Почти дождались! Ещё немножко, ещё чуть-чуть!
И тут Дик сделал нечто странное. А именно -- пожаловался на жизнь. В итоге получилось вот что....
Эпизод 7
«Я – ОДИНОКИЙ ВЕПЫРЬ В....»
Назад ехали молча – Рокэ о чём-то задумался, а Робер с Валентином притворялись, что не спят. Дику спать не хотелось, но заговорить первым он не решался.
На перекрёстке остановились.
-- На закате жду вас здесь, -- сказал Ворон, -- А теперь езжайте домой и отдохните как следует. Силы вам понадобятся. Если что, я у Вальдеса. До встречи!
Рокэ махнул рукой и свернул на дорогу, ведущую в Цитадель. Робер и Валентин поехали домой, а Ричард остался на перекрёстке, глядя вслед бывшему эру. Внезапно Ворон, словно почувствовав этот грустный взгляд, оглянулся, а затем и вовсе развернул коня. Возвращаться – плохая примета.... Хотя, с учётом всех примет, на которые он уже наплевал, это, пожалуй, неважно.
-- Юноша, -- Алва задорно улыбнулся, -- А вы не хотите поехать со мной?
-- Хочу, -- признался Дик, -- но, эр Ро...., монсень...., то есть герцог Алва, я же враг Талига!
-- Ну и что? – удивился Рокэ, -- У Вальдеса в гостях кого только не бывает! Сейчас там гостят дриксенский адмирал и родич не менее дриксенского кесаря. Ротгер их отпускал – представьте, отказались уходить.
-- Вам этого не понять – я подлый враг Талига!
-- Не понять, -- подтвердил Ворон. – Если это обстоятельство не мешало нам вместе гоняться за башней, почему оно должно мешать отпраздновать то, что мы её догнали? Так ты едешь или нет?
-- Еду, -- ответил Дик.
Лесная дорога, ведущая в Цитадель Вальдеса, была самой наезженной из отходящих от перекрёстка. Говорят, хотя бы по разу там побывали все. Ну, почти – Дик-то ехал туда впервые.
-- Послушайте, юноша, -- с ленивым интересом спросил Рокэ, -- к Вальдесу вы не заглядываете, с родными, насколько я знаю, в ссоре, Робер всё время у меня пропадает.... А с кем вы тут тогда общаетесь, с Альдо что ли?
-- Раньше – с Альдо, -- как можно равнодушнее ответил Ричард, -- Но теперь ему не до меня.
-- А что так? – сочувственно спросил Рокэ.
-- Придд. Картинку спойлерную поймал....
-- Эту, где башни рушатся? Да, помнится, бедняга потом неделю сам не свой ходил.
-- Ещё бы, испугался! – подтвердил Дик. – А потом он эту картинку Альдо показал. Теперь ходит довольный-предовольный. А вот Альдо пьёт в одиночку и всех посылает.... Даже меня, -- тяжкий вздох удалось подавить. И даже улыбнуться.
-- А как же Штанцлер? Вполне себе собеседник.... если других нет. Мы с ним в Багерлее так мило через стенку перестукивались. Хорошо, что он морзянку знает, шпион всё-таки.
-- Эр Август! И как он там?
-- Ругается, как живой и оочень здоровый. Постой, так ты тоже не видел его в Междукнижье? Неужели всё-таки.... Нет, это было бы слишком. Впрочем, -- подмигнул Рокэ, -- Я, кажется, знаю, где он. Это как раз поблизости. Однако, если он там, готов взять назад часть слов о его трусости.
Дик с трудом поверил собственным ушам.
Небольшая тропинка убегала куда-то в глубь леса.
-- Юноша, вам туда. На развилке свернёте налево. Шагов через триста после неё будет поваленный дуб. Ни в коем случае не пропустите его, иначе вернётесь на ту же развилку. По бревну пройдёте до толстой вертикальной ветки, внизу будет тропинка. Дальше – увидите. Только постарайтесь, чтоб они вас первыми не увидели.
-- Кто – они
-- Это сюрприз. Сону оставьте здесь. Удачи, юноша!
От этого напутствия стало слегка не по себе. Но не отступать же, в самом-то деле! И Ричард Окделл решительно шагнул вперёд.
Тропа почти заросла, и Дик уже начал было сомневаться в её существовании, когда впереди в густом ельнике показался просвет. Поляна! Помня о предостережениях бывшего эра, юноша замедлил шаги, стараясь производить как можно меньше шума. И услышал голос, знакомый до скрежета зубовного:
Ты сжигаешь между нами мосты,
И я корчуся на этом огне.
Я страдаю, и сухие цветы
Вырастут на подрубленном пне.... Подрубленный пень действительно имел место быть рядом с небольшим домиком. Правда, вместо сухих цветов на нём помещался эр Август и внимательно слушал оные вирши. Жиль Понси, счастливый, насколько это вообще возможно, расхаживал перед ним, визгливо и с приддыханием декламируя:
Я изгнанник в беспросветной ночи,
Среди недостигаемых звёзд;
Я лишь странник, и рассвета лучи
Никогда моих не высушат слёз. Дика он не заметил. И слава Леворукому!
-- За смертью вас посылать, юноша, -- приветствовал Алва вернувшегося Ричарда. – Ну как, сочинил Барботта что-нибудь новенькое? И как поживает Штанцлер?
-- Эр Рокэ, -- в голосе Дика появились жилевские интонации, -- кто его туда поселил?!
-- Кто? – Ворон приподнял бровь. – Едва ли здесь есть такой злодей. Да не смотрите на меня так! Милейший эр Август разделил одиночество Понси по доброй воле.
Алва ненавидит Штанцлера и не скрывает этого. Но всё равно ему хотелось верить. Только вот....
-- А откуда вы знаете об этом убежище?
-- Юноша, вы меня раскусили! -- рассмеялся Рокэ. – Оттуда, что сам его строил. Для Жиля.
-- Но он же вам.....
-- Не нравится. Но то, что с ним хотели сделать после первой книге, понравилось мне ещё меньше. Мы, злодеи, такие.... Я всегда знал, что Жиль Понси на что-нибудь да сгодится!
Дорога, как ядовитая змея, выползла из леса на берег моря. Я изгнанник в беспросветной ночи.... Глупая строчка, беспросветных ночей не бывает. Ночи всегда заканчиваются. Одиночество тоже заканчивается, но не всегда так, как хотелось бы. Впереди Цитадель Вальдеса, потом новая книга. Если в этот раз, оказавшись в Междукнижье, чуть не взвыл – что дальше-то будет?
-- Юноша, лимоном не поделитесь?
Оклик эра, как всегда, застал врасплох. Дик вздрогнул, не зная, что ответить.
-- Не поделитесь, -- подытожил Рокэ. – Ибо съели весь. Ничего, обойдусь как-нибудь. Открою вам страшную тайну, только никому не говорите – я тоже не очень хочу возвращаться в книгу.
Автор
Порадовали и повеселили, как всегда. 
Авторизирован
Кое-кто накаркал. 
Р-р-р. (фрагмент опущен). 
Так. А теперь признавайтесь, кто из почитателей баек эра Sammium'а учинил диверсию в типографии?! 
Ой! Представляю картину: пока Айрис с Селиной отвлекают охраннника, Роке Алва подменяет матрицу в печатном станке, Повелитель Молний коротит электрощиток, а Дик с Валентином стоят на стрёме... 
