Четыреста лет спустя или Новый Излом - III

[Артанис]

Эрэа Katze, эрэа Эйлин, эр Эстравен, эрэа Convollar, эрэа Laeta, спасибо, что читаете!

Про Луизу я вспомнил уже после, она, конечно, подходит по всем статьям. Но ведь и Меллит, выйдя замуж за наследника великого герцога Фельпа, а позднее став уже великой герцогиней, сделала очень неплохую карьеру для дочери скромного гоганского трактирщика.    

Ну так не за Алву же. А речь, помнится, шла о неравных браках именно в этой семье.
Эрэа Katze, Ротгер очень хорош, а вот Маргарита, надо отдать должное, все-таки не такая!

- Что вы собираетесь делать с вашим братом, Ваше Высочество? - с тревогой поинтересовлся Марсель.
Ротгер фок Фельсенбург пожал плечами.
- Марта уже сделала с ним все самое худшее. А я еще прежде договоился с отцом Юлием, что после нашей победы мой брат займет место в Адрианклостер или другом монастыре Ордена Славы. Полагаю, там у него будет достаточно времени, чтобы пересмотреть свою жизнь.
- Гм... ну, возможно, ваши теперь уже бывшие собратья и не позволят ему ничего больше натворить, - Алехандро покачал головой. - А истинник? Что вы сделаете с ним?
- Спасибо, что напомнили, Ваше Величество. Я едва не забыл о нем, - кивнул принц Ротгер. - Интересно, что он сам хочет, чтобы с ним сделали?
Подойдя к креслу, где сидел все еще связанный невидимыми цепями отец Деметрий, он с силой провел рукой по воздуху, и монах Ордена Истины сел в своем кресле и с ненавистью уставился в глаза своему победителю.
- Тебя вернул из Заката Леворукий на погибель всем верным эсператистам, - патетически воскликнул он, ткнув рукой в сторону Ротгера. - Что же, Ротгер фок Фельсенбург или демон, принявший его обличье, я в твоей власти! Убей меня, если хочешь, или отдай на растерзание сопровождающему тебя демону, как отдал своего несчастного брата. Я сумею умереть во славу Создателя. Мэратон!
Отец Деметрий поднялся со своего кресла, скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что готов к любой участи. Рядом с рослым принцом Ротгером он выглядел особенно маленьким и тщедушным, но сам, очевидно, не придавал этому значения.
Однако Ротгер отступил на шаг, для верности перехватив покрепче поводок Марты, чтобы не вздумала снова броситься, - и рассмеялся в лицо истиннику.
- Что, отнюдь не святой отец, примеряете на себя лавры мученика? Не дождетесь! Если вас казнить, ваши уцелевшие собратья объявят вас мучеником, а нас - кровавыми палачами, и найдутся люди, которые в это поверят. Я не хочу давать Ордену Истины никакого оружия против себя. Кроме того, казнить вас было бы исполнением вашего желания, не так ли, отец Деметрий? Я не доставлю вам удовольствия. Вы будете жить, даже против своей воли. Очень надеюсь, что мои соратники из Ордена Славы не откажутся поселить и вас в какой-нибудь отдаленной обители, разумеется, не в той, где будет обретаться мой брат.
- Вы считаете, Ваше Высочество, что силой святого Адриана можно превращать крыс в людей? - поинтеровался Алехандро.
- О нет, столь великой силой вряд ли обладал даже святой Адриан, - принц Ротгер с сомнением покачал головой. - Быть может, крыс Робера Святого под его влиянием и превратился бы в человека, но только не этот. Но в Дриксен вряд ли найдется место надежнее монастыря Ордена Славы. К тому же, - он чуть усмехнулся, - я ведь право отомстить своим врагам особенно изощренно? Как бы там ни было, отец Деметрий, героем перед вашим несуществующим Создателем вам не стать. О вас просто забудут.
Монах Ордена Истины вновь упал в кресло, ловя ртом воздух, точно выброшенная на берег рыба. Он был готов к пыткам и смерти, но это было гораздо хуже. Для чего было столько лет подряд лгать, интриговать и предавать, расчищая себе путь к верхушке Ордена Истины, затем расширять влияние Ордена в Золотых Землях? Он знал с самого первого дня, что он прав, ведь все это было ради Создателя! И не ради себя он стремился к власти, идя по головам, нет, он знал, что, поднявшись высоко, сможет сделать ради торжества Создателя больше, чем другие монахи. В конце концов, он не жалел и себя, всегда готовый, если потребуется, пожертвовать жизнью. Но никогда не думал, что его путь служения Создателю оборвется вот так, что придется доживать свой век среди Его врагов, забытым всеми. Воистину, это было страшной местью.
- Ты жесток, Ротгер фок Фельсенбург. Твой брат до такого бы не додумался, - проскрипел отец Деметрий перед тем, как монахи Ордена Славы увели его из зала. В дверях с ним встретилась женщина в черном траурном платье. Она подняла с лица вуаль и пристально посмотрела в лицо истиннику своими колдовскими глазами. Тот лишь отвернулся в сторону. Бесполезно было кричать, обвинять, проклинать. Все бесполезно...
- Исабель, что ты делаешь здесь? - воскликнул адмирал Вальдес, увидев приближающуюся сестру, однако первым к ней подбежал Марсель, подойдя к ней и протянув ей руку в знак любезности.
- Лэйэ Анэмэ, твои подвиги, смотрю, превзошли даже Бешеного, - Исабель, не стесняясь никого, крепко обнялась с братом, не забыв при этом в шутку ткнуть его кулаком в плечо.
- Куда мне до тебя, - фыркнул Гильермо. - Надеюсь, с моими племянниками все будет хорошо? Прости, Исабель, я уже слышал...
- Касси и Артур скоро будут здоровы. Рада снова видеть вас, Ваше Величество, - Исабель улыбнулась Алехандро, однако улыбка ее вышла грустной. - К сожалению, мой муж предал вас. Я предоставляю вам судить его, как сочтете нужным, прошу только не обвинять детей за грехи отца.
Марсель смущенно кашлянул, сочтя необходимым вмешаться в разговор.
- Этой ночью, перед тем, как ехать к Замку Печальных Лебедей, я получил голубя из Олларии, от герцога Эпинэ. Он сообщает, что граф Уильям Рокслей покончил с собой, предварительно во всеуслышание признавшись в обмане и обвинив Олларов и их свору. Соболезную, графиня.
Исабель заметно побледнела, оперлась на руку брата, замерев без движения.
- Ну что ж, - наконец, проговорила она. - Если так, стало быть, Уильям все же умер мужчиной. Пусть Четверо судят его. Если бы он остался жив, не знаю, смогла бы я простить его или нет, после смерти Джеймса. А сейчас прощаю. Не знаю, конечно, как вы, Ваше Величество, - она взглянула в глаза Алехандро.
- Не беспокойтесь, графиня, - тихо произнес король. - Я простил бы графа Рокслея, даже если бы он был жив, ведь его предательство было невольным. И, как бы там ни было, он искупил свою вину. Ваши дети могут гордиться своим отцом, графиня.
Исабель опустила вуаль, как видно, не желая, чтобы ее лицо видели окружающие.
- Я расскажу им всю правду, когда они подрастут, - твердо проговорила она. - Из тех, кто не знают ошибок своих предков, вырастают Ричарды Возвращенные.
Заняв место между своим братом и Марселем, Исабель сумела улыбнуться в глаза Алехандро и держащейся за его руку Эльзе.
- Желаю вам счастья, Ваше Величество, и вам, юная эрэа.
Эльза покраснела.
- Его Величество предложил мне уехать вместе с вами в Талиг. Я надеюсь, что талигойцам не придется стыдиться меня...
В темных глазах Алехандро сверкнули хитрые огоньки.
- Не только уехать с нами, Эльза, не только... Ваше Высочество - я надеюсь, скоро к вам можно будет обращаться "Ваше Величество", - у меня есть к вам небольшая просьба. Полагаю, ее исполнение не составит вам большого труда.
Принц Ротгер тем временем отдавал какие-то приказания оставшимся дриксенским военным и придворным; и те заметно ожили, слыша приказы законного кесаря.
- Я сделаю все, что в моих силах, Ваше Величество, - пообещал он.
- Прекрасно. В таком случае, я прошу у вас руки вашей подданной Эльзы Шмидт. К сожалению, неизвестно, остались ли еще у моей невесты родственники, поэтому я обращаюсь к вам, ведь вы имеете право благославлять ваших подданных.
- Просить моей руки?.. - Эльза побледнела и упала бы, не поддержи ее Алехандро. - Нет, Ваше Величество, так нельзя... Отпустите, я уйду, пожалуйста, - однако Алехандро прижал к себе сопротивляющуюся девушку и обнял ее здоровой рукой, прикоснулся к ее рыжим волосам. Та всхлипнула и подняла на него заплаканные глаза, пытаясь улыбнуться.

[Артанис]

- Полагаю, невеста не ожидала такого предложения, - с улыбкой заметил принц Ротгер. - Ну что же, с одной стороны, я еще не коронован в кесари, с другой - в настоящее время с меня еще не сняли монашеский сан, так что, если не в качестве правящего монарха, то в качестве служителя Церкви я имею право благославить вас. Счастья вам с молодой женой, Ваше Величество, - он возложил руки на голове преклонивших колени Алехандро и Эльзы. - Во имя Кэртианы и человечества, не разделяющегося на эсператистов и абвениатов, будьте счастливы.
- Орстон! - первым воскликнул Марсель.
- Мэратон! - откликнулся единодушный хор голосов.
Тут уж все присутствующие в зале талигойские и дриксенские дворяне подошли приветствовать будущую королеву, и та лишь растерянно улыбалась им в лицо. К счастью, большинство людей уже знали о роли Эльзы в освобождении Алехандро, (в основном стараниями Марселя), а потому ее растерянность приняли как должное.
А тем временем принц Ротгер слегка коснулся здоровой руки Алехандро.
- Полагаю, Ваше Величество, теперь ничто не помешает нас подписать мирный договор, в чем вам отказал мой брат?
- Я согласен, - без колебаний ответил Алехандро. - Мир нужен и Талигу, и Дриксен, теперь еще больше, чем прежде.
Принц Ротгер окинул взглядом бергеров во главе с бароном Катершванцем: те смотрели сурово и непроницаемо. Видно было, что только приказ короля и маршала Ариго удерживает их от окончательного сведения счетов с варитами.
- Как вам известно, Ваше Величество - полагаю, вас уже можно так называть, - улыбнулся Алехандро, - бергеры и гаунау прежде ненавидели друг друга ничуть не меньше, чем бергеры и дриксенцы. Однако стоило Хайнриху Мудрому четыреста лет назад заключить с Талигом мирный договор, а его потомкам все эти четыреста лет - честно его исполнять, - и сейчас оба народа могут считаться если не друзьями, то, во всяком случае, настоящими союзниками. Полагаю, с Дриксен будет то же самое.
- Я, со своей стороны, воспитаю своих будущих потомков верными заключенному договору, - кивнул Ротгер, - если только они будут, разумеется.
- Да позволят Четверо, будут, - пожелал Алехандро. - Если, для закрепления мира между нашими странами, вы пожелаете найти себе невесту в Талиге, многие дамы будут очень рады такой чести.
- Благодарю вас за предложение, я непременно над ним подумаю, - кивнул Ротгер. - Правда, в ближайшее время я вряд ли смогу покинуть Дриксен, здесь слишком много дел. Кстати, а что вы собираетесь делать с моей племянницей Ингеборгой и ее мужем, бывшим маркграфом Бергмарк?
Алехандро задумался.
- Да то же, что вы сделали с гораздо более опасными врагами. Если барон Катершванц не против, пусть посидят еще в Катерхаусе, там им точно не удастся никому навредить. А вы хотели бы вернуть их в Дриксен.
- Благодарю вас за доброту к людям, совершенно ее не заслужившим, Ваше Величество, - ответил принц Ротгер, - однако, я полагаю, лучше будет дать им во владение какое-нибудь отделенное поместье с хорошей охраной. Мне не хотелось бы возлагать такую тяжесть на кого бы то ни было. Не беспокойтесь, я не предоставлю им возможности натворить что бы то ни было.
Алехандро склонил голову набок в фамильном жесте.
- В таком случае, скоро ваша племянница и ее муж будут в Дриксен, Ваше Величество. Однако я не сомневаюсь, что их наличие не помешает вам вновь сделать Дриксен процветающей державой. Я, со своей стороны, желаю кесарии блага хотя бы за то, что она подарила мне прекрасную невесту.
- Так и будет, - Ротгер фок Фельсенбург коснулся пылающей алым адриановой эсперы у себя на груди.
Мимо них прошли, сплетя хвосты и довольно мурлыча, Марта и Росио.
Алехандро проводил их взглядом.
- Я не сомневаюсь, что мы с вами будем не глупее зверей, Ваше Величество.

Талигойский флот возвращался в Хексберг. Все последние несколько дней слились в один большой праздник, и Исабель радовалась вместе со всеми, отогняя от себя мрачные мысли. Морской воздух окончательно поставил на ноги ее детей, король скоро вернется в Талиг и наведет там порядок, и тому, что осталось от ее семьи, больше ничего не грозит. Чего же еще остается желать?
Женщина сидела у фальшборта и всматривалась в рассекаемую кораблем воду. Ночная тьма не была помехой для нее - ее колдовские глаза, помимо всего прочего, обладали способностью видеть в темноте немногим хуже кошачьих. Она видела огоньки других судов, следующих на некотором отдолении за флагманом "Корона Раканов". Все было в порядке. Но как же тихо вокруг. Неужели все спят? Кажется, будто на всем огромном корабле нет ни одной живой души, кроме нее...
Исабель не поняла, в какой именно момент вырос еще один корабль, став почти вплотную с "Короной". Нет, это не мог быть корабль, он бы неминуемо столкнулся... Однако он был, большой, четко видимый в темноте. На нем не было ни единого огонька, лишь сам он светился в темноте зеленоватым свечением. Исабель видела в подробностях его палубу, мачты, даже расхаживающих по палубе матросов. Они тоже светились, как и сам корабль, и выглядели неестественно бледными, во всем же остальном - корабль как корабль.
- Излом близится, - пророкотал голос совсем рядом с ней, как показалось женщине. - Мы набираем силу. Иди со мной, женщина из рода моего врага!
Над бортом выросла еще одна фигура. В ее святащемся контуре виднелись темные дыры.
Исабель заставила себя усмехнуться.
- А-а, Бе-Ме! В таком виде ты стал выглядеть посимпатичнее, надо признать. Но идти с тобой все равно не хочу, спасибо.
- Ты придешь, - прохрипел Бермессер, - протягивая к ней руку, едва не касаясь ее плеча. - Сейчас я еще не могу взять тебя без спроса, но спустя неделю завершится Круг Ветра. И в ночь Излома я приду за тобой. Тогда никто не сможет остановить меня. Никакие заговоры, никакие талисманы меня не удержат. Я приду к тебе по воде, женщина из рода моего врага.
- Кто здесь смеет навязываться даме? - послышался неожиданно мужской голос, и яркая свеча выхватила из темноты изуродованное творожисто-бледное лицо выходца.
- Марсель? - удивленно вскрикнула женщина.
- Ты что здесь делаешь? - проскрипел Бермессер, закрывая глаза ладонью, точно яркий свет резал их. - Почему ты не заснул?
- На Валмонов не действуют выходцы, да будет вам известно, - проговорил Марсель. - Извольте оставить даму в покое. - Он положил руку на плечо Исабель, показывая, что она находится под его защитой.
- Я уйду, - прошелестел Бермессер. - Но в ночь Излома я приду за тобой, женщина из рода моего врага. - В следующий миг "Звезда Веры" растаяла в вохдухе.
- Каков наглец, - возмущенно воскликнул Марсель. - Подожди, мы еще придумаем, как его встретить...
- Что здесь происходит? - Алехандро спустился на палубу из своей каюты. Его рука начала понемногу заживать, хотя еще плохо двигалась, а сам он выглядел бордым и энергичным, точно и не спал сейчас.
- Ничего особенного, - Исабель уже успела взять себя в руки. - Бе-Ме опять обнаглел, грозится ночью Излома.
- Мне кажется, это серьезно, - заметил Марсель. - Он говорит, что "Звезда Веры" может придти везде, где есть вода. А что творится в ночь Излома, сам знаешь.
- Везде, где есть вода? - Алехандро неожиданно усмехнулся беззаботной мальчишеской улыбкой. - Отлично, тогда мы приготовим ему отличную встречу. Пусть, пусть приходит! Разумеется, надо еще обсудить кое с кем все детали, но это уже по возвращении домой. Не беспокойтесь, все будет в порядке. Ну, если больше ничего не случилось, я, пожалуй, постараюсь снова заснуть.
Алехандро повернулся и ушел, а Марсель так и продолжал сидеть у фальшборта, держа в объятиях Исабель. Он понимал, что даже потомкам Бешеного порой бывает больно и трудно, и они нуждаются в помощи. Однако она только что потеряла мужа, да еще при таких обстоятельствах, годится ли ей принимать утешения от постороннего мужчины? Если он сейчас скажет или сделает что-то не так, она никогда ему не простит...
- Исабель, может быть, я провожу тебя к Гильермо? - неуверенно произнес он.
- Останься, - женщина схватила его за руку, другой обвив за шею, прижимаясь всем телом.
- Ты уверена? - Марсель затаил дыхание, боясь спугнуть ее, как редкую птицу.
- Да... - Исабель накрыла его рот горячим поцелуем, готовая дарить и получать ласки, точно и не было недавнего ужаса, грозящего вскоре вернуться, и сгущающегося вокруг мрака неизвестности.

[Katze]

Отец деметрий конечно обломался , но что-то я беспокоюсь достаточно ли он обезврежен    Исабель явно не приятно было смотреть на убийцу своего сына , которого ждет спокойная жизнь, единственная надежда что как раз спокойной жизни ему и не надо , но тем не менее.
А за Эльзу я очень рада, Алехандро молодец , все правильно сделал   Но вот доброта к людям совершенно ее не заслужившим всегда оборачилась для Алва не тем боком , надеюсь на этот раз обойдется .
Ну и главное Марсель нашел свое счастье , давно пора  
Позитивный фрагмент

Маргарита, надо отдать должное, все-таки не такая!

Да, душа ее наверняка не такая розовая , как на картинке

[Техна]

Дело движется к развязке? Чтож, Алехандро придется многое сделать, чтобы Эльза выжила при дворе, куда оптимистичней выглядит будущее герцога Урготского и его прекрасной герцогини.

[Convollar]

Ах да Марсель! Всё подвластно Валмонам....Но что же будет в ночь Излома? И что придумал Алехандро?

[Katze]

Дело движется к развязке? Чтож, Алехандро придется многое сделать, чтобы Эльза выжила при дворе, куда оптимистичней выглядит будущее герцога Урготского и его прекрасной герцогини.

Думаю ызарги ее грызть побоятся.

[Эйлин]

   Увлекательно! Что же будет в ночь Излома? За Эльзу  и Алехандро рада, хотя придется очень нелегко, чтобы не сказать больше.
Марселю с Исабель - счастья!

[Tory]

Как все хорошо сложилось! Какие прекрасные пары! И повествование, как всегда, живое и романтичное.

[zoika]

как жаль, что дело к финалу движется. Читала бы и читала

[Laeta]

Хорошо, что кое-что не меняется от Излома к Излому... Например, то, что Алва женятся по любви 

[Valckin]

Ой, какое прекрасное продолжение! 
Я, кажется, знаю, с кем хочет поговорить Алехандро    И надо сказать, Бе-Ме это заслужил 

[Артанис]

Эрэа Katze, эрэа Техна, эрэа Convollar, эрэа Эйлин, эрэа Tory, эрэа zoika, эрэа Laeta, эрэа Valckin, спасибо вам за комментарии!
Если бы не вы, разве бы я смогла столько написать?

Глава 15
Маргарита Оллар подошла к окну своих покоев в фамильном дворце герцогов Марагонских, бывших королей Талига. Она смотрела долго и пристально, точно надеялась, что от ее взгляда что-то изменится, и осаждающие дворец люди исчезнут, провалятся сквозь землю, рассыпятся в прах.
- Госпожа, может быть, вам не следует рисковать? - чей-то робкий голос за ее спиной.
А, это недавно набранные ею женщины-телохранительницы. Надо отдать должное баронессе Вейзель - выучила стрелять она их неплохо, хоть и оказалась шпионкой Райнштайнера. Теперь они оба, надо полагать, там, под воротами. А ее ученицы - здесь, с ней, и готовы, кто с большим энтузиазмом, кто с меньшим, выполнять свои обязанности. Маргарита усмехнулась, не поворачивая головы. Ведь боятся становиться под обстрел, а все равно пошли за ней, прикрывая свою госпожу от возможных пуль. Было бы чего бояться! Монархисты не так воспитаны, чтобы стрелять в женщин. Однако зачем объяснять это глупым курицам? Хоть их и опьяняет возможность носить оружие, они по большей части как были курицами, так и остались. Пусть восхищаются ее "бесстрашием", завидуя, что сами таковым не обладают. У большинства их действительно нет и половины ее ума и здравого смысла. Как, впрочем, и красоты.
Наконец, насмотревшись вдоволь, Маргарита отошла от окна, к явному облегчению своих дам, и села в кресло.
- Скажите мне, что делает Северная Армия? - спросила она, обводя по очереди взглядом одну за другой женщин, по большей части молодых, одетых в черно-белые мундиры. Наконец, ее взгляд задержался на Эльвире Вернон, которую Маргарита отличила званием капитана, как лучшего стрелка из отобранных ею тридцати пяти дам.
- Эти тупые скоты сидят в своих казармах и в ус не дуют! - презрительно фыркнула капитан Вернон. - Дрыхнут как убитые, я насилу их добудилась, моя госпожа! А когда кто-то из полковников все же вышел ко мне, наотрез отказался вывести армию из казарм. Сказал: мол, армией командует только маркиз Эр-При, то есть, прошу прощения, господин Эпинэ, и без его приказания ничего решать нельзя. Я чуть не пристрелила этого тупицу на месте, клянусь всеми кошками, рука сама тянулась к пистолету! - в подтверждение своих слов Эльвира выхватила из кобуры украшенный серебряным литьем пистолет - знак отличия от самой Маргариты, - и, почти не целясь, выстрелила в окно. Судя по донесшемуся стону и шуму падения, она попала; а затем раздался оглушительный гул голосов и ответные выстрелы, пока что не слишком частые. Правда, этого хватило, чтобы некоторые особо впечатлительные дамы поспешили зажать себе уши.
- Эльвира, ты с ума сошла! - пронзительно воскликнула другая девушка, пухленькая блондинка, которой не слишком шел мундир. - Скажи спасибо, что они пока что стреляют только по нижнему этажу, там никого нет. Все-таки соображай, что делаешь, а?
Капитан Вернон обернулась с таким лицом, что ее собеседница поспешила затеряться среди подруг.
- Я не собираюсь бояться этих никчемных мужиков! - прорычала она, любовно поглаживая рукоять пистолета. - Хватит, нажились под их властью, теперь пора им ответить за все. Я не знаю, кто там создал людей, но тот, кто придумал пистолеты, определенно сделал их равными.
- Вот чокнутая! - воскликнуула какая-то женщина. - И что тебе такого сделали мужчины, скажи на милость?
Эльвира Вернон, услышав эти слова, мгновенно оказалась среди толпы дам и, безошибочно найдя прознесшую эти слова - худощавую невзрачную особу, - ткнула пистолет ей в лицо:
- Если ты оскорбишь меня еще раз, я убью тебя как последнюю собаку, поняла? - произнесла она раздельным голосом. - А почему я ненавижу мужчин, не твое дело! - она резко ударила женщину в грудь рукоятью пистолета, так что та согнулась пополам, пытаясь вдохнуть. Затем Эльвира молча развернулась и вновь стала навытяжку перед Маргаритой:
- Прошу прощения, госпожа Оллар, но вы сами назначили меня капитаном к этому стаду овец, вот и приходится вбивать в них дисциплину.
Маргарита закусила губу. Она знала, что лучше Эльвиры с этим женским отрядом никто не справится, однако жестокость и фанатизм последней начинал ее беспокоить. О том, почему Эльвира Вернон ненавидит всех мужчин поголовно, ходили разные слухи, но факт оставался фактом: эта тридцатилетняя роскошная брюнетка, дочь богатого купца, с юности наотрез отвергала какие бы то ни было мужские ухаживания. С одной стороны, такая женщина, пожалуй, могла в будущем быть полезна Маргарите, с другой - с ней нужен глаз да глаз. А пока есть дела и поважнее...
- Стало быть, господин Эпинэ - я имею в виду Рауля Эпинэ, - так и не появлялся? - задумчиво спросила Маргарита.
- Не появлялся, - буркнула капитан Вернон. - Нельзя этим мужикам верить, госпожа. Забудьте о нем, он того не стоит. А его кузен сейчас осаждает дворец с запада. А бергеры взялись с севера, даже прорвались было в сад, но потом Райнштайнер им велел отступать.
- И это еще не дошло до настоящего штурма, - задумчиво произнесла Маргарита. - Такое впечатление, что они все чего-то ждут, только я не знаю, чего. Гвардия Эпинэ, бергеры Райнштайнера, целая толпа народа. А северная армия бездействует, и, - красавица произнесла едва слышно, - уже десять дней, как я видела его в последний раз. Что же делать теперь?

[Артанис]

- К вам господин Манрик! - по-военному четко отрапортовала одна из охранниц.
Этому-то что надо в такое время? Впрочем, пусть войдет, почему бы и нет?
- Зови, - приказала Маргарита.
Анатоль Манрик был, как всегда в последнее время, одет во все зеленое, и при этом выглядел встревоженным отнюдь не как всегда.
- Я могу быть чем-то вам полезен, моя госпожа? - он поцеловал ей руку, не спеша прекращать прикосновение, так что Маргарита вынуждена была сама отдернуть руку.
- Если только вы заставите Северную Армию выйти из казарм и обратиться против этой толпы, - холодно бросила она. - Или, по крайней мере, скажете, где генерал Эпинэ, и почему его не видно среди нас в столь отчаянную минуту.
- Моя госпожа, к сожалению, я не военный и не могу приказывать армии, - Манрик на минуту растерялся, но он не был бы Манриком, если бы не сумел подобрать подходящих слов. - Мне очень жаль, что эти люди не понимают, что именно им следует защищать. Что до генерала Эпинэ - прошу вас, забудьте о нем, он того не стоит. Этот предатель бросил вас в трудную минуту - возможна ли для мужчины большая низость?
Маргарита покачала головой.
- Нет, нет... Он не мог просто так изменить... Здесь какая-то тайна, - красавица вдруг пристально взглянула в глаза все еще коленопреклоненному Манрику. - А может быть вы, так легко осуждающий другого человека, скажете, как поступите в трудную минуту вы сами, а?
Такая внезапная откровенность порой приносила отличные результаты, сбивая привыкших к постоянной лжи и уловкам даже самых опытных политиков. Вот и теперь серо-зеленые глаза Манрика забегали в разные стороны, лицо покраснело, как обычно бывает у рыжих.
- Я... я, собственно, именно за этим и пришел к вам, госпожа Оллар, - убедившись, что все женщины стоят достаточно далеко и не смогут услышать их разговор, он зашептал, приближаясь к Маргарите как можно ближе: - Госпожа Оллар... Маргарита... Вы, как и я, понимаете, что дворец будет взят не сегодня, так завтра, это вопрос времени. Однако я нашел подземный ход, ведущий из этого дворца, которым можно выбраться далеко за пределы Олларии, а затем уехать куда угодно. Хотя бы на юг. В Бордоне или Агарии, скажем, охотно примут любого, у кого есть деньги, а у меня их достаточно, чтобы обеспечить вам все, чего пожелаете, если вы согласитесь поехать со мной. Там, в процветающих, цивилизованных странах, ваш ум и красоту оценят по достоинству, Маргарита. Все мужчины будут преклоняться перед вами, а женщины будут мечтать хоть немного походить на вас. Прошу вас, подумайте над моим предложением. Не следует ждать победы монархистов. Вы сами говорили не так давно: они не пощадят никого, даже женщин. И, видит Создатель, или Четверо, это все равно: я не то что ваш Эпинэ, я никогда о вас не забуду.
Маргарита еще раз оглядела Манрика оценивающим взглядом, который ему показался одобрительным.
- Я подумаю над вашим предложением, господин Манрик, - наконец, произнесла она. - А чем заняты мой отец и брат? Готовятся отражать штурм?
- К сожалению, нет, - Манрик покачал головой. - Господин Оллар, ваш отец, как мне доложили, закрылся у себя в кабинете и велел никого к себе не пускать. Вы сами знаете, он в последнее время не был готов к решительным действиям. Боюсь, что он вряд ли сможет нам чем-то помочь. А вашего брата я не видел уже давно и не знаю, где он.
- На этого я и не рассчитывала, - Маргарита махнула рукой. - Надо полагать, спрятался под одеяло в своей комнате и дрожит от страха при каждом выстреле. И отец, стало быть, сломался. Ну что ж, в таком случае, мне уже никто не указ... Прошу вас, господин Манрик, уйдите. Я подумаю над вашим предложением. И... возьмите от меня вот это.
Красавица вытащила из большой вазы со свежими лилиями один цветок и, перевязав стебель черно-белой лентой, протянула Манрику. Тот еще раз страстно поцеловал ей руку и вышел.
- Бордон или Агария? - с сомнением произнесла Маргарита. - Не этого мне хотелось бы... Эльвира, проверь все сторожевые посты. Если увидишь, что кто-нибудь плохо несет службу или выказывает недовольство, ты знаешь, что с такими делать.
- Благодарю за оказанное доверие, госпожа, - капитан Вернон низко поклонилась и неожиданно поцеловала руку Маргарите, как только что делал Манрик.
- Спасибо, - взгляд и улыбка Маргариты были безмятежны как никогда. - А вы, мои верные телохранительницы, можете выйти в смежную комнату и отдохнуть там по очереди, пока длится затишье. Если мне понадобится ваша помощь, я позову.
- Слушаемся! - дамы кинулись выполнять приказ, но, поскольку все спешили протиснуться в узкую дверь, подобие строя сразу сломалось, и из покоев Маргариты Оллар выходила уже толпа переодетых и вооруженных женщин, при этом шумно спорящих и толкающихся, как всякие женщины, когда их бывает много.
Оставшись одна, Маргарита прошлась по комнате. С этой стороны дворца собрался в основном простой народ, кадровых военных почти нет; однако же и эти, как бы плохо обучены ни были, чего-то ждут, не спешат действовать. Понять бы только, чего?
- Ах, Рауль! - негромко произнесла Маргарита в такт своим мыслям. - Знать бы, где ты сейчас! Если бы ты был со мной, Северная Армия сумела бы дать бой обнаглевшим монархистам. Там же большинство не знают, с какого конца заряжается винтовка или пистолет, не умеют фехтовать, а стреляют не лучше моих дам. Да, ты поставил бы их на место, не бросил бы меня на произвол судьбы, как не бросил тогда, после самоубийства Рокслея, когда толпа впервые обратилась против нас. Ты не предлагал бы мне бежать в Бордон или Агарию, с тобой мы еще отвоевали бы себе Талиг. Что же произошло? Ты не мог просто так меня бросить, я в этом уверена! Я не знаю, что может помешать тебе придти, когда я нуждаюсь в помощи! Проклятые монархисты, должно быть, все из-за них. Кто знает, что там выдумал герцог Эпинэ, да еще этот жуткий Райнштайнер... Они сумели стать между нами - что ж, я сумею им за это отомстить!
И она вновь взглянула в окно, взглядом, полным всесокрушающей ненависти.

[Katze]

Женский батальон смерти порадовал, прямо пантерки  особенно эта в розовом . А Манрик  умудрился таки подставить обожаемую госпожу, лишив ее армии, и все в погоне за собственной выгодой, чисто ракушка на днище корабля , хорошо хоть в этот раз на нужный корабль прицепился. Он определенно заслужил орден полезного дерьма, об учереждении которого говорили на прошлом Изломе Ли с Хайнриком 
А как там Николас ?  как бы она чего пакостного не удумала с ним сотворить.

[Laeta]

Вот неугомонная эрэа эта Маграрита... Девиз: "Все для достижения своих целей"