раз встречаю такого скромного молодого человека. У тебя разве нет никаких амбиций? Продвинуться по службе, восславить свой древний род? Совершить подвиг, спасти страну? Чтобы все вокруг кричали «браво»! Чтобы барды воспели тебя в веках? Или… тайная власть? Отрада и наслаждение поистине тонких натур – держать в своих руках нити жизни и судьбы сотен людей, рушить династии одним движением пальца?
-   Что… все это значит? Кто ты? Зачем тебе все это? – пробормотал юноша.
Далия Амарга вскинула бровь.
-   Ах даже так? Ты хочешь знать… Кто и зачем?
-   Да, я хочу знать, - заявил Дикон, чувствуя себя, наконец, более-менее уверенно.
-   Оригинально. Он хочет знать! Но слово сказано. Сделка есть сделка. Я расскажу тебе, ты отдашь мне артефакт. Да?
-    Ну…
-   Хорошо. Я являюсь магом Черной Мантии высшего посвящения. В ходе магической войны, разгоревшейся в моем мире, подробности которой, конечно, очень увлекательны, но тебя вряд ли сейчас интересуют, меня выкинуло из моего мира и отнесло куда-то далеко по веренице миров. Мне удалось вырваться из области Хаоса, но при этом я оказалась в чужом и незнакомом мире. С тех пор я путешествую из мира в мир, пытаясь найти свой. Очень просто. В гостях хорошо, а дома лучше. Однако, переход из одного мира в другой требует огромного количества магической энергии, которым я пока не располагаю, или соответствующих артефактов, которых у меня тоже пока нет. Поэтому мне приходится прибегать к… определенным магическим процедурам, выстраивать чары. Не уверена, что ты поймешь тонкости магии, не имея даже зачатков магических знаний… Но грубо говоря, тут используется закон подобия. Мир образуют сущности, населяющие его, также как здание состоит из кирпичей, или бревен… При этом одни из них имеют большее значение для крепости здания, чем другие, служат опорой, или дверями, или окнами. Таким образом, мне нужно только отыскать в мире  личность, которую можно посчитать как бы одним из краеугольных камней мироздания. Взяв его сердце в центр заклинания, я могу создать портал перехода в другой мир. Ты, юный Окделл рассказал мне о таком человеке, чем сильно облегчил мои поиски и сэкономил мне время.
Дикона затошнило. Насколько он помнил, во время его бесед с Далией Амаргой
речь преимущественно шла только об одном человеке…
-   Герцог Алва… Ты хочешь убить его?!
-   Опять… Нет, я не хочу убить его. Я хочу только использовать его сердце в своем заклинании.
-   А… эр Рокэ умрет?
Далия Амарга пожала плечами.
-   Люди редко выживают, утратив сердце.
-   Но… это неправильно!
-   Неправильно? – хищно усмехнулась Далия Амарга. – И это мне говорит человек, который, презрев свою клятву верности, подлил отравы своему обожаемому господину?
-   Я… - Дикон мучительно покраснел. – Это совсем другое… Ты не знаешь!
-   Нет, я знаю. Я же читала твое сердце.
-   Я не хотел его смерти!
-   А я что говорю? Я тоже не хочу. Похоже, он славный парень, твой эр Рокэ. При иных обстоятельствах, я бы с удовольствием познакомилась с таким красавчиком… Но что делать? Или ты можешь предложить другую кандидатуру?
Дикон мучительно искал выход.
-   А ты… Не сможешь к нему подобраться! – воскликнул он. – Для своего заклинания.
-   Ты в этом уверен? – усмехнулась Далия Амарга. – Твой эр Рокэ любит красивых женщин… Но я поступлю еще проще: я приду к нему в твоем обличье. Думаю, он не откажется меня принять, если я расскажу ему кое-что из твоих воспоминаний… Про Катари, про эра Августа…
-   Нет! – воскликнул Дикон. –  Ты не сможешь!..
-   Никогда не берись судить, что сможет сделать черный маг, а что не сможет. Я взяла достаточно твоей крови, чтобы сотворить заклинание иллюзорного облика. – Далия Амарга подтянула к себе свою сумку и продемонстрировала Дикону ее содержимое – бутылочки и пузырьки с жидкостью разного цвета. – Вот это – твоя. Прелестный розовый цвет. Говорят, розовый – цвет надежды. А теперь твоя часть сделки – отдай мне артефакт.
Дикон колебался. Он не знал, как поступить.
-   Ну же, будь хорошим мальчиком. Мы ведь заключили сделку, правда? Ты ведь не хочешь нечестной игры? Иначе и с тобой сыграют нечестно. Такие правила.
Далия Амарга повелительно протянула руку. Дикон мучительно медленно разжал
пальцы…
-   Сделка состоялась! – воскликнула Далия Амарга, выдернув камешек из руки Дикона. В тот же миг в палатке как будто закружился темный вихрь, и женщина в черном балахоне исчезла.
Дикон бессильно упал на спину. «Почему меня не убили во время бирисской кампании?» -   горько подумал он.
-   Я должен предупредить эра Рокэ!.. – воскликнул Дикон.
-   Сиятельный молодой господин что-то сказал? – вопросил один из гоганов, зашедший в палатку.

[Аглая]

   Дикон из последних сил скатился с лошади. Позади осталась бешеная скачка, когда весь мир кружился вокруг серым водоворотом, и только спины скачущих впереди гоганов представляли нечто вроде ориентира. Юноше вдруг отчетливо пришла мысль, что один он не доехал бы даже до ближайшего города.
   Как заявили гоганы (и откуда только узнали), Алва с горсткой своих людей двигался скрытно, срезая дороги. Но гоганы и сами знали некий обходной путь, благодаря чему им удалось выйти прямо на бивак Первого Маршала.
   Дикон даже не хотел задумываться о том, какая нужда гоганам брать на себя такие хлопоты. Собственно говоря, в голове у него была только одна мысль – во что бы то ни стало отыскать герцога и рассказать ему…
   В лагерь гоганы с ним не пошли.
   - Ба! Да это никак юный Окделл! – с недоумением окликнул Дикона смутно знакомый голос. Юноша резко обернулся, чуть не свалившись под ноги подошедшего Валме. – Но откуда?..
   - Я… Нет времени! Срочно нужно найти эра Рокэ… Мне надо… ему…
   - Ага. Срочное донесение. Понимаю, - Валме дернул себя за ус. – Новости из столицы? Ладно… Маршал должен быть в той палатке… Видел его буквально минуту назад.
   Дикон уже спешил к указанной палатке.
   - Эр Рокэ! – воскликнул он, вваливаясь в палатку. – Нужно срочно…
   - Герцог Окделл! – вскочил ему навстречу худенький паренек. – Вы уже вернулись? Решили не ходить к реке?
   Герард Арамона! Ну конечно! Как он мог забыть. Однако, о какой реке твердит ему Арамона?
   - Река? – растерянно спросил Дикон. – При чем тут река? Где эр Рокэ?
   - Ну как же… Вы сказали, что вам нужно спуститься к реке… Но река дальше, вы бы не успели дойти туда за это время…
   - Я сказал… - взгляд озирающегося по сторонам Дикона упал на кое-что знакомое в углу палатки…Его вещи! Седло!.. Дикон ринулся к сваленным в груду вещам. За седлом он углядел знакомую холщовую сумку… - Она уже здесь!.. Где эр Рокэ?! – закричал он на Герарда.
   - Тише, юноши. Не надо поднимать на ноги весь лагерь. Что у  вас случилось, Окделл? Укусил ранний карп?
   Дикон обернулся на знакомый голос. Фигура Алвы в проеме палатки практически сливалась с ночным небом. Помедлив, Алва вошел в палатку и зажег еще несколько свечей.
   - Ну? Вы онемели? Кто это она, которая «уже здесь»?
   - Эр Рокэ… - хрипло выдавил, наконец, Дикон. – Мне надо вам рассказать..Вы, наверно, не поверите…
   Алва мрачно поглядел на него.
   - А вы попробуйте. Я готов поверить уже во все, что хоть каким-то боком связано с Окделлами.
   Герард вдруг странно пискнул.
   - Там… Это… - он указал трясущейся рукой на проем палатки, где Дикон с замиранием сердца узрел… собственную фигуру, как будто в зеркале.
   Алва стремительно окинул взглядом двух Диконов Окделлов и странным замедленно-плавным движением отступил к стенке палатки.
   - Так… - протянул Первый Маршал севшим голосом. – Во что вы впутались на этот раз, Окделл?
   - Эр Рокэ! – воскликнул Дикон – Это… Это не я! То есть вон там – не я! Я не там, а здесь! Это…
   - Эр Рокэ! – закричала одновременно с ним проклятущая Далия Амарга. – Я тут, а там – не я! Я как раз хотел рассказать…
   - Нет, это я! – со слезами на глазах завопил Дикон. – Я могу доказать!
   - Я тоже могу доказать! – кричала Далия Амарга голосом Дикона. – Можете спросить меня о чем хотите и проверить!
   - Нет, меня спросите, я здесь! – орал Дикон.
   - Всем молчать! – гаркнул Алва. Воцарилась тишина. – Вы что-то шептали, Арамона? Или мне послышалось?
   - Я говорю – их надо обложить рябиной… Обоих…
   Алва бешеным взглядом уставился на Герарда.
   - Выйдите из палатки, - наконец, тихо произнес он. Герард вжался в стену. – Выйдите из палатки СЕЙЧАС ЖЕ.
   Тут Дикон заметил, что Далия Амарга двинулась по направлению к Алве.
   - Эр Рокэ, сзади! – отчаянно крикнул он.
   Алва обернулся, Далия Амарга прыгнула через всю палатку. Время как будто замедлилось для Дикона. Он видел, как Далия Амарга летит по воздуху, вытягивая неизвестно откуда свой страшный кинжал… Он видел, как Рокэ Алва склоняется к шпаге, не отводя взгляда от противника… Шпага далеко – дальше, чем кинжал Далии Амарги…
   Машинально Дикон схватил первую попавшуюся вещь, из тех, что находились у него под рукой и швырнул в Далию Амаргу. Та, оскалившись (странно видеть свое лицо с такой звериной гримасой) вскинула кинжал и отбила маленький флакончик с мутной жидкостью. Флакончик ударился прямо в лоб герцогу Алве, полилась струйка жидкости, начинающая мерцать маленькими искорками, все усиливающимися, становящимися нестерпимо яркими…
   Дикон даже не понял, кто из них больше кричал и о чем.
   Когда суматоха и мерцание несколько улеглись, в палатке находились Герард Арамона, бледный как полотно, два изрядно встрепанных Дикона Окделла и необыкновенной красоты кот с палевой гладкой шерсткой, темной мордой и лапами и с яркими синими глазами.
   Герард с Диконом уставились на неизвестно откуда взявшегося кота. Кот гневно завыл.
   - Ну вот, - устало произнесла Далия Амарга, усаживаясь на скатанном плаще. – Судя по всему, путешествие отменяется. Дамы и господа, задержка рейса ввиду нелетной погоды.
   - Какая нелетная погода? – пролепетал Дикон. – Где… где эр Рокэ?..
   - А сам не догадаешься, мой птенчик? – свирепо ухмыльнулась Далия Амарга. – А кто это у нас такой умный, что догадался наугад раскидывать мои собственные заклинания из моего собственного багажа? И сейчас бедный путешественник, обессилевший в скитаниях, имеет вместо ожидаемого портала чудного кота сиамской породы. Да, - горько произнесла Далия Амарга. – Шалафи бы это здорово повеселило.


Прощу прощения за длинный пост... :-(( Это как-то так получилось...
     




   

 

[Gadko]

Полный бред, но местиами смешно=)
*одевает  доспех, одолженый у добросердечного Тагэре*
А я утюгов не боюсь=))

[Morwen]

Спорю на плюшку, что автор фанфика до конца не добредет. Запутается. Уже запутался.
Бу.
А альтернативный вариант-то как хорош!!  Блин, какой там Дик славный.. (глубокий вздох)
Громкий хлюп носом..

[Chameleon]

Вообще я это выкладывать не хотела, но, говорят, получилось неплохо.  

===================================
Секретный дневник Ричарда Окделла

Мой опекун привез меня в Олларию. Ехать не хотел, но мать настояла. Имел серьезный разговор с господином кансилльером. Эр Штанцлер сказал, что на меня вся надежда. Поклялся не обмануть его ожиданий. Завтра в Лаик. Не хочу.

Уже в Лаик. Капитан Арамона похож на свинью. Баловника отобрали. Дурацкая крыса!

Познакомился с братьями Катершванцами. Они хорошие. Выслушал речь капитана Арамоны. Узнал некоторых однокорытников.

Сегодня были занятия по словесности. Мэтр Шабли открыл для меня Дидериха. Мэтр Шабли хороший.

Оч. скучно. Обижают.

Попробовал сочинить сонет, как у Вэннена. Получилось плохо. Разочарован.

Все еще в Лаик. Оч. скучно. Обижают. Наступила зима.

Кто-то подложил странную перчатку капитану в суп. Суза-Муза-Лаперуза отлично рифмуется, вот повезло кому-то с именем!

Суза-Муза разрисовал портрет Сви капитана Арамоны, и нас лишили обеда. Оч. разочарован.

Думаю, что Суза-Муза - Паоло. Паоло - кэнналиец. Вот почему он плохой.

Капитан Арамона поставил меня к доске и заставил повторять историю, он говорил, что мой отец плохой, но он хороший! Хотел врезать, но тут упала статуя. Оч. разочарован. Эстебан - плохой.

Кто-то подвесил капитанские панталоны к потолку. Капитан оч. расстроился и оч. громко кричал. Обвинил меня в том, что я - Суза-Муза и хотел запереть меня в холодном неуютном зале, но Катершванцы, Альберто, Арно и Паоло приняли вину на себя, и нас всех там заперли. Суза-Муза спустил нам через камин ужин и пообещал больше не делать плохого. Видел призраков. Оч. испугался. Прибежал отец Герман и выпустил нас.

Ночью приходил Паоло и отец Герман. Говорили странные вещи. Утром Арамона сказал, что Суза-Муза больше не сделает ничего плохого. Кэналлиец уехал. Жалко. Он хороший.

Нас выпустили погулять по городу. Арно - с Марикьяры, Арно - хороший. Наль меня встретил и отвез к эру Штанцлеру. Эр Штанцлер сказал, что на меня по-прежнему вся надежда.

Все еще в Лаик. Скоро выпуск, я стану чьим-нибудь оруженосцем.

Все еще в Лаик. Кузен Наль сказал, что я не стану ничьим оруженосцем, потому что этого не хочет кардинал. Оч. расстроился и всю ночь думал, кого же я убью. Дурацкая крыса!

Сегодня день святого Фабиана. Никто не хотел брать меня в оруженосцы, и я оч. расстроился, но потом меня взял Рокэ Алва. Герцог - оч. красивый и оч. неприятный, он убил моего отца. Ненавижу Первого маршала. Видел королеву. Она оч. красивая.

Рука оч. болит и распухла. Герцог Алва меня вылечил. Какой мерзавец!

Выздоровел. Пошел с герцогом в королевский дворец. Дворец оч. красивый. Видел королеву, короля и кардинала.

Виделся с эром Штанцлером. Он сказал, что королева несчастна, а герцог Алва - безумен. На меня по-прежнему вся надежда.

Видел петушиные бои и Эстебана Колиньяра. Решил удрать уйти пораньше. Чуть не напоролся на грабителей, но все обошлось. Наль считает, что меня пытались убить. Глупый Наль.

Эр Рокэ подарил мне новую лошадь. Надулся. Баловник лучше.

Проиграл Эстебану Колиньяру все деньги, Баловника и родовое кольцо. Оч. расстроился.

Монсеньор узнал про проигрыш, дал мне новую лошадь и кольцо. Какой мерзавец!
Поехали в дом какой-то куртизанки. Монсеньор выиграл у Килеана все деньги и еще Марианну. Килеан - Человек Чести. Ненавижу Первого маршала.

Монсеньор вернул мне мое родовое кольцо и Баловника, дал денег, новую лошадь и научил драться. Какой мерзавец! Воистину, люди для него не дороже собак и лошадей.

Говорил с кансилльером. Эр Август оч. злился. Спрашивал меня, не забыл ли я, кто убил моего отца. Жаль Людвига, он влюблен в Марианну. Ненавижу Первого маршала.

Господин Штанцлер отвел меня в монастырь, где меня ожидала королева. Королева - несчастная и красивая. Рассказывала страшные истории про герцога Алва и Джастина Придда. В ответ рассказал ей страшилку. Люблю Катари.

Поругался с "навозниками" в каком-то кабаке. Вызвал всех семерых. Так и не попробовал "Черную кровь". Люблю Катари и напишу ей предсмертное письмо.

Все еще пишу письмо. Ой, уже утро. Пора на смерть.
(позже)
Монсеньор прикончил Эстебана и разогнал остальных, он лишил меня возможности защитить свою честь. Вызвал его на дуэль. Он сказал, что в таком случае научит меня фехтовать. Какой мерзавец!

Был в доме баронессы Капуйль-Гизайль. У Марианны большая грудь. Сам не понял, как все вышло. Надо рассказать ей про любовь господина Килеана, она поймет, какой он хороший. Вечером видел монсеньора, он сидел на полу и пел песни.

Слуга сообщил, что началась война. Эр Штанцлер сообщил, чтоб я не волновался - Ворон отпустит меня в родовое гнездо, я там пересижу, а Талигойя будет возрождена.

Еду на войну. Эр Рокэ не отпустил домой и дал новую лошадь. Какой мерзавец!

В Тронко. Оскар Феншо - хороший, хоть и не верит в дело Людей Чести.

В Тронко. Пьяница Епископ Бонифаций привел каких-то двух мужланов и потребовал эра Рокэ. Эр Рокэ был... эээ... занят и велел спаивать развлекать господина епископа в его отсутствие. Потом спустился, поговорил с адуанами о бириссцах, велел привести отвратительного короткохвостого пса и назначил этих смердов капитанами. У него нет никакого понятия о чести.

Продвигаемся по Варасте. Оч. жарко. Оскар не понимает, почему господин Проэмперадор ничего не делает.

Оскар сбежал. Оч. жарко. Потом эр Рокэ его нашел, попутно схватив большой отряд бириссцев. Сказал, что Оскар умрет за неподчинение приказу. Не может быть, он не посмеет.

Оскар сказал, что монсеньор его ненавидит, потому что он посмел любить королеву. Оскар теперь мертв. Люблю Катари, но мертвым быть не хочу. Оч. жарко.

Монсеньор побрил пленных бириссцев наголо и повесил на дереве. Оч. расстроился и сбежал. Видел страшную башню. Потерялся. Потом меня нашли эти мужланы. Приготовился умереть. Монсеньор не расстрелял, а только спрашивал про башню. Какой мерзавец!

Едем к каким-то козопасам. Тут все отвратительно. Монсеньор сказал, что здешние козлы прекрасны.

В доме у местного старшины. Тут все отвратительно. Эр Рокэ согласился сделать ребенка какой-то козе бакранке. Начинаю думать, что с его рассудком не все в порядке. У Марианны большая грудь Приснилась Катари.

Приехали в местную столицу. Тут все отвратительно. Ел козий сыр и разговаривал с каким-то смердом. Бакна приказал поймать лиса. Монсеньор приказал побрить животное и посадить в клетку, и сказал, что через два месяца мы возьмем неприступные Барсовы Врата. Похоже, он действительно сошел с ума.

Видел странные сны. Полез на гору. Когда добрался до крепости, то понял, что остальные не стали меня ждать и всех перерезали. Оч. расстроился, но потом встретил Робера Эпинэ. Эр Робер - хороший. Хотел уйти с ним, но он вместо меня взял крыса. Барсово Ущелье взято, Ворон - несравненный полководец.

Кагеты собрали стотысячное войско. Монсеньор сказал, что мы будем сражаться. Шансов нет. Люблю Катари и напишу ей предсмертное письмо.

Дарамское поле. Сражался в отряде Эмиля Савиньяка. Война - это оч. интересно. Хочу еще. Ах да, мы выиграли.

Началась осада лагеря кагетов. Пострелял из пушки. Оч. увлекательно. Эр Рокэ ерошит мне волосы и смешит. Может, он не такой плохой?

В Сагранне. Монсеньор битый час заставлял меня рассказывать о здешнем озере. Барсовы Очи оч. красивые.

Монсеньор отдал приказ разрушить плотину. Погибнут невинные. Все-таки он мерзавец.

Монсеньор послал ультиматум Адгемару Кагетскому. Сказал, что война закончилась. Как же так? Эр Штанцлер обещал, что войну он проиграет.

Война закончилась. Стоим у священной горы Бакры. Казарон Адгемар сказал, что во всем виноват эр Робер. Не верю. Эр Робер - хороший.
(позже)
Герцог Эпинэ не умер, пуля Ворона попала в Адгемара. Что будет с эром Робером?

Участвовал в каком-то странном ритуале бакранов. Я был камнем, и меня несло в потоке. Оч. занимательно. Герцог Алва сказал, что я могу уйти с эром Робером. Почти согласился, но потом вспомнил, что люблю Катари.

Видел, как орел напал на ворона. Оба умерли. Оч. расстроился. Возвращаемся в Талиг. Эр Рокэ - хороший.

===================================

[Laura]

Эр Рокэ подарил мне новую лошадь. Надулся. Баловник лучше.
Монсеньор узнал про проигрыш, дал мне новую лошадь и кольцо. Какой мерзавец!
Монсеньор вернул мне мое родовое кольцо и Баловника, дал денег, новую лошадь и научил драться. Какой мерзавец! Воистину, люди для него не дороже собак и лошадей.
Еду на войну. Эр Рокэ не отпустил домой и дал новую лошадь. Какой мерзавец!

Забавно...   Вполне в духе Дика. Вот только почему Рокэ дал ему 4 лошади помимо возвращенного Баловника - да еще и до возвращения с войны?    Он что из него, коннезаводчика хочет воспитать?    

[Аглая]

В ожидании грядущего суда над Диконом, глядя, как, радостно потирая руки, собираются команды... Пришла такая фантазия.  

Из дневника Дикона Окделла.
«В последнее время мне постоянно снятся какие-то странные сны. Будто я обучаюсь в каком-то монастыре, живу в келье… Говорил с приятелем, он увлекается психологией. Говорит, ничего страшного, вроде как сказывается напряжение от учебы и экзаменов. Но при чем тут средневековый монастырь? В жизни не был ни в одном. Не понимаю.»

   «Сны продолжаются. Подробности не помню, только сплошной мрак. В учебе я там среди отстающих, особенно, что касается оружия. Спросил приятеля, не записаться ли мне в секцию фехтования. Он сказал – ни в коем случае. Долго распространялся, что не нужно придавать значения снам.»

   «Вчера меня во сне укусила крыса. Рука болит. Приятель говорит, что я путаю причины и следствия. То есть, я сначала ушиб руку в реальности, а потом мне приснилось, что меня укусила крыса. Лично я не помню, чтобы ушибал руку…»

   «Сегодня в монастыре было распределение. Меня приписали к какому-то первому маршалу. Приятель говорит, что это все от того, что у меня низкая самооценка, и мое подсознание стремится повысить мой статус. Во всяком случае, руку он мне вылечил.»

   «Пытался описать приятелю первого маршала. Приятель говорит, что он начинает за меня беспокоиться. Якобы, мое подсознание проявляет таким образом синдром скрытого гомосексуализма. В общем, я понял только, что постоянно видеть во сне  какого-то смазливого мужика – ненормально. Знать бы еще, как от него избавиться…»

   «Сегодня сказал приятелю, что первый маршал мне нравится. Долго слушал про гомосексуальность. Пытался рассказать про дуэль, тогда мне еще приписали наклонность к садомазохизму.»

   «Приятель спрашивал, продолжаю ли я видеть сны. Сказал, что нет, хотя мы с первым маршалом сейчас занимаемся бирисской кампанией. Интересно, чем все закончится. А насчет гомосексуализма приятель заврался, потому что мне снятся целых две женщины!»

   «Сегодня спросил приятеля насчет теологии. Он начал спрашивать, зачем мне это, вытянул насчет резни в Олларии. Приятель был в шоке. Сказал, что это уже смахивает на шизофрению. Вопрос: хочу ли я провести остаток жизни в психушке?»

   «Приятель настаивает, что я должен как-то прекратить эти сны. Я сказал, что не знаю, как. Он меня обвинил, что я даже не пробовал. Предложил мне попробовать самому управлять своим сном. Я спросил, как я узнаю, управляю я своим сном, или он мне просто снится. Приятель сказал, что я должен сделать что-то выбивающееся из общей логики сна. Например, если мне нравится первый маршал, то я должен его во сне убить. Я сказал, что не смогу, т.к. он лучше меня стреляет и фехтует, и вообще он мне нравится. Приятель разорался, что я так никогда не решу свои проблемы. Что у меня комплекс неполноценности, и я должен с ним бороться. Что я уже не отличаю реальность от сна. В общем, я пообещал, что сегодня сделаю попытку. Приятель говорит, что мне надо только выразить намерение, это уже будет прогресс.»

   «Ужас, ужас, ужас… Я больше не могу, я не знаю, что делать… Я честно пытался выразить намерение, и сейчас первый маршал мне уже не снится. Мне вообще ничего не снится, один мрак и неподвижность. Я пытаюсь во сне выразить намерение наоборот – и ничего не выходит! Приятель говорит, что я сделал первые шаги к оздоровлению психики. Я уже не знаю, может лучше быть психом? Я хочу, как раньше! Помогите мне кто-нибудь!»

   «Сегодня проснулся и нашел на подушке кольцо и кинжал.»  

[Чин]

       О, свежий взгляд? Aglaia, прелесть!

[Fujin]

Аглая, просто здорово!!))) честное слово, дядюшка Фрэйд бы обзавидовался))