Нарушение кровной клятвы. Вопросы и рассуждения

[Annie]

Полная цитата:
СПОЙЛЕРЫ

Мой государь, Дом Молнии верен Дому Раканов, и порукой тому моя Кровь и моя Честь. – Крови пока хватает, а вот чести не осталось, теньент Эпинэ вышвырнул ее по приказу деда в канаву, даже не поняв, что творит. Честь, присяга, клятвы... Слова, которые для одних значат все, для других – ничего.

– Мы верим Повелителю Молний, – обрадовал Альдо замершего Дракко. В последнее время сюзерен предпочитал общество Дика и Айнсмеллера, а сам Робер, к вящей радости Никола, превратился в заправского южанина. Юг и север... Раньше это было просто Талигом.

– Что прикажет мой государь? – чужие слова, пустые, сухие, как змеиная кожа.

– Твой конь пойдет рядом с нашим, – возвестил сюзерен. Закатные твари, и как только Арчибальд сочинил этот бред? Сарассан с многосмертным бароном помогли, что ли? С этих станется!

– Я следую за моим государем, – покорно закончил ритуал Иноходец и развернул Дракко, одновременно заставив шагнуть вбок, чтобы пропустить Рокслея и Мевена с королевскими линарцами в поводу.

– Ваше Величество, – обрадовал герольд-распорядитель, – впереди – Дом Волн. Его глава жаждет предстать перед государем.

– Пусть герцог Придд приблизится. Мы желаем его видеть, – те же слова, те же жесты, только музыка другая. Если что сегодня и удалось, так это погода и марши.

– Повиновение королю! – Помощник герольда отделился от свиты и тяжелым коротким галопом поскакал к серой статуе. Повелитель Волн опять заявился в трауре, и траур этот отдавал не скорбью, а вызовом. Кому? Ричарду Окделлу или всему миру?

Заиграли трубы, и серебристый мориск по-оленьи сорвался с места. Роскошный конь! Если б Альдо ездил вполовину так хорошо, как Придд! Но лошадь, шпагу и гитару нужно чуять. Иначе учись не учись – выше курицы не взлетишь.

– Повелитель Волн явился на зов своего государя, – возвестил герольд-распорядитель тупым голосом. Почему равнодушие так часто принимают за величие, слабость – за доброту, а наглость за смелость? Волки не лают, а левретки не молчат.

– Мы слушаем герцога Придда, – сюзерен очередной раз тронул венок из королевского кедра, словно проверил, не упал ли.

– Мой государь, Дом Волн верен Дому Раканов, и порукой тому моя Кровь и моя Честь.

Ну и ледяная же бестия, но Спруту с Раканами по пути. Придды ничего не должны Олларам, кроме смерти. Началось с убийства Эктора, кончилось гибелью семьи.

– Мы верим Повелителю Волн, – именно так отвечали древние анаксы своим эориям. И укрепляли доверие заложниками и подачками.

– Что прикажет государь? – Придд знал ритуал назубок, Альдо мог быть доволен. Рвущиеся из души чувства портят память, хитрость и равнодушие ей полезны.

– Твой конь пойдет рядом с нашим, – произнес сюзерен, и Рокслей с Темплтоном повели королевских скакунов дальше мимо занятой оркестром галереи.

– Я следую за государем, – подтвердил Повелитель Волн. Серый мориск встал слева от Дракко. Молния, Волны, Ветер, Скалы...

Повелители равны друг перед другом и своим господином. Равны... Не предавший Фердинанда Алва, замысливший измену Эпинэ, обожающий сюзерена Дикон, непонятный, скользкий Придд. Четыре стихии, четыре судьбы, что у них общего, кроме Излома?

Линарец Альдо поравнялся с оркестром, и седой маэстро красиво опустился на колени, умудрившись не прерывать дирижирования. Зимнее солнце плясало по бросившей вызов золоту меди, барабаны и скрипки клялись в верности и сулили победы, но гитара без струн глушила грохот оркестра.

Рокслей замедлил шаг, из-за увитой зеленью балюстрады выскочили нарумяненные детишки в звездных платьицах, под ноги лошадям посыпались цветы и блестки, в небо взмыла очередная голубиная стая. Музыканты резко сменили ритм, заиграв нечто грозное и плавное, потом вступил хор – Робер не сразу сообразил, что поют на гальтарском. Альдо слушал, по-императорски скрестив руки на груди. Так вот почему лошадей анаксов водили под уздцы!

Торжественные аккорды затопили площадь, словно дым невидимого пожара. Ветер играл мишурой и блестками, осыпая замерших коней и мертвые цветы. Алая искра каплей крови дрожала на парике Матильды, сама вдовствующая принцесса смотрела поверх разукрашенной гирляндами стены – там, за горизонтом, был Алат. Сильная молодая рука вцепилась в золотые оборки, словно в уздечку, – Матильда его избегает. Почему? Уж не потому ли, что решила – это маршал толкает своего короля в пропасть?

Грохот барабанов слился с пушечными залпами, громко и слитно ударили колокола Святого Фабиана, ставшего Святым Аланом. Учитель, закрывший собой воспитанника, рыцарь, схватившийся за кинжал, кто из них более свят?

– Слава королю! – возвестил хор. – Слава и Вечность!

Поводыри повели коней навстречу Ветру и Скалам, но Ветра нет, и Дику придется ехать конь о конь с Валентином. Музыканты проводили кавалькаду бравурным маршем, из-за галереи показалась лиловая шеренга, обрывающаяся пронизанной солнцем пустотой.

– Что это значит? – Альдо осадил вскрикнувшего от неожиданной боли коня. – Отвечайте.

Отвечать было некому. Церемониймейстер Берхайм, обгоняя кортеж, мчался в Ноху, герольд-распорядитель с ужасом таращился на дыру, разделявшую лиловые и черные мундиры. Средь серых каменных плит вспыхнула, резанула по глазам сумасшедшая синяя искра. Кинжал! Кто-то воткнул его в щель, кто?!

– Принесите. – Альдо уже владел собой. Что-то буркнула, перехватывая поводья, Матильда. Дуглас Темплтон кивнул и быстро выдернул клинок.

– Дайте. – Руки сюзерена схватили сверкающую сапфирами рукоять, ничего не случилось. – Кто знает это оружие?

– Я, – на лице Валентина Придда не дрогнул ни один мускул. – Это кинжал Борраска, я полагал эту вещь достойным подарком в столь знаменательный день.

– Этот кинжал воистину бесценен, – глаза Альдо вспыхнули, – но как он оказался на плацу?

– Мой покойный отец считал необходимым изучение гальтарских манускриптов. – Повелитель Волн казался слегка удивленным. Словно ментор, которого спросили, почему ночами жгут свечи. – Согласно статуту Эрнани Святого, если герб Дома не разбит, но его глава не может присутствовать на важной церемонии, на том месте, где он должен стоять, вонзается в землю родовой клинок.

«Никто не может заменить никого, никто не может занять ничье место. Это оскорбляет анакса и весь мир». Так пишет Павсаний-старший. Мне казалось, его труды легли в основу сегодняшней церемонии. Я ошибся?

– Нет, – нахмурился Альдо, – ошибся Берхайм. Мы благодарим герцога Придда за исправленную ошибку.

– Я не предполагал, что у господина церемониймейстера нет трудов Павсания, – поднял бровь Спрут. – Граф Берхайм представлялся мне как главе Дома и заверил меня в том, что помощь ему не требуется.

– Берхайм переоценил свои знания, – скривился Альдо. – Герцог, предотвратив извращение древних обычаев, вы оказали нам большую услугу. Мы награждаем вас орденом Эвро, о чем будет объявлено на большом приеме.

– Дом Волн верен своему слову, – глаза Спрута стали жесткими. – Моя Честь и моя Кровь принадлежат моему королю и моему королевству.

– И знания тоже, – сюзерен явно сделал стойку на наследство Вальтера Придда. – Мы хотим знать историю клинка Борраска. Как вышло, что он хранился в Доме Волн?

– Он напоминал о нашем долге Дому Ветра, – холодно пояснил Валентин, – я намеревался его отдать. Теперь это проще, и я заплачу. Сполна.

Получается, что в первой фразе Валентин говорит про Дом Волн, а во второй за себя.

[Holiday]

Так ведь Альдо не Ракан, он не имеет никаких прав распоряжаться Гальтарой и древними реликвиями. Его клятва с самого начала была «ниачём».

Но клятвой быть не перестала...
Если некий эорий кровью поклянется снять с неба Луну, рассуждать о невозможности или отсутствии прав будет бессмысленно...

Угу... "Любимая, я подарю тебе эту звезду" 

Однако, судя по тому, что бумсик не случился, Абсолют по какой-то причине счел эту клятву, либо исполненной, либо недействительной.
Он ведь формалист, этот Абсолют.
Как вариант: Клянется Альдо отдать принадлежащие ему реликвии Раканов. Абсолют проводит инвентаризацию наличия этих артефактов в собственности Альдо. Результат = 0.
Когда пришло время исполнять клятву, отдал Альдо гоганам тоже 0.
  Дебет с кредитом сошелся. Все ОК.

[Annie]

А он - точно Ракан?

Тогда по-другому: Рокэ уверен, что он Алва?

[фок Гюнце]

Однако, судя по тому, что бумсик не случился, Абсолют по какой-то причине счел эту клятву, либо исполненной, либо недействительной.
Он ведь формалист, этот Абсолют.
Как вариант: Клянется Альдо отдать принадлежащие ему реликвии Раканов. Абсолют проводит инвентаризацию наличия этих артефактов в собственности Альдо. Результат = 0.
Когда пришло время исполнять клятву, отдал Альдо гоганам тоже 0.
  Дебет с кредитом сошелся. Все ОК.

А он не случился? Альдо нарушил клятву кровью, в Олларии начало что-то происходить... И что потом произошло?
В любом случае, за это нарушение клятвы пострадать должен был лишь болтливый эорий. Лично.
конечно, можно было ожидать, казалось бы, что и родовое гнездо пострадает, вот только где у Сэц-Приддов, этой голи перекатной, родовое гнездо?

[Лилиет]

Мне казалось, Алва действительно считает себя Повелителем Ветра...

А насчет клятвы Альдо - ой, неспокойно мне что-то. Сбег крыс из Олларии - не последствия ли и этого в том числе?

[фок Гюнце]

А он - точно Ракан?

Тогда по-другому: Рокэ уверен, что он Алва?

что-то бойко он про Альбина Борраска рассказывал для неуверенного... 
Опять же, регалии Дома носит...
Хотя с регалиями - вопрос есть, причем весьма серьезный.
Герцогская цепь Алва - с черными ройями, а то, что носит Алва - серебряная цепь с сапфирами -  подозрительно похоже на знак, пожалованный Рамиро Алве Эрнани Последним.

[Holiday]

А он не случился? Альдо нарушил клятву кровью, в Олларии начало что-то происходить... И что потом произошло?
В любом случае, за это нарушение клятвы пострадать должен был лишь болтливый эорий. Лично.
конечно, можно было ожидать, казалось бы, что и родовое гнездо пострадает, вот только где у Сэц-Приддов, этой голи перекатной, родовое гнездо?

В Олларии начало что-то происходить задолго до этих событий.
  Меня в этом плане больше смущает агарисская расправа над гоганами.
"— Если ничего не выйдет, значит, правнуки Кабиоховы не исполнили своих обязательств и заплатят неустойку".

[Elendil]

Хм... а что, "раканство" Рокэ еще оспаривается? Впрочем... если оно и в самом деле окажется пшиком, я только сниму (виртуальную - не ношу я их) шляпу перед Автором за неожиданный поворот

Рокэ... ИМХО, если не знает, то догадывается. Его размылшения о "проклятости" - можно было бы списать на то, что "я и правда - избранник Леворукого", но есть ведь еще и "два раза могло быть совпадением, но в третий..." В принципе, сюда же можно было бы присовокупить и слова Рокэ на суде про то, что "с чего вы взяли, что господин в белых штанах имеет отношение к Раканам?" - но это может быть и просто осведомленность о происхожлении Альдо.

В любом случае... видимо, подозревать осведомленность Валентина насчет Раканов оснований все же нет - "моему королю и королевству" и в самом деле звучало, а дальше достаточно просто знать, что Альдо - не Ракан, и тогда действия против него никак не нарушат клятву.

Правда, тогда другое... кровью клясться НЕИЗВЕСТНОМУ Ракану - это тоже как-то опасно... а ну как окажется, что истинный Ракан - какой-нибудь дриксенский офицер?!

[фок Гюнце]

Рокэ... ИМХО, если не знает, то догадывается. Его размылшения о "проклятости" - можно было бы списать на то, что "я и правда - избранник Леворукого", но есть ведь еще и "два раза могло быть совпадением, но в третий..."

  А почему из этих слов следует принадлежность к Дому Раканов?
Проклятие Ринальди звучало так:
Пусть твое последнее отродье четырежды пройдет то, что по твоей милости прохожу я!..  Да падут эти проклятья на твою душу, Эридани Ракан. где б она ни была, на твою душу и души всех твоих сообщников!
Соответственно, объектом проклятия оказывается последний потомок любого из Домов, осудивших Ринальди.

[Holiday]

А почему из этих слов следует принадлежность к Дому Раканов?
Проклятие Ринальди звучало так:
Пусть твое последнее отродье четырежды пройдет то, что по твоей милости прохожу я!..  Да падут эти проклятья на твою душу, Эридани Ракан. где б она ни была, на твою душу и души всех твоих сообщников!
Соответственно, объектом проклятия оказывается последний потомок любого из Домов, осудивших Ринальди.

Так ведь в книжке наблюдается толпа этих самых  "последних потомков", однако проклятье раз за разом лупит по Алве.  С чего бы?

[фок Гюнце]

А почему из этих слов следует принадлежность к Дому Раканов?
Проклятие Ринальди звучало так:
Пусть твое последнее отродье четырежды пройдет то, что по твоей милости прохожу я!..  Да падут эти проклятья на твою душу, Эридани Ракан. где б она ни была, на твою душу и души всех твоих сообщников!
Соответственно, объектом проклятия оказывается последний потомок любого из Домов, осудивших Ринальди.

Так ведь в книжке наблюдается толпа этих самых  "последних потомков", однако проклятие раз за разом лупит по Алве.  С чего бы?

/*Испуганно оглядывается, вертит головой*/ Где? Где толпа? В Доме Молний, где все неясно? Или в Доме Волн, где любой потомок  - приддпоследний?

[Holiday]

Ричард, Робер, Ойген и Жермон - последние в роду.
А чего там неясно с Домом Молний?

[фок Гюнце]

Ричард, Робер, Ойген и Жермон - последние в роду.
А чего там неясно с Домом Молний?

/*Задумчиво*/ Это который Ричард? Тот, который вступил в какой-то конфликт с сержантом Дювье?
А тут столько рассказывали про Давенпорта...

А в чьем роду последний Жермон?
И Ойген?

А с домом Молний мне неясен некий Чезаре Марикьяре...

[Elendil]

Эр фок Гюнце, признаюсь - с такой точки зрения я на формулировку Проклятия Ринальди не смотрел. Но... ИМХО, это было бы чрезмерным усложнением сущностей, и если бы Алва оказался... а кто он тогда, кстати? - ну да не суть важно... Повелителем Ветров он быть не может, или вы и насчет Жермона еще сомневаетесь, даже после смерча?

Да, вот кстати о Робере, спасибо эрэа Holiday, ассоциация пошла... ведь был же сон, в котором Алва "за какими-то кошками пытался отыскать своих вассалов, а нашел почему-то вашего друга Эпинэ". Или это по ведомству "бывают же и просто сны"?..

[фок Гюнце]

Эр фок Гюнце, признаюсь - с такой точки зрения я на формулировку Проклятия Ринальди не смотрел. Но... ИМХО, это было бы чрезмерным усложнением сущностей

А игнорирование последних слов Ринальди - изменением смысла...