Буриме в прозе "БЕСПРЕДЕЛ В ЮЖНЫХ МОРЯХ"

[passer-by]

* * *
В лавочку кто-то заглянул и позвал Робера, прокричав что-то тревожное. Тот выбежал на улицу, помахав Дику рукой. Дик проводил взглядом Робера и увидел Альдо, беседующего со странным коротышкой. Повелитель скал услышал последнюю фразу, незамедлительно вклинился в разговор, внушительно заметив:
- Знаниями надо делиться.
Альдо торопливо добавил:
-  Пару кружечек за карту. Прямо сейчас. Нет, три кружки!
- Маловато будет, - смягчился гном. – Карта – это знания, а знания – сила.
Гном набивал цену, это был хороший знак.
- Знания увеличивают незнания, – блеснул Дик мудростью древнего философа.
Гном удивлённо уставился на Дика и озабоченно спросил:
- Вы хотите сказать, что карта ничего не стоит?
- Стоит, стоит, – успокоил его Альдо и пошёл к хозяину.  Вскоре они пришли, у каждого в руках было по три кружки пойла. Стол оказался заставленным кружками.
- Карту на стол и вся выпивка твоя, - соблазнял Альдо гнома.
Гном пересчитал все кружки и принялся за дело.  Последняя кружка оказалась недопитой, а гном подложил под щеку ладошку и уснул. Альдо и Дик забрали честно добытую карту и отправились на корабль.
Они торопились, но вдруг в голове Дика возникла странная песенка:
Мы скалы ломали
И кричали до хрипов,
Мы скрывали
Боль от ушибов.
Мы со стоном прощали
Чужие грехи,
А себе не прощали
Ошибок…
«Это поёт эрэа Череп? Моя Черепушка, моя! – подумал Дик. А я её и не целовал, сама распелась. К чему бы это?»
Вдали уже замаячил корабль.

[Colombo]

Весла плескали, а Дик и сам уже напевал себе под нос:

"Мы ломали Скалу и кричали стихи,
Мы скрывали боль от ушибов.
Мы со стоном прощали чужие грехи,
А себе не прощали ошибок".

И тут он вспомнил, что однажды в Лаик к мэтру Шабли приехал гость. Мэтр пригласил его на урок и попросил исполнить балладу - чтобы ученики узнали, что такое баллада, от ее автора. Гость пел эту балладу и еще другую, про странных деревянных коней. Но откуда об этом узнала эрэа Череп? Получалось, что она копается у него в мозгах и выуживает оттуда воспоминания? И хотя это воспоминание было приятным, Дику стало не по себе. Это уже не игра...

[Vieux Gogan]

Уже когда корабли отплывали от полыхаюшей (гм.. "в лучах заката") Хисранды, Робер поймал юнгу-пажа "айртона" за рукав. он никогда не позволил бы себе подобной вольности, ноПовелитель Молний СЛИШКОМ хорошо помнил, ЧТО ИМЕННО предлагал Айрис посланец Валидэ-Ол-Ханы:
 - Эхм... Герцогиня Скал, , а КАК вы умудрилась купить ТЕМНЫЕ СТЕКЛА ДЛЯ ГЛАЗ?
  Айрис засунула руки в карманы матроской робы и нахально улыбнулась, никак не разрядив напряженности вопроса:

[Colombo]

Робер поймал юнгу-пажа "айртона" за рукав.

Это что за зверь - юнга-паж? У нас приличное судно!
Без мачты флагману лучше не отплывать. Предлагается следующее.

     Работы по замене мачты на флагмане шли полным ходом. Робер решил, что отплытие в ближайшее время не планируется, и ошибся. Оказалось, что Альдо выпросил у Фредена целый корвет для экспедиции на почти безлюдный архипелаг недалеко от Хисранды. Он якобы показал адмиралу карту и пообещал половину сокровищ в случае успеха. На самом деле адмирала привлекло другое: на островах водился полудикий скот, на который можно было поохотиться - и морякам занятие, и бюджету экономия. Так что вскоре господа волонтеры и примкнувший к ним Квикег переправились на корвет "Ястреб".
     Капитана корвета звали Никос Бекиарис. Он был небольшого роста и порой напоминал мальчишку, но его распоряжения выполнялись мгновенно. Он отвел волонтерам один просторный кубрик, где Дик немедленно уединился с эрэа Череп. Остальные наблюдали, как корвет снимается с якоря и идет к выходу из бухты. Тут-то Робер и поймал юнгу (какие еще пажи в открытом море?!) и задал вопрос насчет темных стекол. В это время Альдо обсуждал с капитаном детали экспедиции: кто будет охотиться, а кто - искать сокровища. О сокровищах откуда-то знала вся команда, и кое-кто даже делал ставки, но без особого азарта.
     Корвет вышел из бухты и взял курс на острова. Мимо медленно проплывали серые гористые берега. Впереди на вершине одной горы Робер увидел что-то, похожее на замок, и даже с башней. Робер предположил, что это маяк, но молодой мичман объяснил ему, что это тюрьма. Крепость построили еще во времена гайифского владычества, но потом Гайифа потеряла к этим землям интерес, а кагеты приспособили полуразрушенную крепость под тюрьму. Назвали ее без затей: Гай-Иф. Когда-то она считалась неприступной, но Робер вспомнил неприступные Барсовы Врата и усомнился.
     Смеркалось. Крепость приблизилась, но сколько Робер ни пытался, никаких часовых разглядеть не мог. Из крепости никакого интереса к корвету не проявляли, хотя он шел не так уж далеко от острова. И тут Квикег, который следил не за островом, а за морем, заметил стайку дельфинов. Они держались вместе, и приближение корабля их, похоже, совсем не пугало. А вскоре выяснилась и причина странного поведения дельфинов.
     - Человек за бортом!
     Корвет убрал часть парусов и заложил крутой поворот, теряя скорость. За считанные минуты спустили шлюпку, С борта было видно, как она подходит к дельфинам, и как матросы вытаскивают из воды человека. Корвет заложил второй поворот: теперь он приближался к шлюпке и закрывал ее от крепости. Вскоре шлюпку уже поднимали на борт.
     Спасенный выглядел очень ослабшим и на вопросы не отвечал. Капитан поинтересовался, нет ли среди волонтеров врача. К их удивлению, Квикег не только вызвался, но и осмотрел спасенного: всего ошупал, подергал руки-ноги и сделал вывод:
     - Раненый - нет, мало-мало голодный. Долго плыть, устать.
     - Тогда, - сделал свой вывод капитан, - забирай его к себе в кубрик. Покормите. Вообще-то его надо постричь, да и побрить...
     - Брить - моя гарпун хороший! - жизнерадостно сообщил Квикег.
     Вскоре с камбуза принесли миску бульона. Спасенный поел, а потом Квикег предложил ему флягу с ромом. Пара глотков - и гость начал прокашливаться. Робер решил начать разговор, но гость его опередил - на довольно чистом талиг.
     - Мой корабль потерпел крушение... Где я?
     - На борту бордонского корвета "Ястреб", недалеко от Хисранды, идем на острова. Я - Карло Робертос. Как ваше имя?
     - Мое имя? - гость пристально посмотрел на Робера. - Меня зовут Алдасье да Сильва да... нет, у меня очень длинное имя... Скажите, мы далеко от крепости?
     - Мы от нее удаляемся.
     - Это хорошо... - и гость уронил голову на тюфяк.

[Colombo]

     Господа волонтеры, мирясь с неудобствами, стали устраиваться на ночлег. Впрочем, спать предстояло недолго: на рассвете корвет должен был подойти к островам. Явился Альдо - все это время они с капитаном изучали карты. Он был серьезен и пригласил Робера на свежий воздух поговорить.
     - Робер, завтра мы заберем сокровище и будем богачами. Сначала мы пойдем по этой дурацкой карте, ничего не найдем и матросы от нас отстанут. Потом мы пойдем в другое место, и там нам пригодится ключ, который тебе примотали к руке. Этот ключ открывает вход в пещеру. Догадайся, что в ней.
     - Здорово! - Робер ничего не понимал. - А почему они сами не открыли пещеру и не забрали то, что в ней - если в ней вообще что-то есть?
     - В том-то и дело. Этот вход многие пытались открыть, только это должен делать Ракан. Или кто-то из Повелителей. Кстати, Дикон может, только лучше все же это будешь ты. Поэтому они отдали нам ключ, но за это... ладно, потом.
     - Понятно. -Что ж, какая-то толика смысла в этом была. И в конце концов, они ничего не теряют. - А Дикон возьмет с собой свою черепушку, и она нам даст добрый совет, да?
     - Очень может быть. - Альдо не улыбался. - Дикона уговаривать не надо. А черепушка умеет создавать иллюзии, я сам видел. И ей клады не нужны. И этому дикарю тоже. А матросы пусть убедятся, что клада нет, и отвалят. Иначе капитан потребует половину - я же ему обещал.
     - Ну хорошо... А как мы без матросов заберем сокровища?
     - Пока не знаю, что-нибудь придумаем. Убьем козла и набьем его брюхо золотом. Как тебе план?
     - Да вроде ничего, бывает хуже... Нет, кроме смеха, план вполне... - Если его сейчас не похвалить, будет только хуже. - Пойдем спать.
     Заходя в кубрик, Робер все же решил уточнить.
     - Альдо... с, как хоть этот остров называется? Там же их много. Капитан его найдет?
     - Мы его уже нашли, он есть на карте. Называется Монте-Фалько.
     Неожиданно гость застонал.
     - Монте-Фалько... Вы идете туда?
     - Да, мы идем туда, - ответил Альдо. - А вы знаете этот остров?
     - Мне про него рассказывали, - ответил гость. - Сейчас я не могу сказать больше, но если вы высадите меня на Монте-Фалько, вы не пожалеете...
     Интересно, подумал Робер, укладываясь в койку. Этот - как его? - Алдасье, он тоже будет искать клад? Это уже получается три клада. А если в каждом что-то будет? Надо самому поговорить с капитаном...
     Повелитель Молний уснул. Ему снились бесконечные сундуки, которые они с Квикегом таскали из одной пещеры в другую. Рядом летала эрэа Череп, ее длинные волосы развевались на ветру. "Пиассстры!" - шипела она время от времени.

[Colombo]

Эх... Графоманить - так графоманить!

     Утро выдалось добрым. Пока корвет, аккуратно лавируя, приближался к острову, волонтеры получили по миске каши по-флотски и по кружке пойла, которое называлось шадди, но наливалось из бачка. Вчерашний утопленник выглядел на диво бодрым и легко уплел свою порцию. А потом Квикегу принесли теплую воду и мыло - приказания капитана выполнялись в точности. Квикег снял кожаный чехол с гарпуна и специальным камушком привел лезвие в нужный вид. Процедура бритья поначалу выглядела жутко, но прошла быстро, без жертв и даже без крови. Тут появился капитан с еще одним бордоном.
     - Доброе утро, господа! Как прошла ночь? Как себя чувствует наш новый пассажир?
     Новый пассажир вскочил. Ничто не напоминало в нем вчерашнего утопленника, еле ворочавшего языком. Удивиться Робер не успел.
     - Мое имя Алдасье да Сильва да Марица да Баядера-и-Красна-Горка! - отрекомендовался он. - Мой корабль потерпел крушение, и меня носило по волнам, как какое-нибудь бревно... Капитан, я должен просить вас о разговоре наедине.
     - Естественно, - капитан ничуть не удивился. - Господа, позвольте представить: ун-лейтенант Евангелос Вламос. Он окажет вам необходимую помощь в поисках... того, что вы будете искать. И в организации транспортировки.
     "Если до нее дойдет", подумал Робер. Побритый Алдасье оказался вполне симпатичным черноглазым брюнетом с роскошной шевелюрой, которую он стянул сзади шнурком. Капитан пригласил его с собой, а ун-лейтенант остался. После взаимных представлений он уточнил намерения и потребности искателей сокровищ ("Да пары матросов хватит" - "Но я тоже пойду с вами, так будет быстрее - ведь у вас карта..." - "Тогда одного").
     Корвет бросил якорь, и первая партия охотников отправилась на берег. Своей очереди ждали волонтеры и вернувшийся от капитана Алдасье. Карты у него не было, от помощи он отказался, но капитан настоял: или вдвоем, или вместе со всеми. Алдасье подумал и выбрал второе. Дик держал в руках холщовую сумку с чем-то круглым. Вид у него был скучным - на всем корабле только он еще не  знал о цели экспедиции. Робер подумал, что для переноски сокровищ одной сумки будет маловато. Оказалось, что ун-лейтенант это предусмотрел и взял пару мешков. "На них можно лежать, и вообще", - объяснил он. Робера это немного успокоило.
     - Послушайте, господин ун-лейтенант, - начал он.
     - Зачем так сложно? - улыбнулся тот. - Я так понял, мы с вами примерно в одном чине. Вы можете называть меня просто по имени - Евангелос. А можно по фамилии - Вламос.
     - Меня зовут Карло Робертос, но друзья называют меня Робер.
     - Отлично, - согласился Евангелос. - Мои друзья тоже называют короче - Иван.
     - Красивое имя, - похвалил Робер. - Так вот, Иван. Я не очень верю, что мы что-то найдем. Разве что Квикег загарпунит - так это называется? - какую-нибудь козу.
     - Меня бы это не удивило, - ответил ун-лейтенант. - У него хорошая бритва, и он умеет ею пользоваться. Впрочем, мы берем с собой пару мушкетов. На острове вполне могут быть люди. А насчет кладов - согласен, но у новичков, как вы знаете, есть определенное преимущество.
     - У дураков тоже, - не удержался Робер. - Но верить всяким пиратским картам - тоже глупость. Если мы ничего не найдем, я жалеть не буду. Главное - ничего не потерять.
     - Это очень правильно, - согласился Иван.

     Люди уже час продвигались по козьей тропинке вглубь острова. Самих коз пока не было видно - только помет. Альдо не повезло, и он все время вытирал сапог о траву. Наконец ун-лейтенант остановился и показал в сторону от тропы.
     - Вон те три дерева. Очень может быть, что это наши. Господин Альдос, пойдемте проверим ваши особые приметы. Остальные могут пока отдохнуть...
     Отдохнуть пожелали только юнги, а Квикег остался с ними. Остальные, прихватив обе лопаты, тоже рванули к деревьям. Но через десять минут любопытство победило усталость и у юнг. Подойдя к деревьям, они увидели вбитые тут и там колышки - ун-лейтенант любил точность, и все по очереди отсчитывали десять шагов на север и двадцать на восток. Потом матрос и Робер взялись за лопаты. Дик сидел с закрытыми глазами.
     - Надо взять чуть западнее, - вдруг произнес он, не открывая глаз. -  Наверно, этот пират шагнул лишний раз.
     Альдо, не спрашивая, откуда сведения, отобрал у Робера лопату и начал копать в указанном месте. Копал он с чувством и быстро выдохся, так что Квикегу пришлось его сменить. Вскоре лопата стукнулась обо что-то деревянное. И это был не корень...
     - Есть! - Альдо казался удивленным, а Робер вообще ничего не понимал. Вот так за полтора часа пойти и найти клад по карте, купленной за шесть кружек пива? Ну НЕ МОЖЕТ этого быть!
      Сундук раскопали довольно быстро, но достать его руками не вышло. Тогда за угол зацепили веревку и рванули вдвоем - сундук даже не подался. Пришлось копать вокруг и отбивать крышку камнем. Под ней обнаружились какие-то мешки. Альдо схватил один мешок, и нитки не выдержали.
     Золото. Много. Тысяч на... Хм... А что в остальных?
     - Придется перекладывать, - решил ун-лейтенант. - Лучше всего было бы вернуться за помощью, но не закапывать же его обратно. Спиро, возьми мушкет и смотри, чтобы нам не помешали. Господа, не надо класть в один мешок слишком много. Пересчитывать будем позже. Сувенирами прошу не увлекаться.
     Вскоре содержимое порванного мешка переложили в новый, а следующие доставали осторожно, двумя руками, и они остались целыми. Их не стали развязывать - тяжесть говорила сама за себя - и перекладывали в свои мешки целиком. Их взялись нести Квикег и матрос Спиро. Альдо и Повелители связали рукава курток и погрузили в них по два мешка. В сундуке остался один мешок. Юнги переглянулись, но ун-лейтенант уже принял решение.
     Господин мичман, вы не могли бы освободить вашу сумку? Не хочется заставлять господ юнг тащить лишнее - хватит с них лопат. Господин Алдасье... а где, кстати, господин Алдасье?
     Оказалось, что Алдасье ушел, не прощаясь. Дик не знал, куда деть эрэа Череп, но его выручил юнга Айртон. В его куртке был огромный внутренний карман, куда Дик и определил свою спутницу. Удобные все же у этих курток карманы... СПОЙЛЕРЫ

Карманы Планше, куда вошла дюжина бутылок мэтра Бонасье - одно из моих самых сильных впечатлений из "Трех мушкетеров". Хотя по карманам это далеко не предел.

     И компания тронулась в обратный путь. Отдыхать приходилось часто. Ун-лейтенант нес оба мушкета и сумку. Он пристально вглядывался в окрестности, но все было спокойно. А в ушах Айрис то и дело раздавалось странное шипение.

[Colombo]

     Добравшись до берега, счастливые кладоискатели уронили свою ношу на песок и упали сами. У берега была одна шлюпка, ее охраняло двое матросов. Ун-лейтенант привязал к шпаге красный платок и стал подавать сигналы на корабль. Вскоре от него отошла вторая шлюпка.
     Альдо подошел к Роберу.
     - Что-то у нас не сходится. Этого клада не должно было быть. Кто-то нас водит за нос.
     - А какая тебе разница? Тебе мало этого клада?
     - Именно что мало. Послушай. Наш клад больше этого в не знаю сколько раз. Этот мы дотащили впятером. Тот мы вообще не поднимем, возьмем только драгоценности, а потом... потом у нас будет свой корабль. Он у нас почти есть. Этот Аргирос - он знает опытных надежных моряков, с ними мы сможем горы свернуть.
     - Горы, говоришь? Но пока что у нас есть только доля в этом кладе. На корабль хватит?
     - Не знаю. Вообще покупать корабль Аргирос не советовал. Все равно нужно больше. Сейчас отдохнем и пойдем обратно. Времени мало. Завтра нас одних не отпустят.
     Робер подумал, что и сегодня могут не отпустить, но ошибся. Вламос ничего не имел против, только просил позвать и поискать отставшего Алдасье. Юнги очень устали и попросились на корабль. Квикег согласился на предложение повторить прогулку, усталым он не выглядел. Брать с собой лопаты Робер посчитал излишним оптимизмом, но пару пустых мешков они все же взяли. И Четверо отправились по тропе...

     На месте раскопок все было по-прежнему. Хором прокричали "Силь-ва!", но никто не отозвался. Альдо заявил, что дальше должен быть ручей, и что по нему нужно идти вверх. До ручья дошли быстро, но вдоль него тропинки уже не было. Теперь впереди шел Квикег, который как-то ухитрялся выбирать дорогу полегче. Альдо время от времени осматривал горы - видимо, искал свои приметы. Пару раз он спрашивал Робера, не видит ли тот в складках гор человеческого лица. Робер ничего такого не видел, но Квикег вдруг сообщил:
     - Тот гора смотри. Глаза, нос.
     Действительно, на верхней части ближайшего холма виднелось что-то, похожее на лицо. Дойти до холма по кустам оказалось непросто, но у подножия обнаружилась тропинка. И вела она к вытоптанной площадке, за которой начиналась скала.
     - Ну вот, - удовлетворенно заявил Альдо, - это наше место. Робер, давай ключ. Будем колдовать над входом.
     - Сейчас, - Робер размотал бинт и достал ключ. - Кто будет открывать, ты?
     - Давай я... - Альло принял ключ, приложил его к скале и громко произнес: - Сим-Сим, откройся!
     Сим-Сим не открылся. Альдо прикладывал ключ в разных местах, говорил то громче, то тише - никакого эффекта. Наконец он остановился.
     - Альдо, а ты уверен, что заклинание то самое?
     - Так мне сказали. Попроси, говорят, Сим-Сим открыться. Хочешь попробовать?
     - Пусть лучше Дикон, как-никак Повелитель Скал. Мичман Надорас, ваша очередь повелевать. Попросите Сим-Сим открыться.
     Дик положил сумку, взял ключ, приложил к скале и произнес:
     - Сим-Сим, откройтесь! Будьте так добры...
     Посыпались камешки. Серый выступ скалы стал медленно поворачиваться, открывая вход. За ним была кромешная темнота, а о факелах никто не подумал. Хотя если намотать тряпку и смочить касерой... Вроде бы у Квикега был ром. И еще одно...
     - А эта дверь - она сама не закроется? - поинтересовался Робер. - Вот мы заходим, и куда потом прикладывать ключ?
     - Дикон может остаться снаружи, если что - откроет, - предложил Альдо. - Дикон, а закрыть ее ты можешь?
     - Не знаю. Попробовать?
     - Если получится.
     Но получилось другое: неожиданно дверь закрылась сама. Край ее был неровным, но вход теперь был виден - если знать куда смотреть.
     - Ну и что дальше? - спросил Робер. - Делать факел?
     - Там свет, - вдруг сказал Квикег. Он показывал на сумку Дика. - Надорас пойти.
     - Надорас не пойти, - возразил Робер. - Надорас открывать.
     - Робертос тоже открывать, - не отступал Квикег.
     - В самом деле, Робер, - вмешался Альдо. - Попробуй теперь ты.
     Робер пожал плечами, взял у Дика ключ и приложил в том же месте.
     - Сим-Сим, откройтесь, пожалуйста.
     Дверь открылась сразу. Либо ей нравилась вежливость, либо ей не нравился Альдо. И Робер не мог отделаться от подозрения, что вежливость здесь ни при чем.

Еще одно пока последнее сказанье - но хотелось бы уже обсуждения какого-то, пожеланий там... Рискну придд положить, что в пещере ни кошки нет, и что ее вычистил кто-то из Повелителей. Очевидно, Дик обвинит Спрута, а Альдо - Ворона. А может, это выходцы? Там в сторонке куча костей от минимум трех скелетов. И не надо забывать, что по острову слоняются охотники и Алдасье. Не исключено также, что кладоискателей провожают.  

[ProstoMaria]

Эх... Графоманить - так графоманить!

Ловите отклик! Просьба не воспринимать всерьёз

Дверь полуоткрыта
Веют липы сладко
На столе у компа
Чай и шоколадка

О морях о южных
Буриме читаю
Ни фига в том тексте
Я не понимаю

Мчусь я к Монте-Фалько
Резво как кобыла
Но что было раньше
Я, увы, забыла

Тихо на террасе
Ночь к рассвету мчится
Лишь эрэа Череп
В голову стучится

Боль башку накрыла
Отдает, блин, в уши
Хорошо ль, не знаю
Что бессмертны души


А вообще ждём продолжения  !

[passer-by]

А то! Графоманство ведь не пропьёшь! Нам ли стоять на месте, в своих дерзаниях всегда мы правы, труд наш (уточняю, графоманов) есть  дело доблести и подвиг славы. Особенно, конечно, подвиг славы.

Решили сделать небольшой привал. Все уселись, улеглись, расслабились. Айрис продолжало донимать шипение. Юнга почесала ухо, в котором шипело особенно громко, затрясла головой, но шипение усилилось, появились странные звуки. Она сначала попыталась высмотреть, кто из спутников шипит, но ничего не вышло, они отдыхали и не шипели. Тут она догадалась, что это шипение издаёт сама и постучала укоризненно себя пальчиком по лбу. Внезапно шипение прекратилось и странно знакомый голос назидательно сказал: «Свои камни надо таскать с собой, а не вешать на чужие шеи».
- Без назиданий, пожалуйста, – строптиво ответила Айрис, запоздало удивившись, – а кто здесь назидает?
- Я назидаю, девочка. – Нахальный голос окреп и распоясался. – Помню, как счас, охоту на дикого вепря. Наказал (сама знаешь, кто, сама знаешь кого) и послал чудовищного вепря. Истоптал вепрь своими копытами нивы, вырвал каждый колосок, как волосок.   
Дик услышал последние слова о вепре и оживился.
- Это ты вспомгила охоту на дикого кабана?
Айрис отрицательно затрясла головой и Дик догадался, кто затеял разговор не ко времени.
- Не на кабана, а на вепря, – настаивал голос. – Кабан – это не страшно, а вот если я скажу «вепрь», то у всех мурашки забегают по спине и волосы начнут шевелиться. Само слово «вепрь» – страшное, угрожающее, хрюкающее.
- С чего это ты взяла, что хрюкает угрожающе? – Возмутился Дик за свой символ. Хрюкает, как ему и положено, на то он и кабан.
- … как волосок, – продолжал голос. – Но самый страшный вепрь – это бобыль, одинокий кабан, убеждённый кнур-индивидуалист, который пристаёт к табуну, когда свиньи свадьбу справляют. Он тогда своими страшными клыками разгоняет кнуров-парней, а сам усядется затем и хрюкает, чавкает, как когда-то Арамона на ужине в Лаик, и ему принадлежит право «первой ночи». У него страшные клыки и собак он одним ударом клыками сечёт на бефстроганов.  Если охотник увидит секача, сразу же берёт на мушку дуб или грушу и сидит там тихо, как горлица.
- Причём здесь охота на вепря? – Удивилась Айрис.
- Не перебивай! При том. Никто не может убить вепря, рассказывали, что от его лба пули отскакивают, как от каменной скалы. Почему я говорю о секаче? Да потому что, только храбрые люди могут похвастаться убитым вепрем. На охоте. Ну, там можно попутно десяток других кабанов или свиней убить, которые помельче… Но главный трофей – убитый секач. Поросят охотник чести не трогает. Убить поросёнка – это всё равно, что поймать на озере и убить спрутёнка, у которого ещё и зубы не прорезались. Стыд и срам для охотника чести. А голова секача – это…
Голос умолк, как захлебнулся. Вся компания уже поднималась, отряхиваясь от травинок и листьев. 

[AngelofBalance]

В ветвях острова, жил злой Секач, аборигены его звали Секач Башка за мощную голову, и дурной нрав. И вот этот Секач  как хороший сторожевой пёс, почуял чужаков. Ломая молодые деревца, и стуча копытами, секач вышел на тропу войны. Здесь нет места чужакам, как эти молодые проросята осмелились вступить на его владения,сейчас он их подымет на клыки. Его кожа топорщилась под мощными горами мускулов, его маленькие красные глазки пылали адским огнём расплаты. Но вот он внезапно увидел самую вкусную траву, самую его любимую травку вкуса которой он не ощущал уже несколько лун. И потом кто он такой чтоб наказывать этих чужаков, каким же он был глупцом, они ведь даже не знают, что это его остров. Подумав так секач понял насколько он мудр, и как должны быть путешественники в невежестве забрёвшие на его остров благодарны и поражены его мудростью, когда он им её предъявит, когда, о чём он только что думал? Ах да! О вкусной травке, как мудр он что вспомнил что это травка растёт только на этой части острова как...

[passer-by]

как мудрые размышления Секача прервал крик Дика:
- На грушу! На грушу!
Все засуетились, забегали, кто-то горестно причитал: «Где здесь груша? Кто видел грушу?!»
Чей-то голос назидательно и авторитетно прокричал:
- Дуб тоже подойдёт!
Любители сокровищ, бросив свою добычу, рванули в разные стороны в поисках дуба или груши. Самым удачливым оказался ун-лейтенант. Он в мгновение ока оказался на ближайшем дереве и со скоростью опытного скалолаза полез по его стволу к вершине.  Остальные тоже были не лыком шиты и мгновенно нашли себе какие-никакие, а деревца, не особенно вникая, был ли это дуб или груша. А вот Дику достался маленький кустик. Он засмотрелся на красавца-Секача, прикидывая, как бы смотрелась клыкастая голова на стене его спальни и профукал ближайшие надёжные укрытия в виде деревьев или хотя бы увесистых веток, на которые можно было вскарабкаться.
Айрис бросилась за ун-лейтенантом и пристроилась на том же дереве. Дик громким шёпотом спросил ун-лейтенанта, почему тот не стреляет из мушкетов залпом. Но ун успокоил Дика: «Да я стою на его голову, он не сопротивляется и не кусается. Да и зачем убивать животное? Может быть здесь охота запрещена». Дик услышал гнвный голос Айрис:
- Я не кусаюсь. Это моя голова, слезь сейчас же!
Уже не шёпотом Дик заступился за любимую сестру:
- Люди чести на голову даме не наступают. Слезь! И стреляй.
Чей-то голос с соседнего дерева ехидно заметил:
- А как ему стрелять, если он мушкеты бросил?
Ун-лейтенант с достоинством ответил ехидине:
- Люди чести не нарушают законов и не стреляют в беззащитных животных. Посмотрите, он мирный, любит травку, а не кровавые разборки.

[AngelofBalance]

Глупые людишки оказались знакомы с правилами вежливости. По крайней мере они забрались на деревья чтобы восславить мудрость Секач Башки. Секач даже уловил запах почтения издаваемый самыми достойнымимудрецами племени, и уважительно хрюкнул. Он подошёл к одному из деревьев где укрылись людишки, и потёрся щетиной о тяжёлый ствол. Громкий визг приветствовал эт проявление почтения, запах усилился, ну чтож коли эти поросята вежливы, он так и быть не будет никого убивать, пока С достоинством хрюкнув кабан удалился в заросли с истинно королевским величием!

[Colombo]

Секач даже уловил запах почтения издаваемый самыми достойными мудрецами племени, и уважительно хрюкнул.

Секач и взаимные знаки внимания - это круто. Но другая часть нашего сознания около пещеры Али-бабы.

     Пока народ наблюдал за поведением двери, шустрый Квикег отрезал подходящую палку, подобрал ненужный бинт и скрутил из него и травы подобие факела. Потом принялся добывать огонь. Когда дверь закрылась, народ перенес внимание на дикаря. Вскоре уже весело горел костерок. Квикег поднял голову.
     - Мало-мало свет есть. Квикег пойти, Надорас пойти. Альдос?
     - Господа! - раздался вдруг крик. - Господа, это вы! Какое счастье!
     Чувство Алдасье, появившегося неизвестно откуда, оказалось безответным, но он этого не заметил. Он шел и рассказывал, как на тропинке выбился из сил и отстал, а потом отошел в сторону и потерял сознание. Придя в себя, он стал блуждать, потерял тропинку и решил влезть повыше, чтобы разглядеть окрестности.
     - И вот, господа, я спасен! А что это вы тут делаете? Решили устроить небольшое барбекю? Ха-ха-ха!
     Робер подумал, что это уже вторая хорошая мысль от Алдасье. Альдо был явно не рад вторжению непонятного типа, а Дику и Квикегу было все равно - они думали только о пещере.
     - Господин Алдасье, - начал Альдо. - У нас здесь очень важное дело, которое хотелось бы сохранить в тайне. Мы можем рассчитывать на ваше молчание?
     - Хм... - усмехнулся Алдасье. - Я вас понимаю, как никто. Мне самому нужна помощь, и я очень заинтересован в сохранении тайны. Как говорится, мы нужны друг другу. Разумеется, вы можете рассчитывать на мою помощь... и мое молчание. Благородные люди должны доверять друг другу!
     Альдо Ракан, два Повелителя и дикарь переглянулись.
     - Хорошо, - сказал Альдо. - Не будем терять времени. Давайте приступать.
     Квикег достал фляжку и смочил факел. Робер приложил ключ и произнес Слово Сим-Сим - дверь снова начала открываться. Дик достал из сумки эрэа Череп. Квикег зажег факел и протянул его Альдо - тот нахмурился, но факел взял и решительно шагнул внутрь. Дик и Квикег последовали за ним, Робер с ключом остался снаружи - как и Алдасье, который зачарованно смотрел на дверь.
     - Санта Барбара! - выдохнул он. - Магический вход! Там внутри могут быть магические ловушки - ваши друзья имеют о них представление? Ловчие ямы, падающие потолки, самострелы в стенах...
     Робер понял, что друзей нужно срочно предупредить, однако дверь уже закрылась. Он снова приложил ключ, но Слово не подействовало - вероятно, между командами должно было пройти какое-то время. Это в лучшем случае, а о худшем Робер решил пока не думать. Чтобы отвлечься, он решил поговорить с новым знакомым.
     - Господин Алдасье, а как вышло, что вы оказались так близко к крепости?
     К его удивлению, Алдасье отпираться не стал.
     - Да я просто не очень далеко от нее отплыл. Там странное течение - сначала меня понесло в море, потом обратно. Я пытался плыть, но силы быстро кончились. Но я помню, как появились дельфины. Если бы не они, не знаю...
     Алдасье рассказывал про крепость, в которой сидел, про своего соседа, который учил его разным наукам, как соседу однажды стало плохо - Робер слушал вполуха и думал, когда открывать дверь, чтобы уж наверняка. Факела должно было хватить минут на десять, дальше оставалась магия. А Алдасье все говорил, говорил...
     - ...И тогда они бросили меня в море, но я разрезал мешок и поплыл. Но вы меня не слушаете?
     - Нет, отчего же... А они не посадили к вам в мешок ызарга? У морисков есть такой странный обычай.
     - Да, я в курсе, мне говорили. Нет, они положили большой камень и больше ничего. Сколько времени они там внутри, минут двадцать?
     Робер с запозданием подумал, что надо было сделать два факела и зажигать их один от другого - хотя сколько там у Квикега этого рома... Наконец его терпение иссякло. Он приложил к двери ключ и произнес Слово как можно вежливее. Дверь помедлила, но все же отворилась. Изнутри послышались шаги, и в двери показалась чуть почерневшее лицо Альдо. За ним вышли остальные, а Альдо схватил большой камень и вставил во вход, не давая двери закрыться.
     - Альдо, она так может сломаться, - заметил Робер.
     - Да пусть хоть... - Альдо не находил слов. - Какая разница, если там ничего нет?
     - Совсем ничего? А вы хорошо искали?
     - Это перед нами хорошо искали! Пещера маленькая, в стенах ниши, в них ничего нет! Хотя видно, что там что-то было. Мы простучали стены и даже пол - больше ничего!
     Алдасье да Сильва понимающе покивал головой.
     - Я слышал о таких пещерах. Действительно, ценности закладывают в ниши, а потом замазывают. Но магический вход - здесь трудился настоящий маг, такой как мой... - он остановился.
      А Роберу пришла в голову мысль, и не одна.
     - Дикон, а что там с твоей магией? Прошлый раз она была очень кстати.
     - Ничего, я ее спрашивал. Говорит, там давно ничего нет.
     - Давно - это сколько? И потом, кто-то говорил, что эту дверь может открыть только Ракан или один из Повелителей?
      - Ну конечно, это Спрут! - воскликнул Дик. - Наверное, ключей было несколько. Точно, эта мокрица пролезла сюда и все изгадила!
     Альдо страдальчески сморщился. Квикег сложил ладони и поклонился. Алдасье присвистнул. Робер понял, что легенде об Альдосах и Робертосах пришел конец.
     - Как же все-таки тесен мир, господа, - проговорил Алдасье. - Как минимум один Повелитель. А может и... Кстати, Алдасье да Сильва - это моя настоящая фамилия.
     - Господин Алдасье, - начал Робер. - Вы, помнится, обещали хранить тайну. Меня зовут Робер, а мою настоящую фамилию вы, скорее всего, знаете. Но вот наш спутник - не стоит посвящать его в подробности...
     Квикег решил прояснить ситуацию.
     - Моя много-много понимай. Надорас второй голова служи - сильный колдун! Надорас дверь открывай, Робер дверь открывай - сильный колдун.
     А Альдо дверь не открывай, мысленно продолжил Робер. Слабый колдун. Или совсем не колдун? Вместо магии взял и вставил глыбу... А для Квикега мы просто сильные колдуны, вряд ли он знает про Повелителей. Хотя...

[passer-by]

Хотя он что-то уж слишком понятливый, ишь, как распорядился: кто тут колдун, а кто не колдун.
- Дикон, – Альдо решил отвлечь ненавистника Спрутов от поклёпных мыслей, – нам не мешало бы запастиcь провизией. Думаю, надо бы поохотиться, наверняка здесь водятся дикие козы. 
- На диких коз охотятся только браконьеры,  – возразил Робер. – Это занятие не для людей чести.
- Моя не понимать браконьер. – Квикег озадаченно уставился на Робера.
- О, браконьер – это такой человек, – пустился в объяснения добросердечный Робер, – но только внешне: у него, если начинать снизу, – две ноги, живот, грудь, две руки, буркалы, голова, а на голове картуз или шляпа. В буркалах (у благородных эров эти штуки называются глазами) нет ни радости, ни печали, одни только хитрости. У эров глаза смотрят, а у браконьеров буркалы бегают. Сердца у браконьеров нет. Вместо сердца у него мешочек с мышцами.
- Вам никогда не приходилось видеть браконьера за его подлой работой, - каким-то странным невыразительным голосом заговорил Дик, – но вы не представляете себе, как может хлопать он своими буркалами, когда козочка смотрит на него печально-печальными, полными слёз глазами и умирает. И как жаль, что её благородство не позволяет ей плюнуть тому зверю прямо в буркалы.
- А на самцов-козлов тоже охота запрещена? – Альдо не терял надежды запастись мясом, представляя костерок и поджаристые кусочки мяса..
- Нет, козлов можно отстреливать, только тут тоже есть закорючка.
- Какие закорючки? Моя снова не понимать ваших крючков. Если можно , так почему не идти? Уже и Квикег загорелся идеей добыть мяса для шашлыков.
- А как ты его в недобрый час разберёшь, – засомневался Робер, – если оно мимо тебя не ползет, а расстилается, летит, и на мушке оно у тебя одно мгновение, скажите, как ты разберешь, коза или козел мчит?!
В разговор снова вмешался Дик:
- Я, как колдун, разберусь. Только слушайте мою команду. – Дик почувствовал себя полководцем перед решающей битвой. – Проверить оружие.
Все посмотрели друг на друга. Квикег потряс гарпуном, с которым никогда не расставался, Робер покрутил перед носом Дика пистолетом, Дик  показал ему небольшой ножичек для вскрытия писем. Альдо порылся в карманах и вытащил припрятанную корочку хлеба.
- Хорошо, – подытожил Дик. – Ни пуха, ни пера.
Все, кроме удивлённого Квикега, трижды сплюнули.
Охотники растянулись цепочкой и двинулись в лес. Что было дальше, в точности уже никто не узнает. Подробности охоты столько раз потом пересказывались, уточнялись, изменялись, добавлялись, восхвалялись, что… Но наиболее яркие эпизоды козлиной охоты уже навсегда запечатлелись для потомков.
Итак, охотники оказались удачливыми. Причём благородство, присущее людям чести, было с блеском продемонстрировано во время охоты.
Как рассказывал Альдо, он своим зорким глазом заметил, что где-то в кустах что-то шелестит. Он тут же вытащил  корочку хлеба и, протянув её в руке, закричал: «Киз-киз-киз!» Оно, конечно же, остановилось. Он заботливо спросил: «Ты коза или козёл?» Оно сразу же ему: «Я коза! А козёл позади меня топает. Туда гляди!» Из кустов высунулись рога и Дик скомандовал Роберу: «Пли!!!» Робер попал точно между глаз матёрого козлищи. Это был первый козёл. Второй оказался хитрецом и чуть-чуть не ушёл. Тут уже отличился Квикег.
Увидев очередное шевеление в кустах, Альдо протянул остатки корочки, но на его призыв: «Киз-киз-киз» оно остановилось и замекало басом: «Я коза!» Но Квикег в одно мгновение заметив рожки и бороду, метнул гарпун. Дик, рассматривая второго козла,  радостно заметил:  «Хорошо, что он не побрился, а то ушёл бы».
Итак, мясом запаслись, пора было уходить.

[Colombo]

     Безотказный Квикег взвалил на плечи козла побольше, Робер - того, что похитрее, и они зашагали вниз, к побережью. Тропа нашлась быстро, на берегу была одна шлюпка - ждали только их. Козлы вызвали живой интерес: другая команда охотников обнаружила стоянку пастухов. Они купили пяток коз по дешевке, и им не пришлось тащить мясо на себе.
     - А ослы здесь есть? - неожиданно поинтересовался Алдасье.
     - А где их нет? - хмыкнул матрос. - А если ваша милость про четвероногих - говорят, предлагали, даже дешевле, но наши брать не стали. Это козу погнал - и она пошла, а с ослом договариваться надо...
     - Да, я понимаю, - вздохнул Алдасье. - Приходилось, знаете ли...

     На корабле все было спокойно. Ун-лейтенант Иван встретил гостей и поздравил с удачей - он ведь не знал про пещеру и чем закончилось ее посещение. Он передал приглашение капитана посетить кают-компанию, куда все и отправились. Вслед ними туда же вскоре вошел и капитан.
     - Добрый вечер, господа. Господин Альдос, вы являетесь обладателем карты, на которой был показан клад. И перед нашей экспедицией вы, помнится, предлагали определенную часть этого клада за доставку вас на место.
     Робер увидел, как у Дика вытянулось лицо. Он понял, что будет дальше: капитан потребует оплатить обратный путь и кто знает что еще... Альдо пока молчал, и после паузы капитан продолжил:
     - Разумеется, сюда следует включить доставку вас обратно, охрану вашей собственности и, возможно, что-то непредвиденное. Что касается дележа - я, как представитель командира эскадры, с которым вы договаривались, не могу без его согласия обсуждать размер вашей и нашей доли. Но если вас устраивает доля, названная вами, вы можете получить ее в любое удобное время. Хотя не думаю, что вам будет удобно держать ее у себя в кубрике - как-никак... Да, я забыл - мы все взвесили, там на миллион и двести тысяч талов, но можно пересчитать и в кобрии. Монеты разные, мы не стали заниматься сортировкой.
     Капитан не стал больше ничего говорить. Он ждал, что скажут гости. Робер прикинул, что если поделить на троих... Постой, а кто сказал, что будут делить? Карту покупал Альдо, с адмиралом договаривался Альдо. Копали, правда, все, а без подсказки эрэа Череп они бы запросто промахнулись мимо сундука.
     Молчание нарушил Альдо. Он просто поблагодарил капитана и попросил пока держать деньги у себя. Капитан заверил, что у него они будут в полной безопасности. Он, Никос Бекиарис, понимает, что распределение средств требует времени и ни в коем случае никого не торопит. Но приглашает выпить за успех.
     Предложение не встретило возражений, и вскоре на столе уже красовались бутылки в оплетке и бокалы, неожиданные на военном корабле. Ун-лейтенант начал наполнять бокалы, а вестовой быстро притащил хлеб и сыр.
     - Это "Кровь" или "Слёзы"? - поинтересовался Дик.
     - Ни то, ни другое, молодой человек. Это розовое кантабрийское. Оно издалека, точнее - из-за океана. Итак, за наши успехи!
     Робер попробовал - вино было похоже не кэналлийское, но в нем были и другие оттенки, которые как будто сменяли друг друга. Рядом столь же медленно втягивал вино Квикег. Альдо уже ставил пустой бокал на стол, остальные тоже решили не тянуть.
     - Великолепное вино! - воскликнул Алдасье. - Я вам завидую, господа - вы отправляетесь туда, где делают такое чудо! Капитан, а сколько оно стоит?
     - Точно не знаю, - ответил капитан. - Мы его получили как плату за работу. Понимаете, в этих водах попадаются пираты. Купцы договариваются с Орденом, те конвоируют. А этот корабль отстал от конвоя, и мы явились как раз вовремя...
     Робер подумал, что если за океаном умеют делать такое вино, то там есть чему поучиться. И согласятся ли они обращаться в истинную веру - может быть, у них есть своя, не хуже? Впрочем, с такими деньгами Альдо может и отказаться от дальних странствий.

Не знаю, насколько затянется пирушка. Сейчас козлятинки краденой поджарят...