Рассказ-пародия

[Drago63]

3-й голос в массовке: - А чертовы французики еще смеют вякать, что у англичан туго с чувством юмора…
Блад (пожимая плечами): - Раз так… Остается лишь последнее препятствие: я, как изволите видеть, осужденный каторжник! Меня прислали сюда, чтобы продать в рабство. Как и моих товарищей по несчастью…
Стид (в сторону): - Как играет-то! Гениальный актер! Ну, подыграем и мы… - (Бладу, торжественно): - Сударь, даже если вы и бунтовали против его Величества – вас уже наказали, лишив свободы. Я все устрою! Всю вашу компанию купит этот достойный джентльмен – полковник Бишоп! – (тянет полковника за руку, тот натужно улыбается). – Он – владелец одной из самых крупных плантаций на Барбадосе, рачительный хозяин и очень гуманный человек!

1-й голос в массовке: - Бишоп – гуманный человек?! Я сплю, или как?!
Мэри Трейл (Арабелле, на ухо): - Ари! Ты хоть что-нибудь понимаешь?!
Арабелла (в полной растерянности): - Ничего!!!
Губернаторша (нетерпеливо): - Ну, так пусть покупает скорее!!! – (с притворным страданием): - А-а-а, моя бедная голова-а-ааа…
Капитан Гарднер (нутром деляги, почуяв возможность хорошей наживы): - Как говорится, «что хочет женщина – то хочет Бог!»  Пусть всю партию оптом купит полковник Бишоп, я не возражаю. Остается только сговориться о цене.
Бишоп (взволнованно): - Вот именно – о цене! Лишнего не дам! Говорите, сколько хотите за штуку товара?
Арабелла (возмущенно, на ухо Мэри Трейл): - Какой позор! И это – родной дядя! Живых людей называть товаром!
Волверстон (не отрывая от девушек горящих глаз, на ухо Бладу): - Вах!!! Какие персики!!! О-о-о, как я страдаю! Боже мой!..
Капитан (с загоревшимися глазами, потирая руки): - Полковник, я вовсе не хочу брать с вас лишнее. Но, согласитесь, и продешевить за такой отборный товар – грех!
Бишоп (презрительно): - Что вы называете отборным товаром?! Вот этих жалких оборванцев?! Да на них без содрогания не взглянешь!
Капитан (настойчиво): - Не спешите с выводами! Если их вымыть, побрить и переодеть – впечатление будет совсем другое! Кроме того, среди них есть отменные специалисты своего дела – например, штурманы! – (вытягивает из строя за руку Джереми Питта): - Вот-с, обратите внимание – какой отменный образец силы и здоровья! Штурман королевского флота!
Питт (подбоченившись, гордо): - Ну, так!
Бишоп (еще более презрительно): - А рубить сахарный тростник этот штурман умеет? Ну, ладно, говорите цену!
Капитан (потирая руки): - Ну-с, чтобы не разорять вас, но и себя не обидеть… Пожалуй, всего по сто фунтов за единицу! И учтите: такую низкую цену я назначаю только из уважения к вам…
Бишоп (диким голосом): - По сто??! Да вы рехнулись!!!
Губернаторша (примерно таким же голосом): - Не надо так орать!!! Моя бедная голова… - (хватается за вышеупомянутую часть тела).
Стид (растерянно): - Капитан, в самом деле… Это уже перебор! Ну, по семьдесят – я бы еще понял…
Бишоп (взорвавшись): - Идите вы, сэр, знаете куда?! По семьдесят!!! Ишь, взяли моду распоряжаться чужими деньгами!!! Я вам не форт, не лечебница и не казначейство!
Стид (умоляюще): - Тише!!! - (в сторону, плачущим голосом): - На каторгу отправит, идиот...
Капитан (умиротворяющее): - Хорошо, хорошо, не надо так волноваться! Ладно, я согласен, по пятьдесят фунтов. Только ради вас, дорогой полковник!
Бишоп (гневно): - Я что, на дурака похож?! Пятьдесят фунтов – столько стоит самый лучший негр!!!
Арабелла (вспыхнув): - Дядя!!! Сколько можно повторять! «Негр» - это неполиткорректное слово! Надо было сказать: «афроангличанин»!
Бишоп (яростно): - Замолчи! Будут еще мне бабы указывать!..
1-й голос в массовке: - Вот тут я с ним согласен! Бабье должно знать свое место!
2-й голос в массовке: - Золотые слова!
Женский голос в массовке, гневно: - Трепещите, мужики! Мы вам еще покажем!!! Мы вам такое покажем!!!...
Волверстон (не выдержав, громко): - Покажи скорее, лапушка!!! Умоляю!!! Полгода без бабы…

Массовка хохочет.

Губернаторша (хватаясь за голову):  -А-а-аа! Какая боль!!! Я умираю-ю-ю…
Стид (в сторону): - Господи, я с ума сойду! – (капитану): - Оптом – по двадцать пять фунтов. И ни фартинга больше! Иначе – конфискую всех рабов именем короля, и судитесь со мной хоть до второго пришествия!
Капитан (с кислой физиономией): - Ваше превосходительство, неужели вы хотите, чтобы мои бедные детишки просили милостыню?! – (видя, что губернатор багровеет, поспешно): - Согласен, по рукам!
Бишоп (упрямо): - Зато я не согласен! Двадцать пять фунтов - большие деньги! Не каждый негр столько стоит…
Арабелла (в слезах): - Дядя, ты опять?! «Афроангличанин»!!!
Бишоп (яростно): - Никаких афроангличан не знаю, и знать не хочу! И по двадцать пять платить не стану!
Губернатор (торопливо, ему на ухо): - Черт с вами! Платите по двадцать фунтов за голову, остальные пять я от себя добавлю! Только чтобы жена не знала - всю душу вынет!
Бишоп (просияв): - Согласен - по двадцать пять!
Мэри Трейл (на ухо Арабелле): - Ари, что с твоим дядей?! Может, мы обе спим?!
Арабелла (в полной прострации): - Мэри, ущипни меня… - (подпрыгнув, тонким пронзительным голосом): - Ой!!! Больно-о-о!!!
Мэри (сконфуженно): - Извини, пожалуйста, сама же просила…
Арабелла (возмущенно): - Но не с такой же силой! Теперь синяк будет...
Волверстон (не отрывая от девушек горящих глаз): - Ох, лучше бы меня повесили… Какие мучения, о Боже!
Блад (проследив, куда он смотрит): - Успокойся, одноглазый черт… Такие красавицы не про твою честь! – (как-то странно вздрагивает). – И не про мою… Между нами – пропасть!
Волверстон (чуть не плача): - Знаю… Но все равно – ох!..
Мэри Трейл (на ухо Арабелле): - Ей-Богу, в этом голубоглазом точно что-то есть!
Арабелла (как-то странно вздрогнув): - Да ну! По-моему, ничего особенного… - (отводит глаза, покраснев).
Губернаторша (торопливо): - Ну, столковались – и молодцы! Доктор, сейчас же принимайтесь за лечение… То есть, я хотела сказать: доведите меня до постели, а потом – принимайтесь! – (томно): - Моя бедная голова-а-ааа…
Бишоп (спохватившись): - Позвольте, сударыня! Что значит: «принимайтесь за лечение»?.. Раз я купил этого раба – он поедет на мою плантацию! Вместе с остальными!
Капитан (спохватившись и вспомнив про обещание, данное Бладу): - Позвольте, полковник! Я имел в виду, что оптовая партия не включает доктора! Он будет принадлежать господину губернатору… Уверен: его превосходительство уплатит вам его стоимость сполна!
Губернаторша (торопливо): - Уплатит, не сомневайтесь! Пусть только попробует не уплатить!!!
1-й голос в массовке: - Ох, не завидую я доктору! Вот попал – из огня, да в полымя…
2-й голос в массовке: - Да уж, баба жаркая… А тушить ее огонек некому – губернатор давно охладел!
Женский голос в массовке (возмущенно): - Да на этом паршивом островке и нормальных мужиков-то не осталось! Тьфу!!!
3-й голос в массовке (возмущенно): - По своему импотенту судишь?!
Бишоп (упрямо): - «Оптовая партия» - это значит, «все включено!» Я купил всех – значит, и этого докторишку! Он у меня будет рубить тростник!
Губернаторша (яростно): - Моя бедная голова-а-ааа!!! – (мужу): - Ты губернатор, или где?! Ну-ка, поставь не место этого жирного борова!!!
Бишоп (в бешенстве): - Жирный боров?! Ах ты… глиста высохшая!!!

Массовка, включая каторжников, хохочет.

Арабелла (хватается за голову):  -Боже, какой позор! Мой дядя оскорбил даму! Да еще публично!!!
Волверстон (в полном восторге): - Вот за такое равноправие я двумя руками! Сказала мужику гадость – получи в ответ…
Губернаторша (яростно): - Молчать!!!
Губернатор (яростно): - Молчать!!! Я тебя, хама одноглазого, сейчас выпороть прикажу!
Волверстон (философски пожимая плечами): - Э, нет! Опоздали! У меня уже есть хозяин! – (насмешливо кланяется Бишопу).
Бишоп (надувшись): - Вот именно! Руки коротки – пороть мое имущество! Фиг вам!
Губернатор (в бешенстве): - Оно еще не ваше!!! Фиг вам, а не пять фунтов с головы!!! – (спохватившись, в ужасе, в сторону): - Господи!!! Так опозориться перед королевским ревизором! А все из-за чертового бабья! – (Бишопу, торопливо): - Ну, полно, полно, друг мой… Мы разгорячились, наговорили лишнего… Наша договоренность в силе. Будем считать, что вы временно одолжили мне своего невольника! Он пока поживет у меня в доме… - (с улыбкой, Бладу): - В хороших условиях... У меня есть тихая, уютная комнатка, ну, прямо для гостей... По доброте душевной предлагаю…
Губернаторша (возмущенно): - Твою жену оскорбили, и ты еще называешь этого грубияна другом?! Ах, негодяй! Ты ждешь моей смерти! – (со стоном хватается за голову): - Я так и знала, ты никогда не любил меня!!! Ты только притворялся! Тебе нужно было только мое приданое!!! – (рыдает): - Ох, дура я, дура, что не послушалась маменьку…
Волверстон (философски): - Да уж, жениться на такой бабе без хорошего приданого можно только спьяну… Ну, или по приговору суда!..
Губернатор (в полном бешенстве): - Молчать!!! Я тебя, хама одноглазого… - (спохватывается). – Ну же, полковник, решайтесь скорее! – (на ухо, Бишопу): - Да перестаньте же упрямиться, болван!!! На нас смотрит ревизор!!!
Бишоп (в сторону, яростно): - Сначала «жирный боров», а теперь еще и «болван»?! Ну, попомнишь! – (губернатору, притворно-льстивым голосом): - Сэр, вы представляете собой высшую власть на острове… Как я могу вам противоречить?! Хорошо, я согласен! Забирайте себе на время и этого раба…
Губернатор (просияв): - Я рад, что мы договорились!
Бишоп (договаривая, ядовито-медовым голосом): - и всех остальных. Оптовая партия есть оптовая партия. Я же гуманный человек, как вы весьма точно заметили… Зачем разлучать этих бедняг? Они уже привыкли друг к другу… А как надобности в докторе больше не будет – пришлете их оптом на мою плантацию!
Губернатор (в полной прострации): - Вы издеваетесь?! На кой черт мне такая масса рабов? Где я их размещу?
Бишоп (лучезарно улыбаясь): - Да хоть в собственной спальне… Раз интересы дела требуют! – (решительно): - А если не согласны, сейчас же плачу за них по двадцать пять фунтов, и везу на плантацию! Всех!!! Включая доктора.
Губернаторша (визгливо): - Хам! Медведь!! Бурбон!!! Моя голова-а-ааа….
Блад (возмущенно): - Джентльмены, во имя человеколюбия… Независимо от того, что вы решите по нашему поводу, леди надо как можно скорее уложить в постель! Она же мучается! Мигрень – это вам не шутки! Я как врач говорю!..
Мэри Трейл (не отрывая взгляда от него): - Незаурядный человек… Точно – незаурядный!
Арабелла (вспыхнув): - Мэри, тебе не кажется, что это неприлично? Разглядывать постороннего мужчину, да еще так пристально!
Мэри Трейл (лукаво): - Но ты же разглядываешь его, Ари?
Арабелла (вспыхнув еще сильнее)… - Э-э-э… Мне положено! Я – компаньонка дяди, значит, половина этого каторжника – моя! – (в сторону): - Прости, Господи…
Мэри Трейл (шепотом, покраснев): - Какая половина – выше пояса, или ниже?
Арабелла (возмущенно): - Мэри!!!

[Drago63]

Волверстон (пожирая их глазами): - Чует сердце: повесят меня на Барбадосе… Боже милостивый, и стоило через океан ехать, за тем же самым?!
Губернаторша (мужу, яростно): - Да соглашайся же, изверг, убийца! Моя голова-а-а… - (Хватается за вышеупомянутую часть тела) - Она сейчас лопнет! Нет сил терпеть!!! Яду мне, яду!!!
Стид (машинально): - Яду ей, яду!!! Ой… - (зажимает руками рот).
Возмущенный женский голос в массовке: - Все мужики – сволочи!!!
Губернаторша (рыдая): - Боже мой! И этому человеку я отдала свои лучшие годы!!!
Стид (в полной прострации): - Матушка, ты хочешь сказать, что худшие годы еще впереди?!

Массовка, включая каторжников и Бишопа, хохочет.

Дочка (досадливо): - Ну, предки, вы даете… Стыд и срам!
Стид и губернаторша (хором): - Цыц! Мала еще судить родителей!
Блад (сдержанно, но твердо): - Тысячу раз прошу меня извинить, но, если леди останется на солнцепеке, я снимаю с себя всякую ответственность за возможные последствия. И не говорите потом, что я вас не предупреждал!..
Стид (спохватившись, в сторону, в ужасе): - Боже мой!!! Такие сцены, при ревизоре!!! Ох, чертово бабье!!! – (Бишопу, поспешно): - Я согласен! Размещу у себя всех рабов, дом просторный, слава Богу…
Губернаторша (визгливо): - Да ты рехнулся! Куда к нам такую ораву?!
Каторжники (хором): - Губернатору - гип-гип, ура-а-аа!!!
Губернаторша (хватаясь за голову): - Моя голова-а-ааа…
Блад (философски, Волверстону): - Похоже, скучать тут явно не придется… - (снова сталкивается взглядом с Арабеллой, вздрагивает, но не отводит глаз).


                                                        Действие третье.

Дом губернатора. За столом сидит Стид, читает номер «Барбадосского курьера».
--------
Стид (яростно): - Я эту газетенку сожгу, честное слово! А их главреда продам в рабство Крэбстону! Чтобы хоть какая-то польза была от этого журналюги! Ишь, разошелся… - (углубляется в чтение). – «Судя по сведениям, полученным нами от источника в доме губернатора, лечение миссис Стид идет полным ходом и имеет заметную положительную динамику. Губернаторша ожила, стала гораздо спокойнее, с аппетитом кушает и гораздо реже закатывает истерики законному супругу, так что наш страдалец-подкаблучник может наконец-то вздохнуть полной грудью» - (яростно): - Что за источник?! Шкуру спущу!!! – (продолжает чтение): - «Мы, разумеется, не станем раскрывать, от кого получили эти сведения. Политика строгой конфиденциальности – наш приоритет! Скажем лишь, что это – одна из служанок…» - (яростно-задумчиво): - Может, выпороть сразу всех баб? Виновной тогда точно достанется на орехи… - (продолжает чтение): - «Надеемся, что эта молодая прелестница…» - (потирая руки): - Ах, она еще и молодая?! Теплее, теплее! – (продолжает чтение): - «Не обидится на нас за то, что мы не станем политкорректно называть ее афроангличанкой… Мы не расисты, вовсе нет, но наша толерантность тоже имеет пределы!» - (Ликующе): - Подставили свой источник, кретины! Подставили по-черному эту черномазую!!! Ха-ха-ха!!! – (ликующе смеется) – Как скаламбурил-то, а?! У нас только одна служанка-негритянка! Ох, и влетит же ей!!! – (потирает руки).

Входит Блад. Губернатор испуганно вскакивает.

Блад (смущенно): - Не волнуйтесь, ваше превосходительство! Простите, я, кажется, испугал вас… С вашей супругой все в порядке!
Стид (в сторону): - Нет, как играет-то, а?! Хорошего ревизора король выбрал! – (Бладу, с улыбкой): - Я вам очень признателен. Эти постоянные мигрени так мучили миссис Стид… Бедняжка от страданий стала повышенно нервной, раздражительной…
Блад (кивая): - Да, это вполне естественно. А если еще учесть тяжелый климат…
Стид: - О, да, климат! Она так плохо переносит его! Иной губернатор попросился бы в отставку, вернулся бы в Англию… Но, для меня на первом месте – долг перед королем и отечеством! – (В сторону): - Как хорошо сказано! Посмотрим, чем он ответит… - (Бладу): - Да, именно так! Долг верноподданного!
Блад (учтиво): - Я ничуть не сомневаюсь, что ваше превосходительство – достойный человек… Поверьте, я очень рад этому! Здесь, на Барбадосе, судя по всему, еще можно верить в Бога.
Стид (потрясенно, в сторону): - Ух ты, какие пули отливает! Самого Создателя приплел! Пытается прощупать, насколько я тверд в вере?! – (Бладу, с улыбкой): - Вы совершенно правы. Хоть климат здесь и вправду жаркий, зато места такие красивые! Горы, цветы, пышная зелень… Настоящая благодать Божья! И создал же Господь такое чудо! Просто рай земной!
Блад: - А мы так боялись попасть сюда! Нас по дороге пугали: климат на Барбадосе – убийственный, плантаторы – звери, чиновники – воры и взяточники…
Стид (в сторону): - Издалека заходит! Ох, мастер! Ну, да и мы не простаки! – (Бладу): - Конечно, люди грешны по природе своей… Не стану утверждать, что у нас все – сплошь ангелы. Но ведь один лишь Бог без греха! А я, по мере скромных сил и возможностей, слежу за порядком. Чтобы невольников на плантациях содержали в нормальных условиях, чтобы неимущих больных хорошо кормили, чтобы все прошения рассматривались в срок, без волокиты… Конечно, и я могу что-то упустить, но, надеюсь, по мелочи… – (В сторону): - Вот сейчас проверим! – (Бладу): - Впрочем, если желаете, я могу показать вам, что угодно! Нашу лечебницу, форт, канцелярию… Даже тюрьму!
Блад (с нарастающим изумлением): - Ваше превосходительство, ваша любезность просто безгранична! Я не смею злоупотреблять ею… Тем более – (грустно усмехается), – от тюрьмы в доброй старой Англии у меня остались такие жуткие воспоминания, что осматривать еще одну тюрьму как-то не тянет. Гнилая солома, смрад, скученность, отвратительная пища, произвол охраны… Мое здоровье и сама жизнь подвергались там величайшей опасности!
Стид (беспокойно, в сторону): - С другого конца зашел! Ждет, как отреагирую! Ну, хитрец!!! – (Бладу): - Мне больно слышать это… Конечно, в глазах закона, вы были преступником и подлежали наказанию, но ведь закон, в мудрости своей, не призывает к мести и к жестокости. Наверное, вы стали жертвой какого-то не в меру ретивого и неумного исполнителя. – (В сторону): - Как сказал-то, а?! «Перегибы на местах» - и вся дела! – (Бладу): - Я абсолютно уверен, что его Величество, доведись ему узнать об этом, не одобрил бы такого обращения с заключенными, даже с бунтовщиками!
Блад (с грустной улыбкой): - Простите, ваше превосходительство, не могу разделить вашей уверенности… Иллюзии по поводу милосердия короля у меня давно развеялись.
Стид (в сторону, в панике): - Провоцирует!!! Как отреагировать, как ответить?! – (Бладу, со сдержанной укоризной): - Сударь, мне, как должностному лицу, представляющему особу короля, неуместно слушать такие слова! Давайте-ка лучше сменим тему… Значит, осматривать тюрьму вы не хотите. Так, может, лечебницу?
Блад (с искренним удивлением): - Но зачем? У нас есть профессиональный кодекс, и он гласит: «Пациент другого врача – не мой пациент!» Тем более, что, судя по вашим словам, тамошние целители очень искусны и добросовестны…
Стид (в растерянности, в сторону): - Ой, не к добру! Неужели что-то пронюхал?! Или успели нажаловаться?! - (Бладу): - Тогда, может, отвести вас к форту? Правда, он на реставрации… то есть, я хотел сказать, там сейчас ведутся ремонтные работы…
Блад (оживившись): - А вот форт я осмотрел бы с удовольствием! Я ведь, если угодно знать вашему превосходительству, раньше был офицером! Служил под командой прославленного де Рейтера…
Стид (с притворным восхищением): - Надо же! – (в сторону): - И не покраснел, и ни один мускул не дрогнул! Ну, артист!!! Офицер чертов… - (Бладу): - Значит, решено! А после форта – не желаете ли осмотреть плантацию мистера Крэбстона? Она совсем недалеко от Бриджтауна, и в очень красивом месте!
Блад (с нарастающим изумлением): - Если ваше превосходительство окажет мне такую любезность… Но мне, право, неловко, это же лишние хлопоты…
Стид (в сторону): - Как играет, Боже мой!!! Шекспир зарыдал бы от восторга… - (Бладу, с улыбкой): - Хлопоты – пустяки! В конце концов, вы – мой гость.

[Tany]

 

[Drago63]

Входит Бишоп.

Бишоп (с напускной вежливостью): - Добрый день, сэр! Вы уж не взыщите, что явился к вам без предупреждения…
Стид (с плохо замаскированным недовольством): - Добрый день, полковник. Полагаю, вы прибыли, чтобы принести извинения моей супруге за вашу недопустимую грубость?
Бишоп (вспыхнув): - Извинения?! За «глисту высохшую», что ли?! Пусть сама сначала извинится за «жирного борова»! А то бабье взяло моду: как себе выгоду, так кричать о равноправии, а как отвечать за сказанное – простите великодушно, мы слабые и глупые, и вообще, у нас эти самые дни!
Стид (вспыхнув): - Полковник, выбирайте выражения! Вы говорите о законной супруге человека, представляющего здесь личность его королевского Величества!
Бишоп (ехидно): - Уж как вы ее представляете – нам хорошо известно! Плачет по вам… - (обращает внимание на Блада, спохватывается): - Впрочем, не будем ссориться. Да, вы правы, я из-за вашей супружницы и прибыл… - (замечает на столе «Барбадосский курьер»). – А, вижу, вы тоже читали эту вонючую газетенку? У меня на плантации из-за нее сыр-бор! Племянница расхворалась, капризничает и требует, чтобы я немедленно привез к ней доктора – (указывает на Блада). – Мол, если он даже такую тяжелую пациентку, как ваша благоверная, смог вылечить, то ей-то поможет и подавно!
Стид (все еще сердито): - А что случилось с вашей племянницей?
Бишоп (пожимая плечами): - А черт ее знает! Кажется, что-то по женской части… У этого бабья же все, не как у людей! – (Бладу): - Собирайся, живо, ты едешь со мной!
Стид (застонав, в сторону): - С королевским ревизором – и так грубо! Идиот!!! – (Бишопу): - Полковник, миссис Стид еще не окончательно выздоровела! Я не могу отпустить доктора.
Бишоп (разозлившись): - Не забывайте, он – мой раб! Я его купил!
Стид (разозлившись): - А я – высшая власть на острове!!!
Бишоп (яростно): - А я – имел вашу власть! Всеми способами!!!
Стид (яростно): - Бунтовать?! Да я вас…
Блад (торопливо): - Тысячу раз прошу простить меня, джентльмены… Но, если племяннице моего хозяина и впрямь требуется помощь, врачебный долг обязывает меня посетить ее, чтобы осмотреть и назначить лечение!
Бишоп (ехидно, Стиду): - Каторжник – и тот умнее вас! – (после небольшой паузы, Бладу, гневно): - То есть, как это – «осмотреть»?!
Блад (вежливо): - Глазами, разумеется! Я же врач!
Бишоп (гневно): - Чтобы посторонний мужик, да еще раб, пялился на мою раздетую племянницу?! Не бывать тому! Срамота!!!
Блад (с ангельским терпением): - Господин полковник, врач – это бесполое существо…
Бишоп (вытаращив глаза): - Чего-о??!
Стид (торопливо): - Полковник, доктор имеет в виду: представителей его профессии не стесняются…
Бишоп (гневно, Бладу): - Она покажет на себе, поверх одежды, где у нее болит, тебе этого будет достаточно. А всякие другие «осмотры» выкинь из головы! Если не хочешь отведать кнута!
Стид (застонав, в сторону): - Кретин!!! Грозить кнутом королевскому ревизору!!! Погубит, мерзавец, без ножа зарежет…
Бишоп (видимо, вспомнив договоренность): - Э-э-э… Это я так шучу! (натужно хихикает): - Гы-ы-ыыы!!! Какие там кнуты?! Да мои надсмотрщики – добрейшие люди! Особенно Кент! Как возьмет да приложит кого-то фейсом об тэйбл… тьфу, я хотел сказать, потреплет дружески по плечу – так и дух вон… - (увидев бешеные глаза Стида): - Ой, что-то заговариваюсь… Все из-за жары! – (усердно обмахивается «Барбадосским курьером»).
Стид (поспешно): - Полковник, в знак моего доброго к вам расположения, я сам привезу доктора на вашу плантацию. В моей коляске! А потом, после осмот… пардон, лечения мисс Арабеллы – отвезу его к себе.
Бишоп (кивнув): - Согласен. Но только не тяните! Родная племянница как-никак, да еще компаньонка. Ума, правда, на пару фартингов… но она же не виновата, что баба! – (выходит).
Блад (со вздохом): - Какой грубиян!
Стид (торопливо): - Не берите близко к сердцу… Просто, он сегодня что-то не в настроении. А вообще, хороший человек! Видимо, жара действует…
Блад (с многозначительной улыбкой): - Да, жара…
Стид (с облегчением, в сторону): - Слава Богу, кажется, не сердится! – (Бладу, с улыбкой): - Я полагаю, полковник не будет в претензии, если мы по дороге завернем к форту. Я же обещал вам показать его, а слово губернатора – золотое слово! В конце концов, времени на это уйдет немного, а состояние мисс Арабеллы Бишоп, думаю, не столь серьезно…
Блад (вежливо, но твердо): - Прошу прощения, ваше превосходительство, но долг врача велит мне как можно скорее приехать к пациентке. «По женской части» - это весьма туманно и неопределенно. А когда болит живот, промедление может быть опасно для жизни.
Стид (в сторону, восхищенно): - Нет, как играет-то, а?! Ну, прямо настоящий доктор! Гиппократ бы прослезился… - (Бладу): - Что же, вам, как врачу, виднее. Я немедленно распоряжусь заложить коляску! Да и мне поездка на свежем воздухе будет полезной, нельзя же все время делами заниматься… - (Идет к двери, ехидно говоря в сторону): - И еще распоряжусь… кое о чем! Ох, и влетит этой черномазой!!!
--------------------------

Кухня для слуг в губернаторском доме. У плиты хлопочет всхлипывающая негритянка. Сзади неслышно подкрадывается Волверстон и с озорной усмешкой шлепает ее пониже спины.
---
Негритянка (подпрыгнув, диким голосом): - Уа-а-ааа!!!!!!
Волверстон (подпрыгнув, заикаясь): - Т-ты ч-чего?!
Негритянка: - Больно-о-о!!!
Волверстон (от возмущения даже перестав заикаться): - Ах ты, врунья бесстыжая! Да я же совсем несильно…
Негритянка (всхлипывая): - Меня высекли-и-и…
Волверстон (огорченно): - Да ну?! Ах, бедняжка! А за что же?
Негритянка (продолжая всхлипывать): - Сама не знаю-ю-ю… Маса губернатор был такой сердиты-ы-ый… Кричал, что у меня язык без косте-ей… А какие же в языке могут быть кости-и-и?..
Волверстон (удивленно): - Надо же! А с виду – тихоня-подкаблучник… - (Философски): - Не горюй, милашка! Эка невидаль – высекли!  Поболит – перестанет. Меня вот и линьками просмоленными били, и кошкой-девятихвосткой… Чем только ни дубили шкуру! А я до сих пор жив и крепок, только одного иллюминатора лишился… - (философски-цинично, в сторону): - Жаль, с этим загорелым персиком ничего не выйдет… ближайший день-два. Пусть сначала задница заживет! Пойду, что ли, с другими служанками потолкую, клинья подобью… Полгода без бабы – это же мука мученическая! – (потрепав негритянку по плечу, выходит).

Негритянка, всхлипывая, продолжает возиться у плиты. В кухню входит Огл. Торопливо оглядывается по сторонам, бесшумно подходит к негритянке и щиплет ее пониже спины.

Негритянка (подпрыгнув, диким голосом): - Уа-а-ааа!!!!!!
Огл (подпрыгнув, заикаясь): - М-мать п-пресвят-тая бог-город-дицаа…. Т-ты чего?!
Негритянка: - Больно-о-о!!!
Огл (возмущенно): - Дыру тебе ниже ватерлинии!!! Зачем было так орать?! Я же чуть-чуть, легонько…
Негритянка (всхлипывая): - Меня высекли-и-и…
Огл (огорченно): - Ах, бедняжка! Ну, извини… Я же не знал! И сильно?
Негритянка (утирая слезы): - Сидеть не могу-у!
Огл (еще более огорченно): - Жаль, уехал наш доктор… Он бы тебе там какой-нибудь мазью смазал, боль бы и поутихла…
Негритянка (испуганно-стыдливо): - Чтобы я разрешила чужому мужчине…?! Лучше умереть!
Огл (наставительно): - Дурочка, он же доктор! А докторов не стесняются… - (осторожно-неумело гладит негритянку по голове): - Эх, бедолага… Вот и тебе досталось, неизвестно за что. И нас, небось, на плантациях лупцевать будут… Уж как-то слишком все хорошо идет, не к добру это… А как вспомню свою милашку, да как подумаю, что она там одна, без меня… - (тяжело вздыхает): - Кто ее, горемычную, обихаживать будет, кто над нею будет трястись, как над младенцем? – (утирает скупую мужскую слезу).
Негритянка (растрогавшись): - Она была так дорога вам?
Огл (продолжая утирать слезы): - Да мы с ней, почитай, сроднились! Единою плотью были! Сколько раз она мне жизнь спасала…
Негритянка (восхищенно): - О, какая храбрая!
Огл (воодушевленно): - Не то слово! Цены ей не было! А какая точность! И вот теперь – я тут, она там… Кто за ней следит? – (со скорбным вздохом): - Конечно, без присмотра не осталась, но как подумаю, что теперь с нею – другой моряк… - (всхлипывает).
Негритянка (чуть не плача): - Ну, зачем сразу думать самое плохое? Может, у нее никого нет!
Огл (всхлипывая): - Как это – «нет»! Да такую красавицу тотчас приберут к рукам… О Господи! Как подумаю, что чужой мужик ее трогает, моет, протирает, банник ей вставляет в отверстие… Душа переворачивается! Просто волком выть готов…
Негритянка (покраснев, насколько это возможно): - «Банник» - это теперь так говорят в Англии?
Огл (недоуменно): - И не только в Англии…
Негритянка (еще более покраснев): - Ну, Бог не осудит… Женщине-то нелегко без банника!
Огл (в полной прострации): - Какой женщине?!
Негритянка (стыдливым шепотом): - Ну, этой вашей… Которой вы раньше банник вставляли…
Огл (диким голосом): - Извращенка!!! Да ты хоть знаешь, каких размеров этот банник?! – (Показывает руками).

Негритянка, закатив глаза, падает в обморок.

[Drago63]

Огл (в полном обалдении): - О, черт… И доктор, как назло, уехал! Чем помочь-то?! – (бросается к двери, потом возвращается к негритянке): - Может, искусственное дыхание ей сделать?! – (опускается на колени, начинает робко и неумело давить негритянке на грудную клетку, потом – приникает губами к ее рту).

Входит губернаторша.

Губернаторша (возмущенно): - Что тут происходит?!
Огл (заикаясь): - П-пытаюс-сь е-ей п-помоч-чь…
Негритянка (придя в себя, диким голосом): - Спасите!!! – (замечает хозяйку): - Мисси губернаторша! Бегите! Это сексуальный маньяк!!! Вот с такой штукенцией!!! – (показывает дрожащими руками).
Огл (крестясь): - Господи, помилуй! Что она несет?!
Губернаторша (возмущенно-заинтересованно): - В нашем доме – сексуальный маньяк?! Черт знает что!!! – (более спокойно и заинтересованно): - А с виду-то и не подумаешь… Мужичонка – так себе… - (осматривает Огла, плотоядно облизывая губы). – Хотя, кто этих мужиков разберет… Эй, ты, как твое имя?
Огл (дрожа): - С вашего позволения, Нэд Огл. Канонир, ныне – осужденный каторжник.
Губернаторша (ласково): - Ну, что каторжник – такой казус с любым может случиться… Ты лучше скажи: она – (указывает на негритянку) – правду сказала?
Огл (в полном обалдении): - Да никакой я не маньяк, чем хотите, поклянусь! – (крестится). – С бабами дело имел, как же без этого… Но – все по доброй воле!
Негритянка (поднимаясь, негодующе): - А кто хвастался, какой у него банник?! – (хозяйке): - Мисси губернаторша, хоть снова меня высеките, не откажусь от своих слов! Он сам мне все рассказал! Про свою зазнобу, которую мыл…
Губернаторша (потрясенно): - Мыл?! Однако…
Негртянка: - Да, мыл и вытирал!
Огл (диким голосом): - Дура!!! – (начинает истерически хохотать).
Губернаторша (задумчивым шепотом): - Какой грубый, примитивный с виду человек, а на деле - нежный, заботливый… Купал партнершу…

Входит губернаторская дочка.

Дочка: - Маман, я вас всюду ищу, а вы вот где…
Негритянка (диким голосом): - Мисси, бегите! Здесь сексуальный маньяк!!!
Дочка (заинтересованно): - В самом деле? – (осматривает Огла): - Кто бы мог подумать…
Губернаторша (возмущенно): - Живо, в свою комнату! И чтобы носа оттуда не высовывала!!! – (еще раз смотрит на Огла с улыбкой): - Ну, ну, не надо так нервничать… Успокойся! Мне еще кое-что неясно, поэтому, продолжим нашу беседу немного позже… Ах! – (притворно хватается за голову). – Опять начинается приступ… Помоги мне, добрый человек…
Огл (в полной прострации): - Да чем же я помогу?! Я же не доктор! И тот, как назло, уехал…
Губернаторша (страстным шепотом): - Дай мне опереться на тебя! Вот так… О-о-о, маленький, а какой жилистый! А теперь – помоги дойти до спальни…
Огл (шепчет трясущимися губами): - Господи, поскорее бы на плантацию!!!

------------------------------
Плантация Бишопа. Сам Бишоп, губернатор Стид, Блад и старший надсмотрщик Бишопа Кент – по виду, классическое переходное звено между обезьяной и человеком.
--------

Стид (бодрым голосом): - Ну вот, полковник, как видите, я выполнил обещание. Доктор в вашем распоряжении! Точнее, в распоряжении мисс Арабеллы… - (оглядывается по сторонам): - Но, где же она?
Бишоп (сердито): - У этих баб семь пятниц на неделе! То охала и за живот держалась, то вроде полегчало… Сидит сейчас с подружкой своей, Мэри! Болтают о своем, о женском…
Блад (вежливо, но твердо): - Тем не менее, прошу вас, сэр, позвать ее. Боль в животе может быть симптомом многих болезней, в том числе, очень опасных!
Бишоп (еще более сердито): - Типун тебе на язык! Она же моя компаньонка, ей принадлежит половина всего имущества, движимого и недвижимого! А кто знает, как она по своей дурости этой половиной распорядилась?! Может, уже завещание составила, отписала все каким-то проходимцам?! – (замечает сердитый взгляд Стида, спохватывается): - То есть, я хотел сказать, такая славная молодая девушка, ей еще жить и жить, а ты такие вещи говоришь, опасными болезнями стращаешь… Кнутом бы тебя, чтобы не болтал лишнего!
Стид (застонав, в сторону): - Идиот!!!
Бишоп (снова спохватившись): - Ой, что-то совсем заговариваюсь от жары… Каким еще кнутом?! Да на моей плантации кнутов сроду не бывало! – (поворачивается к Кенту): - Ну-ка, скажи, у тебя разве когда-то был кнут?
Кент (с тяжелым вздохом): - А как же! Только я, как вы изволили приказать, спрятал его…
Бишоп (яростно): - Идиот!!! – (встав на цыпочки, отвешивает Кенту подзатыльник). – (Бладу, угодливо): - Мой старший надсмотрщик из-за жары несет черт знает что…
Стид (торопливо): - Ох, климат наш, Барбадосский… Жара…
Блад (с подчеркнутой сухостью): - Да, жара… Так могу я видеть мисс Бишоп?
Кент (свирепо): - Можешь! Вон молодая хозяйка! – (указывает рукой).

Входят Арабелла и Мэри Трейл.

Блад (кланяясь): - Мое почтение, сударыни!
Бишоп (торопливо): - Племянница, вот, привезли доктора! Ну, давай, выкладывай скорее: что болит, где болит…
Арабелла (зардевшись): - Как, при всех?!
Стид (смущенно): - В самом деле, полковник! Это неделикатно… Доктору надо остаться наедине с пациенткой.
Бишоп (возмущенно): - Ни за что! Я племянницу наедине с чужим мужиком не оставлю! Тем более, с каторжником! Срамота!..
Блад (с ангельским терпением): - Хорошо, пусть вместе с нами будет эта мисс… - (снова кланяется): - Простите, сударыня, не имею чести знать вашего имени…
Мэри Трейл (смущенно): - Мэри Трейл… Кстати, доктор, у меня тоже что-то… - (краснеет).
Арабелла (подозрительно): - Что у тебя?! Ты только что была здоровая, как племенная лошадь!
Мэри Трейл, вспыхнув: - Ты тоже, Ари!
Блад (смущенно-подозрительным голосом): - Так могу я попросить оставить меня… э-э-э… наедине с этими леди?
Бишоп (сердито): - Это неприлично! Что люди скажут?! Две молодые незамужние девицы – наедине с чужим мужчиной! Да еще с каторжником!!! Позор на весь Барбадос! Пусть, на всякий случай, останется и Кент…
Арабелла (испуганно-негодующе): - Дядя!!!
Мэри Трейл (испуганно-негодующе): - Сэр!!!
Стид (страдальчески-негодующе): - Полковник, вы в своем уме?! Что вы несете?!..
Блад (ангельски-терпеливо, но с металлическим скрежетом в голосе): - А что, у этого весьма примечательного образца Хомо Эректус тоже болит живот? Проблемы по женской части?
Кент (в полном обалдении): - Чего-о-о?!
Блад (потеряв терпение, командирским голосом): - Того!!! Вон отсюда!!!

Кента как ветром сдувает. За ним бежит Стид, волоча за рукав упирающегося Бишопа.

Стид (на бегу, пыхтя и утирая лоб, в сторону): - Вот и проявил себя… Сразу видно: человек знатный, привык командовать! Абы кого королевским ревизором не сделают!
Блад (спохватившись, им вслед): - Джентльмены, к вам эта команда вообще-то не относилась… - (машет рукой): - А, ладно! Ну-с, юные леди, я в вашем распоряжении. Подробно рассказывайте: что с вами, где болит, каковы симптомы… И не стесняйтесь, пожалуйста, я же врач!
Мэри Трейл (зардевшись): - Вы, прежде всего, мужчина… - (опускает глаза).
Арабелла (сердито-подозрительно): - Вообще-то, это я первая вызвала доктора! Отойди подальше, не мешай… А еще лучше, побудь пока в доме!
Мэри Трейл (покраснев еще сильнее): - Ах, значит, я мешаю? Что это за болезнь такая, что о ней нельзя говорить даже при лучшей подруге?
Арабелла (негодующе-умоляюще): - Мэри!!!
Мэри Трейл (упрямо-ехидно): - Да, Ари?..
Арабелла (с дрожью в голосе): - Мэри, мы же всегда были лучшим подругами!!!
Мэри Трейл (чуть не плача): - Ари, но я же не виновата…
Блад (смущенно-иронически): - Не ссорьтесь, леди… Давайте лучше по очереди! – (Мэри Трейл): - Что у вас болит, сударыня? Живот?
Мэри Трейл (покраснев еще сильнее, хоть, казалось, некуда): - Да, живот…
Блад (едва заметно улыбнувшись): - А, может быть, сердце?
Мэри Трейл (едва слышно): - Вы очень проницательны…
Арабелла (вспыхнув): - Не придумывай!!! Это у меня болит сердце!!!
Блад (смущенно-вкрадчиво): - Но ведь совсем недавно у вас болел живот, не так ли?
Арабелла (дрожащим голосом, опустив глаза): - Да, а сейчас – сердце…
Мэри Трейл (торопливо): - Но у меня оно болит сильнее!..
Арабелла (с плохо скрытой злостью): - Симулянтка!!!
Мэри Трейл (тем же тоном): - Эгоистка!!!
Блад (выражение лица которого трудно описать, в сторону): - Вот это влип, дружище Питер! – (девушкам, с притворной озабоченностью): - Юные леди, ваше состояние внушает мне тревогу. Блуждающие боли, явное нервное перенапряжение… Необходимо серьезное лечение. А для лечения, надо поставить правильный диагноз… Будьте любезны раздеться!
Мэри Трейл, Арабелла (перепуганным хором): - Как?!
Блад (с ангельским терпением и едва заметной улыбкой): - Мне необходимо осмотреть вас. Не стесняйтесь, я же врач, то есть, существо бесполое…
Мэри Трейл (негодующе): - Не клевещите на себя!!!
Арабелла (негодующе): - Ишь, чего захотел!!! Правильно говорят: всем мужикам нужно только одно…
Блад (тоном, которым общаются с капризными малышами): - Сударыни, но как же я смогу вылечить вас без осмотра? Как поставлю диагноз?
Мэри Трейл (торопливо): - А мне уже лучше! Боль прошла!
Арабелла (торопливо): - И у меня прошла!
Блад (внезапно изменив тон): - Но ведь она может начаться снова, не так ли?! Хватит капризничать!!! Раздевайтесь!!!
Арабелла (стуча зубами): - Б-бож-же м-мой…
Мэри Трейл (стуча зубами): - К-как, с-совсем-м???
Блад (с ледяной любезностью): - Туфельки и шляпки можете оставить!

[Tany]

 

[Drago63]

                                           Действие четвертое


Губернаторский дом. Из спальни выходят: очень довольная губернаторша и трясущийся Огл, похожий на преступника, которого ведут на виселицу.
-------------- 

Губернаторша (ласково): - Ну, вот, мне уже лучше… Гораздо лучше! А ты еще упирался, негодник… - (потрепав его по плечу): - Конечно, незачем было хвастаться той дуре насчет банника-то… Какой там банник?! Так, банничек… - (улыбается): - Но хороший!
Огл (заикаясь): - Сударыня, она меня не поняла, клянусь всеми святыми!
Губернаторша (заговорщицким шепотом): - Ладно, все вы, мужики, одинаковые… Любите прихвастнуть! – (Ласково): - Ступай на кухню, подкрепись. Скажи этой дурехе, чтобы хорошенько тебя накормила. Тебе силы еще понадобятся… Только смотри у меня, язык не распускай, перед товарищами не хвались! Мой-то муженек – ох, ревнивый!
Огл (в ужасе): - Да ни за что на свете! Буду нем, как рыба! Я не хочу, чтобы меня повесили… - (убегает, крестясь).
Губернаторша (довольно потягиваясь): - Беги, банничек… До скорой встречи! – (Улыбается): - Мои мигрени проходят! А вечером еще позову доктора, для особо тщательного лечения… Скоро, кстати, они вернутся? – (раздается стук в дверь). – Черт, легки на помине! Уф, вовремя успели, слава Богу! – (торопливо оглядывает себя перед зеркалом).

Входит редактор «Барбадосского курьера» Хлопс, с ехидным выражением лица, держа под мышкой большую папку.

Губернаторша (мгновенно ощетинившись): - Кто вас звал?!
Хлопс (с ханжеским смирением): - Добрый день, сударыня!
Губернаторша (зло): - Вам того же не пожелаю!
Хлопс (умилительно): - А ведь в Библии сказано: возлюби ближнего, как самого себя…
Губернаторша (яростно): - Я вас сейчас так возлюблю… каким-нибудь тяжелым предметом! Живо говорите, что вам надо, а потом – вон отсюда! Презренный журналюга!
Хлопс (с искренней обидой): - Свободную прессу всякий норовит обидеть… А ведь она – зеркало общества!
Губернаторша (багровея): - Иное зеркало и разбить не грех, в мелкие осколки! Считаю до трех: или говорите, зачем пришли, или прикажу вас в шею вытолкать! Раз…
Хлопс (торопливо): - Сударыня, вы имеете представление, где сейчас ваш супруг и чем он занимается?
Губернаторша (зло, но слегка озадаченно): - Конечно! Он поехал на плантацию полковника Бишопа, повез туда доктора…
Хлопс (с ангельской улыбкой): - Да, законная супруга всегда все узнает последней… Если вообще узнает! – (с поклоном): - Не смею вас задерживать, сударыня, тем более, что мое общество, судя по всему, вам неприятно. – (Поворачивается к двери).
Губернаторша (хорошо поставленным командным голосом): - А ну, назад!!! Что значит – «узнает последней»?! Ты на что намекаешь, щелкопер проклятый? Ну-ка, признавайся!
Хлопс (с ядовито-медовой нежностью): - Я не намекаю, сударыня, я знаю… Прощайте! – (идет к двери).
Губернаторша (бросаясь вдогонку и хватая его за рукав): - Кому сказано, назад!!! Не уйдешь, пока все не выложишь!
Хлопс (высвободившись аккуратным, но резким движением): - Хоть я всецело за святость семейного очага, но хорошо понимаю бедного губернатора… С вами, сударыня, ужился бы разве что святой! Все новости узнаете из завтрашнего номера нашей газеты. Надеюсь, он разойдется огромным тиражом! – (улыбается): - Да, представьте себе, речь идет о той самой газете, которую вы всегда именовали жалким грязным листком, пригодным разве что для непристойных нужд…
Губернаторша (в полном обалдении): - Ты на что намекаешь, бумагомарака?! Мой муж изменяет мне?! На чужой плантации, при куче свидетелей? При нашем докторе… точнее, при докторе Бишопа? Да ты совсем свихнулся! Тебе лечиться надо!
Хлопс (рассмеявшись): - Я же говорил: жена все узнает последней… - (резко): - Так, значит, губернатор повез доктора на плантацию Бишопа?
Губернаторша: - Да, повез!
Хлопс (ядовито): - Не иначе, другого кучера на всем острове не нашлось, самому пришлось лошадьми править… Ну, ладно! Предположим. А зачем повез? Просто так, ни с того, ни с сего?
Губернаторша (растерянно): - Он говорил, у Бишопа заболела племянница…
Хлопс (ласково): - Племянница? Или, может, сразу две племянницы?
Губернаторша (ничего не понимая): - Откуда две?! У Бишопа только одна племянница!
Хлопс (еще более ласково): - Значит, медицинская помощь требовалась только одной молодой даме, я правильно понял?
Губернаторша (опасливо): - Ну, да…
Хлопс (голосом следователя, решившего «дожать» преступника на допросе): - Тогда откуда же там взялись сразу две прелестницы в одеяниях Евы?!
Губернаторша (голосом корабельной сирены): - Что-о-оо?!
Хлопс (торжествующе): - А вот что!!! – (раскрывает папку, показывает губернаторше большой лист бумаги). – Смотрите внимательно! Полагаю, вы узнаете и этих двух нимф, и мужчину!
Губернаторша (в полном обалдении): - Так это же племянница Бишопа и ее подружка! Как ее… Мэри! И наш доктор… Ах, бесстыдницы! Мужика решили соблазнить… - (спохватывается): - А откуда у вас эта картинка?! И причем здесь мистер Стид???
Хлопс (ехидно): - Свободная пресса все знает! Еще вчера до меня дошла информация, что на плантации полковника творится какая-то чертовщина. Рабов срочно переодели в новую одежду, надсмотрщики попрятали куда-то кнуты, а над главным входом повесили плакат: «Долой предрассудки! Раб – тоже человек!» Естественно, я заинтересовался. И послал туда своего человека. – (Горделиво вскидывает голову): - Одного из тех неутомимых тружеников пера, который вскрывает язвы общества! И которых вы, сударыня, и подобные вам, презрительно называют тараканами – «папарацци»!
Губернаторша (нетерпеливо): - К чертовой матери вашего папарацци! Что дальше было-то?!
Хлопс (ехидно-ласково): - Он все утро просидел на дереве, с которого открывался отличный обзор… И вот результат! – (ликующе взмахивает листом бумаги). – Ваш муженек, наш благочестивый губернатор, с помощью доктора-каторжника выбирает себе любовницу!!! Предварительный, так сказать, осмотр… Чтобы девица была не только красивой, но и здоровой... О-о-о, представляю реакцию читателей!!! Да «Таймс» будет рыдать от зависти… У нее-то в штате нет таких людей! Чтобы и репортер, и художник – в одном и том же лице…
Губернаторша (побагровев): - Да если ты посмеешь напечатать такое в своем паршивом листке – сожрешь весь выпуск!!! В моем присутствии!!!
Хлопс (ликующе): - А, угрозы! Зажим свободы слова! И это тоже отметим, непременно…
Губернаторша (голосом особо мощной корабельной сирены): - Вон!!! Сейчас же вон!!!

Хлопс, издевательски-вежливо поклонившись, выходит.

[Drago63]

--------------------------------------

Плантация Бишопа. Смущенные Арабелла и Мэри Трейл.
---------- 
Арабелла (не глядя на подругу): - Ну, что тебе стоило посидеть дома?! Зачем надо было торчать здесь?!
Мэри Трейл (с виноватым упрямством): - Ари, в любви каждый сам за себя! Ну, то есть, каждая…
Арабелла (гневно): - И это лучшая подруга! Гиена!!!
Мэри Трейл (вспыхнув): - Я тебя тоже считала лучше подругой! – (с чисто женским ехидством): - Хоть ты и толстая!
Арабелла (негодующе): - Я??!
Мэри Трейл (с медовой ядовитостью): - Ну, не я же! У тебя на боках складки! – (с притворной снисходительностью): - Ну, что поделаешь, если аппетит хороший…
Арабелла (голосом разгневанной валькирии): - А у тебя вся спина в веснушках!!!
Мэри Трейл (голосом доброй католички, которую обвинили в ереси): - У меня??!
Арабелла (с медовой ядовитостью): - Ну, не у меня же…
Мэри Трейл: - Ари!!!
Арабелла: - Мэри!!!
Мэри Трейл (внезапно опомнившись): - Ну, и чего мы добились нашим спектаклем?! Как говорят, показали товар лицом! Стыд-то какой… Две дурехи, в чем мать родила…
Арабелла (всхлипнув): - Правда, в туфлях и шляпах…
Мэри Трейл (всхлипнув): - А я еще перчатки оставила…

(Рыдают, обнявшись).

Арабелла (умоляюще): - Мэри, неужели складки настолько заметны?!
Мэри Трейл (утирая слезы): - Какие складки? Ой! Прости, Ари! Это я выдумала от злости! Да у тебя тело – как у богини! И никаких веснуше-е-ек… - (рыдает).
Арабелла (покраснев): - Прости, дорогая! Это я так брякнула, со злости… Какие там веснушки?! Твоя кожа – просто чудо…
Мэри Трейл (просияв): - Ох, Ари! Ну, зачем нам ссориться? Мы же всегда были лучшими подругами!
Арабелла (кивая): - Ни один мужчина не стоит того, чтобы рушилась девичья дружба! – (сдвинув брови): - Да как он вообще посмел?! Ишь ты – «Раздевайтесь!» И еще дотрагивался, выстукивал… Сексуальный маньяк!!! – (рассвирепев): - Я его выпороть прикажу!!!
Мэри Трейл (ахнув): - Выпороть?! Ты с ума сошла!
Арабелла (упрямо): - Я – компаньонка дяди, мне принадлежит половина всего имущества! Значит, и его половина – моя! Имею право!
Мэри Трейл (ехидно): - Верхняя половина, или нижняя?!
Арабелла (гневно): - Мэри!!!
Мэри Трейл (с медовой ядовитостью): - Да, Ари?..
Арабелла (всхлипнув, закрыв лицо руками): - Ох, Мэри-и-и…. Что мне делать?!..

-----------------------
Губернаторский дом. Злая, как черт, губернаторша, о которую можно прикуривать, мечется взад-вперед, заламывая руки.


Губернаторша (яростно): - Мерзавец! Негодяй!! Ну, я ему устрою!!! Ишь, взял моду придуриваться: устал, не в настроении, голова болит… А сам подбирает себе молодых курочек!!! Ну, погоди, твое превосходительство! Я отомщу, и мстя моя будет ужасной… Тьфу, то есть, месть! – (решительно): - С этим банничком было, теперь возьмусь за штурмана… Пусть курс проложит… А доктора – на закуску, как вернется! Будут у его превосходительства ТАКИЕ рога!!! – (распахивает дверь, кричит): - Эй, кто-нибудь! Пришлите-ка сюда Джереми Питта!

Входит Питт (немного испуганный).

Питт (робко): - Вы изволили звать меня, сударыня?
Губернаторша (меряя его оценивающим взглядом): - Да, изволила… Ах, мне так скучно! – (с томным вздохом, кладет руку на сердце). – Завидую я вам, храбрым мужчинам: всюду плавали, в разных передрягах побывали… Видели, небось, разных красоток в разных странах…
Питт (все еще с опаской): - Что да, то да!
Губернаторша (придвигаясь ближе): - Расскажите! И – больше подробностей…
Питт (испуганно-обалдело): - О чем?!
Губернаторша (томно, вполголоса): - Ну, как вы с какой-нибудь знойной красоткой ночью в звездное небо смотрели, координаты искали… Или как у вас, штурманов, это называется…
Питт (в ПОЛНОМ обалдении): - А на фига, пардон за выражение, мне для этого дела красотка?! Она там только лишняя!
Губернаторша (также в ПОЛНОМ обалдении): - Как?!
Питт (с уверенностью профессионала): - Нам, штурманам, бабы ночью без надобности! От них одни помехи…
Губернаторша (опасливо-возмущенно): - От женщин – помехи?.. Так ты что, из ЭТИХ?!...
Питт (не поняв, горделиво): - Ну, так! Все знают, кто такой Джереми Питт! Такого профессионала в нашем кругу еще поискать!
Губернаторша (с горьким разочарованием): - Тьфу! А я-то думала…
Питт (горячо): - Сударыня, ну сами подумайте: как можно ЭТИМ заниматься с женщиной?! Она же при прокладке курса только отвлекает!!!
Губернаторша (не слушая, яростно): - Вон!!!

Питта как ветром сдувает. Почти сразу же входят губернатор и Блад.

Губернаторша (с медовой ядовитостью): - А, вот и ты, Ирод! Вот и ты, Навухудоносор!!
Губернатор (подвигав челюстью взад-вперед): - Э-э-э… Матушка, тебе голову, случайно, не напекло? Может, попросить доктора, чтобы он тебя осмотрел и назначил лечение?
Губернаторша (яростно): - Осмотров на плантации Бишопа тебе было недостаточно, развратник?! Ну, признавайся: какую выбрал? Племянницу полковника, или ее подружку? А может быть, обеих сразу?!
Губернатор (с видом человека, сомневающегося в здравости собственного рассудка): - Матушка, ты о чем?! Их осматривал доктор, а не я!
Губернаторша (диким голосом): - Но для тебя!!! И завтра об этом будет знать весь Барбадос!!!
Губернатор (в полном обалдении): - Я сплю, или как?! Доктор, ущипните меня… - (подпрыгнув): -Уа-а-а!!!
Блад (смущенно): - Извините, ваше превосходительство, сами приказали…
Губернатор (зло): - Но не со всей же дурной силушки! – (спохватившись, торопливо): - Извините, ваше превосходительство, нервы… - (снова спохватившись): - Ой, заговариваюсь… - (испуганно прикрывает рот рукой).
Блад (тревожно-заботливым голосом): - Мне кажется, это вас надо осмотреть и назначить лечение…
Губернаторша (яростно): - Опять осмотр?! Хватит! Лучше добром признавайся: зачем пялился на голых девок?!
Губернатор (хватаясь за голову, в сторону): - С королевским ревизором, и в таком тоне!!! Зарежет без ножа, идиотка…
Блад (смущенно): - Сударыня, я же врач… Молодые барышни жаловались на боли в животе.
Губернаторша (настойчиво): - А дальше?!
Блад (пожимая плечами): - А дальше назначил им лечение.
Губернаторша (ехидно): - Может, у тебя и рецепт остался?!
Блад (смиренно): - Разумеется, сударыня! Мы, доктора, всегда оставляем себе копии всех рецептов. Вот-с, извольте! – (подает ей бумажку).
Губернатор (поспешно): - Ну, матушка, вот что тебе в голову ударило?! – (в сторону): - Сказал бы, что именно, да только неприлично! – (тычет пальцем в бумагу): - Читай, английским языком написано: «Сик транзит! Глориа мунди! Аква дистилляторе! Принимать через два часа по столовой ложке. Мисс А.Бишоп, мисс. М.Трейл. Д-р Блад». Теперь-то что скажешь?!
Губернаторша (в полном обалдении): - Так ты, значит, не отбирал их для муженька?
Блад (голосом великомученика): - Сударыня, это уже чересчур! Я был офицером во флоте Его Величества, офицером на службе у французского короля, заключенным испанской тюрьмы, врачом в Бриджуотере и садовником-любителем. Повторяю: садовником, а не сводником! Вот им еще точно не был, и впредь не собираюсь!
Губернатор (сердито): - Признавайся, что стряслось за время нашего отсутствия?! Кто тебе мозги запудрил?!
Губернаторша (всхлипывая): - Хлопс!.. Он явился сюда, и наговорил такого…
Губернатор (голосом быка, кастрированного без наркоза): - Опять этот журналюга?! Я его убью, честное слово!!! Он у меня весь тираж своей газетенки сожрет!!! – (спохватываясь): - То есть, я хотел сказать, свобода печати – это святое, но нельзя же ею злоупотреблять! – (заискивающе, Бладу): - Правильно, ваше превосходительство? Ой! – (снова поспешно зажимает рот ладонью).
Блад (в сторону): - Второй раз такая странная оговорка! Кажется, я начинаю понимать… - (губернатору, властно): - Сударь, ваше состояние здоровья внушает мне явные опасения. Вы начали заговариваться! Понятно: куча хлопот на службе, да еще в таком жарком климате… Как врач, я прописываю вам постельный режим, так что извольте немедленно отправиться в спальню!
Губернатор (послушно-заискивающе): - Слушаюсь, ваше прево-о…о-ой, бегу, бегу! – (торопливо уходит).
Губернаторша (плотоядно облизнув губы, в сторону): - Ах, какой мужчина! Ну, пора приступать к делу! - (Бладу, томно): - Ах, доктор, знали бы вы, как я страдаю…
Блад (с профессиональной строгостью): - Сударыня! Как врач, считаю своим долгом заявить: ваши эмоции идут во вред здоровью! Надо держать себя в руках…
Губернаторша (голосом кроткой овечки): - Ах, сударь, да я бы и рада! Но войдите в мое положение: я так страдаю в этом ужасном климате, всеми брошенная, никому не нужная… Муж и раньше-то особого внимания не обращал, а теперь и вовсе про меня забыл! У него один ревизор на уме… - (притворно всхлипывает). – А ведь женщине так трудно без мужской поддержки… - (будто случайно прикасается щекой к плечу Блада).  – Женщины – они же слабые…
Блад (в сторону, ошарашено): - Нет, я точно начинаю что-то понимать… - (Губернаторше): - Могу я поинтересоваться, о каком ревизоре идет речь?
Губернаторша (искренне): - Да я и сама не знаю! Все вдруг забегали, как подстреленные гоблины! Кричат: «Ревизор, ревизор!» А что за ревизор, откуда – не объясняют.
Блад (в сторону, в полном изумлении): - Ее муженек что, принял меня за ревизора?! Похоже, так и есть… Ну и ну! Такие болваны даже в колониях редко попадаются… Что же, «королевский ревизор сэр Питер Блад» звучит неплохо! – (губернаторше, строгим тоном): - Сударыня, вам, как супруге человека, облаченного доверием Его Величества, надлежит знать, что есть вещи, о которых не рассказывают даже самым близким людям! - (доводя тон до зловеще-запугивающего): - Разглашение государственной тайны – это попахивает каторгой… Если не веревкой!
Губернаторша (выпучив глаза): - Боже милостивый! Так… Так ты… То есть, вы… Вы – ревизор?!
Блад (с хорошо наигранной нервозностью): - Тс-с-с! Учтите: я вам этого не говорил!
Губернаторша (в полной прострации, кивая): - Поняла, не дура…
Блад (сурово): - И этого я тоже не говорил, сударыня!!! Итак: строжайшая конспирация! – (зловещим шепотом): - Если проболтаетесь, вас придется убрать. «Мементо мори!»
Губернаторша (стуча зубами): - Что-о-о?..
Блад (еще более зловещим шепотом): - Я говорю, моментально – в море!!!
Губернаторша (закатив глаза): - О-о-о, мне плохо-о-оооо… - (падает в обморок).
Блад (успев подхватить ее на лету): - Ой, ну и тяжелая! - (Кое-как укладывает губернаторшу на пол, затем встает рядом на колени и расстегивает ей платье). - Черт, похоже, переиграл...

[Drago63]

Входят губернаторская дочка со служанкой-негритянкой.

Негритянка: - Клянусь, мисси, тут одни сексуальные манья… - (подпрыгнув, диким голосом): - А-а-а!!!!!! Вот еще один!!!!
Дочка (визгливо): - Что ты делаешь?!
Блад (прижимаясь ухом к груди губернаторши): - Тс-с-с!!! Не шумите! Я оказываю помощь!
Дочка (во всю мощь глотки): -ПапА! ПапА!!!
Блад (сердито): - Да замолчите же! Тонов сердца не слышно… - (Припадает губами ко рту губернаторши, затем начинает давить ей на грудную клетку).
Дочка (голосом корабельной сирены): - ПапА, на помощь!!! Скорее!!!

Вбегает губернатор в одном белье.

Блад (очень сердито): - Да замолчите же, юная дурочка!!!
Губернатор (подвигав челюстью взад-вперед): - Что это такое?!
Негритянка (визгливо-возмущенно): - Маса губернатор, хоть снова велите меня высечь, а я буду стоять на своем: вы приютили под своей крышей целую шайку сексуальных маньяков! Вот с такими банниками!!! – (показывает руками).
Губернатор (возмущенно): - Заткнись, дура! Здесь невинные девицы присутствуют…
Дочка (с любящим вздохом): - Ах, папА, какой же вы наивный и отсталый…
Блад (продолжая делать непрямой массаж сердца и видя, что губернаторша открыла глаза): - Сударыня, вам уже лучше?
Губернаторша (томно): - Лучше… У вас такие сильные и нежные руки, господин королевский… - (спохватившись): - каторжник!.. Продолжайте…

                                            Действие пятое.


Губернаторский дом. Блад с важным видом выслушивает казначея Скрягса.
--------------------

Казначей: - Господь свидетель, тружусь ревностно и усердно! Все ради блага отечества и короля… Сил не жалею!
Блад (с притворным сочувствием): - А семья, наверное, большая, а жалованье скромное…
Казначей (покраснев): - Да, семья большая, а про жалованье и говорить-то смешно… Это не деньги – слезы! Одному тяжело прокормиться, а если еще с семьей…
Блад (с хорошо различимой иронией): - Бедняга! Сколько же лет всему вашему семейству приходилось питаться одним воздухом, чтобы отгрохать роскошный особняк? Точнее, если не ошибаюсь, у вас ведь два особняка – один в городе, второй на плантации?
Казначей (поперхнувшись тем самым воздухом): - Кхе-е-е…
Блад (посуровев): - Казнокрадство – это серьезное преступление… Пахнет каторгой, если не виселицей…
Казначей (побледнев): - Ваше пре…
Блад (с притворным испугом): - Тс-с-ссс! Без чинов!!!
Казначей (испуганным шепотом): - Слушаюсь… Не погубите! Посудите сами, ведь один лишь Создатель без греха… А тут такой соблазн! Семейство большое, жену и дочерей одевать надо, украшения покупать… А жалованье – одна насмешка… - (распаляясь): - Так ведь у меня совесть есть, беру совсем немного, а пользы приношу во много раз больше! Не то, что губернатор… Вот по кому точно виселица плачет!
Блад (с притворным удивлением): - Мистер Стид? Этот превосходный человек?
Казначей (с истерическим смехом): - Губернатор – превосходный человек? Да ему дай нож и выпусти на большую дорогу – зарежет! За фартинг зарежет! Разбойник, каких мало! Вот уж кто в казну запускал обе руки, да по самый локоть!
Блад (с еще большим притворным удивлением): - Кто бы мог подумать! Но комендант Бухс, по крайней мере, порядочный человек?
Казначей (с еще более истеричным смехом): - Да на такого коменданта испанцы молиться должны! Форт на ладан давно дышит, как только до сих пор не развалился! Ремонт сделан только на бумаге, а денежки-то кому в карманы пошли? – (спохватывается, покраснев). – Господь свидетель, мне досталась лишь жалкая толика, львиную долю губернатор с комендантом на пару заграбастали!
Блад (схватившись за голову): - Какой ужас!!! Но хотя бы попечители лечебницы, Бронсон и Вакер?..
Казначей (торопливо): - Бесстыдные воры, коновалы и невежды!!! У них все пациенты мрут, как мухи!  Ведь этих бедолаг кормят одной гнилой капустой…
Блад (с благородным ужасом): - Пациентов - гнилой капустой?! Да за это – на каторгу!
Казначей (подхватывая): - На каторгу!!!
Блад (потрясая кулаками): - Нет, этого мало! На виселицу!
Казначей (подхватывая): - На виселицу!!!
Блад (резко): - Вместе с вами!
Казначей (машинально): - Вместе со мной!!! – (спохватившись, в ужасе): - Ой, ваше прево… - (поспешно зажимает рот ладонями).
Блад (презрительно): - Успокойтесь, насчет вас я пошутил. С вас, пожалуй, хватит и каторги. Тем более, на Барбадосе она, как я погляжу, не такая уж и страшная… Плантаторы здесь гуманные…
Казначей (в полном обалдении): - Гуманные?! Да таких зверей еще поискать! Они рабов за полгода до смерти доводят!
Блад (в притворном ужасе): - Как?! Неужели тот же Крэбстон…
Казначей: - Изверг в образе человеческом! Душегуб!
Блад: - Так, значит, и полковник Бишоп?..
Казначей (поспешно): - С Крэбстоном – два сапога пара! А его главный надсмотрщик Кент – да его именем детей пугают!
Блад (убитым голосом): - Неужели и племянница Бишопа…
Казначей: - Нет, мисс Арабелла как раз очень даже неплохая девушка! Полная противоположность своему дядюшке!
Блад (со вздохом облегчения): - Ну, хоть на этом спасибо! Ладно, видя ваше чистосердечное раскаяние и готовность помочь следствию, постараюсь отнестись к вам снисходительно. Хотя, повторяю, казнокрадство – тяжкий грех!
Казначей (дрожа): - Как перед Богом… Поверьте, не из жадности, а только из-за крайней нужды… Семья большая, жалованье маленькое… Ну, как тут устоять?!..
Блад (подхватывает, передразнивая): - А еще два особняка содержать – удовольствие не из дешевых…
Казначей (с готовностью): - Святая правда, не из дешевых! Ой… - (смущенно зажимает рот ладонями).
Блад (с назиданием): - А у меня, представьте себе, тоже жалованье не ахти какое! И еще в дороге издержался… Но я же на этом основании не граблю казну…
Казначей (с готовностью, услужливо): - Если вы издержались - я готов помочь! Христианский долг велит…
Блад (с притворным смущением): - Но мне как-то неловко… А впрочем, если у вас найдется двести фунтов - давайте! Я вам из Лондона тотчас вышлю.
Казначей (торопливо залезая в карман): - Избави Боже! Государственные мужи не должны вспоминать о таких пустяках… Ведь у вас столько дел и забот, ради блага любимого отечества и обожаемого монарха! Вот, извольте, ровно двести фунтов!
Блад (принимая деньги): - О, да, вы правы, забот много! Да еще каких! Ну что же, ступайте, и пришлите ко мне коменданта Бухса – кажется, я видел его в приемной.
Казначей (кланяясь): - Сию минуту! – торопливо идет к двери, говоря в сторону: - Ну, слава Богу, деньги взял! Живем!
Блад (с возмущенной брезгливостью, в сторону): - Несчастная Англия…

[Drago63]

Входит Бухс.

Блад (с хорошо наигранной строгостью): - Сударь, полагаю, вы и сами понимаете, что помощь потенциальному врагу, прямая, или косвенная, граничит с государственной изменой?..
Бухс (дрожа, в сторону): - Все узнал, все рассказали! – (стуча зубами): - Не погубите, ваше пре…
Блад (поспешно): - Без чинов!!! – (зловещим шепотом): - Государственная тайна…
Бухс (трясясь): - Господь свидетель, только из крайней нужды… Семейство велико, а жалованье столь незначительно…
Блад (гневно): - А если сюда явятся испанцы, что вы им скажете? Сеньоры, я должен был встретить вас пушечным огнем, но от первого же залпа стены моего форта рухнут! Он же отремонтирован только на бумаге, а все денежки благополучно расхищены! Потому, что у меня многочисленное семейство! Так что проходите, милости просим! Располагайтесь, не стесняйтесь, чувствуйте себя, как дома!  Берите, что хотите! Так?! Плачет по вам веревка, сударь!
Бухс (схватившись за сердце): - Ой, умираю-ю-ю…
Блад (взяв его за запястье): - Не лгите, бесстыдный обманщик! У вас пульс, как у совершенно здорового человека!
Бухс (плача): - Помилуйте! Мне ведь и досталось-то всего ничего… Почти все забрал губернатор!
Блад (с притворным удивлением): - Губернатор? Вы еще и клевещете на этого почтенного человека?
Бухс (взорвавшись): - Это он-то – почтенный человек?! Да на этом бесстыжем висельнике клейма ставить негде! Он ограбил весь остров! Всех торговцев обложил данью!  На Барбадосе слово «откат» знает даже младенец!
Блад (возмущенно): - Черт знает что!!!  Ладно бы еще нуждался в деньгах, тогда хоть как-то можно было понять… - (Изменив тон): - Вот, к примеру, я в дороге совершенно издержался, но ведь не запускаю руку в казну!
Бухс (с надеждой): - Вы издержались?..  Слава Богу!!! Ой, простите, я хотел сказать, какая неприятность… Ради всего святого, не поймите превратно… Я готов помочь… Сколько вам нужно – двести фунтов, или даже триста?..
Блад (с притворной задумчивостью): - Вот если бы четыреста…
Бухс (поспешно): - Извольте-с! Ровно четыреста, хоть и не трудитесь считать.
Блад (принимая деньги, притворно-ворчливо): - И ассигнации-то все мятые, засаленные…
Бухс (поспешно): - Прикажете переменить на новенькие?.. Я мигом! Мне только домой сбегать…
Блад (иронически): - Совсем новенькие, собственного производства? Только из-под пресса, еще краской пахнут? А пресс, небось, в подвале?..
Бухс (побледнев): - Упаси Боже…
Блад (расхохотавшись): - Успокойтесь, это шутка… Ступайте, любезный! Так и быть, посмотрю сквозь пальцы на ваши грешки.  Но в следующий раз уж отремонтируйте форт, как положено!
Бухс (всхлипнув): - Да, да, конечно… Благодетель вы мой!.. Молиться за вас буду по гроб жизни… Позвольте узнать, как ваше благородное имя?
Блад (зловеще нахмурившись): - Тс-с-с! Это государственная тайна!.. Для вас я только осужденный каторжник Питер Блад.  Не более того. Ясно?!
Бухс (понимающе-испуганно): - Ясно…
Блад (миролюбиво): - А деньги я вам тотчас вышлю, как вернусь в Лондон!
Бухс (замотав головой, как добрый католик, искушаемый Диаволом): - До того ли вам будет, в государственных делах и заботах? Ради Бога, даже не вспоминайте о таком пустяке!..
Блад (понимающе кивнув): - Да, вы правы… Идите и позовите ко мне губернатора.

Бухс, кланяясь, выходит. Почти сразу появляется трясущийся Стид.

Блад (голосом сурового, но справедливого судьи): - Я все знаю, сударь! Признаться, я был о вас лучшего мнения. – (Зловеще нахмурившись): - Гораздо лучшего! Ну, и что мы будем делать?!..
Стид (голосом ягненка, которого влекут на заклание): - Умоляю, не верьте клеветникам! Это все злые наговоры… У меня столько врагов… Не могут простить мне моей честности и неподкупности… Я и сам не ворую, и другим не позволяю, вот они и злобятся!..
Блад (гневно): - Хватит! Вы не на сцене, а перед королевским ревизором!
Стид (дрожа всем телом): - Ваше превосходительство… Как перед Богом… Ну, если что-то и приставало к рукам… - (переведя дух, жалко-угодливо): - Изредка, совсем чуть-чуть… Войдите в мое положение… У меня же семья, а губернаторское жалованье совсем небольшое…
Блад (прекрасный в своем наигранном возмущении): - Хоть бы один казнокрад сказал что-то новое! Как сговорились: семья большая, жалованье маленькое… Вот у меня, к примеру, тоже жалованье не очень-то большое!  - (меняет тон): - Да еще и в дороге случилась такая неприятность – совершенно издержался… Но я же не ворую!
Стид (поспешно, просияв): - Я готов вам помочь! Сколько денег вам требуется, ваше превосходительство?..
Блад (с видом праведника, искушаемого врагом рода человеческого): - Вам мало того, что вы уже натворили, сударь? Теперь вы пытаетесь дать взятку посланцу Его Величества, при исполнении им служебных обязанностей?!
Стид (в ужасе): - Упаси Бог!!! Я от чистого сердца хочу помочь, по христианским заповедям…
Блад (после паузы, показавшейся Стиду вечностью): - Ну, если от чистого сердца, это дело другое! Я вам тотчас вышлю из Лондона, как только вернусь туда… Тысяча фунтов найдется?
Стид (угодливо): - Найдется, найдется! А про возврат и готовить не стоит…
Блад (с царственно-снисходительным видом): - Давайте! – (принимает деньги). – Может быть, я и впрямь поторопился с выводами… У должностных лиц всегда есть недоброжелатели…
Стид (просияв): - Золотые ваши слова! Мои враги вечно болтают про меня всякую чепуху. Например, будто бы я ни с того ни с сего приказал высечь свою служанку-негритянку… А ведь это она сама себя высекла! Да так, что два дня сидеть не могла!..
Блад (пожав плечами): - Бывает… Ну, что же, будем считать, что по части расходования казенных средств ревизия прошла успешно.  – (Сдвигает брови): - А вот то, что вы совершенно распустили плантаторов, другой разговор! И тут я уж закрыть глаза никак не могу… Не имею права!
Стид (испуганно): - Ваше превосходительство, может, вы нуждаетесь в большей сумме? Вам стоит лишь сказать… Я готов…
Блад (возмущенно): - Не судите по себе, милейший! Не все еще в этом грешном мире, хвала Создателю, продается и покупается! – (задумчиво): - Впрочем, если у вас найдется еще четыреста фунтов… А еще лучше – пятьсот…
Стид (торопливо): - Вот еще пятьсот фунтов, ровно! Извольте…
Блад (принимая деньги). – Ну, ладно, про Крэбстона я готов забыть… Но полковник Бишоп! Экий мерзавец, да еще и редкостный хам!
Стид (простонав, в сторону): - Я же говорил: зарежет меня без ножа этот жирный боров!!! – (Бладу): - Ваше превосходительство, осмелюсь намекнуть: у полковника денег куры не клюют… Стребовать с него за моральный ущерб – святое дело…
Блад (гневно): - Вы пытаетесь толкнуть меня на должностное преступление?!
Стид (трясясь всем телом): - Н-нет-т-т…
Блад (презрительно): - Ступайте и пришлите ко мне полковника! Немедленно!
Стид (еле ворочая языком): - Слуш-шаюс-с-сь… - (торопливо выбегает).
Блад (сплюнув): - Несчастная страна!.. Кстати, денег уже хватит, чтобы купить целый корабль! Вскоре помашем рукой этому чертовому острову…
Слышен отдаленный пушечный выстрел. Затем – еще несколько. Раздаются дикие крики: «Испанцы! Испанцы напали!!!»

[Tany]

 
Нескромный вопрос: к концу действа останется хоть один неущипнутый?

[Drago63]

 
Неударенных точно почти не останется.

---
                                                  Действие шестое.


Дом губернатора. Испанский капитан дон Диего (развалившись в любимом кресле Стида, держится с самоуверенной наглостью). Перед ним – трясущиеся Стид, губернаторша, Бухс, Скрягс и Бишоп.  Чуть в стороне – спокойно держащийся Блад и изо всех сил притворяющаяся спокойной Арабелла.
-----------------

Дон Диего (с чудовищным акцентом): - Признаться, я полагал, что моя задача будет труднее! Если бы мне кто-то сказал, что форт рухнет от залпа в воздух… Кого мне поблагодарить за этот подарок от всей щедрой души кастильца?

Стид, Скрягс и Бишоп, не сговариваясь, указывают пальцами на Бухса.

Бухс (со страхом и негодованием): - Почему я?!
Стид (сердито): - А кто у нас комендант форта?!
Бухс (зло): - А кто прикарманил денежки, выделенные на ремонт?!
Дон Диего (весело расхохотавшись): - Однако! Это что же получается? Нужен форту был ремонт – вот и вышел сей афронт! Ха-ха-ха! Не правда ли, остроумно?..
Стид (заискивающе): - О, да! И даже весьма! Однако, сударь, давайте перейдем к делу. Какой выкуп вы хотите взять с нас?
Дон Диего (одобрительно): - Сразу видно делового человека! Когда о нас, испанцах, говорят, как о дикарях, не верьте! Это чушь!  Мы очень добрые и сентиментальные люди… Сто тысяч песо серебром – и я тотчас же удалюсь, оставив ваш город в покое.  Слово испанского кабальеро, дона Диего де Эспиносы-и-Вальдес!
Стид, Скрягс, Бухс и губернаторша (синхронным фальцетом): - Сто тысяч?!
Дон Диего (кивая): - Да, именно так. Вы не ослышались. Извольте доставить их на мой корабль к вечеру.
Стид (в ужасе): – Да где же мы раздобудем такую уйму денег?!
Скрягс: - У нас в казне – кот наплакал!
Бухс: - Даже если все карманы у горожан вывернем, не наскребем и половины! Да что там половины – четверти…
Дон Диего (нахмурившись): - Ай-яй-яй! Неужели мой источник информации подвел меня?! Говорили, что ваш остров очень богат, а казна – полным-полна…
Скрягс (крестится): - Как перед Богом – врут! Остров-то – плюнуть не на что, откуда ему быть богатым?!
Стид (кивая): - Врут! Честное слово!
Дон Диего (с тяжелым вздохом): - Ну, тогда мне здесь делать нечего… Спалю ваш городишко к дьяволу, и подниму паруса…
Губернаторша (в ужасе): - Как это – «спалю?!» О-ой, моя голова-а-аа… - (со стоном хватается за упомянутую часть тела). – Помогите-ее…
Стид (в ужасе): - Матушка, не время! – (испанцу): - Сударь, надеюсь, вы шутите?!
Дон Диего (холодно): - Я люблю шутки, но не в денежных делах. И не надейтесь меня обмануть! Я предварительно навел справки… Судя по тому, сколько вы наворовали, денежки на вашем острове есть. Так что – срок до заката! Время пошло! – (пристально смотрит на Арабеллу). – Впрочем, я готов проявить великодушие… Крайний срок - до рассвета. Ради вот этой прелестной сеньориты, с которой хочу познакомиться поближе… Сегодня ночью. 
Арабелла (вспыхнув): - Но я-то этого не хочу!!!
Дон Диего (презрительно): - Когда мужчины говорят, женщины молчат!
Арабелла (гневно): - Я девушка!..
Дрн Диего (сладострастно): - Не волнуйтесь, это легко исправить… Приказываю доставить сеньориту на борт моего корабля, как стемнеет! В противном случае, от города останутся одни головешки… - (зловеще усмехается). – А выкуп, как уже сказано, доставить до рассвета.  Сеньоры, адьос! – (встает, выходит).
Арабелла (в истерике): - Хам! Негодяй!! Испанская свинья!!!
Стид (испуганно): - Тише, голубушка! Услышит, оскорбится и увеличит сумму выкупа!
Арабелла (рыдая): - Неужели за меня никто не заступится?..
Губернаторша (с видом древней римлянки): - Мужайтесь, дитя мое! Пусть вас вдохновляет пример христианских мучениц… Закройте глаза, расслабьтесь, и думайте об Англии…
Блад (с холодной свирепостью): - Молчать!!!
Губернаторша (сдавленным голосом): - И-ии…
Стид (восхищенно, в сторону): - Вот это ревизор! Одним словом заткнул рот моей мегере!
Блад (Арабелле, со смущенной улыбкой): - Мисс Бишоп, за вас есть, кому заступиться! Знайте: этому негодяю, чтобы дотронуться до вас, придется перешагнуть через мой труп.
Арабелла (в полной счастливой прострации): - О-о-ооо… - (вспыхнув, закрывает лицо руками).
Блад (озорно улыбнувшись полковнику Бишопу): - Я полагаю, полковник, вы не будете возражать против нашего брака?
Бишоп (в полном счастливом обалдении, яростно кивая): - Ы-ы-ыыы…
Блад (улыбаясь): - Спасибо, полковник! Я знал, что вы согласитесь!
Арабелла (с чисто женской непоследовательностью): - Да как вы смеете!!! Я… Я вообще-то еще ничего не решила…
Блад (с притворным тяжелым вздохом): - Что же, не смею настаивать… Собирайтесь на корабль к испанцу.
Арабелла (в ярости): - Подлец!!! – (дает ему пощечину).
Немая сцена.
Стид (выйдя из ступора): - Да как ты смеешь, девчонка!.. На кого руку подняла!!!
Бишоп (выйдя из ступора): - Да я тебя сейчас выпорю!.. Ох, дуры эти бабы…
Губернаторша (в ярости, Бишопу): - Ах ты, невежа, бурбон!!! – (хватается за голову): - Моя голова-а-ааа…
Бухс (в ужасе, Бладу): - Ваше превосходительство, не гневайтесь…
Скрягс (дрожащим голосом, Бладу): - Ваше превосходительство, это всего лишь женская истерика… То есть, пардон, девичья… Будьте снисходительны!
Арабелла (в полной прострации): - Как вы его назвали?!..
Бишоп (гневно): - Это королевский ревизор! Прибыл сюда по приказу его Величества!  Под видом каторжника! Поняла, дура, кого ты ударила?!.. Проси прощения, сейчас же!..
Арабелла (в ужасе): - Так это не каторжник?! Не врач?!... Мерзавец!!! – (отвешивает Бладу еще несколько затрещин). – Я тебе покажу: «Раздевайтесь!»..

Новая немая сцена.

Блад (спохватившись и перехватив руку Арабеллы): - Ну, все, все! Довольно! – (в гневе и восхищении): - Боже мой, какая женщина! Огонь, порох, ракета!!!
Арабелла (в ярости): - Я девушка!!!
Блад (учтиво): - Надеюсь, вам не хочется, чтобы испанский джентльмен исправил сие обстоятельство?..
Арабелла, вспыхнув, умолкает.
Блад (растроганно): - Мисс, угодно ли вам стать моей женой?..
Бишоп (торопливо): - Угодно, угодно!
Блад (сердито): - Я вообще-то не вас спрашивал!
Арабелла (с чисто женской… то есть, девичьей, запальчивостью): - Ни за что! Я думала, вы несчастный, порядочный человек… - (всхлипывает): - Каторжник… А вы… Вы…
Бишоп (в ужасе): - Дуреха!!! Ты нас всех погубишь!..
Блад (с тяжелым вздохом): - Что же, я не настолько жесток, чтобы навязываться даме против ее воли… - (с притворной задумчивостью): - Полагаю, ваша прекрасная приятельница, мисс Мэри Трейл, не откажет мне!
Арабелла (вспыхнув): - Мэри?! Еще чего!!! Я… Я согласна!
Бишоп (облегченно вздыхая): - Господи, почему ты сотворил баб такими дурами?!
Блад (преклоняя колено): - Мисс, вы делаете меня счастливейшим из смертных! – (лукаво улыбаясь): - Тем более, что я, как честный человек, после того лечения на плантации просто обязан на вас жениться.
Арабелла (вспыхнув): - Него… - (Блад, вскочив, поспешно закрывает ей рот жарким поцелуем).
Арабелла (кое-как высвободившись, негодующе-томно): - Негодя-я-яй… - (целует его).
Стид (радостно): - Гип-гип, ура!!!
Все (кроме губернаторши) хором: - Гип-гип, ура!!!
Губернаторша: - Моя голова-а-аа…
Блад (с горящими глазами): - А теперь, леди и джентльмены, слушайте мой приказ! Этой ночью мы захватим корабль испанца…

[Drago63]

------------------------------

Гостиная губернаторского дома. В любимом кресле Стида вальяжно раскинулся полковник Бишоп.  Сам Стид и его жена скромно пристроились на краешках стульев напротив. Скрягс, Бухс, Бронсон и Вакер стоят у стены.
---

Бишоп (ехидно): - Что, голубчики? Не ожидали? Ха!.. Выдаю племянницу не за какого-то плантатора! За лицо, приближенное к монарху!
Стид (льстиво): - И слава Богу! Мисс Арабелла достойна такой чести!
Бухс (торопливо): - Чудесная девушка! Просто замечательная!
Скрягс (умилительно): - Пошли ей бог всяческого счастья, любви и богатства, и детишек побольше!
Бронсон, Вакер (хором): - Всех благ!..
Бишоп (надуваясь): - А когда мой будущий зять захватит испанский корабль… Да о нем вся Англия говорить будет! Это же такой подвиг! Король осыплет его своими милостями, сделает первым советником… А заодно и мне кое-что перепадет!
Все (хором): - И по заслугам!..
Бишоп (презрительно): - Ишь, как заговорили-то… И то дело: я теперь вельможа! Да что мне ваш Барбадос? Тьфу! Плюнуть и растереть! Надоел мне этот паршивый островок! Я в Лондоне жить буду! Такой особняк там отгрохаю – только держись!
Стид (еще более льстиво): - Надеюсь, нас тогда не забудете? Окажете протекцию?
Скрягс: - Мы же вместе с вами, так сказать, бок о бок, столько лет…
Бухс: - Долг христианина – помогать ближнему!  Богоугодное дело…
Бронсон, Вакер (хором): - Нам бы попечителями в лондонскую лечебницу, пусть самую скромную…
Бишоп (снисходительно): - Да разве таких остолопов забудешь!
Губернаторша (вспыхнув): - Вы слышите, как он трактует нас?!
Стид (растерянно): - В самом деле… Полковник, это уже слишком…
Бишоп (гневно): - Молчать!!! С кем говоришь?! Смирно!!!
Команду инстинктивно выполняют все: даже губернатор и губернаторша, поспешно вскочившие на ноги.
Бишоп (расхохотавшись): - Да шучу я, шучу… Вольно!
Стид (с натужной улыбкой): - Большому человеку простительны маленькие шуточки…
Бишоп (снисходительно): - Так и быть, замолвлю за вас словечко перед его Величеством.  Авось, на какие-нибудь должности и пристроят…
Скрягс (поспешно): - Будущему пэру королевства Бишопу – гип-гип, ура!!!
Все хором: - Гип-гип, ура!!!
Бишоп (с царственным видом): - Спасибо… - (Стиду): - А этого журналюгу Хлопса, чтобы завтра же публично выпороли! Да так, чтобы кожа клочьями летела!..
Стид (ошарашено): - Я и сам рад бы… А на каком основании?
Бишоп (заложив ладонь за полу сюртука): - А на таком, что такова моя воля!
Губернаторша (кровожадно): - И чтобы потом он сожрал весь тираж своей газетенки!
Бишоп (кивая): - И это тоже!..
Стид (хватаясь за голову): - Да я бы рад!.. Но это же беззаконие!
Бишоп (наливаясь кровью): - Что?! Противоречить?! Мне?! Да я вас в кандалы, и на плантацию…

Распахивается дверь и входит весьма рассерженный дон Диего.
Все вздрагивают и хором издают неопределенный звук, нечто среднее между «Ой, мамочки!!!» и «Пропали!!!»

Дон Диего (Бишопу, на чистом английском, без малейшего акцента): - Руки коротки, полковник! А вот я вас действительно могу отправить на плантацию. – (Зловеще усмехаясь): - Или же на Тайбернскую виселицу, что вернее… Вместе со всей вашей милой компанией!
Стид (выйдя из ступора): - С-сеньор…
Дон Диего (перебивая): - Не сеньор, а милорд! Позвольте представиться: лорд Джулиан Уэйд, ревизор, прибывший из Лондона по именному повелению! – (достает из-за пазухи документ, неторопливо разворачивает и демонстрирует подпись и печать).

Немая сцена.

Лорд Джулиан (распаляясь): - Меня предупреждали, что здесь редкостные казнокрады и олухи, но я и помыслить не мог, до какой степени!  По приказу его Величества, ревизия должна была быть абсолютно внезапной. Мой родственник, лорд Сандерленд, придумал розыгрыш с «налетом» испанцев. Королю понравилась эта идея, он согласился, поставив лишь одно условие: обойтись без жертв…  Неужели вы, болваны, могли поверить, что настоящий испанский пират стрелял бы в воздух?!
Бишоп (выйдя из ступора): - Но, м-милор-рд… Как же... моя п-племянница…
Лорд Джулиан (покраснев): - Она мне понравилась, не скрою.  Но, разумеется, у меня и в мыслях не было… э-э-э… ничего неподобающего. Это был лишь хитрый ход, чтобы еще больше напугать вас… Увы, в итоге обхитрили меня!
Скрягс (выйдя из ступора): - Как обхитрили, милорд?
Лорд Джулиан (побагровев): - Мой корабль захватил этот ссыльный каторжник, доктор Блад, со своей шайкой! Он сделал вид, будто везет ко мне мисс Арабеллу, а его люди прятались на дне шлюпки… Ловок, мерзавец! Ему бы служить в королевском флоте… Тьфу! Обвел вокруг пальца, негодяй… Мои матросы опомниться не успели, как были связаны и ссажены на берег.   И я вместе с ними!  Я представился, показал документ за подписью его Величества… И что же? Меня, пэра королевства, вышвырнули, как какого-то шелудивого щенка!.. Спасибо, хоть пинков при этом не надавали… Никогда в жизни я не подвергался такому унижению!..
Бишоп (торопливо-угодливо): - Не извольте беспокоиться, милорд! Этот Блад - мой невольник. За обиду, нанесенную вам, я с него, мерзавца, шкуру спущу! Прикажу пороть до тех пор, пока на его паршивой спине не останется клочка целой кожи!..
Лорд Джулиан (с тяжелым вздохом): - Идиот!!! Кого вы будете пороть?! Он давно в открытом море!
Все (хором): - В открытом море?!..
Лорд Джулиан: - Да, вместе с моим кораблем! Точнее, черт побери, уже с его кораблем… И с вашей племянницей, полковник.  Которая, похоже, влюблена в него по уши… Вы бы слышали ее ликующий голос: «Ах, Питер, я так счастлива! Ты не ревизор – ты честный каторжник и врач!!!» О Господи… Куда катится наш мир?!
Бишоп (схватившись за голову): - Боже милостивый! Это бабье доведет меня до инфаркта!
Скрягс (схватившись за голову): - Однако, черт возьми, этот мерзавец Блад взял у меня двести фунтов!
Бухс (схватившись за голову): - А у меня – четыреста!
Стид (схватившись за голову): - А у меня – полторы тысячи!!!
Губернаторша (схватившись за голову): - Сколько-о-о??!... Идиот!!! – (скривившись от приступа мигрени, на это раз, настоящего): - О-о-о… Моя бедная голова-а-аа… Кто теперь будет меня лечить?..
Бишоп (торжествующе-злобно): - Наша сладкая парочка: Бронсон с Вакером! Кто же еще!..
Лорд Джулиан (зловеще): - Всем молчать!.. Приступаем к ревизии! Будьте добры тотчас же представить мне все отчетные документы! Пожалуй, начнем с казначейства… Ах, как я зол, как я зол!..
Общий горестный вздох. Немая сцена. Занавес.   

-------------------------------------------------------------------

[Colombo]

Рукопись представляет большой интерес для следствия: не может быть, чтобы были затронуты только маэстро Рафаэль и маэстро Николя. Хорошо бы взять с этого Дракона подписку о не... невылете? Да нет, не стоит, спалит еще к... (спохватывается)^* вместе с документами.
______________________________
^* Оно еще и заразительно.

[passer-by]

Так вот как оно было на самом деле! А нам рассказывали о благородных капитанах, грозных испанцах, о сто тыщах расторопных курьерах лихих пиратах…
Должна, впрочем, заметить, что Хлестаков поблагороднее был: он Арабеллу Марью Антоновну родителям оставил, а не спёр.
Хотя, конечно, оба хороши. Как там капитан говорил?  «Вот еще насчет женского полу, никак не могу быть равнодушен».