Форум официального сайта Веры Камши

Внимание! Данный форум доступен только для чтения,
для общения добро пожаловать на новый форум forum.kamsha.ru

Добро пожаловать, гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь, если хотите стать полноправным участником форума.
27 ноября 2020 года, 11:12:34

Войти
Поиск:     Расширенный поиск
ВНИМАНИЕ! В ближайшие дни должен состояться переезд форума на новый хостинг и новый движок! Переезд будет сопровождаться временным отключением доступа к форуму. Подробности - в разделе "Работоспособность форума"
845927 Сообщений в 12092 темах от 7410 участников
Последний участник: Vera_Kamenskaya
* Начало Помощь Поиск Календарь Войти зарегистрируйтесь
+  Форум официального сайта Веры Камши
|-+  Романы и повести (вне основных циклов)
| |-+  Стурн, Онсия, Миттельрайх и даже Санкт-Петербург
| | |-+  "Когда коты еще были босыми"
« предыдущая следующая »
Страницы: [1] 2 3 ... 12 Печать
Автор Тема: "Когда коты еще были босыми"  (прочитано 11838 раз)
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
"Когда коты еще были босыми"
« было: 05 ноября 2016 года, 16:10:52 »

Начало повести-устареллы для сборника памяти Михаила Успенского.

Составителям  требовалась «устарелла», то есть пересказ известнейшего сюжета, желательно  с отсылами к Жихариаде и максимальным набором узнаваемых цитат и перепевов знакомых  книг. 
Нужно было сделать весело и смешно. Нужно было сделать весело и смешно  по-своему,  при этом  сыграв  на  поле  Успенского,  так как книга выходит в его серии.

Заодно  я исполнила  свою давнишнюю  мечту,  рассказав историю графини де Ла Фер так, как мне кажется правильным, и исполнила требования  ряда  читателей, учтя их пожелания и  исправив  ошибки, на которые мне было  неоднократно  указано.  Теперь я с  чистой совестью  предъявляю ПРАВИЛЬНУЮ историю  с ограниченной группой героев, которая идет к  намеченной цели,  не размениваясь на всякую ерунду.
 
И есть в этом шедевре и короли, и капуста. А еще там есть принцессы,  принцы, таинственные незнакомцы,  коварные разбойники, всезнающие министры, великие маги, агрессивные  орки, мудрые драконы и их родственники. Есть знаменитое оружие, наделенное  собственной волей, мудростью и  речью. Есть  нетривиальные эльфы,  дикие кони,  диндилдоны с севера,  мировое Добро,  заклятая Свинороща, страшные Вшивые Пустоши,   самая  неприличная вещь  в мире и   роковая тайна…  Чего там, безусловно,  нет,  но чего именно, я не знаю.  Словом, судите сами.
Вот оно, начало. Дальше, как и положено, идет по нарастающей.   


Когда коты были босыми
(устарелла о первой любви)


В королевстве, где все тихо и складно,
Где ни войн, ни катаклизмов, ни бурь, появился…

                                                Владимир Высоцкий



Глава первая,
в которой читатель знакомится с принцессой Перпетуей и некоторыми традициями королевства Пурия, а также встречает весьма подозрительного незнакомца.


Во имя Проппа великого и величайшего и в радость ему, да начнется сия история!
Погоды стояли предсказанные и  прекрасные. Жители Санта-Пуры, утирая слезы умиления, с самого  утра стекались к королевскому дворцу, у парадного крыльца которого стояла карета, запряженная шестеркой лошадей масти паломино с гривами, убранными в косички причудливого плетения. Лошади взмахами тщательно расчёсанных хвостов отгоняли мух и переминались с ноги на ногу - им не терпелось пуститься в путь. Не терпелось пуститься в путь и эскорту принцессы Перпетуи, отбывавшей собирать цветы в Разбойничий Лес.
Эскорт принцессы - сорок юных особ, все в сверкающих доспехах и розовых плащах, украшенных гербом королевства Пурия (Дева в белых одеждах и возлежащий у ее ног белый же Единорог на белом поле) - уже замер вдоль украшенной мраморными вазами лестницы. За спинами прелестных воительниц высились дюжие оруженосцы. Сама же Перпетуя, крупная блондинка с добродушным румяным личиком, преклонив колена, внимала поучениям венценосных родителей.
На Ее Высочестве было пышное белое платье со шлейфом, расшитое розовым жемчугом и отделанное розовыми лентами, на голове - изящная золотая корона, а на ногах - белые туфли на высоких каблуках. В недалеком будущем одежде и аксессуарам принцессы предстояло занять почетное место в витрине парадного  будуара королевы  одного весьма примечательного государства, однако  не будем забегать вперед.   
- Запомните же, о возлюбленная дочь наша, - напутствовала юную Перпетую королева Пульхерия, - пурийские принцессы, оказавшись в безвыходном положении, предпочитают бесчестию смерть.
- Да, матушка, - с готовностью согласилась дочь.
- В таком случае, дитя наше, мы благословляем Вас, - королева торжественно поцеловала принцессу в лоб, - отправляйтесь. Мы будем молиться за Вас.
- Прежде чем углубиться в Разбойничий Лес, - подал голос Его Величество Абессалом Двунадесятый, - не забудьте велеть подругам отпустить оруженосцев и запретить оным заходить далее опушки.
- Я все помню, папенька, - заверила Перпетуя, у которой начинали затекать колени.
- В таком случае мы также благословляем Вас, - его Величество запечатлел родительский поцелуй на девичьем лбу, - собирайте незабудки, резвитесь, пойте и пляшите.
- Но никаких вальсов, - вмешалась Ее Величество, - И уж тем более столь омерзительной и непристойной вещи, как танго. Только менуэт, контрданс и ригодон. Да, положили ли вы арфу, ноты и альбом «Целомудренных песен»?
- О да, матушка.
- И еще, - королева густо покраснела, что стало заметно даже сквозь толстый слой белил, - Вы стали совсем взрослой и должны узнать, что является самой отвратительной, неприличной и недопустимой вещью в мире. Это - СПОЙЛЕРЫЛишь сурово осуждающий  и всех, кто его не осуждает, достоин стать супругом пурийской принцессы. Поняли ли Вы это, о дочь наша?
- Да, матушка, - глаза Перпетуи сверкнули, - я не знаю, и не желаю знать, что есть СПОЙЛЕРЫ, но я никогда не вручу свою руку и девственность негодяю, одобряющему оную мерзость.



« Последняя правка: 05 ноября 2016 года, 16:18:17 от Gatty » Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #1 было: 05 ноября 2016 года, 16:12:48 »

Продолжеие



Как и следовало представительницам пурийского королевского дома, об отвратительных, неприличных и недопустимых вещах мать (в девичестве идеалийская инфанта) и дочь говорили вполголоса (в коем, тем не менее, звучало должное полноценное осуждение), предварительно обведя подобающим случаю взглядом окружающих. Взгляд сей выражал крайнее нежелание говорить о столь отвратительных, недопустимых и неприличных вещах, но долг и необходимость осуждения обязывали это делать… в смысле – говорить, а вы что подумали?
- Мы верим Вам, дочь наша, - в глазах королевы мелькнула законная материнская гордость, - отправляйтесь. Незабудки ждут вас.
Принцесса поднялась с колен. Тщательнейшим образом выметенный и вымытый тончайшими батистовыми тряпками мрамор парадного крыльца не оставил на юбках принцессы ни единого пятнышка. Четверо одетых в розовое пажей подхватили шлейф белого прогулочного платья, и дева, опустив глаза, прошествовала по лестнице мимо хранителя высочайшего Времени  и хранителя Нравственности, мимо министров и генералов,  мимо придворных дам и кавалеров, мимо послов держав стран победившего Добра и  наблюдателей от Светлого арбитража Земноводья, мимо проппо-гандистов в полотняных балахонах и проппо-ведников с толстыми томами Вед под мышкой, мимо просто нежных дев и нежных дев, ощущающих себя нежными же юношами, мимо нежных юношей, ощущающих себя мужественными девами, и просто юношей, мечтающих вступить в гвардию, мимо утирающих скупые слезы суровых гвардейцев  и плачущих навзрыд старых кормилиц, мимо... Длинная, длинная была лестница, чего уж там! Тем не менее, в карету Перпетуя в конце концов все-таки села, а подруги с помощью оруженосцев взгромоздились на разукрашенных розовыми и белыми перьями боевых коней. Кучер взмахнул бичом, и экипаж резво покатился по главной королевской дороге. Сияло солнышко, в небе звенели жаворонки, вдоль дороги росли фиалки, анемоны, левкои, пионы и полевые маргаритки. Поселяне и поселянки в ярких платьях радостно пасли овечек, а при виде кареты выходили на дорогу, исполняли целомудренные песни и угощали принцессу парным молоком.
 Перпетуя молоко не любила, однако пила: ведь она была истинной принцессой. Тем не менее, исполняя свой государственный долг, принцесса радовалась, что ее суженым станет наследник трона Верхней Моралии. Последние сорок семь лет в этом дружественном Пурии государстве что-то произошло с коровами, овцами и козами. Нет, они не перестали доиться, но молоко отчего-то скисало прямо в воздухе, даже не достигнув подойника. Ее Величество Пульхерия считала это прискорбное обстоятельство препятствием на пути заключения династического брака, но Его Величество Абессалом Двунадесятый опасений супруги не разделял, ссылаясь на другую врхнеморалийскую особенность, а именно на отсутствие мух, комаров, слепней и иных летучих злыдней. Мнение папеньки восторжествовало, и принц Яго-Стэлло-Бэлло-Пелло-Отелло-Вэлло-Донатэлло-Ромуальдо со товарищи выехал на охоту в Черный Лес, дабы, увлекшись преследованием раненого оленя, заблудиться и, проплутав три дня, оказаться в Разбойничьем Лесу в то мгновение, когда разбойник в последний раз потребует у пленной принцессы ее девственность.
Тут, видимо, следует сказать, что пурийская принцесса могла вручить упомянутую девственность лишь благородному рыцарю, спасшему ее от верной смерти и еще более верного бесчестия. Поскольку Пурия по праву считалась королевством, в котором царят порядок и законность, принцессам по достижении двадцати лет приходилось отправляться в особый лес, где на них нападали обитавшие там разбойники. Принцессу с подругами брали в плен, после чего утраивалась отвратительная оргия, во время которой негодяи всячески оскорбляли пленниц и объясняли им, сколь ужасна ожидающая их участь. Предводитель требовал от принцессы выкупить жизнь подруг ценой её девственности, привязанная к могучему дубу дева  последовательно предлагала в уплату золото, королевство и, наконец, свою жизнь, но негодяй оставался непреклонным. В последний момент… Но поскольку этот самый последний момент еще не наступил, вернемся на большую дорогу.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #2 было: 05 ноября 2016 года, 16:13:36 »

В урочное время карета остановилась у живописного холма, на котором двенадцать поселян в деревянных башмаках, вышитых сорочках и шляпах, украшенных голубиными перьями, с пением разгребали сено. У подножия холма двенадцать поселянок в деревянных башмаках, вышитых сорочках и венках из ромашек, васильков, лютиков и фиалки триколорной с пением пасли ягнят. При виде кортежа крестьяне покинули свои грабли и своих барашков, вышли на дорогу и встали друг против друга, уперев руки в боки.
Ветви растущей вдоль дороги калины крупноцветной раздвинулись, и из зарослей появились: волынщик в вышитой сорочке, деревянных башмаках и клетчатом берете, полная пожилая поселянка в вышитой сорочке, деревянных башмаках и накрахмаленном чепце, с крынкой в руке, и три откормленных поросенка без вышитых сорочек. Поросят, подбадривая деревянными башмаками, загнали обратно в заросли калины крупноцветной, а поселянка, присев перед Ее Высочеством, протянула крынку, каковую принцесса и взяла. В крынке было парное молоко.
- По незабудки собрались, сейчас песни орать начнут и танцы народные плясать, - приметив угрожающе взятую наизготовку волынку, догадалось курившее на близлежащем холме кальян небольшое существо, напоминающее человечка с небритыми ушками, и быстро спряталось в норку, плотно прикрыв за собой дверь. Внимательный наблюдатель заметил бы, как за треугольными окнами опустились зеленые шторы, но поселянам не было до этого решительно никакого дела, как не должно быть дела до странного существа и нашему читателю, благо оное существо, пройдя сквозь многочисленные переводы и пересказы древних саг, баллад, былин и прочих сказаний Земноводья, все равно до неузнаваемости утратило свой первоначальный облик.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #3 было: 05 ноября 2016 года, 16:13:47 »

Волынка взвыла нечеловеческим голосом, поселяне и поселянки захлопали, затопали, загукали и дружно запели о том, как они сеяли турнепс.
Принцесса, отхлебнув молока, с тоской заглянула в крынку. Она была полна до краев.
- А мы свинок выпустим, выпустим, - пели поселянки народными голосами.
- А мы свинок выловим, выловим, - хищно отвечали поселяне голосами еще более народными.
Это была предпоследняя встреча на пути к Разбойничьему Лесу. На опушке принцессе должна была попасться бабушка с хворостом, которую требовалось перевести через мостик, но это было не страшно, так как молока у старой карги не предполагалось.
Раздался цокот копыт, и из-за поворота дороги появился странно одетый незнакомец, - почти невозможно было понять, имеются ли под длинным, скрывающим фигуру плащом другие предметы туалета, например, штаны, однако получившая должное образование Перпетуя мгновенно определила, что перед ней не принц и, видимо, даже не рыцарь. Путник ехал на гнедой лошади, а не на белой, на нем не было лат, на рукаве его не трепетал шарф Прекрасной Дамы - и вообще выглядел всадник весьма подозрительно.
Не вызывающий доверия незнакомец остановил коня, откинул капюшон и с любопытством уставился на карету и топающих поселян. При ближайшем рассмотрении он оказался еще подозрительней, чем издали. Чело путешественника, обрамленное спутанными светлыми, можно даже сказать, золотыми волосами, не было отмечено печатью мрачных дум, а глаза цвета морской воЙны не таили в себе благородного страдания. Более того, при виде свиты Перпетуи наглец расхохотался. И это вместо того, чтобы сообщить всем, что его (то есть незнакомца) Прекрасная Дама – самая Прекрасная Дама во всем мире ( при встрече с представительницами правящих королевских домов рыцарю надлежало уточнить, что присутствующая августейшая особа все же по некоторым своим качествам превосходит Самую Прекрасную из дам. Качества сии были оговорены специальным меморагдумом и освящены обычаем… впрочем, мы сильно отклонились от темы!), и тот, кто посмеет в этом усомниться, будет немедленно сражен!
- Сомневаюсь, - фыркнул, да-да, именно фыркнул подозрительный тип, - что хотя бы одна из напяливших на себя эту кухонную утварь кисок, случись что, сможет даже руку поднять.
Не вполне понявшая слово «кисок» Перпетуя несколько растерялась и сделала вид, что созерцает веселящихся подданных.
- А мы свинок закоптим, закоптим, - завлекающе пели поселянки.
- А свинину мы съедим, мы съедим, - плотоядно отвечали поселяне, непроизвольно облизываясь и сглатывая слюну. Принцесса тоже представила себе толстый шмат сала, белоснежного, с розовыми прожилочками, с перчиком и чесночком. Если б Перпетуя имела представление о столетнем кальвадосе и о том, как он переливается всеми оттенками золота, она бы и его представила, но пурийские принцессы не только не притрагиваются к спиртному, но и не смотрят на него. Нет, о кальвадосе принцесса не думала, но семь выпитых ранее крынок молока все равно подступали к горлу... Из ступора деву вывел подозрительный незнакомец.
- Моя леди, - теперь беззастенчивый тип нагло разглядывал гончарное изделие  в руках Перпетуи, - неужели Вы все это выпьете?
- Пурийские принцессы издавна пьют парное молоко, - с достоинством ответила Перпетуя, поперхнувшись очередным глотком.
- Неужели? - наглец поднял бровь. Брови у него, к слову сказать, были темными, и это тоже было подозрительно. Сама белокурая, Перпетуя знала, что у блондинов светлыми должны быть все волосы, а этот... У принцессы возникло подозрение, что перед ней нижнеморалиец! Заметим, что Нижняя Моралия (в отличие от Моралии Верхней) считается истинным рассадником непозволительных песен, стихов и прочих атрибутов распутства и растления. Мало того, есть сведения, что неблагородные дамы и господа в Нижней Моралии носят кружевное нижнее бельё черного цвета. Принцесса не исключала, что у подозрительного незнакомца под плащом скрывается именно таковое. Короче, негодяя следовало сразу же поставить на место.
- Девственность пурийской принцессы, - отрезала она, - принадлежит ее законному супругу.
- Он будет счастлив, - негодяй сверкнул аквамариновыми глазами, - однако прошу меня извинить, я очень спешу. Мне попалось десятка полтора презабавных созданий, таких, знаете ли, зеленых, клыкастых, в рогатых шлемах. Похоже, у них были ко мне какие-то претензии, но я, сколько за ними ни гнался, так и не смог выяснить – какие именно, а теперь, кажется, сбился со следа. И это - не считая того, что я не терплю молока и пейзанских танцев и песен.
Если у Перпетуи и оставались какие-то сомнения в происхождении незнакомца, то они были рассеяны, как следы дивных кораблей с синими парусами на воде неведомых морей. Лишь уроженцы Нижней Моралии могли с таким невероятным нахальством и неприличным пренебрежением относиться к народным песням, танцам, и – страшно сказать! – парному молоку!
- Вас никто не задерживает, - холодно произнесла Перпетуя, залпом допивая оставшуюся в крынке тепловатую белую жидкость.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #4 было: 05 ноября 2016 года, 16:14:47 »

Глава вторая,
в которой к принцесса Перпетуя с подругами углубляется в Разбойничий лес


Деревни, зеленеющие нивы, тучные пастбища, веселые пейзане и подозрительный незнакомец остались далеко позади; теперь по обе стороны дороги встал мрачный лес. Вековые ели тянули к дороге темные колючие лапы, на них сидели вОроны и ворОны,  хрипло каркая на два голоса. Дорогу кортежу переползло шесть ужей (с шипением), перешло одиннадцать ежей (с пыхтением) и перебежало двадцать четыре зайца (молча), причём все они двигались строго с востока на запад, что определенно не предвещало ничего хорошего.
Наконец, карета поравнялась с обширным лугом, заросшим слепотой куриной, дурманом обыкновенным, болиголовом крапчатым, борщевиками, в иных мирах носящими имя неведомого в Пурии натурознавца Сосновского, и ядовитым вехом. Возница остановил коней, лакеи спустились с запяток и открыли дверцу кареты. Принцесса выбралась наружу, за ней вылезло четыре пажа, несущие шлейф белого прогулочного платья.
- Ваше Высочество, - объявил старый седой слуга, утирая слезы, а заодно и багровый, в прожилках, нос рукавом белой с розовым позументом ливреи, - мы прибыли.
- Благодарю вас, мои верные слуги, - слегка дрогнувшим голосом (уж больно диким и неуютным казалось место) произнесла принцесса, - мы пойдем собирать незабудки, а также, возможно, ландыши и лесные фиалки. Ждите нас на опушке три дня и три ночи и не вздумайте нас преследовать.
- Мы будем ждать вас, Ваше Высочество, - воскликнули слуги и оруженосцы. Седой лакей трясущимися руками вручил принцессе большую плетеную корзину, выстланную вышитым незабудками белым шелком, и Перпетуя ступила в высокую траву. За ней двинулись пажи, за коими гуськом потянулись защитницы, принявшие из рук оставленных на обочине оруженосцев смертоубийственную снасть.
Увы, оружие оказалось слишком тяжелым для нежных девичьих рук, трава – мокрой от росы, а тропинка - узкой и ухабистой. Раскрасневшиеся, вспотевшие воительницы уныло брели меж высоких, мрачных борщевиков, не в такт бряцая доспехами и влача за собой щиты с мечами. Только три счастливицы, вооруженные гномозелландскими секирами с ажурными лезвиями, могли шагать, держа свое изящное оружьице на весу, остальным приходилось тяжко.
Шлемы немилосердно давили, кольчуги натирали шею, травы цеплялись за шпоры. Особенно свирепствовали вьюнок полевой, а также горошки мышиный и воробьиный. В довершение всего почуяла поживу комариная камарилья, кровопийцы десятками лезли в прорези для глаз, проникали под панцири и кольчуги. Страдалицы не могли ответить своим мучителям ударом на удар – хваленая гномья броня великолепно защищала летучих упырей от окованных железом кулачков прекрасных дев. Вполголоса девы э-э-э... возносили молитвы святой Инсектициде - заступнице всех от комаров и прочего гнуса невинно страждущих, кою, как известно, летучие изверги сожрали заживо, даже косточек не оставили.
Перпетуе было легче – она отмахивалась от супостатов упомянутой большой плетеной корзиной и утешалась мыслию о том, что в Верхней Моралии столь злокозненные твари не живут. Подол белого прогулочного платья вымок и пошел зелеными пятнами, приподнять же его выше колен принцесса не могла - в Разбойничьем лесу жили посторонние мужчины.
« Последняя правка: 05 ноября 2016 года, 16:29:31 от Gatty » Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #5 было: 05 ноября 2016 года, 16:15:38 »

Наконец, борщевики расступились, и девы выбрались к лесной речушке, чьи берега заросли калужницей, осокой и рогозом широколистным. Через речку был перекинут трухлявый мостик, на нем уже стояла старуха с изящной, увитой розовыми лентами вязанкой хвороста. Принцесса прибавила шагу, четыре пажа, придерживая шлейф, обретший расцветку, именуемую в дальних мирах камуфляжной, потрусили следом за Ее Высочеством, немало затрудняя продвижение. Едва угадывающиеся под слоем налипшей глины туфли скользили, элегантные каблуки норовили провалиться в щель между досками, но принцесса до цели все-таки добралась.
- Здравствуйте, бабулечка-красотулечка, не нужна ли вам какая-либо помощь? – Перпетуя мужественно взглянула в глаза старой грымз… простите, бедной старушке.
- Награди тебя небо, прелестное дитя, - произнесла бабулечка-красотулечка (истинный знаток обнаружил бы, что некогда старая ведьма была более чем недурна), - Увы, я уже немолода, тяжко мне собирать хворост, а вот в прежние годы...
Старушка углубилась в положенные воспоминания, не замечая свиту принцессы, а сорок фрейлин, увешанных оружием, и четыре пажа, так и не выпустивших шлейф прогулочного платья, делали вид, что к стоящей на мостике деве не имеют ну совершенно никакого отношения! Такова была освященная веками древняя традиция, корнями своими уходящая в… Увы, очевидцев того, куда именно уходили корни, уже и не осталось, но, согласно требованиям традиции, носительница хвороста не в коем случае не должна узнавать юную венценосную особу до того, как та лично не известит о своем происхождении. И старушка, неукоснительно соблюдая обычай, поведала одинокой незнакомке о своей жизни. Юность ее омрачила роковая тайна, но затем все наладилось - добрая женщина не опускалась до супружеских измен, не употребляла крепких напитков, вырастила двоих  сыновей и шестерых дочерей, посадила дерево дуб и убила одиннадцать змей, две из которых были ядовитыми.
- Мне не стыдно за бесцельно прожитые годы, - закончила свой рассказ старушка, - чего и тебе, дитятко, желаю. А далеко ли, ты, милая, собралась?
- На поляну Незабудок, добрая женщина, - сообщила принцесса, хлопая себя по щеке.
- Опасное это место, - покачала головой старуха, - там уже шестой век собираются лесные тати и устраивают отвратительные оргии с распитием принесенных с собой спиртных напитков и исполнением непристойных и разухабистых песен.
- Мы - пурийская принцесса Перпетуя! И не нам бояться жалких лесных татей! – На сей раз дева грозно ударила себя по лбу, - К тому же с нами - наши подруги.
Бедная женщина лишь теперь разглядела сорок вооруженных дев и четырех пажей в розовых одеяниях, покрытых изысканными зелеными пятнами. Она испуганно охнула и всплеснула руками. Если бы не предусмотрительность древнего обычая, предписывающего сразу забирать у старушки вязанку, та неминуемо упала бы в воду.
- Не бойся нас, добрая женщина, - ободрила подданную принцесса, - но укажи дорогу.
- Что ж, - бабулечка-красотулечка утерла слезы, - идите, Ваше Высочество, через мостик, а потом все прямо и прямо, к вечеру как раз поспеете.
- Спасибо тебе, - дева оборвала жизнь слепня и с чувством исполненного долга собралась продолжить путь, но тут произошло небольшое недоразумение. Мостик был слишком узким, и принцессе было никоим образом не разойтись с ее подданной. Повернуть назад Перпетуя не могла – мешали чувство долга, каблуки, шлейф и четыре пажа. К счастью, старушка поняла, какие трудности испытывает Ее Высочество и, будучи доброй подданной,  спрыгнула с мостика и перешла речку вброд, приподняв  юбки, причем внимательный наблюдатель мог заметить нечто темное и ажурное. Во всяком случае, разбуженный плеском и вынырнувший из-за коряги наядец долго глядел старухе вслед, после чего со вздохом скрылся в своем убежище. Никто его и не заметил.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #6 было: 05 ноября 2016 года, 16:16:13 »

Окрыленная близостью цели, принцесса устремилась вперед. За ней двинулись четыре пажа, а за пажами - подруги с двуручными мечами, секирами и иными колющими, режущими и бьющими предметами. Оружием девятнадцатой по счету косоглазенькой девицы по имени Глоксиния служил очаровательный, но тяжелый шипастый шар на цепи, именуемый в весьма отдаленных от Пурии краях моргенштерном. При переходе мостика один из шипов вонзился в доску, и шар застрял. Глоксиния тянула и дергала, стараясь высвободить строптивое оружие, но шар впиявился в трухлявое дерево не хуже, чем пажи - в шлейф Ее Высочества. На помощь Глоксинии бросились ее подруги-воительницы Азалия, Сенполия и Пеларгония. Вчетвером им удалось высвободить злополучный моргенштерн, но прогнившие доски не выдержали, и в мостике образовалась внушительная дыра. Принцесса, четыре пажа и девятнадцать дев оказались на одном, а двадцать одна - на другом, на высоком берегу на крутом.
Перпетуя задумалась. С одной стороны, появляться в Разбойничьем лесу со столь небольшой охраной было несолидно, с другой стороны, она понимала, сколь невежливым является опоздание. Принцесса вспомнила славные подвиги, свершенные пурийскими королями, королевами, принцами и принцессами, убила двух комаров (одного на шее и еще одного, легкомысленного и усатого, пытавшегося пронзить шлейф, на месте преступления), подошла к ручью и подняла руку – не ту руку, в которой держала большую плетеную корзину, выстланную вышитым незабудками белым шелком, а другую, сжимающую увитую розовыми лентами вязанку.
- Слушайте же нас, подруги наши. Мы - пурийская принцесса, и мы не отступим. Этой ночью мы будем собирать цветы на поляне Незабудок, вы же возвращайтесь с миром на дорогу и ждите нас.
- Да здравствует принцесса Перпетуя! - прокричали остающиеся, утирая слезы. Принцесса повернулась и углубилась в лес. Вместе с ней углубились: камуфляжный шлейф, четыре пажа, несущие оный, и верные подруги - Азалия с алебардой, Аралия с нерезной секирой, Бугенвалия с арбалетом и ножами метательными и нет, Гайлардия с резной секирой, Гардения с двумя арбалетами и тремя кинжалами, Кальцеолярия с двуручным мечом и щитом, Афеландра с двуручным мечом и щитом, Бильбергия с двуручным мечом и щитом, Диффенбахия с двухлезвийной секирой, Лилия с двуручным мечом и щитом, Пеларгония с резной секирой, Розалия с двуручным мечом и щитом, Сальвия с перекрещенными за спиной двумя луками позднеэльфийской работы и колчаном белооперенных (геральдический пурийский цвет!) стрел, Сансеверия с полутороручным мечом и щитом, Сенполия с глефой, Физалия с двумя остро отточенными клинками и двумя щитами, Фрезия-первая с копьем и щитом, и Фрезия-вторая с боевым молотом. Последней шла девица Глоксиния в некогда белых чулочках. Моргенштерн волочился за хозяйкой подобно огромному ежу, заметая следы и то и дело застревая в плетях придорожной ежевики.
- Пурийские августейшие особы никогда не оглядываются и не сворачивают с избранного пути! – повторяла про себя принцесса - и не оглянулась. Она так и не увидела, как вознесшийся из речных глубин волосатый хвост неведомого монструоза молниеносным движением обвил ожесточеннее всех машущую руками и особенно громко выкрикивающую прощальные слова девицу Петунию чуть пониже талии и растворился вместе с нею (в смысле – со всей Петунией целиком, а не с её талией) в повисшем над водой реденьком тумане. Никто их более не видел, хотя искали долго и счастл... усердно. Ходили, правда, слухи, что небезызвестный гроссмейстер тайных операций, он же   министр покоя и порядка, Лоренцо-Феличе поймал-таки под неким мостом этого самого с хвостом и допросил с пристрастием, - но это уже другой мост и другая история, мы же вынуждены последовать за принцессой Перпетуей в темный Разбойничий Лес.

Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #7 было: 05 ноября 2016 года, 16:19:27 »

Глава третья,
повествующая об отвратительной оргии, а также о могуществе и благородстве разбойника Гвиневра Мертвой Головы, и о происхождении и особенностях поведения козлодоя ушастого.


Принцесса отважно вела поредевший по милости зловредного моргенштерна отряд сквозь лесную чащу. Тени сгущались, последние лучи солнца скрылись в окончательно закрывших небо тучах комаров, сквозь их победное гуденье прорывалось уханье проснувшихся сов и филинов, а вдали можно было различить душераздирающие сетования и жалобы голого вепря Ы – а можно было и не различать...
Перпетуе стало страшно, каблуки подкашивались, многочисленные укусы чесались; перед самым лицом девы, зловеще хохоча, подобно хорунжему фон Роггену над пошлым анекдотом, пронесся огромный ушастый козлодой, редкая птица, обитающая лишь в Разбойничьем лесу. Принцесса вздрогнула; посредством шлейфа прогулочного платья ее дрожь передалась пажам, а затем – телепатически - и подругам.
Комары уже не гудели… То есть нет, комары как раз гудели, но теперь в их гудении слышалась некая изысканная гармония – жужжание все больше напоминало звучание миниатюрного оркестра из десятка весьма расстроенных скрипок, полудюжины треснувших флейт, пары свирелей, одной лютни (ни в коем случае не гитары!) и рояля, выводящего дивную мелодию. Принцесса зажмурила глаза – пользы от них всё равно уже было мало - наощупь шагнула вперед и врезалась в огромный пень, согласно карте стороживший поляну Незабудок!
В мертвенном свете очень кстати объявившейся в небе полной луны дева смогла рассмотреть легендарное место. В паре десятков шагов от коварного пня возвышался могучий дуб, темный, страшный и лохматый, в его листве кто-то хихикал, а вокруг ствола вилась толстенная цепь, которую в любой военно-морской державе определили бы как якорную. Пред дубом виднелось кострище, вкруг коего располагались четыре толстых бревна, немалых размеров ящик и странное сооружение, напоминающее небольшой поставленный на попа красного цвета гроб; трава вокруг дерева была скошена и собрана в копны. Последнее обстоятельство исторгло из груди принцессы душераздирающий стон. В ветвях что-то прошуршало, в кустах на противоположной стороне поляны раздались звуки рояля, но Перпетуе было не до того. Взволнованная дева ринулась вперед, увлекая за собой продолжающих цепляться за шлейф некогда прогулочного платья пажей.
Тревога оказалась ложной – за дубом тянулись аккуратные грядки, засаженные крупноцветными незабудками, над которыми возносился к луне небольшой, но крепкий дубок - ему предстояло сменить актуальный, каковой в свою очередь занял место дуба прошлого, когда тот стал пнем. Перпетуя о дубовой преемственности и не подумала, она поудобней перехватила большую плетеную корзину, выстланную вышитым незабудками белым шелком, и взялась за дело.
Там, где проходили принцесса, ее шлейф и ее пажи, оставалась лишь мягкая черная земля, по которой ползали разбуженные и возмущенные гусеницы, улитки и заморские полосатые жуки. Увлеченная принцесса не заметила, как из кустов робко выглянуло некое существо с флейтой, поднесенной к губам. Хотя надо отметить, что в зыбком свете луны существо было малозаметно… к тому же, видимо, очень пугливо, так как, выглянув, тотчас исчезло.
 Корзина стремительно наполнялась. Когда принцесса сорвала последний пучок незабудок с четвертой по счету грядки, в лесу раздался леденящий душу свист, еще более леденящий вопль «Йееехху!» и на поляну вышли сорок разбойников во главе со своим атаманом.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #8 было: 05 ноября 2016 года, 16:20:37 »

Предполагаемый нижнеморалиец оказался прав - ни одна из дев-воительниц не смогла защитить еще не поруганную честь своей госпожи. Только моргенштерн Глоксинии (моргенштерны – они такие!) по собственному почину оказал нападающим ожесточенное сопротивление: сначала зацепился за брошенную Перпетуей большую плетеную корзину, наполненную крупноцветными незабудками, и нахлобучил оную на голову пытавшемуся взять его в плен разбойнику, а потом, неведомо как подпрыгнув, обмотался цепью за дубовый сук и, раскачиваясь подобно иномировому маятнику Фуко, на месте уложил ряд станичников точными ударами по темечку.
Три сотрясения мозга и один приступ клаустрофобии - такова была цена, которую обитатели Разбойничьего Леса заплатили за пленение пурийской принцессы и ее дев-защитниц.
Схваченную Перпетую привязали к вековому дубу, кора которого хранила следы многочисленных вервий, участвовавших в матримониальных мистериях пурийских принцесс. Устроившись поудобнее, и убедившись, что при привязывании не произошло непроизвольного самозадирания юбки, пленница с любопытством огляделась.
У самых ее ног располагался ящик с самым обычным песком, а поразившее деву сооружение оказалось покрашенной в красный цвет доской с ножками, на которой висели: багор, лопата, маленькая лопатка, топорик и два красных конических ведра.
   Отобранное у дев-воительниц оружие - кроме коварного моргенштерна, к которому никто не посмел приблизиться - сложили у подножия разбойничьего дерева тематическими кучками (мечи к мечам, щиты к щитам, древковое оружие к древковому оружию). Связанных валькирий устроили по другую сторону костра. Выросшая в уважении к чужому труду Перпетуя невольно залюбовалась быстрыми и слаженными действиями душегубов. Когда основные работы были завершены, от утиравших лбы лесных братьев отделился один. Он был среднего роста, деликатного телосложения с невыразительным лицом, обрамленным невыразительной же бородкой и усами весьма заурядного цвета. Одет разбойник был в застегнутый на пять роговых пуговиц костюм из зеленой замши, под которым никоим образом не могло быть черного кружевного белья.
Скорее впалую, чем выпуклую грудь разбойника украшала расшитая рогатыми огнедышащими черепами перевязь, на которой висел оправленный в желтый металл рог. За спиной татя был лук, на поясе - меч, за поясом – нож, на ногах - сапоги со шпорами, на голове - охотничья шляпа с пером ушастого козлодоя, а на плече сидел сам козлодой немалых размеров и хлопал ушами, в одном из которых виднелась круглая пиратская серьга.
Разбойник подошел к Перпетуе и отвесил учтивый поклон.
- Приветствую уважаемую принцессу на Поляне Незабудок. Ваше Высочество, разрешите представиться. Гвиневр Двадцать Восьмой, прозванный Мертвой Головой за свою жестокость, двуличность, подлость, безбожие, окаянство, склонность к сыроядению и прочие дурные качества.
Принцесса хотела сделать книксен, но, во-первых, она очень устала, во-вторых, у нее сломался каблук, и, в третьих, она была привязана к толстому дубу. Пришлось ограничиться кивком и извинением за невольную неучтивость.
- Я понимаю положение, в коем оказались Ваше Высочество, - великодушно промолвил разбойник, голос у него был тонок  и печален, и принцессе захотелось сделать ему что-нибудь хорошее, например, напоить парным молоком, - и не настаиваю на соблюдении этикета в мелочах. Как вы находите погоды? Вам не кажется, что для этого времени суток и года несколько прохладно?
- Да, - согласилась Перпетуя, - но прохладные ночи и обилие солнца днем благотворно влияют на созревание ягод и фруктов.
- Несомненно, - согласился разбойник. - Могу ли я поинтересоваться, почему Ваше Высочество сопровождают девятнадцать девиц вместо сорока?
- Мостик на краю леса сломался, - принцесса почла за благо утаить роль моргенштерна в сём печальном событии, - и часть моих верных подруг остались ждать на дальнем берегу.
- Это весьма прискорбно, - заметил разбойничий предводитель, - однако же делать нечего. Есть ли у Вас, Ваше Высочество, какие-нибудь пожелания и предложения - или мы можем сразу приступать к отвратительной оргии?
Перпетуя хотела попросить что-нибудь от комаров, но вовремя вспомнила, что обязана гордо молчать, пока от нее не потребуют ее девственность, - и замолкла.
- В таком случае - мы начинаем, - Гвиневр хлопнул в ладоши, и разбойники занялись приготовлением к оргии. Двое чистили репу, четверо - картофель, трое - морковь, один шинковал капусту белокочанную и еще один крошил кинжалом лук репчатый. Перпетуя видела, как из глаз негодяя ручьём льются слезы, но ничем не могла ему помочь, так же, как и еще четверым несчастным, что с рыданиями рубили головы и ноги связанным петухам породы леггорн.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #9 было: 05 ноября 2016 года, 16:21:25 »

Работа кипела, с доски сняли оба ведра, багор, лопату, лопатку и топорик и положили у кострища, после чего разожгли огонь. В землю у торцов бревен воткнули шесты, между ними протянули веревочки, на которые повесили флажки с рогатым огнедышащим черепом, достали несколько вышитых незабудками и черепами скатертей и расстелили их между бревнами, а сверху расставили тарелки и тарелочки, на которых разложили нашинкованные овощи и сорок одну окровавленную курью ногу.
Когда основные приготовления были завершены, на самом высоком шесте подняли личный штандарт Гвиневра Мертвой головы. Сам Гвиневр ненадолго отлучился и вернулся, неся нечто, тщательно завернутое в войлок. Когда неизвестный предмет с большими предосторожностями развернули, Перпетуя увидела большой череп, с рогами и клыками, вроде бы тот самый, что был вышит на штандарте, перевязи, флажках и скатертях, и, вместе с тем чем-то неуловимым отличающийся от изображений. Череп заботливо смазали, увили рога собранными Перпетуей незабудками, поместили в разверстую пасть свечу и насадили на дубовую ветвь над головой принцессы. Оставшиеся незабудки были расставлены в восемь небольших деревянных вазочек и использованы для украшения стола. Гвиневр обошел вокруг скатертей, пожевал губами, словно чего-то подсчитывая, вздохнул и грустным голосом произнес.
- А теперь - спиртное.
Разбойники прикатили большую бочку и принесли сорок одну кружку, на каждой из которых была наклеена небольшая картинка. Четыре кружки, помеченные малинкой, ежиком, зеленым мухомором и улыбающейся улиткой в венке из незабудок были унесены, видимо, они принадлежали жертвам моргенштерна. Гвиневр вздохнул еще печальней, чем прежде, и приказал разливать.
Оргия началась, лесные братья с видимым отвращением подняли кружки, встали, отставив локти, выпили, содрогнулись от омерзения и торопливо сунули во рты репу, картофель, морковь, капусту и репчатый лук. К окровавленным петушьим ногам никто не притронулся.
Гвиневр испустил новый вздох и вышел на середину посыпанной песком площадки. Лесные братья взялись за руки и пошли вокруг своего атамана, каковой откашлялся, утер губы носовым платочком с вышитым рогатым огнедышащим черепом, проверил, не выпал ли из петлицы букетик незабудок, и запел о том, как он одинок, горд и никем не понят.
Песня Перпетуе понравилась, хотя дева не была уверена, что неизвестный поэт должным образом изучил грамматику и синтаксис. С другой стороны, возможно, в разухабистых и неприличных песнях должны присутствовать орфографические, стилистические и политические ошибки, иначе какие же они неприличные? Потом принцесса вспомнила, что подобные произведения не могут нравиться представительнице пурийского королевского дома, и вернулась к предписываемому традицией созерцанию гнусного зрелища.
Разбойники как раз вернулись к столу. Гвиневр наполнил кружки и хотел что-то сказать, но тут станичник с перевязанным горлом заглянул в свою кружку, затем в кружки к соседям и надул губы.
- В чем дело, Кровавая Рука? - тихо и грустно спросил Гвиневр.
- Почему у меня больше, чем у Черного Сердца и Беспощадного Ножа?
- И ничего не больше! - закричал некто с голубым щенком на кружке, видимо бывший либо Черным Сердцем, либо Беспощадным Ножом.
- Врет он все, - подскочил еще один брат, на чьем сосуде для питья красовалось улыбающееся солнышко, - и вообще! Кровавая Рука обзывал атамана квакшей, сиречь лягвой зеленой древесной, вот! И еще червем дождевым и жуком заморским полосатым, тем, что к картофелю особую страсть питает!
- Щас как дам, - вскричал Кровавая Рука, - а кто в сонный час ест клубнику на дальней гряде?! А кто говорит, что Мертвая Голова не злодей и не маньяк?
- Ябеда-корябеда! – ответствовал то ли Беспощадный Нож, то ли Черное Сердце, и стукнул Кровавую Руку кружкой по голове.
- Дурак! Все расска… - разоблачение не состоялся, так как «голубой щенок» впился правдолюбу в палец. Тот вцепился в волосы «солнышку», «солнышко» рухнул на белобрысого душегуба с заячьей губой и лягушкой на кружке. Заячья губа схватил вазочку с незабудками и бросил в смирно сидящего долговязого татя. Тать взревел басом и нечаянно стукнул локтем соседа, который поперхнулся нашинкованной капустой белокочанной, прокашлялся и бросился на невольного обидчика. Драка сделалась всеобщей. Перпетуя не знала, было ли так задумано с самого начала или что-то у злодеев пошло не так, но ей было очень интересно.
От созерцания побоища деву отвлек тихий и грустный голос, странным образом перекрывший плач, крики, скрежет, рев, звон железа, треск разрываемой материи и стук, происходящий от соприкосновения деревянных блюд, тарелок и тарелочек с головами и прочими частями тела дерущихся, судя по тону, изготовленными из того же материала. Принцесса поежилась и вернулась к страшной действительности. Рядом с ней стоял Гвиневр Мертвая Голова.
- Как вы находите драку, Ваше Высочество?
- Очень мило, - честно сказала принцесса.
- Я рад, что вам нравится, - тихо и грустно сказал Гвиневр, - но не пора ли нам заняться делом? Ваше Высочество, вы и ваши подруги находитесь в моей власти, а я беспощаден и развратен. Мне нужна ваша девственность, согласны ли вы отдать ее мне по доброй воле?    
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #10 было: 05 ноября 2016 года, 16:22:27 »

 Перпетуе подумалось, что душегуб поднял вопрос о девственности преждевременно. Ночь выдалась ясная, и изучавшая астрономию принцесса видела, что сейчас не более десяти вечера, а спаситель согласно традиции должен был появиться ровно в полночь. Тем не менее, вопрос был задан, и дева гордо и непреклонно произнесла:
- Пурийские принцессы отдают свою девственность лишь законному супругу. Не могли бы вы взять в обмен на жизнь моих подруг золото или же драгоценные камни?
- Мне нужна лишь ваша девственность, - тихо и грустно произнес Гвиневр Мертвая голова, расстегивая верхнюю роговую пуговицу. – Вынужден предупредить, что в случае отказа ваши подруги станут жертвами моих самых низменных желаний.
И снова принцессе подумалось, что Гвиневр несколько поторопился. До спасения оставалось около двух часов, а если мерзавец, насильник и душегуб в расстегивании дойдет до третьей пуговицы может сложиться крайне неприличная ситуация. И принцесса быстро проговорила:
- Милорд, не могли бы вы рассказать о вашей очаровательной птичке.
- Охотно, моя леди. Эти дивные создания обладают тонким слухом и не принадлежат нашему миру. Они появились в Разбойничьем лесу при моем предке, Гвиневре Четвертом. Прежде ушастые козлодои обладали даром речи и могли пронзать пространство и время, но мир изменился. Простите, я вас ненадолго покину.
- Конечно, сударь. – Принцесса украдкой глянула вверх, судя по звездам, было около одиннадцати.  Немного успокоившись насчет спасения, дева вспомнила о разбойниках. Те вновь образовали круг, но за руки не держались и песен не пели, зато Гвиневр медленно вращался вокруг своей оси в том же направлении, что и звездное небо (с востока на запад), пристально вглядываясь в лица подчиненных и через равные промежутки времени вопрошая «Кто первый начал?»
Лесные братья отнекивались, отмалчивались, тыкали пальцами друг в друга и хлюпали носами. Не сознавался никто. Сделав четыре полных оборота, Гвиневр расставил ноги, упер руки в боки и выпятил грудь, отчего та стала несколько менее впалой.
- Считаю до пяти. Если на счет «пять» преступник не покается, я… - атаман многозначительно замолк. Над поляной настала жуткая тишина, комары и те замолкли. Принцесса взглянула в небо, ждать оставалось минут сорок.
- … если на счет «пять» никто не покается, посажу на жареное мясо и вино!
- Нет! – дружно возопили разбойники, - Пощади!
- Раз! – холодно и беспощадно произнес Гвиневр Мертвая Голова.
Лесные братья повалились на колени и возрыдали столь громко, что обладающий тонким слухом козлодой сорвался с атаманского плеча и исчез в черных небесах.
- Два!
Плач разбойников стал еще громче. Они стенали столь жалобно, что, казалось, растрогалась сама луна, но Гвиневр недаром слыл безжалостным и беспощадным.
- Три. Четыре. ПЯТЬ!
Разбойники встретили свою судьбу дифференцированно. Девятнадцать продолжило рыдать, семеро лишилось чувств, и один забился в припадке.   
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #11 было: 05 ноября 2016 года, 16:23:07 »

- Милорд, - честно восхитилась принцесса, - вы беспощадны!
- Да, - скромно согласился разбойник. - Только мое глубокое и неподдельное уважение к Его величеству Авессалому Двунадесятому и Ее Величеству королеве Пульхерии не позволяет мне захватить власть в государстве, а затем завоевать сопредельные страны.
- Что вы говорите? - вежливо спросила Перпетуя. До появления спасителя оставалось совсем немного.
- Я всегда отвечаю за свои слова, - сказал Гвиневр, расстегивая первую роговую пуговицу, - Ваше Высочество, если вы не отдадите мне свою девственность, я возьму ее сам.
- Пурийские принцессы отдают свою девственность лишь законному супругу. А каким именно способом вы захватили бы власть в Пурии, после чего  завоевали бы сопредельные страны?
- Если б не испытывал чувства глубочайшего уважения к вашим венценосным родителям, - педантично уточнил разбойник, расстегивая вторую роговую пуговицу, - я в считанные дни подчинил бы себе всех столичных грабителей, душителей, воров и скупщиков краденного, и стал бы ночным хозяином города. Затем я бы обложил данью всех богатых купцов и трактирщиков, мои шпионы наводнили бы округу, после чего я бы устроил ночь длинных ножей…
- Продолжайте, милорд, - Перпетуя взглянула на небо, полночь уже наступила, но принц задерживался.
- Ваше Высочество, беседовать с вами весьма приятно, но вы должны мне отдать свою девственность. Иначе прибывшие с вами невинные девы умрут мучительной смертью, предварительно став жертвами моих самых низменных желаний, - произнес Гвиневр, расстегивая первые две пряжки кожаной перевязи, и добавил обреченным голосом: - И, поскольку низменность моих желаний непредставима умом смертного, ваши пажи разделят сию скорбную участь.
Ее Высочество не совсем поняла, как пажи могут разделить скорбную участь, но в глазах потомственного душегуба при последних словах промелькнули такой ужас и отвращение, что можно было лишь восхищаться его преданностью своему злодейскому долгу. Принцессе, впрочем, было не до восторгов – она уже начала волноваться.
- Пурийская принцесса вручит свою девственность лишь законному супругу, - механически произнесла Перпетуя, - так вы говорили о…
- О том, как я захватил бы власть, если бы не испытывал глубочайшего уважения к вашим августейшим родителям? Став ночным хозяином Санта-Пуры, я бы перенес свое внимание на дворец, - разбойник расстегнул третью и последнюю пряжку, - так вы вручите мне свою девственность?
- Пурийская принцесса вручит свою девственность лишь законному супругу, - Перпетуя с возрастающей тревогой взглянула на небо.
- Тогда ваши подруги и пажи умрут мучительной смертью, а вы будете обеспе… обечсе… обесчещены, - заметил разбойник, снимая перевязь и аккуратно вешая на крюк, где раньше висела малая лопатка, которую в иных мирах определили бы, как саперную. - Так вот, я бы гнусным шантажом и угрозой предать огласке порочащие их сведения вынудил придворных исполнять мои приказания. Вы меня понимаете?
- Да, милорд, - принцесса поддерживала беседу из последних сил. Ей пришла в голову ужасная мысль, что Его Высочество или же ее собственный августейший папенька перепутали дату. Тем не менее, несмотря на волнение, дева выявила в плане Гвиневра несколько слабых мест.
В Пурии все приближенные ко двору лица были добродетельны, никто из них не имел мрачных тайн, к тому же любое новое лицо, появившееся в столице, неминуемо попадало в волшебное зеркало, подаренное основателю династии ее покровителем  Гамлетом Пегим, одним из наиболее известных и уважаемых в странах победившего Добра  магов. Более известным и более уважаемым считался лишь Мери…, простите Мерлин Сивый, в последнее время отошедший от дел и занятый исключительно написанием мемуаров.
- Лорд Гвиневр, - не стала темнить принцесса, – при захвате власти вас бы ожидали определенные трудности. Дело в том, что у моего батюшки есть волшебное зеркало.
- Это не имеет значения, - обреченно заверил атаман, вертя третью пуговицу, но не расстегивая ее. - Я являюсь великим магом и владею древними знаниями. Ваше высочество, я последний раз предлагаю вам…
К счастью при этих словах  дуб сотрясся, и с него рухнул заветный череп и посыпались желуди, листья, сухие ветки и веточки, два старых птичьих гнезда и одно новое, в котором находился недавно исполнивший братский долг кукушонок. В ответ с небес пал козлодой ушастый и возопил человеческим голосом:
- Герррман где? Где Герррман?
Незнакомое имя вызвало странную тревогу и напомнило о том, что полночь миновала, а принц-спаситель не появился.
Ситуация складывалась архитяжелая. Гвиневр Мертвая Голова был обязан лишить принцессу невинности. Принцесса была обязана сохранить оную до венца. Отсутствующий принц был обязан спасти принцессу и ее свиту от насильника и душителя. Положение усугублял заговоривший козлодой, что не переставал возмущаться отсутствием непунктуального Германа. Надежд становилось все меньше. Гвиневр, укоризненно глядя на Перпетую, вновь взялся за пуговицу, и тут кусты на краю поляны раздвинулись, и оттуда вышел незнакомец в темном плаще.
- Ничего себе! – весело сказал он и при этом самым неподобающим образом присвистнул, что было не только подозрительно, но и неприлично.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #12 было: 10 ноября 2016 года, 00:19:27 »

Глава четвертая,
повествующая о нетрадиционном поведении подозрительного незнакомца и долгожданном появлении принца Яго-Стэлло-Бэлло-Пелло-Вэлло-Отелло-Донатэлло-Ромуальдо

 
Как известно, существуют два освященных веками способа спасения невинных, но прекрасных дев из рук гнусных и жестоких негодяев. Можно вызвать главного негодяя на поединок, победить, повернуться к поверженному врагу спиной и преклонить колено пред спасенной, дабы поверженный мерзавец получил возможность нанести благородному победителю ряд ударов кинжалом в область печени, почек и желчного пузыря. Получив оные, герой просит извинения у дамы и вступает в неравный бой с вероломным злодеем и его подлыми приспешниками, коих и побеждает, после чего падает без чувств и перевязывается оборкой от нижней юбки, сшитой из лучшего полотна.
 Второй модус операнди, хоть и не столь изыскан, позволяет обойтись без перевязки, а посему в Пурии предпочитают именно его . Герой застает ничего не подозревающих душегубов врасплох и вступает в схватку со всеми поочередно, постепенно сокращая их численность, пока не остается один, который позорно бежит на случайно оказавшийся рядом оседланной лошади. Именно так долженствовало поступить высокоморалийскому принцу, которому с противоположной оргии стороны дуба загодя спустили крепкую  веревочную лестницу. Воспользовавшись ей, можно было забраться на дерево и с него обрушиться на пирующих негодяев, однако вновь прибывший растоптал благородные традиции, как голый вепрь Ы - опенки. Над оскорбленной поляной повисла возмущенная тишина, не растерялся лишь ушастый козлодой.
- Как стоишь, как морду держишь? – хриплым ефрейторским басом рявкнул он и издевательски захохотал. Слова козлодоя вывели Гвиневра из оцепенения, маг-разбойник поняв, что вышедший из леса незнакомец крайне подозрителен, немедленно начертал трясущимися руками пентаграмму, живо напоминающую морскую звезду, угодившую в бочку со спиртным. Покончив с чертежом, Гвиневр изобразил магический жест, которому в ряде дурно воспитанных миров отчего-то придают неприличный смысл, и произнес что-то непонятное, причем эхо трижды повторило последнее слово, прозвучавшее то ли как «АББА» то ли как «АГГА». И то и другое не имело никакого смысла, но когда это волшебные слова имели смысл?
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #13 было: 10 ноября 2016 года, 00:20:27 »

 Пентаграмма полыхнула грязно-зеленым, световая волна цвета шлейфа прогулочного платья принцессы Перпетуи после прогулки по пресеченной местности прокатилась через всю поляну, накрыла подозрительного незнакомца и с чавканьем угасла, а Мертвая Голова, как и положено, рухнул наземь, пораженный отдачей от произнесенного заклятья. Лишенный законного насеста козлодой разобиженно запорхал над поляной, выкрикивая слова, Перпетуе опять-таки непонятные и, по-видимому, иномировые.
Таинственный незнакомец присвистнул еще раз и отбросил капюшон, в свете луны блеснули золотистые волосы. Так и есть! Блондин с большой дороги! В другое время подобное открытие принцессу бы не обрадовало, но на сей раз дурно воспитанный незнакомец, пусть и невольно, принес ощутимую пользу. Лежащий без чувств Гвиневр вполне сходил за  поверженного и в таковом качестве мог не лишать августейшую пленницу невинности и не убивать  ее подруг.
Глаза принцессы сами собой повернулись в сторону верных защитниц, однако оных на месте не оказалось. Равно как четырех пажей, тридцати шести здоровых разбойников и четырех покалеченных коварным моргенштерном. Вместо них на поляне сидело множество жаб, лягушек, чесночниц и квакш самого разного цвета (от банального буро-зеленого до ярко-оранжевого и фиолетового в крапинку) и размера (от воробьиного яйца до винного бочонка). Меж возникших среди незабудок амфибий особенно выделялись четыре, плоские и мордатые. Они не были идентифицированы прилежно изучавшей зоологию принцессой как пипы суринамские только по причине отсутствия в Земноводье этого самого Суринама. Перпетуя, как и положено настоящей пурийской принцессе при виде такого количество бесхвостых гадов, немедленно потеряла сознание.
Первое, что она увидела, придя в себя, это глаза подозрительного незнакомца. Затем Перпетуя с ужасом обнаружила, что лежит на личном штандарте Гвиневра Мертвой головы и платье на ней расшнуровано!
- Выпейте, моя леди, - непонятный блондин сунул в рот принцессе горлышко фляги, Перпетуя, будучи девой воспитанной, честно проглотила предложенное питье, оказавшееся удивительно мерзким. На глаза навернулись слезы, а в горле и груди отчего-то стало горячо.
- Да, моя леди, это вам не парное молоко, - заметил незнакомец, убирая флягу, - а настоящая галльская чача. Я бы даже рискнул назвать ее коньяком, будь в нашей Галлии провинция с таким именем. Что ж, можете считать себя спасенной. Садитесь, а я приготовлю ужин.
Теперь принцесса могла бы поклясться, что подозрительный блондин явился из Нижней Моралии, потому что только нижнеморалиец способен спасти деву столь вульгарным образом. Тем не менее, она сочла уместным его поблагодарить по всем правилам.
- Пустое, - подозрительный тип махнул рукой, - все вышло совершенно случайно. Я ехал к бабушке, никого не трогал, и тут под копыта моей лошади бросилась какая-то полураздетая дура с визгом, что за ней гонятся разбойники. Я подумал, что это могли быть те, зеленые и клыкастые, у которых ко мне есть какие-то претензии, и это таки оказались они! Ну, доложу вам, они и бегают. Так я и не понял, что им от меня надо. Я вернулся за лошадью и нарвался на ваших подруг, которые сидели у кареты и рыдали, а потом прицепились ко мне, чтобы я поспешил к вам на помощь. Честное слово, легче было вас спасти, чем от них отделаться.
Негодяй вытащил нечто острое и длинное и принялся ловко насаживать на него куриные ноги, чем вызвал неудовольствие пронзающей пространство и время птицы.
- Куррры вррредно! Жарррить Вррредно! Сырроядение! Вегетарррьянство, – вопил ушастый козлодой, кружа над костром. - Тррезвость – норрма жизни! Ррррррис! Моррррррковь!!! Ррррепа! Харрррре Крррррришна!
Кусок куриной ноги, пущенный умелой рукой, угодил птице в пузо. Полетели перья и пух. Моргенштерн на дубовом суку одобрительно качнулся и заговорщицки сверкнул. Адепт здорового образа жизни камнем рухнул вниз,. Перпетуя даже не успела возмутиться жестокому обращению с животным, а  падающий козлодой подхватил мясо, и, тяжело взмахивая крыльями, направился к дубу, где и занялся ужином, напрочь позабыв о вегетарьянстве.
- Вот и славно, - заметил блондин, продолжая манипуляции с будущим ужином. Перпетуя невольно улыбнулась в ответ, и тут раздался горестный квак. Стыд и боль пронзили сердце принцессы. Она здесь в расшнурованном платье беседует с подозрительным блондином в то время, как на ее подруг, пажей и лесных братьев обрушилось страшное несчастье!
- Милорд! – воскликнула дева, - не знаете ли вы, что за беда постигла мою свиту?
- Беда? – переспросил нижнеморалиец, прилаживая мясо над прогоревшими угольями, - а что с ними такое?
- Они, - голос принцессы дрогнул, - они превратились в бесхвостых гадов, именуемых также амфибиями.
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Gatty
Мастер
Герцог
*****

Карма: 6948
Offline Offline

сообщений: 7521



просмотр профиля
Re: "Когда коты еще были босыми"
« Ответить #14 было: 10 ноября 2016 года, 00:21:40 »

Квак повторился. Он был очень-очень горестным и мелодичным. Принцессе почудилось, что к плачу бесхвостых гадов присоединились скрипки и даже рояль, хотя откуда было взяться роялю в кустах на краю уединенной лесной поляны?
Блондин покачал головой и повернул вертел.
- Я мало понимаю в магии, моя леди, но даже я вижу, что какой-то дурак пустил в ход заклинание из арсенала Великой Жабы.
- Великой Жабы, - не поняла принцесса, - кто это?
- Неужели не знаете? – удивился подозрительный незнакомец, - ах, да, конечно, в странах победившего Добра о некоторых вещах предпочитают умалчивать. Да будет вам известно, моя кисонька...
- Я не ваша, - встрепенулась принцесса, - и никогда ей не буду. Пурийская принцесса отдаст свою девственность только…
Перпетуя осеклась, так как осознала  ужаснейший юридический казус. С одной стороны, она обязана стать женой верхнеморалийского принца, о чем существует договор между ее августейшими родителями и матушкой жениха вдовствующей королевой Викторией-Валерией-Варфоломеей, с другой - пурийская принцесса обязана выйти замуж за своего спасителя, а спаситель вот он, сидит, жарит мясо и нагло сияет глазами цвета морской воЙны.
- Увы, Ваше Высочество – бытность или не бытность кисонькой от вашего желания не зависит. Вы – несомненная кисонька, и вам с этим придется смириться. Напомните, чтоб я минут через десять перевернул… Так вот, принцесса. Существует Мировая, она же Великая  Жаба, коей подчиняются сотни и тысячи малых жаб. Ее цель - передушить все человечество, а также гоблинство, гномство, эльфийство, мажество и тролльство. Зачем это ей нужно, ума не приложу, но она очень хочет.
- Великая Жаба? – Перпетуя растерялась. Принцесса росла в глубочайшей уверенности, что главным мировым злодеем является обитающий в Физиогноморде Черный Властелин, чей Недреманный Нос неусыпно принюхивается к тому, чем пахнет в странах победившего Добра.
- Этот болван? - подозрительный блондин пожал плечами, - Толку-то от него. Только и умеет, что чихать на всех. А вот Мировая Жаба, если верить ученым, везде и нигде, и победить ее невозможно.
Воображение принцессы немедленно нарисовало Великую Жабу – огромную, бородавчатую и пупырчатую. Жаба сидела на вершине самой высокой горы, свирепо вращала лишенными бровей и ресниц глазами, захватывала огромным языком, похожим на сотканный из тьмы и огня хлыст, звезды, луны и солнца и отправляла оные светила в пасть, дабы Земноводье навеки кануло во Тьму. Перпетуе стало так страшно, что она невольно придвинулась к подозрительному незнакомцу. Тот чему-то усмехнулся, перевернул мясо и вытер руки о штандарт все еще лежащего без чувств разбойника. Запах жарящихся куриных ног был столь упоителен, что Перпетуя позабыла и о жабопревращенных, и о страшном чудовище, существование коего от нее скрывали.
Только воспитание мешало принцессе спросить, когда можно приступать к трапезе. Блондин же, позабыв и о мясе и о собеседнице напряженно всматривался в кусты на краю поляны, но не в те, откуда по-прежнему доносились сладостные звуки рояля, а в прямо им противоположные.
- О! - Аквамариновые глаза сузились, - это еще что такое?
- Дурррак, - предположил вновь круживший над поляной козлодой ушастый и уточнил, - крррруглый.
- Весьма вероятно, - протянул предположительный нижнеморалиец, разглядывая выползшее на свет существо.
Выползший был ростом с сидящую собаку крупной породы, и при этом совершенно неприличен. Пожалуй, его  сочли бы неприличным даже в Нижней Моралии. Дело в том, что на незнакомце не было ни верхней одежды, ни белья белого достойного, ни хотя бы черного непристойного, а лишь собственные темные волосики, в некоторых местах довольно густо, а в некоторых – негусто покрывающие тельце неприличного выползанца.
Перпетуя помнила, что именно брюнеты являются наиболее опасной разновидностью мужчин и поэтому непроизвольно еще раз придвинулась к белокурому нахалу, который если и носил черное белье, то под длинным, вполне пристойным, пусть и подозрительным плащом. Что делать дальше, дева не знала - ей никогда не говорили, как должна себя вести пурийская принцесса, встретившая в лесу голого брюнета. Интуиция подсказывала, что самым правильным было бы лишиться чувств, но обморок принцессы по этикету сопровождается серией малых обмороков фрейлин, а от этих самых фрейлин сейчас было мало проку. Ну только подумайте, сколь неприлично выглядит жаба в обмороке!
В конце концов, Перпетуя решила, что лучше всего  завизжать, и завизжала, что послужило сигналом для девятнадцати жабопревращенных подруг, которые во всем брали пример с Ее Высочества.
Сопровождаемый душераздирающим кваканьем визг удался на славу. Лежащий без чувств после казуса с пентаграммой Гвиневр Мертвая Голова не просто пришел в себя, но подскочил высоко вверх, а неприличный незнакомец, напротив, упал лицом в незабудки, скрыв таким образом наиболее неприличную часть своего тела, а именно - нос (а вы что подумали?).
При виде этого живущие уже на протяжении шести веков в окрестностях Поляны Незабудок мини-эльфы (все мы помним, что настоящие эльфы либо высоки и прекрасны, либо малы и крылаты), горестно вздохнув, принялись собирать свои мини-пожитки. Перпетуя же перевела дух и вопросительно взглянула на своего спасителя. Тот пожал плечами, поднял с песка многострадальный личный штандарт Гвиневра Мертвой Головы, подошел к лежащему ничком неприличному брюнету, поднял, хорошенько встряхнул, приводя в чувство, завернул во флаг и возложил к ногам принцессы.
- Ваше Высочество, - произнес негодяй вкрадчивым голосом, - разрешите представить вам Яго-Стэлло-Бэлло-Пелло-Отелло-Вэлло-Донатэлло-Ромуальдо Моралеса-и-Моралеса, наследного принца Верхней Моралии.
   
Авторизирован

"Нельзя научиться любить живых, если не умеешь хранить память о мертвых".  Маршал Советского Союза Рокоссовский
Страницы: [1] 2 3 ... 12 Печать 
« предыдущая следующая »
Перейти в раздел:  

Powered by MySQL Powered by PHP Форум официального сайта Веры Камши | Powered by SMF 1.0.10.
© 2001-2005, Lewis Media. All Rights Reserved.
Valid XHTML 1.0! Valid CSS!