AU для Айрис, фанфик

Беглянка

Ее появление в Хексберг можно было сравнить только со стихийным бедствием. Худая решительная девушка в матросской куртке поверх придворного платья, с маленьким узелком в одной руке и большим пистолетом в другой, сошла на берег с купеческого судна, потребовала проводить ее к капитану порта, и объявила ошарашенному ее видом Лаузену, что ей немедленно нужно отправиться к герцогу Ноймаринену. Вот прямо сейчас, а если у него нет транспорта, то она пойдет пешком. И мучительно закашлялась.
На помощь растерявшемуся Дитриху пришел Аларкон. На его осторожные расспросы девушка отвечала с неохотой, но все же рассказала, что ее зовут Айрис Окделл, она была фрейлиной ее величества и недавно сбежала из Олларии. Нет, ее никто не посылал, но ей нужно срочно, немедленно попасть к регенту. Нет, она не может ждать до утра. Она поедет… пойдет… а если ей попробуют помешать - будет стрелять!
Филипп Аларкон огорченно развел руками - переговоры явно зашли в тупик. И тут распахнулась дверь, и в комнату ввалился Бешеный.
- И где эти грозные пираты? - вопросил он. - Кто нам угрожает?
Ему в лоб уставился пистолет в дрожащих девичьих руках.
- Нам угрожает эта дама, - устало вздохнул Аларкон. - Эрэа, прошу вас, успокойтесь. Это вице-адмирал Вальдес. Он не разбойник, хотя и похож. Не надо в него целиться.

Ротгер посмотрел на пистолет. Потом на даму. На растрепанные светлые косы. Съехавшую с плеч куртку. Бархатное платье с рубинами, в разводах от соленой воды. Отчаянные серые глаза. И улыбнулся с таким неподдельным восторгом, словно к нему спустился ангел небесный.
- Совсем рехнулся, - пробормотал Филипп, отворачиваясь. Айрис упрямо вздернула подбородок и повторила, что будет стрелять. Адмирал приложил руку к сердцу и искренне заявил, что будет счастлив умереть от столь прекрасной руки. Под жарким взглядом черных глаз девушка несколько смутилась и даже сделала попытку поправить волосы.
Дальнейший разговор протекал довольно мирно. С пистолетом гостья не рассталась, но позволила усадить себя за стол и предложить ей горячего вина.
- Эрэа, вы простудились в дороге, - уговаривал ее Лаузен. - Вам нужно отдохнуть и поправиться. Этот кашель…
- Да он у меня с детства, - отмахнулась она. - Он не пройдет. Ну хорошо, я могу подождать до завтра, но потом мне все равно нужно ехать!
- Как же вы решились, с таким слабым здоровьем, одна… - покачал головой капитан. Вальдес хмыкнул. Айрис подняла на них невозможно честные серые глаза:
- Иногда нет выбора. Я должна была это сделать. Вы же не спрашиваете, во что вам это обойдется, когда идете в бой, правда?
Ободренный миролюбием гостьи Лаузен рискнул высказаться в том смысле, что жертвовать собой и вообще воевать - мужское дело. А дело женщин - ждать, когда их спасут. Конечно, очень печально, что им порой приходится переносить неудобства, но такова уж доля женщины - терпеть… Юная герцогиня немедленно вспыхнула:
- Так я и терпела. Сидела там и вышивала, как дура. Конечно, пока не узнала, что помолвлена.
- Помолвлены?! Вы? С кем же? - Вальдеса явно сразила столь печальная новость.
Выражение лица Айрис, впрочем, тут же его утешило. Она взмахнула рукой (с пистолетом) и возмущенно закашлялась.
- С Тараканом! - выпалила она наконец. - Представляете?! С этим паршивым, безмозглым, дурацким Тараканом! Ужас какой! И ведь никто не предупредил! Пока он сам не приперся, весь белый и в цепях.
- В цепях? - не понял Аларкон.
- Ну да! Аж пять нацепил, золотые. Как погремушка. И улыбается, морда!
- Ужасно, - согласился Вальдес с нескрываемым удовольствием.

- Он, конечно, и сам не хотел на мне жениться. Он хотел жениться на урготской принцессе. Они ведь богатые, а мы… Но вдруг выяснилось, что, если он женится не на эории, его какие-то там реликвии не примут и Зверь не признает. Ну, и он, конечно, тут же передумал и заявил, что это его долг, и я его нареченная невеста, и он ужасно счастлив иметь такую жену. Я б ему устроила счастье, подонку! Он бы у меня лысый ходил, с исцарапанной рожей и без зубов! Его б не то что Зверь, родная бабка бы не признала! - девушка всхлипнула.
- Ну-ну, не плачьте, до свадьбы ведь не дошло. Все хорошо.
- Конечно, хорошо, что до свадьбы не дошло! Ну то есть это в любом случае хорошо, но главное - никак нельзя было допустить, чтобы она была. Там ведь такое выяснилось - повезло, что Дикон проболтался. Такая гадость оказалась! На свадьбе анакса - на законной, по правилам - должны главы всех четырех домов присутствовать! Вообще-то это хорошо, а то он, сволочь, герцога Алву убить собирался! Но ведь после свадьбы все равно бы убил, гад! Он только свадьбы и ждал!
Моряки переглянулись. Причины, толкнувшие юную герцогиню на столь решительный протест, становились все яснее.
Айрис опять всхлипнула и сердито вытерла глаза рукавом. Филипп осторожно спросил:
- А вы не пробовали… как-то заставить его передумать? Все-таки женитьба - вещь серьезная, и если невеста… скажем так, очень против…
Он не стал уточнять, что на такой невесте не рискнул бы жениться, даже будь она всецело "за".
Айрис печально вздохнула:
- Я пыталась! Мне даже показалось, что, когда на него упала люстра, он уже был готов сбежать. Но нет, ничего не вышло. Опять стал блеять про невинные детские шалости… фу!
- Люстра? - восхитился Ротгер.
- Начинала я с подсвечников, - пояснила Айрис. - Один раз получилось очень удачно - у него ворот загорелся. Единственный раз, когда мне удалось от него отделаться быстрее, чем за час. Только потом он все время подальше держался и еще Дикона между нами сажал. Думал, пожалею этого кукушонка! А тот трясся сидел, но не уходил! Вот и пришлось что-то придумывать на расстоянии.
- Но как же вам удалось уронить целую люстру?
- Очень просто - я освободила цепь, которой ее опускали. Только промахнулась - слишком рано. Еще немного - и попала бы по голове, а так только плечо задела. Конечно, если бы она была зажжена…
Офицеры уже не удивлялись. И, похоже, впервые испытывали к самозваному королю если не симпатию, то сочувствие. Но каким же надо быть упертым бараном, чтобы идти к своей цели через такие препятствия!
- Скажите, герцогиня, а ваш брат… он ведь, говорят, в чести у этого… Он не пытался вам помочь? - спросил Аларкон. Или хотя бы своему королю, подумал он про себя.
Герцогиня взвилась.
- Ничем он мне не помог! Брат! Не знаю уж, кому он брат! Этот ызарг поганый ему напел, что они будут ближайшими родственниками, и вообще все в сметане! Я ему так и сказала - сам за него выходи, счастье вам будет - по гроб жизни! А поросенок наш вздыхает только, и сам бы рад, небось! Подстилка тараканья! Нет, ему в жены пообещали принцессу. Урготскую, на которой его Таракан жениться не смог. Чтоб, значит, денежки все же прикарманить. Согласился, даже про королеву забыл, а ведь так на нее пялился!
- Королеву, - тупо повторил Дитрих. Ах да, там же еще и королева.
- Она-то пыталась меня спасти, - горько вздохнула Айрис. - Но что она могла? Я ведь уже не ее фрейлина. После того, как она упала в обморок, когда этот подлец собирался объявить о свадьбе немедленно, ей запретили выходить в зал… о здоровье якобы заботились! Госпожа Луиза, конечно, в обморок не падала и вообще делала вид, что ее там нет, но когда придурок в белом второй раз подряд поскользнулся и сел в варенье, да еще и прокисшее, ей тоже велели оставаться за дверью. Нет, мне никто не мог помочь, - она печально опустила плечи, и по щеке скатилась одинокая слеза.

- И все же вы сбежали, - счастливо улыбнулся Вальдес.
- Ну да. Я сказала Дикону, что раз так, я этого Таракашку просто убью. Он не поверил, глупыш. Но я бы правда его убила. Украла пистолет, когда стражники напились… Вот только он не пришел, вместо него явился герцог Эпинэ - извиняться, что он занят. А я-то уже с пистолетом вышла, ну, и потребовала, чтобы он меня вывел из дворца. Не убивать же его было. Ну вот, он мне помог нанять лодку, еще и денег дал. Вообще-то мне повезло, что это был он, - призналась она, - потому что пистолет оказался не заряжен. Он меня сам и научил его заряжать. На всякий случай. Я ему сказала, что поеду в Савиньяк. Но на самом деле мне надо к регенту! Потому что если этот подонок правда хочет стать анаксом и все эти гальтарские гадости разбудить, то его надо остановить! Немедленно!
Лаузен не сдержал стона. У герцогини Окделл опять начался приступ бурной деятельности… Но тут очнулся Вальдес.
Не зря, ох, не зря знаменитый Бешеный лучше всех на свете ладил с хексбергскими ведьмами! Не зря лучше всех понимал их неукротимый нрав. Сначала, ошарашенный видом и поведением гостьи, он мог только смотреть во все глаза на ниспосланное ему чудо. Но теперь пришла пора действий.
Никто не заметил, как он оказался рядом с дамой. И куда девался ее пистолет. Из его горячего выступления друзьям запомнились отдельные фрагменты - такие, как обещание защитить от всех дураков в цепях и без цепей, сообщить регенту все известия немедленно и с подробностями, найти этого самого Таракана, загнать в самую узкую щель и законопатить ее смолой. И положить сверху люстру. А самой герцогине лучше всего остаться в Хексберг. Причем навсегда. Чтобы никакие самозванцы ей больше не докучали. Потому что любого, кто рискнет, он лично утопит в бухте. "Да такой балбес там сам утопится", - шепнул Аларкон, и Дитрих согласно вздохнул. Им было уже ясно, что никуда этот кошмар от них не денется.
И когда бывшая фрейлина неуверенно кивнула, в исполненных отчаяния взглядах, которыми обменялись господа офицеры, не было ни капли удивления. Только ужас.

Вальдес, напротив, был счастлив до умопомрачения. Он настоял, чтобы прекрасная гостья остановилась у него (к немалому облегчению друзей), обещал показать ей город, море и гору, и даже познакомить с ведьмами. И уверял, что она непременно найдет с ними общий язык. Айрис поначалу слегка обиделась:
- Я, по-вашему, похожа на ведьму? Да? - потом, подумав, признала: - Вообще-то, наверное, да… Но не так уж сильно, как кажется. Это вы просто мою маму не видели.
- Я буду рад познакомиться с вашей матушкой, - заверил вице-адмирал.
- Не будете, - вздохнула Айрис. - Но, боюсь, ничего не поделаешь. Она все равно приедет. Вы ведь меня ей не отдадите, правда?
В ее голосе впервые прорезались умоляющие нотки.
- Никому не отдам, - очень серьезно ответил он. И тихонько добавил: - Никогда.

Десять лет спустя

Полдень. Адмирал Вальдес заходит в столовую, где его жена поливает цветы.
- Как прогулка? - улыбается Айрис.
- Замечательно… О, пирог! С ежевикой… мм-м!
- Оставь пирог в покое. Это Рамону.
- Почему Рамону? - удивляется адмирал. - И где он, кстати?
- Пытается попасть из арбалета в акулу.
- В акулу… а, кугелев флюгер! Не попадет, он уже пробовал.
- Ничего, теперь попадет. Я ему обещала, что в награду ему достанется этот пирог. Весь.
- Весь?! Он же лопнет!
- Я думаю, младшие ему помогут. Что-то я их не вижу?
- А… ну, им же надо переодеться, умыться… С Сэль поболтать…
- Селина занята. Пока не закончит вышивку, никакой болтовни.
- Вышивку?!
- Да, вышивку! Нечего было из парадной шали делать пиратский флаг! У меня такой больше нет!
- Айри. Я тебе десять таких привезу. Или сто. Выпусти ребенка.
Айрис хмурится.
- Ротгер, если я буду баловать ее вслед за всеми вами, у нас вырастет монстр!
- Ну тогда в угол поставь. Вышивка - это ужасно!
- Ничего. Девочка должна уметь шить. Не может же она стать моряком, как вы!.. Ну хорошо, пусть закончит завтра. Создатель, о чем я думала, когда называла ее именем лучшей подруги! Та Селина - настоящий ангел! А эта - наша дочь, и вся в родителей!
- Дорогая, не расстраивайся так. Не хочу сказать ничего плохого о твоей подруге, но ангелы - скучнейший народ. То ли дело ведьмы!
- Хм. Если это комплимент, то спасибо. Ротгер, отойди от пирога! Ты хочешь, чтобы твой сын научился стрелять, наконец? И куда делись младшие? - Айрис собирается выйти из столовой, Ротгер ее удерживает:
- Сейчас, сейчас. Дай им раздеться
- Неужели так долго снять куртку? Так. Ротгер, прекрати свои маневры. Ты меня нарочно отвлекать пришел, да? А ну, немедленно говори, что у вас случилось? Они подрались? Синяки замазывают, кровь смывают? Ну?!

- Айри, откуда такие мысли? Они просто немного промокли.
- В солнечный день без единой тучки. Промокли. А немного - это насквозь?
- Ну… в общем… Айри, ничего страшного не случилось, честное слово! Просто лодка перевернулась. У самого берега. Олаф только ноги промочил, где-то по пояс. А Филипп нарочно в воду нырнул, он подзорную трубу уронил. Ничего, сейчас тепло, не простынут.
- Я так и думала, что эта ваша самодельная лодка до добра не доведет. Все эти новые идеи мастера должны проверять, а не дети. "Скорость, устойчивость!" Она хоть плавает?
- Великолепно плавает! И, кстати, быстрее, чем обычные лодки, так что нечего смеяться. От причала до выхода из бухты пролетела, как стрела, я на вельботе еле догнал… - адмирал прикусывает язык. Поздно.
- Ротгер Вальдес. Ты хочешь сказать, что мои сыновья отправились в открытое море на этом вашем корыте?!
- Нет, что ты! У выхода я их перехватил. Айри, не волнуйся, я был рядом. И не называй нашу красавицу корытом, они обидятся. И я обижусь. Это отличная лодка, честное слово!
Кажется, у Айрис есть что ответить, но тут из дома доносится грохот. Вальдес торопится туда, но сразу же возвращается:
- Красная ваза. Я же просил тетушку Юлианну не ставить ее в коридоре!
- Это я ее туда поставила, - объясняет Айрис. - Я целый месяц надеялась, что они ее все-таки разобьют. Это подарок, я знаю, но такого уродства я никогда больше не видела. Ну ладно. Сэль, конечно, с ними?
Ротгер кивает. Айрис качает головой.
- От судьбы не уйдешь. Ты говорил, что этот адмирал, в честь которого назвали Олафа, был очень спокойным и воспитанным? Ну, Филипп-то, понятно…
- Ты же сама предложила назвать его в честь Аларкона.
- Конечно, предложила! Когда твои друзья, наконец, перестали закатывать глаза, как истеричные барышни, стоило мне войти. Такую храбрость нужно было отметить.
- Айрис, любимая, их сразила твоя восхитительная экстравагантность! А уж когда твоя матушка прогулялась по городу в шелковом сиреневом платьице по колено, бедняги и вовсе растерялись. Я и сам не ожидал. Кэцхен, конечно, и не на такое способны…
- Кэцхен? Скажи лучше - касера! Надо же было додуматься угостить ее…
- Ну, что ж поделаешь, если кэналлийское она пить отказалась наотрез. А уж как морщилась, услышав мое прозвище…
- Да, мама про кэналлийцев слышать не может, - грустно соглашается Айрис. - Не будь это только прозвище, она бы меня прокляла, пожалуй.
- И это вполне могло случиться, если бы мы не встретились! - мрачно сообщает Вальдес.
- Адмирал, неужели вы все еще ревнуете? - изумляется его супруга.
- Вас это удивляет?
- Ну что вы, это даже лестно. Лишь бы вы не поехали снова выяснять отношения с Алвой из-за похищенной невесты… и не напились оба от счастья на целых три дня. Ротгер, если ты такое устроишь, домой можешь не являться, я предупреждаю!
- Не буду, - обещает Вальдес. - Зачем мне Алва? Напиться я и без него могу. Главное - что мое счастье осталось со мной!
Лирическая сцена… увы, тут же прерванная.
На этот раз грохот доносится с улицы. И сразу счастливый вопль:
- Мама, папа! Я попал!!!
- Молодец! - кричит в ответ Вальдес. - В акулу или в окно?
- В акулу! И в окно… немножко, - счастливый сын появляется на пороге.
- Замечательно, - улыбается Айрис. - Бери свой пирог и не попадайся на глаза Кугелю. И мне тоже, пока я не закончу ругаться с госпожой Кугель.
- Ага! - Рамон хватает добычу и уносится.
- Госпожа Кугель - это надолго, - с уважением сообщает Ротгер. - Все предки - бергеры.
- Ничего, Дом Скал - тоже не шутки. Ага, явился, - в дверь начинают барабанить.

Вошедший сосед кипит и пенится. Адмирал немедленно посылает за стекольщиками и клянется подарить ему новый флюгер - напрасно! Возмущение хлещет через край.
- Эти ваши четверо разбойников извели всех соседей! Не знаю, что будет, когда они вырастут! Нет, знаю! Хексберг будет разрушен! Погибнет! Эти ваши четверо!..
- Четверо? Действительно, четверо, - удивляется Вальдес. - Ничего, это только пока. Дорогая, как ты смотришь на то, чтобы завести пятого? И воспитать из него, наконец-то, приличного человека?
- Прекрасная мысль, - горячо одобряет Айрис. - Но милый, мы же не будем за это браться прямо сейчас? - тут же добавляет она, поскольку муж, кажется, готов перейти от слов к делу немедленно.
- Зачем откладывать? А, господин Кугель! Ничего, он нам не помешает. Особенно если сам закроет за собой дверь.
Сосед, не найдя слов, фыркает и пятится к порогу. Споткнувшись о него, хватается за стену, роняет шляпу, подбирает ее, плюет на пол. И исчезает, хлопнув на прощанье дверью. Вальдес машет ему вслед:
- Всего доброго! Заходите еще! - и снова обнимает жену.
- Кстати, если ты хочешь принять участие в дележке пирога, то сейчас самое время, - лукаво напоминает Айрис. Ротгер отмахивается:
- Кажется, я нашел занятие поинтереснее…