Рассказ-пародия

[Drago63]

Как всегда, прелестно!)))) Мэтры мировой литературы должны бы вам скинуться на прижизненный памятник.)))

 
"Голые поэты
Шепчут, как мольбу:
-Чтоб ты был одетым,
Но лежал в гробу!"    (А.Иванов. "Пародии").

[Твиллайт]

  Хорошо сказано! По-доброму так...)))

[Drago63]

ПАРОДИЯ НА "ГОРЕ ОТ УМА" (Простите, Александр Сергеевич...) 
------------------------------------

Фамусов (наставительно):

- ...Не я один, все также осуждают.

Чацкий (гневно):

- А судьи кто? Одни крепостники!
Живут трудом рабов безгласных!
Уж им прогресс, вестимо, не с руки,
Сынам и дщерям правил сих ужасных!
Они проводят в праздности свой век...

Фамусов (ехидно):

-Вот разошелся! Ну и человек!
Позволь напомнить: ты ведь вроде
Не служишь...

Чацкий (гневно):

-Ну, и что с того?!

Фамусов (умилительно):

-Понятно, все в мечтах, и скорби о народе...
Я в толк все не возьму лишь одного:
От маменьки-покойницы досталось
Тебе именье... И три сотни душ...

Чацкий (ехидно):

-Четыреста!

Фамусов (примирительно):

-Ошибся малость...
Чего ж ты, прогрессивный муж,
Не дашь им волю? Вот бы было дело!

Чацкий (гневно):

-Нравоученье ваше надоело!

Фамусов (рассердившись):

-Понизь-ка тон, любезный, не греши!
В отцы гожусь тебе я все же...
И коль прогресс тебе дороже -
Подай пример! Пусти рабов на волю!

Чацкий (ехидно):

-А жить тогда где буду? В чистом поле?
И на какие, миль пардон, шиши?!

[Convollar]

Вот именно, эр Дракон! Мне рассужденья Чацкого всегда казались уж очень  далёкими от реальной жизни. И, кстати, Молчалин, бедняга - днём служил хозяину, а ночью развлекал Софью - это же надо было доплачивать ему за переработку!

[passer-by]

Ты меня, Драго, простишь, что влезла в твою тему?

Один из здешних форумчан написал целую поэму-пародию по "Горе от ума" (такая невезучая оказалась поэма), я тут выложу, если не возражаешь, только маленький отрывочек из неё. К теме, так сказать. 
Но это не моё, а повторяю, одного стеснительного форумчанина.

"Чацкий:
- Нельзя ли пожалеть об ком-нибудь другом?
Участие любое угнетает:
И похвалы мне ваши досаждают,
Сам похвалю себя, коли нуждаюсь в том!

Фамусов:
- Не я один, все также осуждают.
Чацкий:
- А судьи кто? За древностию лет
 к свободе их вражда непримирима!
 Шлют в вольную чечню военный контингент,
 клянут за развращенность интернет,
 сужденья черпают из забытых газет
 дней Сталинграда и освобожденья Крыма.
 Всё под запретом - от Песаха до Пурима!
 Поют всё песнь одну и ту же:
 "Работать, не деньгу шибать, мол нужно!"
 Где, укажите нам, отечества отцы,
 Которых мы должны принять за образцы?
 Приватизаторы, грабительством богаты?
 Защиту от суда Конституационного нашли,
 введя в столицу танки и солдатов,
 чтоб новые свои спасти палаты,
 великолепные, где гости - иностранцы,
 где разливаются в пирах и мотовстве,
 прошедшего житья подлейшие черты.
 Да и кому в Москве не зажимали рты
 Обеды, ужины и танцы?

(Скалозуб. в сторону):
- Тебе, пожалуй. танцами заткнешь!
И ужин, рта не закрывая ты сожрешь!" (с)
 

[Colombo]

Тоже прошу прощения, но упомянутый бедолага и меня совратил немного.

Лиза (хлопочет около барышни):
- Кому назначено-с, не миновать судьбы:
Молчалин вылез - лимузин поехал.
Про тормоз он, болезный, позабыл -
Авто его прижало - вот потеха!

Скалозуб:
- Попал под "мерин" свой, ну, жалкий же ездок.
Взглянуть, как треснулся он - грудью или в бок?

* * *

Фамусов:
- Решительно скажу: едва
Другая сыщется столица, как Москва.

Скалозуб:
- По моему сужденью,
Лужков способствовал ей много к украшенью.
Хоть не менял асфальты он на плитку,
"Россию" снес...

Чацкий:
- Что, всю?

Скалозуб:
- Да нет, отель.
Но с уличным движением - бордель!
Ползешь в имение полдня, словно улитка.

Фамусов:
- Не поминайте нам, уж мало ли крехтят!
Пенсионерам доплатил он малость,
С тех пор они все за него горой стоят,
Хотя от них ему поболее досталось.

[Drago63]

 

[Drago63]

Осмеливаюсь написать пародию на САМОГО... Простите великодушно, А.С.Пушкин!
Точнее, конечно же, не на НЕГО.
Некая Нелли Искандерова написала чудовищную на мой (и не только мой) взгляд галиматью, касающуюся П.Блада и его окружения. Если очень коротко: Блад с Волверстоном чудом спаслись после кораблекрушения, их приютили сердобольные люди, причем капитан долго находился в бессознательном состоянии... А потом дочка хозяев, заливаясь слезами, стала клясться, что он ее  в беспамятстве... того-с... И у нее теперь залог их любви. При том, что Блад клялся и божился всеми святыми, что ничего не помнит, и что с медицинской точки зрения, такого вообще не может быть!!! Ну, и так далее...
Этот кошмар  (изданный!!!)  так и называется: "Дочь капитана Блада".
В общем, удержаться было немыслимо... 

---------
Три девицы под окном
Собралися вечерком.
-Мне пришла пора влюбиться! -
Молвит первая девица.
-Если бы узнали предки,
Стали волосы бы редки!
-Да, крута твоя маман...
А папаша - истукан! -
Говорит вторая дева.
-Ведь она ж давно налево
Ходит... Он же - как слепой!
Ладно бы ушел в запой,
Так ведь трезвый, как стекло!..
...Дело далеко зашло?
В смысле, ждать ли нам приплода?
-Что ты, что ты! Лучше в воду! -
Молвит первая девица,
Торопясь перекреститься.
"Коль в подоле принесешь-
Лучше к татю бы под нож!"
Мне маман все говорит...
-У меня душа болит!!! -
Третья всхлипнула девица.
-Согласится ли жениться?
Будет ли известью рад?
-Кто он??! - Это - Питер Блад!
-Как?! Пират-головорез?!
И к тебе он в спальню влез??!
-Ну, не влез... - краснеет дева,
Будто лист кленова древа
Осенью.. - Сама внесла!
-Ну, подруга, ты дала!!!
Чтобы взрослого мужчину?!
Ты, конечно, молодчина,
Но, пардон, все ж не силач!
-Сердце так пустилось вскачь!
Он - беспомощный, в крови...
(Господи, благослови!)
Одноглазый его друг
Обежал тут все вокруг,
Всех просил и умолял...
-Ее голос задрожал.-
-Не хотел никто помочь!
Тьма сгущалась... Скоро ночь...
-Стоп! Еще один мужик?! -
Испустили девы крик.
-Ну, так я же говорю:
Дело было к ноябрю,
Шторм тогда так бушевал...
Потонул корабль у скал,
Двое чудом лишь спаслись!
-Прямо скажем - зашибись!
Ты гляди - тихоня наша!
Да, готова уже каша...
Приютить двух мужиков!
Тут понятно все без слов,
Только где же предки были?!
Что ж про доченьку забыли?
А служанки? А родня?
-Да послушайте ж меня!!!
Я их спрятала надежно...
-Извини, поверить сложно.
Одного-то мужика -
Та задача нелегка!
Ну, а если сразу пару...
Ох, задать бы тебе жару!
Ну, а дальше-то что было??!..
-Дни тянулись так уныло,
Раненый в забвеньи был...
Одноглазый выл, скулил:
Мол, погибнет капитан
От своих тяжелых ран.
Как могла - его лечила...
-Ну, а дальше-то что было?!
Признавайся, не тяни!
-Пролетали ночи, дни,
Одноглазый удалился...
(Или, может, притаился
Где-то рядом...) Боже мой!!!
Что случилось тут со мной?!
Может, солнце напекло,
Может, где-то что-то жгло...
Ну, а может, зов природы...
Как в прилив нахлынут воды -
Охватила меня страсть!
Что за чертова напасть...
Я когда в себя пришла -
Чуть с ума вмиг не сошла!
От восторга и стыда...
-Ну, а дальше??! - Вот беда!
Он пришел в себя тотчас!
Изумленно щурит глаз,
Говорит: -Я, Питер Блад,
Врач и опытный пират,
Благодарен вам безумно!
Но советую разумно
Себя в будущем вести!
Пациента так свести
В гроб - как дважды два. Учтите!
-Зарыдала я: "Простите..."
Он вздохнул, обнял меня...
-А потом??! - День ото дня
Наша страсть так бушевала!
Нам для счастья надо мало -
Чтоб мужчина нас любил!!!
А потом... Потом уплыл
(Подобрала его шлюпка).
Не лишилась я рассудка
Только чудом. А теперь...
-И завыла, будто зверь:
-У меня - любви залог!
Через самый малый срок
Это будет всем заметно...
-Не реви!!! Ребенку вредно!
Ты, подруга, не боись
И морально укрепись!
Значит, так: пиши заяву!
Мы ТАКУЮ Бладу славу
Поднесем - примчится он,
К тебе, дуре, на поклон,
Чтоб просить твоей руки...
Ах, мерзавцы мужики!
Рады сладкого вкусить...
А не женится - платить
Мы заставим алименты!
Соберем все документы,
Мол, случилось все при нас...
-Вы рехнулись?! Да я вас!!!
Чтоб при людях... Да вы что?!..
-Ты потом сама за то
Нам поклонишься, дуреха!
Стрясти бабки - разве плохо?
Никакого нет стыда!
Так, давай перо сюда
И еще давай бумагу...
Ты куда?! А ну, ни шагу
Не ступала чтоб от нас!
----------
Суд издал такой указ:
"Поелику того Блада,
Всем известного пирата,
Изловить не удалось -
Пусть живут, как раньше, врозь!
Коль признает свою дочь -
Он найдет, чем ей помочь,
А на нет и нет суда!"
...
Так в веках бы без следа
Растворилось это дело,
Если бы однажды смело
Фанфикерша не взялась
За работу... Напряглась,
Поднатужилась изрядно...
Получилась "дочка" складно!
Уж не знаю: был бы Блад
Вот такой вот дочке рад...

[Colombo]

Осмеливаюсь написать пародию на САМОГО... Простите великодушно, А.С.Пушкин!
Точнее, конечно же, не на НЕГО.

А.С. в негодовании - конечно же, не на ВАС.

Я бы Нелли вместе с "дочкой"
Посадить велел бы в бочку...
Взят пират на абордаж!
Чай, нехилый был тираж.

[Drago63]

Осмеливаюсь написать пародию на САМОГО... Простите великодушно, А.С.Пушкин!
Точнее, конечно же, не на НЕГО.

А.С. в негодовании - конечно же, не на ВАС.

Я бы Нелли вместе с "дочкой"
Посадить велел бы в бочку...
Взят пират на абордаж!
Чай, нехилый был тираж.

Спасибо, эр Colombo! 
Да, вот таких фанфикерш точно надо - на абордаж! А потом - пустить по доске! Тьфу, от негодования уже кровожадность проявляется...

-------
Навеяно этой же галиматьей (простите, Вильям...) 

-----------
 Признаться, или нет?! Вот в чем вопрос!
 А также: в чем, простите, признаваться?!
 Что был бревно бревном... Сиречь, не мог?!
 Но девушка-то плачет, уверяя,
 Что мог, и много раз! О, Боже мой!!!
 Неужто, в самом деле, он девицу
 Невинности в беспамятстве лишил?!
 (Глумливо черт хихикает: "Невинность
 Когда-то и была, сомнений нет,
 Но сей цветок сорвал не ты, уж точно!")
 Ведь он же врач! В трактатах медицинских
 Не помнит описаний вот таких:
 Чтоб, будучи одной ногой в могиле,
 Другой ногой... Ну, то есть... Боже мой!
 Однако же, ведь слабый пол способен
 На многое... Покойника поднять -
 Как дважды два. А тут всего часть тела...
 Тьфу, пропасть! Инквизиция права:
 Все зло от баб!!! Но это ведь ребенок,
 Бутон невинный... (Черт, заткнись! Не время!!!)
 Так что же делать?! Может, возопить,
 Ломая руки: "Бог тому свидетель -
 Не помню ничего!!! А если было -
 В беспамятстве!!!" (Тут черт опять гогочет:
 "Поставь себя на папенькино место:
 Вот ты б поверил?!") Боже, как тут быть?!
 Иль упереться: "Клевета! Бесстыдство!
 Бутончик ваш сберечь не смог свой пестик -
 Так норовит свалить все на меня!
 Я ее пальцем даже... (Черт, умолкни!!!
 Да, палец тут не главное...) Поверьте:
 Пусть я пират, но все же не подлец!..
 Опять же - у меня есть Арабелла...
 (Черт, замолчи!!! Не то...) Оклеветали!
 Ищите сами, кто тут поработал,
 А у меня есть важные дела!"
 А если все ж не врет??! А если - было??!...
 О, Боже! Да, нелегкий то вопрос:
 Кто с кем, когда... Точнее - КТО КОГО?! 

[Convollar]

Опасная работа у пиратов!

[Drago63]

Это, конечно, не рассказ, а вообще-то пьеса... Но ведь пародийная!
----
Была использована на одном из недавних конкурсов;) ). Поскольку срок анонимности авторов миновал, выкладываю ее здесь. 

Простите, маэстро Рафаэло и Николай Васильевич... Любя, честное слово, любя!
----

КАРИБСКИЕ СТРАСТИ.

Трагедия-фарс в 6 действиях. По ВЕСЬМА вольным мотивам "Одиссеи капитана Блада" и "Ревизора".

Действующие лица:

Губернатор Барбадоса Стид – трусоват, жуликоват, но не дурак.
Богатый плантатор полковник Бишоп – трусоват, жуликоват, дурак, каких мало.
Богатый плантатор Крэбстон – трусоват, жуликоват, сволочь, каких мало.
Надсмотрщик Бишопа Кент – могуч и туп, как дуб, и редкостная скотина к тому же.
Казначей Скрягс – трусоват, жуликоват, смотрит в рот губернатору, за спиной – смеется над ним.
Комендант форта Бухс – трусоват, жуликоват, туповат.
Главный редактор «Барбадосского курьера» Хлопс - журналюга в худшем смысле слова.
М-р Добкейт,и м-р Бобкейт - пара городских сплетников. - Туповаты и жуликоваты (само собой).
Доктор Бронсон – попечитель барбадосской лечебницы для бедных, позор медицины.
Доктор Вакер – его заместитель. Также позор медицины.
Губернаторша Стид – вредная, хронически неудовлетворенная дама во всех отношениях.
Губернаторская дочка – молоденькая дурочка, не лишенная обаяния. Без царя в голове.
Их чернокожая служанка – трусовата, туповата, упряма.
Племянница Бишопа мисс Арабелла – очаровательная девушка, хоть слишком упрямая и склонная к скоропалительным выводам.
Ее лучшая подруга мисс Мэри Трейл – см. строку выше.
Осужденный каторжник Питер Блад – Ну, тут без слов все ясно.
Осужденный каторжник Джереми Питт - Высококвалифицированный штурман. Презирает дилетантов, не умеющих вычислить курс и определить координаты.
Осужденный каторжник Волверстон. - Одноглаз, могуч, как дуб, и временами так же туп. Но не сволочь (тоже временами). Очень страдает из-за разлуки с прекрасным полом.
Осужденный каторжник Огл. – Высокопрофессиональный канонир. Очень страдает из-за разлуки с любимой пушкой.
Осужденный каторжник Дайк. – Не особо интересная личность, хоть и неплохая.
Осужденный каторжник Хагторп. – Вполне достойный человек.
Капитан «Ямайского купца» Гарднер – Хитроват, жадноват, себе на уме.
Дон Диего де Эспиноса-и-Вальдес. – Хитроват, жадноват, хамоват, очень охоч до женского пола.

Массовка.
-----------------------------------

                                                  Действие первое.

Гостиная губернаторского дома. За столом сидят: Стид, Бишоп, Крэбстон, казначей Скрягс, Бухс, Бронсон и Вакер.
------
Стид (с хмурым видом): - Джентльмены! Я позвал вас, чтобы предупредить: к нам едет ревизор.
Казначей (с ужасом): - Ревизор?!
Бронсон (растерянно): - Едет?
Вакер (недоуменно): - А зачем?
Бишоп (сердито): - А кто его звал?!
Крэбстон (ехидно): - Да, кой-кому не поздоровится…
Стид (сердито, Крэбстону): - Рано радуетесь! Вам тоже может влететь по первое число… Вот, слушайте, что пишет мой лондонский родственник – (достает письмо): - Любезный друг, спешу предупредить тебя, что его Величество послал в Вест-Индийские колонии чиновника с особыми полномочиями и секретным предписанием: осмотреть все острова, и особенно – Барбадос!
Казначей Скрягс произносит неопределенный сдавленный звук, нечто среднее между «Ой, блин!» и «Приплыли…»
Стид (сердито): - Не перебивайте!!! Где я… ах, да! И особенно – Барбадос. Так как вы все там – редкостные… - (закашлявшись): - ну, тут некоторое эмоциональное преувеличение… - то специально предупреждаю тебя: прими-ка заранее меры. Чиновник этот прибудет инкогнито…
Бишоп (выпучив глаза): - Инко… что?!
Крэбстон (см. чуть выше): - А по-человечески можно?
Стид (сердито): - Это значит – под чужим именем! Знать бы надо, господа плантаторы! Черт, опять сбили… Где я… Ах, да! Инкогнито, чтобы нагрянуть, как снег на голову…
Бронсон (растерянно): - Так у нас на Барбадосе сроду не бывало снега!
Стид (хватаясь за голову): - Господи, в какое общество ты меня загнал?! Это же иносказательное выражение! Доктор, как вы можете не знать таких простых вещей?!
Бронсон (обиженно): - А зачем мне это знать? Хватит и того, что я в лекарствах разбираюсь!
Крэбстон издевательски-демонстративно кашляет.
Бишоп (ехидно): - Потому, наверное, у вас все больные, как мухи… - тоже издевательски-демонстративно кашляет.
Бронсон (еще более обиженно): - То в воле Божьей!
Стид (ехидно): - Разумеется! А если при этом врач еще путает хлористый кальций с цианистым калием… Ну, ладно! Бедняком больше, бедняком меньше… Хвала Создателю, мы в вашу больницу не попадем. Слушайте дальше! – (ищет место, где остановился): - А, вот: как снег на голову, чтобы все самому проверить и установить. Так что советую заранее принять меры! Его Величество что-то в последнее время стал сильно озабоченным: видно, достали чертовы правозащитники…
Крэбстон (растерянно): - А это еще кто?!
Стид (пожимая плечами): - Судя по тому, что я слышал, какие-то ненормальные. Утверждают, к примеру, что женщина ничем не хуже мужчины…
Общий громовой хохот.
Стид (утирая слезы): - Мало того: что будто бы рабы – тоже люди, и у них есть какие-то права!
Новый взрыв хохота.
Крэбстон (утирая слезы): - У моих рабов только одно право: трудиться с рассвета до заката на плантации! А чуть что не так – кнутами, кнутами!
Бишоп (ехидно): - Вот потому-то они у вас, как мухи… - издевательски-демонстративно кашляет.
Крэбстон (сердито): - Тоже мне, гуманист нашелся! Может, это мой старший надсмотрщик Кент убивает человека одним ударом?
Стид (сердито): - Джентльмены, не ссорьтесь! Нашли время… Слушайте дальше! – (читает): - Поэтому король особенно распорядился, чтобы этот чиновник проверил буквально все. Вплоть до того, в каких условиях содержатся невольники…
Бишоп и Крэбстон синхронно издают неопределенно-сдавленный звук, подобно казначею.
Стид (продолжая чтение): - в том числе, мятежники, осужденные по процессу Монмута. Ну, и много чего еще. Чиновнику предписано проверить, каково состояние фортов…
Комендант Бухс торопливо крестится.
Стид (продолжая чтение): - Ведение отчетной документации, особенно, касающейся поступления налогов…
Казначей Скрягс хватается за голову.
Стид (продолжая чтение): - Содержание больных в лечебницах…
Бронсон и Вакер синхронно вздрагивают.
Стид (продолжая чтение): - В особенности же, от него требуется строгое соблюдение инкогнито. Король строго велел: ревизия должна быть абсолютно внезапной! Чтобы любители поживиться за казенный счет… - краснеет, вздрагивает, потом машет рукой: - Ну, здесь свои… - (продолжает чтение): - Не успели замести следы. Ты, я знаю, не любишь упускать того, что плывет в руки, и твое окружение наверняка такое же, поэтому, по доброте душевной, а также по-родственному, тебя предупреждаю. Поторопись принять меры, поскольку этот чиновник наверняка вскоре прибудет. Причем – повторяю! – он может принять любое обличье, даже самое неожиданное. Наилучшие пожелания супруге… ну, дальше к делу не относится. – (Убирает письмо). – Ну-с, джентльмены, что делать будем?
Казначей Скрягс (могильным голосом): - Молиться!!!
Бишоп (свирепо): - А вот фиг ему! Мои рабы – что хочу, то с ними и делаю! Пусть только сунется на мою плантацию! Прикажу Кенту его кнутом выпроводить!
Крэбстон (заинтересованно): - Джентльмены, только мне кажется, что эти слова – прямой призыв к мятежу? Посланца короля – кнутом? Ну-ну…
Бишоп (задрожав): - Я не то имел в виду…
Крэбстон (ласково улыбаясь): - Судьи выяснят, что вы имели в виду. И палачу тоже будет интересно послушать…

[Drago63]

Стид (сердито): - Хватит! Нашли время! Надо думать, что делать! О, черт, а я ведь как предчувствовал: мне сегодня всю ночь снились две необыкновенные крысы.  Нет, право, джентльмены, это были какие-то совсем особенные крысы. Вы таких наверняка не видывали.  Черные, огромной величины, неописуемо наглые и прожорливые… Пришли, понюхали, и как начали пожирать сахарный тростник на плантации полковника! – (оборачивается к Бишопу). – За каких-то полчаса все съели.  Можете себе представить такое?..
Крэбстон (ехидно): - Чему же тут удивляться!  Если хозяин лодырь, и не следит за порядком…
Бишоп (побагровев): - Это вы на что намекаете?!
Стид (торопливо, Крэбстону): - Так потом они направились на вашу плантацию! И там тоже все съели! До последнего стебелька.  И только потом ушли прочь...
Бишоп (ехидно): - А где же был хозяин плантации? С очередной рабыней кувыркался? Новых мулатиков строгал?
Крэбстон (гневно): - А вам завидно? Сами-то давно ни на что не способны…
Бишоп (яростно): - А вы свечку держали?!
Крэбстон (ехидно): - Господь уберег! Представляю, какое это было бы зрелище…
Стид (сердито): - Сейчас же прекратите! Хватит!.. Нам такая беда грозит, а вы тут друг друга подкалываете! В общем, джентльмены, я сразу понял: этот сон не к добру.  Быть беде! И вот, извольте – письмо! Что же, «кто предупрежден, тот вооружен».  Надо срочно навести порядок. Этот чертов ревизор наверняка первым делом захочет осмотреть лечебницу для неимущих. А там у вас… - (зло смотрит на Бронсона и Вакера). – Я бы на месте ревизора просто озверел, и таких чертей всем выдал! Повсюду грязь, вонь, больные такой крепкий табак курят, что прямо с порога закашляешься…
Бронсон (торопливо): - Прикажу немедленно надеть на всех больных чистые колпаки! Ну, заодно помыть полы, смести паутину…
Крэбстон (ласково улыбаясь): - А запах гнилой капусты куда денете? Им там у вас все стены пропитались! Неделю придется проветривать, не меньше…
Вакер (торопливо): - Скажем, что так и было! Досталось, мол, от предыдущих попечителей…
Крэбстон (ласково улыбаясь): - А форт, дышащий на ладан, тоже достался от предыдущего коменданта? Держу пари: по бумагам, на его ремонт было затрачено не меньше десяти тысяч фунтов…
Казначей (машинально): - Двенадцать с половиной! Ой… - зажимает рот ладонями.
Комендант Бухс, краснея, крестится.
Стид (сердито): - Да что вы каркаете, будто ворон в Тауэре! Сами, что ль, безгрешны?! Да вашим именем детей пугают! Гляди, мол, не будешь слушаться - отдам тебя злому дяде Крэбстону на плантацию…
Крэбстон (пожимая плечами): - Ну, так я не изображаю из себя праведника…
Стид (зло): - А что вы будете делать, если ревизор на вашу плантацию нагрянет?!
Крэбстон (смиренно): - Он увидит невольников в чистой одежде, хорошо накормленных. А мои надсмотрщики будут с ними вежливы, предупредительны. Никаких кнутов, никаких затрещин. «Будьте любезны, вскопайте вот этот участок!» Или: «Пожалуйста, вас не затруднит срезать вот тот сахарный тростник?» Мне-то устроить такой маскарад – пара пустяков! А вот как вы выкручиваться будете?
Стид (махнув рукой): - Бог не выдаст, свинья не съест. И не в таких передрягах бывали… Значит, так: больницу выскоблить дочиста, проветрить, сменить пациентам колпаки… ну, что там еще можно сделать. У форта поставить таблички: «Объект на реставрации, охраняется государством». Заодно вкопать забор и вывалить кучу мусора с битым кирпичом…
Комендант Бухс (робко): - Извините, сэр, но там мусора и без того – хоть отбавляй…
Стид (зло): - А вы куда смотрели?! – (машет рукой): - Ладно, чего уж там… - Казначею: - Срочно навести порядок в бумагах!
Казначей (умоляюще): - Да там сам черт ногу сломит!
Стид (повеселев): - А это хорошо! Значит, ревизор сломит и подавно… Так, с начальником полиции я сам поговорю… Чтобы приструнил своих орлов! Взяли моду – напиваться и прохожих угощать тумаками! – (утирает пот со лба, крестится): - Боже, пронеси! Хоть бы этот чертов ревизор не скоро прибыл… А главное – как бы распознать это чертово инкогнито… Вот как на иголках, честное слово!.. Так и чудится: сейчас распахнется дверь, и…

С треском распахивается дверь. Врываются мистеры Добкейт и Бобкейт.  Все вздрагивают, крестятся.

Добкейт: - Сногсшибательная новость!
Бобкейт: - Потрясающее известие!

Все хором: - Что случилось?!

Добкейт: - Я сейчас расскажу!
Бобкейт: - Нет, позвольте, я расскажу!
Добкейт: - А я первый увидел!
Бобкейт: - А я первый сделал выводы!
Стид (взорвавшись): - Да говорите же!!! Не тяните!..

[Drago63]

Добкейт, Бобкейт (одновременно, во всю мощь глоток): - В гавань вошел корабль!!! Привез рабов!!! Осужденных мятежников!!! Их уже выстроили на молу!!! Для продажи!!!
Стид (грохнув кулаком по столу и сплюнув): - Тьфу, черт! Я-то думал, и впрямь что-то важное…
Казначей (схватившись за сердце): - Совести у вас нет, джентльмены… Так пугать!..
Крэбстон (торопливо): - Однако, джентльмены, позвольте откланяться. Рабы – это интересно. Прикуплю-ка себе еще парочку…
Бишоп (торопливо): - А я – две пары! Или даже три…
Крэбстон (ехидно): - Ну, тогда я – четыре! У меня-то, слава Богу, денег на это хватит…
Бишоп (багровея): - Вы на что намекаете?!
Добкейт: - Да мы же еще самое главное не рассказали!
Бобкейт: - Я! Я сразу понял, что дело нечисто!
Стид (опасливо): - Что такое?!
Добкейт: - А то, что капитан этого корабля – сумасшедший!
Бобкейт: - Явный псих!
Стид (взорвавшись): - Да чтоб вас!!! Мы тут, как на иголках, а вы всякую ерунду…
Добкейт (обиженно): - Какая же это ерунда, ежели капитан корабля с каторжником – как с братом родным?
Бобкейт (еще более обиженно): - Цепи с него снял, чуть не кланяется… Где это видано?! Точно – свихнулся!

Наступает гробовая тишина. Все переглядываются.

Бронсон (вполголоса): - Там было написано: может принять любое обличье…
Вакер (дрожа): - Даже самое неожиданное…
Казначей (дрожа): - Господи, помилуй! Не дай пропасть!
Стид (дрожа): - Снял цепи с каторжника? Только с одного?
Добкейт (радостно): - Ну, да!
Бобкейт (ликующе): - Только с одного! Остальные – в железе и лохмотьях, небритые, грязные, а этот хоть на человека похож!
Комендант (крестясь): - Точно, он! Никаких сомнений!
Стид (схватившись за голову): - Господи, помилуй! Приехал!!!
Добкейт и Бобкейт (озадаченным хором): - Кто приехал?!
Стид: - Ревизор, век бы его не видеть!!!
Комендант (с ужасом): - Побегу, распоряжусь насчет табличек и забора… Может, успеем… - (торопливо выбегает).
Стид (спохватившись, ему вслед): - Не забудьте: «Охраняется государством!» - (утирает пот со лба): - Главное, изобразить, что дело идет…
Бронсон, Вакер (хором): - Так мы тоже – в лечебницу! – (бросаются к двери).
Стид (им вслед): - Глядите у меня! Чтобы там у вас порядок был, как в мертвецкой… Тьфу!!! – (хватается за голову). – Уже заговариваться начал…
Казначей (поспешно): - Позвольте и мне, ваше превосходительство, отлучиться! Пару бумажек сжечь, еще пару – подальше под сукно. А остальные – так перемешать, чтобы самый ученый человек не разобрался!
Стид (кивая): - Действуйте! Быстро! Да чтобы комар носу не подточил!
Казначей: - Не извольте беспокоиться, я на каторгу не хочу. Даже в вашей компании! – (поспешно убегает).
Бишоп, Крэбстон (торопливым хором): - Ну, так и мы к себе – на плантации! Порядок наводить…
Стид (поспешно): - Нет, на плантацию поедет только мистер Крэбстон, и подготовит там обещанный «маскарад». Она у него будет образцово-показательной! А вы, полковник, купите всех рабов оптом. Вместе с этим… э-э-э… ревизором.
Бишоп (в полном обалдении): - А на фига мне столько лишних рабов?! Их же кормить-поить нужно, одевать-обувать… У меня карман не бездонный!
Стид: - Так надо! И купите, и обращаться будете вежливо, и кормить – как на убой…
Бишоп (разъярившись): - Может, мне их еще в собственной спальне поселить?!
Стид (пожимая плечами): - Посмотрим по обстоятельствам. Если дело потребует - поселите! – (Обращается к Добкейту и Бобкейту): - Так вы говорите, капитан был подозрительно вежлив с тем … э-э-э… каторжником?
Добкейт: - Еще как вежлив!
Бобкейт: - Чуть не обнимал его, приговаривая: «Благодетель вы мой…»
Добкейт (перебивая): - И еще что-то говорил про способности…
Бобкейт (перебивая): - И еще себя ругал: надо было, мол, раньше послушаться такого умного человека, тогда все было бы в порядке…
Стид (задрожав): - Никаких сомнений… А каков он с виду, каторжник-то?
Добкейт: - Лет тридцати, среднего роста, черноволосый, загорелый…
Бобкейт (перебивая): - С ярко-голубыми глазами! Очень, знаете ли, видный мужчина…
Добкейт (перебивая): - Чувствуется внутренняя сила, этакий, знаете ли, стержень…
Стид (в сторону): - Ну, ясное дело! Королевский ревизор – это тебе не нищий со Двора Объедков! – (Добкейту и Бобкейту): - Точно лет тридцати, не старше?
Добкейт (растерянно): - Ну, может чуть-чуть и старше…
Бобкейт (растерянно): - Ну, разве совсем чуть-чуть…
Стид: - Значит, еще молодой… Это хорошо! - (в сторону): - Молодого все-таки легче обвести вокруг пальца… Вот если бы приехал старый упрямый черт с подагрой и кучей прочих болячек – тогда беда! – (вздохнув): - Ну, с Богом! Мистер Крэбстон – поезжайте к себе на плантацию! – (спохватывается): - Ах, да! По пути, заверните на плантацию полковника, и передайте старшему надсмотрщику Кенту приказ: кнуты спрятать куда подальше, кулакам воли не давать, рабов переодеть во все чистое и накормить сытным обедом. А над главным входом, повесить большой плакат с каким-нибудь гуманистическим призывом…
Бишоп (готовый взорваться): - С каким?! «От каждого – по способностям, каждому – по труду?!»
Стид (подумав): - Нет, не то… Вот: «Долой предрассудки! Раб – тоже человек!» - (растроганно всхлипывает): - Как звучит-то, а?!  Отправляйтесь! – (Крэбстон поспешно выходит). - Ну, и нам пора! В путь, господа, в путь! – (поднимает глаза к потолку): - Господи, дай только вывернуться… Грешен, знаю, ну так только ты без греха, а мы – всего лишь люди… Я потом такую свечу поставлю! Со всех купцов на нее соберу… - (Спешит к двери).

Дверь распахивается. Входит весьма раздраженная губернаторша, сопровождаемая дочерью.

Губернаторша: - Ты куда собрался, муженек?
Стид (торопливо): - По делу, матушка! По государственному делу… Извини, не до тебя сейчас… - (хочет пройти, но супруга перекрывает дверной проем). – Да пусти же! Ясно сказано: государственное дело!
Губернаторша (обиженно-истеричным тоном): - Вечно дела! Только до меня тебе дела нет… А ведь я так страдаю! – (с хорошо наигранным стоном хватается за виски): - Ах, кажется, снова начинается приступ мигрени… Помоги-и-и…
Стид (заскрежетав зубами): - Матушка, ну чем я помогу?! Я же не врач! Ну, ляг в постель, положи на лоб холодный компресс…
Губернаторша (злобно): - Я буду лежать в постели с холодным компрессом, а ты – с жаркой мулаточкой?! Негодяй! Признавайся: к кому так спешишь?! К женщине, да?!
Стид (хватаясь за голову): - Господи, да когда же кончится этот кошмар?!
Добкейт (машинально): - Сударыня, как вы могли такое подумать! Ваш супруг спешит к мужчине!
Бобкейт (поддакивая): - К молодому, интересному, черноволосому, с ярко-голубыми глазами…
Губернаторша (голосом корабельной сирены): - Что-о-оо??!
Дочка (с обалденно-заинтересованным видом): - ПапА, я, конечно, всецело за прогресс и толерантность, но это уже чересчур…
Стид (диким голосом): - Молчать!!! Ишь, чего выдумали, дурехи! Правильно говорят московиты: «Волос долог, да ум короток»…
Губернаторша (позабыв про начинающуюся мигрень): - Я тебе такой «волос долог» покажу! Что за голубоглазый тип?! Давно у вас с ним… это самое?!
Дочка (с жадным любопытством): - Да, да, кто он?
Стид (взорвавшись): - Если вы и дальше будете меня держать здесь – «это самое» точно случится!!! Причем, не только со мной! С вами тоже! А ну, сейчас же прочь с дороги! – (Отталкивает жену, выбегает. За ним выбегают Бишоп и Бобкейт. В Добкейта успевают вцепиться губернаторша и дочка – одновременно, с двух сторон).
Губернаторша (яростно): - А вот вы не уйдете, пока все не расскажете!
Дочка (твердо): - Не злите маман, она и так рассержена… Выкладывайте все, как есть!
Добкейт (испуганно): - Да я и сам толком ничего не знаю! Приехал какой-то ревизор…
Губернаторша (испуганно): - Как ревизор?!
Дочка (заинтересованно): - Какой ревизор?
Губернаторша: - Откуда приехал?
Дочка: - Зачем приехал?
Губернаторша: - Надолго приехал?
Дочка: - Где остановится?
Добкейт (чуть не плача): - Да я же говорю – сам не знаю! Мы с мистером Бобкейтом пришли сюда, чтобы рассказать, что капитан корабля, который привез рабов, явно свихнулся! И вдруг все, в один голос, как закричат: «Господи помилуй, ревизор приехал!» А мы всего-то и успели рассказать, что капитан корабля обнимал голубоглазого каторжника…
Губернаторша (яростно): - Еще один?! Тьфу!!!
Дочка: -Что-то я не пойму… А куда папА так спешил?
Добкейт: - В порт, разумеется! К этому, голубоглазому!..
Губернаторша (замотав головой): - Ни черта не понимаю! Будем разбираться! А ну, в порт, живо! – (выбегает, волоча за собой Добкейта. Следом спешит дочка).

[Drago63]

                                            Действие второе.

Пристань Бриджтауна. Вдоль кромки мола, выстроены осужденные каторжники – Блад, Волверстон, Огл, Питт, Хагторп, Дайк, и прочие. Блад – в потрепанной, но чистой одежде, довольно аккуратно выбрит, остальные – грязные, заросшие, в цепях и лохмотьях. Рядом прохаживается капитан Гарднер. Напротив шумит барбадосская массовка, включая двух очаровательных девушек – мисс Арабеллу Бишоп и мисс Мэри Трейл.
--------------

Капитан (умиротворенно): - Ну, вот, ребятки, и закончилось наше путешествие… Мое дело было – привезти вас сюда, я с ним справился. Как говорится, ничего личного, только бизнес! – (улыбается). – Если что было не так – уж не взыщите. Как еще раз говорится, «Кто старое помянет, тому глаз вон!» - (смотрит на Волверстона и хохочет, очень довольный своим остроумием). – Хорошо скаламбурил, правда?
Волверстон (яростно): - Сволочь!!!
Капитан (философски): - Не преувеличивай. Лишь по необходимости, и в меру. Вы меня, ребятки, еще не раз добрым словом помянете… Вижу, радуетесь, что плавание позади? Не радуйтесь раньше времени. Этот остров – с виду райский, а на деле – преддверие ада! Плантаторы тут, знаете ли, народ суровый, а климат – убийственный… Уф! – (утирает пот со лба) – Чувствуете, какое пекло?! А ведь до полудня еще далеко!
Питт (хмуро): - Да уж, жарища изрядная… Тьфу! На что я променял свою штурманскую рубку!
Капитан (пожимая плечами): - Не надо было бунтовать против законного короля.  Какой он ни есть, а все-таки – король! Помазанник Божий. Ты, парень, получил по заслугам. Вот доктора мне жаль… - (смотрит на Блада с сочувствием). – Я замолвлю за вас словечко. Может, повезет, и купит хороший хозяин…
Блад (с холодной учтивостью): - Благодарю! Но я предпочитаю разделить участь моих товарищей по несчастью.
Мэри Трейл (на ухо Арабелле): - Интересный мужчина! И держится-то с каким достоинством… После таких страданий!
Арабелла (чуть заметно вздрогнув, после паузы): - Действительно… В нем что-то есть!
Капитан (Бладу): - Все еще играете в благородство? Не избавились от своих иллюзий?
Блад (сухо, но вежливо): - Напротив, полностью избавился. И в тюрьме, и на суде. Если только эту недостойную комедию можно назвать судом…
Капитан (с легким раздражением): - И все-таки я постараюсь вам помочь. Хотя бы потому, что многим вам обязан. Если бы не вы, я был бы разорен. И так – целых одиннадцать трупов! Немалый убыток… - (спохватившись): - А, вот и господин губернатор! И полковник Бишоп… Джентльмены, мое почтение… - (кланяется).
Стид (дрожа, запыхавшись): - Капитан… Что я вижу?! На моем острове – люди в цепях? В столь плачевном положении?! Расковать, немедленно!

Массовка издает дружный нечленораздельный вздох.

Капитан (подвигав челюстью взад – вперед): - Но, ваше превосходительство… Это же каторжники! Бунтовщики против его Величества…
Стид (поспешно): - Долой предрассудки! Каторжник – тоже человек! Труд облагораживает! Искоренение преступности – не в жестокости наказания, а в его неотвратимости! Все люди – братья! Мы рождены, чтоб сказку сделать былью… Тьфу!!! Расковать, живо!
Питт (Волверстону, на ухо): - Ущипни меня… А-а-аа!!! Идиот!!!
Волверстон (обиженно): - Сам же просил!
Питт (страдальчески морщась и потирая травмированную филейную область): - Во-первых, надо соизмерять силу! Во-вторых, я тебе что, баба – за задницу щипать?!
Волверстон (с тяжелым вздохом): - Будь человеком, не напоминай о бабах!!! Полгода без секса – это ж умом можно тронуться… - (замечает Арабеллу и Мэри): - Вау!!! Какие персики!
Капитан (еще раз подвигав челюстью): - Как прикажете, ваше превосходительство! – (матросам): - Расковать каторжников, живо!

Массовка снова издает нечленораздельный вздох. С каторжников быстро снимают цепи.

Огл (недоверчиво-испуганно): - Ребята, вы что-нибудь понимаете?
Хагторп (пожимая плечами): - Либо кто-то из нас свихнулся, либо это особо изощренная форма издевательства…
Дайк: - Да, преддверие ада тут какое-то странное…
Блад (губернатору): - Судя по всему, именно вы, сэр, являетесь губернатором этого острова. Позвольте, от лица моих товарищей по несчастью, искренне поблагодарить вас за этот гуманный поступок!
Капитан (испугано-поспешно): - Извините его, ваше превосходительство, за то, что он обратился к вам без разрешения! Даю слово: это хороший человек, хоть, волею судьбы, он оказался бунтовщиком и каторжником… Не сердитесь!
Стид (в полном обалдении и восторге, в сторону): - Ревизор похвалил меня! Похоже, все будет в порядке… - (Испуганно): - А может, просто зубы заговаривает, чтобы усыпить бдительность?! – (поспешно, капитану): - Я вовсе не сержусь, с чего вы взяли? Быть разумно гуманным – святая обязанность губернатора колонии его Величества! – (Бладу): - Не стоит благодарности, друг мой! Ведь губернатор – представитель особы короля! Он обязан быть справедливым, великодушным, а главное – безупречно честным, и во всем повиноваться закону! Я, по мере моих скромных сил и способностей, стараюсь этому соответствовать.

1-й голос в массовке: - Вот заливает-то, сукин сын!
2-й голос в массовке: - А может, просто умом тронулся?! С такой-то женушкой!
3-й голос в массовке: - А вот и она, легка на помине!

Расталкивая толпу, врывается губернаторша, по-прежнему волочащая за собой Добкейта. Сзади поспешает губернаторская дочь.

Губернаторша (гневно): - Где тут этот… чернявый и голубоглазый?! А ну, покажите его мне!
Блад (после вполне понятной растерянной паузы): - Извините, сударыня, судя по описанию – это я… - (Почтительно кланяется): - Позвольте представиться – Питер Блад, бакалавр медицины, ранее практиковавший в Бриджуотере, а ныне – осужденный каторжник.
Губернаторша (растерянно заморгав и меряя Блада оценивающим взглядом): - Бакалавр медицины… Так ты что, доктор?!
Стид (вздрогнув всем телом): - Ах, милая, как ты можешь! «Тыкать» такому почтенному человеку! – (в сторону, в панике): - Подведет под монастырь, дуреха безмозглая…
Губернаторша (в полном обалдении): - Тыкать?! Да я до него и пальцем не дотронулась…
Дочка (с досадой): - Маман, папА имеет в виду: обращайтесь к нему на «вы»!
Губернаторша (гневно): - Цыц! Мала еще матери указывать! А впрочем… - (меряет Блада все более оценивающе – уверенным взглядом): - Да, пожалуй, вы заслуживаете уважительного отношения… – (загадочно улыбается): - Если еще и врачом окажетесь хорошим…
Блад (скромно улыбнувшись): - Не сочтите за бахвальство, сударыня, мои пациенты были довольны. Они говорили, что я хорошо лечу!
Губернаторша (просияв): - Как раз то, что мне надо! Мигрени замучили… - (страдальчески морщится): - А то есть тут у нас пара докторишек – Бронсон с Вакером, так у них все больные, как мухи…
Стид (торопливо, перебивая): - Выздоравливают!!! Это такие умелые и добросовестные врачи, каких еще свет не видывал! – (украдкой, на ощупь, щиплет жену пониже талии).
Губернаторша (подпрыгнув от неожиданности и боли, диким голосом): - А-а-аа!!!
1-й голос в массовке: - Точно, свихнулся! Бабу за задницу - средь бела дня, при куче свидетелей…
2-й голос в массовке: - А что он про наших коновалов-то несет?! «Умелые и добросовестные»! Слышали?!
3-й голос в массовке: - Ох, не к добру это… Губернатор-псих – это что-то с чем-то!
Арабелла (на ухо Мэри): - Ты что-нибудь понимаешь?!
Мэри (в полной растерянности): - Нет… Абсолютно ничего!
Блад (торопливо): - Что с вами, сударыня?! Почему вы вскрикнули? Вам больно?..
Стид (торопливо, за жену): - У нее начался приступ мигрени! Очень сильный!
Дочка (уважительно): - Ну, вы, папА, даете… Кто бы мог подумать!
Волверстон (увидев ее): - Мать моя, еще один персик! Ой, за что такие муки…
Блад (с профессиональной выучкой): - Если у дамы начинается приступ, ей не стоит находиться на таком солнцепеке! Ей надо как можно скорее вернуться домой и лечь в постель!
Губернаторша (с профессиональной заинтересованностью, томно): - Да, да, именно в постель… - (хватает Блада за руку): - Помогите же мне дойти, добрый доктор… - (Еще более томно): - Ах, я так страдаю-ю-ю…
1-й голос из массовки: - А губернаторша-то, губернаторша! Только гляньте!
2-й голос из массовки: - Баба – она и есть баба…
Стид (растерянно, в сторону): - О Боже! Что мне делать?! Ладно, будем пока ублажать ревизора, а там посмотрим… – (запинаясь, Бладу): - Э-э-э… Сударь! Не могли бы вы применить ваши профессиональные знания? Моя супруга так ужасно страдает от мигреней…
Блад (с некоторой опаской): - Я бы охотно, ваше превосходительство… Но на острове же есть два чудо-доктора, если я правильно понял?
Губернаторша (сердито): - Да что с них толку, с этих неу…
Губернатор (поспешно, перебивая): - Неутомимых тружеников, которые днюют и ночуют в лечебнице, помогая неимущим! Их оттуда не вытащить…