Дела давно минувших дней…

[La_libre]

Ответ с бала: Колиньяр не стал Первым маршалом потому что сам понимал, что не тянет такую должность.

[Мишель]

Кажется, я догадываюсь, КТО дал этот ответ…
В таком случае, похоже, тайна гибели маршала Колиньяра раскрыта.
Бедняга сам искал смерти. Искал, пока не нашёл. Другой возможности избавить себя от должности, на которую он не тянул, но обязанности, которой он был вынужден исполнять четыре года, у него не было. 
Хотя… Возможно это было изощрённое доведение до самоубийства…

[La_libre]

Кажется, я догадываюсь, КТО дал этот ответ…
В таком случае, похоже, тайна гибели маршала Колиньяра раскрыта.
Бедняга сам искал смерти. Искал, пока не нашёл. Другой возможности избавить себя от должности, на которую он не тянул, но обязанности, которой он был вынужден исполнять четыре года, у него не было. 
Хотя… Возможно это было изощрённое доведение до самоубийства…

Ответ Веры Викторовны.

[Мишель]

Ответ Веры Викторовны.

Значит, я догадывался правильно…


Почему Франциск не придал гласности своё завещание?
Времени у него на это было более чем достаточно, а что касается возможности, то кто мог препятствовать самому Франциску Великому?
Полагаю, до поры никаких препятствий не было. Но зачем вообще было писать такое завещание? Да ещё если наследнику всего четырнадцать. То бишь в том возрасте, когда вряд ли можно с уверенностью ответить, станет ли мальчишка СО ВРЕМЕНЕМ достойным государем. Каким бы ни был Октавий тогда, в его пригодности к управлению государством можно было сомневаться, но не утверждать обратное.
Даже если, по мнению Франциска, Октавий прямо сейчас не был способен править, но будучи «полон любви к своему единственному сыну» король видимо рассчитывал что сможет выработать или развить у Октавия нужные качества. С течением времени, в условиях родительского пригляда, отцовской заботы внимания, требовательности, а если нужно и строгости, Октавий вполне мог стать тем, кому не боязно передать власть. 
Однако люди смертны, а некоторые смертны внезапно. А неожиданная смерть это такая штука, которую нельзя предвидеть, но можно предусмотреть. И король неравнодушный к судьбе своей державы просто обязан сделать это.
Именно на такой случай и было написано завещание. Иначе говоря, это был своеобразный аварийный план. Который должен был быть задействован лишь, если король окончательно признает, что принц не способен стать во главе государства и свою неспособность исправить это.
А вот дальше возникли те самые обстоятельства, заставившие Франциска до конца жизни скрывать собственное завещание, о котором, к тому же, уже пошли слухи.
  Союз с Ноймариненом. Очень желанный для Франциска союз. Он долго готовил его, много лет обхаживая герцога. И брак дочери Ноймаринена с наследником трона был одним из обязательных условий. Выполнение, которого и делало этот союз возможным.
Когда герцог был вынужден окончательно порвать с Раканами, у Франциска не было другого выхода, кроме как прятать собственное завещание. Одно дело если Ноймаринен становился тестем будущего короля и совсем другое, если вдруг жених дочери превращался в просто принца.
Именно поэтому и после смерти Франциска завещание сохранили в тайне. В столь сложный и ответственный момент братьям не хватало разве что выяснять отношения с союзником, который вполне мог счесть себя «кинутым»…

[Dama]

Но зачем вообще было писать такое завещание? Да ещё если наследнику всего четырнадцать.

Откуда такие данные? В ЗИ, где приводится текст завещания, под ним стоит дата "Восьмой день месяца Сапфира 27 года круга Скал" (с. 373), то есть завещание было написано в последний год жизни Франциска и должно было быть обнародовано после его смерти. Октавию в тот год было двадцать лет - он родился в 7 году круга Скал.

То бишь в том возрасте, когда вряд ли можно с уверенностью ответить, станет ли мальчишка СО ВРЕМЕНЕМ достойным государем. Каким бы ни был Октавий тогда, в его пригодности к управлению государством можно было сомневаться, но не утверждать обратное.

"Двадцать лет ума нет - и не будет", гласит пословица. Октавий Добрый, Октавий Менестрель - даровитый поэт, написавший в числе прочего балладу о поединке Франциска с Рамиро Алвой, действительно вряд ли обладал способностями государственного деятеля. Литературный дар обычно плохо с ними сочетается.

Однако люди смертны, а некоторые смертны внезапно. А неожиданная смерть это такая штука, которую нельзя предвидеть, но можно предусмотреть. И король неравнодушный к судьбе своей державы просто обязан сделать это.

Справедливо.

Именно на такой случай и было написано завещание. Иначе говоря, это был своеобразный аварийный план. Который должен был быть задействован лишь, если король окончательно признает, что принц не способен стать во главе государства и свою неспособность исправить это.

Последнее для Франциска было очевидно.
 

А вот дальше возникли те самые обстоятельства, заставившие Франциска до конца жизни скрывать собственное завещание, о котором, к тому же, уже пошли слухи.

К тому времени уже был опубликован указ, по которому трон в случае пресечения рода Олларов переходил к Алве. Что же до самого завещания, то обнародовать его планировалось после смерти завещателя, как это обычно и делается. Но тут вмешался Рамиро-младший - и завещание отправилось в могилу Франциска. 
 

  Союз с Ноймариненом. Очень желанный для Франциска союз. Он долго готовил его, много лет обхаживая герцога. И брак дочери Ноймаринена с наследником трона был одним из обязательных условий. Выполнение, которого и делало этот союз возможным.

Женитьба Октавия на дочери Ноймаринена состоялась в 26 году, ещё до написания завещания. Однако вполне возможно, что одной из причин, по которой Октавий согласился на то, чтобы скрыть завещание Франциска, было опасение, что тогдашний герцог Ноймаринен и впрямь мог почувствовать себя задетым тем, что его дочь не станет королевой. Но коронация Октавия состоялась лишь через семь лет после смерти Франциска, и то при условии, что Алва стал его официальным соправителем, то есть к последней воле отца Октавий отнёсся более чем серьёзно.

[Мишель]

Откуда такие данные?

Из ЗИ, где на указанной странице загадочным образом пропечатано «21 года»…

Двадцать лет ума нет - и не будет", гласит пословица.

Октавию, в тот год, которым датировано завещание, всего четырнадцать.
А что касаемо пословицы… Взять хотя бы Марселя. Жуир, вертопрах, неудачливый, а возможно и неумелый, игрок, к тридцати четырём годам едва дослужившийся до капитана. А вот поди ж ты…

Октавий Добрый, Октавий Менестрель - даровитый поэт, написавший в числе прочего балладу о поединке Франциска с Рамиро Алвой

Серьёзно? А я и не знал…

Литературный дар обычно плохо с ними сочетается.

Обычно плохо, но бывают же исключения. Мне хочется думать, что это как раз такой случай…

Справедливо.

                                 

Что же до самого завещания, то обнародовать его планировалось после смерти завещателя, как это обычно и делается.

А зачем ждать? Далеко не все завещания становятся сюрпризом. Нередко завещания всего лишь придают законную силу тому, что и так всем было известно. Тем более, что в данном случае оно было как бы без надобности…

Но тут вмешался Рамиро-младший - и завещание отправилось в могилу Франциска.

Не факт…

Но коронация Октавия состоялась лишь через семь лет после смерти Франциска, и то при условии, что Алва стал его официальным соправителем

С отсрочкой коронации действительно тёмная история, но вот что касаемо соправителя… Рамиро был, на минуточку, Проэмперадором Талига. А что ждёт Проэмперадора который не справляется со своими обязанностями? Причём всё строго по закону… 


ЗЫ. Если допустить, что завещание было написано в 27-ом, то получается следующее.
Франциск женил своего сына, наследного принца, на дочери союзника. А потом, втайне от всех, сменил наследника. Расхлёбывать же это всё должны были как раз наследники? Фи…

[Dama]

А что касаемо пословицы… Взять хотя бы Марселя. Жуир, вертопрах, неудачливый, а возможно и неумелый, игрок, к тридцати четырём годам едва дослужившийся до капитана.

Точнее, никогда не служивший и начавший службу прямо с капитанского чина. А игрок он был неплохой, вот только Килеан не побрезговал шулерством.

Что же до самого завещания, то обнародовать его планировалось после смерти завещателя, как это обычно и делается.

А зачем ждать?

На то воля завещателя. Пожелай Франциск огласить её - было бы не завещание, а указ.

Но тут вмешался Рамиро-младший - и завещание отправилось в могилу Франциска.

Не факт…

А Вы можете предложить другую кандидатуру? Кто там у нас в Талиге такой смелый, что ему и последняя воля короля не указ?

Но коронация Октавия состоялась лишь через семь лет после смерти Франциска, и то при условии, что Алва стал его официальным соправителем

С отсрочкой коронации действительно тёмная история, но вот что касаемо соправителя… Рамиро был, на минуточку, Проэмперадором Талига. А что ждёт Проэмперадора который не справляется со своими обязанностями? Причём всё строго по закону… 

Ой, послушать Вас, так Октавий только  и мечтал избавиться от старшего брата... На деле же это был титул honoris causa, которым оформлялось право на участие Алвы в управлении государством. Причём, судя по тем прозвищам, с которым они оба вошли в историю - Старший брат и Братец Ворона - Алва в этом дуэте играл первую скрипку.

Если допустить, что завещание было написано в 27-ом, то получается следующее.
Франциск женил своего сына, наследного принца, на дочери союзника. А потом, втайне от всех, сменил наследника. Расхлёбывать же это всё должны были как раз наследники? Фи…

Ради блага государства правителям случалось идти и на большее...

[Nicael]

Позволю себе вклиниться со своей идеей зачем Франциск написал такое завещание и почему тайно. Никаких логических аргументов "за" у меня нет, так что спорить и отстаивать свое понимание ситуации я не буду. Просто "я так вижу".
Франциск, во-первых, мерял людей по себе, а он власти очень хотел, а к благородству относился, хм, практически, но, во-вторых, очень любил своего сына и желал ему долгой жизни,  не обязательно на престоле, но долгой и не несчастной.
Он понимал, что если вдруг окажется, что Рамиро при жизни отчима говорил одно, а после его смерти захочет занять трон сам, он это сделает очень легко, Октавию с ним не справиться. Но свергнутый король - всегда угроза для узурпатора... Вот Франциск и написал тайное завещание в пользу Рамиро и отдал самому Рамиро, мол если все-таки захочешь занять трон сам - не убивай единоутробного брата.

[Sveta]

...Вот Франциск и написал тайное завещание в пользу Рамиро и отдал самому Рамиро, мол если все-таки захочешь занять трон сам - не убивай единоутробного брата.

Это - вряд ли... Во-первых, Франциск был умён, а во-вторых, неплохо Рамиро знал - он же его и вырастил, собственно. Знал, что тот сможет стать Вешателем. Потому и оставил наследником... Это предполагает в характере Рамиро жёсткость. Но и старший Рамиро был жёстким - однако умел любить... В общем, Франциск точно знал, что Рамиро сделать способен, что - нет. И выбор наследника в глазах Франциска был обусловлен чем угодно, только не попыткой спасти  сына от пасынка - это не тот случай. Вообще!

[Уленшпигель]

Я конечно понимаю, что не верить прямо сказанному и написанному -это таки традиция для некоторых, но может быть, руководствуясь здравым смыслом и тем образом, что запечатлен на страницах книги, мы поверим, что Франциск руководствовался именно тем, что и написал? Он любил обоих детей Октавии, что таки не удивительно - любить ребенка, которого ты вырастил, и который при этом воспитался таким, что близок тебе по духу, характеру и системе ценностей. Он понимал, что, увы, но его родной сын слаб духом и мягко говоря не  подходит на роль короля в тех условиях, что ему придется править, и единственным способом сохранить ему жизнь будет именно правление его брата, ибо иначе его убьют все те, кого Рамиро впоследствии перевешал. Рамиро правил, Октавий носил корону. Почему Франциск предпочитал, чтобы тот кто правит, носил еще и корону, таки мне не кажется нужным разъяснять.

[Мишель]

Точнее, никогда не служивший и начавший службу прямо с капитанского чина.

Ну, это вряд ли. Думаю, три года оруженосцем он оттрубил. А иначе папенька лишил бы его наследства и выгнал из дома без всякого притворства. И стало бы в Талиге одной паршивой овцой больше…

А игрок он был неплохой, вот только Килеан не побрезговал шулерством.

Хороший игрок своевременно понимает, что против него мастер, везунчик или шулер и прекращает игру, а не заканчивает её словами: «… мне, право, жаль»…

На то воля завещателя. Пожелай Франциск огласить её - было бы не завещание, а указ.

Так вопрос как раз в том и заключается – почему Франциск пытался сохранить в тайне завещание, вместо того чтобы в открытую издать указ…

А Вы можете предложить другую кандидатуру? Кто там у нас в Талиге такой смелый, что ему и последняя воля короля не указ?

Два нюанса.
Первый. Нарушить волю почившего, всё же не столь страшно и опасно, как перечить тому, кто жив и при власти.
Второй. Воля покойного была нарушена скрытно.
А что касаемо кем именно… Лично я склоняюсь к кандидатуре Октавия…

Ой, послушать Вас

Если меня всё же послушать, то станет ясно, Октавию был нужен старший брат. Но в таком статусе, который случись что, позволяет спросить с него по-королевски…
Ради почёта дают ничего не значащее и ни к чему не обязывающее звание. А Рамиро требовались полномочия для действий.
Если Карлиона и его офицеров повесит пасынок покойного короля это одно. А вот если повесит Проэмперадор Талига это уже совсем другое.

По поводу же прозвищ… Например, Эридани вошёл в историю как Самопожертвователь…

Ради блага государства правителям случалось идти и на большее...

Верно. Но в данном случае Франциск выглядит как тот, кто сваливает проблемы и ответственность за их решение на других.
С такой трактовкой я не согласен…

[Мишель]

Я конечно понимаю, что не верить прямо сказанному и написанному -это таки традиция для некоторых

Святотатцы, еретики и нечестивцы…

[Dama]

Точнее, никогда не служивший и начавший службу прямо с капитанского чина.

Ну, это вряд ли. Думаю, три года оруженосцем он оттрубил. А иначе папенька лишил бы его наследства и выгнал из дома без всякого притворства. И стало бы в Талиге одной паршивой овцой больше…

Три года Марсель состоял оруженосцем при "паркетном маршале" Генри Рокслее, безотлучно находясь в Олларии. В боевых действиях он не участвовал и чинов не получал, как и Валентин, состоявший позже при том Же Рокслее.

А игрок он был неплохой, вот только Килеан не побрезговал шулерством.

Хороший игрок своевременно понимает, что против него мастер, везунчик или шулер и прекращает игру, а не заканчивает её словами: «… мне, право, жаль»…

"Марсель Валме относился к людям или никак, или хорошо, но было одно исключение, именуемое Людвиг Килеан-ур-Ломбах. Бывшего коменданта Олларии виконт ненавидел всеми фибрами своей жизнерадостной души, и чувство сие родилось задолго до знаменитой карточной дуэли. Более того, сойдись с Валме за тонто кто-нибудь другой, Марсель смог бы остановиться, но проигрывать этому?!" (ОВДВ, с. 460).

Как видим, Марселя подвела его ненависть к Килеану, помешавшая ему здраво оценить происходящее. В других случаях он был осмотрительнее.

А Вы можете предложить другую кандидатуру? Кто там у нас в Талиге такой смелый, что ему и последняя воля короля не указ?

Два нюанса.
Первый. Нарушить волю почившего, всё же не столь страшно и опасно, как перечить тому, кто жив и при власти.

По всем законам последняя воля покойного свята, будь то король или ремесленник.

Второй. Воля покойного была нарушена скрытно.

Однако всё же нарушена.

А что касаемо кем именно… Лично я склоняюсь к кандидатуре Октавия…

Октавий не производит впечатления властолюбца, способного ради короны пойти против отцовской воли, что подтверждают семь лет, вошедших в историю под названием "кэналлийского регентства". 

Если Карлиона и его офицеров повесит пасынок покойного короля это одно. А вот если повесит Проэмперадор Талига это уже совсем другое.

У военачальника, подавившего мятеж, достаточно полномочий, чтобы расправиться с любым из его участников. Они взяты с оружием в руках, и потому их вина очевидна и не требует доказательств.

По поводу же прозвищ… Например, Эридани вошёл в историю как Самопожертвователь…

Не первая ошибка, и не последняя. Но все три прозвища Октавия - Добрый, Менестрель и Братец Ворона - свидетельствуют об одном: он был мягким и не особо решительным человеком, предпочитавшим оставаться в тени старшего брата.

Ради блага государства правителям случалось идти и на большее...

Верно. Но в данном случае Франциск выглядит как тот, кто сваливает проблемы и ответственность за их решение на других.
С такой трактовкой я не согласен…

Ваше право. Но на деле наследникам нередко приходится разгребать проблемы, созданные их предшественниками, и никого это не возмущает - наследуешь права, наследуй и долги.

[Мишель]

Три года Марсель состоял оруженосцем при "паркетном маршале" Генри Рокслее, безотлучно находясь в Олларии. В боевых действиях он не участвовал и чинов не получал, как и Валентин, состоявший позже при том Же Рокслее.

Разве оруженосец не имеет звания корнета, то бишь первый офицерский чин?
Жермон самому младшему из Савиньяков:
«Я в ваши годы в корнетах ходил»… (с)

Как видим, Марселя подвела его ненависть к Килеану, помешавшая ему здраво оценить происходящее.

Хороший игрок хорош, в том числе и потому, что не даёт волю чувствам.
Алва, кстати, ненавидел Килеана сильнее чем Марсель (по мнению самого Марселя сильнее более чем в сто раз), но это не помешало ему вначале обыграть, а потом и убить того…

По всем законам последняя воля покойного свята, будь то король или ремесленник.

Да, но покойный-то уже там, откуда он никак не может влиять на события здесь. А общественное мнение, даже если не одобрит, то точно в суд не подаст…

Однако всё же нарушена.

Не пойман – не вор…

Октавий не производит впечатления властолюбца

Я не говорю о властолюбии, но и не исключаю полностью этого свойства натуры…
Собственно об Октавии известно очень мало, дабы утверждать что либо. Но мне всё же думается, что настоящий Октавиий отличался от того образа, в котором он остался в истории.
СПОЙЛЕРЫ

Например, такое соображение.
К восемнадцати годам, уже должно было стать окончательно ясно – сможет Октавий возглавить державу или нет. Свадьбы с Ноймариненами тогда ещё не намечалось, значит, будь принц совсем не годен на трон, ничего не мешало Франциску превратить завещание в указ. Но он этого не сделал. Хотя было известно, что он намеривался оставить корону Рамиро. Правда, не ясно в какой форме это было известно. И всё же, принц не затворник, его видят, к нему присматриваются, его оценивают и если для всех и даже для своего отца он не тянет как будущий король, то после смерти Франциска на него смотрели бы как на пустое место. А кому интересно пустое место?
Но, тем не менее, Карлион подняв одноимённое восстание, пытается захватить именно Октавия. Зачем? На что он рассчитывал? Где логика?
А вот если Октавий был чем-то большим, то в действиях мятежников появляется смысл…

семь лет, вошедших в историю под названием "кэналлийского регентства"

«Кэналлийское регентство» - это, возможно, старый, добрый приём: «злой – добрый». Вначале Рамиро всех строил и стращал, в результате подданные с восторгом приняли Октавия Доброго. Но и Рамиро-Вешатель далеко не уходил. Из чего всем было ясно, они должны молиться, чтобы Создатель продлил годы жизни Октавия на как можно более долгий срок…

У военачальника, подавившего мятеж, достаточно полномочий, чтобы расправиться с любым из его участников. Они взяты с оружием в руках, и потому их вина очевидна и не требует доказательств.

Так то у военачальника, но даже в этом случае возникает вопрос о целесообразности столь быстрой казни.
Необходимы их связи, сообщники, планы…

он был мягким и не особо решительным человеком, предпочитавшим оставаться в тени старшего брата.

Или предпочитал таким казаться, чтобы оставаться в тени старшего брата…

Ваше право. Но на деле наследникам нередко приходится разгребать проблемы, созданные их предшественниками, и никого это не возмущает - наследуешь права, наследуй и долги.

Согласен. Не согласен с тем, что Франциск оставил бы наследникам  долги, имея возможность сам решить данный вопрос… 

[Dama]

Разве оруженосец не имеет звания корнета, то бишь первый офицерский чин?
Жермон самому младшему из Савиньяков:
«Я в ваши годы в корнетах ходил»… (с)

Арно Савиньяк, как и его эр, находится в действующей армии, чин ему необходим, потому он его и получил. А Жермон до Торки служил в гвардии, видимо, рядовым, и чин корнета получил при переводе в армию. Но Марселю, как и Валентину, Алва дал чин авансом - ни тот, ни другой не имели опыта военной службы. 

Алва, кстати, ненавидел Килеана сильнее чем Марсель (по мнению самого Марселя сильнее более чем в сто раз), но это не помешало ему вначале обыграть, а потом и убить того…

Только ли Килеана? Над Ги Ариго он измывался дольше. А бывшему коменданту он, надо полагать, не мог простить его бездействия в Октавианскую ночь, однако до того относился к нему, в общем, терпимо.

Да, но покойный-то уже там, откуда он никак не может влиять на события здесь. А общественное мнение, даже если не одобрит, то точно в суд не подаст…

Это с точки зрения нынешнего цинизма, а прежде верили, что нарушивший последнюю волю покойного будет наказан, если не в этом мире, то в посмертии.
   

Но, тем не менее, Карлион подняв одноимённое восстание, пытается захватить именно Октавия. Зачем? На что он рассчитывал?

На братские чувства Рамиро, по-видимому.

«Кэналлийское регентство» - это, возможно, старый, добрый приём: «злой – добрый». Вначале Рамиро всех строил и стращал, в результате подданные с восторгом приняли Октавия Доброго. Но и Рамиро-Вешатель далеко не уходил. Из чего всем было ясно, они должны молиться, чтобы Создатель продлил годы жизни Октавия на как можно более долгий срок…

Полностью этого исключать нельзя, но вряд ли дело исчерпывалось одним фактором.

У военачальника, подавившего мятеж, достаточно полномочий, чтобы расправиться с любым из его участников. Они взяты с оружием в руках, и потому их вина очевидна и не требует доказательств.

Так то у военачальника, но даже в этом случае возникает вопрос о целесообразности столь быстрой казни.
Необходимы их связи, сообщники, планы…

Этот мятеж был спонтанным, так что о связях и планах узнавать было, в общем, нечего, однако это не значит, что мятежников не допросили, прежде чем повесить, благо в столице специалисты всегда под рукой. А под виселицей языки обычно развязываются быстро.