Легенда о героях Галактики - II

[Эррор Ляпсус]

- Представляю, какую рожу скорчил Оберштайн, — прищурился Оскар фон Ройенталь   

Полагаю, Оберштайн был в глубине души рад, что теперь есть скорая помощь, занимающаяся соскочившими с нарезки главкомами Он явно очень жалел о её отсутствии в Империи, глядя на Райнхарда после гибели Кирхайса.

[Эстравен]

Полагаю, Оберштайн был в глубине души рад, что теперь есть скорая помощь, занимающаяся соскочившими с нарезки главкомами Он явно очень жалел о её отсутствии в Империи, глядя на Райнхарда после гибели Кирхайса.

   Я бы назвал это ангелом хранителем. Ибо после гибели Кирхайса и затворничества Аннерозе Райнхард, что называется, пошёл вразнос. Его уже некому было удерживать, некому было дать добрый совет и поддержать.  Но принципы господина военного министра не допускают возможности "номера второго".  Правитель должен быть один. Точка. И Тень тоже должна быть одна. Только вот Кирхайс, ИМХО, не тень Райнхарда - с этой ролью прекрасно справляется Оберштайн, а именно часть самого Лоэнграмма, sine qua non. 

[Змей]

https://www.youtube.com/watch?v=SiasdwXWNF0
 

[Эррор Ляпсус]

Из записок Бернарда фон Шнайдера (продолжение)

СПОЙЛЕРЫ

Один мой знакомый, с которым я начинал служить в штабе адмирала Меркатца, как-то сказал, что у моего мозга есть два режима – аналитический и отсутствующий. Видимо, из-за того, что я готовился прочитать чужой доклад, он не переключился сразу после совещания из первого во второй. Так что я сразу вспомнил, кто был наиболее известной знакомой баронессы фон Вестфален ещё при покойном Фридрихе.
По дороге я в основном смотрел в окно. Машину я водить умею, но не люблю, предпочитаю ездить на автопилоте, а вот Магдалене, похоже, наоборот, нравилось. Хотя во времена Фридриха это считалось не женским делом, особенно если речь шла об особе благородного происхождения. Но госпожа фон Вестфален и тогда относилась к светским приличиям довольно пренебрежительно. Однако приличия – приличиями, но…
- Мне запрещено появляться при дворе без высочайшего разрешения.
- Мы едем не ко двору. И, я надеюсь, там вообще почти никого не будет. А, может, и вовсе никого, кроме нас с тобой и Аннерозе.
В этот момент мне здорово захотелось сказать: «остановите машину, я выйду». Помешало лишь то, что я не мог определиться – будет большей трусостью сказать это или ехать, куда везут? Признательность Аннерозе за события в порту понятна, но злоупотреблять ей я не собирался. Но… всё-таки, это возможность увидеть её.

Полдюжины мужчин и две женщины по меркам придворной жизни – это и впрямь, надо полагать, «почти никого нет». Присутствующих, кроме Магдалены и Аннерозе фон Грюнвальд, я не знал. Аннерозе, знакомя меня с ними, представляла их сначала по имени, потом упоминала род занятий.
Большая часть – подданные Рейха ещё с довоенных времён, но был и феззанский историк с труднопроизносимой, кажется, финноязычной фамилией, был журналист и писатель с Хайнессена, господин Танака. Я о нём слышал, когда был на Изерлоне. Кажется, довольно известный в бывшем Союзе писатель. Должно быть, помимо прочих дел, о которых я не в курсе, Аннерозе выступала при дворе покровительницей наук и искусств.
Подошёл слуга, налил мне вина. Я попробовал – безалкогольное. Это заговор. Заговор против меня и Рейха. Похоже, врачи дворцового госпиталя умудрились оповестить о состоянии моего здоровья все места, где я могу оказаться. Интересно, если я заеду в управление округа по особо важным делам к Северру или в посольство автономии  Баалат к Коневу, мне там тоже только безалкогольные напитки предложат?
Чтобы отвлечься, я как-то – кстати, при посредничестве Аннерозе – разговорился с господином Танакой. Оказывается, он был здесь не первый раз, а прослышав о моих приключениях в последние месяцы, здорово хотел со мной встретиться. Оказалось, что знаменитый писатель хочет написать книгу о Яне Вэньли, и с этой целью ищет всех, кто был с ним знаком.
Разговор мне, честно сказать, не доставил особенного удовольствия, несмотря на то, что господин Танака был умным и вежливым собеседником. Слишком уж много малоприятных воспоминаний всплыло в памяти. Должно быть, Аннерозе как-то это уловила и отвлекла внимание моего собеседника, упомянув, что во главе баалатского посольства сейчас находится ещё один знакомый Яна Вэньли, причём знающий его с детства. Вскоре после этого по-прежнему учтиво господин Танака свернул беседу, высказал надежду на новую встречу и отошёл в сторону. Должно быть, чтобы куда-то позвонить.
Заодно выяснилось, что мы с Магдаленой всё же приехали поздновато, и гости уже понемногу расходятся. Так что ещё через полчаса я обнаружил, что сижу в уютной комнате по соседству с залом для гостей, а единственную компанию мне составляют сама Магдалена и хозяйка дома.

Интересно, сколько людей хотело бы оказаться на моём месте? Я сижу в полутёмной комнате с двумя красивыми женщинами, причём одна из них – из родовитой имперской знати, а другая – кронпринцесса правящего дома… Мне большую часть времени хотелось провалиться сквозь ковёр и перекрытия на первый этаж – по меньшей мере.
Кстати, выяснилось, что Магдалена ещё играет на гитаре и неплохо поёт.

- Мусорный ветер, дым из трубы,
Плач природы, смех сатаны –
А всё от того, что мы
Любили ловить ветра и разбрасывать камни.
Песчаный замок, построенный мной,
Давным-давно смыло волной.
Мой взгляд похож на твой –
В нём нет ничего, кроме снов и забытого счастья…

Да, наше поколение любило разбрасывать камни во все стороны, не думая о том, что живёт в стеклянном доме. К тому же заминированном от фундамента до крыши.

Дым на небе, дым на земле,
Вместо людей – машины,
Мёртвые рыбы в иссохшей реке,
Зловонный зной пустыни…

Лейтенант фон Бирхофф был на Вестерланде вскоре после бомбардировки. Одетые в противорадиационную защиту солдаты выскакивали из десантного корабля, разгребали обломки домов, а через пять минут снова заскакивали в другой шлюз, где их окатывали поглощающей пеной с ног до головы. Их меняла следующая смена – пятнадцать минут на то, чтобы одеться в защитный комплект, пять минут на работу. А примитивные автоматы работали часами – там, где не могло остаться живых людей. Он рассказывал про это в тот самый день, когда Элеонора убила его. А я кивал, пропуская рассказ мимо ушей – потому что сводка по происшествиям в районе пополнялась в режиме реального времени, и выглядела она хреново…

Ты умна, а я идиот, и не важно, кто из нас раздаёт –
Даже если мне повезёт, и в моей руке будет туз –
В твоей будет джокер…

Идиотом в этом доме был, видимо, я один. Когда Магдалена встала и сказала, что у неё срочные дела, мне надо было попрощаться и выйти вместе с ней. Я этого не сделал, и оттого… Должно быть, опьянел от безалкогольного вина.

[Эррор Ляпсус]

Из записок Бернарда фон Шнайдера (продолжение)

СПОЙЛЕРЫ

Оказывается, у Аннерозе для меня были ещё и служебные новости. Странно, что у неё, хотя…
- Ничего странного. Быть одним из первых лиц в государстве в некоторых отношениях выгодно, - она улыбнулась, но как-то невесело. Видимо, вспомнила, что в некоторых других отношениях ничего весёлого в этом нет. – Можно случайно услышать много чего интересного, что тебе конкретно не предназначалось, а просто в узком кругу не скрывалось или к слову пришлось. Поэтому я и хотела повидать вас и Магдалену до отлёта. Я так поняла, что вас посылают с заданием куда-то на периферию. Какие-то осложнения в местной политике на старых имперских землях. Думаю, официально вас поставят в известность уже завтра.
Осложнения, судя по всему, перешли в достаточно острую фазу, раз посылать готовятся двух офицеров из полка специальных операций, и вряд ли только их. С другой стороны, я ничего не слышал о конфликтах масштаба фрейянских или хотя бы беспорядков на Хайнессене после оккупации. Так что, видимо, до серьёзных столкновений пока ещё не дошло. Подполье? Интересно, чьё, если на коренных имперских территориях? Впрочем, я подумаю об этом завтра… Кажется, мозг мой стремительно уходит в отсутствующий режим.

Однако осмысленной речью я ещё вполне владел, и говорили мы о многом. Даже о покойном кайзере. Я сам удивился, насколько угасли мои враждебные чувства к нему за последние месяцы. Должно быть, я не могу слишком долго злиться на покойников. В конце концов, они уже безвредны. Сейчас, когда схлынули прошлогодние чувства… наверное, туда же, где и прошлогодний снег… я мог отнестись к Райнхарду куда спокойнее и даже отдать ему должное. Аннерозе, кстати, хоть и очень любила брата, но совершенно его не идеализировала.
Но главным образом мы вспоминали прошлое. Вроде бы ещё не старость, но, должно быть, это естественно для двух одиноких людей. А ведь Аннерозе в этом смысле было куда тяжелее. А, главное, она, похоже, ничего не ждала и от будущего. Во всяком случае, мне так показалось. Видимо, поэтому я и попытался её на этот счёт утешить. Дурак…
- Вы ещё молоды и… прекрасны. У вас могут быть и муж, и дети…
- Детей у меня не будет, - покачала головой Аннерозе.
- Но почему… Откуда вы?.. – я осёкся. Мозг в отсутствующем режиме, как и было сказано.
- Потому что положение фаворитки кайзера, если она не из достаточно высокой знати – это слишком серьёзный политический вопрос. Какие-то препараты мне давали вместе с пищей, какие-то – во время обязательных, как и для всей обслуги, медицинских осмотров (меня передёрнуло). Со временем я, конечно, узнала в чём дело. Поначалу эти препараты просто делают невозможным зачатие – на дни, потом недели… Но при длительном применении последствия необратимы…
Я всё-таки был не прав. Есть люди – иной раз я даже не знаю их имён – чья смерть не примиряет меня с ними. Есть люди, которых мне хотелось бы воскресить из мёртвых только для того, чтобы собственноручно их убить.
Должно быть, моё лицо сильно изменилось, потому что Аннерозе наклонилась совсем близко. Кажется, она решила, что я слишком огорчился, похоже, ещё и утешать меня собралась. Докатился.
Видимо, другой человек на моём месте нашёл бы ситуацию удачной для того, чтобы превратить её в… более романтическую. Тем более что с такой женщиной, как Аннерозе, надёжнее всего сыграть именно на жалости. Не знаю. Я не решился. Вот и весь ответ. Навязываться другому человеку, когда в себе-то не можешь разобраться?

Нет худа без добра. Мы проговорили до четырёх часов утра. И хотя некоторые вопросы Аннерозе явно избегала затрагивать, она знала о положении в Рейхе необычайно много. Особенно, если смотреть с моего шестка. Она явно не была лишь декоративной фигурой в новой системе власти, хоть и не занимала никакого официального поста.
Перед тем, как сесть в машину, я решил пройтись, поэтому на вызов автопилота пока не нажимал. И едва вышел за калитку, как увидел чёрную служебную машину – ту же самую, что и в первый раз, на месте убийства фон Доннера.
- Садитесь, господин капитан, - иронически усмехнулся Кесслер. Делать нечего.
- Что, уже все знают? Между прочим, ничего не было.
- Ну, как сказать «все»… Вы же не думаете, что первые лица государства живут без охраны? Особенно после всего, что творилось последний год. Кому положено, тот знает. Кто-то, я думаю, догадывается. Но, в общем, и в целом в ваших интересах, чтобы об этом знало поменьше людей. Или считало, что ничего не было. Это, помимо прочего, ещё и политический вопрос.
Я пожал плечами. Как говорится, я подумаю об этом завтра. Или когда вернусь – куда там меня посылают? Или вообще – пусть Аннерозе думает, она умнее. Вообще, вокруг одни умные люди, подумать страшно…
А вот сегодня мне стоит подумать… я поспешно достал коммуникатор и развернул на нём так и не прочитанный доклад Магдалены. Что бы ни думал о моих личных и политических обстоятельствах Артур фон Штрайт, он вряд ли забудет поинтересоваться моим мнением.
Кесслер только усмехнулся. Ну, да, наверное, это очень смешно, когда офицер информации ведёт себя как студент из-за свидания с дамой сердца не подготовившийся к занятию.

У входа в штаб я столкнулся с незнакомым солдатом в форме полка и «лёгком» комплекте снаряжения. Похоже, он собирался на занятия. Солдат отдал честь и прошёл мимо торопливым шагом – то ли действительно торопился, то ли просто не хотел задерживаться вблизи начальства, что тоже довольно разумно. На его эмблеме в углу виднелась буква «А».
Следом из штаба неторопливо вышел Хаген Шафф и поприветствовал меня. Потом со странным выражением лица посмотрел вслед новому подчинённому.
- Взяли на замену, вчера закончил проходить отбор, - сообщил он. – Лучшее из того, что было.
Кажется, сержант был от нового солдата не в восторге. Вряд ли за несколько часов службы тот успел проявить себя с плохой стороны, так что либо были знакомы раньше, либо Хаген сделал такой вывод в процессе отбора.
- А что так?
- Показал себя… с разных сторон, - заметил Шафф. – Хороший стрелок, сильный, ловкий, соображает быстро. Головы не теряет, зря не рискует. И рост подходящий, нам как раз не помешает невысокий боец в группе, а то все крупные. Но слишком сам по себе. Да и характер не подарок.
Я слегка улыбнулся. В устах Шаффа характеристика «характер не подарок» кажется иском от ненадлежащего истца. Сержант уловил мою иронию, но, похоже, несмотря на «не подарок» в группе, был в хорошем настроении. Кстати, это любопытно… Знает уже, что нам отправляться на задание? Интересно, откуда?
Магдалена перехватила меня в коридоре. Посмотрела с интересом, но ни о чём не спросила, а махнула рукой – мол, идём к фон Штрайту. Вот, похоже, и настал момент истины.

- Двухдневная готовность к вылету, - сообщил фон Штрайт.
- Куда летим?
- На Хёд. Боевое подразделение – группа А и группа В, летите вместе с ними оба. Старший по команде – капитан фон Шнайдер. Выход на связь – три раза в сутки.
- Задача? – вот и обещанный вылет… Будем надеяться, такая поспешность не связана с моими личными «политическими обстоятельствами».
- По прибытии на место поступите в распоряжение капитана Теодора Лангенберга, местного начальника военной полиции. У них вообще нехватка людей, а тем более – квалифицированной боевой силы. Постарайтесь не светиться, хотя бы в первое время после прибытия. Это может ухудшить политическую обстановку на планете.
- То есть, мы отправляемся туда из-за политической ситуации?
- Да. Там сейчас проходят выборы главы местного самоуправления. Две наиболее крупных группы жителей уже практически определились со своими представителями, но эти группы не питают друг к другу особенных симпатий, а на территориях со смешанным населением не раз доходило и до вооружённых столкновений, пусть пока и мелких. Вероятнее всего, в вашу задачу будет входить охрана кандидатов, предотвращение покушений на них – есть информация, что это возможно, особенно в предвыборный период – а также посильная борьба с местными экстремистскими группировками.
На этом месте я наконец вспомнил, что в последнее время прочитал (точнее, мельком проглядел – населённая часть Галактики большая) о Хёде. Кажется, две основных группы населения, где-то живущие раздельно, где-то совместно: старые поселенцы, в том числе потомки ссыльных, и новые – рейхсриттеры, их личные вассалы, демобилизованные военные. Раздел и передел земли, счёты времён гражданской войны, прочие конфликты. И… мозги в голове наконец пришли в рабочее состояние…
- Я правильно помню, что?..
- Да, местные дворяне – бывшие вассалы дома Лихтенладе, - кивнул фон Штрайт.
Тогда дело достаточно понятное. Во время гражданской войны местные рейхсриттеры и прочие вассалы дома Лихтенладе поддерживали его главу, а потому находились на стороне маркиза Лоэнграмма. Но когда клан Лихтенладе был арестован и осуждён, а владения его конфискованы, судьба повернулась к здешним «победителям»… хм… спиной. Во-первых, на Хёде ввели местное самоуправление с пропорциональным представительством от населения, так что вассалы Лихтенладе моментально оказались в меньшинстве. Между тем, большинство жителей никакой особенной симпатии к ним и раньше не питало. Во-вторых, многих людей дома Лихтенладе на всякий случай турнули с военной службы. Так что вместо ожидаемых выгод от победы «своей» стороны большинство местных дворян получили одни убытки. Это явно не добавило им симпатий к новой имперской власти.
И ещё: вернувшись в отдел, я проверил данные по контрабандистам периферии – оказалось, что одна из основных линий нелегальной торговли несколько лет назад проходила через Ёрмуганд и Хёд. Бежать с ссылки на Ёрмуганде через Хёд – вещь, напрашивающаяся сама собой для любого ссыльного. И вдвойне – для человека, желающего найти помощь у своих вассалов. Вот только… для бегства придётся воспользоваться помощью очень неприятных и опасных людей. Насколько адекватно девушка в шестнадцать лет могла оценить риск?

[Красный Волк]

 Большущее спасибо за продолжение!
  Читаешь - и всё больше и больше затягивает. И всё сильнее становится тревога за Бернарда и Аннерозе. Почему-то кажется: хэппи-энда там не будет. А будет... ну, в самых лучших фирменных традициях Танаки .
  А за "журналиста и писателя с Хайнессена, господина Танаку" - спасибо отдельное!

[Эррор Ляпсус]

Ну, я, всё-таки, не Танака...

[Эррор Ляпсус]

Несколько лет назад

СПОЙЛЕРЫ

Калидонский корабль «Огненный меч» находился в местах, довольно опасных для него. Постоянного патрулирования в коридоре между Ёрмугандом и Хёдом не было, но риск наткнуться на имперские корабли всё равно сохранялся. А корабль Внешних Миров – это даже хуже, чем корабль Союза. Даже те негласные нормы, которые во времена командующего Лоэнграмма стали распространяться на «мятежников», не распространялись на «пиратов», к которым причислялись по умолчанию все космоходы Внешних Миров, оказавшиеся в пространстве Рейха. Даже если эти «пираты» в данный момент охотились на пиратов совершенно настоящих.
«Огненный меч», несколько часов назад заметивший противника, настигал его. Пират пытался скрыться в кометном поясе системы, но не успел оторваться достаточно далеко, а глушить локаторы преследователя у него не хватало мощности. Теперь кометное ядро, за которым пытался укрыться космический разбойник, должно было, по всей видимости, стать его ледяной могилой…
…Уже потом, узнав, что Кнутсен умудрился скрыться после уничтожения пиратского экипажа, Гриффорд Хаттон прокрутил в голове неучтённые им на месте варианты и догадался о возможном. Да, у пиратского корабля действительно был некомплект спасательных ботов, но уйти прямо в пространство ни один из них не мог – его бы моментально обнаружили. Даже столь хилых глушилок, что имелись на пиратском корабле, на боте быть не могло. Зато бот мог вплавиться в рыхлый кометный лёд под корпусом сбитого корабля, пересидеть там, а потом прожечь себе дорогу наружу. Даже ручных плазменных резаков на это хватил бы, если пираты не потрудились установить бластеры на борт. Голова у Густава Кнутсена, имперского агента и пирата-любителя по совместительству, работала что надо. Гриффорд не был уверен, что сам успел бы так быстро найти путь к спасению на его месте…
- Вот поэтому тебе нужно его запомнить, - в очередной раз повторил он Элеоноре. - Не его самого, его ты и так вряд ли забудешь…
- Не забуду, - девушка сверкнула глазами.
- …А то, насколько он ловок, сообразителен и опасен. Он нашёл решение ещё до того, как мы сблизились для залпа. И его ближайшие помощники знали о нём, а также не забыли его прихватить с собой, даже раненого. Людей, по крайней мере, непосредственное окружение, он тоже умеет подбирать.
Элеонора ещё прихрамывала на правую ногу, но уже начала упражняться с ножом и мечом, а также в стрельбе в цель. «Огненный меч», так и не отыскав Кнутсена в пространстве вокруг системы Хёда, теперь тащился через Противотечение – тоннель, энергетические потоки в котором мешали движению со стороны пограничного имперского сектора. Здесь его вряд ли стали бы искать – тоннелем практически не пользовались именно из-за этой его паскудной особенности – а если бы и стали, то в Противотечении калидонский корабль легко ушёл бы от любого имперца. Но даже для «Огненного меча» Противотечение сильно продлевало дорогу.
Гриффорд Хаттон нашёл Элеонору в отсеке, в котором содержались захваченные пиратами рабы. Часть из них бандиты успели расстрелять. Но не всех. И уцелевшие объяснили ему, почему.
- …Вот эта девица его ножом ткнула. Вытащила у него из-за пояса, - пояснил один из освобождённых, показывая на валяющуюся в углу жестоко избитую девушку, которую как раз осматривал корабельный врач. – Они тут же по большей части схватились, потащили его куда-то или сами рванули врассыпную. Остальные сначала стали её бить, потом собрались пристрелить, а тут как раз вы и появились.
Но даже раненого Кнутсена так и не нашли, хотя обыскали весь корабль. Уже потом Гриффорд подумал, что надо было, улетая, забрать с собой и других пленников, не только Элеонору, а корабль пиратов взорвать. На тот момент казалось, что оставить их дожидаться имперской помощи, включив аварийный маяк – более удачная мысль. Безопаснее для самих же пленных. Но юную пленницу он сразу же решил забрать с собой. Во-первых, требовалось присмотреть за состоянием её здоровья, во-вторых, если Кнутсен всё-таки каким-то образом умудрился удрать, ей слишком опасно оставаться в тех местах, где он может попытаться найти её и отомстить. Доминион Калидон во Внешних Мирах – тоже не самое безопасное место в Галактике, но даже оно куда лучше.

Из записок Бернарда фон Шнайдера (продолжение)

СПОЙЛЕРЫ

Дитрих Гемпель смотрел на нашего гостеприимного хозяина как-то настороженно – впрочем, военную полицию и в самом деле мало кто любит, не только я к ней предубеждён. И почти все, кто с ней сталкивался близко, усвоили: даже если военная полиция мягко стелет, спать будет очень жёстко. Обратное, к сожалению, неверно.
Но пока что капитан Лангерберг не торопился оправдывать дурную репутацию своей службы. Он почти по-штатски развалился в кресле и небрежными жестами руки заставлял проектор менять изображения.
- Владения на Хёде были, естественно, конфискованы у семьи Лихтенладе, и им был присвоен статус территорий с прямым имперским правлением в политических вопросах и даны довольно широкие возможности самоуправления во внутренних делах. К сожалению, мы были вынуждены потом эти возможности несколько урезать.
- Некоторые воспользовались новыми возможностями для сведения счётов? – поинтересовалась Магдалена. На мгновение Лангерберг задержался с ответом, рассматривая коммандера фон Вестфален. Мужчины, впрочем, редко упускали такую возможность. А ещё он, наверное, как и все в империи, не привык к женщине на военной должности.
- Вот именно, - кивнул он. Промелькнула видеосъёмка какой-то массовой драки: сначала две толпы друг с другом, потом кто-то из них – с полицией. – Мы называем две конфликтующие группы «рейхсриттерами» и «поселенцами».
- У нас есть базовая информация, - напомнила Магдалена.
- Повторенье – мать ученья, - вставил я со своего места. – Говорите всё, что считаете нужным, капитан. Если вы считаете нужным повторить общеизвестные вещи – вам виднее. Вы здесь служите. А самый лучший оперативник из столицы – пришелец здесь.
- Благодарю, господин капитан, - интересно, Лангерберг в самом деле не любит армейских или у меня в очередной раз мнительность разыгралась? – Так вот… Наименования эти в значительной степени условны. Играют свою роль и социальные, и профессиональные и субэтнические различия. Но, в целом, да: большая часть «поселенцев» - потомки ссыльных, именно их предки осваивали планету, а «рейхсритерры» получили здесь владения уже после завершения первого этапа колонизации, а при империи имели и ряд привилегий. Потом положение изменилось, кто-то вспомнил старые счёты, кто-то имел претензии к имперской власти. В общем, имели место и драки, и вооружённые столкновения, и похищения, и убийства. Сейчас до некоторой степени утихло, но больше за счёт того, что мы регулярно выслеживаем и выбиваем наиболее радикальные группы.

- Это – Даниэль фон Ауттенберг, имеет среди «поселенцев» наибольшие шансы стать главой самоуправления. Женат, есть сын и дочь. На него один раз покушались, семье серьёзно не угрожали, но недавно поступили сведения, что одна из наиболее радикальных группировок «рейхсриттеров» готовит нападение на него.
- Агентурные данные?
- Да. У нас есть сотрудник, внедрённый в группировку. Мы организовали наблюдение, но теперь нести охрану будет намного легче.
- Кто второй?
- Флориан фон Фрид, из умеренных «рейхсритерров», и покамест, в общем-то, единственный серьёзный кандидат, допущенный до выборов. Кстати, наш сотрудник, о котором я говорил, официально входит в его окружение. Есть негласная договорённость: победитель возьмёт в заместители занявшего второе место. Может быть, это позволит стабилизировать обстановку. Но эта договорённость хоть и неофициальна, но знает о ней достаточно много людей. 
- Понятно. А те, кому такая договорённость не по нраву, видимо, хотели бы её сорвать?
- Думаю, да, - кивнул Лангерберг. – Информации о возможности покушения на фон Фрида у нас не было, но бережёного и боги берегут, так что, возможно, кому-то из ваших людей стоит заняться и его охраной.

[Артур]

Наткнулся в сети на такую новость

Легендарный (да-да) цикл романов в жанре космооперы Legend of the Galactic Heroes заполучит новую аниме-экранизацию, которая станет не ремейком старых сериалов и фильмов, но именно что, хм, «новой экранизацией». Сюжет повествует об эпическом противостоянии Галактической Империи и Альянса Свободных Планет и разворачивающихся на его фоне личных историях имперского адмирала Рейнхарда фон Лоэнграмма и Яня Вен-Ли, сражающегося на стороне Альянса.

Кто-нибудь знает подробности?

[Эррор Ляпсус]

В некотором роде тизер (в начале клипа, во всяком случае) - насчёт первой совместной акции Элеоноры фон Лихтенладе и Эриха фон Норберга. Ну, видимо, Элеонора в конспиративных целях перекрасилась в брюнетку:
https://www.youtube.com/watch?v=6hs3pfXvUYU

[Артур]

Таки нашел следы нового аниме.
Итак

Анонсировано новое аниме Легенды о героях галактики.
Сегодня было объявлено, что новое аниме Легенды о героях галактики находится в процессе создания.
Романы написанные Ешикой Танакой уже имеют 5 аниме адаптаций вышедших между 1988 и 2000, 3 манга адаптации, мюзиклы и видеоигры. Ничего из этого не было лицензировано за пределами Японии.

Многие десятилетия галактическая империя связана войной с Альянсом Свободных Планет, в с обоих сторон в конфликт вовлечены тысячи кораблей и миллионы солдат. Два новых командира с большими надеждами вступают в конфликт – это имперский адмирал Райнхард фор Лоэнграмм и Ян Венли. То как они справятся с начальниками и подчиненными, политическими интригами, сложными стратегиями и сражениями, в конечном счете определит исход войны.

Информация от секретаря Танаки.

Фанаты пока в тихом ужасе.

[Эррор Ляпсус]

Из записок Бернарда фон Шнайдера (продолжение)

СПОЙЛЕРЫ

Мы даже не успели отправить группу В в Бланкенау, где выступал Флориан фон Фрид. Информации о возможности покушения на него не было, а вот само покушение было – не успели закончиться первые сутки нашего пребывания здесь.
Первое дежурство досталось Магдалене, и она подняла нас по тревоге через четверть часа после того, как я завалился спать. Проклятье. Ну почему все эти заговорщики не устраивают свои покушения, когда я отдохну и высплюсь?
- Кто-то стрелял в фон Фрида. Огнестрельное оружие – дальнобойная снайперская винтовка. Он остался жив, жертв нет. Военная полиция организовала поиски, - сообщила Магдалена, пока я ещё топал по коридору.
- А что насчёт возможности инсценировки? – поинтересовался я. Всё-таки Лангерберг – профессионал, если он какую-то экстремистскую группу не заметил, может, её и просто не было? А фон Фрид, зная, что почти наверняка займёт второе место, пытается раскачать ситуацию? К сожалению, лично с ним я пока не общался, а по тем данным, что у меня имелись, трудно сказать заочно, насколько человек властолюбив.
- Пока ничего, - Ну, да, станет кто-то признаваться в таком сразу же после теракта… - Но, в общем, на то не похоже…
- Есть уже запись?
- Есть.
Да, на записи фон Фрид, когда его уводила охрана, хоть и сдерживал эмоции, но, как мне кажется, был напуган не на шутку. Контролировать-то он себя контролировал, да и странно было бы, если бы на войне не привык – но такое впечатление, что крупнокалиберная пуля, отколовшая кусок каменной вазы на постаменте и осыпавшая фон Фрида мелкой крошкой, оказалась для него полной неожиданностью. Хорошо, хоть охрана не растерялась.
- Место стрельбы установили?
- Да.
- Оружие?
- Пока не нашли. Там рядом расщелина и горная река на дне. Могли туда сбросить, могли с собой забрать. В принципе, оружие редкое.
- Пока никого не задержали?
- Нет. Там сеть старых каменоломен и развалины комбината по очистке атмосферы. А у Лангерберга не хватит людей, чтобы такое пространство оцепить.
- Кстати, где он?
- Вылетел туда. И полагает, что мы тоже должны.
- А он не думал, что там может быть ловушка для тех, кто расследует покушение, а не для самого фон Фрида? Я полагаю иначе. Пусть берёт с собой фон Фрида и везёт либо домой… кстати, где группа В?..
- …Командир с Лангербергом, остальных я послала охранять и проверить дом фон Фрида.
Дом? Не семью? Ах, да, фон Фрид же не женат. Кстати, хорошо бы проверить по линии внебрачных связей. Правда, редко бывает такое, как с фон Доннером, который аж с Элеонорой умудрился затеять роман, но мало ли…
- …Отставить, лучше не домой. В любое другое место, где его вряд ли ждут.
Магдалена что-то переключила. Я услышал голос Лангерберга.
- Да какого ж йотуна вы там канителитесь? Страховочный трос не взяли?
- Взяли, я высоты боюсь.
- Потерпишь. Спускайся, давай. Остальным занять оборону, следить за окрестностями.
- А что с прочёсыванием?
- Когда сканеры помощнее подвезут. Не хватало вам ещё в этом лабиринте в засаду попасть.
- Капитан, из Бланкенау фон Фрида нужно убрать, - включился я в линию связи. – Куда повезёте, по линии не говорите, сообщите потом.
- Понятно, - буркнул Лангерберг, даже не пытаясь скрыть недовольство. Вообще-то, по службе я ему подчинён, и приказаний отдавать не должен. Ладно, будем считать это дружеским советом. Хотя не похоже, чтобы у нас дружба сложилась. Вряд ли Лангерберг, как и кто угодно на его месте, проникнется особенно дружескими чувствами к приезжим, которые в первый же день стали свидетелями его серьёзного прокола.

Флориан фон Фрид, кажется, тоже не рад был нас видеть. Из разговора ничего полезного я не вынес, за исключением того факта, что кандидат в местные правители, едва не ставший жертвой покушения, мне не понравился. Я ему не доверял. И сказал об этом, едва его увели. Больше, чтобы посмотреть на реакцию капитана Лангерберга.
- Мне не нравится ни то, что он говорит, ни то, как он говорит. Даже если он не знает, кто на него покушался, у него есть какие-то подозрения, неважно, обоснованные или нет. А он говорит, что совершенно никого не подозревает и в полном, дескать, недоумении.
- Ну… есть одна вещь, - Лангерберг покосился на Магдалену.
- Говорите при ней. Она – мой заместитель, и должна знать то же, что и я, на случай, если со мной что-то случится. – Чёрт. Опять из меня командные интонации полезли. А ссориться с местными специалистами – последнее дело. Если он решит, что мне или Магдалене лучше не знать того, что он знает, он просто соврёт, а я вряд ли смогу догадаться об этом. Оперативник военной полиции, к тому же многоопытный – это вам не политик-любитель.
Лангерберг перевёл дыхание и сообщил нам «одну вещь». Чёрт. Лучше бы он соврал. Неужели это дело так никогда и не закончится?
- Флориан фон Фрид был свидетелем на закрытом процессе по делу Лихтенладе. Именно его показания сыграли решающую роль в подтверждении обвинения.

[Эррор Ляпсус]

Из записок Бернарда фон Шнайдера (продолжение)

СПОЙЛЕРЫ

- Ладно, - сказал я, наконец, решив, что панику поднимать пока рано. – Насчёт проверки приезжих и проезжих, прежде всего, по антропометрии и динамограмме, потому что грим может быть какой угодно – я думаю, всё понятно. Что насчёт других вариантов? Всё-таки, я бы не исключал совсем и местный фактор.
- Если это местный фактор, то дело проще, - пожал плечами Лангерберг. – Агентуру я поднял, но этим, конечно, ограничиваться не стоит. Огнестрельное оружие – не такая уж частая штука, особенно хорошая дальнобойная винтовка. Да и специалиста по работе с ней надо готовить специально. Так что нам надо искать либо путь, которым винтовка попала в руки террористов – такое на коленке не сделаешь – либо специалиста по работе с таким оружием. На самом деле, то и другое сразу.
- Специалист по работе с таким оружием… - Магдалена посмотрела на нас по очереди, её глаза слегка расширились. – А ведь у нас он есть…
- И что? – я с недосыпу явно плохо соображал. А вот Лангерберг поймал идею на лету.
- Если они придут к выводу, что покушение не удалось из-за недостаточной подготовки специалиста, они могут искать другого. Транзитные порты – тот ещё гадюшник, там после демобилизации кто только не ошивается. Могут искать просто наёмника с нужными навыками, могут – актуального или потенциального политического террориста с ними же. Но дело, конечно, опасное.
- Если бы здесь было безопасно, мы бы сюда не прибыли, - сказала Магдалена. - Штефан до сих пор сидит на базе, он не засветился на планете. С людьми сходится легко. Во всяком случае, его чувство юмора как раз для таких мест.
- Хорошо. Общую идею я одобряю, - я посмотрел на часы. – Если больше ничего срочного нет, предлагаю совещание свернуть и идти отдыхать.
Теодор и Магдалена злобно на меня посмотрели – им обоим в любом случае отдыхать ещё не приходилось.

Наутро план внедрения вчерне был уже готов, и мы с Дитрихом и сержантом Шаффом инструктировали Штефана Кауфера на предмет его миссии. Местных представлял один из помощников Лангерберга, а его начальник наконец-то ушёл спать, как раз когда я проснулся. И как раз в разгар инструктажа местному военнику поступил какой-то важный сигнал. Я увидел, как он нажал пару кнопок на коммуникаторе, потом, наклонив голову, к чему-то прислушался… Надеюсь, никого больше не убили.
- Прошу прощения, господин капитан, - наконец оторвался он от сообщения. – Важное известие от одного из наших агентов. Здесь есть небольшая, в общем, ничего серьёзного, группа полуподпольного толка из потомков той части ссыльных, которые были захваченными в давних кампаниях гражданскими из Союза. Ну, то есть, это мы думали, что ничего серьёзного. Оказывается, к кому-то там приехал кто-то из родственников, уж не знаю, настоящих или липовых. Мы ещё вчера вечером попросили нашего агента «проговориться», что у неё есть приятель-наёмник, воевавший на периферии в локальных стычках. А её знакомые внезапно заинтересовались.
- На ловца и зверь бежит, - хмыкнул Шафф. Штефан широко улыбнулся, потом скорчил зверскую физиономию.
- У неё? – уточнил я. – Ваш агент – женщина?
- Да. Если ваш человек готов, она выдаст его за своего любовника, приехавшего после долгого отсутствия. Такая легенда у неё уже есть, мы берегли её на случай, если надо будет внедрить ещё кого-нибудь. А тут всё очень удачно совпало.
- А если это не то, что мы думаем? Может, вообще какие-то криминальные разборки или её знакомые ищут выход на контрабандистов и тому подобную публику? – поинтересовался Дитрих Гемпель.
- У них не очень широкий круг общения, так что ваш человек вряд ли сильно засветится. Да ограниченная известность ему и не помешает. Может, пройдёт слух про него, так ещё кто-то попытается с ним связаться.
Надо же, как быстро на Хёде развиваются события. Только успевай шевелиться. Вот только как бы не оказалось, что мы шевелим руками и ногами гораздо быстрее, чем мозгами.

Не из записок

СПОЙЛЕРЫ

В приёмные шлюзы станции Клаус Бельман зашёл вообще-то, чтобы подготовиться к приёму партии прибывающих на «Гидру–8» жителей бывшего Союза – не то переселенцев, не то беженцев, не то повстанцев. Во всяком случае, вряд ли Элеонора ждала их просто ради приятного знакомства. Ну, для знакомства надо ещё, чтобы она благополучно вернулась с Хёда, сохрани её боги. Впрочем, вроде бы, они хранят безумцев. А вот глупцам не помогают, хмыкнул он, когда получил сигнал, включился в звуковую сеть и услышал чьи-то негромкие ругательства. Впрочем, в пятнадцать лет не стыдно поглупеть от любви.
- Руки вверх! – скомандовал Бельман, подобравшись сзади к увлечённо терзающему пульт юнцу. Тот резко обернулся, и тут же получил ладонью в лоб, потерял равновесие и сел на пульт. Какая-то из сигнальных систем издала возмущённый вопль. Эрих фон Норберг покраснел от злости и стыда, что-то невнятно прошипел.
- Хорош вояка! – Бельман посмотрел на юношу как только мог уничтожающе. – Уж прислушиваться к тому, что делается за спиной, Элеонора тебя точно учила. Пытался запустить двигатель?
- Курсопрокладчик, - глядя в пол, признался Эрих. – Просто посмотреть. Я ничего не…
- Если бы курсопрокладчик заработал, ты бы очень быстро убедил себя, что твой долг – мчаться на помощь прекрасной даме как истинный рыцарь. Как ты думаешь, много ей от тебя будет помощи? Или совсем наоборот? Как ты будешь искать её, даже если доберёшься в одиночку до Хёда? Или ты хотел искать помощи у своих вассалов?
- На Хёде нет наших вассалов, - пробурчал юный фон Норберг. Видимо, чтобы хоть на что-то возразить.
- И хвала Одину, что нет. Ты понял, что с курсопрокладчиком?
- Заблокирован.
- Ишь ты! А ты, парень, соображаешь лучше, чем я думал. Только на следующий раз учти, что заблокированные программы, двери, приборы, что угодно, обычно блокируются не просто так. И зачастую снабжаются системой оповещения хозяев, что кто-то пытается ими воспользоваться. Курсопрокладчик, например, подсоединён к моей сетке оповещения и прослушивания. Я пока гулял по шлюзам, слышал, как ты здесь богохульствовал (Эрих снова стал смотреть в пол). Ты понял, как он заблокирован?
- Понял только, что не кодом. Автомат его не требует.
- Замечательно! Значит, до этого ты уже дошёл. Подсказать, что дальше?
- Не надо, - Эрих поднял глаза и усмехнулся. – Как-нибудь сам разберусь. Скажите, господин Бельман, а к чему подключены остальные системы управления?
- Попытаешься включить – узнаешь.
- Надеюсь, не к системе пожаротушения. Не хотелось бы здесь пены нахлебаться.
Клаус Бельман расхохотался и хлопнул молодого дворянина по плечу.

[Артур]

По поводу Легенд много зубоскалят насчет тупых адмиралов и "пунктов гениальности". Но я тут прикинул и мне показалось, что имперская армия сильно походит на французскую армию при Старом режиме.
Все руководящие должности занимают только дворяне. При этом само дворянство разделилось на провинциальное, которому приходится тянуть лямку и столичное. Высшие посты открыты только для обретающихся при дворе аристократов. Причем в массе своей эти господа военное дело не знают, не понимают и понимать не хотят.
Маршал состоит в переписке с любовницей короля, генералы на войне продолжают вести друг против друга начатую в столице интригу. Уровень компетентности никакой.
В общем можно найти параллели.
В Союзе могут быть свои причины схожих явлений.

Да и фаланги космический крейсеров кажутся странными только на современный взгляд.
К примеру войны восемнадцатого столетия с их линейной тактикой и бесконечными маневрами современному человеку могут показаться нелепой игрой в солдатики.
Но они стали такими вовсе не по причине какой-то особой глупости людей восемнадцатого столетия. Просто наличные социальные и экономические условия никак иначе действовать не позволяли.

У военных из Легенд тоже могут быть свои причины. Просто в аниме они не освещены.
ЗЫ насколько я знаю в книжках, по крайней мере про технику, рассказано намного подробней.

[Эррор Ляпсус]

Из записок Бернарда фон Шнайдера (продолжение)

СПОЙЛЕРЫ

Бойцы группы В охраняют Флориана фон Фрида, смешавшись с его охраной, Штефан Кауфер пьёт пиво в орбитальном порту, дожидаясь встречи со «старой подругой», а я сижу за планшетом, постепенно приходя в себя после тренировки.
Прибыв на Хёд, я решил, что выздоровел уже достаточно, чтобы тренироваться и в десантном доспехе с секирой в руках. В результате сегодня мне пришлось вспомнить фразу из одного юмористического фильма Союза про молодого розенриттера: «Теперь у нас есть нулевой уровень». В этом виде подготовки я и в училище не блистал, а теперь вдобавок был не первой юности и, должно быть, сильно переоценил своё здоровье. Когда я встал в стойку напротив сержанта Шаффа и попытался рубануть его по наплечнику, он молниеносным ударом по голени сбил меня с ног, после чего отправил в пару к Зигфриду, велев набивать стандартные атакующие и защитные комбинации. Зигфрид старательно тормозил и уменьшал силу ударов, тем не менее, из доспехов я вылез мокрый и здорово побитый: удар даже тупым учебным топором – далеко не подарок.
Пока что я просматривал новости, присланные через информационную службу полка, а также по каналам военной полиции и разведки. Колебания уровня преступности в разных провинциях, разного рода инциденты – в первую очередь, беспорядки и вооружённые столкновения, миграция населения и, особенно, демобилизованных военных. Ага…
С планеты Vesna в Нойе Ланде (ах, да – это «весна» по-русски) вылетел бригадный генерал в отставке Даниил Андреев и несколько его сослуживцев. Официально они, вроде бы, направлялись на планету Эль-Фасиль, но туда так и не прибыли. По результатам проверки среди других сослуживцев выяснилось, что за последний месяц ещё около двухсот бывших солдат и офицеров 2-й штурмовой десантной бригады Союза Свободных Планет, которой генерал Андреев раньше командовал, вместе со своими семьями исчезли с территории Нового Рейха. По крайней мере, с тех его планет, где более-менее развиты службы социального контроля.
Служба Фернера по этому поводу уже подготовила меморандум о необходимости активизировать разведку в отношении Внешних Миров. Да уж, двести солдат… для десантных войск это почти батальон, для войск планетарной обороны поменьше, конечно. И вряд ли какой-то обычный пиратский главарь их к себе на службу сманил. По досье генерала Андреева не похоже, чтобы он с такими людьми связался. Да и держать у себя на службе такое подразделение, а, может, и не одно – серьёзные ресурсы требуются.
Так… Что нам вообще известно о населённых планетах и крупных поселениях Внешних Миров? Система Сет – группа поселений, торговая и, видимо, пиратская база… планета Иштар, преимущественно сельскохозяйственное население… планета Линкей… планета Циркус… наиболее сильное объединение – доминион Калидон. Постоянных связей ни с кем из них нет, регулярное поступление информации отсутствует, представления о политической ситуации там базируются на «анализе» отрывочных, косвенных и нередко противоречивых данных… Мда, негусто.
- Бернард, - включилась в сеть Магдалена. – Ты помнишь, что сегодня у нас встреча с фон Ауттенбергом?
- Помню, - соврал я, хотя после тренировки совершенно про это забыл. Впрочем, сигнализатор в планшете мне бы всё равно напомнил. – А что, он уже прибыл?
- Почти. Думаю, нам надо перед этим встретиться с Лангербергом, выработать некую общую линию.

«Общая линия» сводилась к тому, что разговор вёл Лангерберг, а мы с Магдаленой молчали и своим присутствием создавали солидность – капитан и коммандер в незнакомой, скорее всего, Ауттенбергу форме как доказательство, что всё происходящее не является лишь ведомственной интригой военной полиции.
- У нас и раньше были подозрения, что на вас готовится покушение. Но сейчас от нашего агента поступила информация, что создана специальная группа с этой целью. Либо убийство, либо попытка похищения. Собраны несколько боевиков, в том числе имеющих к «поселенцам» личные счёты.
- Я получаю угрозы регулярно, - спокойно заметил Ауттенберг. – И анонимные сообщения, и кое-какую приватную информацию тоже. Возможно, я бы отнёсся к этой информации с таким же доверием, как и вы, если бы знал её источник, но…
А у возможного будущего главы планетарной администрации губа не дура! Впрямую интересоваться у представителя военной полиции, кто его агент… Да, на такого так просто не надавишь. Будем надеяться, что и местным радикалам с обеих сторон это сделать это будет нелегко.
- Вы знаете человека по имени Рольф фон Кернер? Возможно, он известен вам как Густав Кнутсен.
То ли Лангерберг знал о прошлом собеседника что-то, чего не знали мы, то ли хотел проверить какую-то догадку… Во всяком случае, эффект он произвёл. От спокойствия Аттенберга не осталось и следа.
- Густав Кнутсен? Вы ему доверяете? Работаете с ним? Хель побери, это очень ненадёжный и опасный человек!
- Степень надёжности своих людей и их информации лучше предоставьте оценивать мне, - улыбнулся Лангерберг. – Но теперь, надеюсь, вы восприняли мои слова всерьёз?
- О да! Боги, Густав Кнутсен! Да единственный человек, чьи проблемы интересуют Кнутсена – это он сам! Он в своих целях не остановится ни перед чем, ни перед обманом, ни перед убийством. Я своими глазами видел, как он насмерть забил человека, не изменившись в лице…
- То, что Густав Кнутсен так заботится о себе, как раз и делает его превосходным тайным агентом. Во всяком случае, в тех вопросах, где наши интересы совпадают, - заметил капитан. – Но я, конечно, надеюсь, что вы сохраните в тайне всё, что здесь услышали. А теперь я хочу рассказать вам, какие меры мы намерены принять для вашей безопасности.