Путь Молний

[Эйлин]

Вот они  и поговорили! Эпинэ  и есть Эпинэ.  Даму  взял  под свою  полную опеку. Даже  титул  нашел  вакантный. а при  первой  встрече в некоторых случаях можно понять немало!
Спасибо за продолжение, эреа Артанис!

[Tany]

Вот и начала у Катарины налаживаться жизнь

[Convollar]

Всё-таки, Эпинэ один из самых интересных родов Повелителей. Что-то в них есть очень человечное. 

[Артанис]

Эрэа Эйлин, эрэа Tany, эрэа Convollar, большое спасибо вам!

Всё-таки, Эпинэ один из самых интересных родов Повелителей. Что-то в них есть очень человечное. 

Именно человечное, даже в самом одиозном из них. Даже ошибки у Повелителей Молний легче понять, чем то, что совершали, например, Придды или Окделлы. То есть, это у меня так, может быть, другие считают иначе.

Герцог Эпинэ и сам понимал справедливость слов баронессы, но почему-то ему казалось, что здесь ошибки не будет. Наивная и самоуверенная мысль, ведь предать могут и люди, которых знаешь гораздо лучше. Когда только он поймет то, что иным - вроде Приддов - кажется, дано с рождения? И все же этой женщине он готов был верить. В конце концов, если бы она не заслуживала доверия, не предупреждала бы его о себе самой.
- Я понял при первой встрече, что вам нужна помощь. И этого достаточно. Вы одна с ребенком в чужом для вас мире, не знаете очевидных вещей - как, например, кошки. И думаете, что мне следует вас остерегаться? - Анри-Гийом усмехнулся.
- Именно этого я и боюсь. Мне не хотелось бы по неведению доставить вам проблемы, - объяснила женщина. - Впрочем, я постараюсь как можно скорее разобраться в ваших обычаях. Знаете, милорд, Кэртиана очень похожа на наш мир. Судя по тому, что я успела увидеть - настолько похожа, что даже жутко становится... - При этих словах Анри-Гийому вновь показалось, что баронесса пытается в нем кого-то узнать. - Но, конечно, много и различий. Например, кошки. Почему вы велели никому не показывать мой кинжал?
- Потому что кошка служит Леворукому, извечному противнику Создателя. Когда Создатель позвал к себе всех зверей, кошка нагло села умываться. И тогда Леворукий, оценив ее дерзость, пригласил кошку к себе на службу, и она согласилась. С тех пор Леворукого зовут еще Повелитель Кошек... - герцог замолчал, увидев ироническую усмешку собеседницы.
- Леворукий Повелитель Кошек, говорите? - баронесса, не выдержав, засмеялась уже открыто. - А вторую руку ему, надо полагать, откусили "верные подданные"? У кошек не бывает Повелителей, милорд, это не лошадь и не собака. Самое большее, можно стать для нее другом, равным союзником, но не Повелителем.
- Как и для вас, эрэа? - полуутвердительно осведомился Анри-Гийом. - Поэтому вы и выбрали именно это изображение?
- В общем-то да, - призналась женщина. - В нашем мире, напротив, сравнение с кошкой - комплимент для женщины, ведь кошки - самые изящные и грациозные среди животных. А кроме того, сокращение от моего имени по-английски созвучно со словом "кошка". Вот почему мужчина, которого я любила, подарил мне этот кинжал. Это было очень давно, - со вздохом продолжала она. - До рождения нашего сына. До того, как он полюбил другую. Полюбил по-настоящему. Ту, вместо которой...
- Вместо которой теперь та, кого я любил по-настоящему вплоть до этой ночи, - договорил Анри-Гийом так же беспощадно к себе, как и она. - Но с кинжалом вам все же придется расстаться. Олларианцы более веротерпимы, чем эсператисты, но все-таки лучше вам не привлекать к себе лишнего внимания.
- Я не могу его уничтожить, - решительно сказала женщина. - С ним связано слишком много воспоминаний. Кроме моего сына, только кинжал да еще вот это кольцо и остались мне от... - она покачала головой, видимо, не решаясь назвать имени человека, который был теперь потерян для нее навеки. Хотя, если подумать, он никогда и не принадлежал ей по-настоящему. Что толку хранить верность тем, кому она не нужна? Впрочем, не ему об этом говорить, сам он еще недавно был гораздо глупее. Все же тот человек, кому было отдано сердце баронессы, видимо, был достоин ее, если она любит его даже сейчас, несмотря на все, что произошло. Если бы его жена была еще жива ко времени его встречи с Алисой, он вынужден был бы обойтись с ней также, как бывший возлюбленный баронессы - с нею. Другое дело, что его жена никогда не смогла бы сражаться ради него - ей это просто в голову не могло бы придти, как, впрочем, и большинству женщин. Да и не под силу было бы.
- Хорошо, я верну вам его, но обещайте, что никто посторонний его не увидит. Если уж вы привыкли владеть оружием, я дам вам другой кинжал.
Он подошел к стене, где на богатом холтийском ковре было развешано оружие. Пожалуй, вот этот ей подойдет. Не особенно длинный и широкий, но острый, как коготь и, при внешнем изяществе, смертельно опасный. На рукояти золотая инкрустация - геральдические кони. Они не вставали на дыбы в бешеной схватке, как на гербе Повелителей Молний - нет, в свое время неведомый мастер проявил вольность, изобразив жеребца с кобылой, радостно устремляющихся друг другу навстречу.
- Возьмите это, эрэа, но постарайтесь не применять слишком часто, - сказал герцог, передавая кинжал женщине.
- О, спасибо вам, милорд! - баронесса явно залюбовалась кинжалом, осторожно касаясь пальцами отточенной стали, разглядывая при багровых отблесках свеч синеватую поверхность металла, останавливая взгляд на золотых конях с рубиновыми глазами. - Я постараюсь не находить слишком много врагов, - пообещала она. - Просто иногда они появляются сами, не спрашивая моего желания.
- По крайней мере, не излагайте каждому встречному свое мнение о кошках и Леворуком. Я еще могу выслушать подобные слова спокойно, но церковь покарает вас, как безбожницу.
- Из-за кошек-то? - женщина усмехнулась. - Интересно, что было бы, если бы в Кэртиану попал Ришелье? Его приняли бы за воплощение Леворукого?
- Кто такой Ришелье?
- Кто? Один кардинал из нашего мира, вечно лезущий в дела, которые не должны касаться его, как духовного лица, - судя по тому, с какой яростью прозвучали ее слова, прежде баронесса, должно быть, ненавидела этого человека.
- Значит, и в вашем мире такие встречаются? Тогда я вижу, что он действительно очень похож на Кэртиану, - герцог Эпинэ усмехнулся. - Но вы выглядите усталой, эрэа баронесса. Надеюсь, теперь мы выяснили все, что вас волновало? Что бы вы ни говорили, вам следует отдохнуть.
- Одну минуту, - возразила женщина. - А в ваших легендах говорится что-нибудь о синеглазой женщине? Я видела ее перед тем, как попасть сюда - она появилась на стене, будто фреска. У нее черные волосы и огромные синие глаза, и она выглядит печальной.
Анри-Гийом постарался припомнить все легенды, какие, несмотря на тысячелетнее рвение эсператистских священников, все еще передавались из уст в уста. Однако он даже в детстве и юности предпочитал сказкам рассказы о битвах и подвигах, да еще рыцарские романы, а уж потом и вовсе стало ни к чему.
- Мне жаль, что я ничего не слышал о ней. Надеюсь, что наша библиотека даст вам лучший ответ. Но точно ли вы ее видели? Вы были ранены, измучены усталостью и тревогой, вам могло привидеться что угодно.
Но женщина уверенно покачала головой.
- Нет, я точно ее видела! Как бы я еще могла сюда попасть, если бы не она? У меня не было зеркала, и я понятия не имела ни о какой Кэртиане, клянусь вам! Надеюсь, что хоть кто-то, в самом деле, мог ее видеть и написать о ней. Ведь не стала бы она являться одной только мне. Хотелось бы у нее спросить, зачем я и мой сын вообще нужны здесь... - женщина встала и подошла к окну. - Смотрите, милорд, вот и рассвет настал! Простите, что отняла у вас всю ночь.
- Вы ничего не отнимали, эрэа. Напротив... - Анри-Гийом не стал договаривать, но женщина и так все поняла. Остановившись на пороге, в очередной раз окинула его долгим изучающим взглядом, затем, поблагодарив еще раз, скрылась за дверью. Герцог Эпинэ, Повелитель Молний не мог знать тогда, что пришелица из другого мира в очередной раз сравнивает его с другим потомком демона. И что странная цепь совпадений все больше и больше кажется ей совсем не случайной...

[Convollar]

Мне тоже эта цепь совпадений не кажется случайной! И потому - чем дальше, тем всё интереснее. Спасибо, эрэа Артанис!

[Эйлин]

Как все  завязывается и сплетается  в  причудливый узор  судьбы. Синглазая, наверно, знала, что делала.
 Кошки, верно, никому не служат, они  могут лишь  дружить, а не подчиняться.   Катарина  в этом  -  типичная  кошка. По доброй  воле   - все отдаст. А кинжал  мне кажется   символичным. Чуть ли не обещанием  чего-то...
Спасибо, эреа Артанис!

[Красный Волк]

А Анри-Гийом знает, что нужно дарить таким женщинам, как Катарина! Которые сами душой - как закаленная сталь...
Всё больше и больше сближаются эти двое. И Повелитель Молний уже понял, чье место заняла Алиса. А Катарина стоит уже почти на пороге разгадки того, почему два герцога из двух разных, но таких схожих между собой миров тоже похожи, как братья...
Спасибо за продолжение, эрэа Артанис!

[Техна]

Очень интересно. Кажется рассказ выруливает к глубоким омутам  ? И это хорошо!

[Tany]

Кинжал вместо кольца или браслета

[Артанис]

Эрэа Convollar, эрэа Эйлин, эрэа Красный Волк, эрэа Техна, эрэа Tany и все остальные, большое спасибо вам, что продолжаете читать!

Кинжал вместо кольца или браслета

Да нет, браслет будет в свое время, пока что им и не снится такая возможность. Просто Катарина привыкла к оружию, она чувствует себя в безопасности, лишь когда может защищаться сама, а не прятаться за спину мужчины. Тем более теперь, в чужом мире. Анри-Гийом это понял, только и всего. Романтикой тут и не пахнет... пока.

Глава 7

Но я знаю: минует и это,
И привыкнет к свободе душа,
А когда разгуляется лето,
Ты поверишь, что жизнь хороша.
И другие свиданья начнутся,
И другой запоет соловей,
Только вовремя надо очнуться
От любви несчастливой своей.

Провинция, одноименная с родом Повелителей Молний, встретила Катарину исполинским живым ковром из цветущих маков. Нет, не ковер - настоящее огненное море без конца и края, алое, как только что пролитая кровь. Можно было не сомневаться, что герцоги Эпинэ избрали себе красный цвет в честь провинции, в свою очередь получившей от них имя.
Даже лошади, покинув тесноту городских улиц, казалось, бежали весело, почувствовав приближение родного дома. Крепкие, налитые соком стебли цветов хрустели под их копытами, под колесами медлительной кареты, тащившейся где-то позади. Катарина не захотела в ней ехать, оставила сына на попечении служанок, а сама почти всю дорогу проделала верхом на вороной красавице-кобыле с символическим именем Молния. Женщине хотелось воочию увидеть этот мир, где ей, видимо, предстояло теперь остаться навсегда. И Кэртиана не разочаровала ее, скорее наоборот. Провинция Эпинэ была южным краем, и осень, приносившая в ее родном мире бесконечные дожди и туманы, эти места лишь раскрасила алым и золотым. Горели вершины кленов, ясным солнечным золотом сияли липы, каштаны, буки в рощах, что они проезжали. Герцог Эпинэ уже рассказал ей, что осень считается особым временем для Дома Молний, хотя неизвестно было, почему. И когда он спросил у Катарины, нравится ли ей осень в его владениях, она ответила без колебаний:
- Она похожа на вас, милорд.
И даже открывшийся, наконец, за поворотом замок не показался ей тяжелым и холодным, как другие старинные здания в ее родном мире, в одном из которых она выросла сама. Быть может, золотое ожерелье деревьев вокруг придавало Замку Молний более приветливый вид - но только Катарину совсем не испугали грозные белокаменные стены и башни.
Едва герцог, в сопровождении своих гвардейцев и Катарины, неохотно согласившейся на дамское седло и амазонку, приблизились к замку, навстречу им бросились из распахнутых ворот два всадника.

[Эйлин]

Вот  наша  странница по мирам и  у ворот  замка Эпинэ. А осень похожа на    Анри-Гийома.   Интересно! Спасибо за продолжение!

[Convollar]

Что-то случилось в замке Эпинэ! Вот такое предчувствие.

[Sveta]

Что ж, прекрасно! Просто вижу Катарину, вонзающую в горло белокурой графини Ариго, чуть ниже сонной артерии, кинжал с стремящимися друг другу навстречу конями - в отмщение за гибель Магдалы... Уж Катарину-то точно не обманут ни сердце, ни чутьё, ей не "отведут глаза" и не "запудрят мозги"!
Прелестно! Уже предвижу Карла Борна, сцепившегося насмерть с Морисом за свою любимую сестрицу, неубитого старшего Арно Савиньяка, задавливающего не успевшее разрастись восстание Эгмонта практически в воротах Надора, Жермона, не изгнанного ввиду оставшегося в живых отца, живого же и вполне здравомыслящего, хоть и не в меру смешливого Мишеля, женившегося на Катарине заради примирения семейств, и Робера, подружившегося в Торке с Алвой... Ну, и счастливого и здорового Анри-Гийома, естественно. И Жозину со смеющимися глазами, без седины в волосах...
И отложенное пророчество, и Излом, такой тихий и на редкость смирный и удачный... И всё благодаря Катарине...
Не могу только приддставить себе только Вальтера... Что и почему он будет делать ввиду столь сильно выраженных не в его пользу обстоятельств, ума не приложу... Разве что грызть углы письменного стола в своём кабинете... с досады...

[Convollar]

Не могу только приддставить себе только Вальтера.

Напьёьтся "Змеиной крови" до полной невменяемости....

[Техна]

Не могу только приддставить себе только Вальтера.

Напьёьтся "Змеиной крови" до полной невменяемости....

Организует покушение на Катарину?