Терра Магика

[Амэ]

На пару мучительно долгих мгновений все замерли. Комната погрузилась в молчание.
— Что за вздор, — первым придя в себя, бросил мистер Уоррен. — Вы, любезнейший, не иначе как умом тронулись. Столь отборного бреда я не слыхал со времен окончания колледжа!
— Отнюдь нет, сэр, — спокойно парировал Арт. — Ваш ученик прав. Все сходится. Вы, именно вы подстроили все так, что книга оказалась у него. С помощью пока не знаю, кого — но, уж будьте уверены, выясню. Вы, именно вы спровоцировали мальчика, сделав так, чтобы он захотел ей воспользоваться. Именно вы, знающий Кристофера лучше всех, рассчитали, в каком состоянии и при каких обстоятельствах он захочет применить не любое другое, а именно нужное вам заклинание. Вы погнули книгу так, чтобы он уж точно не прошел мимо нужной страницы. И — больше того — опасаясь, что что-либо пойдет не так, подстраховались, пропитав нужный лист особым заклятием. Тем, которое многократно усилило бы желание мальчика сделать то, что вам требовалось... Кстати сказать, любопытно — с какой стати вам, л’лару сильному и многоопытному, понадобилось привлекать к делу столь деликатному мальчишку? Ученика, без должного опыта в области применения заклинаний, знания которого о том, чем порой в состоянии обернуться их применение – чисто теоретические. Разве что, — взгляд Арта стал вдруг необычайно резким, пронзительным, — сами вы свой шанс использовать данное заклинание потратили. Это ведь необычное заклинание. Редкое. Из числа тех, что повторно едва ли рискнешь применить. Ведь последствия такого вызова могут быть крайне серьезны, а то и фатальны, не так ли?
Арт не сводил глаз со стоявшего рядом с мальчишкой мужчины. Тот выглядел абсолютно спокойным — лишь скулы слегка побледнели, но л’лару хватило и этого.
— Да так оно, так, — в глазах Арта промелькнуло презрение. — Ох Эстар, до чего ж это мерзко. Подставить собственного ученика. Заставить мальчика, полностью вам доверявшего, мучиться чувством вины... И как мучиться! Уверен, что он бы на все пошел и исполнил любой ваш приказ, лишь бы как-то поправить содеянное. Что едва только что не случилось... Не сомневаюсь: уж вы-то распорядились бы властью над духом разумно. И три желания тоже потратили бы не напрасно. И — да, конечно же — по возвращении в город порядка, вы без труда получили бы то, чего столько лет ждали. Заветную должность. О, цель и впрямь грандиозная. Такая власть, столько почета и уважения. Просто с ума сойти... Ну чего стоит один потерявший в себя веру мальчик в сравненьи с этим?
Арт холодно усмехнулся.
— Как видите сэр, все логично. И, кстати, вправду могло получиться — если бы вы невзначай не обмолвились о трех желаниях. Просчет просто недопустимый. Такой, что даже Кристофер сообразил, что к чему... Впрочем, сдается мне, вы плохо знаете ему цену. Он куда умнее, чем вы считаете. Чем даже сам он считает, пожалуй.
Арт ободряюще улыбнулся мальчишке. Тот, не осмелившись улыбнуться в ответ, лишь едва заметно дернул уголком губ.
— Ну-ну... Смотрю, вы уже переманили мальчишку на свою сторону? Просто великолепно. Браво! И как это ловко у вас получилось — впору бы позавидовать, право – жаль, мне недосуг. — Заметив этот обмен взглядами, изогнул губы в жутковатой пародии на улыбку наставник.
— Решительно никакой ловкости, сэр, — прохладно парировал Арт. — Только чистая правда – и логика.
— Ах, да бросьте вы, ради Эстар! Правда, логика... Что знаете о правде вы, в ваши тридцать? — Прорвавшиеся сквозь завесу беспристрастности чувства заставили лицо наставника исказиться. Глаза у него заблестели, дыхание сделалось частым, прерывистым. — Что знаете вы о годах... Нет — о дюжине лет ожиданья! Отчаянного ожиданья того, что давно заслужил. — В глазах у него мелькнула боль; он судорожно вздохнул — но, впрочем, тотчас же взял себя в руки. Миг откровения прошел. Минутный всплеск чувств вновь сменился знакомой Крису холодной отстраненностью статуи.
— Что ж, Кристофер — ты все слышал. И, судя по твоему лицу, сделал выводы. Решать, так или иначе, тебе. Но, прежде чем сделать свой выбор, запомни, — в глубине искристо-льдистых глаз наставника сверкнули молнии, — не только твое будущее поставлено сейчас на карту.
Обратив кольцо в палочку, мистер Уоррен стремительно шагнул к Арту.
Крис отпрянул. Лицо его побледнело.
— Ну — давай, выбирай, — остановился наставник. — И помни о последствиях своих решений.
Крис закусил губу. Смятение в его глазах сменилось решительностью.
— Хорошо, сэр, — отрывисто кивнул он.

[Амэ]

* * *
Дух хаоса с наслаждением парил в облаках.
Небо. Ветер. Веселье. Это ли не настоящее счастье?
Да не совсем. А сейчас – так и вовсе: отнюдь не совсем. И откуда свалился тот глупый мальчишка с желанием?
На редкость, к слову сказать, идиотским.
Шалости. Мелкие пакости. Нет, ну это же надо удумать. Призвать духа Хаоса — для этакой ерунды! Оторвать от столь дивного сна его, Лихо, всего лишь затем, чтобы капельку пошалить!
Он презрительно фыркнул.
Нет, конечно же, он и из этого в силах извлечь массу способов развеять скуку.
Да вот, к примеру — как славно развлекся он нынче на Ратушной площади.
Все эти достопочтенные леди и джентльмены, съехавшиеся на прием к лорд-мэру... Причем разодетые в пух и прах, тьфу! Расшвырять это сборище задранных друг перед другом носов было истинным удовольствием.
Или — как миленько оживил он одну из дававшихся там же для увеселения публики постановок. Ребятки, наверное, не ожидали, что на призыв духа грома и молний откликнется кто-то еще, окромя лицедея в сандалиях и серой хламиде...
А уж подвернувшийся шанс свалить статую Альберта Справедливого... Ах, разве же мог он его упустить!
Альберт Справедливый... Ага. Справедливый он, как же. Величайший из трех основателей Уэстборна, тьфу ты! А кто этот город построил? Во всяком случае — кто в поте... ну, в поте — не в поте, лица — не лица... но, тем не менее, кто изо всех сил старался, три дня и три ночи мостил улицы? Причем, как мостил! На века. Кто — вот скажите мне, кто, как дурак поддавшись на уговоры и лесть — всего за одну ночь отстроил прекрасный Уинтербридж, украшенный дюжиной из трехсот дивнейших статуй во всем королевстве? Ну, угадайте с трех раз.
И ни намека на благодарность! А ведь он вкалывал не по профилю. Его стихия — это разрушения, смута. А вовсе не созидание. Хотя, конечно, любой уважающий себя дух имеет определенные навыки не только в том, «как разрушить город», но и «как построить дворец» — так уж все повелось с тех времен, о которых почти позабыли — и все же! Ни тебе памятной доски с надписью: «этот мост в дар вам, люди, воздвиг сам могучий дух Лихо», ни — «благодарствую, о великий дух Хаоса, что снизошел до несвойственной тебе работы, (которую – так, к слову - не худо было бы препоручить лодырю духу-хранителю Дола)». Ничего! Даже просто: «спасибо». Закончил работу? Свободен. Все: спи, отдыхай. Ну — вот он и заснул.
Только не позабыл.
Духи ходят по разным дорогам со Смертью. И у них очень долгая память...
О да, способы разогнать скуку были.
И тем не менее.

Дунув на пролетавшую мимо пичугу, отчего та раз пять, очень грязно ругаясь на птичьем, перекувыркнулась в воздухе, дух издал ехидный смешок, и собрался уж было опять припустить к павильонам, в которых как пить дать была еще уйма возможностей поразмяться, как вдруг резко остановился.
На пару мгновений он замер, словно прислушиваясь к чему-то, неслышному остальным. А затем — все существо его наполнило ликование.
Третье желание. Мальчишка, решив не волынить, собрался загадывать третье желание! И спасибо ему за это! Скоро, совсем уже скоро он сможет снова отправиться на боковую. Последний сон был так хорош, и настолько досадно прервался! Может, если он быстренько здесь обернется, то сможет еще вновь поймать его и досмотреть? Ах, как было бы славно!
Развернувшись над полной испуганных людей улицей, дух издал полный радости клич - и помчал в направлении цели.
 
* * *

— Ты посмел обмануть меня, Кристофер. Ты не вызвал его.
В глазах мистера Уоррена полыхнул гнев, нацеленная в грудь мистеру Синклеру рука с палочкой дрогнула.
— Нет, сэр, что вы. Я вызвал, поверьте! — поспешно ответил Крис.
— Правда? Тогда где же он? — не сводя с мистера Синклера глаз, прохладно осведомился наставник.
— Я не знаю, сэр. Честное слово! Но я его призывал, правда. Лихо! Ну, Лихо!
«Где ж ты, когда ты действительно нужен?» — обреченно подумал он.
— Я ЗДЕСЬ.
В комнате словно гром прогремел. Крис, даром, что был знаком с духом и видел, на что тот способен, дернулся от испуга. Даже мистер Синклер с наставником побледнели: слегка, чуть заметно.
Дух издал очень довольный смешок.
— Тут я; давно уж тут, — повторил он, уже тише. — Я так понял — ты наконец-то дозрел и до третьего пожелания. Что ж, выкладывай. Я весь внимание.
В голосе духа вновь зазвучали свойственные ему саркастичные нотки.
Крис успокоился. Нет, сейчас было никак нельзя паниковать — если он и впрямь хотел в кои-то веки все сделать как надо.
— Да, ты прав — я призвал тебя, чтоб загадать свое третье желание. И этим желанием я, Кристофер Харви, повелеваю, — он стремительно повернулся к наставнику, — чтобы ты, Лихо, выполнил три пожелания мистера Синклера — мысленных или изустных.
Он отер покрывшийся потом лоб рукавом.
— Что?! — не веря своим ушам, выкрикнул мистер Уоррен. — Да как ты посмел, щенок!
Отвернувшись от мистера Синклера, он нацелил палочку на ученика и открыл уже рот, чтобы произнести заклинание, как вдруг некая, не видимая взору сила схватила его, подбросила к потолку, и, опутав веревками, швырнула в кресло.
Мистер Синклер обернулся к Кристоферу.
— Ах, ну это же надо. А ты молодец, — улыбнулся он.
Мальчик слабо улыбнулся в ответ. Перед глазами у него все плыло, силы словно насосом выкачивало, звуки доносились, как со дна колодца. Пустого, давно пересохшего.
— Эй, Крис, — заметив это, встревоженно окликнул его мистер Синклер. — Что с тобой, мальчик?
Крис и рад был бы ответить, да только язык не желал поворачиваться. Веки словно свинцом налились, глаза его закатились — и он, что куль с песком упав на ковер, провалился во тьму.

[Амэ]

* * *

— Кристофер. Крис, очнись. — Тихий, спокойный голос, ворвавшись в дремоту, прогнал прочь видение.
Крис открыл глаза.
Как странно. Этой комнаты он не помнил. Большая. Светлая. С окном, выходящим на широкую улицу, и письменным столом у него.
У кровати сидел человек. Крис не без труда повернул словно налитую чугуном голову, чтоб посмотреть, кто же это.
— Мистер Синклер? — сипло произнес он, и попробовал сесть, но л’лар мигом пресек эту попытку.
— Лежи, лежи. Врач пока запретил тебе покидать постель, — поправив ему одеяло, обеспокоенно произнес л’лар. — Досталось-то тебе изрядно. И то сказать: темное (да к тому же столь сильное), заклинание применить — это тебе, знаешь ли, не конфет купить в лавке. Хотя, в общем-то — что-то схожее есть. И там, и там за желаемое требуется заплатить. Разница только в цене. А вообще-то, тебе еще, можно сказать, повезло. Бывали случаи, когда и куда более опытные, чем, уж прости меня, ты, л’лары, чудом лишь не отправлялись к Вратам, пытаясь с их помощью достичь желаемого.
— Ого, — потрясенно выдохнул Крис. — Мистер Синклер, скажите, а что с моим...
Крис запнулся.
— Прежним наставником? — завершил за него Арт. — Да, ты не ослышался. Именно: с прежним наставником, Крис. Можешь не опасаться — к нему возвращаться тебе не придется.
— Нет-нет, ничего фатального с ним не случилось, — заметив мелькнувший в глазах Криса ужас, поспешно пояснил он. — Мистер Уоррен в весьма добром здравии, но в окруженной надежной магической защитой камере полицейского управления. В отличие от того типа, Мэйкинса, благодаря которому ты, так сказать, и «нашел» томик Нокстэрна. Сейчас он в тюремной больнице и состояние его паршивое. Врач, осмотревший его, полагает, что в деле замешана магия. Нет, ты не ошибся, — заметив, как округлились глаза Криса, кивнул л’лар. — Похоже, твой прежний наставник решил дополнительно «подстраховаться». Что только усугубляет его вину. Которая и без того велика. И то сказать: хранение книги с темным заклинанием. Применение — причем повторное — темного заклинания, да еще при неосознанном содействии того, кто даже не подозревал об истинной его сущности. К тому же — несовершеннолетнего. Нанесение немалого ущерба городу... Впрочем, последнее уже исправлено — благодаря твоей смекалке. Но праздник-то, как ни крути, был испорчен — и с этим уже ничего не поделаешь... Да, Джонатан Уоррен отправится за решетку. И, безусловно, надолго.
Л’лар вздохнул: торжества рыцаря, вырвавшего победу из пасти дракона ни в его взгляде, ни в голосе не было.
— Впрочем, довольно о нем. Что до тебя, Крис...
— Да, сэр, — Крис сглотнул подступивший к горлу комок. — Что будет со мной?
Мистер Синклер потер подбородок. Затем прикусил губу, словно знал-знал ответ, да тут вдруг решил вновь подумать над формулировкой. Окинул рассеянным взглядом комнату, как будто старательно взвешивал что-то в уме.
— Ну, я тут подумал, — немного смущенно произнес он. — Твое обучение еще не закончено. И тебе, без сомнения, нужен другой наставник. А я, честно признаться, давненько подумывал об ученике. Да и помощник мне не помешал бы. Так что я взял на себя смелость и подал прошение о назначении меня твоим опекуном и наставником — если ты, не возражаешь, конечно.
— Возражаю? — Крис ушам своим не поверил: неужто мистер Синклер и вправду хочет... — Да я и мечтать не смел, сэр. После того, что я наворотил...
Уши его запылали, что свекла.
— Я думал, никто уже не захочет... Я ведь неудачник. Всю жизнь был таким, — почти прошептал он.
— Неудачник? Что за невообразимая чушь! Кто тебе это внушил? — удивился Арт Синклер. — А впрочем, догадываюсь.
Он, не выдержав, фыркнул.
— Запомни, Крис. Нет ни вечных везунчиков, ни — неудачников. Так не бывает. Но если приложишь усилия, то везение будет наведываться к тебе чаще. Пусть не каждый день. Но, безусловно — нередко. Что ж, — посмотрел он Крису прямо в глаза, — стало быть, ты согласен стать моим учеником? Только учти — быть моим помощником не так уж просто. Подчас как белка в колесе крутиться придется — столько дел разом наваливается. Но, зато, есть и плюс — опыт приобретешь немалый. Это — первое предупреждение, и оно же последнее. Ну, так как — еще не передумал?
— Нет, сэр, — протянув руку, открыто и широко улыбнулся Крис Харви.
— Ну, вот и отлично, — скрепив пожатием договор, улыбнулся в ответ Артур Синклер.

[Амэ]

* * *
Первые лучи восходящего солнца, раззолотив крыши зданий и сверкнув тысячью искр в окнах, разогнали остатки сумрака.
Несколько облакоомнибусов не спеша проплывали над улицами, изредка опускаясь, чтобы забрать первых утренних пассажиров. Подрезавший один из них лихой ковер-самолет, пойманный заклинанием, опустился на землю рядом с приготовившим уже бланк штрафной квитанции воздушным патрульным.
Большой рыжий кот, с наслаждением потянувшись, пересек находившуюся в его безраздельном владении крышу и устроился на солнечной ее стороне, подставив лучам свою донельзя довольную жизнью мордочку.
Ворвавшийся в открытое окно новой комнаты Кристофера ветерок перелистнул страницы лежавшей на столе книги.

«...Уолтер огляделся по сторонам. Прошло больше суток с тех пор, как они с Бесси, Паком и Нэн переступили порог этого дома, а он все еще был не в силах поверить, что это не сон.
Сэр Уильям сдержал свое слово. Все обвинения с Пака были сняты, а дом на Черри-лейн снова обрел владельца.
Владельцев.
Конечно, пока еще Бесси не носила фамилию Уайлд, но теперь это был лишь вопрос времени.
Уолтер покачал головой.
Как все же порою причудливо тасует колоду жизнь.
Решившись почти год назад на пари, он поставил условием лишь возвращение свободы другу и дома — ему самому, но судьба распорядилась по-своему, ниспослав куда больше, чем он смел мечтать. Подарив то, о чем он даже не заговаривал, полагая подобные просьбы несбыточными.
В глазах Уолтера промелькнула улыбка.
Да, иной раз судьбе стоит и подсказать, но, быть может, подчас одного пожелания сердца — достаточно?..»

 Ветерок, утомившись читать, закрыл книгу, весело колыхнул на прощание шторы, и умчался прочь — по своим делам, дальше.
Через дорогу от дома за номером «восемь» по Марч-стрит открылась бакалейная лавка.
Новый день начинался.

[Амэ]

II (II). Проблемы благотворительности

Все последние дни лило так, будто небо чем-то здорово огорчили, но сегодня оно, явно подустав дуться, сменило уныние на оптимизм.
Распогодилось. Аспидно-серые тучи удрали в другие края, изливать свою грусть-тоску там. Не по времени жаркое солнце, вмиг высушив крыши, щедро плеснуло золота в кроны деревьев. Порядком уставшие от дождя горожане тоже принарядились и, захватив, ради разнообразия с собой юмор, а не иронию, устремились на улицу.
Живность тоже устремилась туда же – чем не преминула воспользоваться шустрая уэстборнская детвора. Как всегда, с переменным успехом. Живность в Уэстборне была боевитая, так что зеленка с йодом лились рекой.
В гостиной дома под номером «восемь» по Марч-стрит пахло кофе, какао и свежеиспеченными булочками. Сидевшие за столом были заняты завтраком, размышлениями и чтением утренней прессы. Висевшие на стене часы шли себе так же, как и обычно: тик-так, тик-так. В распахнутые настежь окна долетали веселая болтовня устроившихся на карнизе птиц, шум и многоголосица погруженного в суету города. На кухне экономка Арта, мистрис Хейз, пересматривала запасы продуктов, обдумывая, что бы ей приготовить на ланч – а этажом выше ничуть не менее строгий и хозяйственный чем она, домовик Так’ш Онк’кши вполголоса выговаривал плоховато прибравшемуся в мансарде долгоуху Эну.
Короче, все было в точности, как и обычно.

Едва Арт, с зевком отложив в сторону «Кроникл», взялся за «Морнинг Стандарт», как прихожую огласил перезвон.
Сидевший напротив наставника Крис поднял взгляд от «Еженедельного Магического Вестника» - журнала, в равной степени напоминавшего хороший приключенческий роман и обстоятельные разговоры о погоде.
Не без сожаления отложив явно заинтересовавший его «Стандарт» в сторону, л’лар поднялся из-за стола. Судя по наполнившему прихожую знакомому басу, спокойное утро закончилось.
В два счета прикончив какао, Крис последовал его примеру.
- Арт, друг мой, - улыбнулся вошедший.
- Барт, - ответно кивнул Арт, и жестом предложил посетителю расположиться в одном из стоявших у окна кресел.
Крис также кивнул нежданному визитеру.
Сэр Бартоломью Уилсон, давний друг наставника, возглавлял ныне фонд имени Джереми Хайдеггера, - крупнейшую благотворительную организацию Уэстборна, помогавшую как златодольским ветеранам Четвертой Северной войны, так и семьям тех, что с нее не вернулись. Добродушный, похожий на сытого, довольного жизнью кота, он всегда был желанным гостем на Марч-стрит, однако, судя по явной тревоге в глазах, в этот раз он пришел не за тем, чтобы поговорить о финансах или постановках в «Ла Ронда».
 Одарив Криса на редкость кислой улыбкой, сэр Бартоломью пересек комнату и устроился в кресле по левую сторону от окна. Арт сел напротив. Тотчас, как по команде, опустившийся на столик меж ними поднос порадовал их свежим кофе и блюдом пирожных.
 Достаточно времени проведя уже в доме «восемь» и не понаслышке зная, как важно в таких случаях не упустить ни слова из предстоящей беседы, Крис навострил уши.
 - Ну, Барт – и какая же, требующая спешного разрешения проблема заставила тебя бросить все и прилететь сюда в такой день? – взяв с подноса одну из чашек, спросил Арт. – Только, пожалуйста, не говори мне, что просто решил заглянуть к нам на чашечку кофе. Оставь эти байки тому, кому хватит терпения их слушать. Воистину, должно было произойти нечто «из ряда вон», чтоб ты примчался сюда, бросив все и вся на Девона накануне аукциона!.. Разве только, - Арт пристально посмотрел на приятеля, - твое дело связано с ним.
 Сэр Бартоломью помрачнел.
 - Артур Догадливый. Проницателен, как всегда, - хмыкнул он. – Да, так и есть.
 Крис с трудом удержался от желания присвистнуть.
 Хайдеггеровский аукцион. Самое горячо ожидаемое в Доле светское событие года. Проводящийся регулярно без малого четверть века, до сих пор он всегда проходил без сучка и задоринки. Что за проблема могла там возникнуть?
 Гость бросил на Арта досадливый взгляд.
 - Как, уверен, ты знаешь, главным лотом нынешнего аукциона должен был стать знаменитый Изумрудный гарнитур леди Хакстебл.
Л’лар неспешно кивнул, и прищурился:
- Должен - был?
- Именно, Арт! Прямо в яблочко. Должен был – и конечно стал бы, кабы не был украден. Свистнут - как любит выражаться наш общий друг Энди Доу! Сегодня утром, прямо из дома нынешнего владельца, Джорджа Уильямса...
- Директора банка Уэстгейт, - завершил за приятеля Арт и, поставив чашку на столик, откинулся в кресле.
- Одного из директоров, верно, - нервно дернул уголком губ сэр Бартоломью. – Арт, это какой-то кошмар! Аукцион уже завтра, а главный лот как испарился. Я просто не знаю, к кому мне еще обратиться. Не в полицию же идти, с такой новостью. О Эстар; да ведь это ж скандал, каких мало!
Он уронил голову на руки.
- Это точно, скандал может быть еще тот. А пункт «семнадцать-один» ваших правил, насколько мне не изменяет память, чреват полным запретом на выставление подобных вещей в течение – кхм - пары лет, кажется? - Губы у Арта не дрогнули, однако ехидца в его глазах сказала все куда лучше усмешки.
- Нет, не изменяет, – подняв лицо от рук, сдержанно кивнул сэр Бартоломью. – Но правила установил не я и не мне их менять.

[Амэ]

- А я вовсе не говорил, что тебе...
Арт на миг прищурился – и с явно наигранным безразличием махнул рукой, отбрасывая прочь тему.
– Что ж, давай, расскажи мне об обстоятельствах - хм-м - назовем это пока что пропажей.
Сэр Бартоломью резко подался вперед:
- Стало быть, ты возьмешься за дело? – отчаяние в его глазах сменилось робкой надеждой.
- Пока не решил, Барт. Мне надо подумать. Итак, - как же пропал гарнитур? Обратился во прах? Улетел? Испарился?
Сэр Бартоломью вскинулся, явно намереваясь ответить на неуместную шуточку, однако с разбега наткнулся на взгляд друга.
Л’лар был абсолютно серьезен: ни тени иронии в глубине глаз, на губах - ни следа улыбки.
Плечи главы фонда снова поникли.
- Представь, я понятия не имею, - вздохнул он. – Как, к слову, и сами Уильямсы. Наверняка они могут сказать лишь одно: еще совсем недавно, а именно – до трех часов пополуночи, он точно был у них в доме. Вернувшись с приема у мэра, они первым делом проверили сейф, и готовы чем хочешь поклясться, что гарнитур все еще был внутри! Три же часа назад, когда Элен – то есть, прошу прощения, миссис Уильямс - решила еще раз взглянуть... Они тотчас же известили меня – и вот, я здесь. И не знаю, что делать. Ты ведь поможешь мне, Арт? Нет, не только мне – фонду!
Мольбы в его взгляде с избытком хватило бы на троих сэров Бартоломью вместе взятых. Поставив так и не тронутую чашку на стол, Арт пару раз хмыкнул, побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, словно раздумывая над дилеммой - и, наконец-то, решился.
- В делах, вроде этого, главное – время. Которого с каждой минутой все меньше. Думаю, перво-наперво нам следует нанести визит чете твоих добрых друзей Уильямсов. Крис, - обернулся он к мгновенно вскочившему из-за стола мальчишке. – Ступай, надень куртку. И предупреди мистрис Хейз, что нас, видимо, не будет к ланчу. Ты летишь с нами.
- Да, сэр, - просиял Крис и вихрем взлетел вверх по лестнице.

* * *

Часы на Ратушной башне показывали «десять пятнадцать», когда они прибыли к строению «шесть» по Парк-лейн – солидному трехэтажному дому старинной постройки.
Дома в этой части города были точь-в-точь под стать своим обитателям: достоинство и сдержанная респектабельность с фасада – и многочисленные лабиринты коридоров и лестниц внутри. Так что не удивительно было, что они крайне редко меняли хозяев. Им было уютно друг с другом, а это – отнюдь не та штука, которой стремишься лишиться.
Дождавшись, когда все выйдут, сэр Бартоломью развоплотил транспорт и первым поднялся по ступенькам. Похоже, что их давно ждали, так как дверь распахнулась быстрее, чем он поднес руку к звонку.
- Сэр Бартоломью, джентльмены, - учтиво кивнул им дворецкий: высокий, едва начавший седеть мужчина сильно за сорок. Безупречно одетый, безупречно причесанный, он весь, от макушки до носков отражавших осеннее небо ботинок, выглядел столь идеально, что Арту стало аж как-то неловко за свой чуть помятый пиджак.
- Прошу вас, - идеально поставленным голосом произнесла эта кандидатура на приз: «Образцовый дворецкий столетия».
Зависшая над улицей явно назло умникам из бюро Погоды тучка всплакнула: сперва крайне робко, затем посмелее...
Крис бросил взгляд на стремительно пустевший парк. Судя по выражениям лиц, большая часть уэстборнцев, спровадив юмор пинками, бодро подыскивала для синоптиков выражения посаркастичней.
Не дожидаясь, пока дождик перерастет в ливень, сэр Бартоломью, Арт и Крис поспешили воспользоваться приглашением.

[Амэ]

Чету Уильямс они застали в гостиной.
Миссис Уильямс - женщина, чья изысканная красота была словно бы неподвластна годам, спокойно сидела у окна в кресле с высокой спинкой.
Мистер Уильямс, начавший уже лысеть мужчина немногим за пятьдесят, сидеть был явно не в состоянии. Охваченный волнением, он, как маятник, мерил шагами комнату: туда-сюда.
- Сэр Бартоломью Уилсон, мистер Артур Синклер и мастер Кристофер Харви, - объявил дворецкий.
Уши у Криса вспыхнули: до этого дня никто еще не объявлял о нем в столь официальной манере.
Супруги, как по команде, обернулись к дверям.
- Барт, - словно к соломинке утопающий, бросился к главе Фонда директор. – Ох, хвала Эстар, ты их привел!
Он обернулся к Арту.
- Мистер Синклер, - вымученно улыбнулся он. – Жаль, очень жаль, что мы в первый раз встретились при вот таких обстоятельствах, однако – увы, увы!
- Прошу, располагайтесь, - указал он на стоявшие у камина кресла. – И задавайте любые вопросы, какие вам нужно. Мы с Элен, по мере сил, постараемся быть вам полезны.

Все расположились в креслах.
- Мистер Уильямс, миссис Элен, - взяв с подлетевшего к нему подноса кофейную чашечку, обратился к супругам Арт. – Перво-наперво мне бы хотелось узнать, что вы делали, начиная со вчерашнего вечера: с того часа, когда в последний раз видели гарнитур – и до сих пор.
- Все, мистер Синклер? – миссис Уильямс изящно изогнула бровь.
«Смотрю, вам не чужда ирония, мэм», - Арт мысленно усмехнулся: нужно было обладать поистине стальной силой воли, чтобы иронизировать в таких обстоятельствах. Стальной силой воли – или...
- Конечно, - кивнул он. - Любая мелочь может оказаться полезной, а то и – бесценной.
- Наверное, вы правы, - миссис Уильямс с трудом подавила вздох. – Так как весь давешний вечер мы с мужем провели вместе, думаю, что я могла бы начать, а Джордж после доскажет, что я позабуду.
Арт согласно кивнул: почему бы и нет, собственно.
- Что же, значит – вчера. – Миссис Уильямс сделала долгий глоток: быть может, чтобы собраться с мыслями, а может – чтобы успокоить нервы. – Думаю, вы уже знаете, что мы были с Джорджем приглашены давеча на прием в Уолдерс-холл. Так вот, перед этим мы открывали сейф. Мне нужны были мои драгоценности, да и проверить, на месте ли наш «главный лот» тоже было не лишним. - Уголки губ хозяйки дома чуть дрогнули. - Так вот, гарнитур был на месте. О Эстар, да все было на месте! Успокоенные, мы отбыли на прием. Признаться, не вижу особого смысла его описывать. Поверьте, там не было ничего, заслуживающего внимания детектива. Все было в точности, как и обычно в подобных случаях – чинно и чуть утомительно. Даже несколько больше обычного, на мой взгляд. Особенно – из-за обилия поздравлений в связи с грядущим посвящением Джорджа. И не то, чтобы это было неприятно, нет! Но – так много. И - Эстар, так долго!
Она утомленно вздохнула.
- И таким образом, вы вернулись домой...
- Лишь под утро, да.
- И, полагаю, вновь открывали сейф.
- Разумеется. Мне нужно было как минимум убрать тиару, что я надевала, ей ведь цены нет.
- Понимаю. И гарнитур был...
- По прежнему там.
- Вы уверены?
- Полностью, - миссис Уильямс немного нервно пожала плечами. – Уже днем ему предстояло покинуть наш дом. Идея выставить его на аукцион принадлежала мне – и, тем не менее, не могла же я отказать себе в удовольствии еще хоть раз... Ну, вы понимаете, - немного криво улыбнулась она.
- О да, мэм, - невозмутимо кивнул л’лар. – Итак, вы примерили гарнитур...
- И затем вновь убрала его в сейф.
- И закрыли его, - Арт пристально посмотрел на супругов.
Миссис Уильямс вспыхнула от возмущения.
- Разумеется, - резко ответил хозяин дома. – Ну а как же иначе. Я точно помню: Элен закрыла дверцу.
- Простите, если мои слова вас задели, но - вы абсолютно уверены? Известно немало случаев, когда и самые рачительные из хозяев иной раз, да оставляли свой сейф незапертым. Такого точно не могло быть?
Уильямсы переглянулись. Миссис Уильямс слегка побледнела.
- А знаете, мистер Синклер, - тихо произнесла она. – Пожалуй, я не настолько уверена, что сейф был заперт. Не закрыт, нет, а именно заперт.
- Элен! – банкир вскочил, чудом не опрокинув чашку.
- Да, Джордж. Да! Утром, когда я зашла в кабинет, чтобы бросить еще один взгляд на комплект...
Она потупила взор.
- Я так волновалась, что уж и не помню, произносила отпирающее сейф заклинание-код или нет. Так что - да, он вполне мог быть не заперт.
Мистер Уильямс рухнул в кресло.
- Что?! Элен, да как же...
Супруга мягко сжала ему ладонь.
- Ах, Джордж, умоляю! Даже, если мы и не вернем гарнитур... Не сошелся же на нем клином свет, право! У нас есть драгоценности не меньшей ценности – и они, к счастью, не тронуты.
Однако хозяин дома был безутешен.
- Пойми, дело вовсе не в этом! Обещан был именно этот комплект. Этот – а не какой-то другой. Вопрос репутации...
Он измученно поглядел на жену.

[Амэ]

- Ну, полагаю, отчаиваться еще рано, - малость подбодрил их Арт. – Скажите, в котором часу вы поднялись, мэм?
Миссис Уильямс нахмурила лоб.
- В половине седьмого, кажется, - произнесла она. – Да, верно. Помню, как до того часа три пролежала, пытаясь заснуть. Не смогла. Встала, почти на час раньше обыкновенного – и почти сразу же прошла к сейфу, открыла его, а там...
Она побледнела так, будто у нее разом перехватило дыхание. Теперь пришел уже черед мужа ободряюще сжать ей ладонь.
- Я как раз завершал завтрак, когда услыхал крик Элен. Прибежал, заглянул в сейф – а там... Ничего больше тронуто не было, все лежало на своих местах. Кроме этого духова гарнитура. Он находился в самшитовой шкатулке с монограммой первой владелицы – и эта шкатулка была пуста! Внутри только ветер свистел, - не то вздохнул, не то простонал он.
- Понятно. - Арт досадливо побарабанил пальцами по подлокотнику.
Три – целых три - часа драгоценного времени! За такой срок вполне можно успеть просто уйму всего... Как, впрочем, и не успеть. Оставалось надеяться, что свистнувшим драгоценный комплект леди Хатчли не достало ума распорядиться своим преимуществом с толком.
«Понять бы еще, кто они - эти бездновы похитители!»
- Скажите - вы, случаем, не припомните, не было ли в это время поблизости кого-либо из прислуги? И, кстати - сколько вообще человек постоянно находится в доме?
Миссис Уильямс сосредоточенно нахмурила лоб.
- Во-первых, Джеффри Сомс, наш дворецкий. Он у нас года два. Потом – Джеймс, мой помощник и секретарь. Мы наняли его с год назад - после того, как Уильям, мой предыдущий помощник, обзавелся семьей и перебрался на юг. Малыш Джейми, - взгляд Элен Уильямс потеплел. – Я знала его совсем крохой! Сирота, совершенно один. Моя родня взяла его под опеку с младенческих лет, так что я была рада его появлению в доме. Очень старательный и ответственный молодой человек. К тому же, с дипломом колледжа Стэнтона, а это о чем-то да говорит, как никак! Кроме них двоих есть еще мистрис Хопкинс - она ведет дом, и ее сестра Мардж, которая поистине превосходно готовит. Также – горничная Мэйбл, дочь Джеффри. И, наконец – шофер, Фрэнк, супруг мистрис Хопкинс, да их сынишка Фред: он выполняет мелкие поручения и помогает на кухне. Ну, вот, пожалуй, и весь наш маленький мир, - с улыбкой подвела итог Элен Уильямс.
- Прекрасно. И кто же из этих достойных людей был в кабинете, или поблизости от него нынче утром? – спросил Арт, не особенно, впрочем, надеясь на то, что супруги запомнили, кто, за кем и во сколько примчался на крик. А в том, что на отчаянный вопль хозяйки дома сбежалась как минимум половина его обитателей, л’лар не сомневался ни капли.
Тем не менее, Джордж Уильямс его удивил.
- Хм!.. – сосредоточенно потер он бровь. - Точно помню, что Мэйбл прибежала на крик одновременно со мной. В то же самое время подошел Джеймс, ну а после уже - мистрис Хопкинс и Джеффри. Мардж и Фрэнк с Фредом, по их словам, были на кухне. Там плохо слышно, что происходит в других частях дома. Мы посылаем по домовому кристаллу сигнал, когда нужно, чтоб кто-то поднялся оттуда.
Он выжидающе посмотрел на Арта, однако тот, ничего не сказав, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. На время в гостиной повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь краткими «хм» и «м-м», не говорившими ни о чем, кроме усиленной работы мысли их издававшего.
Наконец, л’лар вздохнул и открыл глаза.
- Любопытно... Весьма любопытно, - пробормотал он и посмотрел на хозяина дома. – Могу я взглянуть на комнату, где расположен сейф?
Он поднялся из кресла.
- О, конечно, - с готовностью вскочил следом хозяин дома. – Прошу вас.

[Амэ]

Поднявшись по ступенькам, они прошли по устланному произведшим немалое впечатление на Криса прайм-вавилонским ковром коридору, и, наконец, оказались в святая святых дома «шесть» - кабинете директора.
Просторный, с отделанными дорогим уайтхиллзским дубом стенами, он, без сомнения, призван был производить должное впечатление на посетителей дома. По большей части - коллег и деловых партнеров мистера Уильямса.
Не на Арта.
- И где же сейф? – с вежливым любопытством оглядевшись вокруг, поинтересовался л’лар.
- Здесь, - обогнув занимавший чуть ли не треть кабинета стол, отодвинул одну из панелей банкир.
Взору собравшихся открылась самая обычная на вид дверца сейфа, однако взгляд обладавшего Особым зрением л’лара отметил еще кое-что. Незаметную остальным частую сеть узоров, опутывавшую все вокруг. Узоров охранных заклинаний большой силы, охватывавших не только сейф, но и стену, в которой тот помещался, а дальше – сплетавшихся с сеткой из столь же мощных охранных заклинаний дома.
Ни разу не потревоженных заклинаний.
Определенно, это начинало становиться все более любопытным. Нужно было обладать достаточно сильным даром, чтобы, а) не потревожив заклинаний проникнуть в дом, и, б) открыть хранилище без слово-кода. Произносимого голосом одного из владельцев хранилища.
Разве что, сейф и впрямь не был заперт. Тогда, без сомненья, любой мог... Любой - из числа находившихся в доме.
Но почему взяли лишь изумруды? Если верить Уильямсам, в сейфе хватало и других ценностей. Вряд ли стоило так далеко заходить ради только лишь этой коллекции. А даже если и стоило, то какой смысл церемониться с остальным содержимым хранилища? Однако же ничего больше не тронули. Все оставили на своих местах. А о чем это свидетельствует? Ну да, вот именно! О том, что все это - дело рук не просто кого-нибудь из домашних, но тех, кто мог свободно входить в кабинет. Уж точно не шофера, Фрэнка. Да и не Фреда. Так чьих же?
Арт в задумчивости потер подбородок:
- Не могли бы вы отпереть дверцу?
Уильямсы переглянулись: энтузиазма просьба л’лара у них определенно не вызвала - однако просьбу исполнили.
Склонившись к двери, миссис Уильямс произнесла слово-код. Тихо, едва различимо – для всех, кроме стоявшего рядом супруга.
Дверь послушно открылась.
Арт нахмурился еще сильнее. Едва только увидев сейф, он почти перестал сомневаться, теперь же – лишь окончательно уверился в своей правоте.
Перед ним была последняя из разработок «Хиллгроу и Росс» - одно из тех новомодных хранилищ, за которыми в последний год чуть ли не очередь выстроилась из состоятельных подданных королевства.
«Самые мощные охранные заклинания!» - бодро кричала реклама. И ведь не врала! «Хиллгроу и Росс» издавна славились честностью и высочайшим качеством своих услуг. «Всего одно слово. Надежно и просто!» - пронзительно зазывала реклама.
И вот тут-то и крылся подвох.
«Всего одно слово!.. А ведь так легко позабыть, произнес ты его, или нет».
Арт подошел ближе.
- Надеюсь, что здесь все осталось, как было? – спросил он.
- Увы! К сожалению, нет, - виновато поморщился мистер Уильямс. – После того, что случилось, я первым делом внимательно осмотрел содержимое сейфа – так что, боюсь, что бумаги лежат чуть иначе, чем утром.
С трудом удержавшись от пары язвительных реплик, Арт заглянул в сейф.
Ничего необычного он не увидел. Ряд бархатных и лакированных коробочек для драгоценностей, несколько пачек купюр, бумаги разной степени важности, а также...
- О, справка из Управления Полиции? – удивленно спросил он. – Позвольте взглянуть.
Л’лар протянул руку.
Мистер Уильямс на миг застыл, словно заколебавшись, однако не смог отказать.
Арт пробежал справку глазами.
- Почему вы мне сразу же не рассказали? - закончив читать, помрачнел он. – Ваш секретарь три года назад был причастен к делу о воровстве. Пускай и мелком – но все-таки. А вы это от меня скрыли. Могу я узнать, в чем причина?
- Что? – слегка побледнела хозяйка дома.
Мистер Уильямс отчаянно стушевался.
- Простите, - пробормотал он. – Буквально вылетело из головы. Из-за всего произошедшего... Я лишь вчера днем получил эту бумагу.
- Но, позволь мне спросить – для чего ты ее запросил?! – изумленно спросила пришедшая в себя супруга. – Джеймс у нас второй год. И все это время у нас, вроде, не было поводов жаловаться на его службу. Что заставило тебя переменить мнение?

[Амэ]

Хозяин дома замялся.
- Пойми, дорогая... Ах, право... - неуверенно начал он – и, словно разозлившись на себя за смущение, рубанул с плеча:
- На днях я обнаружил, что у меня из стола пропало полсотни стэллионов. Сумма, конечно же, не из тех, что я имею привычку тотчас убирать в сейф – и тем не менее! Я делал запрос на подобные случаи не только по Джеймсу, но и на Мэйбл. Однако она чиста. Лишь Джеймс так отличился в прошлом... А вчера утром пропала еще тридцатка! Прости, Элен, но, сколь бы там ни был хорош Джеймс, я думаю, нам стоит с ним попрощаться. И чем скорее, тем лучше.
Элен Уильямс опять побледнела, на сей раз заметнее.
- Ох Эстар, - только и произнесла она.
- Прости, но не кажется ли тебе, что ты немного торопишься? - чувствуя себя явно не в своей тарелке из-за того, что стал невольным свидетелем вытаскивания чужих скелетов из посторонних шкафов на свет, произнес сэр Бартоломью. – Может, сначала имеет смысл расспросить всех слуг в доме? Как знать – может, в итоге выяснится, что виновник пропажи - не Джеймс.
- Ну а кто же еще? – вспылил мистер Уильямс. – Уж не мистрис ли Хопкинс?
- И, в любом случае, было бы крайне неосмотрительно увольнять вашего секретаря прежде, чем разрешится вопрос с гарнитуром, - сухо произнес Арт.
Все вновь обернулись к нему. Джордж Уильямс с досадой поджал губы, фыркнул, но предпочел промолчать. Элен Уильямс украдкой вздохнула, явно довольная окончанием перепалки.
Предоставленный сам себе Крис делал вид, что с любопытством разглядывает гравюры на стенах.
Из всех, находившихся в комнате он был единственным, на кого не обращали внимания – чем он и не преминул воспользоваться. «Терпение, выдержка, внимание к каждой детали» - это был первый принцип расследования, который ему объяснил мистер Синклер, и сейчас Крис получил замечательный шанс применить данный принцип на практике.
Увы! Все внимательность и терпение, какими он обладал, не могли подсказать ему, что же именно произошло в этой комнате. Единственное, в чем он мог быть уверен – так это в том, что кабинет пропитан мощнейшими заклинаниями, что хороший корж - ромом. Будучи учеником л’лара, он чуть ли не кожею их ощущал, чувствовал, как те опутывают весь дом от чердака до подвала. Однако все это он мог бы понять и не будучи учеником! Любой сопляк в силах сообразить, что хозяева такого дома, как этот, должны быть законченными идиотами, чтоб сэкономить на охраняющих заклинаниях. Да и наставник, пожалуй, давно бы уже удивился отсутствию средств защиты.
Взгляд его задержался на одной из гравюр: та изображала момент озарения, что снизошло на Элрика I, когда тот творил суд над Жадным Пекарем и Бедняком  - и украдкой вздохнул. Да уж, от озарения он сейчас тоже б не отказался!
Равно, как и наставник, похоже.
- Что ж - по крайней мере, один возможный подозреваемый у нас теперь есть, - еще раз окинув рассеянным взором кабинет, подвел итог Арт.
Внизу хлопнула дверь.
- К вам должны были прийти с визитом? – Арт с удивлением поднял бровь.
- Только не сегодня, нет, - отрицательно мотнул головой мистер Уильямс. – Это должно быть, вернулись Джеймс с Мэйбл.
- Вдвоем? – в глазах л’лара мелькнул интерес.
- Ну да. Мейбл нередко бывает в «Ла Ронда». И на постановках – она питает к ним страсть, - да к тому же мы с мужем порой одалживаем у них костюмы для наших «живых картин», и чаще всего отправляем за ними их с Джеймсом. Мейбл из тех, кто легко найдет общий язык с кем угодно, а у Джеймса есть свой аэромобиль. Пусть не самый новый, - но все же свой, собственный. Вполне подходящий, чтобы привезти штук двенадцать нарядов – а большего нам и не требуется, – с немного излишней, на взгляд Арта, поспешностью пояснила Элен Уильямс.
- Понятно, - кивнул Арт. – Так значит, и в этот раз они тоже?..
- Отправились за костюмами, верно. Для послезавтрашнего... – у Элен Уильямс перехватило дыхание.
- Что ж, вернулись они как раз кстати, - кивнул Арт. - Я хотел бы поговорить с ними. И чем скорее – тем лучше.

[Амэ]

Послышался бодрый стук каблучков по ступенькам, однако не справа, откуда пришли они, а с другой стороны.
- Шаги слышны слева. Там у вас что же, ход для прислуги? – вопросительно посмотрел Арт на хозяина дома.
- Да, - кивнул тот. – Причем, потайно́й. Без особой нужды вы вообще не увидите его дверей.
- Вот оно даже как! И - совсем близко от кабинета, - Арт в задумчивости потер подбородок. – Весьма любопытно.
Коридор наполнил звук голосов, двое, быстро миновав коридор, подошли к кабинету – и с удивлением застыли в дверях.
- Джеймс, Мэйбл, - холодно произнес банкир. – Зайдите-ка, вы нам нужны. Оба.

Арт не без интереса взглянул на вошедших.
Мэйбл была невысокой девушкой, стройной и миловидной. Светлые, стянутые в тугой узел волосы, изящные брови, серые глаза с большими, густыми ресницами, пухлые коралловые губы. Без сомнения, вздумай она пожелать, недостатка в кавалерах у такой девушки не возникло бы точно.
Джеймс же, напротив...
Нет, не сказать, чтоб он был некрасив, но рядом с очаровательной Мэйбл терялся. Единственной примечательной чертой его был взгляд: спокойный и умный. Да и весь вид его излучал скорее надежность, чем обаяние.
Не самая выигрышная карта в глазах девиц возраста Мэйбл, пожалуй.
- Вот наши горничная и секретарь, мистер Синклер, - представил вошедших хозяин дома. – Можете задавать им любые вопросы, какие сочтете уместными.
Арт не без смущенья прокашлялся:
- Э-кхм, мисс Сомс...
- Мэйбл, - сдержанно улыбнулась девушка. – Прошу, просто Мэйбл, сэр.
- Что ж, так даже лучше. Итак, скажите мне, Мэйбл – как вышло, что утром вы первой явились на крик миссис Уильямс? Вы ведь, насколько я понял, горничная? И с утра заняты всякой работой по дому.
Мэйбл вздохнула: на взгляд Арта, несколько театрально.
- Этим утром я нарочно встала пораньше, сэр. Мне поручили забрать костюмы у маэстро Кантини из «Ла Ронда». Причем как можно скорее – все ведь следовало еще примерить и подготовить для завтрашнего. Прежде миссис Уильямс всегда великодушно соглашалась отпускать Джеймса, чтобы он меня подвозил. Я хотела ее попросить сделать так и сегодня, и, быстро закончив с уборкой внизу, пошла к ней, наверх, когда услышала ее крик.
Девица потупила взор.
- Понятно. А скажите мне, мисс, кроме кабинета на данном этаже... – он запнулся, словно вдруг засомневавшись, верно ли адресовал вопрос.
- Только спальные комнаты, сэр, - ничуть не смутившись ответила Мэйбл. - Хозяйские, Джеймса и гостевые. Личные помещения. Столовая, гостиная, малая гостиная, второй кабинет и библиотека находятся ниже.
- Так. А еще ниже, стало быть, расположены комнаты прислуги и кухня?
- Да, сэр.
- Насчет кабинета... Надеюсь, вам не кажется удивительным такое расположение комнат, мистер Синклер? Видите ли, я деловой человек... - невольно замялся банкир.
- О нет, ничуть, - с видом знатока всяческих планировок пожал Арт плечами. - Ну, а вы, Джеймс?
Молодой человек вздохнул, в глазах промелькнула ирония. Буквально на миг – и тотчас же пропала, взгляд вновь стал серьезным.
- Как, думаю, вы успели заметить, в мои обязанности, помимо прочего, входит необходимость сопровождать Мэйбл в театр. И я был почти что уверен, что и на этот раз не отверчусь от участия в этой костюмной возне. Так что нынче я тоже поднялся пораньше... Я как раз шел на кухню, чтоб перекусить и поболтать малость с Фрэнком, когда столкнулся на лестнице с Мэйбл. Ну, и – вот...
Он неуверенно улыбнулся.
Арт вздохнул.
- Еще раз благодарю, Мэйбл. Вы можете быть свободны – если, конечно же, ваши хозяева не сочтут нужным, чтобы вы остались.
- Нет-нет. Вы можете идти, Мэйбл, - устало махнул рукой мистер Уильямс.
Обменявшись досадливым взглядом с секретарем, мисс Сомс птичкой выпорхнула из комнаты, и тотчас же была такова.

- Джеймс, - едва дверь за девушкой затворилась, строго взглянул на того мистер Уильямс. – Из моего стола пропало на днях пятьдесят стэллионов. А утром, вчера – еще тридцать. Скажите, вы, часом, не знаете, при каких обстоятельствах это случилось?
Арт с досадой поморщился: определенно, не стоило так уж сразу хватать быка за рога.
Впрочем, он сам виноват: упустил инициативу.
- Нет, сэр. - На лице молодого человека отразилось разом множество чувств: удивление, недоумение, досада – даже легкое раздражение, тщательно скрытое за остальными эмоциями, но никак не испуг или злость. Не самый привычный набор эмоций для человека, которого разве что прямым текстом не обвинили только что в воровстве. Неплохой повод задуматься для обвинителя.
Однако хозяин дома был явно не склонен к тому, чтоб читать лица.
- Вы абсолютно уверены? - голос его стал по-зимнему холоден.
Джеймс едва заметно поморщился:
- Желаете осмотреть мою комнату, сэр? Или, может, начнете с карманов? - с явственным раздражением произнес он - и, не дожидаясь соответствующего предложения, вывернул карманы пиджака.
На пол упали, сверкнув на свету, пара фэррисов, какая-то записка, платок...
Три банкноты по десять стэллионов каждая.

[Амэ]

На какое-то время все застыли, как завороженные глядя на сложенный пополам денежный знак. Герб королевства Люмин мягко светился в лучах снова наполовину укрывшегося за тучей солнца.
- До выплат осталось два дня, молодой человек, - слова хозяина дома подобно волшебным гвоздям вколачивались в гроб репутации Джеймса. – Жалование ваше равно восьмидесяти пяти стэллионам, и, глядя на вас с Мэйбл, я сомневаюсь в том, что вы хоть что-то откладываете. Ну так откуда, скажите на милость, у вас взялась эта тридцатка?
В голове Арта роились десятки спасительных вариантов ответа, но Джеймс был определенно не склонен озвучивать ни один из них.
- Сэр, клянусь, я понятия не имею, откуда вот... это... взялось, – только и смог выдавить он из себя. Во взгляде его застыли непонимание и шок, лицо залила бледность.
Арт поджал губы. С каждой минутой творившееся в доме Уильямсов нравилось ему все меньше.
А вот для Джорджа Уильямса время сомнений закончилось.
- Джентльмены, дорогая - не дав Арту и рта раскрыть, произнес он. – Думаю, что уж теперь нам тем более следует осмотреть комнату моего, без пяти минут бывшего, секретаря. Как знать, что еще может там... обнаружиться.
В глазах его сверкнул лед.
Не произнеся больше ни слова, он вышел из кабинета. Остальным ничего не осталось, кроме как последовать его примеру.

- Итак, с чего же начать? – скорее себя, чем кого-то еще, спросил мистер Уильямс.
Арт бросил взгляд по сторонам. Они стояли посреди небольшой, но опрятной комнаты, окнами выходившей на парк. Вновь удравшее от туч солнце заливало ее мягким светом: теплым, приятным. Хотел бы Арт, чтобы и у него на душе было так же светло и ясно. На душе, или хоть - перед глазами.
- Ну так все же, с чего? – нервно повторил банкир и огляделся.
- А! Пожалуй, вот с этого, - подойдя к занимавшему без малого четверть комнаты письменному столу, выдвинул он верхнюю полку.
Сэр Бартоломью поджал губы: творившееся в доме друга, равно, как и творившееся с самим другом, было ему явно не по душе.
Стоявший рядом с банкиром Джеймс выглядел, пусть и несколько бледным, но, в целом, спокойным. Затем лицо его переменилось. Краска отхлынула от лица. Удивление во взгляде отчаянно боролось с неверием. Такие эмоции Арту уже довелось наблюдать в этот день.
С четверть часа назад. В кабинете.
Подойдя ближе, он тоже заглянул внутрь - и присвистнул.
Средь обычного содержимого полки, как то: бумаг и различного рода принадлежностей для письма и магической передачи посланий, лежала бархатная коробочка - неплотно закрытая так как ее содержимое явно превышало вместимость.
Торжествующе вскрикнув, мистер Уильямс поднял крышку...
Издав полный изумления, смешанного с отчаянием, вопль, Джеймс отшатнулся.
На темном бархате, посверкивая изумрудами, лежал злосчастный гарнитур: брошь, колье, серьги, перстень и браслет леди Хакстебл – первой красавицы своей эпохи.
За спиной у супруга едва слышно ахнула Элен Уильямс. Арт бросил на нее взгляд – и нахмурился. Бросил быстрый взгляд на секретаря – и нахмурился еще сильнее.
- Ну-с, и что скажете вы на это? - весь белый от ярости, повернулся к серому от шока Джеймсу мистер Уильямс.
- А впрочем, что тут говорить, - со злостью махнул он рукой. – Все ведь и так понятно. Подумать только! После всего, что мы с Элен для вас сделали! Когда вы, сирота, без гроша за душой, явились к нам на порог... Лишь тот факт, что вы некогда находились на попечении родных Элен, заставил меня дать вам место. И чем же вы отплатили нам за доброту?
Он с возмущением фыркнул.
- Что ж. Как ни досадно, но думаю, придется все-таки вызвать полицию. Вы все сможете подтвердить, что...
- Постойте, - резко оборвал Арт тираду банкира.
Губы его сжались в тонкую ниточку, взгляд как магнитом притягивало содержимое коробочки.
- Помимо того, что арест вашего секретаря в вашем же доме уж непременно доставит вам именно те неприятности, коих вы так жаждете избежать, вынужден несколько охладить ваш пыл... Боюсь, это – не совсем те предметы, пропажа которых привела меня к вам. Точней даже – вовсе не те.
- То есть как это – не те?! – не веря своим ушам, воскликнул Джордж Уильямс. – Я приобрел гарнитур четверть века назад. Вы же могли его видеть лишь в справочниках да на снимках в газетах. Уж не хотите ли вы сказать, что скорей и вернее, чем я, в состоянии его опознать?
- Что вы, конечно же нет, - небрежным взмахом руки отмел инсинуации л’лар. – Такого я не осмелился бы утверждать ни в коем случае. Просто, боюсь, вас желают ввести в заблуждение. Правда, никак не рассчитанное на то, что вы надумаете пригласить обладающего Особым зрением л’лара. Чрезвычайно самонадеянная попытка, на мой взгляд.
Сэр Бартоломью с любопытством посмотрел на приятеля.
- Помнится, ты не считал прежде целесообразным сообщать всем и каждому об этом твоем даре, Арт. С чего вдруг решил переменить мнение?
- Ну, я надеюсь, что дальше этой комнаты сведения не пойдут, - пожал тот плечами. - А сообщить об этом я посчитал нужным, так как ясно вижу, что передо мною фальшивка.
- Что?! – с шумом выдохнул сэр Бартоломью.
Джордж Уильямс отшатнулся от коробочки, как если б та вдруг обернулась змеей:
- Докажите.
- Пожалуйста.
Крис встал рядом с Артом: недавно наставник, решив (Эстар весть почему), что у него явно есть соответствующие задатки, уже показывал ему данное заклинание, но понаблюдать лишний раз никогда не мешало.
Обратив кольцо в палочку, Арт навел ее на объект, и шепотом произнес заклинание.
Тонкая золотисто-жемчужная нить, протянувшись от палочки к гарнитуру, густо его оплела – и спустя миг осыпалась пылью.
Миссис Уильямс ахнула.
На темно-зеленом бархате лежали дешевые стеклянные бусы. Три нитки.
Презрительно хмыкнув, Арт обратил палочку назад в кольцо.
- Ну и ну, - громко прокашлялся сэр Бартоломью.
Джеймс оттянул ворот рубашки так, будто ему стало дурно. Стоявший напротив него Джордж Уильямс выглядел не многим лучше.
- О Эстар, - опершись о стол, прохрипел он. – Но, коль это не Джеймс - где тогда гарнитур? И кто, духи его побери, похититель?!

[Амэ]

Он бросил хмурый взгляд на секретаря.
- Хотя я все еще не уверен, что кража – не дело рук этого парня. Как знать, куда мог он спрятать похищенное?
«Ага. И подбросить себе же фальшивку. Причем - туда, где ее так легко отыскать. Да, к тому ж, плюс – купюры в кармане».
Арт покачал головой.
- Вот это-то, сэр, я и намерен выяснить, - сказал он, и обернулся к секретарю и стоявшему рядом с ним сэру Бартоломью. – Джеймс, я настоятельно прошу вас никуда не отлучаться из комнаты до тех пор, пока я не отменю этого требования. Барт, я очень прошу тебя составить ему компанию. Глаз с него не спускай. И – не позволяй кому-либо входить сюда после того, как мы выйдем. Опять-таки, до моего возвращения. Боюсь, мы имеем дело с магией, пусть и не высшей пробы. Следует соблюдать осторожность.
Наклонившись к самому уху приятеля, он произнес несколько слов, по которым тот сможет его опознать. Сэр Бартоломью кивнул. Вид у него был обеспокоенный, но решительный.
- Крис, - подозвал он ученика. – Будь добр, спустись вниз и поговори с мистрис Хопкинс, а после – с ее сестрой, Фредом и Фрэнком. Так, как я тебя учил – помнишь? И еще – пожалуйста, попроси Джеффри Сомса подняться в гостиную через - ну, скажем, - четверть часа. С ним я еще не беседовал. А побеседовать – надо.
Достав из кармана блокнот, л’лар сделал несколько записей, и протянул его Крису.
- Вот, эти вопросы интересуют меня в первую очередь. Записывай все ответы, как бы странно или нелепо они ни звучали, понятно?
Крис кивнул и стрелою умчался вниз, выполнять поручение.
Арт вновь обернулся к чете.
- Я бы хотел еще раз осмотреть кабинет, - сказал он. – А затем, думаю, нам будет лучше вернуться в гостиную. Я хотел бы задать вам и мистеру Сомсу еще пару-тройку вопросов. Надеюсь, ответы на них хоть отчасти прольют свет на дело.
«А может, запутают его еще больше, как знать», - не очень оптимистично закончил он мысль, но, взглянув на бледные лица супругов, не стал завершать ее вслух.

* * *

Крис смотрел в журнал, но не видел ни строчки.
Минуло три часа с тех пор, как они вернулись из дома Уильямсов. И вот уже более двух часов, как мистер Синклер, прочтя принесенные им записи, а затем - коротко переговорив по кристаллу сперва с маэстро Кантини из «Ла Ронда», а после - со старшим инспектором Уолтерсом из Управления полиции Уэстборна, покинул дом. Ушел, оставив ученика мучиться ожиданием - и прямо-таки изнывать от бездействия.
Почти бездействия. Несколько раз переговорный кристалл в гостиной требовал от него подойти и ответить на очередной звонок. Да только что это были за разговоры!
«...Будьте добры, передайте наставнику, что мы связались с отделением в Вондерер-крик и их окончательный ответ: да. Сведения полностью подтвердились. Человек, заходивший в один из ломбардов на Корнер-стрит - именно то лицо, о котором он спрашивал. Показания владельца ломбарда будут доставлены мистеру Синклеру в течение часа».
«Вы – Кристофер, ученик мистера Синклера, верно? Вас беспокоят из колледжа Стэнтона. Пожалуйста, передайте наставнику, что затребованные им выписки будут доставлены ему на дом в течение получаса».
Связь разъединилась – но, впрочем, кристалл тут же зазвонил снова.
«Я говорю с Кристофером Харви, верно?..»
С Кристофером Харви, да. Но вот толку-то Крису с того, что вы с ним говорите! Что - ну что - можно было понять из подобных бесед?
Не обладая известными наставнику данными - решительно ничего.
Несколько раз прихожую оглашал перезвон, сообщавший о прибытии очередного курьера с конвертом «для мистера Синклера».
Для наставника. Не для ученика.
Конверты множились, подстегивая и без того сильное любопытство мальчишки. Звонки тоже не прекращались.
Эх, знал бы он хоть немного побольше! Глядишь, в голове и возникла бы сколь-нибудь правдоподобная версия – однако нет. Арт, явно больше него знавший, с Крисом добытыми сведениями не поделился.
Такого никогда не было прежде.
- Времени у нас в обрез, Крис. Имей терпение, - только и бросил он, выходя за порог, и оставляя ученика принимать непонятные звонки и запечатанные то простым сургучом, то разной степени сложности заклинаниями конверты с письмами.
«Имей терпение».
Легко сказать! А впрочем – разве ему что еще оставалось?

[Амэ]

А ведь мистер Синклер явно до чего-то додумался! Где-то за полчаса до ухода, во время чтения принесенных учеником записей. Крис вспомнил выражение его лица. Как оно вдруг на миг изменилось, как промелькнуло в глазах торжество... Триумф человека, нашедшего, наконец, средь десятков фальшивых ключей настоящий.
Крис нахмурился. Когда же это произошло?..
Ах, ну конечно!
Отлично запомнив, на каком из листов чьи ответы записывал, Крис готов был поклясться: в первый раз ликование сложившего еще кусок паззла любителя головоломок мелькнуло в глазах наставника в тот момент, когда он прочел рассказ мистрис Хопкинс, а во второй – когда просматривал ответы Фрэнка и Фреда.
Что за ключ отыскал в этих ответах наставник? Какие выводы смог он сделать из рассказов об утреннем споре Сомсов; о том, сколь прохладно общались Джеймс с Мэйбл перед отлетом в театр, а также – о том, каким взглядом смотрела им вслед стоявшая у окна Элен Уильямс? Как Крис ни тщился, он не в силах был ухватить найденную наставником нить.

Он так задумался, что не заметил, как глотнул слишком много какао. Напиток был прислан домовиком минут пять назад, так что боль обожженного языка вмиг вернула ученика л’лара на землю.
Произнеся про себя пару не одобряемых мистрис Хейз слов, и отложив так и не вдохновивший на чтение журнал, Крис обернулся и бросил косой взгляд на поднос с горкой конвертов.
Искушение было большим, и совладать с ним являлось еще той задачкой.
Что ж, лишний раз потренировать силу воли тоже будет не лишним.

С силой воли у него явно складывалось куда хуже, чем с заклинаниями. Спустя всего четверть часа он почти что признал, что в очередной раз с треском провалил тренировку, когда его спас донесшийся сверху шум спора.
Крис с удивлением навострил уши. Это было необычно! Столь же, сколь было бы, например, появление в доме «восемь» по Марч-стрит стада белых слонов.
Письма были благополучно забыты. Донельзя заинтригованный, Крис покинул гостиную и осторожно, на цыпочках поднялся в мансарду.

Пара домовиков исправно следила за домом. Нигде не было и намека на пыль, ни одна из ступенек не скрипнула под ногами. Бесшумной тенью Крис скользнул к ведшей в мансарду двери.
Та была настежь распахнута: похоже, в пылу спора мастер и ученик позабыли, что их может кто-то услышать. А то и увидеть. Никем не замеченный, Крис спрятался за этим укрытием и осторожно заглянул внутрь.

- Но, мастер Онк’кши... - взглядом побитой собаки глядя на домовика, скулил долгоух.
- Хватит пороть чушь, Эн, - размеренно выговаривал ученику порядком, похоже, уставший уже от нытья Так’ш Онк’кши. - Чтобы взлететь, нам с тобой не нужны всякие там крылья да заклинания. Вовсе не нужны, ты понимаешь? Пойми: не от них наша способность парить. Главное - чтобы полет был внутри. В самой твоей душе. В твоем сердце... Ох, да как же тебе, наконец, объяснить, тугодум!
Мастер резко взмахнул рукой.
Пара сияющих, словно сотканных из самого света веревок, слетев из-под потолка, мгновенно опутала крылья Эна. Тот жалобно взвизгнул.
- Ну-ка, дай-ка мне руку, - не обращая внимания на писк долгоуха велел домовик.
- Отлично. А теперь - вверх!
Они взмыли под потолок. Потолок в мансарде был высоким, так что падение, случись что, обещало быть крайне болезненным.
- Поверь, ты готов перестать полагаться на крылья, - лицо мастера оставалось серьезным, но в глубине больших, обрамленных частою сеткой морщинок глаз лучилась улыбка.
- Мастер Онк’кши, нет! - побледнев, отчаянно замотал головой Эн. – Простите, но - я боюсь, вы ошибаетесь, мастер.
- Ой ли? – лукаво прищурился домовик. – Ты так в этом уверен? Взгляни: я тебя не держу - и достаточно долго. Ты б давно уже рухнул, что куль с песком, кабы зависел от крыльев. Однако – ты все еще здесь. Ну так что - и теперь станешь ныть, будто ты не готов?
- Что?! – взвизгнув так, будто у него под ногами разверзлась сама Бездна, долгоух дернулся, и начал падать...
И падать...
Неверие Эна в себя было слишком сильно, так что падение было стремительным.

[Амэ]

В своем укрытии Крис едва не задохнулся от ужаса.
Больше всего на свете ему хотелось ворваться в комнату, чтобы помочь, удержать, подхватить, но он вдруг обнаружил, что ноги больше его не слушаются.
Это было и странно, и страшно. Все существо его рвалось в мансарду, однако на тело как будто заклятие Оледенения наложили: его напрочь сковало по рукам и ногам, которые словно бы приросли к полу.
Словно бы - или взаправду?
Не в силах пошевелить головой, Крис поднял взгляд к потолку.

Мастер Онк’кши парил там же, где до того, ни взглядом, ни жестом не давая понять, что как-то причастен к происходящему - и тем не менее Крис чувствовал, что не ошибся.
«Зачем? Для чего? Он же так разобьется... Неужто какое-то – да хоть какое угодно! - умение стоит подобных уроков?!»
Отчаяние поднялось такой волной, что он чудом не захлебнулся. Стиснув зубы так, что побелели скулы, ученик л’лара смотрел, как нелепо загребающий руками-веточками долгоух, подобно испуганному птенцу, падал – все ниже и ниже...
- Младший! – грозно окликнул ученика с высоты домовик. – А ну-ка, брось эти глупости и возвращайся наверх! Сейчас же, ты ясно понял? С чего ты взял, что тебе не достает сил парить? Потому лишь, что вбил себе в голову, что ты еще не готов? И что - ты согласен разбиться в лепешку, лишь бы доказать это?
Уж не известно что – окрик ли мастера, или страх перед скорым превращением в блин сыграли тут большую роль, но падение малость замедлилось. Отчаянно взмахнув руками, Эн дернулся раз, другой – и. наконец, замер в воздухе. Пусть и комично, застыв вверх ногами, но все же повис, почти у пола, громко сопя, дрожа и роняя на устилавший пол ковер крупные, точно роса, капли пота.
Медленно, словно не до конца еще веря, что все обошлось, он перевернулся и наконец замер в куда более подходящей ученику мастера Онк’кши позе.
Под потолком старый хранитель дома «восемь» по Марч-стрит с облегчением выдохнул:
- Вот и все, младший. Видишь, как просто? А теперь, когда ты прекратил делать и говорить глупости, давай попробуем пару несложных приемов.

Разинув рот, Крис, словно завороженный смотрел, как мастер и долгоух парят меж стропил: грациозные, подобные паре больших птиц, танцующих с воздухом. Поначалу движения Эна были чуть скованными, но с каждой секундой приобретали все большую легкость и плавность. Совершив пируэт, долгоух ласточкой пролетел меж стропилами, а мгновением позже...

Глаза Криса изумленно расширились.
Мощный порыв ветра, подхватив его, оторвал от паркета.
Время застыло, но спустя миг, пусть и сильно замедленно, вновь потекло, словно несущая свои воды к морю река. Крис едва ли не кожей чувствовал, как оно струится вокруг и сквозь него, уходя в бесконечность.
Были и другие течения.
Ученик л’лара с испуганным изумлением впервые взглянувшего на мир младенца огляделся по сторонам.
Коридор и казавшаяся ему прежде пустой и унылой мансарда были полны потоков стихий.

Коричневые, с насыщенно-изумрудными, словно зелень травы и деревьев, вкраплениями, потоки Земли;
Синие и серебристые, словно бескрайнее небо или вода в горном ручье, реки Воды и Воздуха;
Подобные лаве или костру в ночи, бронзово-золотые ручьи Огня...

Потоки неспешно текли сквозь все вокруг, пронизываемые ослепительным бело-жемчужным светом.
Сиянием Эстар Люминнэ.
Крис почувствовал, как по спине у него побежали мурашки: он понял, что в первый раз видит дом и живых существ Особым зрением.
«Тем же, которым может видеть все вокруг и мистер Синклер».
И это было... чудесно.
Миг спустя он вновь коснулся ногами паркета. Сиянье померкло, стало едва различимым, а вскоре и вовсе пропало. Время чуда закончилось. Мансарду вновь заливал только солнечный свет.
Крис едва не застонал от досады. Вернуться к обычному зрению после Особого - это было, как будто вернуться к двумерному и черно-белому виденью после цветного, объемного!
Что-то легкое, серебристое, с тихим шуршаньем спикировав сверху, парою листьев упало на пол. Крис присмотрелся – и ахнул.
На полу, у окна, переливаясь в лучах осеннего солнца, лежали полупрозрачные крылья.