Штурм Нового Арентина - еще один учебный бой

[C@esar]

Из целей или корабли, или города, какое отношение имеет к нашим обстоятельствам?

Обстоятельства - это высота менее километра и днем при ясной погоде?

[Strannik-Filin]

Угу, в армии Ренекампфа потери от авиации более 5000.

[C@esar]

Угу, в армии Ренекампфа потери от авиации более 5000.

А за какое время и сколько ЛА принимало участие? 

[MIB]

И сколько из атакующей армию Ренненкампфа авиации было пепелацев? 

[Лоренц Берья]

Угу, в армии Ренекампфа потери от авиации более 5000.

Очень сильно сомневаюсь.

[Strannik-Filin]

Пепелаци это у нас что?

[mag_]

По-моему, это уже 15 ход.

Да, да - на фронте затишье


16 ход.
Тишина...

17 ход.
Воздушные патрули Талига над ж/д засекли ж/д состав-колонну. В AG27 - возглавляющий колонну легкий бронепоезд, за ни еще один, далее видно плохо, но есть кто-то еще...

С уважением,
mag

[MIB]

Дирижабли.  А то я вопрос по своей нужде изучал (с дирижаблями) и могу сказать, что на поле боя, на котором я вчера отсутствовал, воцарился анрыл. 

[Strannik-Filin]

Дирижабли.  А то я вопрос по своей нужде изучал (с дирижаблями) и могу сказать, что на поле боя, на котором я вчера отсутствовал, воцарился анрыл. 

Я тоже изучал. Видимо мы читали разные книжки

[C@esar]

СПОЙЛЕРЫ

Зарево огней, стоявшее над огромным городом, успокаивало — L-13 до сих пор не был обнаружен. «Увеличить высоту до 2800 метров», — скомандовал Мати, и громадная сигара цеппелина слегка приподняла нос. Генрих Мати недаром считался самым удачливым командиром. Он старался не давать противнику ни малейшего шанса на успех. Несмотря на то что практически вся английская авиация находилась на Западном фронте, а большинство зенитных орудий, прикрывавших Лондон, имели вертикальную дальность стрельбы менее двух километров, Мати хотел исключить даже ничтожно малую вероятность поражения дирижабля каким-нибудь шальным снарядом. По мере того как воздушный корабль забирался выше и выше, в неотапливаемой, продуваемой всеми ветрами рубке управления становилось все холоднее. Аэронавты ежились в своих кожаных регланах на меху, и только командир, казалось, не чувствовал никакого дискомфорта. Он спокойно стоял в распахнутом реглане и в бинокль высматривал цели для бомбового удара. А он обещал быть весьма болезненным — L-13 нес около двух тонн зажигательных и фугасных бомб, среди которых находилось и «чудо-оружие» — фугаска весом 300 кг. По тем временам это была одна из самых мощных бомб, которую способен был поднять летательный аппарат. Осенью 1915 года русские авиаторы сбросили с бомбардировщика «Илья Муромец» 410-килограммовую бомбу, но эти работы так и не вышли из стадии эксперимента. Обычная бомбовая нагрузка этого «летающего крейсера» не превышала 150-200 кг.

Центр Лондона был частично затемнен, но Генрих Мати, который до войны не раз бывал в британской столице, легко, словно на карте, определял контуры кварталов, проплывавших внизу. L-13 уже миновал северо-западную окраину Лондона, и члены экипажа, возбужденные опасностью и чувством близкой победы, забыв о субординации, устроили в рубке настоящий базар. Каждый считал своим долгом указать командиру на достойный, по его мнению, объект для бомбардировки. Мати, прекрасно понимавший состояние своих подчиненных, не одергивал их слишком резко. «Главное — не торопиться, — повторял он. — Раз уж мы забрались в королевский дворец, то надо как следует побуянить в тронном зале, а не колотить горшки на кухне». И когда впереди замаячил характерный силуэт здания британского парламента, он отдал команду: «Приготовиться!».

Хронометр в рулевой рубке L-13 показывал 22.49, когда первая серия фугасных и зажигательных [137] бомб ушла в темноту. Дирижабль, освободившись от груза, рванулся вверх. «Вторая серия — пошла!» — крикнул Мати, и следующий десяток смертоносных снарядов обрушился на беззащитный город. Наконец-то спохватились английские зенитчики — в небе беспорядочно захлопали разрывы шрапнели, а белые лучи прожекторов, словно пальцы слепца, начали нащупывать в кромешной темноте серебристую «сигару» цеппелина. В воздух поднялись 6 самолетов. Однако освещение на улицах Лондона продолжало гореть как ни в чем не бывало, и Генрих Мати решил пока не вводить в дело свой «главный калибр», 300-килограммовой бомбой он рассчитывал поразить здание Английского банка, обнаружить которое в ярком свете уличных фонарей было не так-то сложно. Но тут первый луч прожектора скользнул по борту L-13, ослепив на несколько секунд весь экипаж. Как не велико было желание покружить над Лондоном еще несколько минут, но опытный Мати понимал, что его основной козырь, внезапность, уже утерян. Сейчас прожектористы вцепятся в дирижабль мертвой хваткой, а 26 зенитных орудий, прикрывающих центр города, сосредоточат всю мощь огня на попавшем в ловушку L-13. Целиться стало практически невозможно, и командир принял единственно правильное в этой ситуации решение — избавиться от бомбового груза и уходить.

Третий залп был самым мощным. Вместе с «колосс-бомбой» на Лондон пролился настоящий дождь зажигалок и фугасок. Четыре «Майбаха» взревели во всю мощь, и, набирая скорость, L-13 скрылся в спасительной темноте. Последней точкой в этом налете стали 2 бомбы, сброшенные на Ливерпульский вокзал (попавшие, однако, в стоявшие на привокзальной площади омнибусы). Оставив за собой 109 убитых и раненых, более 500 000 фунтов стерлингов материального ущерба и гигантский пожар, бушующий в центре города, воздушный корабль Генриха Мати бесследно растаял в ночном небе Англии...

Рейд 8 сентября 1915 года стал самым удачным налетом на британскую столицу за всю историю Дивизиона воздушных кораблей. Неудивительно, что историография этого, скажем прямо, неординарного события, весьма обширна.

[MIB]

Дирижабли.  А то я вопрос по своей нужде изучал (с дирижаблями) и могу сказать, что на поле боя, на котором я вчера отсутствовал, воцарился анрыл. 

Я тоже изучал. Видимо мы читали разные книжки

Не, я не книжки. Я статьи, типа той, которую цитирует эр Цезарь.  И вот там с пепелацами все было весьма плачевно.

[C@esar]

За весь 1915 год 37 немецких дирижаблей произвели 20 налетов на Британию и Лондон, при этом было сброшено 37 тонн бомб. Результат — 208 убитых, около 430 раненых.

Париж в 1916 году подвергся всего лишь одному налету, в ночь с 29 на 30 января. Атаку осуществили 2 цеппелина — LZ-77 и LZ-79. Это нападение стало неожиданностью для французов. Тревогу подняли лишь за несколько минут до падения первой бомбы. Результаты второй бомбардировки были более серьезными: на Париж и окрестности обрушилось 2500 кг бомб, 23 человека было убито и 31 ранен, а также повреждено значительное количество строений.

[Strannik-Filin]

За весь 1915 год 37 немецких дирижаблей произвели 20 налетов на Британию и Лондон, при этом было сброшено 37 тонн бомб. Результат — 208 убитых, около 430 раненых.

Париж в 1916 году подвергся всего лишь одному налету, в ночь с 29 на 30 января. Атаку осуществили 2 цеппелина — LZ-77 и LZ-79. Это нападение стало неожиданностью для французов. Тревогу подняли лишь за несколько минут до падения первой бомбы. Результаты второй бомбардировки были более серьезными: на Париж и окрестности обрушилось 2500 кг бомб, 23 человека было убито и 31 ранен, а также повреждено значительное количество строений.

эр Цезарь, где вы тут видите города?

[MIB]

За весь 1915 год 37 немецких дирижаблей произвели 20 налетов на Британию и Лондон, при этом было сброшено 37 тонн бомб. Результат — 208 убитых, около 430 раненых.

Париж в 1916 году подвергся всего лишь одному налету, в ночь с 29 на 30 января. Атаку осуществили 2 цеппелина — LZ-77 и LZ-79. Это нападение стало неожиданностью для французов. Тревогу подняли лишь за несколько минут до падения первой бомбы. Результаты второй бомбардировки были более серьезными: на Париж и окрестности обрушилось 2500 кг бомб, 23 человека было убито и 31 ранен, а также повреждено значительное количество строений.

эр Цезарь, где вы тут видите города?

Проблема в том, что я в литературе не встречал фактов подобных нашим по успешности отработкам пепелацов по войскам.

[C@esar]

Вот еще кое-что:
Много шрапнелей разорвалось поблизости от корабля, вызывая сильное сотрясение оболочки. Мы тотчас направились к ближайшей батарее и разрывными бомбами заставили ее молчать. Перспектива полета при ясной погоде над остававшимися еще многочисленными батареями нас не прельщала, поэтому мы отвернули на юг с намерением обогнуть берег с моря и после захода луны повторить налет, поднявшись на большую высоту.

Но это 1916 год.

СПОЙЛЕРЫ

Впервые о том, что несет с собой цеппелин, мы узнали в ночь на 23 августа, когда его бомба попала в бивак 110-го пехотного Камского полка и вывела из строя убитыми и ранеными сразу 17 человек. Другой раз цеппелин в одном из своих ночных налетов на место расположения 1-й армии в городе Инстербурге сбросил несколько легких бомб в стоящий на восточной окраине города артиллерийский парк. Попадания пришлись в коновязь. На утро там можно было видеть 30 убитых лошадей с развороченными внутренностями.

В тот период при штабе 1-й армии имелся охранный отряд, состоящий из трех родов войск. Обычно на ночь от отряда выставлялось вокруг штаба со всех сторон охранение. Сохранился один из приказов от 27 августа по одному отряду за № 164:

«Последние дни ночью и на рассвете над ночлегами войск появляется цеппелин, бросающий вниз бомбы. Предписываю частям, несущим службу охранения, открывать по неприятельскому воздушному кораблю ружейный и артиллерийский огонь. Батарея (или ее дежурная часть) должна постоянно иметь орудия, еще с вечера направленными в разные стороны, с врытыми в землю (ямы) хоботами и поднятыми дулами, насколько возможно. С приближением неприятельского воздушного корабля немедленно тушить [180] все огни. На биваках (по возможности) не располагаться открыто.

Командующий армией обещает Георгиевские кресты тем чинам, выстрелами которых будет спущен на землю неприятельский воздушный корабль, захвачен или уничтожен.

О возможности ночной стрельбы вверх по воздушному кораблю должны быть предупреждены все без исключения чины главной квартиры, охранного отряда и проходящие части.

Об изложенном объявляю по отряду для сведения и руководства. Начальник охранного отряда».

Потом была обещана денежная награда за сбитие цеппелина. Это привело к тому, что во время одного из ночных визитов германского воздушного корабля в Инстербурге на улице был замечен один из чинов армейского управления, стреляющий по цеппелину из... револьвера. Однако, несмотря на все это, ни один из кораблей в Восточной Пруссии над Инстербургом подбит не был. С другой стороны, за все время цеппелины не причинили штабу армии никакого вреда. Для борьбы с ними в воздухе мы тогда не располагали соответствующими воздушными силами. А между тем перед войной в составе войск Виленского округа числилась 4-я воздухоплавательная рота, расположенная в Ковно, 5-я воздухоплавательная рота в Гродно и 9-я воздухоплавательная рота в Лиде. В последней имелись воздушные корабли и, между прочим, дирижабль «Астра», полученный летом 1913 года. Мне удалось 31 августа того же года подняться на нем, причем он обратил на себя внимание крайней медлительностью и тем, что ни за что не брал высоты. Было ясно, что для военных целей он окажется непригодным».

В это же время австрийскую армию обслуживал дирижабль SL-2. Он производил полеты в районе Холма, Красника и Люблина. Один из разведывательных полетов продолжался (с промежуточной посадкой в Перемышле) в течение 60 часов. 23 августа после четырнадцатичасового полета корабль снизился около главной австрийской штаб-квартиры и передал очень важные сведения о начавшемся наступлении русских войск под Красником. 1 сентября SL-2 выполнил очень успешную разведку в районе Лодзь — Петраков. Бомбами, пулеметным огнем и разведкой дирижабли поддерживали австро-венгерскую армию в боях за Холм и Люблин. С августа по октябрь они часто бомбардировали русские крепости и железнодорожные станции Белостока, Лыка, а также Мульдзена, Варшавы и Млавы.

Гражданский дирижабль «Саксония» провел ряд очень удачных налетов на русские города и, в частности, на форты Ломуси.

24-25 сентября 1914 года к боевой работе на русском фронте подключился Z-IV, который, вылетев из Кенигсберга, выполнил налет на Варшаву, а позднее — на Лык, где получил множество пробоин.

Результаты первых боевых полетов дирижаблей были вполне успешными, однако командование требовало поставки в район боевых [181] действий более совершенных воздушных кораблей.

В январе 1915 года во время налета на Либаву был потерян нежесткий дирижабль PL-19.

10-11 марта и 15-16 апреля 1915 года LZ-34 (базировался в Лигнице) и Z-XI (Позен) предприняли ряд атак на Варшаву, но ни одна из них не была доведена до логического конца из-за плохих метеоусловий над городом. Затем они бомбили Гродно, Ковно и другие крепости. LZ-34 был сбит русской армией в мае над Ковно.

17 марта 1915 года Z-XIII, совершив длительный перелет, напал на Кале.

LZ-17 предпринял 9 августа из Кенигсберга налет на Вильно. 10 августа 1915 года, пройдя 1200 км, LZ-79 отбомбился по Брест-Литовску.

В мае 1915 года, в с связи со стабилизацией Западного фронта, Z-XII Лемана и LZ-39 переброили на Восточный фронт, в Польшу. Эти дирижабли стали базироваться в Алленштейне и обслуживали армию Кольвица, находившуюся в районе Нарева. «Наша главная задача, — писал Леман позднее, — состояла в том, чтобы держать в напряжении отступающего противника и прерывать его железнодорожное сообщение так, чтобы он не мог ускользнуть и задохнулся в «немецких объятиях». В то время как «Саксония» и LZ-39 действовали против русских крепостей, Леман и его Z-XII атаковали основную железнодорожную магистраль Варшава — Вильно.

В июле 1915 года Z-XII бомбил железнодорожные узлы в прифронтовой области и выполнил несколько налетов на Белосток, Малкин, Столбцы и Лунинец. В отдельные дни он сбрасывал на русские города по 1500-3000 кг бомб. За первые десять дней августа 1915 года корабль совершил 18 боевых вылетов и сбросил около 9000 кг бомб. 11 августа дирижабль в районе Осовца был поврежден огнем с земли и отправлен на ремонт. После устранения повреждений из Кенигсберга, а затем из Варшавы Z-XII выполнил ряд налетов на Виленский железнодорожный узел.

Когда начало зимы и недостаток свежих подразделений остановили продвижение Гинденбурга, Леман вернулся обратно на Запад. Он получил под свое командование новый корабль — LZ-90. (Фактически его заводской номер был 60, но уже начиная с LZ-42 армия начала добавлять число «30» к заводскому номеру дирижаблей. Идея состояла в том, чтобы ввести в заблуждение британцев относительно действительного количества воздушных кораблей.) LZ-90 был быстрее и больше, чем любой из предыдущих дирижаблей Лемана. На этом современном летательном средстве он и его товарищи [182] смогли приступить к наиболее интересной и вместе с тем самой опасной части воздушной войны — бомбардировкам Лондона.

LZ-39, позднее переброшенный в Шнейдемюль, совершил несколько налетов на Ровно. В августе он бомбил Новогеоргиевск и Новоминск, сбросив на них по 500 кг бомб. 13-14 октября 1915 года цеппелин атаковал Ковно, обрушив на него 1000 кг бомб. 7 декабря дирижабль попал под сильный шрапнельный огонь под Ковно, в результате чего был разбит один из двигателей. Пришлось совершать в районе Лыка вынужденную посадку.

SL-7 бомбил Двинск и Верден. Осенью LZ-88 бомбардировал гидростанцию в Руно.

10-11 августа 1915 года LZ-89, базировавшийся в Позени, сбросил 1500 кг бомб на Брест-Литовск и сразу после этого бомбардировал Ковель, пройдя 1350 км. 25-26 августа LZ-89 повторил нападение на Брест-Литовск, обрушив на железнодорожный вокзал 1100 кг бомб.