Анекдоты по КНК - II

[Alaye_Ern]

Талигойя. Кабитэла. Осада столицы Франциском Олларом. Эрнани решает проверить боевой дух офицеров.
В кабинет короля заходит Эктор Придд.
Эрнани:
- Эктор, какое Ваше любимое число?
- Двадцать пять, Ваше Величество!
- А может быть пятьдесят два?
- Никак нет, Ваше Величество, двадцать пять!
Эрнани записывает в личное дело Придда «Характер стойкий. Надежен. К компромиссам с врагами королевства не склонен.»
- Следующий!
Заходит Алан Окделл.
- Алан, какое Ваше любимое число?
- Двенадцать, мой король!
- Подумайте, Алан, а, может быть, двадцать один?
- Хмм... Ну, не знаю, может, и двадцать один...
Эрнани записывает в личное дело Окделла «Склонен к сомнениям, взгляды не устойчивы. Ненадежен.»
- Следующий! Какое Ваше любимое число?
- Семьдесят семь, Ваше Величество.
Эрнани поднимает глаза от бумаг:
- А, это Вы, Рамиро...

Дик, проведя очередную ночь в сомнениях, входит в кабинет Рокэ. Эр, развалившись в кресле, невидящим взглядом уперся в бокал «Черной крови» в руке, пол уставлен пустыми бутылками.
- Эр Ро... Монсеньор, умоляю Вас, разрешите мои сомнения! Вы все-таки хороший, или все-таки плохой?
- Я..?  Ик... Хххххоррррроооший.

Фердинанд Оллар входит в покои супруги. Катари, обнаженная, лежит на кровати, посреди комнаты стоит такой же обнаженный Первый маршал.
Фердинанд, глухо:
- Почему?
Катари, взвившись:
- Что, что «почему»?!! Ты помнишь, кто восстание Эгмонта подавил?
Фердинанд, глухо:
- Почему?
- Ну, что «почему»?! Кто нам Варасту спас и кагетов построил?
- Почему?
- Что, что «почему»?!! А вспомни, кто является отцом наших детей!!!!
- Я спрашиваю, почему наш благодетель стоит босиком на холодном полу!

[Elatus Saxum]

Талиг. Оллария. Вечеринка по случаю возвращения Первого Маршала и победы над кагетами. Хорошо набравшиеся Штанцлер с Дораком стоят на балконе и с пеной у рта спорят сколько на небе солнц - четыре или пять. На балкон, пошатываясь, выходит Рокэ с притороченным за спиной мечом Раканов. Кансильер с кардиналом не сговариваясь бросаются к нему:
- Рокэ, разрешите наш спор! Сколько на небе солнц - четыре или пять?
Рокэ, фокусируя взгляд, философски-задумчиво:
- Ну... это смотря в каком ряду...


Вопрос.
Сколько людей требуется, чтобы покрасить один дом?
Ответ.
Двое: один держит ведро с краской, другой водит по дому кисточкой.
Вопрос.
А сколько военных требуется для этой же цели?
Ответ.
Тысяча: Рокэ будет держать кисточку, Дик - ведро с краской, а девятьсот девяносто восемь гвардейцев поднимут дом и будут водить им по кисточке.


Лаик, канун выпускных экзаменов. Наставники, сидя в учительской, составляют экзаменационные билеты.
Математик, вслух:
- Дано: Рокэ Алва с шеститысячной армией разбил стодвадцатитысячное войско кагетов. В задаче спрашивается, какое войско кагетов сможет разбить Первый Маршал, если у него будет восемьдесят одна тысяча двести пятдесят солдат..?
Географ:
- Создатель с Вами, коллега! Эта задача не решаема: столько народу не то что в Кагете - в Гайифе не наберется!

[Elatus Saxum]

=))

Вечеринка во дворце, идет обсуждение на тему кто сколько обычно пьет вина.
Дик:
- Я пью пока на полу слепую подкову не увижу, как увижу - значит все, потом орать начну, стыдно будет. Самое главное - успеть остановиться перед появлением подковы.
Рокэ:
- А я пью пока мне не начинает казаться, что Савиньяков четверо.
Штанцлер:
- А я вообще не пью, ну разве что под пистолетом...


- Эр Август, а кто такие алкоголики?
- Ну, Ричард, как тебе объяснить... Видишь там за столом четверо близнецов Савиньяков сидят? Так вот, те, кому кажется, что их восемь - и есть алкоголики...
- Эр Август, их там только двое...


- Ричард, видите за тем столиком офицера?
- Монсеньор, их там двое...
- Тот, который с генеральскими погонами...
- Они оба генералы...
- Я о том, который с орденской лентой...
- Эр Рокэ, они оба с орденами...
Рокэ выхватывает из-за пояся пистолет. Раздается выстрел.
- Юноша, я том из братьев, который упал. Это Эмиль Савиньяк, мой лучший друг...

[Elatus Saxum]

- Юноша, видите там, за стойкой бара напыщенного индюка?
- Монсеньор, которого из?
- Ну, того, что из Людей Чести, у него бокал вина в руке...
- Эр Рокэ, да там одни Люди Чести и все пьют вино!
Рокэ выхватывает пистолеты. Несколько выстрелов. Все упали, кроме одного человека.
- Я о том, который остался. Так вот: он меня бесит!

[Elatus Saxum]

Талигская армия движется через очередной безымянный перевал Сагранны. Узкие горные тропы, обрывы над пропастью, коней приходится вести в поводу. Во главе армии невозмутимо шагает Первый Маршал, следом оруженосец Ричард Окделл, согнувшись, тащит мешок с чем-то тяжелым.
Ричард:
- Монсеньор, мне тяжело, можно я это брошу?
- Нельзя, юноша. Это наш секретный план взятия Равиата.
Через полчаса.
- Монсеньор, ну разрешите, я хотя бы сдам проклятый мешок в обоз?
- Не разрешаю. Я же сказал вам, план секретный.
Поздний вечер, конец перехода. Солдаты без сил падают на землю. Ричард Окделл развязывает мешок и вытряхивает его содержимое на землю. Из мешка высыпается картошка.
- Эр Рокэ, вы же говорили, что это план взятия Равиата!?!
Рокэ, невозмутимо:
- Ну да. Смотрите, - берет одну картофелину, кладет на землю, - вот Равиат, - берет другую, - вот мы...

=))

[Синоптик]

     
     Собрание Людей Чести, ведутся неспешные степенные разговоры про охоту, оружие, женщин, пьется и обсуждается отменное вино. Естественно, заходит речь и про Роке Алву:

    - Доколе мы будем терпеть это непотребство, досточтимые эры? - резко взмахивает рукой в парче и шелке надушенный франт.
    - Уважаемый герцог прав, сомнений нет, Роке должен быть поставлен на место! - звонким голосом отвечает обладатель белоснежного жабо.
    - Да будет так, монсиньоры! - молодой баронет в костюме из кожи тонкой выделки порывисто вскочил с места. - Вот моя перчатка и ...
    - Нет, дражайший друг, я понимаю ваш порыв, но уж позвольте мне! - стройный шатен снял с руки перчатку из кожи лани, украшенную именным вензелем и поднял над собой. - Я не одену ее до тех пор, пока...
    - Видят небеса, Люди Чести едины в своем порыве и чисты в помыслах как никто! И кому как не мне, наследнику Великого Дома... - брюнет в костюме из черной парчи поставил бокал красного вина на стол и положил руку на эфес шпаги.
    - Do what must be done! - то были слова моего великого предка и не придумано еще слов чтобы сказать лучше! - длинноволосый блондин в изящном охотничьем наряде одним движением выхватил клинок, искусно покрытый тончайшей резьбой. - Клянусь честью, судари…
    - Вот клинок, монсиньоры, который уже многие поколения передается в нашем роду от отца к сыну… - обладатель искусно подвитых усов и элегантной эспаньолки обнажил шпагу с богато украшенной драгоценными камнями гардой. – И именно ему, нет сомнений, суждено…

    Скрип, открываются двери, входит Алва со шпагой в руке. Рубашка вся в пятнах крови, один рукав порван, сапоги в грязи, шпага украшена зазубринами...

    - Атас, мужики!!! Он натурал!!!

    Занавес.

[Maxim]

Краткое содержание КНК-1 и 2.
(В чем-то, вроде стихов).


Это Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

Вот Варста, которая кормит Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

А это народ, который зерно осенью соберет,
Которым провинция кормит Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

А вот и бириссцы,
Названные гости в варстийских границах,
Которые режут и грабят народ,
И от чьих рук в полях все зерно пропадет,
Которым варстийцы кормили Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

А вот Белый Лис, казаронов правитель,
Воитель плохой, но от бога политик,
Который науськал тех злобных бириссцев,
Что жгут поселенья в варсийских границах,
Бежать заставляя тот бедный народ,
Без чьих трудов в поле зерно пропадет,
Которым провинция кормит Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

Вот козлы,
Которые жутко, до бешенства злы,
На Белого Лиса и злобных бириссцев,
Что в горы загнали несчастных бакрийцев,
Которые держат и кормят козлов.
И эти бакрийцы, ну все как один,
Рвутся на помощь народу равнин,
Который все лето пугают бириссцы,
Нанятые хитрецом Белым Лисом,
Который давно ненавидит Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

А это Рокэ, полководец и воин,
Который решимостью дюже наполнен
Спровадить подальше всех злобных бириссцев,
И дать по рукам оборзевшему Лису,
Который в шахиды готовит козлов, озера взрывает
И без лишних слов
Стреляет в несчастного Белого Лиса,
Чью армию бил он в союзе с бакрийцами,
Козлов чьих на службу поставил Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

Вот Ричард Окдел, умом слабый парнишка,
Что мечется меж двух огней как мальчишка,
Решая, что лучше – отмстить за отца,
Иль вечно быть другом того храбреца,
Что горных козлов превращает в торпеды,
В бою безнадежном приносит победу,
В союз вовлекает несчастных бакрийцев,
Примерно карает бесчестного Лиса,
И душу по капле вливает в Талиг,
Чтоб снова он стал и могуч и велик.

Вот Катарина, невинна как ландыш,
Что яда как в кобре – по ней и не скажешь,
Которая Дику мозги промывает,
И в худшее верить его заставляет.
Твердит, что Рокэ – гад, садист, кровопийца,
Мерзавец, пошляк, извращенец, убийца,
Людей ненавидит, плюет на Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

Вот Шацлер, чиновник, предавший Талиг,
Которому верит наш глупенький Дик,
Который внушает парнишке, что Маршал
К масштабной резне составлять списки  начал,
И дарит парнишке колечко одно,
Что яда уж пол тыщи лет как полно,
И просит убить полководца и воина,
Что в битвах себя проявил так достойно,
Что тысячи раз спас от краха Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

Вот кубок вина,
Который Рокэ залпом выпил до дна,
В которым тот яд спрутом черным клубился,
Что раньше под камнем кровавым таился,
Который был вставлен в оправу кольца,
Что с дрожью в руках вспоминая отца,
Наш Дик над кувшином вина опорожнил,
И тем (так он думал) на век уничтожил, того,
В чьей защите нуждался Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

А вот и дуэль,
В которой злодеи поставил цель,
Над маршалом мертвым слегка поглумиться,
В расчете на то, что бой не состоится,
Но ловкий и смелый как демон Рокэ,
Оставил всех трех остывать на песке,
Чтоб больше никто не глумился ни мига
Над маршалом первым и лучшим Талига,
И чтобы не смел предавать тот Талиг,
Что был когда-то могуч и велик.

Что я пропустил? Вот всех фактов собранье:
Бои и победы, тревоги, восстанья,
 Предательства, ссоры, любовь и интриги,
И «сдвиги по фазе», в политике сдвиги,
Собаки и кошки, огонь и веревка,
А так же…э-э-э… то, о чем в слух и не ловко.
Да мало ль чего здесь отыщет читатель,
Тот самый, терпенья которому хватит,
Прочесть как Рокэ, защищает Талиг,
Притом что он жутко могуч и велик….

[Maxim]

Старый анекдот на новый лад:

Рокэ диктует Дику приказ:
- Всех пленных бириссцев взять и повесить…
Дик в ужасе:
- Эр Рокэ, но они же пленные! За что их вешать?!
Рокэ задумчиво:
- А и действительно, за что… О! За что взяли – за то и вешать!

[Alexia]

// Не сочтите за пошлость :)) просто вспомнилось и переделалось практически само :)) //

Ричард приходит грустный после очередного безуспешного свидания с Катари.
- Эр Роке, как вам удается так быстро сближаться с женщинами?..
- Вы знаете, юноша, я с ними сплю. Это несколько сближает.

[Alaye_Ern]

Пьяный Фердинанд ночью приводит друга к себе домой. Все спят. Он показывает дворец:
- Это мой тронный зал, это мой кабинет, это спальня, это наша кровать. Вот спит моя жена, а рядом с ней я...

Рокэ с Катари в постели, открывается двеpь...Входит Фердинанд и недоуменно спрашивает:
- Чем вы тут занимаетесь ?
Катари:
- Вот видишь, я же говорила, что он дурак!

Фердинанд внезапно входит в спальню Катари и обнаруживает на ночном столике бутылку "Черной Крови".
- Откуда это вино?
Катари молчит.
- Я в последний раз спрашиваю, откуда вино?
- Да из Кэналлоа, болван ! - раздается с балкона.

Рокэ с Килеаном играют в карты. Рядом с ними примостился Дик, который все время советует:
- Ходите королем, эр! Нет, нет, не так! Тузом надо, тузооом!!! А теперь дамой!
В конце концов непрошеные советы так надоели Рокэ, что он встал из-за стола:
- Юноша! Садитесь на мое место, если Вам так хочется, и играйте!
- Спасибо, а во что играете-то?
-

Игpа в тонко затянулась до утpа.
- Да пpекpатите вы, наконец, эти игpы в нашем доме? - разбушевалась Марианна.
- Извини, доpогая, - успокаивает ее Валме, - но этот дом уже не наш.

Рокэ и Килеан встречаются в особняке Капуль-Гизайлей.
- Ужасная скука, эр, - говорит Рокэ. - Не хотите ли сыграть в карты?
- Я бы рад, эр, но увы, последний раз я играл пятнадцать лет назад.
- Ничего страшного, я - двадцать лет назад. Юноша, подайте колоду карт.
Оруженосец приносит карты. Килеан берет колоду, взвешивает на ладони и говорит:
- Одной карты не хватает.
Рокэ тоже прикидывает колоду на ладони и уточняет:
- Да, восьмерки скал.

- Доктоp, в последнее вpемя я очень озабочен своими умственными способностями.
- А в чем дело, Ваше Высокопреосвященство? Каковы симптомы?
- Очень тpевожные: все, что говоpит на Советах Штанцлер, кажется мне pазумным...

[Morwen]

Дискуссия о слэше навеяла картину...

Дик после выпуска из Лаик приходит к Штанцлеру с повинной - вот, мол, принес присягу Алве, теперь ничего не поделаешь.
Штанцлер, отечески похлопывая по плечу:
-Да ничего страшного, Дикон, не съест же он тебя. Вот только про его личные пристрастия говорят много нехорошего.. Знаешь, он ведь спит и с королевой, и с королем.. иногда даже с обоими сразу.. И вообще, он любит юных романтичных дворян.. Вот Джастина Придда недавно совратил, да еще и позировать голым для картины подбил, извращенец.. Ну ты только по ночам от него подальше держись, и все будет в порядке..
А когда под рукой никого нет, он развлекается со своим домоправителем Хуаном, бывшим работорговцем, тот его учит всяким багряноземельским извращениям... И с другом, Эмилем Савиньяком.. и даже своим ужасным порученцем, Жилем Понси, не побрезговал, говорят, в прошлые маневры.. А женщин он так, для отвода глаз, как перчатки меняет..

Перепуганный Дик уже мчался в Надор, нахлестывая Баловника, а Штанцлер все продолжал:
-Вон, даже Марианной этот Алва пренебрегает, предпочитает мальчиков.. и королей.. немолодых.. - Штанцлер мечтательно вздыхает: - Хулиган, одним словом.. но симпатичный.. Даже я не отказался бы как-нибудь взглянуть на знаменитый маршальский клинок - без ножен..

Из-за занавеса появляется Алва, нехорошо улыбаясь, обнажает шпагу (стальную!) и острием слегка колет Штанцлера в зад.
Обморок.
Занавес..

[Maxim]

Они дрались семь на семь: с одной стороны Эстебан со товарищи, с другой – Рокэ и его шестерка Дик…

***

- Так вот, Дик, некоторые ошибочно считают, что террористов надо мочить в сортире. Я же считаю, что их просто надо мочить… - поучал Рокэ своего оруженосца на берегу Барсова ока.

***

Удивленные путники могли наблюдать следующую картину: по полю бросая оружие, бежало десять тысяч казаронов, за которыми со шпагой наголо гнался Рокэ Алва.
- Эй, вы, во имя леворукого, почему вы убегаете?! Вас же десять тысяч, а он один!
- А откуда нам знать, за кем именно из нас он гонится?!

[DarLav]

Утро в Нохе. Валме и Манрик беседуют с ЛЧ по поводу отсутствия Рокэ. "Мы удивлены, господа", - говорит Ги Ариго. В этот момент появляется Алва, живой и здоровый. Иорам и Килеан, хором: " А в Багерлее сейчас завтрак, макароны..."

[Rene pad Roke]

Кинокомпания "LucasArts" представляет: КНК - 5 "Талиг наносит ответный удар":
Рокэ Алва, весь в черном, обнажив шпагу, наступает на Дика. Тот тоже хватается за шпагу. Рокэ(хриплым от вина голосом):
- Дик, перейди на нашу сторону, будем сражаться за Талиг вместе!
- Я вам не верю! Эр Август мне рассказывал, что вы предались Леворукому!
- А что еще рассказал тебе Штанцлер(с усмешкой)?
- Достаточно! Он сказал мне, что вы убили моего отца!
- Нет, Дик.(глухо вздыхает) Я твой отец!
- Н-Е-Е-Е-Т!!!  

[Rene pad Roke]

Франц-Вольфганг-Иоганн-Амадей-Ганс-Карл фон Придден въехал на желтой кляче в Олларию через северные ворота. На голове его был залихватский берет с пером, на боку свисала старинная шпага данная ему отцом, при себе у него было рекомендательное письмо к коменданту Лаик господину Арамоне, в карманох позвякивали 3 суана.
Этот юноша 18 лет отроду явился в столицу, полный честолюбивых планов и расчитывал стать по крайней мере маршалом.Когда он проежал по одной большой и красивой улице вдруг раздался мушкетный выстрел и...  Франц-Вольфганг-Иоганн-Амадей-Ганс-Карл фон Придден схватившись за окровавленную грудь медленно сполз с седла.
Герцог Алва поставил на прикладе любимого мушкета 147-ю зарубку, стер со лба честный трудовой пот и устало прошептал:
- Понаехали тут, лимита поганая...