Карандаш

[passer-by]

2prince_bundle

А ночь все равно растерзаешь тоской... Кривая фраза. Бедная тоска, которой лиргерой растерзываешь несчастную ночь.

Простите мою несдержанность, уважаемый, но можно сказать, что моё терпение потеряло всякую галантность. 

Это замечательный, очень ёмкий образ. Представьте, что речь идёт о тоске, от которой невозможно укрыться даже во сне, потому что не удаётся уснуть. Ну, это так, объяснение по-простому, чтобы Вам, уважаемый, было понятнее.  Здесь в этом образе гораздо больше красок.  Поэтому хорошо бы Вам быть поосторожнее в своих оценках там, где Вы ни черта не понимаете. Ещё раз прошу меня простить. 

И добавлю. Все стихи Жака - это разноцветие радуги, но в них не просто 7 цветов радуги, а и огромное количество оттенков, иногда после первого прочтения и не все разглядишь, надо прочесть ещё, чтобы вникнуть.
Извините, эрэа Жак, что вторглась. 

[prince_bundle]

Это замечательный, очень ёмкий образ. Представьте, что речь идёт о тоске, от которой невозможно укрыться даже во сне, потому что не удаётся уснуть.

Видите ли, мне не хотелось, чтобы Кай тосковал так сильно. К тому же, мне показалось, что Герда все-таки приехала.

[Yaga]

Эрэа Жак, опять замечательные стихи и захватывающая проза! Огромное Вам спасибо. Перечитала еще раз стихи - чудесные...

[passer-by]

2prince_bundle.

Не сочтите за труд, прочтите стихи Laikalasse "В наши славны времена".

[Leaf]

Эрэа Жак, я, наконец выбравшись на форум, снова нахожу отличные стихи и прозу! Нет слов

[Эстравен]

  Спасибо за новые стихи!  А начало нового рассказа весьма интригующе... 

[Жак]

Эрэа passer-by, благодарю за столь лестную для меня оценку!
только, пожалуйста, не ссорьтесь с эром prince_bundle из-за моего творчества! Я не золотая монета, чтобы всем нравиться, да и сама хорошо понимаю, как много недостатков в том, что я пишу. Просто каждый образ либо находит отклик, либо нет - это не чья-то вина, это просто разное видение. И благородный эр на самом деле очень благородный.
Yaga, Leaf, Эстравен, благодарю, эреа!

[Жак]

Продолжение
СПОЙЛЕРЫ

Повозка, подъехав к ведущей на помост лестнице, остановилась, и двое гвардейцев тотчас же грубо стащили с нее заключенного, протащили вверх по ступеням, а с другой стороны на помост поднялся великан в черной маске и кожаном переднике.
-Королевский палач… - эхом пронеслось по толпе.
Мэнолин в ужасе отшатнулась от окна – только сейчас она поняла, что на площади готовится казнь!
-Не может быть! – Эртон решительно покачал головой. – Это ошибка… какое-то нелепое представление, я бы никогда… Кэнтин служил моему отцу, он его на себе из боя вытаскивал, меня на руках качал, когда я лихорадку подхватил… сказки мне рассказывал! Я … он сейчас остановит казнь, вот увидишь!
Мэн с надеждой глянула вниз – и только покачала головой. Нет, все было всерьез. И тот человек на балконе… так похожий на принца… она видела его лицо. Холодное и пустое, словно нарисованное морозной кистью, сжатые в тонкую линию губы, презрительный излом бровей, равнодушные глаза…Он не остановит казнь, Эртон надеется  напрасно.
Гвардейцы швырнули Кэнтина на колени, толпа затаила дыхание, палач медленно занес над головой широкое сверкающее лезвие…
-Нет! – Эртон рванулся вперед, в отчаянии тряся железные прутья решетки на окне. – Нееет!
Поздно – топор, насмешливо блеснув на солнце, описал ровную дугу, опускаясь вниз… и толпа радостно взревела. Казнь свершилась.
-Нет, нет, нет, нет, пожалуйста, нет… - принц, бледный как полотно, повернулся к Мэнолин. – Пожалуйста!
-Это был не ты, - девушка осторожно взяла его ледяную руку, согревая своими ладошками. – Это какая-то ошибка, я не знаю, куда мы попали…
-В будущее, – прозвучал внезапно позади них мелодичный женский голос.
Испуганно обернувшись, Мэн увидела стоящую в нескольких шагах высокую светловолосую женщину в струящемся серебристом платье. От ее глаз, глубоких, как море и ясных, как рассвет, казалось, исходило сияние.
-Кто Вы? – Эртон шагнул вперед, закрывая Мэн собой.
-Тебе нет нужды меня бояться, – незнакомка чуть улыбнулась. – Я не причиню вреда ни тебе, принц Эртон, ни тебе, Мэнолин, менестрель дороги.
-Откуда…
-Откуда мне известны ваши имена? Я – Хранительница Времени, и мне известно очень многое... Впрочем, это неважно. Вы, наверное, хотите знать, что произошло? Все просто – когда на дороге ты, Мэн, оказалась на волосок от смерти, твоя сила певца сама вырвала тебя из обычного течения минут. Ну а так как ты столь самоотверженно закрыла собой принца – то и его унесло тоже.
-Ты пыталась спасти мне жизнь? – Эртон изумленно обернулся. – Ты не сказала…
-Ты упал из-за меня, – Мэнолин пожала плечами, отвернувшись, чтобы скрыть румянец на щеках. – Я не могла бы поступить иначе…
-И все равно ты не должна была рисковать своей жизнью ради меня, – покачал головой принц. – Я никогда бы не…
Он внезапно осекся, опустив голову.
-В будущее? – тихо повторил Эртон. – Значит… это значит, что я стал… стану… таким?!
-Не значит, – пожала плечами Хранительница. – У тебя будет возможность изменить то, что ты видел… если вы сумеете вернуться.
-Что я должен сделать?
-Самую малость, – по лицу Хранительницы вновь скользнула улыбка, и почти тотчас же ее силуэт заколебался, начиная таять в воздухе. – Ты должен всего лишь сыграть.
-Подождите! Что сыграть, на чем?!
-На чем угодно… главное, чтобы говорило сердце… - донесся до них еле слышный ответ, и галерея снова опустела.
-В будущее, – Эртон устало опустился прямо на выложенный цветной мозаикой пол. – Сыграть.
-Чего ты боишься? – удивилась Мэнолин. – Это же так легко!
-Дело в том, - принц поднял на девушку грустный взгляд, и солнечный луч скользнул в его темные глаза, осветив их глубину. – Дело в том, моя дорогая леди, что я не умею играть. Ни на чем. Я с детства не прикасался ни к одному музыкальному инструменту. У меня совершенно нет слуха. И голоса. Вот так то…
-Не расстраивайся! – Мэн опустилась рядом. – Это ничего, я сейчас тебя научу! – она вытащила из чехла лютню и положила ее на колени. – Это просто, ты же не должен, я думаю, играть ничего особенно трудного… достаточно будет просто красивой мелодии! Смотри…
И она, коснувшись струн, начала медленно перебирать их. Грустная музыка рождалась под кончиками пальцев девушки и наполняла собой галерею, словно аромат вечерних цветов, словно шелест листьев под осенним дождем…
-Вот так, – Мэн прижала ладонью струны. – Понял? Сможешь повторить? Попробуй! – и она передала лютню принцу.
Тот взял ее, словно инструмент был живым и опасным существом, готовым в любую секунду вывернуться из рук и укусить.
-Не бойся! – Мэнолин ласково опустила его руки на струны. – Смотри – вот так… так… да нет же! Ну, не кусается она! И дергать так не надо – струну порвешь! Ох…
С первых же аккордов стало ясно – Эртон не солгал, когда говорил, что у него не слуха. Ему с огромным трудом удалось воспроизвести пару несложных тактов… этим дело и ограничилось. Принц путал струны, корябал ногтями дерево, сбивался и начинал сначала – напрасно. Мэн не знала уж, плакать ей или смеяться, глядя на его смертельно серьезное лицо, закушенную губу и мучительно нахмуренные брови.
-О Пресветлый, ты будто не на лютне играешь, а воз с мукой в гору тащишь! – наконец, не выдержала она. – Отдай мою бедняжку, хватит над ней издеваться. Пойдем!
-Куда? - тоскливо вздохнул Эртон, возвращая инструмент.
-Ты обещал меня накормить, – Мэнолин поднялась на ноги  и протянула ему руку. – А потом попробуем еще. Может быть, тебе просто лютня не подходит… В твоем дворец есть еще инструменты?
-Есть! – Эртон обрадовано вскочил. – Конечно, есть скрипки, мандолы, гитары, флейты, барабаны, клавесины, пианино… они все в Музыкальном Зале!
Остаток дня Мэнолин и Эртон провели в огромном зале, забитом всевозможными музыкальными инструментами. Мэн даже не все названия знала!
Оказалось, что с гитарой у принца выходит лучше, чем с лютней, а с пианино – лучше, чем с гитарой. Когда за окнами окончательно стемнело, на небе загорелись звезды, и пришлось зажечь свечи, отпугивая тени по углам, Мэнолин устало улыбнулась:
-Все, мой принц. Садитесь и играйте – лучше, чем сейчас, у Вас все равно не получится.
-Ты думаешь? – Эртон, бледный и взволнованный, покосился на черное пианино с серебряными накладками. – Ты же понимаешь, я должен вернуться, чтобы… чтобы не допустить всего этого!
-Я понимаю, – мягко кивнул Мэн. – У тебя все получится, я уверена!
Принц вздрогнул, судорожно вздохнул, откинул со лба темный локон и осторожно коснулся клавиш. Первый звук гулко разнесся под сводами, затаился в тени… Мэн слушала – и готова была признать, что даже она не сыграла бы лучше. Когда рояль затих, Эртон выжидательно поднял голову… но ничего не случилось. По-прежнему ровно горели свечи, и мерцали звезды за окном.
-Ну? Я плохо играл, да?
-Нет, хорошо! – Мэнолин не понимала, в чем дело. – Очень хорошо, правда! Я не знаю, что же еще нужно…
-Помнишь, там было что-то… что-то про сердце?
-«Главное, чтобы сердце говорило»? – припомнила девушка. – Ты прав, наверное, дело в этом!
-И как этого добиться, хотел бы я знать? – вздохнул Эртон.
-Попробуй, когда будешь играть, представить себе… ну, я не знаю, что-нибудь приятное…людей, которых любишь… невесту…
-Невесту? – улыбнулся принц. – Я попробую!
И он снова начал играть. Но на этот раз Мэн почти не слушала. Невеста… у него есть невеста, и он ее любит. Конечно, любит! Пресветлый, почему же так больно?! Сейчас все получится… ведь он думает о ней… о нет, пожалуйста!
Она не заметила, когда стало тихо – испуганно вскинула голову, но принц по-прежнему сидел за инструментом. Он закончил играть – и ничего не произошло.
-Опять не получилось! – воскликнул он, сжимая ладонями виски. – Почему ты улыбаешься?
-Я? – Мэн поспешно стерла с лица совершенно неуместную радостную улыбку. – Я не улыбаюсь! Знаешь, попробуй… попытайся подумать о ком-нибудь еще, кроме твоей невесты!
-Хорошо… - покорно вздохнул Эртон. – Я подумаю об отце…
Но и на этот раз у него ничего не вышло. Мелодия была красивой, правильной – но в ней не было сердца.

[Yaga]

Эрэа Жак, большое спасибо.   СПОЙЛЕРЫ

Верю, что принцу удастся отдать кусочек  сердца музыке, особенно рядом с такой прекрасной девушкой. Ведь с самого начала он спасал ее на дороге... Но как все произойдет...

[prince_bundle]

Благодарю за заступничество, эрэа Жак. Вопрос "нравиться/не нравиться" считаю излишним, так как мы здесь говорим о творчестве, а не личностях.
В Ваших работах не так много недостатков, Вы опять преувеличиваете.

И стихотворение, и песня очень хороши.
А потеря-то и не случайная.

СПОЙЛЕРЫ

И в холоде ночном
Смеяться над огнем
Шут вечно обречен
Смеяться... - не хватает знака препинания.

Проза.
СПОЙЛЕРЫ

1
Скошенные колосья, связанные в тугие снопы, отдавали накопленное за день тепло, длинные вечерние тени протянулись от них к дороге, словно большИе ленивые кошки
Она помнила, как проходили по ней бесчисленные легионы, вздымая пыль подошвами сапог... - легионы КОГО/ЧЕГО? Требуется уточнение.
2
равнодушные злые глаза - злость - это проявление эмоций, а равнодушие - их отсутствие. ИМХО, нужно что-то одно.

Попасть в будущее - необычный поворот сюжета.
Что же будет дальше? (с)

[Эстравен]

  Я верю в принца Эртона... У него обязательно получится!

   СПОЙЛЕРЫ

А вдруг его сердце скажет о Мэнолин?

[Жак]

prince_bundle, исправила.
Окончание

СПОЙЛЕРЫ

Вечер плавно перетек в ночь, дворец затих – Эртон уже сыграл не меньше десяти пьес на пианино, потом попробовал все же вернуться к гитаре, и, от отчаяния, даже поднес к губам флейту – но Мэн решительно отобрала ее.
-Хватит на сегодня, – велела она. – Ты скоро просто свалишься, какое уж тут сердце! Продолжим завтра, хорошо?
Он не стал с ней спорить.
Ночь тянулась за окнами, длинная темная ночь. Во дворце было тихо, только поскрипывали половицы коридоров да вздыхали двери во сне. Эртон стоял у окна, глядя в темноту. В городе один за другим гасли огоньки, взошла луна, окрашивая все вокруг в серебряный цвет…
Мэн спала на тахте за его спиной, свернувшись, словно котенок. Бедняжка… Надо же было ей попасть из своего родного времени сюда! Она не понимает, как страшно узнавать себя в этом жестоком, чужом человеке – и хвала Пресветлому, что не понимает! Что же должно было произойти, чтобы он хладнокровно отправил на смерть своего друга и наставника?!
-Нет… - против воли снова шептал принц. – Нет, этого не может быть, это сон, просто кошмарный сон…
Ладонь внезапно натолкнулась на что-то твердое – Эртон опустил глаза и увидел лежащую на подоконнике скрипку. Поднял ее – и грустно усмехнулся: на скрипке не было струн.
-Вот так и мое сердце, наверное, - подумалось ему. – Скрипка без струн… Оно не умеет говорить – неужели я никого не люблю? А моя невеста? Она ведь такая красивая, я думал, что я в нее влюблен – а сейчас ничего не чувствую. Даже голоса не помню…
Зачем-то принц все же поднял инструмент на плечо, склонил голову, будто собираясь играть. Дерево было чуть теплым и словно льнуло к щеке.
-Будто руки Мэн… - неожиданно прошептал Эртон. – Они такие же теплые и нежные… а голос у нее, словно у соловья… и когда она улыбается, кажется, будто солнышко выглянуло…
Он медленно повел правой рукой, словно воображаемым смычком по струнам – да, вот так она говорит, когда ей смешно… а так – когда сердилась, если он допускал глупые ошибки…у нее волосы – будто шелк, а руки такие нежные, родные – никогда бы не отпускать… подхватить бы, унести отсюда далеко-далеко, к хрустальным водопадам, на шелковую траву… и не допускать к ней ни горя, ни боли, чтобы никогда слеза не туманила зелень глаз, не стирала румянец со щек…
-Что здесь происходит?!  - дверь в зал, распахнувшись от удара ногой, ударилась в стену. – Кто посмел?!
Эртон, будто проснувшись, опустил скрипку – и в изумлении увидел на пороге своего двойника-короля с искаженным яростью лицом.
-Кто посмел меня потревожить?!
Что он мог услышать?! Ведь на скрипке не было струн!
-Эрт.. это ты играл?! – Мэнолин, проснувшись, потрясенно смотрела на принца. – А я… мне во сне слышалась дивная мелодия, но я не думала…
-Молчать! – взревел король. – Как ты смеешь сидеть в присутствии короля?! Жалкая тварь! – он подскочил к девушке, и схватив ее за плечи, швырнул на пол, занося сапог…
-Не тронь ее! – Эртон бросился между ними. – Не смей!
-Да ты, щенок… - король, оскалив зубы, нагнулся в сторону и рванул висевшую на стене шпагу. – Я убью тебя!
-Еще посмотрим! – принц молниеносным движением сорвал второй клинок. – Защищайся!
Клинки столкнулись с пронзительным звоном.
-Как ты смеешь нападать на своего короля?!
-На короля?! Посмотри на меня! – расхохотался Эртон. – Ты – это я!
-Что за…  - двойник Эртона грязно выругался. – Колдовство!  Тебе не обмануть меня, поганый ведьмак! Стража!
-Замолчи! – принц рванулся вперед, отбрасывая клинок противника, кончик его шпаги стремительно летел к открывшемуся сердцу…
-Нет! – Мэнолин, вскочив на ноги, повисла на руке принца. – Не убивай его! Ты сам сказал, ты – это он, ты можешь убить себя!
-Отпусти! – Эртон вырвал руку. – Он убил Кентина, он хотел ударить тебя!
И в этот момент ворох цветных искр, взорвавшись в воздухе, на мгновение ослепил Эртона и Мэнолин – а когда они смогли открыть глаза, оказалось, что музыкальный Зал и король исчезли. Они вновь стояли на той самой галерее, и над крышами города занимался рассвет.
-Тебе следует быть сдержаннее, принц.
Хранительница Времени вновь появилась бесшумно.
-Мэн права – ты мог убить свое будущее.
-Пусть бы лучше его не было вовсе, чем… - Эртон не договорил, опустив голову.
-В твоих силах это изменить.
-Как?! Я сто раз уже пытался сыграть – и ничего! Я не смогу, а смотреть, как он… как я уничтожаю все, что было создано моими предками – нет, это выше моих сил.
-Ты ошибаешься, принц, – Хранительница улыбнулась. – Я слышала голос твоего сердца…
-Когда?!
-Когда ты играл на скрипке… Сердцу нет нужды в смычке и струнах, оно поет само.
-Но если у Эртона получилось, почему мы еще здесь?! Вы обещали…
-Потому что Эртон вмешался в ход событий. Его услышали и увидели, и…
-Я что, должен был стоять и смотреть, как…
-Что сделано, то сделано, ничего уже не изменишь. Я могу открыть вам Ворота Времени, но теперь вам не удастся вернуться в тот же самый миг. Я не знаю, где окажется каждый из вас, но встреча еще возможна – главное, правильно выбрать место!
И с этими словами она подняла руки, словно и в самом деле распахивая невидимые ворота – в полумраке галереи загорелись огоньки, очерчивая контур высокой арки…
-Дорога, – Эртон обернулся к Мэн и сжал ее руки. – Я знаю, мы встретимся на дороге! Каждый год в тот же день и час я буду приходить на то место, где впервые тебя увидел, и ждать. Ты… будешь ждать меня?
-Конечно! – Мэнолин улыбнулась сквозь бегущие по щекам слезы. – Конечно, я тоже буду приходить на дорогу!
-Не плачь… - принц осторожно коснулся ее щеки, стирая слезинку. – Не надо, малыш, мы обязательно встретимся, обещаю тебе!
Держась за руки, они шагнули в арку – и поднявшийся ветер подхватил их, понес сквозь сливающиеся в полосы огни в гулкую темноту…


Дорога вилась по золотому пшеничному полю и терялась за голубоватым лесом вдали. Скошенные колосья, связанные в тугие снопы, отдавали накопленное за день тепло, длинные вечерние тени протянулись от них к дороге, словно большие ленивые кошки. Вечер был тихим-тихим, и, если замереть неподвижно, можно было услышать, как дорога шепчет что-то себе под нос, вспоминая… Но кто разберет, о чем говорит дорога? Разве что ветер подхватит ее слова, и понесет в темнеющее вечернее небо, чтобы передать гаснущему облаку…
У каждой тропинки есть свои воспоминания, а эта дорога была старой, очень старой. Она помнила, как проходили по ней бесчисленные легионы, вздымая пыль подошвами сапог, как мчались, загоняя коней, гонцы, как катились крытые повозки странствующих комедиантов и шли медлительные волы крестьян… Многое, очень многое могла бы поведать дорога, но в это вечер она почему-то вспоминала лишь одного путника.
Юношу с глазами цвета старого меда и черными волосами. Год за годом он приходил сюда, на дорогу, ровно до середины поля. Всегда в один и тот же осенний день. Всегда – вечером, когда закат уже начинал гаснуть и на небе проступали первые неяркие звезды. Он садился у обочины, положив на колени скрипку, и ждал, глядя вдаль. Неподвижно сидел он, не касаясь струн, пока последние краски дня не смывала ночь, и лес терялся во тьме. Тогда странный путник задевал кончиками пальцев всего одну струну, и грустный вздох улетал в черное поле. А потом он уходил, туда же, откуда пришел, чтобы снова вернуться через год.
Дорога помнила, как начиналась эта история, но она еще не знала, как она завершится…
Король Эртон печально смотрел вдаль, на тонкую полоску леса. Мэнолин, Мэн, сколько лет уже прошло? Все, что можно было исправить, исправлено, Кентин жив, подданные любят своего короля… Но им нужна королева. И сегодня он должен ехать за своей невестой. Она очень красива, эта принцесса, но у нее черные глаза и золотистые кудряшки. И она не играет на лютне. Мэн, птица певчая, так мы и не встретились с тобой больше…
Одинокий, пронзительный стон струны сорвался из-под пальцев короля, плачем отзываясь в темном поле – и тут дорога решилась. В конце концов, если в ее власти сделать идущих по ней счастливыми…
Мэн была далеко. Она отчаялась ждать и в этот год просто не смогла снова прийти на старое место. Спрятав лицо в ладонях, девушка молча сгорбилась в уголке шумной таверны, стараясь заглушить боль… И в этот миг громкий, отчаянный призыв струн донесся до нее из невообразимой дали.
-Эртон! – Мэн вскочила на ноги и бросилась к выходу. – Эртон, это ты?! Где ты?!
И здесь старая дорога совершила еще одно чудо – она никому никогда не рассказывала, как она это сделала, но Мэн, пробежав пару шагов, внезапно оказалась в поле. И кромка леса темнела у горизонта, а с обочины дороги поднимался навстречу ей…
-Эртон!
-Мэн!
Они не видели, как из-за леса вынеслась кавалькада всадников, и очнулись только когда скачущий первым осадил взмыленного коня в одном шаге.
-Кэнтин! – Мэн тотчас узнала высокого седовласого воина. – Ты жив?!
-Разумеется, леди, – всадник удивленно поклонился. – Ваше Величество, мы ищем Вас весь вечер, куда вы пропали? Ваша невеста…
-Вот моя невеста! – Эртон подхватил Мэн на руки, усаживая в седло. – И никто другой мне не нужен!

Ночь смыла краски дня, и черном небе засияли яркие звезды – но и они не могли соперничать с блеском зеленых глаз. Ласковый ветерок обдувал разгоряченную земли, осторожно касаясь ее морщин – но и он не мог соперничать с нежностью обнимавших рук.
Стук копыт затихал вдали, старая дорога засыпала – и улыбалась во сне. Она помнила, как начиналась эта история – и знала, что она никогда не завершится, ибо не бывает конца у сказок о настоящей любви…

[prince_bundle]

Прекрасная сказка! Интересные повороты сюжета и неожиданная счастливая концовка.
А сказка на то и сказка, чтобы в ней происходили разные чудеса.

[Yaga]

Эрэа Жак, как прекрасно! Огромное Вам спасибо.СПОЙЛЕРЫ

Да, если есть сердце, запоет и скрипка без струн. А в настоящей любви поможет и старая дорога. Еще раз спасибо.

[Эстравен]

  Чудесная сказка! Огромное спасибо, эрэа Жак, за эту волшебную историю!