Форум официального сайта Веры Камши

Внимание! Данный форум доступен только для чтения,
для общения добро пожаловать на новый форум forum.kamsha.ru

Добро пожаловать, гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, если хотите стать полноправным участником форума.
04 июня 2020 года, 09:58:56

Войти
Поиск:     Расширенный поиск
ВНИМАНИЕ! В ближайшие дни должен состояться переезд форума на новый хостинг и новый движок! Переезд будет сопровождаться временным отключением доступа к форуму. Подробности - в разделе "Работоспособность форума"
845927 Сообщений в 12092 темах от 7410 участников
Последний участник: Vera_Kamenskaya
* Начало Помощь Поиск Календарь Войти зарегистрируйтесь
+  Форум официального сайта Веры Камши
|-+  Увлечения
| |-+  История
| | |-+  Джон Баллиол
« предыдущая следующая »
Страницы: [1] Печать
Автор Тема: Джон Баллиол  (прочитано 2195 раз)
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Джон Баллиол
« было: 06 декабря 2007 года, 19:43:59 »

Вот все руки чешутся опровергнуть досужее мнение относительно той роли, которую играл Джон Баллиол во всех происходивших в его царствование событиях. Зачастую на страницах различных изданий можно встретить неоправданное утверждение относительно того, что Баллиол являлся не более чем марионеткой Эдуарда Английского. Полагаю что данная позиция в корне не верна, поскольку не отражает истинного положения дел и событий возведших, а затем лишивших его престола.

Да, Баллиол не входил в число тех людей, которые уверенно могли бы примерить на себя королевскую корону. Более того, возможно он даже чурался ее. Но существуют некоторые соображения, которые никак нельзя отбросить в сторону. И необходимо рассмотреть те факторы, которые вполне могли повлиять на его участие в гонке претендентов на шотландскую корону.

1. Баллиол был одним (если не самым главным) претендентом на корону по линии своей матери. Помня о его нерешительном характере и том мощном давлении, которое оказывали на него ближайшие родственники, он не мог открыто объявить о своем отказе от прав на венец.
2. У него рос сын, Эдуард, которого он, как отец, не мог лишить права наследования короны. Ведь мы все в первую очередь думаем о детях.
3. Соперничающий клан Брюсов, в случае отречения Баллиола от своих прав, автоматически становился главным претендентом на престол. В этом случае появлялась открытая опасность устранения или убийства его сына, который мог заявить о своих правах в будущем.

Таковы лишь некоторые из причин. Что касается о действиях Баллиола после его избрания королем Шотландии, то здесь также существует множество НО. Об этом попозже.
Авторизирован
Танжер
Барон
***

Карма: 23
Offline Offline

Пол: Жен.
сообщений: 126


Любезная ведьма


просмотр профиля
Re: Джон Баллиол
« Ответить #1 было: 10 декабря 2007 года, 05:02:54 »

Интересуюсь историей Шотландии, буду рада пополнить "копилку". О Джоне Баллиоле мне, к сожалению, известно только следующее:

Родившийся около 1250 года Джон Баллиол, был младшим сыном Джона де Баллиола и Дерволгиллы, дочери и наследницы лорда Галлоуэя. Его братья умерли в детстве, и в 1278 году он унаследовал земли Баллиолов в Англии и Франции, а в 1290 году и Галлоуэй. В этот год, когда умерла наследница шотландского королевства Маргарет, Джон оказался одним из 13 соискателей короны.Он немедленно объявил себя “наследником королевства Шотландия”, явно ожидая подтверждения своих притязаний, которыми он был обязан соей матери – дочери Маргарет, старшей дочери Давида, графа Хантингдона, брата королей Малколма IV и Уильяма I Льва. Его главным соперником был Роберт де Брюс.
Английский король Эдуард I встретился с шотландскими баронами в Норэме в Нортумберленде и потребовал, что, будучи третейским судьей между претендентами, он должен был быть признан сюзереном Шотландии. Его двор из 104 персон обсуждал кандидатуры претендентов более года, но право первородства Баллиола в итоге перевесило. Эдуард I утвердил решение 17 ноября 1292 года и 30 ноября Баллиол был возведен на трон в Скоуне, а 26 декабря он присягнул Эдуарду I в Ньюкасле. Однако когда Эдуард I потребовал военный контингент из Шотландии для его планируемой войны в Гаскони, шотландцы в ответ заключили договор о военной взаимопомощи с Францией. Когда Эдуард I в январе 1296 года послал армию в Гасконь, шотландцы напали на Северную Англию. Эдуард I отреагировал быстро: 30 марта он взял Беруик. Замок за замком пали перед англичанами и в Мелроузе Джон отказался от своего королевства в пользу Эдуарда I. Он был лишен своего герба и рыцарского звания, за что впоследствии получил прозвище “Пустой Плащ”. Джон был пленником в лондонском Тауэре до июля 1299 года, когда вмешательство папы способствовало его освобождению. После этого он жил в Нормандии, где и умер в апреле 1313 года в замке Шато-Гайар.
Авторизирован

Выше закона-только любовь, выше права-милость, выше справедливости - прощение.(патриарх Алексий II)
Не каждому дано нести собственный крест так, словно это древко знамени. (с) А.Перес-Реверте.
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #2 было: 10 декабря 2007 года, 12:17:00 »

Тогда для всех, кто интересуется историей Шотландии помещаю выдержку из книги Патрика Фрейзера Титлера, касающуюся периода Баллиола на троне. Перевод лично мой, посему не корите за огрехи.

Итак, Джон Баллиол - часть 1

План Эдуарда относительно подчинения Шотландии все еще не был полностью исполнен, хотя все и соответствовало его желаниям. Он ухитрился сфабриковать свое право на превосходство над этим королевством, которое, если бы Балиол отказался добровольно стать исполнителем его амбиций, дало бы ему пышный титул, способный вынудить последнего покориться ему как Верховному Лорду. Перспективой получения короны различными претендентами, а также многими богатыми дарами в виде земельных владений и жалований переданными прелатам и баронам, он преуспел в сохранении их на своей стороне1. И если бы какие ни будь чувства негодования или дух древней свободы и сопротивления сохранились, очевидная безнадежность борьбы за страну, которая казалось оставила сама себя, а также против столь великого военного гения как Эдуард, действенно подавили их на этот раз.
Балиол почти вступил во владение своим королевством, когда произошло событие, которое напомнило ему о его жалком зависимом положении, и раскрыло характер Эдуарда во всей его строгости. Особым пунктом Биргамского договора было то, что шотландские подданные не должны держать ответ за любые криминальные или гражданские дела за пределами королевства Шотландского. Но, не смотря на данный пункт, Роджер Бартоломью, житель Бервика, апеллировал к суду короля Англии на решение тех регентов, которых тот назначил в Шотландии во время периода междуцарствия. Балиол немедля напомнил Эдуарду его торжественное обещание соблюдать законы и обычаи Шотландии, и горячо протестовал против каких бы то ни было заявлений исходивших из его королевства и направленных к английскому суду2. На это Эдуард ответил, что он свято соблюдает каждое слово своего обещания, но в случае если жалобы направлены против его собственных министров, которые владеют своими должностями от него как от Верховного Лорда Шотландии, только он один может судить их, подобно тому как он имеет право вмешательства в дела своих подданных. Затем, под той же маской явной законности и беспристрастности, которой он столь часто прикрывал свою агрессию, он испросил мнения некоторых наиболее компетентных шотландских прелатов и судей, относительно законов и обычаев их королевства по одному из отданных на его рассмотрение дел, и приказал своему Совету вынести решение в соответствии с их судейством3. Раздраженный, тем не менее, тем, что ему напомнили о Биргамском договоре, он открыто объявил через своего юстициария Брабасона, что в тот момент как королевство Шотландия оставалось без короля, он был вынужден дать удобные для того времени обещания. Теперь же, когда нацией правил король, он не считает себя связанным ими, и они не могут оградить его от жалоб поступающих из этого королевства, или распространять суд, а также ущемить права на его суверенную власть, согласно его власти и желанию. Длят того, чтобы придать больший вес этому надменному заявлению король Англии пригласил Балиола и его главных прелатов и баронов в свои собственные покои в Ньюкастле, и там попросил Брабасона повторить свое решение по данному вопросу. После этого поднялся сам Эдуард, и на французском языке произнес речь по тому же самому поводу. "Это мое твердое намерение", сказал он, "касательно всех жалоб или апелляций поступающих ко мне из Шотландии; я не связан какими-либо прежними обещаниями или уступками, направленными против них. Меня мало заботит то, какие дела или документы они могут ратифицировать; Я буду осуществлять верховную власть и прямое руководство, которыми владею над королевством Шотландия, когда и где я того пожелаю; Я не буду медлить, если необходимо, чтобы призвать самого короля Шотландии в свое присутствие на территории королевства Англии4.
Это заявление повергло в уныние дух Балиола. Он и шотландские бароны, бывшие тогда в его свите, малодушно согласились купить мир с Эдуардом, отказавшись от всех условий и обещаний, касавшихся законов и свобод Шотландии, которые были сделаны в Биргамском договоре, и которые, пока оставались в силе, осуждали вопиющее нарушение клятв короля Англии, торжественно данных Шотландии. Как только это было решено, Эдуард приказал передать королю Шотландии публичные записи и древние исторические документы королевства, которые прежде были перевезены из Эдинбурга в Роксбург. Он также, из особого расположения, приказал передать ему во владение остров Мэн5. Успокоенный этими уступками, Балиол вернулся в свое королевство. Но это было лишь очередное унижение, и позволило ощутить все несчастья зависимости и вассалитета.
Политика Эдуарда по отношению к Шотландии и ее новому королю была одновременно ловкой и оскорбительной. Он рассматривал каждое проявление независимого суверенитета с суровостью и презрением, и не упускал ни единой возможности, чтобы призвать Балиола ответить перед ним на жалобы направленные против его правительства; он подталкивал его подданных подавать эти жалобы, умело применяя законы и обычаи Шотландии; и он распространял, с большой щедростью,  земли, субсидии, и подарки, среди прелатов и баронов. Король Шотландии имел обширные владения как в Англии, так и в Нормандии, и во всех своих правах и привилегиях, связанных с ними, он находил Эдуарда отнюдь не суровым, а почти снисходительным повелителем. К Балиолу вассалу, он был одинаково терпим и справедлив6. К Балиолу королю, он был горд и непреклонен до крайней степени. Пример этого последовал.


Авторизирован
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #3 было: 10 декабря 2007 года, 12:18:48 »

часть 2

Граф Файфа умер, оставив своего юного сына Дункана и свое графство под защитой епископа Сент.Эндрюса. Макдуфф, двоюродный дед Дункана, захватил графство. Он был лишен права владения епископом, а после жалобы к Эдуарду, при королевском вмешательстве, восстановлен в этом праве распоряжением шотландских регентов. Когда Балиол созвал свой первый парламент в Скуне7, Макдуфф был призван ответить за насильственное владение землями, которые, со времени смерти последнего графа Файфа, находились под опекой короля. Он попытался защищаться, но был признан виновным, и некоторое время провел в заточении. После своего освобождения он воззвал к королю Англии, и Эдуард немедленно потребовал Балиола персонально ответить ему на заявление Макдуффа8. На этот приказ Балиол никак не отреагировал, и Эдуард снова приказал ему явиться в его присутствие. Это было еще не все. Он подтолкнул свой парламент установить некоторые нормы касающиеся присутствия короля Шотландцев, которые из-за своей крайней строгости, казалось были призваны извести этого монарха, обнаружившего, что на каждую апелляцию он не только вынужден держать ответ, но и что строго требовалось его личное присутствие по этому поводу. Первое было прискорбно, последнее являлось нестерпимым бременем, которое ни один носящий титул короля не мог долго сносить9.
   В это время, скрыв свою досаду, он предстал в Парламенте, собранном после Михайлова дня (29 сентября), где также присутствовал и Макдуфф. Когда было оглашено дело этого шотландского барона, Балиола спросили, что он может сказать в свою защиту. “Я”, сказал он, “король Шотландии. На жалобу Макдуффа, или всего что касается моего королевства, я не осмеливаюсь дать ответ без совета своих людей“. - “Что означает этот отказ?“ вскричал Эдуард. “Не мой ли ты вассал, - не приносил ли ты мне омаж, - не мой ли призыв привел тебя сюда? “ На этот запальчивый вопрос шотландский монарх твердо ответил, “Там, где дела касаются моего королевства, я не смею, и не могу дать ответа, в этом месте, без совета своих людей“. Затем Эдуард сделал ему коварное предложение. Для консультации со своими людьми, он может перенести оглашение своего окончательного ответа на следующий день. Но это он категорически отверг, провозгласив, что не может ни назвать дня, ни дать согласия на отсрочку. В данных обстоятельствах английский парламент решил вынести решение. Он провозгласил, что король Шотландии, не сказал ничего в свою защиту, и дал ответ, который являлся попыткой избежать и ослабить правосудие его сеньора, при чьем дворе он в качестве вассала претендовал на корону Шотландии. Он был найден явно виновным и открыто проявившим неуважение и неподчинение. В результате парламент посоветовал королю Англии не только дать полное удовлетворение Макдуффу, и присудить взыскание Балиолу, но, в качестве наказания за его феодальное преступление, захватить три из его самых главных замков в Шотландии, которые будут оставаться в руках английского монарха до тех пор, пока он не искупит вред нанесенный своему Верховному Лорду10. Перед тем как это решение парламента было публично объявлено, Балиол лично предстал перед Эдуардом, и обратился к нему с такими словами: “Мой Повелитель, я ваш вассал за королевство Шотландское, и я умоляю вас, что так как дела, которыми вы теперь заняты касаются людей моего королевства не меньше чем меня самого, то вы отложите их рассмотрение до тех пор, пока я не проконсультируюсь с ними, чтобы я не нуждался в необходимости совета. К тому же те кто сейчас находятся вместе со мной не могут, либо не осмеливаются, высказать мне свое мнение, без совета со стороны Сословий королевства. После переговоров с ними я буду готов на вашем первом парламенте, который соберется после Пасхи, сообщить о результатах, и исполнить свой долг".
   Было очевидно, что решения парламента были излишне резки, и не могли быть исполнены без присутствия армии в Шотландии. Король Англии, осведомленный об этом, и опасавшийся вызвать восстание, к которому он тогда не был готов, прислушался к просьбе Балиола, и отложил все разбирательства до дня после Праздника Троицы, в 1294 году11.


(Остальное завтра)
Авторизирован
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #4 было: 11 декабря 2007 года, 11:12:17 »

часть 3

Вскоре после этого, Эдуард, который был вассалом короля Франции за герцогство Аквитанское, оказался вовлечен в спор со своим Верховным Лордом, схожим с тем, что произошел между ним и Балиолом. Флот английских кораблей, принадлежавший Пяти портам*, перехватили и ограбили несколько французских торговых судов, и Филипп потребовал немедленного и достойного удовлетворения за агрессию. Так как он опасался войны с Францией, Эдуард предложил расследовать, при помощи уполномоченных, причины ссоры; но это был видимо слишком медленный процесс для рассерженных чувств французского короля, и, используя свои права как Верховного Лорда, он гордо призвал Эдуарда явиться к его двору в Париже, и там ответить, в качестве вассала, за урон, который он причинил. Этот приказ, конечно, мало возымел внимания; на что Филипп, восседая на своем троне, вынес приговор английскому королю, объявив его непокорным, и приказал захватить его территории во Франции, как конфискованные короной12. Эдуард сразу же отрекся от своей вассальной зависимости Филиппу, и по совету своего парламента провозгласил войну Франции.
   Для помощи в этой войне, он призвал Балиола, и других наиболее могущественных шотландских баронов, прибыть к нему лично с их вооруженными вассалами; но его дерзкое и властное поведение вызвало недовольство шотландцев. Они обошлись с его требованиями с пренебрежением, и вместо того чтобы вооружать своих вассалов ему на помощь, они собрали парламент в Скуне13. Этот первый шаг, под видом сокращения общественных налогов, был совершен для устранения всех англичан от двора Балиола; и, тем самым, отделавшись, по их мнению, от этих ненадежных шпионов, они занялись союзным договором с Францией,14 и объявлением войны с Эдуардом. Множество владений в Шотландии принадлежали в то время английским баронам, а также многие наиболее могущественные шотландские бароны владели землями в Англии. Стремясь к союзу против общего врага, шотландские владения находившиеся в руках английских баронов были конфискованы, а их владелицы изгнаны, также как и шотландские бароны, которые сохраняли верность Эдуарду лишились своих земель15. В это время Роберт Брюс потерял свое богатое владение Аннандейл. Оно было передано Джону Комину, графу Бюшана, который немедленно вступил в права владельца, и завладел замком Лохмэйбен – оскорбление, которое в ту жестокую эпоху никогда не забывалось.
   Эдуард, хоть и разгневанный поведением шотландского парламента, и замыслив глубокую месть, был в это время занят восстанием валлийцев, и войной с Францией. Притворство и хитрость были тем оружием, к которому он прибегал чтобы использовать этот интервал времени дабы посеять раздор среди шотландских баронов, и собрать армию для подавления их восстания. К Брюсу, сыну претендента на корону, чьи мысли были заняты недавней конфискацией его владений, он проявил необыкновенное дружелюбие, сожалея о своем прежнем решении в пользу ныне мятежного Балиола, провозгласив свое желание сделать его королем, и приказал ему проинформировать своих многочисленных и могущественных друзей в Шотландии об этом16. Брюс либо поверил обещаниям, или был устрашен силой Эдуарда. Кроме того, Комин, граф Бюшан, который теперь главным образом председательствовал в шотландских советах, являлся его врагом, и принудительно держал во владении его лордство Аннандейл. Союз с ним был невозможен; и, тем самым, этот могущественный барон и его сын, впоследствии король, вместе с Дунбаром, графом Марча, и Умфравиллем, графом Ангуса, перешли на сторону Эдуарда, и торжественно возобновили ему свои клятвы верности17. Нерешительный характер Балиола был мало пригоден для того, чтобы устранить этот раскол среди шотландских баронов; и партия, которая правила тогда в шотландском парламенте, опасаясь покорности со стороны своего короля, отстранила его от власти, поместила в мощную горную крепость, и передала все дела в руки двенадцати главных баронов18.
Авторизирован
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #5 было: 11 декабря 2007 года, 23:16:23 »

Меры, принятые этими хранителями, были решительны и энергичны. Они, от имени Балиола, издали документ, отрекаясь от всех своих клятв и верности Эдуарду, на основании многочисленных и вопиющих оскорблений совершенных против прав и владений короля Шотландии19. Они отправили послов во Францию, которые заключили договор о браке и союзе, согласно которому племянница Филиппа, дочь графа Анжу, выдавалась замуж за старшего сына Балиола – Французский король обязался помочь шотландцам войсками, находившимися под его собственным командованием; и они собрали армию под предводительством Комина, графа Бюшана, которая вторглась в Кумберленд20. Эта экспедиция, тем не менее, закончилась бесславно, получив отпор при попытке штурма Карлайла.
   Для Эдуарда не было ничего более благоприятного, чем ужасное разобщенное положение Шотландии. Он знал, что три сильных партии поделили страну, и препятствовали крепкому политическому союзу, без которого, против такого врага, не могла быть создана никакая успешная оппозиция. Брюс и его многочисленные и могущественные соратники были на стороне Эдуарда. Друзья Балиола, и та часть нации, которая признавала его своим законным сувереном, созерцала его пленником в одной из его собственных крепостей, и отказывалась присоединиться к мятежникам, которые лишили его свободы. Также партия Комина, которая вторглась в Англию, где, будучи лишена военных талантов, или настолько разделена внутри себя, что горстка жителей Карлайла вынудила ее отступить с потерями в свою собственную страну. Эти выгоды, результат его собственной умелой и коварной политики, были легко восприняты королем Англии. Наступило его время для действия, чтобы осуществить месть против своих врагов, непреклонную и страшную, что так долго откладывалась. Он собрал многочисленную и хорошо вооруженную армию. Она состояла из тридцати тысяч пехоты и четырех тысяч тяжеловооруженной кавалерии. К нему присоединился Бек, воинственный епископ Дарема, во главе тысячи пехоты и пяти сотен кавалерии; и с этими объединенными силами, а также двумя священными знаменами Святого Иоанна Беверлийского и Святого Куберта Даремского, которые несли перед армией21, он отправился на Шотландию. Упоминалось, что за некоторое время до этого, Эдуард посчитал правильным даровать отсрочку в деле решения вопроса Макдуффа, и потребовал чтобы Балиол встретил его в качестве вассала в Ньюкастле-на-Тайне22. Прибыв в этот город, он вызвал короля Шотландии; и прождав его прибытия несколько дней, выдвинулся к восточной границе, и пересек Твид с большей частью своей армии южнее монастыря Колдстрим. В этот же самый день епископ Дарема пересек реку в Норэме, и вся армия, проследовав вдоль шотландской границы, приступила к городу Бервику, находившемуся в те времена в руках шотландцев23.


Авторизирован
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #6 было: 12 декабря 2007 года, 10:20:14 »

Эдуард решил сделать себя хозяином этого обреченного города. Богатство и сила его купцов были весьма велики, а величина его иностранной торговли, по мнению тогдашнего английского историка, дала ему прозвище еще одной Александрии24. Он был защищен лишь укрепленным валом, но его замок обладал внушительной мощью, а его гарнизон стал особенно ненавистен королю, так как ограбили несколько английских торговых кораблей, которые по неведению вошли в порт. Король потребовал гарнизон сдаться, и предложил ему условия, которые через два дня рассмотрения, были отвергнуты. После этого Эдуард не сразу начал штурм, но отвел свою армию на поле возле монастыря, около мили от города, и там, благодаря рельефу местонсти смог легко скрыть свои приготовления для атаки. Затем он отправил большой отряд с приказом напасть на город; и он распорядился чтобы его флот вошел в устье реки в тот самый момент, когда основная часть его армии, возглавляемая им лично, будет готова к штурму25. Шотландский гарнизон яростно атаковал корабли, сжег три из них, и вынудил оставшиеся отступить26; но они вернулись, увидев свирепую атаку на земле. Сам Эдуард, верхом на коне27 был первым, кто перескочил вал; и солдаты, воодушевленные примером и присутствием своего короля сметали все на своем пути. Все кошмары пали на богатый и густонаселенный город, разграбляемый распаленной солдатней, и жаждущий мести командующий добился своего. Семнадцать тысяч человек28, в не зависимости возраста и пола были преданы мечу; за два дня город потонул в крови будто в реке – никто не получил пощады. Церкви, в которые несчастные жители бежали как в убежище, были осквернены, и запятнаны кровью, лишились своих священных украшений, и превращены в конюшни для английской кавалерии29.
   Посреди этой резни произошел характерный пример верности. Фламандцы в то время продолжали осуществлять выгодную и большую торговлю с Шотландией, и их главное предприятие было основано в Бервике. Это было большое строение, называемое Ред-халл, и они были связаны своим уставом защищать его до последнего против англичан. Верные своим обязательствам, тридцать этих храбрых купцов обороняли свой дом против всей английской армии. Наступила ночь, а он все еще не был взят. Раздраженные этой упрямой смелостью англичане предали дом огню и похоронили его верных защитников под горящими руинами30. Резня в Бервике, которая имела место в Страстную Пятницу, была страшным примером той мести, которую Эдуард был готов применить против своих врагов. Грабеж обогатил его армию, и город никогда более не смог вернуть себе коммерческого значения и процветания. Сэр Уильям Дуглас, который командовал замком, после короткого противостояния дался, и принес клятву верности королю Англии; а его гарнизону, после клятвы не поднимать оружия против Англии, было дозволено уйти со всеми воинскими почестями31.
   Пока Эдуард оставался в Бервике, занятый возведением новых укреплений против будущих нападений, Генрих, аббат Аберброзока, в сопровождении трех своих монахов прибыл к его двору, и доставил ему документ, содержавший отречение Балиола от своего омажа. “Вы”, говорил в нем шотландский король, “без всякой причины вызывали меня на ваши суды; вы совершили ужасные преступления и грабежи против моих подданных, на море и земле; вы захватили мои замки и владения в Англии, убивали и пленяли моих подданных, а также купцов моего королевства; а когда я потребовал возмещения за эти раны, вы вторглись в мои доминионы во главе огромной армии с целью лишить меня моей короны; и жестоко разорили землю. Посему, я отрекаюсь от клятвы верности и омажа, которые были вырваны у меня, и решил открыто противопоставить себя, в защиту моего королевства, против Эдуарда Английского”32.
   Эдуард получил это письмо с яростным презрением. “Глупый предатель!” сказал он; “какой безумный он преступник! Но раз он не приходит к нам, мы придем к нему!”33
   Разгневанная страшной местью нанесенной Бервику, шотландская армия, под предводительством графов Росса, Ментейта, и Атолла, совершила второе вторжение в Англию и, имитируя пример Эдуарда, с беспощадной жестокостью разорила Ридесдейл и Тиндейл, захватив большую добычу, и не жалея ни возраста ни пола34. Пламя городов и деревень, и пепел древних монастырей Ланеркоста и Хексама, отмечали ее разрушительное продвижение; но месть шотландцев была кратковременной, а их планы бессвязны. Иначе было у их врагов; их планы были продуманны, передвижения одновременны, и намерения безжалостны.
Авторизирован
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #7 было: 12 декабря 2007 года, 10:22:57 »

Замок Дунбар в те времена был одним из самых укрепленных, и благодаря своему расположению наиболее важным в Шотландии. Его лорд, Патрик, граф Дунбар, служил в армии Эдуарда; но его жена, графиня, которая владела замком и ненавидела англичан, вступила в секретные переговоры с шотландскими лидерами, для того чтобы передать его в руки своих соотечественников. Графы Росса, Атолла, и Ментейта, бароны Джон Комин, Уильям Синклер, Ричард Сивард, и Джон де Моубри, вместе с тридцатью одним рыцарем, и большим отрядом, ворвались в него, и с помощью графини, легко изгнали нескольких солдат, которые оставались верными Англии35. Будучи проинформирован об этой потере, Эдуард решил вернуть его, во что бы то ни стало, и с этой целью послал графа Суррея с десятью тысячами пехоты и тысячью тяжеловооруженной кавалерии. На требования Уоррена, гарнизон согласился сдаться, если осада не будет снята в течении трех дней; и шотландцы, обеспокоенные сохранением столь важной крепости, привели всю свою армию, и заняли отличную позицию на высотах у Дунбара. Сорок тысяч пехоты, и пятнадцать сотен кавалерии, расположились лагерем, около Спота; и, уверенный в спасении, гарнизон замка стал со стен оскорблять англичан, как будто те уже были разбиты36.
   Суррей, при первом появлении шотландской армии, неуклонно двинулся в атаку. Достигнув высот, было необходимо развернуться в долине; и во время выполнения этого маневра, шотландцы заметили, или решили что заметили, некоторое смятение в английских рядах. Приняв это за бегство, они стремительно покинули свою сильную позицию на холмах, и ринулись вниз на врага со страшными криками. В это время, до того как они встретились, английский граф выступил из долины и построил армию в плотный порядок. Шотландцы осознали свою непоправимую ошибку когда было уже слишком поздно. Вместо бегущего врага они обнаружили полностью дисциплинированную армию двигающуюся на их сломанные и беспорядочные колонны; и после напрасной попытки восстановить ряды и короткого сопротивления они были полностью опрокинуты. Триста пятьдесят лет спустя, Кромвель, на этом же самом месте, разбил армию шотландских ковенантеров, которые занимали ту же прекрасную позицию, и с равной глупостью и поспешностью покинули ее. Победа Суррея была полной, и на время определила судьбу Шотландии. Десять тысяч человек пало в битве или во время преследования. Сэр Патрик де Грэхэм, храбрый рыцарь, и “благороднейший среди благородных”, отказался просить о пощаде, и был убит при обстоятельствах, которые заслужили похвалу у врага37. Великое множество людей, включая главных шотландских баронов, было взято в плен; и когда на следующий день король Англии прибыл лично с остатками своей армии к Дунбару, замок благоразумно сдался. Графы Атолла, Росса, и Ментейта, с четырьмя баронами, семнадцатью рыцарями, и множеством храбрых эсквайров, сдались на милость завоевателя.
Авторизирован
Atholl
Личный нобиль
*

Карма: 2
Offline Offline

сообщений: 19

Never unprepared


просмотр профиля E-mail
Re: Джон Баллиол
« Ответить #8 было: 12 декабря 2007 года, 10:23:44 »

Все пленники высокого ранга были немедленно посланы в цепях в Англию, где они были брошены в темницы в различных Уэльских и Английских замков38. Через некоторое время король вынудил их принять участие в его войнах во Франции; но даже эта частичная свобода не была дарована им, пока их сыновья не были переданы в его руки в качестве заложников39.
   Эдуард не медлил развивать свое преимущество, которое дал ему этот значимый успех. Вернувшись из Лотиана, он появился перед замком Роксбург, который был сдан ему Джеймсом, Стюардом Шотландии, который не только принес клятву Эдуарду, и отверг союз с Францией40, но побудил многих других шотландских баронов отказаться от борьбы, считавшейся отчаянной, и подчиниться Англии. Именно по его наущению Ингельрам де Умфравилль сдал замок Думбартон41, и отдал своих дочерей, Еву и Изабеллу, как заложниц. Сразу, после того как мощная крепость Джедбург была отдана на его милость42, и его победоносная армия получила подкрепление из пятнадцати тысяч человек из Уэльса, он позволил отправиться домой той части английской армии, которая наиболее была измотана в этой экспедиции.
   С этими свежими силами он направился в Эдинбург, сделал себя хозяином его замка после восьмидневной осады43; быстро подошел к Стирлингу, который обнаружил заброшенным; и там граф Ольстер, с новой армией в тридцать тысяч пехоты и четыре тысячи кавалерии, прибыл на соединение с королем, и завершил триумф английской армии. Эдуард продолжил свой путь без противостояния в Перт, где он остановился чтобы отпраздновать праздник Иоанна Евангелиста, с большой феодальной помпой и торжественностью, чествовал своих друзей, посвящал новых рыцарей, и утешал себя и своих баронов. В середине этих торжеств прибыли посланники от несчастного Балиола, объявив о его покорности и умоляя о мире44. Эдуард отказался встретиться с ним лично, но проинформировал его, что он собирается в течении пятнадцати дней отправиться в Брехайн, и что после того как Балиол прибудет в тамошний замок, епископ Дарема должен сообщить ему о решении его Верховного Лорда. Это решение было ничем иным как абсолютным требованием передать себя и свое королевство на милость его завоевателя; и которому Балиол, который ныне был не более чем тенью короля, без короны, армии, или баронов, подавленно покорился. В присутствии епископа Дарема, и баронов Англии, с него вначале была снята королевская мантия, после чего они лишили его короны и скипетра, и заставили его стоя, как преступника, с белой розгой в руке, исполнить униженное феодальное покаяние45. Он признался, что введенный в заблуждение злым Советом и его собственной слабостью, он ужасно обидел своего феодального лорда; он суммировал свои различные правонарушения, его союз с Францией, и его враждебность по отношению к Англии; он признал законность вторжения Эдуарда в его королевство, в защиту его нарушенных прав; и три дня спустя после этого, в замке Брехайн, он передал свое королевство Шотландия, его людей и их омаж, в руки своего феодального лорда Эдуарда, по своей собственной доброй воле и согласию46.* После этой унизительной церемонии Балиол передал своего старшего сына Эдуарда королю Англии, в качестве заложника за его будущую преданность; и этот юноша вместе со своим лишенным короны отцом, были сразу после этого посланы по морю в Лондон, где они оставались в течении трех лет заключенными в Тауэре47.
   Так завершилось жалкое и бесславное правление Джона Балиола, принца, чей добрый нрав мог гарантировать более счастливую судьбу, если бы он противостоял менее страшному и амбициозному противнику чем Эдуард Первый, или если бы он имел храбрость и дух, в которых он нуждался, или поддержку смелых и союзных друг с другом баронов. Но Эдуард, с политикой схожей с той, которую мы проводим в наших Восточных доминионах, преуспел в устранении всякого союза среди наиболее могущественных шотландских баронов, подогревая их личные и эгоистичные амбиции против любви к своей стране; сея разлад в их Советах, богато оплачивая их предательство, и обращаясь со всей суровостью с теми, кто отваживался любить и защищать свободу Шотландии; и характер Балиола не был высокой пробы, что смог бы объединить такие основные и разрозненные элементы, или воспрепятствовать столь глубокой политике, и такой огромной силе.
Авторизирован
Страницы: [1] Печать 
« предыдущая следующая »
Перейти в раздел:  

Powered by MySQL Powered by PHP Форум официального сайта Веры Камши | Powered by SMF 1.0.10.
© 2001-2005, Lewis Media. All Rights Reserved.
Valid XHTML 1.0! Valid CSS!