И это всё не только о поэзии-V

[passer-by]

СПОЙЛЕРЫ

Давно задумала написать нечто в виде трилогии о моих земляках. И вот она: «Родной город», «Сказание о гусарах» и теперь заключительная часть «Землякам»

И оправданье жизни - только в состраданьи,
В желаньи размышлять - другое все не в счёт.
А. Дольский

Землякам

Ну где б ещё вот так спросили, меня с корзинкой оглядев:
«Почём клубника? Дэ купили?» Родной украинский напев
Лучочком в русском винегрете мне не горчит, не режет слух.
Да где ж ещё на белом свете такой родной витает дух!...

Сажусь в трамвай битком набитый, о чём шумят здесь и о ком?
Спешит водитель, дверь закрыта – осталась женщина с ведром.
Трамвай водителя сурово за бессердечность осуждал,
Защитников лишали слова: трамвай про справедливость знал.
Он и сочувствовал и спорил, – Вам розпатякувать легко.
– Расселись сами, нет вам горя. – Вон отрастили как пузко.
Трамвай был в старенькой одёжке, с чужой бедой вступая в спор,
Своей беды кривые ножки не видел рядом и в упор.

Вот где ещё добросердечность я б ощутила, поняла,
И теплоты людской извечность, и мерзость холода и зла.
Да где ещё мне, незнакомой, свою поведают беду,
Знать, не сочтут меня нескромной, доверят горькую судьбу.
Мои родные харьковчане! По праву вами я горжусь,
Интеллигенты и селяне… На лица ваши загляжусь.
Вы так добры и неспесивы, людей делить привыкли так:
Вот это – руки трудовые, а этот трутнем жить мастак.
А вы умны, трудолюбивы, (слегка доверчивы хотя)
И бесконечно терпеливы, когда вас дурят, как дитя.
Ну где б ещё меня спросили,
Мою корзинку оглядев:
«Почим чэрэшня? Дэ купили?»
О, мягкий харьковский напев…

[Drago63]

О, Воробей! Твой суржик звонкий
Так вторит трелям соловья!
Как будто снова в той сторонке
Внезапно очутился я...
Ах, харькивяне-харьковчане,
Совсем особый вы народ.
Интеллигенты и селяне,
Смешались - черт вас разберет!
По-добродушному ворчливы,
Порой наивны, горячи...
Упорны и трудолюбивы,
(Пример бы брали москвичи!)
Но что теперь? Надеюсь, братцы,
Вы одолеете беду...
Ведь надо только постараться,
И снять с ушей ту лабуду! 

[passer-by]

Эр Drago63!

Разреши Воробью клюнуть малость грозного Дракона.
1.   Мне приятно, что кто-то читает эту тему. Спасибо, что читаешь.
2.   Мне приятно, что ты у меня постоянный читатель. Спасибо.
3.   Мне приятно, что мои стишата находят отклик. Спасибо.
4.   Мне очень приятно (вдвойне) за понимание. Соответственно двойное спасибо.

Итого: 5 спасиб. Шкурку драконью, конечно, не проклюю, но хоть пощекочу. 

[Colombo]

Итого: 5 спасиб. Шкурку драконью, конечно, не проклюю, но хоть пощекочу. 

...И промеж его усов (c)
Ищет Воробей стихов.

Ну, а "кляты москали"
Много бы сказать могли,
Но стихи-то хороши -
Дракон пишет от души!

[passer-by]

Итого: 5 спасиб. Шкурку драконью, конечно, не проклюю, но хоть пощекочу. 

...И промеж его усов (c)
Ищет Воробей стихов.

Ну, а "кляты москали"
Много бы сказать могли,
Но стихи-то хороши -
Дракон пишет от души!

У Дракона на макушке
Примостился зубоскал.
Это кто тут нам частушки
Распевает, как москаль?

[passer-by]

Сказочка про Колобка
(с прологом и эпилогом)

Пролог
Из лука – не мы,
из пищали – не мы,
а язык почесать –
против нас не сыскать.
Поговорка

И решил Колобок погулять да язык почесать,
покатил в лес густой.
Назывался тот лес – Интернет, графоманом воспет,
дивный и непростой…

1. Тролль
А навстречу идёт жирный Тролль, потирает мозоль
где-то ниже спины.
Жечь глаголом он любит сердца, нет добрей молодца,
– Гляньте-ка, дружбаны!
К нам пришёл Колобок-кривобок, как пустой коробок,
неудачник-квашня.
– Я же кругленький весь, не пустой, знаменит красотой,
я ведь Хлебу родня!
– Безголовый дружок-Колобок, неудавшийся бок,
это просто фигня!
Ишь, разякался тут, как большой. Что ты брызжешь слюной?
Хлебу ты не ровня.
Вон наш Бублик с Баранкой сидят, уж они подтвердят,
кто его кумовья.
– Но я с ними из печки одной, там огонь наш родной
объяснит – мы семья.
– Гляньте-ка дружбаны, вот урод, как пустой бутерброд,
а ещё й подгорел.
– Я румян, круглолиц, белокож и на батю похож.
Тролль, ты что, одурел?
Шелестел Ветровей-буревей средь зелёных ветвей:
«Тролля ты закормил!»
На себя Колобочек взглянул, удивлённо икнул:
«Он меня откусил?!»
Толстый Тролль засмеялся в ответ: «Я – любитель бесед,
и покушать люблю,
А тебя, Колобочек, я съем без глобальных проблем,
даже не посолю.

– Я от бабушки-флудерши сбёг босиком без сапог,
безвозбранно удрал,
и от Тролля легко улизну, фиг тебе, хвастуну!
Ну, так я побежал?
И побёг.

[passer-by]

2. Сладкая Шапочка
Убежал простачок-Колобок,  недогрызенный бок,
захромал лишь чуть-чуть,
Тролль смеялся, кричал ему вслед: «Приходи на обед
красноречьем блеснуть».

А навстречу идёт неспеша Сладка Шапка-душа
и жуёт пирожок.
Круглолицый на деву взглянул, краснобайством блеснул,
– А я тоже едок! 
Научу тебя печь пироги и тачать сапоги,
ах, я так одинок. 
– Так ты сам без сапог и босой, скачешь как молодой,
милый мой пузанок,
у меня будешь дома сидеть да в окошко глядеть,
как в раю заживёшь.
Маслом смажу головку твою и медком оболью –
от меня не уйдёшь.
Будем вместе чаи распивать и друг друга лизать,
нашу сладость ценя.
От меня безрассудно уйдёт лишь тупой идиот,
недовесок, квашня.
– Ах, от сладости я сам не свой, ох липучий такой,
мне бы сольцы чуток.
– Что тебе не по нраву, дружок? Приглядись-ка, милок,
я – твой алый цветок.
– Шапка Сладенька, ты погоди, не крути бигуди, 
я сейчас драпану.
«Затошнило, ну нет больше сил», – Колобок голосил.
(Поделом болтуну!)
– Идиотом считайте меня! Никого не виня,
укачу, не солгу.
Я от бабушки-флудерши сбёг, меня Тролль не сберёг,
и от Шапки сбегу.
Так и сбёг.

[Пушок]

Уважаемый Воробушек, спасибо Впм огромное! 
Читаю данную тему с несказанным удовольствием я. 

[passer-by]

Уважаемый Воробушек, спасибо Вам огромное! 
Читаю данную тему с несказанным удовольствием я. 

И Вам спасибо, что почитываете. Оказывается, читателей у меня прибавилось, что радует. 

[passer-by]

3. Графоман

Вот идёт Колобок Интернетом-тропинкой,
грустно шепчет: «Крошится мой бок, липнет спинка».
А навстречу ему мчит поэт-Графоман,
что-то громко орёт, прячет перья в карман.
Колобок был пытлив: – А зачем тебе перья?
– Я с Пегасом у Музы служу в подмастерьях.
Муки творчества душу мордуют мою,
так и быть, расскажу всё, о чём я пою:
я пишу про морозы, любовь и мимозы,
королей и капусту, про зависть и розы,
про гусар и трамваи, про укров одних,
их язык невозможный и город шутих.
Есть и сказочек воз. Как, они длинноваты?
Ну подумаеш, рифмы у них не богаты!
Там шакалы и зайцы, луна, колдуны,
там растут среди леса цветы-болтуны…

Графоман в Колобка, как репей, уцепился,
непокорным размером и рифмой упился.
И неистовый истово голос пылал,
но зануда-поэт помолчать не желал…
Голова Колобка от стихов распухала, 
а поэтова Муза стихом громыхала,
от нескладных стихов Колобок отупел,
занедужил головкой, совсем ослабел.

Вдруг подул Ветровей-буревей неуместно,
оторвал Колобка от поэта бесчестно
и в деянии благостном том преуспел.
Колобок благодарно ему прохрипел:
«Я от бабушки-флудерши ноги унёс,
и от Тролля удрал, я бегун-виртуоз,
и от Шапочки сбёг, липкий весь, но тверёз,
от Поэта я тоже уйду. Не вопрос».
И ушёл.

[Colombo]

И никакой не графоман! А стихи хорошие!

[passer-by]

Охотно верю, хоть это и сказочка.   

[passer-by]

4. Флеймер

Вот идёт Колобок Интернетом-тропинкой,
грустно шепчет: «Крошится мой бок, липнет спинка,
и головка болит: Графомана трень-брень,
стихотворный угар вызывают мигрень».

Сел на травке в лесу, от стихов отдыхает,
слышит – кто-то в траве безнадёжно вздыхает.
«Заблудился в траве серый маленький Уж? –
Колобок пригляделся. – Он мал, неуклюж».
Круглолицый был добрым, смущённо алея,
для Ужонка дорожку спроворил , жалея.
Распрямился шнурком Уж, головку задрал:
– Колобок, наш придурок? Тебя я узнал.
– Откусили бочок, липким мёдом полили,
и стихи Графомана головку сверлили.
Уж стал странно краснеть, завертелся кольцом,
– Неотёсанным был ты у Шапки жильцом.
Колобочек заботливо травку Ужонку
распрямил, отодвинул корягу в сторонку:
– Я от липкого мёда извёлся, тошнит,
от стихов Графомана всё ноет, болит.
Неожиданно Уж потолстел непомерно,
стал на малую Змейку похожим, примерно.
–  Ты на Бублик с Бараночкой зло наплевал,
всем наплёл лабуды, мол, Баранка – овал!
Колобок  загрустил, приуныл удивлённо,
– Да откуда ты взял? – проронил оскорблённо.
– Ты, негодник, у Тролля в гостях выпивал,
«Хлеб главней Мать-Баранки!» – всем нагло орал.
– Да я просто сказал, что мы вместе – семейка!
– Всё ты врёшь!!! – закричала вдруг странная Змейка,
а сама завертелась, как чёрт в казане,
заплясала в сжигающем, злобном огне.
«Саламандра! – узнал Колобочек зверюгу.
Не признал я зловредную Тролля подругу».
А огонь бушевал, Колобок присмирел,
и шипела Змея: «Ты уже подгорел,
станешь чёрствым, горелым, мой милый пузанчик,
от меня не уйдёшь, почерневший кусманчик».

– Я от бабушки-флудерши ноги унёс,
и от Тролля удрал, как бегун-виртуоз,
я от Шапочки сбёг, липкий весь, но тверёз,
от Поэта ушёл, заработав невроз,
повстречал, Саламандра, тебя на беду,
но меня не сожжёшь, я упрям. Убегу. 
И убёг.

[Convollar]

Какая хорошенькая саламандра! Как и стихи! 

[Colombo]

«Саламандра! – узнал Колобочек зверюгу.
Не признал я зловредную Тролля подругу».

Интересненько... Великий вождь троллей Трой (А. Уланов, "День револьвера") в начале своей карьеры ("И вся федеральная конница") носил с собой саламандру, кормил и заботился. Оказалась полезной.