Возникла мысль – проанализировать поведение Никола Карваля в последней части «Шара Судеб» абстрагируясь от мистики, фентези и фактора читательского «послезнания», а лишь с точки зрения здравого смысла и прикладной психологии.
Итак – как можно реконструировать подоплеку действий Карваля исходя из того что мы о нем знаем. Для начал –что мы о нем знаем? Что же он из себя представляет? Выделим так сказать сущностные черты образа…
Для начала –Карваль как известно не талигоец (талижец, талигец). Он житель и патриот герцогства Эпинэ (и даже более того –не целиком а лишь части).
Не «фанат незалежой Эпинэ» как было сказано в одной из тем, может быть (он вообще человек очень спокойный и рассудительный), но человек для которого Эпинэ первично, а все остальное --третично-пятично-десятично…
Но что наверное важнее – он еще и если можно так выразиться «патриот» своего сеньора.
Он может спасать Талиг или не спасать Талиг (точно по армейскому анекдоту: «Могу копать, могу и не копать») может сажать анакса на престол или участвовать в заговоре против него – в любом случае его верность принадлежит не Олларам или Раканам –а только Роберу.
Попутно его происхождение и убеждения значат еще одно –на все эти явления, институции и людей он смотрит без шор на глазах –ни ненависть ни любовь не мешают ему трезво оценивать ситуацию.
Скажу больше –скорее всего к пониманию того что Альдо так или иначе свернет шею он пришел задолго до своего сюзерена и поэтому видимо был внутренне готов к выбору Робера.
(В сторону –кстати – видимо именно этим объясняется успех выходцев с окраин –вроде Сталина, Франко и Бонапарта –в политической карьере –ибо они рассматривают ситуацию как бы снаружи –но вместе с тем не совсем, и зная и понимая общество в котором живут, судят о нем куда трезвее так сказать автохтонов).
На практике это значит… да многое значит –например что для Карваля Ричард Окделл –не Повелитель Скал, не какой-то там любимец анакса, и уж подавно не «Людь Чести»
--а прежде всего глупый юнец не на своем месте.
И напоследок возвращаясь к взаимоотношениям Никола-Робер, отмечу, что больше они напоминают не классические отношения сеньора и вассала, а скорее отношение неглупого и преданного слуги к хозяину –слуги убежденного что его долг –ограждать хозяина от ненужных забот и лишнего знания, и вообще –все больше начинающего думать что он лучше понимает –чего требуется «барину».
Далее –на свою должность он как мы помним попал из младших пехотных офицеров.
А ступень-лейтенант- капитан в армии описываемого времени – это фигура достаточно специфическая – сильно отличающаяся не только от современных капитанов и лейтенантов массовых армий, но даже от офицеров ХIХ века.
Если образно –это не капитан Тушин а скорее «капитан Сорвиголова».
Эта категория офицеров пожалуй в наибольшей степени должна была «
Понимать свой маневр»(Суворов А.В.).
Если военачальники рангом повыше играют в классические шахматы, то люди вроде Карваля разыгрывают «сеанс одновременной игры» -где быстрота решения важнее его безупречности. Причем вместе с тем грубая ошибка как правило тут же влечет санкцию в виде удара кирасирского палаша по башке или вражеского багинета в животе.
Так что там как в еще одном бородатом анекдоте «дураков не держат». То есть перед нами с одной стороны человек по определению неглупый, с другой –быстро соображающий.
И если условно говоря перед ним окажется любой противник –вплоть до какой-нибудь мармалюки или «Кладбищенской Лошади» то он по должности обязан или немедля «нещадно аркебузировать» (термин нашего XVII века) означенную нечисть или что вероятнее: столь же немедленно командовать отступление – но не ждать распоряжений от вышестоящих и не строчить реляции в штаб с просьбой прислать экзорциста с бочкой святой воды.
Другая сторона этого вопроса – Карваль по определению тактик а не стратег – причем переучится у него просто нет времени.
Конечно это не тот случай когда, перефразируя Бёрнса
«Анакс лакея своего назначил генералом», но ни анакс ни даже сам Астарп с Леворуким не назначат тактика –стратегом.
Наконец –офицер соответствующей эпохи это еще и как правило хороший психолог – практик: он просто по статусу обязан разбираться в людях, и быстро составлять представление о любом из подчиненных – от тьенента до кашевара в плане что он из себя представляет и на что способен.
В этой связи опять же предположим что Дикон в плане ожидания от него пакостей для Карваля был почти открытой книгой.
Вряд ли конечно тот хоть незначительно подозревал – какую свинью Повелитель Скал всем подложит, но видимо предчувствия в духе: «С этим ызаржонком мы еще наплачемся кровавыми слезами» посещали его задолго до…
Суммируя все вышеизложенное попробуем проанализировать действия Карваля в финале «Шара Судеб».
Итак
акт первый. Само собой то что сделал Дикон «за пределами всего», к тому ж для «продукта феодальной эпохи», каким является Карваль покушение на монарха – все равно какого --само собой разумеется подлежит однозначной каре.
Но на это еще накладывается ярость верного вассала, сеньору которого обеспечили крупные неприятности, грозящие расставанием с головой и гибелью дела за которое тот борется. И то что это сделал можно сказать лучший друг ярость эту удваивает.
В сравнении с этим даже мелкие проблемы какие при неудачном развитии событий ждут его самого для Караля второстепенны.
И можно предположить что приступая к розыску Окделла, Никола с самого начала решил для себя: убить его «при попытке к бегству» или «оказании сопротивления», одновременно и избавив сеньора от моральных терзаний по поводу необходимости казнить друга. Да еще -- разделавшись с тем кто по принципу «семь бед –один ответ» может сказать на процессе что то могущее повредить Эпинэ, и вообще «нарушить гражданский мир» в Олларии-Ракане, охранять который Никола как-никак обязан по должности.
(Затем чем черт не шутит –можно с помощью верных людей даже спрятать труп несостоявшегося хозяина Надора, и все –как говориться нет тела –нет дела).
Акт второй.И вот тут на мушку –в прямом и переносном смысле и попадает эр Август.
Отношения Штанцлер-Карваль –тема отдельного разговора. Скажу коротко –лично я не думаю что между ними было что-то конспирологическое (как предполагали на данном форуме) помимо нормальных отношений двух сановников –по крайней мере что-то существенное.
Более того – видимо давно уже светлую голову коменданта Раканы-Олларии посещала мысль что проблему под названием "Август Штанцлер" нужно так или иначе --но решить. (И те соображения которые озвучивал Ричард уже в лапах ребят Дювье –что де содержимое головы Штанцлера представляло для страны большую ценность, над тактиком Никола власти не имели. Даже если что-то такое и пришло бы ему на ум –но опять же выражаясь казенно, непосредственные выгоды от устранения эра Августа заведомо перекрывают в его глазах возможную пользу от него в будущем.)
А тут еще явные и несомненные как ему кажется доказательства того что на убийство Катарины Ариго ызаржонка подвиг старый ызарг.
Одним словом, при виде Штанцлра у генерала срабатывают армейские рефлексы – перед ним давний и несомненный враг.
Возможно даже в тот момент в голове Карваля возникает как вспышка молнии простой и очевидный план – убить Штанцлера а потом тут же разобраться с Окделлом – спихнув труп экс-кансильера на Дика, а возможно даже обставив дело так что оба мерзавца поубивали друг друга.
Но дальше инстинкты уступили место рассудку. Ибо если первая мысль была как говориться –одним выстрелом двух зайцев, то потом –почти сразу –пришло понимание того что дело пожалуй не выгорит. Ибо два столь важных мертвяка в одном месте вызовут если не гласное разбирательство, то тайное и тщательное расследование.
Поэтому после краткого раздумья он решает --убить экс-кансильера (возможно инстинктивно выбрав дичь покрупнее --как если бы в разгар боя, допустим, он опять же инстинктивно выбрал бы из двух вражеских офицеров того кто старше по чину).
Акт третийЗатем у барона Карваля возникает гениальное в своей простоте решение – если от проблемы под названием «Ричард Окделл» нельзя избавится также как от проблемы «Август Штанцлер» то её можно просто отложить на потом – вывезя означенного герцога из столицы, где либо спрятать до времени под охраной верных людей, либо опять же прикончить.
Так что вопрос ставившийся на форуме – «зачем Карваль вывозит Дика» можно объяснить именно этим – генерал отложил решение проблемы Повелителя Скал до лучших или подходящих времен –и мистика с политикой тут не при чем.
Акт четвертыйЧто дальше? Не забываем – Карваль человек может и простой да не дурак, как уже отмечалось –и вряд ли за время генеральства у него не возникло каик-то завязок за пределами «Кольца Гальтары» --скажем один-два надежных человека в неприметном домике. Кроме того – возможно над захидником пардон –эпинийцем Карвалем –к тому же человеком практическим и приземленным –не так уж сильно тяготеют предрассудки насчет того что Повелителей нельзя убивать – напротив он вполне может предположить что мир как –нибудь выдержит если некоего юнца полоснуть кинжалом по горлу – пусть даже с соблюдением так сказать «техники мистической безопасности». Не забываем – Карваль в очень малой степени сталкивался с потусторонними силами –причем его практицизм вполне мог помешать ему правильно оценить имеющееся знание. Он даже мог в принципе подобрать тому что знает –а знает он весьма немного – вполне земное объяснение, или на худой конец счесть что "
Если нельзя но очень хочется –то можно". Ну а учитывая то, как не раз удивляла нас Вера Викторовна парадоксальными поворотами сюжета –за жизнь Дикона я бы не поручился и денег на его выживание бы не поставил (своих личных по крайней мере).
Акт пятый…
Автор
Авторизирован
И потом, между его входом в комнату, выстрелом и приказом взять Дика проходит несколько секунд - успел бы он столько планов в уме перебрать?..
Но качательно хладнокровный -- что есть то есть. Время нужно считать с момента когда Окделл забрался в особняк и застал Штанцлера с Карвалем -- для человека привыкшего к ситуациям вроде: "Драгуны на левом фланге, дистанция пятьсот шагов" времени вполне достаточно. 
