Вопросы новичков к "старичкам" - V

[Dama]

К вопросу о краже завещания. Из рассуждений Сильвестра "Франциск был коронован той же короной, что и Эрнани, фамильный меч Раканов до сих пор висит в тронном зале, сведений о том, что из дворца пропало нечто ценное, не сохранилось. Никаких тайн за убитым королем не числилось, его отречение и завещание были оглашены на Полном Совете, их текст приведен во многих хрониках." КНК,  стр.63

Речь шла об оглашённом на Полном совете временном отречении: "До конца осады король не правит, а лишь царствует", реальная же власть передаётся регенту - маршалу Придду, и тоже до конца войны. (ТБ с. 52-56). Правда, не совсем понятно, что Сильвестр имеет в виду, говоря о завещании Эрнани, который на Совете лишь подтвердил, что болен и не может "отвечать за доверившихся мне", а также попросил Рамиро отвезти Франциску ответ на его ультиматум. Возможно, как это порой случается, авторы хроник дали волю своему воображению.

[Эстравен]

Священник обязан был хранить тайну исповеди, пока жив тот, кто ему исповедался. После его смерти разглашение допускалось, хотя и очень редко - только если речь шла о событиях чрезвычайной важности.

А после смерти священника? Разве священник имеет  право хранить в письменном виде содержание чужих исповедей? Ну случаи-то, они разные бывают, эти записи могут попасть в чужие руки...
PS Забавно... Ариан не противился тому, что из политических соображений Франциск не стал развеивать клевету на Рамиро Алва, которого благодаря их молчанию прозвали Рамиро-Предателем. Ариан знал правду. Как священник он должен был молчать, как человек  - наоборот. Промолчать, но сохранить письменное свидетельство - это полумера или двойное предательство?

  Ну должен же быть у Эсперадоров некий спецхран особо важных документов. 

  К тому же вот какая закавыка получается. Исповедь привезли Винсенту, тот вроде бы не отреагировал, но находившийся тогда в Агарисе граф Михаэль фок Варзов по возвращении в Талиг имеет длительную беседу с Франциском, а танкредианское аббатство (Винсент был "Совой") становится школой оруженосцев.  Потом, вероятно, до 2 года К.С. Винсент умирает, и его преемник Клеменций развязывает Первый Священный поход, а после разгрома канонизирует Алана и Эрнани. Но если б он знал правду, вряд ли бы эта канонизация состоялась.  Разве что из политических соображений - врагам Талига нужен был символ, за который можно было воевать, своего рода духовное знамя. Следующим Эсперадором становится Руций Второй, "о котором говорили, что он сын Шарля Эпинэ от какой-то мещанки". С тех пор в течение длительного времени Агарис словно позабыл о Талиге, династия Олларов признана законной.       

   Интересно, что Левий, по-видимому, в курсе исповеди.  Вероятно, потому, что был другом и в какой-то мере доверенным лицом Эсперадора Адриана.

  - Последний раз подобное случилось в ночь падения Кабитэлы. Эрнани Ракан, Алан Окделл, Рамиро Алва, Эктор Придд, Шарль Эпинэ... Четверо погибли, один выжил. Любопытно, знал ли он правду.
 - О чём? - не понял Робер, разыскивая гвоздику. Дела четырёхсотлетней давности казались неправдоподобно далёкими.
 - Хотя бы о последней воле Эрнани Ракана, - подсказал Левий, - о его подлинной воле.
 - Он же передал власть Придду, - не понял Робер.  Король был болен и отрёкся, потом его убили...
 - "Убили", - поднял палец Левий. - Так говорят, когда не готовы назвать убийцу, но убийца Эрнани известен четыреста лет. Вы не согласны?
 ...Расколотая молнией ара, крупный, светловолосый человек за столом и другой, быстрый и смуглый, в дверном проёме. Неслышный разговор, сверкнувшие мечи, тело на каменных плитах...
 - Рамиро Алва убил герцога Придда, а его самого убил Окделл, но король... Я не знаю.
 - Разве "премудрый" Домециус не открыл вам истину? - Кардинал погладил своего голубка. - Кладите больше корицы, если она вам не отвратительна.
 - Мы его не спрашивали. - Свихнувшийся астролог не та тайна, которую нужно беречь. - Альдо хотел узнать свою судьбу, а предки были отговоркой для любопытных.
 - Выходит, правду вновь подменила легенда. На сей раз о не вынесшем древних тайн астрологе. Жаль, что четыреста лет назад Окделл поторопился... ЯМ ч1 стр.386-387 

   Из исповеди, вероятно, явствует, что помочь Эрнани уйти из жизни должен был кто-то из двух душеприказчиков - то есть Рамиро или Шарль. И Левий осторожно любопытствует, не осталось ли в роду Эпинэ намёков на это или на нечто подобное.   

   Что касается заговора молчания вокруг имени Рамиро Алвы и его участия в становлении Талига, то вспомним конец Круга Ветра, когда Абвениарх советует Эрнани Первому не мутить воду, оправдывая Ринальди и рассказывая правду об Эридани и Беатрисе.    Мол, братьям юного анакса уже не поможешь, а народ не так поймёт. К тому же нервы Лорио надобно поберечь, такой полководец в Анаксии один. 

[Dama]

на Рамиро Алва, которого благодаря их молчанию прозвали Рамиро-Предателем. Ариан знал правду. Как священник он должен был молчать, как человек  - наоборот. Промолчать, но сохранить письменное свидетельство - это полумера или двойное предательство?

Могу предположить третью возможность - надежду на то, что когда-нибудь потомки узнают правду, справедливость восторжествует и пятно с имени Рамиро будет смыто.

[Leine Laque]

на Рамиро Алва, которого благодаря их молчанию прозвали Рамиро-Предателем. Ариан знал правду. Как священник он должен был молчать, как человек  - наоборот. Промолчать, но сохранить письменное свидетельство - это полумера или двойное предательство?

Могу предположить третью возможность - надежду на то, что когда-нибудь потомки узнают правду, справедливость восторжествует и пятно с имени Рамиро будет смыто.

Ну, эта надежда - сродни надежды первого Эрнани обелить имя Ринальди. Он-то надеялся... некоторое время, но у политики свои законы. А Ариан в тот момент был намного опытнее.

[Dama]

Ну, эта надежда - сродни надежды первого Эрнани обелить имя Ринальди. Он-то надеялся... некоторое время, но у политики свои законы. А Ариан в тот момент был намного опытнее.

Надежда умирает последней. (с)

[Nicael]

на Рамиро Алва, которого благодаря их молчанию прозвали Рамиро-Предателем. Ариан знал правду. Как священник он должен был молчать, как человек  - наоборот. Промолчать, но сохранить письменное свидетельство - это полумера или двойное предательство?

Могу предположить третью возможность - надежду на то, что когда-нибудь потомки узнают правду, справедливость восторжествует и пятно с имени Рамиро будет смыто.

Нет, такую логику я понимаю. Просто констатирую факт, что если исповедь Эридани действительно сохранилась в каких-то церковных архивах, то отец Ариан преступил-таки  через два обязательства. Дает ли минус на минус плюс в  данном случае - вопрос риторический.

[Круца]

А любовь по-гайифски - это как?) Вот читаю Лик Победы, сцена пьянки-гулянки Рокэ, Марселя и Луиджи и всплыла фраза) Стало любопытно)

[Уленшпигель]

А любовь по-гайифски - это как?) Вот читаю Лик Победы, сцена пьянки-гулянки Рокэ, Марселя и Луиджи и всплыла фраза) Стало любопытно)

Содомитство...

[Эстравен]

А любовь по-гайифски - это как?) Вот читаю Лик Победы, сцена пьянки-гулянки Рокэ, Марселя и Луиджи и всплыла фраза) Стало любопытно)

Содомитство...

   Гайифа печально прославилась на все ЗЗ пристрастием своих жителей к однополой любви... 

[Круца]

Понятно) Так и подумал, но все же хотел убедиться) Спасибо.

[fitomorfolog_t]

К вопросу о краже завещания. Из рассуждений Сильвестра "Франциск был коронован той же короной, что и Эрнани, фамильный меч Раканов до сих пор висит в тронном зале, сведений о том, что из дворца пропало нечто ценное, не сохранилось. Никаких тайн за убитым королем не числилось, его отречение и завещание были оглашены на Полном Совете, их текст приведен во многих хрониках." КНК,  стр.63

Только что перечитывала ЛП и обратила внимание: Сильвестр жалеет, что Франциск не оставил завещания. Если правильно помню. Пошла искать цитату.

[fitomorfolog_t]

Вот, нашла. Это, правда, только намёк:
"...а всего лучше - как соберано Алваро и Франциск Оллар. Уснуть и не проснуться, и никаких тебе лекарей, завещаний, напутствий."

[Nicael]

К вопросу о краже завещания. Из рассуждений Сильвестра "Франциск был коронован той же короной, что и Эрнани, фамильный меч Раканов до сих пор висит в тронном зале, сведений о том, что из дворца пропало нечто ценное, не сохранилось. Никаких тайн за убитым королем не числилось, его отречение и завещание были оглашены на Полном Совете, их текст приведен во многих хрониках." КНК,  стр.63

Речь шла об оглашённом на Полном совете временном отречении: "До конца осады король не правит, а лишь царствует", реальная же власть передаётся регенту - маршалу Придду, и тоже до конца войны. (ТБ с. 52-56). Правда, не совсем понятно, что Сильвестр имеет в виду, говоря о завещании Эрнани, который на Совете лишь подтвердил, что болен и не может "отвечать за доверившихся мне", а также попросил Рамиро отвезти Франциску ответ на его ультиматум. Возможно, как это порой случается, авторы хроник дали волю своему воображению.

Возможно существовало какое-то предыдущее завещание Эрнани, написанное еще до войны, в котором скорее всего он оставлял наследником сына. Оно и было когда-то оглашено на Совете.

[Mik@]

Вот, нашла. Это, правда, только намёк:
"...а всего лучше - как соберано Алваро и Франциск Оллар. Уснуть и не проснуться, и никаких тебе лекарей, завещаний, напутствий."

Возможно, это о втором и последнем Франциске?

[Эстравен]

Только что перечитывала ЛП и обратила внимание: Сильвестр жалеет, что Франциск не оставил завещания. Если правильно помню. Пошла искать цитату.

   А в ОВДВ Сильвестр думает о Франциске Великом:

 Франциск был невысоким, плотным, с хищным носом и тяжёлым подбородком. Но невзрачный сын незначительного окраиннного герцога и дочери негоцианта стал великим королём. Он сделал лишь одну ошибку - оставил трон не пасынку, а сыну. стр.332

   Так что было завещание, написанное, когда заболел принц Октавий, благодаря коему герцоги Алва получали корону в случае пресечения династии.  И были ещё распоряжения, когда Франциск составил и расписал порядок наследования - Алва, Ноймаринен и т.д. Причём данный список был составлен не ранее 26 г К.С, когда между Талигом и герцогством Ноймаринен был заключён союзнический договор.