А как все хорошо начиналось! - 9

[Эйлин]

Спасибо, эреа NNNika, эреа Yaga, эреа Tany, эреа  Convollar,   эреа Красный Волк!
Стихи очень хороши, эреа Yaga!
Ты, выбиравший дороги прямые,
Мечешься странной тропой круговою.
Раньше не знал ты, что есть и такие.
Но не осталось других за душою.  Вот с героем такое и происходит. Лучше и не скажешь.

Вы  правы, эреа Convollar, Элдамирион жил в своем мире и жил  очень долго. Он не глуп и не слеп: видел же и знал о том же  рабстве, но считал, что временно. Отбрасывал  все, как слишком  мелкое по сравнению с Великой Целью. Не  видел вокруг себя других людей, дарил своей любовнице  подарки, считал  её  алчной, но и даже  подумать не хотел:  почему  она такая?  Родители  умерли, а он даже не задумался о смерти отца: почему так  вышло? Он даже  порог  родного дома не переступал много лет. Не хотел  видеть очевидного. Сам загнал себя в тупик.
 Но  все же он был  честен, он был  умен и не чужд справедливости: увидев мир иным, закрыть глаза на него уже  не смог. Элдамирион кое в чем похож на РО, эреа NNNika,  но есть и отличие: он не считает, что весь мир ему должен, скорее, он  сам себя считает обязанным служить миру. И  Элдамирион умеет не прятаться от правды, раз уж  она  сумела  посмотреть ему в лицо.
 Остатки былых иллюзий скоро развеются, эреа Красный Волк. Гортхауэр ему покажет мир во всей  красе и   последствия   его заблуждений, ну а Лиссэ поможет мужу.
Спасибо за картинки с путеводной звездой,   эреа NNNika, эреа  Tany! Очень в тему.
Только, что же за звезда Элдамирион светит и   кому и  чем он   поклялся в  младые лета?

[Эйлин]

9

       Легкая лодка скользила по темным волнам, она казалась маленькой и беззащитной и заставляла поражаться безрассудности тех, кто осмелился выйти в плавание по великому морю на такой жалкой посудине.
      - Надо было раньше отправляться, - проворчал один из гребцов. – Ему надоело нас жать, и он смылся. Теперь до Мордора будем грести.
      - До Мордора не будем, там моря нет, - рассудительно заметил второй, необычайно похожий на первого, только глаза не черные, а темно-серые.
      - У меня скоро руки отвалятся! – пожаловался черноглазый.
      - Не придуривайся, Лаиртин, ты греб самую малость!
      - Если бы ты не проторчал в поместье, грести бы не пришлось!
      - А если бы ты не проторчал за занавеской…
      - Должен же я был проследить, чтобы Миримэ не убили!
      - Что ж ты её от синяков не спас? – фыркнул сероглазый.
      - Зато помог найти свое место!
      - Ты уверен?
      - Конечно! Для неё вся эта блестящая жизнь, что яд. Ты же сам твердил: она хорошая, просто потерялась, - проворчал старший близнец. – Вот теперь она нашлась. Как говорит харт’ан: самое главное, помочь каждому найти  Путь!
      - Это Мелхар так говорил!
      - А я о ком? – выкрутится Лаиртин. – А ты  чего в поместье застрял?
      - Должен же я был не дать ему покалечить слуг.  Жаль их все же. К тому же никогда не стоит способствовать отягощению чужой совести преступлениями, спровоцированными твоими действиями!
       - Эк ты загнул! – восхитился  Лаиртин.
       - Да и её забрать надо было, - смущенно проговорил Таурмир, показывая тщательно  завернутую в непромокаемую ткань книгу.
        В этот момент лодка сильно качнулась. Братья дружно выругались, а из воды появилась морда  дракона. Серебристо-голубая чешуя искрилась и переливалась, а выражение темно-синих глаз было чрезвычайно довольным.
       «Напугались, - мысленно произнесло древнее создание. – Ничего сейчас домчу с ветерком».
       - А мы думали, тебе  ждать надоело, и ты уплыл,  - бросая ему веревки, сказал Лаиртин.
       «Забавно здесь. Водяные девы  есть. Хоррршенькие», - дракон довольно облизнулся.
       - Ты их ел, что ли? – поразился Таурмир.
       «Я только тварями пустоты  питаюсь. Поиграл с девочками немного».
       - А тебя Ульмо и Оссэ с Уиненн за это не того?..
       «Ульмо далеко. Оссэ хорроший, а Уиненн его любит», - ответил водяной зверь и подхватил  веревки. На том разговор закончился. Лодочка понеслась, словно ураганом подхваченная, только держись. Братишки и держались, хваля и проклиная себя за то, что связались с этим любопытным и  шаловливым созданием. Водяные драконы были осторожны, и еще на заре времен покинули своего создателя. В дела народов мира они не вмешивались и обычно никому не показывались, но этот был еще молод. Он любил проникать в водоемы Эндорэ, подслушивать чужие разговоры, а еще он очень любил шутить. В результате одной из таких шуточек, чуть не утопившей их в Андуине, близнецы и  познакомились с этим драконом.  Некоторое время они шутили вместе, пугая жителей Черных земель, а заодно и квенди. Но потом об этом прознал Гортхар и отловил шутников. Пришлось дракону вспомнить про своего создателя и отслужить небольшую службу. Впрочем, хитрец  кажется, просто хотел еще приключений. Благодаря дракону, братья и попали в Нуменор.  Владыка Мордора почему-то решил, что Черную книгу надо подсунуть Элдамириону в его родной стране. Познакомившись поближе с прославленным полководцем, Лаиртин с Таурмиром оценили мудрое  решение харт’ана. Гортхар просто пожалел жителей Эндорэ. Разгневанный Элдамирион многих бы жизни лишил. Зато теперь все получилось прекрасно и даже с подружкой полководца ничего страшного не случилось.

[Tany]

Братцы в своем репертуаре

[Красный Волк]

"...К тому же никогда не стоит способствовать отягощению чужой совести преступлениями, спровоцированными твоими действиями!.." Прелесть . Я тоже восхитилась - вместе с Лаиртином . А опыт работы Штирлицами, приобретенный в Эрегионе, братцам явно пригодился.
   И водяной дракон - чудо. Спасибо большое и от всей души за продолжение, эрэа Эйлин!

[Yaga]

Спасибо за продолжение, эрэа Эйлин.

СПОЙЛЕРЫ

[Convollar]

Прекрасно, эрэа Эйлин! Прокатиться на водяном драконе - на такое только братья полуорки-полуквенди способны! Такое славное продолжение, спасибо!

[Tory]

Тиниаровичи восхитительны. Огромное спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

[NNNika]

А вот еще один портрет игривого дракоши
СПОЙЛЕРЫ

[Эйлин]

Спасибо, эреа Tany,   эреа Красный Волк, эреа Yaga, эреа  Convollar,  эреа Tory , эреа NNNika!
 Братишки и дело делают, и хулиганить не забывают. Тиниаровичи в своем стиле. Гортхауэр тоже  молодец:  дело им нашел по душе.
 Спасибо за   портреты дракона, эреа Yaga, эреа NNNika! 

[Эйлин]

        Костер почти догорел. В центре его слабо светились крупные угли, иногда их охватывали алые язычки пламени и тут же исчезали. Хлопья пепла дрожали, как живые, от слабого ветерка. Двое молодых воинов переговаривались так тихо, что треск догоравших головешек заглушал их голоса.
         - Зачем мы здесь? – спросил русоволосый, с тоской глядя на слабо тлеющие уголья.
         - Несем свет народам! – бодро ответил темноволосый.
         - Сколько наших погибло! А сколько домой вернулось калеками! Темные дерутся за каждый  клок своей земли…
         - К счастью для нас неумело!
         - Дрались бы умело, мы бы с тобой тут не сидели. Знаешь, Кирион, я не смерти боюсь, а увечье получить. Кому я тогда нужен буду?! Только матери. А Замин мне как своих ушей не видать. Да и не   пристало такой девушке с калекой возиться.
        Темноволосый пошевелил палкой угли, они вспыхнули, пламя рвануло вверх и, не найдя пищи, с треском упало и рассыпалось искрами.
         - А мне нужно приданое сестренке добыть. Она у меня хорошая.
         - Отец Замин за бедняка дочку не выдаст, вот и пришлось воевать идти.
         - Дураки мы с тобой, Эландур! Грабить не умеем, насиловать тоже. А ты посмотри, как наместники да  чиновники богатства тащат, да и наши товарищи некоторые…
          - Морготу они товарищи, а не нам! – в сердцах воскликнул Эландур.
          - А был ли Моргот? -  еле слышно произнес его друг.
          - Что?!
          - Да, просто дед мой частенько говаривал: дескать, никакого Моргота и не было. Придумали  его высокие лорды, дабы землицу чужую прихапать…
          - А легенды? А сказания? А с кем тогда Финголфин дрался? А кто сильмариллы украл?
Кирион хмыкнул:
         - Знаешь, если бы такая гора, каким Моргота рисуют, встал на Финголфина, того бы орлу отскребать  пришлось.
         Эландур рассмеялся:
          - Ну, ты даешь! И все-таки Моргот был. Может, и не такой жуткий на вид, но злобный и коварный. А теперь его прихвостень Саурон воду мутит, всех своему хозяину поклоняться заставляет!
           - И кто оному Морготу поклоняется?  Вчера слышал, что старик из деревни нашему Великому сказанул: дескать, никакой Тьме мы не поклоняемся, мы лишь Солнце почитаем. В давние времена пришла к нам Солнечная дева и многими дарами оделила. А еще тот старик сказал, что и орки Морготу не молятся и жертв не приносят.
          - Нашел кого слушать! Темный тебе еще не то скажет! – фыркнул друг. – Элдамирион его, поди, казнить приказал?
          - Да нет, отпустил, сказав, что Свет милосерден, и пусть его глаза откроются, а душа очистится от тьмы.
          - Ну и дела! – удивился Эландур.  - Что это с Мечом Нуменора сталось? До сих пор еще толковых боев-то и не было. Прошлый раз в занятую деревеньку с полдороги вернулся и двоих мародеров зарубил на месте, а насильников на кол посадить приказал.
           - Правильно сделал! Нечего всякую мразь разводить! Если мы Свет несем, так не дело темным  уподобляться!
          - Оно так, - кивнул его друг. – А то многие недовольны, что столько поганцев развелось в войске.  Старшие говорят, что поначалу и думать не смели грабить и убивать мирных жителей. А потом разошлись!
          - Разумеется! Наш-то город взял и дальше поскакал, а что там потом твориться ему и не видно.
          На костер  упала длинная тень.
          - Все обсудили, или забыли что-то? – раздался холодный и властный голос.
         Элдамирион! Молодые люди тут же вскочили и застыли, как вкопанные.
         - Влипли! – выдохнул Эландур.
          - Еще как! – подтвердил полководец, цепко вглядываясь в лица своих воинов. Опустить глаза воины не посмели, хотя до боли хотелось скрыться от этого пронизывающего и давящего взора.
          Элдамирион выдержал паузу и продолжил:
          - Завтра получите жалованье и отправитесь в Нуменор!
          - А потом? - осмелился спросить Кирион.
          - Потом? -  полководец поднял бровь. - Откуда мне знать? Я же не провидец! – он усмехнулся одними губами, снял одно из своих колец и бросил его Эландуру: - Невесте!
          Тот неловко поклонился, но Элдамирион даже не взглянул на него. Взгляд его серых глаз остановился на  Кирионе.
          - Деду передай: пусть говорит поменьше!
          - А он уже ничего и не скажет! Умер дед два года назад! -  молодой воин взгляда не отвел.
          Военачальник поморщился и равнодушно бросил:
          - Значит, ты  молчи!
           Он повернулся, чтобы уйти. Но Кирион вдруг спросил:
          - Почему вы нас?.. – он не договорил, но Элдамирион все понял.
          - Казнить вас пока еще не за что. А воевать с таким настроением нельзя. Без веры все напрасно и мертво, - усмешка, исказившая  его губы, была страшной. Полководец развернулся и пошел прочь. Кирион еле слышно прошептал ему вслед:
          - Без любви все напрасно.
          - С ума сошел! Молчи! – прошипел Эландур.
          - Да оно само как-то сказалось, - растерянно ответил ему друг.

[Tany]

- Без любви все напрасно.
Воистину!
 А полководец-то прозревет

[NNNika]

Большое спасибо за продолжение, эрэа Эйлин!

[Convollar]

Прекрасное продолжение, эрэа Эйлин! Кажется, Элдамирион и без кольца меняется, думать научился!

[Эйлин]

Спасибо, эреа Tany, эреа NNNika,    эреа  Convollar! Глаза открылись, теперь уже трудно не замечать очевидного. Элдамирион не глуп,  иначе и кольцо бы  его  ничему не научило.

[Эйлин]

            Наутро разведка донесла, что не так далеко в небольшом лесочке видели орков. Элдамирион решил сам  возглавить отряд. Военачальника пытались отговорить, но он отмахнулся от советчиков. Хорошая вылазка взбодрит его, тем более, что очень хотелось кого-нибудь прибить. Ишь ты, стервецы! Моргота нет! Раньше за такие разговоры он без всяких раздумий приказал бы повесить, а теперь… Теперь ему были ведомы сомнения. Вера оставила его. Его звезда больше ему не светит. Элдамирион не поверил вражьим сказаниям, но квенты эльдар стали казаться ему всего лишь сказками. Теперь Меч Нуменора смотрел на мир каким-то новым, обостренным зрением. Он видел всю грязь, всю жестокость и алчность, которых не замечал прежде. Нет, было много порядочных, честных, верящих в то, что они делают благое дело, освобождая Эндорэ от влияния Тени. Но большинство власть предержащих были иными: они стремились лишь к славе и богатству, а темных никто к свету приобщать не собирался. Да и не казались ему теперь люди Харада бесчувственными тварями.
Он вспомнил того старика, который так смело смотрел ему в глаза:
        - Всех не убьёшь! Покорными Нуменору мы не будем никогда! И богов ваших чтить не будем. Ты можешь сломать, но любить не заставишь! Насилие рождает лишь ненависть!
         Старик знал, что за такие слова его ждет смерть, но Элдамирион не стал оправдывать его ожидания. Он приказал убираться всем жителям деревеньки. На Элдамириона смотрели, как на сошедшего с ума. А как вопил наместник, узнав об этом.
          - Свет заботится, а не карает! – бросил тогда полководец, понимая, что обманывает сам себя.

           И этих мальчишек Элдамирион просто не мог покарать. Как он может теперь спрашивать с других, если сам утратил веру? Он больше не способен вдохновлять на подвиги: что-то ушло навсегда. Проклятый Моргот! Как кстати  подвернулись эти орки. Вражьих тварей он будет убивать без всяких сомнений.
        Завидев нуменорцев, трусливые твари пустились в бегство. Раздосадованный Элдамирион вместе со своим отрядом устремился за ними. Орки мчались изо всех сил, надеясь скрыться в горах, но у самого входа в ущелье их удалось настичь. Загнанные в угол порождения Тьмы бросились в атаку. Их оказалось гораздо больше, чем доложили разведчики, и сражались они, на удивление, умело. Военачальник понял, что это была засада, но еще надеялся, что мастерство его воинов поможет им одержать победу. Увы, чем дольше продолжалась битва, тем более искусными становились мерзкие твари. Нуменорцы сражались яростно, но их ряды таяли, а орков, словно Моргот хранил. Элдамирион дрался  наравне со всеми, но получил   всего лишь несколько  царапин.  Казались твари щадили его. Хотят захватить в плен? Не выйдет! Полководец буквально бросился на мечи врагов, сумел достать двоих, а потом свет перед его глазами померк.
         Очнулся полководец ночью. Руки были связаны, голова болела нестерпимо, а рядом у костра слышалась чужая отрывистая речь. Плен! Зачем он оркам? Предать мучительной казни? Что ж, они увидят, как умирают истинные нуменорцы!
        Однако орки не спешили убивать пленника. Увидев, что он очнулся, его заставили  выпить на удивление гнусный отвар и потащили в горы. Дорога оказалась выматывающей: узкие тропы, темные ущелья, глубокие пещеры, подземные ходы. Идти со связанными руками было очень трудно, хорошо хоть, что голова перестала болеть. Несколько раз Элдамирион пытался бежать, но стерегли его тщательно: ни освободиться, ни покончить с собой не получилось.
       Вскоре они миновали горы и оказались в Мордоре. Так вот по чьему приказу его захватили! Враг решил лично покарать того, кто осмелился спутать его замыслы. Пусть. На Элдамириона внезапно снизошло спокойствие. Он не смог сохранить веру, он усомнился в своей Цели. Ему больше незачем жить. Но умрет он достойно. Меч Нуменора никогда не склонится перед рабом Моргота.
         Небо в проклятых землях было низким, серые облака надежно скрывали солнце. Кругом безжизненная, черная  пустыня. Вдали высился Барад–Дур. Высокие, черные башни, крепкие стены. Замок Саурона был иным, чем Твердыня из «Черной Книги». Там описывались изящество и красота, здесь же были мощь и основательность.
        Под мрачные своды обиталища Саурона Элдамирион вступил бесстрашно. Его повели по бесконечным коридорам. Везде темнота и пустота: морготовы отродья боятся света. Через невыразимо долгое время пленник оказался в огромном черном зале. Ему развязали  руки и оставили одного. Черные стены, черные резные колонны, в железных чашах еле мерцает бело-голубое пламя. В центре высокий черный трон. Он пуст. Где же Враг? Тьма всколыхнулась, пламя в светильниках вспыхнуло. У трона возник мужчина.  На первый взгляд он был похож на человека. Высокий, худощавый. Прямые, черные волосы, подобно струям дождя стекают по плечам. Вместо высокой короны обруч из светлого металла, с ярким белым камнем в середине. Лицо холодно, лишь глаза горят, затмевая свет камня в короне. Нет, это не человек, таких совершенных черт не бывает даже у эльдар.
        Враг сделал шаг вперед, тьма взметнулась за его спиной и опала. Ледяной взгляд серых очей устремился на пленника. Он завораживал, он проникал до глубины души, он давил и мучил. Хотелось лишь одного, чтобы он отвел глаза. Пасть на колени, молить о пощаде, только бы не смотрел, но Элдамирион заставил себя  выпрямиться и, гордо вскинув голову, холодно произнес:
       - Что тебе нужно от меня, чудовище?