Бардовская песня-2

[Великий Сит]

Вот другой при бороде, нуретий снял ее

А кто такой (или что такое) нуретий?

Олли, "нуретий" - это "ну, а третий". Опечатка, однако...

[Erin]

Великий Сит, опечатка была у меня. Собственно, даже не у меня, я брала текст на bards.ru,   чтобы ничего не перепутать. Хотела, как лучше, а вышло, соответственно, как всегда.    А что не прочитала, каюсь, раньше за ними таких шуток лично мной не замечалось.

[Великий Сит]

Эрин, бросьте извиняться - за очепятку, да ещё и чужую, Великий наш Сит Вас не съест!  

Должен сказать, что на bards.ru опечатки нет-нет, да и встречаются, что не есть хорошо; но с другой стороны, само наличие такого текстового архива в Паутине - явление весьма положительное... Во всяком случае, можно вполне полагаться на выложенные там тексты с пометкой "Текст выверен автором".

А не выложить ли мне с тоски что-нибудь сюда самому?

Михаил Щербаков. Марш кротов

Альт и бас дают петуха, моргнув,
игрушки свои жонглер на землю бросает,
стар и млад, плясун, балагур и шут
становятся немы ртом и ликом темны, -
чуть только наш, от ярмарки в двух верстах, кимвал забряцает
и окрест, бригадами по сто душ, появимся мы.

        Мы - кроты. При нас улыбаться брось!
        Мы видим тебя насквозь. Да, насквозь.

Главный крот сидит на таком коне,
в камзоле таком, что нам и сладко и больно.
Мы, кроты, его безусловно чтим,
поскольку он старше всех на семьдесят лет
и под рукой огромная у него, естественно, бомба,
от какой спасения никому, естественно, нет.

        Ну, а мной - кончается строй бригад.
        Я самый последний крот, арьергард.

Я иду. Я всем ходокам ходок.
А будет привал - засну, умру, не опомнюсь.
В нас, кротах, силен коренной рефлекс:
велят умереть - умри, родиться - родись.
Плюс мы спешим, мы шествуем далеко, на Северный Полюс,
чтоб на нем, присвоив его себе, создать парадиз.

        И хотя над Полюсом ночь густа,
        с ней справится зоркий глаз, глаз крота.

Всяк жонглер на ярмарке, шут любой, -
пока мы течем вокруг, бряцая надсадно, -
прям стоит и вертит в уме цифирь
(горазд не горазд считать, удал не удал):
мол, клык за клык, за хвост полтора хвоста, три, стало быть, за два.
А итог выходит всегда другим, чем он ожидал.

        Эй, басы! Моргните-ка там альтам.
        Из Моцарта что-нибудь - нам, кротам.

[Белочка Тилли]

А вот еще из классики... Что-то настроение такое...

                 Юрий Кукин

Горы далекие, горы туманные, горы,
Их улетающий, и умирающий снег.
Если вы знаете - где-то есть город, город,
Если вы помните - он не для всех, не для всех.
       Странные люди заполнили весь этот город:
       Мысли у них поперёк и слова поперёк,
       Из разговоров они признают только споры,
       И никуда не выходит оттуда дорог.

Вместо домов у людей в этом городе небо,
Руки любимых у них вместо квартир.
Я никогда в этом городе не был, не был,
Я все ищу и никак мне его не найти.
       Если им больно - не плачут они, а смеются,
       Если им весело – грустные песни поют.
       Женские волосы, женские волосы вьются,
       И неустроенность им заметет уют.

Я иногда проходил через этот город -
Мне бы увидеть, а я его не замечал.
И за молчанием или за разговором
Шел я по городу, выйдя и не повстречав.
       Поездом - нет! Поездом мне не доехать.
       И самолетом, тем более, не долететь.
       Он задрожит миражом, он откликнется эхом.
       И я найду, я хочу, и мне надо хотеть.

[Erin]

[quote author=Великий Сит link=board=14;threadid=

Должен сказать, что на bards.ru опечатки нет-нет, да и встречаются, что не есть хорошо; но с другой стороны, само наличие такого текстового архива в Паутине - явление весьма положительное... Во всяком случае, можно вполне полагаться на выложенные там тексты с пометкой "Текст выверен автором".

Мне, как огромному поклоннику бардовской песни - просто незаменимый, только теперь буду строго выверять текст !


Не тот момент, но у меня одно лекарство от психоза - общение. Простите, ладно7
И вот хочу из любимых представить, хоть первая песня и мужская, но мое чувство Питера передает точно.



Ленинградская стрела

Снова осень листья жжёт на тротуарах,
Ветер прячется в арбатских кулуарах,
А я стою и напеваю невпопад:               \
“Петроград мой, Петербург мой, Ленинград”. /(2)

Ты сказала, убегая из Москвы,
Что тебя заждались каменные львы,
Что скучает старый друг Серёжа Йоффе, \
И подруга захворала в Петергофе.      /(2)

Я отчалю, словно лодка от причала,
Из Москвы, от Ленинградского вокзала.
Ах, родная “Ленинградская стрела”, \
Ты пронзила моё сердце, обожгла.   /(2)

Я приеду под вечернюю зарю,
Как всегда, на Невском сяду, закурю.
Позвоню – услышу твой автоответчик,    \
Где же ты опять, родной мой человечек? /(2)

Ночь. Над Питером разводятся мосты,
Дремлет Мойка, спит Нева и спят Кресты,
Мы опять с тобой вдвоём, мой старый друг,
Ленинград мой, Петроград мой, Петербург.
Мы опять с тобой вдвоём, мой верный друг,
Ленинград мой, Петроград мой, Петербург.

И скользит по белой ночи, как фрегат,
Ретроград мой, ренегат, аристократ.
Ты сегодня моей жизни драматург,
Странный город мой, мой сонный Петербург.

Петроград мой, Петербург мой, Ленинград. (2)

***
Пираты
                  Юрий (Георгий) Аделунг

Вы скитались по белому свету,
Не давая клинкам заржаветь,
Презирая Христовы заветы,
Не умели о прошлом жалеть.

Моря солью пропитаны латы.
В разных странах явились на свет,
Но одна Ваша каста — пираты,
Нет Отчизны и родины нет.

О конце ты об их не молись, враг, —
Бога нет, ну а Дьявол им зять.
И Голландца Летучего призрак
Абордажем нетрудно им взять.

Кровь кипит на дощатых настилах,
Чёрных дней море тайну хранит.
Совесть все грехи им простила,
Не смягчит жалость сердца гранит.

Всем им путь уготован на реи,
Будут злобно смеяться враги.
И никто никогда не жалеет
О загубленных душах таких.

Южный Крест звёзд брильянты разбросил,
Украшая ночной небосвод.
Всех пиратов покорнейше просим
Не сгибаться под плетью невзгод.

 

А это просто из любимого.

[Gatty]

Почитала я, вернувшись из Первопрестольной форум, и навеяло...
Конечно, я не шибко надеюсь, что это поможет, но все же, почитайте, послушайте и подумайте.

Зевс-Громовержец, людей покарай недостойных,
Век свой проведших в покорном и рабском молчаньи.
На площадях, в переулках и даже в застольях
Все друг на друга кидаются нынче с мечами.
Полные прежде театры - пустые бассейны...
Нету спасенья от гнева  враждующих партий.
Град покидая, бегут со стенаньями семьи,
Все разбегутся - и кто же останется в Спарте?      

Зевс-Громовержец, людей покорай недостойных,
Путь позабывших в твои белоснежнные храмы.
Всюду проклятья, и крики, и хриплые стоны -
Снадобий скоро не хватит, чтоб вылечить раны.
Жадно Афины следят за кровавою дракой
Не избежать поражения нам и полона.
- Что же нам делать, ответствуй, дельфийский оракул?
- Надо Терпандра позвать и почтить Аполлона.      

Четверострунную лиру лиру сменив семиструнной
Чуткими пальцами тронет он струны тугие.
Песня начнется - забудутся ссоры и ругань.
Братья вчера - мы сегодня друг другу враги ли?
Кончим раздоры и вспомним о собственном доме,
Брань заглушат музыкальной гармонии звуки.
Бросим мечи, от железа очистим ладони,
Для хоровода сплетем дружелюбные руки.         
Кубки наполните пенно-кипящею влагой
Мрачные речи заменим напевом веселым.
Пусть состязаются силой своей и отвагой
Лучники, копьеметатели и дискоболы.
Предотвращая разящие грозно удары
Не иссякает мелодия струн этих тонких.
Слава Терпандру, певцу апполонова дара!
Жаль этих песен - о них позабудут потомки...

[Erin]

"Старый Гарри" и "Генрих Шестой"- образ собирательный, или разобьем их на два персонажа?

Окрестности в пожаре
Пылают за окном.
Король наш старый Гарри
Подвинулся умом.
На нивах опаленных
Зерна не соберешь -
Летят отряды конных,
Вытаптывая рожь.
К чему страдать - трудиться, -
Все пущено на слом.
Не дай вам Бог родиться
При Генрихе Шестом!
Чье над полками знамя?
За что ведется торг?
Кто править будет нами -
Ланкастер или Йорк?
Какого нам вельможи
Ни прочат короля,
Для нас одно и то же -
Неволя и петля.
Милорд наш веселится,
Да мало толку в том.
Не дай вам Бог родиться
При Генрихе Шестом!
Повсюду запах гари,
Покинуты дома.
Король наш старый Гарри
Совсем сошел с ума.
Не даст тебе Создатель
Дожить до старых лет, -
Бросай соху, приятель,
Берись за арбалет!
Стрела летит, как птица,
Повсюду лязг и стон...
Не дай вам Бог родиться
При Генрихе Шестом!

[Alavarus]

Собственно Гарри это и есть Генрих. Который действительно "подвинулся умом".

[Erin]

Собственно Гарри это и есть Генрих. Который действительно "подвинулся умом".

Я знаю. Это у меня ирония не удалась.

[Белочка Тилли]

Вот что-то, видно, последними событиями навеяло...

                 Юрий Кукин

Палатка в облаках

Не помнил я, куда летел,
Не видел рядом спящих тел.
С пробитой вестью головой,
И безразлично, что живой,
И безразлично, что живой.


А подо мной белым-бела
Равнина облаков плыла,
И вижу сквозь нечеткость век:
По ней плетется человек,
По ней плетется человек.

И стало мне пустынно вдруг:
Ведь это мой погибший друг,
И холодочек по спине:
Вот он махнул рукою мне,
Вот он махнул рукою мне.

Нет, это сон всему виной,
И вновь все пусто подо мной,
И боль укутал мысли шелк:
Куда он шел, куда он шел,
К кому он шел, к кому он шел?

И где б ни сел мой самолет,
Меня в пустыне этой ждет
Мой друг, и ждет меня, пока
Моя палатка в облаках,
Моя палатка в облаках.

[Erin]

Романс
                 Юрий Визбор

Dm
О, яхта - мой корабль,
D                 Gm
Мне пассажир твой снится,
 А                            Dm
Дощатый старый пирс, лиловая заря,
   D7           Gm
Как вы присели к нам,
 А         В
Загадочная птица?
                Gm      А          Dm
Ведь надо ж отдохнуть, летя через моря.


Нам дали солнца стог,
Нас ветром наградили,
Нам выпала весна с оврагами в снегу,
И караваны яхт в то утро выходили -
Веселые щенки на мартовском лугу.

О, взгляды в тишине,
О, молнии украдкой,
И отвечали мне вы взмахами ресниц,
Но было все для вас случайною посадкой,
Лесной аэродром на трассе двух столиц.

Вы вышли из меня, летали вы немало,
И вот вернулись вы на тот дощатый пирс,
Но желтый лист упал,
Как будто все пропало,
И снеговые тучи в небе поднялись.

Зеленая весна осталась за горами,
И вы молчите зря,
И курите вы зря,
Ведь караваны яхт влекутся катерами
К печальным берегам седого ноября.









     

[mikhal]

Дмитрий Авилов ("32-е августа", Москва, http://aug32.hole.ru)

три звёздочки

Вот бывало короткое платьице
Перекроет движенье на улице.
Ножки стройные взглядами гладятся
Так, что плечи под платьем сутулятся.

Даже площадь - и та станет красная,
И, красна от смущения, девица
Порешит: «Так оделась напрасно я,» -
Убежит, да и переоденется.

И настанет тогда осень хмурая,
Ночи длинные, сны кошмарами.
Скажет девица: «Вот ведь дура я,» -
И оденется вновь по-старому.

Распрямится трава зелёная,
Выйдет поутру в поле чистое
Девка красная и ядрёная,
Вся намазана и расхристанна.

То начнёт коня за узду хватать,
То избу спалит деревенщине.
Люди скажут ей: «Что творишь-то мать?,
А она в ответ: «Так завещано».

Пожелается счастья скорого,
Неприкрытого, чтоб самой видней
Было молодца полуголого
Буйну голову на коленях ей.

А потом опять станет кроткую,
Разрыдается, как расплатится.
Счастье краткое, ночь короткая,
И подоткнута, словно платьице.

Над землёй кружат чёрны вороны,
Не видать ни зги, урожай не сжат.
Да не парь мозги, - Было здорово!
Башни сорваны по полям лежат.

(это из совсем уж нового)

Вот еще, Олег Медведев ("Полнолуние", Иркутск, http://polnolunie.baikal.ru/oleg)

Амазарский Ястреб

Я ехал на верхней полке, сопел-грустил об ушедшем счастье,
Практически не держали меня ни ноги, ни тормоза,
Когда будто взрыв гранаты возник за окном белоснежный ястреб
Где-то неподалеку от маленькой станции Амазар.
И я перестал грустить, гадать, куда уведет кривая,
На скользкие провода, накренившись, выкатилась луна,
Когда параллельным курсом, не обгоняя, не отставая
Летел Амазарский ястреб, белея в сумерках у окна.

    Припев:
    Я верю: ищущий да обрящет,
    Не просто верю, а знаю наверняка!
    Возьми мой адрес, пиши мне чаще,
    Смешная девочка с маяка.

Лишь маховое перо в привагонном ветре дрожало еле,
Дрожало почти вплотную к моим слипающимся глазам,
И я, засыпая, слышал: Мели, Емеля, - твоя неделя,
Ты сделай свою работу, парень, а дальше я справлюсь сам.
Мели ее, эту смесь из иллюзии, небыли, снов и были,
Чтоб, в клочья порвав экран, чернее сажи и черта злей
Лихой паровоз Люмьеров ворвался в зал и пошел навылет,
Разбрызгивая по стенам мусьев, мадамов и мамзелей.
А тот, кто тебе поможет, уже проявляется - видишь вон он,
Почти что материален - пусть черно-белый, но как живой,
С матом и песняками подобно гоплиту у Марафона
Несется он вниз по склону, вращая оглоблю над головой.

    Припев.

А свиньи летят в Австралию, свиньи гордятся собою - что ты!
В планах машина, вилла, яхта, случка и опорос.
Свиньи летят в Австралию - свинонесущие самолеты,
Рыгая от содержимого, отрываются от полос.
Яхта, конечно, в плюсах, минус - свинья рождается старой,
Мечты у нее свиные, вся пошлая жизнь ее - попсня,
Ей вслед, набирая скорость, взлетает ястреб из Амазара.
Я сделал свою работу, дальше он справится без меня.

    Припев.


Если кто есть из Минска, пишите mikhal@nsys.by - дам переписать недавние минские концерты Авилова и Медведева.

[Ollyagr]

Междугородные романы
Опустошают нам карманы.
Опустошают кошельки
Междугородные звонки.
Опустошают нам сердца
Неотвратимостью конца,
Неверьем севера и юга
Однажды обрести друг друга.

А поначалу так легко,
Светло, и радостно, и звонко -
Быть барабанной перепонкой,
Жить в ожидании звонков.
Но так свободны вечера,
И пуст, как дом, почтовый ящик.
Разлуки сводная сестра -
Неверность дальняя маячит.

И мы уже не так просты -
Все тяжелей разлуки бремя,
Междугородные мосты
Уже подтачивает время...
И в зимних муторных утрах
Она назойливей и ярче,
Неверья кровная сестра -
Неверность близкая маячит.

Междугородные романы
Опустошают нам карманы,
Опустошают кошельки
Междугородные звонки,
Но есть страшнее нищета:
Последний огонёк потушен,
А телефонные счета
Ещё летят по наши души.

http://www.bard.ru/cgi-bin/ftp-mp3.cgi?id=631.13


О, эти утренние женщины -
 Не то, что женщины вечерние,
 Они скромней, они застенчивей,
 Глаза их ярко не очерчены.
  Они досматривают сны на бегу,
  Они бросаются в пасть троллейбуса,
  Но и на зыбком, на земном берегу
Они кому-то кажутся ребусом.

О, эти утренние женщины -
Не то, что женщины вечерние -
За невозможным, но обещанным
Куда-то мчатся, как кочевники,
По тротуарам и по обочинам
То вереницами мчат, то ордами...
Но даже в городе озабоченном
Кому-то кажутся кроссвордом они.

О, эти женщины вечерние -
Не то, что утренние женщины.
Вот так в чудесном превращении
Песок на дне морском стал жемчугом.
И, отрекаясь от дневной кутерьмы,
Сулят и радости, и мучения,
Не разгадают и ученых умы
Их глаз опасное излучение.

Но если утренние женщины
Совсем иными стали к вечеру,
Не торопитесь их развенчивать
И не стремитесь рассекречивать
Просто нас не минует весна,        
Если будут казаться ребусом
И бегущая по волнам,
 И бегущая за троллейбусом.

http://www.bard.ru/cgi-bin/ftp-mp3.cgi?id=631.15

[Erin]

А.Городницкий

- Брат мой названный, брат мой единственный,
Видно, время пришло расходиться нам:
Что-то странное сделалось с листьями -
Пожелтели они, погляди!

     - Но пока еще лето, сестра моя,
     Просто листья такие багряные,
     И грустить, и печалиться рано нам -
     Целый месяц еще впереди.
     Ну что с того, что желтый тон
     Сменил зеленый цвет?
     Нельзя печалиться о том,
     Чего пока что нет.

- Брат мой названный, брат мой единственный,
Видно, время пришло расходиться нам:
Что-то странное сделалось с птицами -
Улетают они, погляди!

     - Но пока еще лето, сестра моя,
     Просто птицы отправились за море,
     И грустить, и печалиться рано нам -
     Две недели еще впереди.
     Пусть лист взлетает за листом
     Пернатой стае вслед, -
     Нельзя печалиться о том,
     Чего пока что нет.

- Брат мой названный, брат мой всезнающий,
Погляди на костер догорающий...
Сердце бьется, как лист отлетающий
И тревожно стучится в груди.

     - Это все еще лето, сестра моя,
     В злую осень не верю упрямо я,
     И грустить, и печалиться рано нам -
     Есть неделя еще впереди.
     Лежит листва в лесу пустом,
     Как пригоршни монет.
     К чему печалиться о том,
     Чего пока что нет?

- Это осень пришла, брат мой названный, -
Видишь, утро такое ненастное!
Теплых дней ожидаем напрасно мы:
Зарядили сплошные дожди.

     - Нет, пока еще лето, сестра моя,
     Просто утро какое-то странное...
     И грустить, и печалиться рано нам -
     Целый день еще впереди!
     В лесу деревьев горький стон,
     И берег в лед одет...
     К чему печалиться о том,
     Чего теперь уж нет?

[Erin]

 Высоцкий Владимир

Баллада о борьбе
                 Владимир Высоцкий

     (Написана для к/ф "Стрелы Робин Гуда")

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от мелких своих катастроф.


Детям вечно досаден
  Их возраст и быт,-
  И дрались мы ло ссадин,
  До смертных обид.
  Но одежды латали
  Нам матери в срок,
  Мы же книги глотали,
  пьянея   от строк.

Липли волосы нам на вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой сладко от фраз,
И кружил наши головы запах борьбы.
Со страниц пожелтевших слетая на нас.

И пытались постичь
  Мы, не знавшие войн,
За воинственный клич
  Принимавшие вой,
Тайну слова "приказ",
  Назначенье границ,
Смысл атаки и лязг
  Боевых колесниц.

А в кипящих котлах прежних войн и смут
Столько пищи для маленьких наших мозгов!
Мы на роли предателей, трусов, иуд
В детских играх своих назначали врагов.

И злодея следам
  Не давали остыть,
И прекраснейших дам
  Обещали любить,
И, друзей успокоив
  И ближних любя,
Мы на роли героев
  Вводили себя.

Только в грезы нельзя насовсем убежать:
Краткий миг у забав - столько боли вокруг!
Попытайся ладони у мертвых разжать
И оружье принять из натруженных рук.

Испытай, завладев
  Еще теплым мечом
И доспехи надев,
  Что почем, что почем!
Разберись, кто ты - трус
  Иль избранник судьбы,
И попробуй на вкус
  Настоящей борьбы.

И когда рядом рухнет израненный друг,
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,
И когда ты без кожи останешься вдруг
Оттого, что убили его - не тебя,-

Ты поймешь, что узнал,
  Отличил, отыскал
По оскалу забрал:
  Это - смерти оскал!
Ложь и зло - погляди,
  Как их лица грубы!
И всегда позади -
  Воронье и гробы.

Если мяса с ножа ты не ел ни куска,
Если руки сложа наблюдал свысока,
И в борьбу не вступил с подлецом, с палачом, -
Значит, в жизни ты был ни при чем, ни при чем!

Если, путь прорубая
  Отцовским мечом,
Ты соленые слезы
  На ус намотал,
Если в жарком бою
  Испытал, что почем, -
Значит нужные книги
Ты в детстве читал!