Тюренн vs. Конде

[Lambros]

Типа подарок Гофкригсрату от Империи. 

С французским у меня катастрофа, так что не судите строго за написание имен и географических названий. Когда-нибудь потом поправлю ... Может быть ...

Источник: Theodore Ayralt Dodge, "Gustavus Adolphus, A History of the Art of War from its Revival After the Middle Ages to the End of the Spanish Succession War, with the Detaied Account of the Campaigns of the Great Swede, and of the Most Famous Campaigns of Turenne, Conde, Eugene and Marlborough".

[Lambros]

Несмотря на Вестфальский мир, война между Францией и Испанией продолжалась, и неудачливые французы были поглощены не только неприятным конфликтом на своих границах, но и еще более удручающей гражданской войной Фронды у себя дома. Говоря упрощенно, Фронда представляла собой восстание, возглавляемое несколькими французскими принцами против правительства Мазарини в пользу Анны Австрийской, королевы-регентши при малолетнем Людовике №14. Политические проблемы в течение этого периода вынудили Тюренна искать убежища Голландии до тех пор, пока не была объявлена амнистия. Его политическая линия в начале конфликта часто подвергалась критике; однако это было время, когда характеры людей подвергались испытаниям, что обыкновенно происходит во время всякой гражданской войны, и когда множество честных людей впадают в заблуждение.

В 1650 внутренние беспорядки усилились; Конде и сочувствующие ему схвачены Мазарини и заключены в Венсеннском замке. Тюренн попытался возглавить старую армию Конде в замке Стенэ (Stenay), на реке (Meuse) с целью освободить соратников, но, не сумев привлечь на свою сторону лишь немногих французов, он вступает в переговоры с эрцгерцогом Леопольдом-Вильгельмом, генерал-губернатором Испанских Недерландов, который выдал ему двести тысяч талеров для найма войска, а также пятьдесят тысяч талеров в месяц на пропитание солдат, и кроме того, обещал в дополнение к тем войскам, которые наберет Тюренн, снарядить и содержать две тысячи пехотинцев и три тысячи кавалеристов, передав их под команду Тюренна. Добившись взаимопонимания с испанцами и расчитывая на то, что участие Испании принудит Мазарини к миру, Тюренн повел испанскую армию во Францию. Набрав, с помощью полученных денежных сумм, несколько тысяч человек, и объединив их с испанской армией, предоставленной ему по договору, он отправился пересек границу между Нидерландами и Францией. Испанцы предполагали вторгнуться в Пикардию, в то время как Тюренн атаковал бы Шампань, но Тюренн настоял на совместных действиях в составе одной армии, с целью захвата сильных крепостей в глубине страны и взаимодействия с соратниками по Фронде, которые вооряжелись в Бордо и других провинциях. Небольшие крепости (Le Catelet) и Гиз (Guise) были осаждены в июне, но Гиз не могла быть взята ввиду присутствия французской королевской армии, а также очень дождливого времени года, сделавшего боевые действия практически невозможными. Союзники отступили, неделей позже захватили Ла Капель (La Capelle), а затем двинулись на Вервен (Vervins), где эрцгерцог принял командование. Противостоящие армии были приблизительно равны по силе, насчитывая 10-12 тысяч пехоты и 6-7 тысяч конницы. Тюренн склонил испанскую армию к маршу в направлении реки (Aisne), взял крепости (Chaneau Porcien) и (Rhetel), оставив там гарнизоны, а противостоящая ему французская армия отступила к Реймсу. Тюренн рекомендовал двигаться вдоль реки (Aisne), затем развернуть армию влево и маршировать прямо на Париж, чтобы освободить плененных лидеров Фронды, Конде в их числе; но командир испанцев на был расположен согдаситься с этим планом, надежность которого, возможно, уступала его смелости - хотя на самом деле именно в смелости состояла его надежность - и не пожелал даже пересечь реку (Aisne). Пленных принцев перевели в другую тюрьму в окрестностях Орлеана. Тогда Тюренн предпринял разведку местности в направлении (Fismes) с тремя тысячами кавалеристов и пятью тысячами мушкетер, атаковал десять полков французской кавалерии, которые были там размещены, и отбросили их к Суассону, захватив при этом пятьсот пленных. Испанцы послав отряд к (La Ferte-Milon), по совету Тюренна двинулись на (Fismes) с целью занять позицию между французской армией в Реймсе и столицей; но, по неустановленной причине, не воспользовались своим выгодным положением, ограничившись тем, что в течение месяца вели переговоры с герцогом Орлеанским, которые не принесли никаких плодов. Затем испанцы отступили на восток и осадили (Mouzon) на реке (Meuse). После семи недель осады (Mouzon) сдался, и испанские войска ушли на зимние квартиры во Фландрии, а Тюренн остался с восемью тысячами войска в Монфоконе (Montfaucon), в горной местности между реками (Meuse) и (Aisne). Французская армия в это время сначала бездействовала в Шампани, а затем в декабре осадила (Rhetel). Тюренн поспешил на помощь осажденным, но прибыл слишком поздно, крепость сдалась 13 декабря, и Тюренн двинулся назад в Монфокон.

[Lambros]

Стремясь принудить Тюренна к сражению, командир французов, маршал Дюплесси, последовал за ним к югу от (Rhetel) и догнал его 15 декабря. Хотя Тюренн и предпочел отступление, он тем не менее поднялся на высоты по левую сторону долины, вдоль которой он держал путь. Дюплесси сделал то же самое, но по правую сторону долины, и обе армии прошли параллельным курсом пять-шесть миль на расстоянии половины пушечного выстрела. Осознав, что сражения не избежать и заметив, что на кавалерия правом фланге французов иалочисленна, Тюренн сконцентрировал всю свою конницу и спустился в долину для того, чтобы воспрепятствовать продвижению неприятеля около Шам Блан (Champ Blanc). Вначале операция казалась успешной, поскольку французская кавалерия правого фланга была рассеяна, но ее второй эшелон оказался стойким и солдаты Тюренна - преимущественно новобранцы - заволновались. То же самое произошло и на правом фланге Тюренна, где атака вначале казалась успешной, но потом захлебнулась. Как только Дюплесси понял, что войска Тюренна слабеют, он перебросил кавалерию со своего правого фланга на левый и решительно атаковал, завершив разгром Тюренна. Его подчиненные сражались плохо, и выдающийся французский военачальник был обращен в бегство. Он потерял пленными значительную часть своих солдат и нескольких генералов, а самому ему посчастливилось спастись вместе с пятью сотнями кавалерии, следуя на юг через Шампань к (Bar le Duc). Здесь он восстановил часть своих войск и двинулся назад по реке (Meuse) к Монмеди (Montmedy) где и расположился на зимние квартиры. Наполеон критикует Тюренна за его руководсиво этим сражением, но критика эта необоснованна. Решение Тюренна вступить в бой было верным несмотря на численное превосходство противника, фактически, он вряд ли мог избежать боя, навязанного емку Дюплесси, однако удача отвернулась от него и в его армии не было его старых солдат, на которых он мог бы положиться.

В течение кампании Тюренн зависел от эрцгерцога и не мог действовать в соответствии со своими собственными планами, хотя Леопольд и не имел никакого отношения к поражению при Шам Блан.

На следующий год (1651) Тюренн возвратился в Париж, поскольку была объявлена всеобщая амнистия. Французские принцы получили свободу, а Мазарини был изгнан. Тюренн попытался договориться о мире межде Импанией и Францией, но, будучи не в стстоянии этого сделать, вернулся во Францию.

В 1652 беспорядки Фронды разгорелись снова и двор был вынужден покинуть столицу и искать прибежища в расположении армии. Конде, будучи главой парти принцев, попытался убедить своего старого армейского дрега, Тюренна, объединить усилия против правительства  Мазарини, который возвратился после краткого изгнания. Но Тюренн отказался, после чего он и маршал Окенкур (Hocquincourt), каждый во главе девяти тысяч солдат, в основном кавалерии, отправились действовать против Конде, который возглавил армию Фронды, ранее состоявшую под командой герцога Бофора. Эта армия, численностью в четырнадцать тысяч, занимала позицию между Монтаржи (Montargis) и Луарой.

Конде удерживал Монтаржи, располагаясь рядом. Тюренн встал лагерем в Бриаре (Briare), а Окенкур - в Блено (Bleneau), прикрывая странствующий королевский двор, собравшийся в Жьене (Gien). Их кавалерия была рассеяна для упрощения заготовки фуража. Узнав, что Конде приближается лично, два королевских военачальника собрались сконцентрировать свои силы далее к северу. Если Конде хотел разбить их поодиночке, ему не следовало терять времени; разведав обстановку с помощью шпиона, он призвел ночную атаку на Окенкура, которого, возглавляя небольшой отряд кавалерии с присущей ему быстротой и удачей, он застал врасплох и обратил в бегство. Затем Конде повернул к Бриару, рассчитывыя точно также застать врасплох Тюренна. Но последний был встревожен и находился уже между (Ozouer) и Блено, где занял разведанную ранее позицию, которая находилась на единственной дороге, по которой Конде мог наступать, в дефиле между лесом и болотом. Конде был остановлен на этой позийии после грамотно проведенного боя, Окенкур, обнаружив, что его никто не преследует, воссоединился со своим коллегой, пройдя кружным путем, и Тюренн, в планы которого входила защита королевского двора, а отнюдь не блестящее наступление, отступил в Жьен. Его общие потери составили шестьсот убитыми и шестьсот пленными, но Окенкур потерял все свои пушки; потери Конде составили около четырехсот человек. Если бы Конде победил в этой первой операции, королевский двор оказался бы под угрозой, а в данном случае принц возвратился со своей армией в Шатильон и лично отправился в Париж, куда прибыл 11 апреля и, хотя он и не достиг ничего, стал играть роль завоевателя среди своих многочисленных приверженцев в столице.

[Lambros]

Узнав об отсутствии Конде, Тюренн немедленно двинулся на (Auxerre). Его план (или план Мазарини) состоял в том, чтобы перенести боевые действия настолько близко к Парижу, насколько это возможно. От (Auxerre) посредством серии быстрых и умело проведенных маршей Тюренн достиг (Sens) и (Corbeil). Таванн, командовавший в это время армией Конде, ничего не смог сделать для задержки неприятеля, и когда Тюренн в конце концов встал лагерем в (Arpajon), он отрезал Таванна от Парижа и шефа. Таванн двинулся на Этамп (Étampes). Будучи изолирован таким образом от своей армии, Конде, командуя малым числом новобранцев, попытался подготовить к обороне Сен-Кло (St. Cloud), Шарантон (Charenton), (Neuilly) и другие пригороды Парижа. В то же время довольно вяло велись переговоры, на которых Мазарини, с одной стороны, и Конде, с другой стороны, играли ведущие роли, тщетно стараясь перехитрить друг друга.

Тюренн оставался активным. Он атаковал Таванна во время военного праздинка в Этампе, нанеся тому ущерб в количестве двух - трех тысяч человек, но Окенкур справился со своей частью задачи настолько плохо, что Мазарини решил отправить его во Фландрию, и впредь полагаться только на Тюренна, который собрал под свои знамена двенадцать тысяч солдат.

Тем временем Конде захватил Сен Дени. Королевский двор отправился в (Melun), и Тюренн осадил Этамп. Таванн яростно оборонял город. Когда закончились припасы, он решил было сдаться, но тут Конде сумел, находясь в Париже, переправить в город обоз с боеприпасами. Король попытался ускорить капитуляцию своим личным вмешательством, но безуспешно: Таванн прикинулся больным и не появлялся на стенах города для переговоров с Людовиком. Вскоре город снова оказался на грани капитуляции, и тут на сцене появился герцог Лорренский (Lorraine). Сей вероломный союзник был призван Мазарини, который вообразил, что сможет им управлять, но, как только Лоррен оставил позади армию Ла Ферте (La Ferté), он объявил себя сторонником Конде и был тепло встречен в Париже.

Казалось бы, Конде, располагая армией герцога Лорренского, мог теперь двинуться на Этамп и нанести Тюренну решающий удар. Но, хотя герцог Лорренский был лопухом, им нельзя было так просто руководить, грабеж интересовал его намного больше, чем сражения, и его армия просто прошла по местности, грабя направо и налево, и в итоге достигла Вильнев-Сен-Жорж (Villeneuve St. Georges). Мазарини снова начал с ним переговоры, Тюренн вышел ему навстречу, и ценой обещания снять осаду Этампа и разрешить герцогу свободный проход со всей награбленной по дороге добычей, от назойливого посетителя удалось избавиться. Тюренн, потерявший около четырех тысяч при осаде Этампа и находившийся на пороге успеха, теперь ввиду политических обстоятельств вынужден был отступить, но он двигался, держась недалеко от герцога Лорренского, готовый принудить того к исполнению его позорных обязательств. Перейдя быстрым маршем Сену (Seine), он достиг лагеря герцога, и, рискуя вовлечь того в сражение, заставил его подписать новое обязательство уйти, фактически - еще до того, как Конде, который был уже в пути, мог к нему присоединться. Приглашение постороннего привело, таким образом, лишь к опустошению значительной области Франции и не принесло пользы ни одной из партий. Один лишь герцог Лорренский получил выгоду. Он вернулся с огромным количеством награбленного добра, вследствие вмешательства Мазарини в военные дела.

[Lambros]

Конде, располагая армией всего в пять тысяч, стоял лагерем в Сен-Кло. Он контролировал единственный в округе мост через Сену и, имея возможность перемещаться с одного берега на другой, мог продержаться против 11 тысяч Тюренна, и Тюренн, приблизившись, какое-то время не предпринимал ничего против принца. Королева, однако, используя пограничные гарнизоны, создала новую армию под командованием Ла Ферте, численностью равную армии Тюренна, предназначенную для совместных с ним операций.

Тюренн двинулся на Ланьи-Сюр-Марн (Lagny sur Marne) с тем, чтобы воспрепятствовать движению подкреплений, следующих на помощь Конде, которые, по слухам, следовали из Нидерландов, но обнаружив, что эти подкрепления еще далеко, предпочел атаковать Конде, взаимодействуя со своим новым коллегой. Он построил мост в Эпинэ (Epinay)*, и было условоено, что Ла Ферте пересечет реку и нападет на лагерь Конде по левому берегу, в то время как Тюренн останется на правом берегу с тем, чтобы помешать переходу Конде через реку. Конде разгадал этот план, обнаружив строительство моста, и был вынужден, не дожидаясь, пока две армии нападут на него, спасаться бегством за пределами Парижа, поскольку переменчивая столица была теперь столь же яростно настроена против него, сколь ранее ему благоволила, и не позволила ему укрыться за городскими стенами. Конде выбрал целью своего отступления Шарантон, лежащий при слиянии Сены и Марны. Из своего лагеря в Сен-Кло он мог или двинуться туда вдоль левого берега, или следовать через пригороды Парижа по правому берегу, и, поскольку второй путь был не длиннее первого, но предлагал лучшие дороги, он его и выбрал, поступив неразумно, как показали дальнейшие события. Начав движение утром 5 июля, он уже прошел Буа-де-Булонь (Bois de Boulogne), Фобург-Сен-Оноре (Faubourgs St. Honoré), Монмартр, Сен-Дени и Сен-Мартен, и его авангард проследовал через Сен-Антуан, когда он обнаружил передовые части королевских войск, следующие с севера. Тюренн обнаружил движение Конде и решил атаковать того на марше, что не позволяло Конде достичь Шарантона без сражения. Было очевидно, что если Конде продолжит марш, его арьегард подвергнется атаке, и представлялось невероятным, что такой способный военачальник, как Тюренн, позволит ему переправиться через Марну. Он оказался в ловушке, и принял единственно возможное решение, отозвав Таванна, ведущего колонну, которому удалось воссоединиться со своим шефом, понеся некоторые потери.**

Конде воистину оказался в сложном положении. Впереди его ожидала королевская армия, обладающая тройным превосходством, в тылу находились стены Парижа, защищаемые городским ополчением, полным решимости воспретить ему вход в город, который теперь был его единственным убежищем. Его поражение казалось делом предрешенным, и стены города были заполнены парижанами, выступающими в качестве заинтересованных зрителей, в то время как на холмах Шаронна (Charonne) разместился король со своим двором, рассчитывая лицезреть сцену неотвратимого разгрома Конде.*** Конде, с присущей ему твердостью характера, приготовился подороже продать свою жизнь и успех своего дела. Однако впереди оказались полевые укрепления, в свое время возведенные для противостояния герцогу Лорренскому и его попыткам шантажировать Париж, и эти укрепления пришлись весьма кстати.**** Позиция Конде была выгодной ввиду наличия в его тылу концентрических дорог, позволявших ему снабжать свои войска. Тюренну это было хорошо известно, и он разместил свои войска по фронту от Шаронна до реки. Затем Тюренн призвел три атаки: сам он атаковал в центре, на правом фланге наступал маркиз (St. Maigrin), а на левом - герцог (Noailles). Конде оборонялся, его правым флангом командовал Немур, левым - Таванн, а сам он с небольшим отрядом был готов двинуться на любой наиболее угрожаемый участок. Все французские военачальники хорошо знали друг друга; схватка обещала стать смертельной.

----------------------------

* Да, да, именно там.        

** По-видимому, передовые части Таванна успели вступить в бой с королевской армией.

*** В этом месте полагается сделать большую паузу в повествовании, а еще лучше начать новую главу, повествующую о том, что в это время происходило где-нибудь в Лондоне или в Москве. Я, однако, не стану уподобляться большинству аффтаров и продолжу рассказ.

**** К вопросу о роялях в кустах. 

[Lambros]

Желая достичь определанности в бою и избежать больших потерь, Тюренн ограничился мелкими стычками, ожидая подхода Ла Ферте, но Мазарини приказал немедленно сблизиться с войсками принца и уничтожить их. Ему было не известно, как сложилась бы обстановка за стенами Парижа. Тюренн подчинился приказу. Конде произвел вылазку в ответ на первую атаку в центре, отразил ее, и вскоре оживоенный бой завязался по всему фронту. (St. Maigrin) атаковал укрепления на Рю де Шаронн (Rue de Charonne) и, несмотря на огонь с крыш и из окон, уверенно продвигался вперед. Конде встретил его батальоны на рыночной площади и отбросил их назад, нанеся большие потери среди офицерского состава. Продвижение центра королевских войск сопровождалось еще большими потерями, поскольку Конде разместил войска в каждом доме и саду, и их огонь был губителен. Практически везде начались рукопашные бои. Тем временем (Noailles) преодолел траншеи на своем участке фронта и был готов сойтись в ближнем бою с Немуром, когда появился Конде и отбросил его отряд. Но, несмотря на все успехи Конде, Тюренн, во главе королевской армии, продолжал наступление, и, несмотря на то, что он несколько раз был вынужден отступить, уверенно продвигался вперед. В конце концов он достиг аббатства и далее прокладывал дорогу вдоль улицы Сен-Антуан до тех пор, пока Конде лично не остановил его у западных стен. Сражение достигло высшей точки, бойцы сражались как черти. Тюренн снова бросил (Noailles) в атаку и продолжил сражение на всех участках, в то время как подошедший Ла Ферте изготовился к атаке Конде с тыла. Силы Конде были истощены, его поражение казалось неизбежным, когда, к счастью, благодаря заступничеству мадемуазель де Монпансье* (Mlle. de Montpensier), дочери герцога Орлеанского, ворота Парижа открылись, и Конде было позволено войти в город и найти там убежище, как в храме. Конде отступил в квартал Сен-Жак. Его потери составили две тысячи человек; Тюренн, по-видимому, потерял больше.

Конде недолго находился в Париже, у него оставалось не более четырех тысяч человек, и с такими силами он не мог противостоятьТюренну и Ла Ферте. Он обратился за помощью к Испании, военные дела которой в то время шли хорошо, так как французский королевский двор отозвал значительные силы с границы, и многие крепости были отвоеваны испанцами. Пал даже Дюнкерк, в свое время захваченный французами столь дорогой ценой.** Эрцгерцог решил, что Конде может стать ценнейшим союзником, и предоставил в его распоряжение войска под командованием Фуэнсалденья (Fuensaldegna), и тогда же герцог Лорренский снова вышел в поход*** и вторгся в Шампань одновременно со вторжением Фуэнсалденья в Пикардию. И хотя испанцы помогали Конде неохотно****, Лоррен оставался на стороне принца какое-то время.

Встревоженный этим новым союзом, королевский двор удалился в Бургундию и Лион, но Тюренн убедил кроля и его окружение в том, что бегство окончательно погубит их дело, и уговорил их оставаться с армией и двинуться на Понтуаз (Pontoise), за рекой Уазой (Oise) к северу от Парижа, уверяя, что сможет обеспечить им должную защиту.

Узнав о приближении герцога Лорренского, Тюренн двинулся на Компьень (Compiègne), намереваясь предотвратить его соединение с испанцами. Его попытка оказалась неудачной, однако вскоре основная часть фламандского контингента испанцев вернулась домой, оставив герцоге Лорренскому лишь небольшой отряд кавалерии, в то время как Тюренн вернулся в окрестности Парижа с целью предотвратить соединение сил Конде и Лоррена. Эта попытка также провалилась из-за вмешательства Мазарини, Конде и Лоррен встретились в (Ablon), и, посеольку их объединенные силы существенно превосходили армию Тюренна численно, последний был вынужден перейьт к обороне. Он разместил свою армию за лесом Вильнев-Сен-Жорж, при слиянии рек Сена и (Yères), в том самом месте, откуда он в свое время изгнал Лоррена. Союзники не хотели атаковать его в такой выгодной позиции, решив вместо этого отрезать его от линий снабжения и осадить его лагерь. Конде разместил свои силы в составе четырех корпусов в непосредственной близости вокруг королевской армии, но оказался не в состоянии перерезать его линии сообщения с городом (Corbeil), где находились склады Тюренна, несмотря на многочисленные отряды, посылаемые с задачей беспокоить войска Тюренна и вызвать голод в его лагере. Таким образом, несмотря на то, что Тюренн был почти полностью блокирован, он никогда не оставался без снабжения. тут Конде заболел и покинул армию, а герцог Лорренский не обладал ни способностями, ни настойчивостью, необходимыми дла проведения в жизнь плана Конде. Тюренну удалось успешно провести все свои обозы, и после падения крепости (Montrond), которую осаждала другая королевская армия, он получил в качестве подкрепления освободившиеся три тысячи солдат.

--------------------

* Ах, как это романтично!   

** В кампании 1646г. Конде, командуя французскими войсками, сражался на голландском ТВД в окрестностях Дюнкерка против испанской армии по командованием маркиза Карасена, маршалов Пикколомини и Бека, а также примкнувшего к ним герцога Лорренского. Кампания, проходившая тяжело для обеих сторон, заковершилясь взятием Дюнкерка французами. Описание этой кампании выходит за рамки данной темы, но, ввиду ее поучительности, я постараюсь в будущем изложить ход боевых действий в отдельной теме.

*** Вот гад какой!   

**** По-видимому, имеются в виду испанские полевые командиры.

[Lambros]

Бездарное руководство кампанией расстроило переменчивых парижан в не меньшей степени, чем опустошение всех окрестностей города, и предрасположило их к переменам. Тюренн, исчерпав свои запасы в (Corbeil), предпринял великолепный маневр. Ночным маршем 4-5 октября он вернулся в (Corbeil), а затем двинулся двумя колоннами, которые могли быстро развернуться влево в одну линию, в направлении (Tournan), и через три дня пересек Марну у Мо (Meaux) и достиг (Senlis), а затем и Понтуаза, где размещался королевский двор. Конде, которому теперь парижане окончательно отказали в поддержке, покинул столицу и направился в Шампань, поскольку окрестности Парижа не могли более снабжать его армию. В то время, как Конде и герцог Лорренский отступали к (Aisne), король, двигаясь через Сен-Жермен и Сен-Кло, вошел в Париж - триумф, за который он должен был благодарить потоянство и мастерство Тюренна, чья отвага и стойкость под угрозой смертельных опасностей была выше всяких похвал.

В Шампани Конде взял (Château Porcien), (Rhétel), (Mouzon) и (Ste. Ménéhould) и заключил окончательный договор с испанцами, по которому в награду за его службу в звании генералиссимуса испанской армии ему передавались все завоеванные французские земли. Теперь под его командой состояло двадцать пять тысяч человек, удача, казалось бы, улыбнулась ему, но договор так и не был честно соблюден. Средства осуществления завоеваний были предоставлены ему лишь на краткий срок, хоть он и смог взять (Bar Le Duc), (Void), Коммерси (Commerci) и ряд более мелких населенных пунктов. Это приобретения были на самом деле потерями, так как оставили Конде лишь с небольшой частью его армии, ибо его пехота оказалась размещена в захваченых населенных пунктах.

Тюренн и Ла Ферте, умиротворив центральные области королевства, двинулись по направлению к границе герцогства Лоррен, и осадили (Bar Le Duc). Конде пришел на помощь осажденным, но его солдаты отказались подчиняться после захвата небольшого городка, через который они проходили, и в котором хранились большие запасы вина, и Конде пришлось отступить в Клермон и далее в Стенэ (Stenay). Королевская армия взяла (Bar Le Duc), Барруа (Barrois), (Château Porcien) и Вервен (Vervins). Тюренн был бы рад принудить Конде к сражению, но последний отступил в Люксембург.

К этому времени только Конде и герцог Орлеанский продолжали сражаться. Фронда была практически завершена, безусловно, благодаря терпению и профессинализму Тюренна.

К началу 1653 Конде удерживал (Rhétel), (Ste. Ménéhould), (Mouzon) и Клермон в Шампани, а также Бельгард (Bellegarde) в Бургундии, располагая армией в семь-восемь тысяч в Шампани, таким же количеством в Гиени и многочисленными тайными сторонниками по всей Франции. Военные действия в начале года шли вяло, поскольку и испанцы, и французы были ослаблены непрекращающейся войной, а эпоха больших армий еще не наступила. Для появления новых героев требовалось новое поколение, ибо старое поколение исчерпало свои силы.

[Lambros]

Французы открыли кампанию боевыми действиями в Шампани, Бургундии и Гиени, испанцы вступили в дело с запозданием из-за недостатка ресурсов. Тюренн и Ла Ферте с армией в десять тысяч кавалерии, семь тысяч пехоты и несколькими орудиями, захватили (Château Porcien), котрый панее снова попал в руки испанцам, и (Rhétel). Пока Конде владел (Mouzon), Стенэ и (Rhétel), дорога во Францию оставалась для него открытой, и потеря последнего нарушила его планы. В июле он и эрцгерцог вторглись в Пикаридию с почти тридцатью тысячами солдат - испанцев, немцев, итальянцев, лорренцев, валлонов и французских изгнанников. В составе армии было одиннадцать тысяч кавалерии и сорок пушек. Они собрались в Ла Капель и двинулись ускоренным маршем в Фонсомм (Fonsomme), этим путем Конде рассчитывал вскоре достичь Парижа. Но Фуэнсальденья, завидуя успеху Конде, двигался намеренно медленно, он вознамерился осадить Аррас, поскольку этот город, будучи взят, перешел бы во владение Испании, а не Конде. Конде тем временем старался продвигаться как можно быстре. Разногласия между командирами отняли много времени и дали Тюренну и Ла Ферте возможность вернуться из (Rhétel) и, следуя через Вервен, достичь (Ribemont) с армией в двадцать тысяч человек, в сопровождении Мазарини и короля. Обсуждались различные варианты дальнейших действий, но Тюренн гнул свою линию. "Опасность велика," сказал он. "Нам необходимо сосредоточить все наши силы, двинуться навстречу врагу, выбрать наилучшую позицию для защиты, удерживать превосходящие силы противника, н вступая с ним в бой, и дождаться, когда Конде разделит свои силы - а он должен будет это сделать, если захочет двиняться на Париж - и тогда атаковать его войско по частям." Согласившись с этим весьма разумным советом, королевский двор возвратился в Компьень.

Французская армия прошла Уазу и осторожно приблизиласть к испанцам под командованием Конде, который также перешел реку и приближался, имея Сомму справа и Уазу слева от себя. Все незащищенные города на пути Конде открывали ему ворота, но он не оставлял там гарнизонов, ограничиваясь принятием от них клятв верности, стараясь чтобы не распылять свои силы. Это был его последний шанс, и он не хотел рисковать. Продовольствия и денег было в достатке, по дороге на (Ham ) он достиг (Roie), который взял через два дня. Здесь Фуэнсальденья отказался двигаться дальше. Тюренн пошел на Гискар (Guiscard), в лесистую местность, удобную для обороны, и встал, ожидая Конде. Конде предложил двинуться на Ла Фер (La Fére), но Фуэнсальденья проявил медлительность, и Тюренн, разгадав его намерения, достиг города первым и разместил в нем гарнизон. Потерпев неудачу у Ла Фер, Конде предложил а качестве цели Перонн (Peronne) или (Corbie), но Фуэнсальденья на согласился, для него более предпочтительной целью оставался Аррас, более того, Тюренн и здесь предупредил его намерения, разместив гарнизоны в обоих городах. Узнав в это время, что большой обоз следует к испанцам по дороге из Камбре, Тюренн пересек Сомму у (Ham), двинулся через Перонн на (Bapaume), захватил конвой и отправил его в (Corbie) для собственнного пользования. Встретив такое противодействие во всех местах, Конде стремился к сражению, рассчитывая на свое превосходство в силах, но как мог он принудить Тюренна к бою? Он приложил все свое умение. Как свидетельствует его биограф Дезормо (Desormeaux): "Однажды он приступил к Тюренну, угрожая атакой всех своих сил, в другой раз он предпринял ложное отступление, рассчитывая на то, что Тюренн снимется с лагеря, и он сможет внезапно атаковать того на марше, затем он попытался заманить Тюренна в ловушку, затем двинулся на главные города Пикардии, демонстрируя намерение их захватить. Напрасно демонстрировал он все свое мастерство - подозрительность, осторожность и мудрость руководмлм всеми действиями Тюренна. Это было противостояние Фабия и Ганнибала." Таким образом, несмотря на свое превосходство в силах, Конде не осмелился двинуться на Париж, оставляя Тюренна в своем тылу.

Французская армия стала лагерем в Мон-Сен-Квентин (Mont St. Quentin), прикрывая Перонн с севера. Сомма, разделяющая Тюренна и его врага, казалось бы, защищала его, и ни один из маршалов не озаботился сооружением оборонительных укреплений. Конде, следуя тайным обходным путем, пересек Сомму и ручей, текущий перед королевским лагерем, обманул бдительность Ла Ферте и внезапно появился на правом фланге Тюренна. Немедленно оценив обстановку, последний предусмотрительно отступил влево, Конде последовал за ним с готовой к бою кавалерией. Тюренн занял новую очень сильную позицию в нескольких милях к востоку на лесистой равнине около (Buire) и стал окапываться. Конде последовал за ним, занял близлежащую позицию и приготовился катаке, но испанская пехота подошла слишком поздно, и благоприятная возможность для атаки была потеряна: Тюренн успел построить достаточно сильные укрепления, сделавшие атаку малоперспективной. Испанская армия три дня стояла перед войсками Тюренна, стараясь выманить его из лагеря посредством стычек и военных хитростей, но Тюренн сосредоточился на обороне, и Конде не смог ничего достичь.

[Lambros]

Тогда принц попытался осадить Гиз (Guise), но лорренцы отказались ему помогать. Тюренн направил отряд в две тысячи в город, а испанцы стали лагерем в Вермане (Vermand). Сюда прибыл эрцгерцог Леопольд, но его присутствие мало помогло разработке военных планов, а внутренние разногласия усилились. Договор, который Конде заключил с испанцами, присваивал ему чин генералиссимуса и должен был вручить ему верховное командование, но эрцгерцог и Фуэнсальденья старались ограничить его власть, они преследовали эту цель, настраивая командиров нескольких корпусов против него, в то время как при наличии нескольких отдельных отрядов испанской армии только бузусловное единоначалие было способно сделать эту армию боеспособной. Малейшие разногласия сводили на нет все военные усилия, таковы были эти бесконечные раздоры. Конде возвратился к Сен-Квентин, Тюренн перенес свою позицию в Голанкур (Golancourt) возле (Ham). К нему невозможно было подступиться, и он по-прежнему представлял неуловимую угрозу.

Потерпев неудачу в Пикардии, Тюренн перенес боевые действия в Шампань и вознамерился осадить Рокруа. Эрцгерцог в конце концов передал ему командование. Для достижения своей цели Конде должен был перехитрить Тюренна. Он разместил несколько небольших отрядов в (Bapaume), (Dourlens), (Hesdin) и (Montreuil) и пока Тюренн рассылал отряды для отражения этих угроз, Конде быстро двинулся к Рокруа и осадил город. Но взять этот город ему оказалось сложнее, чем в свое времяразбить испанскую армию под его стенами. Доблесть осажденных, непрерывные дожди, зависть Фуэнсальденья, дезертирство герцога Лорренского, который ушел вместе со всем своим войском в разгар осады, и множество мелких затруднений работали против Конде. Тюренн не делал попыток помешать осаде, поскольку Конде прочно удерживал все дефиле, ведущие к равнине, на которой находилась крепость Рокруа. Вместо этого Тюренн предпочел взять (Mouzon). После двадцатипятидневной осады Конде взял Рокруа, откуда стал совершать налеты на различные области страны, в том числе даже и на окрестности Парижа.

Новая королевская армия осадила (Ménéhold), а Тюренн и Ла Ферте прикрывали осадные работы. Конде попытался снять осаду, но безуспешно, так как был связан по рукам и ногам своими союзниками. Таким образом, кампания завершилась полным успехом Тюренна, несмотря на то, что его силы вдвое уступали неприятельским. Дело Конде потерпело крах.

Эта кампания вызывает восхищение военных исследователей, но в основном она интересна тем, что демонстрирует различия межда Конде и Тюренном. Многие считают Конде более выдающимся полководцем, но, несмотря на его храбрость и умение в бою, его неустанную энергию, еговысокие военные способности и многие блестящие достижения, ему не хватило сил для того, чтобы противостоять мастерству, которое неизменно демонстрировал Тюренн. Несомненно, Конде подвели его союзники, но примерно так же подводили и Тюренна его начальники почти во всех его кампаниях, и тем не менее он преодолел эти трудности и достиг результатов, намного превзошедших достижения Конде.

[Змей]

Замечательно! А можно ещё про неудачную кампанию Тюренна в 1650 году, когда он был на стороне Фронды? И про его же кампанию в 1656-58 гг., когда он потерпел поражение у Валансьенна и взял реванж под Дюнкерком?