Стихи: не свои, но запомнившиеся.

[Айрэль]

Я обожаю книги Энн Маккефри. И стихи из них. Это из книги "Полёт дракона. Странствия дракона."
Воздайте почести драконам
в поступках мыслях и словах.
они встают живым заслоном
на смертных Перна рубежах-
там, где решает взмах крыла:
жить миру иль сгореть дотла.

Почёт воздайте всем Крылатым
в поступках, мыслях и словах.
их жизнь легла кровавой платой
на смертных Перна рубежах.
с древнейших дней гласит закон:
едины всадник и дракон.

[Торнада]

Опять кажется Макса Фрая.

Понимаешь, это - моя война,
это только моя война.
Я ее развязал на границах чужого сна.
Понимаешь, я очень хочу проиграть,
до смешного хочу проиграть,
сдаться в плен и спокойно спать.
Понимаешь, но все на моей стороне
в этом чужом, беспокойном сне,
и победа сама в руки просится мне.
Понимаешь, это моя война,
это только моя война.
Пядь за пядью
отвоевана
тишина.


Разговор с тенью
Белый пух, горячий ветер...
- Спишь?
- Скажи, зачем мы здесь?
- По секрету?
- По секрету.
- Спички есть?
- Конечно, есть.
- Чиркни спичкой, станет ясно:
мы пришли...
- Не надо вслух!
- ...чтобы вспыхнуть и погаснуть,
словно тополиный пух.
- Что ты! Тише! Будет вечер,
чай, пирог, луна в окне,
чашку в руки, плед на плечи...
- Вечер - твой, а вечность - мне?
- Вечер - наш, а вечность - к черту.
- Чиркни спичкой.
- Ты опять?
- Проще быть живым, чем мертвым,
проще плакать, чем молчать.
Вдох. Как граппа ветер крепок.
- Я почти исчез, а ты?
Самый сладкий, напоследок,
выдох - время жечь мосты.

[Ki]

По Кэртиане. Про кого - можно не говорить.
Пишет Лауриэль Анарвен ([info]lauriel_anarwen)
Осенняя Охота

Кружатся листья золотые,
Синеет небо над тобой...
Отринь сомнения пустые
И горечь памяти былой.

Летит Осенняя Охота,
И свежий ветер бьёт в лицо.
Там боли нет, а есть - свобода,
Погони яростный восторг.

Твой сюзерен забыл о долге,
Для родины ты стал врагом...
Забудь! Забудь хоть ненадолго -
Не время думать о плохом.

Печаль любви неразделённой,
Жестокий ярко-синий взгляд,
Кошмар осенней ночи тёмной
Забыты ныне. И назад

Ты не оглядывайся - помни:
Ушедший миг не возвратить.
Сейчас - летят, как ветер, кони,
А завтра - битвы. Кровь. И смерть.

[Ki]

А это Вероника Иванова.

Трубка пятнадцатая, чаераспивочная
***
Все мы нужны кому-то -
Сказку представить в лицах.
Но и одной минуты
Хватит, чтобы разбиться.

Тонкой щекою чашки
Об пол, с беззвучным воем…
Труд разбиваться – тяжкий.
Хочешь его освоить?

Странные судьбы-блюдца,
Каждое снова с края,
Вздрогнут и покачнутся,
Больше не выбирая

Между землей и небом:
Вниз, только вниз – в осколки!
В мусор, с засохшим хлебом,
Если не вышло толка,

Если ошиблись в главном,
Если не так любили…
Ты не обжегся? Славно!
Я принесу другие.
***

[Konstantin]

  Красивые стихи. Эрэа Кит-д-Арна, а "Осенняя охота", случайно, не про Робера Эпинэ ?

[Ki]

Про него...

[Артано]

Меня сразили эти стихи... Написала их Тэленис... Мельда - любимый...

Melda, владыка подлунных чертогов весенних,
Трель соловья и капель колокольного звона,
Шепот листвы,   зелень травы,
Холод воды,   ярость звезды
Вышью тебе я к Нарквэлиэ на знаменах.

Пусть о печалях своих ты хоть раз позабудешь,
Осени краски прозрачные холодом веют,
Только сейчас   они не для нас -
Мы рождены    небом весны,
Нам ее чары остывшее сердце согреют.

Ты далеко не ребенок и даже не молод,
Я разучилась смеяться и стала печальна,
Нам не дано    свидеться вновь,
Но, все равно, - это любовь.
Это и будет одна на двоих наша тайна.

Знамя мое тебе будет служить до заката,
Ночью же снова на небо оно возвратится,
Шепот листвы,   зелень травы,
Холод воды,   ярость звезды
Снова отнимут у нас перелетные птицы.

Melda, владыка подлунных чертогов весенних,
Пусть о печалях своих ты хоть раз позабудешь,
Ты не ребенок и даже не молод,
Все, что ты помнишь, все, что ты любишь -
Холод, лишь холод, отнимет осенний холод

[Артано]

А это "Тирион" слова написал Арандиль, а спела Тэленис
Этот город не опустел,
И не немы его ступени.
Этот город, как прежде, бел,
И знамен не коснулись тени.
И над площадью высоко,
Где трава между плит клонится,
Глянув в небо, узнать легко –
Это те же вернулись птицы.
И родник у дверей во мглу,
Где отец мой Король смеялся,
В море тихо унес золу
И собою самим остался.
А во мглу проникает день,
В гобеленной проснулись ткани,
И отец мой Король их тень
Гладит светлой и твердой дланью.
И отец мой Король – он ждет,
С той же радостью и величьем,
Будто кто-то уже идет
В дом с победой без прежних кличей,
Только с именем Короля,
Чтобы пела под сапогами
Гавань черного корабля,
Осиянная прежде нами.
Где-то там и твоя звезда,
Ты, кто песню начнет сначала,
Ты, не видевший никогда,
Как над миром заплакал Вала.
Это голос не мой поет,
Но, клянусь не моею песней, –
Белый Тирион не падет,
Пока лорд его не воскреснет.

[Влад Найтлор]

Виктор Луферов. Памяти Веры Матвеевой.

И тихо, и покойно, и вам уже не больно,
И исчезают лица, и тают голоса,
И ложь - уже не правда, и что-то будет завтра;
А Вам осталось только два часа.

Потом ладья отчалит, седая от печали,
И алые, как в сказке, поднимет Паруса.
Но тени Ваших крыльев на миг лицо закрыли;
А Вам осталось только два часа.

Вы сами, только сами умоете слезами
Свои земные руки, небесные глаза.
И чистые, как ветер, уходят Ваши дети;
А Вам осталось только два часа.

А в людях, как отрава, кипит каленой лавой
Колючая до боли, горячая игра.
И плещутся знамена, и шепчутся влюбленные...
А Вам осталось...

Нет, уже пора...

[Влад Найтлор]

Из книги Александра Бушкова

День назывался четвергом,
рассвет был алым.
Змея вползала в тихий дом,
змея вползала...
Рассвет будил грядущих вдов
тревожной нотой.
Змея ползла среди холмов,
змея пехоты...
Коварный лев тянулся вновь
к чужой короне,
и, чуя будущую кровь,
храпели кони...

Свистела первая стрела
холодной былью.
На стебли лилий тень легла,
на стебли лилий.
Друг другу мстя за прошлый гнев,
за все разбои,
готовы лилия и лев,
готовы к бою...

Войну зовем своей судьбой,
но - вот наука! -
закончить внукам этот бой,
закончить внукам...

Король, куда же вы ушли?
Бароны, где вы?
Ведь тот костер, что вы зажгли,
погасит дева...

[Влад Найтлор]

Анна Ахматова

Вам жить, а мне не очень,
Тот близок поворот.
О, как он строг и точен,
Незримого расчёт.

Зверей стреляют разно,
Есть каждому черёд
Весьма разнообразный,
Но волка — круглый год.

Волк любит жить на воле,
Но с волком скор расчёт:
На льду, в лесу и в поле
Бьют волка круглый год.

Не плачь, о друг единый,
Коль летом иль зимой
Опять с тропы волчиной
Услышишь голос мой.

[Влад Найтлор]

Вероника Иванова

Отдать все сокровища мира? Согласен:
Твой солнечный лик без алмазов прекрасен.
Довольно лишь слова и нежного взгляда -
Пусть разум испуганно шепчет: "Не надо!" -
Навстречу тебе, в обжигающий дождь
Шагнул бы, но ты... Не придёшь.

Мечтать о невинном, как сон, поцелуе,
Беречь и хранить, беспричинно ревнуя,
Искать отраженье зари на ресницах
И знать, почему умолкают все птицы,
Когда ты рассветное солнце зовёшь,
Я мог бы, но ты... Не поймёшь.

Судьба непреклонна. Природа беспечна.
Границы миров неизменны и вечны.
Жемчужины чувств на спирали сомнений
Согрели друг друга, а мы... Не посмели.
Исчезли мгновенья. Остались года.
Пути разошлись. Навсегда...

Разорваны связи. Разрушены стены.
Дыханьем разлуки иссушены вены.
Глаза не ослепли, но солнца не видят.
Надежда запуталась в шелковых нитях.
Ладонь сожаленья дрожит на плече.
Живу. Но не знаю, зачем...

[Влад Найтлор]

Не знаю чье, просто нашел в инете. Очень люблю это стихотворение.

Безумцы

Не хочу ни наград, ни премий,
Поклянусь в том жизнью своей…
Но безумцы толкают время,
Догорая во мраке дней.

Своей болью тот путь оплатят,
Своей кровью раскрасят лист,
В этом мире они некстати,
Те, кто вечно стремятся вниз.

Но без них потускнеют краски,
И покроются души льдом…
Былью станут страшные сказки,
И вернется опять Содом…

Непомерно большая плата,
И нелеп, трагичен финал.
Время губит их тихой сапой,
Не даря побед и похвал…

Не желаю наград и премий,
Это все – на один лишь миг…
Да, безумцы толкают время…
…Я хочу быть одним из них…

[Призрак Сети]

пост №4
Это из "Волкодава" М. Семеновой, но не помню, из какой книги точно.

[Kaetzchen]

ЧЕЛОВЕК ПОРОДЫ СЕНБЕРНАР

Выбегает утром на бульвар
человек породы сенбернар.
Он передней лапой припадал,
говорили,— будучи в горах,
прыгнул за хозяином в завал
и два дня собой отогревал.
Сколько таких бродит по Руси!
Пес небесный, меня спаси.

Я его в компаниях видал.
Неуклюжий и счастливый раб,
нас сквозь снег до трапа провожал,
оставляя отпечатки лап.
Сенбернар, подбрось в аэропорт!
Сенбернар, сгоняй за коньяком!
И несется к вам во весь опор
верный пар над частым языком.

Изо всех людей или собак
сенбернары ближе к небесам.
Мы не знали, где его чердак.
Без звонка он заявлялся сам.
Может, то не лапы, а шасси!
Пес небесный, меня неси.



Пес, никто не брал тебя всерьез.
Но спасал, когда нас забывал
человек по имени Христос,
человек породы сенбернар.



Вдруг в одной из наших Галатей
он увидел бедственный сигнал
и, как в пропасть, бросился за ней.
Брось! Будь человеком, сенбернар.

Позабыл, что взят ты напрокат.
Наша жизнь — практически буран!
Женщинам не надо серенад,
был бы на подхвате сенбернар.



«Я родился быть твоим рабом,
волочить из бездны на краю.
Только жизнь тебе я подарю
на снегу, от вмятин голубом».

«Будь же человеком, дуралей!
Разбудил. Замучил. Отдышал.
Ты — четвероногая метель,
мой уже последний перевал».

Для других спасает сенбернар.
человек влюбился для себя.
Мы на возмущенный семинар
собирались, кару торопя...

Он пришел. Нашарил в кухне газ.
Снял ошейник. Музыку врубил.
И лежал, не открывая глаз,
пока сенбернара не убил.
С той поры в компаниях пропал
человек породы сенбернар.
Как метель гуляет по Руси!

Пес небесный, меня прости.