А все так хорошо начиналось! - 8

[Эйлин]

         Ваниа  повел их за собой в один из  изящных белых  двухэтажных домиков, где он сумел найти  пристанище. Хозяин – высокий темноволосый нолдо, открыл им дверь,  коротко  поздоровался с  гостями  Лаурэ и  ушел. Голос  его  показался Таурмиру  знакомым. Собеседник Эдрахила! Но как же так?!  Ведь он был за Келебримбора… Или  Лаурэ сумел  его обмануть? Или  он сам обманывал  своего друга?  Или  Эдрахил  тоже  ведёт какую-то игру? Младшему стало не по себе, сейчас  ему казалось, что они  с батом  так  молоды и неопытны для  всех этих  интриг,  которые  плетут древние. Но делать было нечего, поэтому он молча шел в комнату Лаурэ.
      Закрыв  плотно дверь и налив гостям  вина, гонец Гил-Галада   начал свою речь.
      -  Ты спросил,  сумел ли   сделать своим рабом  Саурон внука Феанора или    Келебримбор устоял?  Ты сожалел, Лаиртин, что не  видел  истинного зла, а я скажу тебе -  увидишь! Темные  времена настают, сгущаются над  миром   черные тучи. Эрегион и  все  его жители  обречены. Устояли или  не  устояли  перед Врагом – разницы  нет! Они  водили  дружбу со Злом, принимали  его в  своих домах, учились  у него, дышали одним с ним  воздухом. Они отравлены. Возможно, лишь в  чертогах Мандоса они исцелятся от   проникшей  в их души  Тьмы.
       Золотоволосый эльда провел  рукой по лбу и  заговорил снова:
       - Помните, Тьма  может скрываться  везде. Зло нелегко распознать, оно бывает   прекрасным  на вид. Тьма  может  таиться  в дивном  цветке и  старинной книге, в красивой девушке и благородном юноше, в   убеленном  сединами  старце и в  милом  ребенке. Не смотрите на лицо,  смотрите в душу! И уловив Тень Тьмы,  убейте -  безжалостно и быстро! Пусть ваша  рука будет тверда, глаз остер, а сердце исполнено Добра и Света! Убить  искаженную тварь   -  милосердие.  Преступление  - пощадить предавшегося Тьме. Враг  коварен, помните!
       Лаиртин слушал, широко  открыв  глаза, а Таурмир еле  сдерживался, чтобы  не  убежать. Ему было тошно и противно. Лучше  нужник  чистить, чем  такие откровения слушать.
       - Я видел Моргота, - продолжал  Лаурэ. – Еще  в Благословенных землях. Он  не был ужасен. Его  лицо казалось   прекрасным. Его глаза горели, словно звезды на небе, волосы отливали  лунным  серебром. Хотя  и луны тогда еще не было. Его голос  завораживал. Он  умел рассказывать.  Речи Врага  многим казались  мудрыми  и  верными. Ему  охотно внимали, он умел вносить смятение  в  души. О, скольких он совратил тогда! Скольких  он склонил  ко Злу! Прекрасная и  мудрая Владычица Галадриэль тоже  слушала  его, и в её душу  Моргот  влил  яд. Среди нолдор нет     устоявших, они  прокляты! Все! И ко мне Отступник  обратил свой темный взор, и  меня  пытался  смутить лживыми речами. Но я  устоял. Я видел, что его душа черна также,  как его одежды. Я  помнил, что широкие рукава  скрывают оковы. Раб валар  потерял дар речи от моих слов. Я горжусь этим! Моя душа  чиста, и  великие валар хранят  меня! Потом Враг показал свое  истинное  лицо. Раскаяние    не доступно  этой твари, равно как    милосердие,  свет и доброта. Когда Валар  собрали  войско, я   с радостью и надеждой  пошел  сражаться  с Тьмой.

[Эйлин]

      Лаурэ довольно улыбнулся.
       - А теперь слушайте! Недаром вы так  похожи  на моих погубленных друзей. Сам Эру послала вас мне, дабы  мы смогли разрушить коварные замыслы  Врага. Я чую  - он близко!  А в  городе есть  его сторонники, и  они ждут своего часа.  Келеборн   же колеблется. Нельзя допустить, чтобы внук Феанора попал в руки Жестокого. Он слишком  много знает,  его умения и  знания не должны   послужить делу Тьмы.   Нам  следует выкрасть Келебримбора и доставить  его к  Элронду.
        - Но как? – воскликнули близнецы.
       -  Не  все здесь   предали  Свет, у  меня  есть единомышленники.  Достойный хозяин этого дома и еще  несколько воинов и   мастеров. Они   решительно отвергли Тьму,  Саурон им  настоящий Враг!  Мы  сумеем  узнать слово, открывающее  ворота и  покинем город  с  обозом. Это  будет несложно. Труднее выкрасть мастера.   Я   устрою  нападение на  стражу, а вы проникните  вовнутрь и  сумеете  убедить  Келебримбора   отправиться   в  ваше  лесное  королевство. Он и никогда  не видел  вас,  думаю, он согласится.
       - Но потом  он все поймет. И что тогда? -  поинтересовался дотошный Таурмир.
       -  Он  не  успеет  понять. Вы  вольете   ему  в  вино несколько  капель вот этой настойки, - ваниа  протянул Таурмиру    флакон  темного стекла. -   Снотворное. Почти  не имеет вкуса.  Мастер не заметит.   Обоз с  пустыми  мешками  будет ждать вас за  углом дома.  Пока   я  и мои помощники будем сражаться со стражей, вы  покинете  город и  направитесь в  сторону Линдона.
       - А ты?
       - Я догоню  вас, если  же  нет, то с  вами будет  мое  письмо для Элронда. Он все поймет.
      - Но мы бы  хотели  сражаться сами! Что   за  подвиг выкрасть квенди?! – возмутился Лаиртин.
      -  Сражаться  сможет любой, главное – устоять  перед Злом  и победить его! Сражения еще  будут! Я напишу  Элронду  о вашем  похвальном  усердии.  Под знаменами Верховного короля  нолдор вы  вернетесь в Эрегион.  А потом  мы двинемся на врага и  сокрушим  его  Темное  царство!
       - Ну, если  мы  все же будем драться, то так  и быть – согласны! -   произнес старший. – Служить   благому делу – Великая Честь!
       Таурмир  молчал.  Он  мечтал, быстрее покинуть этот дом и  этого Лаурэ. Когда  они  все же  шагнули  за порог, младший с  наслаждением  вдохнул воздух.  Как же хочется домой! В Мордор!

[Tany]

Хороших помощничков нашел  Лаурэ 

[Эйлин]

Да, Лаурэ перестраховался и доверил козе  капусту.

[Convollar]

Что-то не очень я верю в такую доброту Лаурэ! 
Разве что, он не тот , кем хочет казаться.
Ну, посмотрим, что будет дальше. Огромное спасибо за продолжение, эрэа Эйлин и с нетерпением жду развития событий.

[Эйлин]

Спасибо, эреа Convollar ! Лаурэ и доброта - понятия не совместимые. Правильно, не  верите,  близнецы тоже  ему  не  верят. Все выяснится, когда  допишется. Сегодня , вряд ли, а завтра, скорее всего, еще  кусочек  будет. Помощники  и  у  братьев найдутся - честные и отважные. Да  и Гортхауэр  не лыком  шит. И  хоть  безумно зол, но энергичен и предусмотрителен.

[NNNika]

Помните, Тьма  может скрываться  везде. Зло нелегко распознать, оно бывает   прекрасным  на вид. Тьма  может  таиться  в дивном  цветке и  старинной книге, в красивой девушке и благородном юноше, в   убеленном  сединами  старце и в  милом  ребенке. Не смотрите на лицо,  смотрите в душу! И уловив Тень Тьмы,  убейте -  безжалостно и быстро! Пусть ваша  рука будет тверда, глаз остер, а сердце исполнено Добра и Света! Убить  искаженную тварь   -  милосердие.  Преступление  - пощадить предавшегося Тьме. Враг  коварен, помните!

Жуткий типчик! Хуже Пол Пота. Дать ему волю  - весь мир превратит в безлюдную пустыню.

[Эйлин]

Спасибо, эреа NNNika!  Лаурэ, кажется, фанатик. Опасный тип.

[Эйлин]

9

       Всю дорогу они  молчали, даже  мыслями не обменивались.  В душе  Таурмира отвращение боролись с жалостью. Как ни  странно,  ему было немного жаль  Лаурэ. Он несомненно был  чудовищем,  но он глубоко  несчастен. Наверно, даже   сам не понимает  всей  меры  оторванности от других и  всей  меры  своей   пустоты  и горечи.  Но может ли  чудовище  быть несчастным? И  не  становится ли оно от этого   меньшим  чудовищем? Хотя… Разве  может  раскаяние  избыть  преступление? А  тут даже о раскаянии  нет  речи.
         «Урод!» - услышал  он  мысль брата.
         «Кто?»
        «Лаурэ. Всех бы  ему  уничтожить! Вот его бы я с огромным  удовольствием  убил!»
        «Так нельзя. К тому же ему  плохо.»
        «Только не от того ему  плохо, - ненависть отчетливо читалась в  мыслях  Лаиртина. -  Этот  урод  убил друга. Даже  поговорить, убедить не попытался. Если бы я или  Никуш, к  примеру, пришли  бы  к тебе и  сказали, что   все было не так, что харт’ан не прав, а   правы  его враги, ты  бы  стал  убивать?».
        «Я же не  урод!  Я бы  попытался понять, объяснить. На худой конец по  башке бы двинул.»
        «То-то, Таурмир. Нечего таких, как Лаурэ, жалеть, их бить надо. Хотя  бы  по морде, дыбы  внешний  вид л  соответствовал   внутреннему содержанию»,  – всегда  весёлый и   легкомысленный Лаиртин  сейчас был  в бешенстве.
         «А ведь  он испугался, потому и  убил!» - вдруг  сообразил Таурмир. – Себя  испугался, что  привычный  мир разрушится. Потому  и  до сих пор  всех ненавидит. Думаешь, нам он поверил?»
        «Без разницы! Все равно  потом  подставит и  прибьёт. Кто ж от  колец всевластья  по доброй воле откажется? Что будем делать-то? Или  прибить  его где-нибудь, чтобы  не  путался?»
Таурмир задумался, жалость к    врагу, а  Лаурэ   и был  им – Врагом, безжалостным и неумолимым, -  куда-то делась.  Думать надо было о спасении  мастера.
        «Надо связаться  с харт’аном. А дальше? Можно и  по плану  Лаурэ действовать, а можно  попробовать его  опередить.  Он назначил  на  послезавтра?»
        «Угу».
        «Значит, время  у нас еще есть».
        Таурмир начал  размышлять,  когда  лучше проникнуть в покои Келеборна, чтобы  связаться с  Гортхаром.  Или вначале подготовиться к освобождению мастера?

[Convollar]

Да, братьям пора бы и с Гортхауром связаться. Лаурэ опасный противник.
А если ещё и Элронд вмешается? Да и Келебримбора пора вытаскивать из этого цветущего серпентария.
Спасибо за продолжение, эреа Эйлин!

[Эйлин]

Спасибо, эреа Convollar ! Да, пора  уже  задействовать  более серьёзные силы и мастера  спасать. а то  еще   прибьют ненароком.

[Эйлин]

10

           Проводив своих  временных  помощников, Лаурэ допил  вино и, зябко кутаясь в  плащ,  сел   у  окна. Над  спящим городом  плыла  луна. Серебряный свет её победил  мрак  наступившей ночи, он затмил  яркое мерцание звезд. Серебром   светились  шпили башенок, серебро  растеклось по  крышам.  Иногда  луну прикрывали  небольшие серые тучки, и тогда серебристый свет мгновенно  рассеивался. На душе  было  тревожно. Он затеял сложную   игру. Он  обязан  выиграть. Судьба  мира  сама  идет   в его руки. Гил-Галад не хотел  отправлять его   гонцом в Эрегион, но   Лаурэ сумел  убедить Верховного короля нолдор. Его знания, его  опыт, его сила могли   пригодиться в осажденной стране. Гил-Галад знал, как он ненавидит  врага. Король и  сам не  терпел приспешников Моргота, но он   не хотел  войны. Они все не хотели  войны – и Келебримбор, и   Келеборн, и даже  властолюбивая  Галадриэль. Кажется, и Саурон  её не хотел. Но война была  необходима, чтобы  выжечь посеянное   Отступником  зло, чтобы  изменить мир и сделать его по-настоящему прекрасным.
Мальчишки нолдор, а для него,  родившегося в Валиноре  в начале  Первой Эпохи, они  и были  мальчишками, и  не догадываются о  его замыслах. Он  не  поверил  им до конца, он  уже давно никому не  верил. Только  себе и  Эру. Даже  валар  способны ошибаться. Неважно кому служат Лаиртин с Таурмиром, в  любом  случае  они послужат его замыслам.  Для  планов Лаурэ лучше, если мальчишки посланы Жестоким. Келебримбор  поверит им быстрее.  Но если они не слуги Саурона, то и тогда  помогут  ему. Их  неопытность и  невинность  убедят  Владыку Эрегиона довериться им.
        Лаурэ  бы   пошел  сам освобождать мастера, но внук Феанора знал  его еще по Валинору. И  не жаловал.  Ваниа отставил в  сторону  чашу с  недопитым вином.  От помощников  придется  избавиться, помогать допрашивать Келебримбора  они не будут  в любом  случае, а  свидетели не нужны.
      Он достанет  кольца – все  до  единого и  воспользуется их силой, ради  искоренения Зла. Тьма  послужит Светы и погубит себя  окончательно. Он развяжет войну, после  которой  в живых останутся лишь достойные. Лаурэ твердо знал, кому надлежит погибнуть: орки, большая  часть  людей и нолдор. Соплеменники Феанора  слишком  честолюбивы и непокорны.  В обновленном, очищенном  от  Тьмы  мире  воцарятся  мир и покой.  Все будет происходить лишь по воле Валар и Эру.  И он сможет  вздохнуть спокойно, зная, что проклятому Отступнику навсегда закрыт  путь на Арду и  ни  одного прислужника не бродит  по этой  прекрасной земле. 
        Ваниа поежился от   неожиданно пробравшего  его до костей холода.  Пророчество  Намо… Моргот должен вырваться из-за Грани и   уничтожить мир… Что ж, если так случится, то, тем более, следует очистить Арду  от приспешников Врага. Пусть проклятая тварь останется одинокой в  своей последней битве.  Лаурэ  так  сдавил в руках  чашу с вином,  что  серебром  смялось, а  вино  выплеснулось, оставив кровавые  капли  на его  светлом одеянии.
         Впрочем, не все  пророчества сбываются.
         Он снова посмотрел на небо. На  востоке   медленно  вставало  солнце, давая знать  о  своем приближении  рассеянным розоватым  светом. Все ярче  становились  силуэты  деревьев и  шпили башенок.  Розовели  и перистые облачка на западе.  Появился туман – тяжёлый густой и  влажный, но его прогнал ветерок, оставив  на  листьях деревьях и  крышах капли  росы. И наконец,  свет окончательно победил   тьму. Медленно  выплыл из-за леса огромный красновато-желтый шар  и  медленно  поплыл  по небу. Длинные золотые  полосы расстелились по земле, упали  на  крыши  домов. Все как-то  разом заблестело, засверкало  яркими красками. Добрый знак. Его ждет   успех.
          Лаурэ  усмехнулся. Если  мальчишки прислужники Саурона, то они  попробуют сегодня   связаться  с ним  через палантир. Но покои Келеборна  будет  охранять. Ваниа   подкинул записку, что   сторонники  Жестокого хотят  ограбить его дворец. Пусть надменный  и трусливый Владыка гадает, кто это и стережет  свое жилище.  Пусть боится и  своей тени.
           Еще    эти  юные нолдор  могут попробовать освободить Келебримбора  раньше. Что ж, он покараулит. К сожалению, все  приходится делать самому, сторонников   мало, да и  им пока доверять  нельзя.
          Лаурэ  брезгливо  посмотрел  на испачкавшие  платье капли  вина. Придется переодеться в  чистое.

[Convollar]

Мда! Фанатичная дрянь. Я про Лаурэ. Такие особенно опасны.
Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин. Но всё-таки хочется, что всё так же хорошо кончилось, как и начиналось. Однако, жизнь подчас лихо крутит ...задним мостом.

[Эйлин]

Такие очень опасны и  способны  пройти  даже по трупам  близким.  И  угрызения  совести Лаурэ   чужды, ведь все   кто не  с ним, те  и  жизни не заслуживают. Но  и  на таких  управа находится. А кончиться  все должно  хорошо. Мир все же не без  порядочный и добрых людей (кем бы они не были - орками, эльфами или  изначальными).
Спасибо, эреа Convollar! Постараюсь еще  кусочек за  сегодня написать.

[Tany]

Братцы сильно рискуют.