Сердце феникса

[Bellena]

В общем... Кто хочет что-нибудь сказать?

         Катастрофа.

         Россия.
         Подземный стратегический Центр обороны "Око тайфуна". Зал связи 29 июля 2024 года. Точное время неизвестно.
         Второй день новой эры.
        
         Замерзшие пальцы едва слушаются...
         Нет, здесь, в этом подземелье, были и обогреватели, и роскошная система кондиционирования и вентиляции, но где это все... Там же, где и холодильник.
         Игорь непроизвольно облизнул пересохшие губы. Ни воды, ни еды. Воздух тяжелый... Наверное, скоро кончится. Как же так... Как же так вышло?
         Он устало осмотрел округлую комнату - ряд изогнутых столов, мягкие стулья, сверхсовременные объемные экраны и лазер-панели... И везде пусто, мертво, обесточено.
         Секретное убежище "Око тайфуна", заложенное еще в шестидесятые, на случай ядерной войны, оно было предназначено для того, чтобы укрыть высшее руководство страны. Постоянно модернизировалось, перестраивалось в расчете на то, чтобы не только пережить возможный кризис, но еще и управлять вооруженными силами, отражая атаку потенциального противника.
         Наверное, это было одно из самых защищенных мест на Земле.
         Как же случилось так, что в момент нападения в суперсовременном центре убежища нет никого из этого высшего руководства? Только сержант и рядовой Санин? Если не считать рядового Зеленского - но тот давно не приходит в сознание и, наверное, к лучшему. С такими ранами не живут... А в роскошно оборудованном тактическом центре не было даже аптечки...
         Лазерная панель наконец поддалась его усилиям - по схемам пробежался знакомый голубоватый разряд. Кажется, получится...
        - Зачем тебе это? - хрипловато, без интереса спросил сержант, - Не все равно?
        - Не все. Хочу хоть увидеть, что творится в мире.
        - Ты еще сомневаешься? Везде, как здесь, парень. Везде, понял?
         Игорь не ответил. Наверное, сержант прав. Наверное, везде... Если сюда до сих пор никто не пришел, то - везде. Но так не хочется верить.
        - Подумать только, - сержант пнул офисный стул, тот опрокинулся... Из папки на столе посыпались приготовленные листы бумаги. Листы, на которых так и не появится ни одной записи, - Подумать только. Сутки! И все к черту. Вся база, вся армия, вся страна - к чертям в пекло! Всего сутки, господи!
         Да... всего один день. И ночь.
         Парень горько искривил губы... Всего два дня назад он был дома, в отпуске. Они отмечали юбилей - двадцать пять лет семейной жизни отца и матери. Маленький ресторан у реки, счастливые беззаботные лица... Последний спокойный вечер.
         Последний вечер старого мира.
        
         Уже возвращаясь из отпуска, он обратил внимание, что в аэропорту чересчур много военных. Словно всех разом оторвали от выходных, отпусков и увольнений и призвали на службу. Все шутили и смеялись, что их призывают в метеорологию, сражаться с погодой - что-то многовато в последнее время с ней проблем. В самолете доругивалась парочка:
        - А я тебе говорю - кончай строить из себя идиота!
        - Но это и правда был не он, Дана.
        - Отлично! Замечательно. Просто супер! Значит, звезда шоу Влад Топальский - не звезда, а самозванец? Только потому, что с тобой не поздоровался? У тебя мания величия?
        - Это правда не он. Он меня не узнал. Понимаешь?
        - И что?
        - Ну как ты не поймешь! Мы семь лет знакомы... в одном военном городке жили..... он нормальный парень был, без звездных наворотов! Все звал меня работать с ним, жаловался, что тяжело без человека, которому доверяешь... А вчера он меня даже не узнал! Это был не он.
        - А завтра я отвлекусь и не отвечу тебе сразу, и что? Я- уже не я? - Дана Сосновская, симпатичная блондиночка из службы наблюдения, сердито дернула плечом, - Все, с меня хватит! Ни слова больше, Марик!
        
         Тогда Игорь только посмеялся, целиком встав на сторону девушки.
         Если б они только знали...
        
        Ростов-на-Дону.
         25 июля 2024 года.
         Двое суток назад
        
        Влад буквально ввалился в свою гримерку, протиснувшись через коридор из поклонниц, размахивающих чем попало - букеты и диски еще куда ни шло, но детали одежды его не вдохновляли. Психопатки! Ну почему они решили, что это кому-то нравится - то, что перед лицом размахивают такими вещами? Боже, как ему все надоело...
        - Спасибо... Да, крошка, ты блеск... нет, грим снять позже, потом... Потом, я сказал!... Да, дорогая, но не сегодня, ты сладкий цветочек, но звезды не велят... Прости, не дуйся... - он на автомате бормотал привычные фразы, мечтая только добраться до гримерки, принять душ и лечь... Лечь. Двухчасовой концерт вымотал все силы.
         Он захлопнул дверь, прижался спиной, борясь с желанием сползти на пол...
         Ему всего двадцать, что же будет, когда стукнет тридцатник? Если он, молодой и здоровый, так устает... Кое-как он дошел до стола и потащил из сумки упаковку таблеток. Хоть чуть взбодриться... После "колесиков" стало полегче, и Влад потянулся за полотенцем... И поймал краем глаза чье-то движение. Быстрый взгляд в огромное зеркало в полстены - никого...
         Примерещилось?
         Но что-то снова мелькнуло... снова... Что ж такое... Нет, все, больше никаких таблеток. Нет-нет... Парень рывком обернулся... Да вот же! Высокий мужчина в черном. Как он... сюда?...
        - Вы кто? Вы как сюда попали? - Владимиру почему-то стало страшно. Липкий обволакивающий страх сделал его знаменитый голос хриплым, - Уходите, я позову охрану...
        - Не позовешь... - мягко проговорил незнакомец, непостижимым образом оказываясь рядом. Его глаза странно светились, - Не позовешь...
        - Мой отец - генерал-майор... Я завтра даю концерт на военной базе под Красноярском... Мой отец генерал-майор... - Влад отступал, пока его лопатки не коснулись запертой двери... - Меня будут искать!
         Тип вдруг улыбнулся, блеснув... господи, неужели это клыки? Неуже...
        - Нет, - шепнул он тихо, - Не будут...
         Влад не успел закричать...
        
        Подземный стратегический Центр обороны "Око тайфуна". Зал связи. Сегодня.
        
         О, кажется, получилось!
         Негромкий шорох, бледная вспышка - ожил один из экранов. Сержант перестал вспарывать ножом ковровое покрытие и разом оказался рядом.
        - Вышло? А? Где картинка-то?
        - Сейчас... настройка сбита. Сейчас...
         Пальцы дрожали.
         Сейчас, сейчас, они узнают, что с их базой... с базовым городком-прикрытием, Лесоградом... ну же, ну же... вот!
         Пляшущие на экране цветовые сполохи сложились наконец в картинку...
        
        
        Сан-Диего.
         Калифорния. 26 июля 2024 года. Пляж.
         Сутки назад.
        
        - Что, Льюис? Говори погромче, что-то со связью! - Грэйс Мидвич плотней прижала к лицу дорогущую модифицированную трубку, - Говори. Что? Чем расстроена?
         Сквозь непонятно откуда взявшиеся в трубке писки и шорохи пробился голос мужа:
        - Твой... сад... Мороз...
        - Какой мороз? Летом? О чем ты, Льюис?
        - Ночью вдруг ударил мороз. Восемь градусов. Все твои розы замерзли. Прости, дорогая...
        - Ты рехнулся? Спятил? Какой мороз, Льюис?! Какого черта ты пытаешься мне сейчас вкрутить? Ну подожди, мы с детьми вернемся домой, я тебе...
        - Мама, мама! Смотри, мам! - ворвались в ухо детские голоса.
        - Мама, смотри... Что это?
         О господи... В небе, еще несколько минут назад светлом и безоблачном, закручивалась исполинская темная воронка из растрепанных туч...
        
        Россия, Cевастополь.
         25 июля 2024 года.
        14 часов 50 минут
        

        - Павел Евгеньевич, пациент из 12 палаты просит вас.
        - Обратитесь к Татьяне Родионовне. Я ухожу в отпуск, если вы не забыли.
        - Татьяна Родионовна на операции. Освободится не скоро, - молоденькая практикантка виновато посмотрела бархатными глазами... Эх, никогда не мог устоять перед хорошеньким личиком!
        - Хорошо. Как он сегодня?
        - Беспокойный. Хуже, чем вчера.
        - Что ж такое... Ну пойдемте.
         Честно говоря, хирург-ординатор Севастопольской горбольницы №2 был рад забыть на время отпуска о пациенте из двенадцатой палаты со всеми его загадками и странностями... А странностей хватало.
         Загадочное появление - ну как он оказался прямо у дверей операционной, минуя приемный покой и охрану? Странные повреждения... Дежурная бригада протрудилась в операционной шесть часов, и это при том, что тело парня было измордовано удивительно профессионально - ни голова, ни важные внутренние органы практически не затронуты. Хотя ран, ожогов и порезов хватило бы на троих! Словно кто-то задался целью лишить юношу возможности передвигаться - переломы рук и ног, травма позвоночника, многочисленные ожоги, сильный нервный шок. Причем потом, когда появилась свободная минутка, Павел и ассистент призадумались над происхождением некоторых травм - такие им еще не попадались. На хулиганские выходки не похоже... И на бандитские разборки тоже.
         Необычный пациент и позже не торопился становиться в ряды нормальных выздоравливающих.
         В последующие несколько дней медперсонал встал в тупик - зафиксированная в больничной карте травма позвоночника загадочным образом исчезла из перечня повреждений безымянного пациента... Юноша даже пришел в себя, хотя, похоже, пребывал в состоянии шока и не ответил ни на один вопрос.
         На следующий день к пострадавшему явился следователь, заставший парня без сознания - а хирург в полной оторопи рассматривал материализовавшиеся на теле юноши свежие рубцы, напоминавшие следы от когтей, и несомненный след от асфиксии... Так что вместо допроса предполагаемой жертвы нападения следователь занялся дежурной медсестрой и обвинением оной то ли в преступной халатности, то ли в намеренном издевательстве над беспомощными пациентами.
         А через трое суток история повторилась. Несколько самых серьезных травм исчезли без следа, зато появились новые... И еще раз... В самопроизвольное появление синяков и рубцов врачам не верилось абсолютно (в конце концов, здесь не церковь, а больной - не один из многочисленных святых!), охрана и медперсонал клялись в своей невиновности и полном отсутствии визитеров, а в палате номер двенадцать уже дважды непонятным образом ломалась свежеустановленная видеокамера...
        

[Bellena]

         Россия.
         26 июля 2024года
         Сочи.. Аэропорт.
         15 часов, 55 минут.
         
        - Ничего себе... - Павел Евгеньевич Христофоров, врач Севастопольской горбольницы, с удивлением оглядел переполненный зал аэропорта, - Что случилось? Разом сломались все самолеты?
        - Называется, собрались на отдых, - недовольно проговорила Тамара, - Павел, сделай что-нибудь!
        - Вы что, не слышали штормового предупреждения? - молодая женщина со спящей на руках девочкой расстроено смотрела на табло, - Полчаса назад объявили... Ожидается сильный ветер и дождь со снегом.
        - Снегом?! - ахнула жена.
         Летом?
         Какого черта?
        - Уважаемые пассажиры, все рейсы отменены из-за погодных условий. Просим вас пройти в гостиничный комплекс, - ожила голограмма девушки-информбюро, - Respected passenger...
        - Послушайте... - Павел Евгеньевич вместе с женой пробился к стойке диспетчерской сквозь толпу взволнованных, нервных, расстроенных людей.
        - Аэропорт не работает, - автоматически ответила диспетчер, не поднимая головы, - Штормовое предупреждение. Пройдите в гостиничный комплекс.
         - Девушка, милая... Вы же можете переадресовать наши билеты? Например, в соседний город? А туда мы доберемся поездом.
        - Там не работает транспорт. Оползни из-за дождей. Дайте билеты. Попробуем отправить через подземный транспорт... А-а... - диспетчер прочитала конечный пункт и помрачнела, - Неаполь? Сожалею, но там не принимает аэропорт - метель.
         Что?!
        - А... а Рим?
        - Вся Италия под циклоном. Аэропорты закрыты.
        - Что-нибудь во Франции? - оживилась супруга, обожавшая родину мушкетеров и мод, - Лион? Канны? Париж, наконец?
        - Париж закрыт. Там случилось что-то... что-то секретное, - понизила голос девушка, - В новостях нет, но что-то нехорошее. Даже связи с ним нет. Лучше в другое место.
        - Гамбург? - предложила жена нерешительно.
         Девушка пробежала пальцами по клавиатуре и всмотрелась в текст...
        - Сожалею, - немного растерянно проговорила она, - Наводнение.
        - Господи... Что творится с миром?
        - Новая Зеландия? - Тамара решила переключиться на южное полушарие.
         Новый набор, и уже откровенно испуганный взгляд:
        - Цунами...
         Что происходит?! Господи, что происходит?...
         "Сначала будет снег... - вдруг прозвучал в ушах задыхающийся голос пациента из двенадцатой палаты, - Потом ураганы и штормы... и наводнения... Он... так... сказал..."
         Кто - Он? Проклятье, да что творится?
        Зал тем временем затих. Несмотря на странные помехи, новости все же вышли в эфир, хотя и странная там была заставка - черная. Черная?
        Один за другим люди поворачивались к экрану... Экрану с руинами Сан-Франциско... Милана... Парижа...
        Что происходит?!
        " Потом... будет затмение... и на улицы... выйдут... демоны. И вампиры..."...
         Господи...
         
         Испания.
         Толедо.
         26 июля 2024 года.
         15 часов 35 минут.
         
        - И вы понимаете, матушка Асунсьон, что от этого урожая зависит наша семья... - втолковывала гадалке сеньора Тисса, комкая в руках платочек. Всегда добродушное лицо казалось усталым и тревожным. Пухлая рука то и дело трогала крестик на груди, словно прося прощения за визит к богопротивной гадалке... Матушка Асунсьон ее понимала - Семья Тисса, как и все в их тихом испанском городке, жила доходами с земли, и для нее внезапно наступившая среди лета зима (снег, холод, лед) была катастрофой. Не будет урожая - не будет денег. Не заплатить банку проценты по ссуде. Не купить наконец новую машину... Не поехать в престижный русский университет быстроглазой веселой Сантине, их дочке...
         Она понимала, но... что она могла сделать? Никто в городе пока не знал, почему гадалка вдруг прекратила принимать клиентов. Все равно пытались придти, просили, обещали больше денег, чего только не обещали! А ей просто нечего было им сказать.
        - Матушка Асунсьон... вы настоящая провидица. Посмотрите. Удастся ли нам... Может, хоть сад спасем...
         Хрустальный шар почему-то жжет руку жаром... потом холодом. Потом болью. Что за...
         Матушка Асунсьон, потомственная ведьма, провидица и гадалка, едва сдерживается, чтоб не отдернуть руки... Что с шаром? Что с ее даром? Последние недели он то и дело отказывает ей, непонятно почему... Словно... словно его кто-то глушит. И не только у нее. И Тереза из Мадрида, и предсказатель Сантис - те, что были ей знакомы - все жаловались... не могли заглянуть в будущее, не получалось.
         Ладно, попробуем хоть что-то сказать. Как бесталанные коллеги, что не видят, а только болтают. Стыдно, но что поделаешь... Шар наконец яснеет и наливается светом... хорошо... Только почему-то багровым... Руки жжет... Терпение... Главное, что ее молчащий уже три недели дар наконец вернулся...
        - Что ты хочешь знать, Мария?
        - Роща... Наш сад, он переживет морозы? Наш виноградник? Переживет?
         В шаре все сильней мерцает алый свет...
         Матушка Асунсьон против воли не может оторвать глаз от багровых бликов...
         Бликов, которые для нее, гадалки - картины будущего.
         Что это? Что?...
         Этого не может быть! Это... это...
         Сантина не поедет в Университет этой осенью... Она придет домой грозовой ночью, и когда заплаканная мать бросится ее обнять, девушка улыбнется, показывая отросшие клыки. Ее семья не найдет приюта в церкви - как во сне, мелькает лицо отца Маттео - очень белое, с хищной улыбкой осматривающего бывших прихожан... А это... Господи... Росита, внучка, ее внучка! Ее скромная девочка, ее преемница-гадалка, светлая ведьма, в черном кожаном жилете на голое тело обнимает демона... А тот расстреливает огнем семью мэра... Горячо... Больно... Один за другим перед внутренним взором мелькают дома - с выбитыми стеклами, сорванными дверями... забрызганными стенами... пустые, пустые... серебряное распятие, вплавленное в мостовую... Асунсьон этого уже не увидит - ее дом станет пеплом еще до перелома лета...
         Руки жжет нестерпимо. Больно! Как... больно!
         И скоро... совсем скоро...
         Уже... Уже завтра?!
        - Матушка Асунсьон! - вторгается голос в ее видение.- Что же вы молчите? Наш сад переживет эту непогоду?
        - Переживет... - шепчут помертвевшие губы... - Он всех нас переживет...
         Спаси нас, боже... Уже завтра.
         
         
Время зла.
         Россия. Москва.
         Министерство обороны.
         27 июля 2024 года
        1 час 58 минут.
         
        - Ничего не понимаю, - профессор Гремин прикончил пятую чашку кофе и устало потер глаза, - Это... этого просто не может быть!
        - Бред, - пробормотал профессор Филин, не отрывая глаз от распечаток экспресс-анализа, - Полный идиотизм...
         Ругаться сейчас ни у кого не было сил. Хотя желание - было.
         Странно все это. Ни опрос свидетелей, ни экспресс-анализ ничего не выявили. В смысле, ничего, что прояснило бы хоть что-то. Свидетели твердили, что все, абсолютно все на вверенной территории было нормально, никого постороннего не было, а в ноль часов две минуты начался спонтанный внезапный рост...
        - Страшно так, - старшина-контрактник все еще опасливо смотрел на темную путаницу ветвей, змеями обвившую фасад... - Как живые ползли.
        Охрана подняла тревогу, прибыла дежурная рота, но деревья и лианы перестали двигаться так же внезапно, как и начали.
        - За двенадцать минут небольшая рощица превратилась вот в это...
        - Ни следов излучения, ни стимуляторов, ни химии, кроме обычного городского смога... - подытожил спешно вызванный из института профессор Максимов, с восхищением глядя в сторону молчаливо высившихся сосен. - И такой рост... Изумительно!
        - Изумительно! - съязвил неуживчивый Филин, почти с ненавистью покосившись на неправильные деревья, - Коллега, вы... вы словно не от мира сего! Подумайте, что будет, если эти ваши изумительные деревья вдруг снова примутся расти!
         Стало тихо. Только шелестели листья и негромко переговаривались солдаты, распаковавшие еще один раскладной домик. Ученым стало неуютно. Филин высказал то, что в глубине души тревожило всех с утра - что, если таинственный фактор, запустивший этот невероятный рост, сработает снова? Что будет с городом? Лес, такой красивый, так радующий днем свежей зеленью, сейчас, в ночную пору вдруг показался... опасным.
        - Кстати... а где-нибудь уже росли?
        - Нет, - полковник был заметно встревожен, - Но места, где они выросли, наводят на размышления... Пентагон. Челябинск...Адмиралтейство Великобритании. Волгоград... Военное министерство Бразилии.
        - Подождите... Военные? Но почему - военные?
        - Это не реклама, - тревога, точившая Гремина с самого прошлого утра, с той минуты, как он увидел странную рощу и обломки асфальта, холодной ладонью сжала сердце, - Полковник, это не реклама.
         Как бы подтверждая его слова, в глубине странного леса что-то заскрипело... Прошумело, скрипнуло, слитно, разом, словно под ударом ветра, и стихло...
         Филин нахмурился. Гремин нервно обернулся - ему вдруг показалось, что одна из лиан, неправдоподобно-толстая, шевельнулась и проползла к ближайшему окну. Черт...
        - Нам лучше отойти отсюда...
         Но они не успели.
         

[Orso]

Я хочу.
С почином тебя, радость! Думаю, ты без труда завоюешь свою аудиторию, как делала это много раз и с успехом.

[Bellena]

Спасибо, Orso!
Ой, будем надеяться)))

[Bellena]

Ну, тут затишье... но я все же рискну дальше.

Шум вернулся снова - слитный шум тысяч ветвей, скрип и грохот.
         И лес ожил.
         Треснул, взламываясь черными кусками, асфальт. Точно живые, прозмеились по стенами министерства узловатые гибкие ветви лиан и северного винограда... Со звоном полетели стекла, дико вскрикнул чей-то голос, но крик тут же оборвался...
        - К оружию! - послышался чей-то приказ.
        - В кого он собирается стрелять? - растерянно проговорил Максимов, потерянно озирая невероятную картину - стократно утолщенные стебли лиан проползали внутрь, круша, корежа, ломая все на своем пути. Как будто ариолохия вдруг стала камнеломкой... только в миллион раз быстрей и агрессивней...
         Что происходит?
         Свет погас.
        - А-а-а!!!! - кто-то захлебнулся в крике, застучали автоматные очереди, заискрили оборванные провода и в этом свете, коротком и неровном, профессор увидел, как лиана... схватила.... человека...
         А потом сдавила и смяла, как пластиковый стаканчик.
         Нет!
         Что происходит, черт, черт, что творится?..
         Крики рвали ночной воздух, надсадно выла сирена, но все перерывал грохот - камень рушился. Ломался... Сосны вдруг оказались прямо у стен, корни впились в колонны и оконные проемы, и стена задрожала... Пошла трещинами... Раскололась. На этажах заметались люди - несмотря на ночной час, Министерство работало, там шло какое-то экстренное совещание...
         Скрип, скрип и грохот, здание трясло и корежило, бетон крошился как глина, где-то что-то взорвалось и загорелось... Откуда-то выпал человек - небольшая фигурка в мундире пролетела по воздуху и ударившись о взломанный асфальт, затихла. Рухнул огромный кусок стены, заклубилась пыль...
        - Помогите! Помоги-и-ите!
        - Нет!
        - Всем гражданским отойти! - полковник не потерял головы, - Всем гражданским отойти! Огнеметчики!
        Почва поползла под ногами, как живая... Живая... В ней тонули те, кому удалось вырваться из здания - на глазах Гремина генерал Блинов, командующий всеми ВВС, вскинул руки и, пошатнувшись, исчез в жуткой мешанине земли и ветвей...
         Перед лицом из земли рванулось что-то гибкое... быстрое... как анаконда из старого ужастика. Корень. Он с оттяжкой хлестнул по земле, вспарывая лужайку, рассекая палатки вместе с... о господи...
         - Огнеметы наизготовку!
         Совсем рядом проползли огромные извилистые корни. Они хищно поднялись на движение....
        - Филин, назад!
        - Огнеметы!
        - Целься.... Огонь!
        - Филин! Фил...
         Темно стало... Ничего не стало.
        
          
         Россия.
         Подземный стратегический Центр обороны "Око тайфуна". Зал связи
         27 июля 2024 года.
         8 часов утра..
        
        - Да... Так точно, господин генерал! Подготовлено. Все в полной готовности, - полковник Мостовой чуть отступил от экрана, давая собеседнику возможность увидеть полностью оборудованный конференц-зал. Он справедливо мог гордиться трудом своих подчиненных - за сутки приданный персонал смог не только провести полную перепроверку всех систем и запасов, но и подключить новейшие панели - теперь Центр был готов к любой проверке и любым передрягам!
        - Готовьтесь, - лицо генерала Росохватского странно дрогнуло, словно смазанное помехами, и голос на минуту исчез...- И будьте осторожны... тут... анное... одит...
        - Связь активирована, господин генерал! Мы готовы провести сбор.
        - Да, начинайте оповещение, только... - Росохватский чуть помедлил. Опустил глаза... и проговорил медленно, словно через силу, - Сегодня утром практически весь штаб уничтожен неизвестным противником.
        - Что?! Как...
         Да этого быть не может! Ведь ничего не передавали..
         Полковника вдруг кольнула мысль, что в целях повышения эффективности труда он сам распорядился отключить все информационные панели - чтобы солдаты не отвлекались на очередные новости о пропажах и климатических катастрофах... Работал только канал связи... Противник? Война? Это война?!
        - Министерство обороны уничтожено. Больше половины баз не выходят на связь. Все очень плохо. Я надеюсь на вас, Петр Васильевич, - генерал вдруг перешел совсем на другой тон, - Будьте бдительны.
        - Так точно, - автоматически ответил полковник, - Владлен Маркович... Это война?
        - Неизвестно, - за спиной Росохватского что-то мелькнуло, в шум вплелся еще чей-то голос, и генерал поспешил закончить разговор, - Я скоро буду. Тогда поговорим.
        
        - Первый готов.
        - Второй готов...
        - Третий готов.
         Мостовой слышал привычную перекличку техников-связистов с нарастающим волнением. Скорее же... Скорее. Наверное, впервые ему так остро хотелось услышать новости. А еще - чтобы рядом оказался кто-нибудь повыше званием.
        - Подключаемся к внешней информсети, полковник?
        - Да.
        - ...можности оставайтесь дома, - ожил центральный экран. У хорошенькой испуганной дикторши заметно подрагивал голос, - Повторяю: ввиду многочисленных природных катаклизмов в стране вводится режим чрезвычайного положения, - Просьба ко всем жителям по возможности оставаться дома. Выполнять распоряжения МЧС. Просим не допускать паники...
         По шее полковника словно прокатились ледяные мурашки. Какого черта? Настолько плохо? За сутки? Ведь вчера еще все было практически в порядке!
        - Вызывайте генерала Протасова.
         Экран заволокло серым. Техник Павлов торопливо ввел коррективы, но изображение не изменилось - серо и пусто...
        - В чем дело?
        - Не понимаю, господин полковник... Такое бывает, если абонента нет. Аппаратуры нет.
        - Что значит - нет? У этого абонента аппаратура дома!
         Техник озадаченно всмотрелся в побежавшую по экрану цепочку символов.
        Погодите, сейчас задействую внешний контур... Странно. Резервный... Пусто. Не понимаю. Словно вся аппаратура выведена из строя.
        - Как - вся? - похолодел полковник. Вывести из строя и внутреннюю и внутреннюю аппаратуру, и даже следящий маячок - как это возможно?! Разве что прямым попаданием.
        - Минутку... Сейчас со спутника посмотрим... Господин полковник, код доступа разве изменили?
        - Нет...
        - Связи нет. Со спутником. И со вторым...
        - Выходите на связь, - перебил полковник, обращаясь сразу ко всем операторам, - Немедленно. Ко всем по очереди. Пробивайтесь по всем каналам! Всеми средствами, слышите?
         В зале повис многоголосый шум - операторы называли пароли и один за другим входили в сеть...
        - Господин полковник... - голос Павлова прозвучал так странно, что все замолчали. - Смотрите. Это дом генерала Протасова... Место, где он был.
         Генерал Протасов не явится в Центр.
         Поселок Светлояр под Москвой, где был дом генерал-майора, исчез. Улицы, дома, роща рядом - все утонуло в липкой черной грязи. Как сель прошел...
        - Вызывайте Максимова...
        
         Максимов. Рудничный.... Санников. Алиев... Фамилия за фамилией, дом за домом. Сгоревший. Расколотый... Затопленный... Просто разнесенный в мельчайшие обломки. Заросший, точно захваченный, тысячами вьющихся стеблей...
         В аппаратной нарастала тревога. Голоса операторов связи, профессионально четкие, стали срываться на невольные эмоции. Непонимание. Недоверие. Страх.
         Дом за домом...
         Софьин. Ракумов. Белецкий...
         Пока отозвалось лишь четверо... Четверо из двенадцати. И то они уже были в дороге и отвечали по личным передатчикам. Не из домов.
        - Генерал Таривердиев...
        - Да? - неожиданно отозвался экран. Седой подтянутый человек отложил зеркало и пристально посмотрел темными глазами.
        - Где вы?
        - Дома. В чем дело?
        - Вы должны прибыть в Центр, - чуть неуверенно проговорил техник-оператор. Странно, но это дикое утро генерал выглядел слишком... безмятежным. Очень аккуратным... Он посмотрел куда-то в сторону, словно его что-то отвлекло, и повелительно нахмурился:
        - Координаты.
         ..Когда в зале появились три десятка серокожих людей в незнакомой черно-красной форме, полковник Мостовой вспомнил, что его просили быть бдительным... Нельзя было терять осторожность.
         Нельзя было давать координаты Центра. Ведь настоящий Таривердиев и так должен был их знать. Нельзя было оставлять зал с такой маленькой охраной...
         " анное... одит..." - отдался в ушах замершего полковника голос Росохватского, когда к нему летел огненный шар.
         Может быть - странное происходит? Может... Он просил быть бдительным... бдительным...
         Но было поздно.
        
      

[Bellena]

        Россия. Севастополь.
         27 июля 2024 года
         8 часов 55 минут.
         
         Медсестру Татьяну Белозерову все обычно называли просто Танечкой - за молодость и светлый, просто солнечный нрав. Даже в уколах она находила что-то хорошее - приятно было видеть, как из глаз больного или раненого уходит боль, как людям становится легче. И в медсестры она пошла потому, что ей нравилось помогать и лечить. Вот поработает еще - и поступит в институт, и станет врачом. Это же замечательно - помогать людям! Правда?
         Пациент из двенадцатой палаты сразу заинтересовал Танечку - слишком необычным было его появление. Да и травмы - врач не мог понять, откуда взялись такие ожоги - бесконтактные...
         Ну и... вообще-то, если честно... он красивый был, пациент из двенадцатой. Лицо, конечно, пострадало, но видно же, что красивый. Так что Танечка заглядывала к нему куда чаще, чем было положено. И тайком лазила в сеть, шерстя списки пропавших по всем ближайшим городам... И подслушивала, что он говорил в бреду о магах и какой-то Светлой страже... И чуть не плакала потом, когда на парне появились следы новых травм.
        - Ну как мы сегодня? - мило улыбнулась девушка, прикрывая дверь палаты, - Полегче?
         Он посмотрел на нее - испытующе.
        - Сегодня доктор сказала, что поправляетесь.
        - Таня, - вдруг проговорил пациент, перебив на полуслове, - Как... на улице?
         О... он опять.. Бедный парень...
        - Все хорошо, - гордясь своим профессиональным спокойствием, проговорила девушка, - Все нормально. Хотите чего-нибудь? Сока? Бульона?
        - Телефон... можно?
        - Хотите позвонить? - обрадовалась Танечка. - Родным?
         Это явный прогресс!
        - Нет... друзьям... если они... здесь... и живы.
         Ну.. вообще-то это было не разрешено, но... Руки сами достали из кармашка крохотный телефон.
        - Какой номер?
         Юноша смотрел, не отвечая. Что такое?
        - Вы не помните номер?
        - Дайте... руку... - выдохнул парень.
         Танечка удивленно подняла бровки. Руку? Зачем?
        - Просто... коснитесь меня... - попросил странный пациент, - Пожалуйста... Я должен.. знать...
         Танечка покусала губку. Оглянулась на дверь палаты. Подумаешь! Вон пациенту из десятой пришлось петь, (причем неприличные частушки) и ничего!
         Мягкое касание к неповрежденному участку кожи - и недоверчивый взгляд светлеет... Словно он наконец услышал что-то хорошее. Он даже попробовал улыбнуться:
        - Не... бойтесь...
        - Я не боюсь. Диктуйте.
         Первый номер ответил молчанием. Второй тоже. И третий. И четвертый... Пациент мрачнел на глазах, Танечка потихоньку вносила имена в память, чтоб потом определить, кто ж друзья этого красивого парня.
         Лишь седьмой номер отозвался живым голосом... Или неживым? Тихо и безжизненно женщина сообщила, что ее сын погиб три недели назад. И повесила трубку, прежде чем Танечка успела что-то спросить..
         Восьмой.. Девятый... Десятый... Десятый отозвался. Но голос Тане не понравился... слишком вкрадчиво-холодно он поинтересовался, откуда девушке известен номер, и она быстро прервала связь.
         Таня огорченно посмотрела на пациента. Он смотрел в потолок, и его лицо... словно ему перевязку без анестезии делали!
        - Спокойней... Ничего страшного. Потом еще позвоним. Спокойно, хорошо? Волноваться вам нельзя...
        - Теперь... уже, наверно, все равно... - отозвался парень, - А вам... лучше уходить отсюда. Эта больница... она не совсем такая... как вам кажется...
         О чем он?
         Танечка открыла рот, чтоб спросить... но с улицы вдруг послышались крики.
        - Смотрите! Смотрите!
         Таня встретилась глазами с пациентом, и ей почему-то стало страшно.
        - Смотрите! Что это? Что?... - к голосам добавились свистки и почему-то сирена...
        - Поднимите жалюзи, - проговорил юноша.
         По коже просыпались колючие ледышки. Тревога, клубившаяся в глазах пациента, заставила замереть... Нет.. Пожалуйста, только не... Не что? Что там? Что будет?...
         Сначала будет затмение... - сам собой зазвучал в ушах тихий голос. Он так сказал. Пациент из двенадцатой... Вчера.
         Сердце забилось глухо и часто. Сначала... будет... затмение... Сначала будет... Какое затмение, что за выдумки, затмения не бывают просто так...
         Потом на улицы выйдут демоны... И вампиры...
        - Откройте окно, Таня...
         Медленно, как во сне, двигаясь, Таня подошла к окну и сдвинула шторы.
         И увидела черное небо.
         
         Стихли свистки, перестала мигать рекламная картина на соседнем здании... Замерли пациенты в больничном саду, подняв голову к небесам.
         Оно было черное, небо, черное, но не ночное - ни звезд, ни луны, только густая чернота с едва заметным фиолетовым оттенком там, где в этот утренний час полагалось быть солнцу.
         Не горели фонари, не светились огни реклам - темно, темно и тихо. Остановились машины на перекрестке. Кое-где включились фары - и погасли.
         Город, так внезапно вырванный из дня и света, замер в немом страхе...
        - Что это? - еле шевеля губами проговорила Танечка, - Что это, а?
        - Это затмение...
        - Но так не бывает!
        - Бывает... - в голосе парня мелькнула боль и горечь, - И так сейчас везде...
         
         Россия.
         Подземный стратегический Центр обороны "Око тайфуна". Зал связи
         27 июля 2024 года.
         8 часов 55 минут.
         
        Операторы по одному оборачивались назад, к лю.. то есть к серокожим существам, возникшим непонятно откуда. Кто-то вскрикнул, недоуменно и зло, кто-то потянулся к системе громкой связи, от дверей рванулась охрана, на бегу вскидывая автоматы...
        Черно-красные ни о чем не спросили и не потребовали сдаться. Коротко перебросились парой непонятных слов и тот, что стоял впереди, поднял руку.
         Пустую, без оружия, просто руку... даже без когтей...
         С нее сорвалась молния.
        - Берегись!
        - Какого черта? Охрана! Охра..
        - А-а-а!..
         В зале воцарился ад. Молнии били по блокам питания, по работающим экранам, по светильникам... по людям.
         Вскрикнув, повис на кресле оператор Кремнев... повалился на пол полковник Мостовой. Прямо у двери в зал совещаний упали Зеленский и Руднев. Охрана... два молоденьких парня... рассыпались как песок... как пепел. Прямо на бегу.
         Крики, стоны, звон и хруст...
         
         Россия. Севастополь.
         27 июля 2024 года
         8 часов 59 минут.

        - Везде? Что значит - так? - Танечке было страшно, как никогда.. А мама? Мама? - Я... я должна узнать, что с мамой!
         Непослушными руками она схватилась за телефон.
        - Подожди... - пациент вздохнул и оторвал взгляд от черноты небес, - Кто твоя мать?
        - Повар... Повар в ресторане... по соседству... А что?
         Телефон молчал.
        - Иди... к ней. Иди... Сейчас иди, пока нет... Его. И остальных...
         Остальных?!
         Потом на улицы выйдут демоны... и вампиры...
         Танечка рванулась к двери... и остановилась. Что с ней?... Она бросает больных? Пусть до конца смены всего полчаса, но все-таки! Стыдно! А еще будущий врач... Нет-нет, Белозерова, тихо.. Возьми... возьми себя в руки.
        - Послушай... пожалуйста, скажи, что происходит? Объясни... я до сих пор не знаю, как тебя зовут!
        - Алекс.... - выдохнул парень, - Алексей.
        - Алекс.. - повторила Таня, стараясь успокоиться, - Ага.. И... и ты можешь сказать, что происходит?
         Юноша шевельнул губами... бросил взгляд в окно... и его лицо закаменело.
        - Сейчас Он объяснит.

[Bellena]

   Таня медленно обернулась. В голосе Алексея звучала такая горечь, что она была готова увидеть в окне кого угодно! Включая вампира. Они ведь летать умеют, если по фильмам смотреть...
         Но все оказалось иначе. Совсем.
         Небо прорезала ало-золотая нить. Тонкая, яркая, она прочертила тьму светящейся расширяющейся линией... Брызнул свет. Огненный, золотой, багрово красный - вспышки с сполохи хаотично чередовались, с каждой сменой цвета все сильнее и ярче...
         Пока небо не заполыхало переливом буйствующих красок... Подсвеченные золотым, облака вылепились в огромную, в треть неба, корону. Корону из языков пламени... Светящаяся линия очертила золотую рамку... и все остановилось... и замерло.
         Таня сдавленно вскрикнула - вместе с голосами из коридора и соседних палат - с потемневшего, багрово-оранжевого неба на них смотрело исполинское лицо. Человеческое лицо.
         
         Китай
         27 июля 2024 года
         12 часов 45 минут
         
         
         Ван Лин любил при случае пустить пыль в глаза знакомым, как бы невзначай ввернуть пару фраз о месте своей работы... Действовало прекрасно: узнав, что Ван трудится не где-нибудь, а в Доме Правительства, юные девушки становились ласковыми и милыми. Страсть к замужеству с высокопоставленным человеком у китаянок в крови. И не столько деньги важны в таком браке, сколько честь семьи и влияние.
         Недоверчивым парень показывал свой пропуск, который, как все знали, подделать нельзя. Все было честно - он и правда работал с министрами и другими важными людьми. Только забывал сказать, кем. Юный Ван Лин трудился по протекции родственника "младшим помощником", а проще говоря, курьером, разнося по приемным минеральную воду, свежие газеты и все, с чем пошлют..
         Сегодня, например, послали на недостойную работу. В дурацкий мини-зоопарк. Проклиная президентов и королей, которые в последние полгода взяли за правило дарить коллегам по управлению экзотических животных с глубокомысленными комментариями, Ван поплелся на первый этаж.
         Зверинец встретил его рычанием, визгом и метко брошенной банановой кожурой. Чудом не поскользнувшись, Ван спешно зажал нос. Кроме дикого шума, зверинец поражал таким скверным запахом, что у бедного парня глаза заслезились.. К счастью, помощник смотрителя, пожаловавшись на необычайно беспокойное поведение подопечных, вручил недовольному Вану средство от этой неприятности. Заглянув в пакет, Ван увидел...противогаз!
        - Бери, только он и спасает, - кивнул помощник, представившийся как Су, пытаясь одновременно призвать в порядку ополоумевшую чернобурую лису - та металась по клетке и безостановочно лаяла, то и дело бросаясь на прутья, - Да что ж творится сегодня...
         Пожав плечами, Ван налепил противогаз на лицо и занялся уборкой... Жалко, что уши не закроешь. Хотя можно включить музыку. Он включил "ушки" и вопли беснующихся птиц перестали его волновать..
         Клетки чистились легко, поддоны вынимались без затруднений, новенький противогаз исправно подавал свежий воздух с ароматом сосны, музыка была отличной (новая группа, "Гули", могла переорать наверно, даже сирену тревоги), так что работа шла быстро и успешно, пока Ван не обратил внимание на обитателя очередной клетки - крупная синеперая птица вдруг судорожно взмахнула крыльями, разинула клюв.. и рухнула на пол. Что случилось? Знаменитый птичий грипп? И вон еще одна птичка, бескрылая, покачавшись на тонких ногах, повалилась на подстилку... И попугаи все на полу... Духи предков, в чем дело?
        - Смотритель... - хотел позвать юноша, но маска не пропускала его голоса. Он шагнул в соседнюю комнату, к Су, но представившаяся картина заставила его оцепенеть..
         В этой комнате тоже все лежали... Черная лисица, оскалив зубы, так и застыла у прутьев, только хвост судорожно подергивался..
        Пушистый зверек вытянулся без движения на усыпанном стружкой полу.. А вон там еще один.. Мартышка безвольно повисла на жердочке.. И крупный зверь, из кошек, только что бивший тяжелой лапой по прутьям, затих.. И еще!
         Все... И Су. Он лежал у выхода, не дойдя до прозрачной двери на два шага.. Пальцы еще сжимали наполненный шприц..
        - Смотритель... - упавшим голосом позвал Ван, но тот не шевельнулся... Никто не шевельнулся..
         Да что же это такое?..
        - Ты умрешь! - заорал ему в ухо чей-то жуткий голос, и Ван в ужасе отскочил, прижался к стене, покрывшись холодным потом... задыхаясь, обвел глазами застывшее "мертвое царство" и только тут сообразил, что "ушки" просто выдают начало новой песни "Гулей", хит сезона "Всех ждет смерть". Дрожащими руками Ван стащил наушники и отшвырнул, как ядовитую змею, как тарантула... "Ты умрешь!" - снова донеслись слова из "ушек" и грянула музыка... Не чувствуя под собой ног, Ван выскочил из жуткого зверинца, забыв снять маску.. Он почти бежал по коридору, нащупывая медальончик, который выдают здесь каждому, на экстренный случай. Даже уборщику.
        - В зверинце беда! - закричал он, забыв представиться, забыв, что его не слышно, обо всем забыв, едва из рации послышался первый шорох... - В зверинце... - и он замолк.
         На полу... впереди... лежали бумаги... Просто лежали. Их никто не собирал... Из-за поворота коридора виднелась изящная женская рука, с лунным браслетом на тонком запястье... застывшая на одном из листков...
         А рация молчала... На негнущихся ногах Ван сделал несколько шагов. Вперед. Да... На золотистом покрытии лежала девушка-секретарь, Винь, он как-то звал ее на танцы... И не одна. У лестницы неподвижно лежали министр Во и его охранники, дальше схватилась за горло чиновница из Хонов..
         А рация молчала...
         Чувствуя, как начинают шевелиться волосы на затылке, Ван поднес к лицу рацию-медальон... пальцы наткнулись на маску.
         Противогаз. Он был в противогазе, поэтому он уцелел. А остальные...
         Так это... Это.. Все отравлены.. Все? Он заметался по комнатам, распахивая двери туда, куда еще вчера не смел бы даже постучать... Всюду, всюду, всюду..
         Они лежали везде. Кто-то успел встать и подойти к окну, кто-то лег прямо на рабочий стол, на панель компьютера... Кто-то успел достать таблетки...
         А рация молчала.
         Было очень тихо.
         Комнаты, Дворец, улицу за окнами накрыла плотная тишина... Ни автомобилей, ни шумной толпы..
         Юноша бессильно прислонился к стене у пальмы, не зная, что делать.. И в этот миг в вестибюле возникли люди. Целая группа, десять человек, одетых в одинаковую черно-красную одежду... Просто появились, как из воздуха. Осмотрели усеянный мертвыми телами пол и, усмехнувшись, стали подниматься по лестнице, о чем-то переговариваясь на незнакомом языке.
         Холодея, Ван смотрел, как они спокойно перешагивают тела на ступенях, как женщина с кроваво-красными волосами наклоняется над министром обороны, и ее глаза из-под крыла волос сверкают нечеловеческим алым блеском... И как она вдруг поворачивает голову в его сторону, а потом вытягивает руку...
         Нет! Она не могла заметить его, не могла, это стекло у лестницы прозрачно только в ту сторону. Нет... От группы вдруг отделились два человека (человека?) и двинулись в его сторону...
         Нет!
         Потеряв всякое самообладание, Ван рванулся... и выбежал на замершую улицу. Под черное солнце.
         
        США.
         Белый дом.
         27 июля 2024 года.
         14 часов.

        - Мистер Президент, Китай замолчал.
        - Так, - президент тяжело опустился на стул, - Что же там случилось?.. Сначала Париж и Россия, потом Китай.. Кто теперь? Мы?
        - Срок нашего ультиматума истекает, сэр... - напомнил один из сенаторов. Все старались не смотреть на экраны, беспрерывно транслировавшие то Париж, то руины Путижа, то все еще расколотый землетрясением Токио...- Я помню.
        - Сэр, нам осталось всего несколько минут.
        - Мистер Президент!
        - Нет. Мы не можем принять ультиматум неизвестно кого! Америка не может сдаться! - голос его был твердым, хотя и ему было страшно... Буш тоже был человеком. Но стать первым президентом Америки. спустившим флаг гордой страны, не знавшей оккупации... Нет! - Никогда за всю историю Америки..
        - Мистер Президент, в истории Америки когда-нибудь треть страны заносило снегом в летнее время?
        - Вы хотите, чтоб нас уничтожили? Как Париж? Его транслируют по всем каналам.. - сенатор Симмонс срывалась на истерику..
        - Но Он никто!
        - Он правит ураганами и драконами. Он маг, сэр! Разве это никто? Его люди могут бить огнем...
        - Он захватил Пентагон за пятнадцать минут! Наши базы не отвечают на вызовы, наша спутниковая сеть выведена из строя! Наш маршал на экстренном совещании оказался оборотнем и попытался нас убить! - вице-президент пугливо покосился на пятна крови на полу.. - Мистер Президент, мы не сможем сопротивляться!
        - Сэр! Три минуты! Еще не поздно..
         Полминуты мучительной тишины. Странное ощущение безнадежности... На этот раз Америку не спасет ни супермен, ни бравый крепкий орешек, ни русский союзник... О Боже...
        - Мистер Президент!
        - Поздно... - шелестит безнадежно-усталый голос сенатора Льюиса. Он смотрит в окно и отступает.
         В следующий миг пуленепробиваемое стекло исчезло. На пол, звеня, упал одинокий осколок, и огромный оконный проем заполнила громадная уродливая голова с янтарными глазами.. Драконья голова.
         

[Bellena]

Россия.
         Подземный стратегический Центр обороны "Око тайфуна". Зал связи
         27 июля 2024 года.
         10 утра..
         
         Уничтожив системы питания, черные ушли. Старшине Бронскому и рядовому Санину, проводившим в конференц-зале последние монтажные работы, пришлось потратить полтора часа, чтобы распилить оплавившуюся металлическую дверь и войти. Но в живых они застали только рядового Зеленского. Все остальные погибли.
         А потом отказало питание и в резаке, и выйти из зала хотя бы в коридор оказалось невозможным. Двери по сигналу тревоги автоматически заблокировались, а код, наверное, знали лишь президент, маршал и полковник...
         А здесь не было ни еды, ни воды, ни аптечки. Кондиционеры отказали.
         Все.
         
         
         - Я - ваш новый Повелитель, - ровно проговорил человек в небесах. Огромные синие глаза взглянули на людей, и те инстинктивно попятились, кто-то вскрикнул. Пронзительно-острый, тяжелый взгляд... От него пробирало холодком, словно на спину кто-то положил ледяную ладонь. Пауза. И в невероятной тишине на онемевший город тяжело упали слова, - Вадим. Маг.
        - Что?.. Что он сказал?!
        - О чем он?.. - прозвучал чей-то недоуменный шепот, но на него шикнули, и снова стало тихо. Все ждали.
        - Этот мир теперь мой. И вы тоже. Сегодня вы в этом убедитесь, - губы человека в черном небе тронула нехорошая, торжествующе-злая улыбка. - Сегодня вы подчинитесь. Или будете уничтожены.
         "Уничтожены.." - отдалось на площади Севастополя у аэропорта...
        ...на улицах Москвы...
        ...на раскаленной мостовой Парижа...
        ...на руинах Нью-Йорка...
        ...на мертвом бульваре Пекина...
        ...на замершей от ужаса набережной Тель-Авива...
        ...над заметенными снегом виноградниками у Толедо...
        ...над крышей маленького домика, где безнадежно молилась о милости Небес старая гадалка...
         О чем он? О чем? Что все это значит?!
         Ответа не было.
        - Мир изменился, люди. ВСЕ ИЗМЕНИЛОСЬ. Я отменяю старые законы. Я отменяю ваши армии. Я отменяю ваших президентов и королей. Вы будете жить по новым законам. Или не будете вообще.
         Глаза последний раз в холодном прищуре вобрали в себя человеческий страх.. и, усмехнувшись, он исчез.
         
         Небо оставалось тем же. Черным, безлунным и беззвездным, с застывшими багрово-оранжевыми вспышками. Словно люди вдруг оказались на другой планете. Чужой, непонятной и опасной.
         В этом странном свете даже лица соседей выглядели чуждо и жутко - провалы глаз, резко подчеркнутые морщины и страх, страх - в перепуганном молчании, в тихом всхлипывании ребенка, в судорожном вздохе Тамары...
         Павел Евгеньевич Христофоров дрожащей рукой вытер лоб. В голове вертелась дурацкая фраза: "Ничего себе отпуск начинается! Ничего себе отпуск"... Он уже догадывался, что никаких отпусков теперь не будет, и не будет долго...
        - Павел... Павел, что это такое? Это розыгрыш? Ну говори же!
        - Боюсь, что нет.
         
         
        - Алексей! Что это... Что это было? - Таня никак не могла остановить дрожь - даже голос дрожал...
        - Вадим. Новый король магического мира. А теперь и человеческого...
         Слова звучали бредово.
         Но это не было бредом. Не было, пока над городом в разгар утра нависало черное небо. Вадим... Повелитель... Вадим? Как-то прозвучало это... словно... подождите...
        - Ты его знаешь?
        - Думал, что знаю...
         
         
        - Но Павел...
        - Тихо!
         Экран ожил.
         По нему волной прокатилась багрово-оранжевая вспышка, а потом из нее соткалась незнакомая эмблема - меч, над которым сияла корона. Словно из какой-нибудь сказки. Или аниме...
         А потом, как обычно, возник человек. Диктор. Нет... Не человек... Он был очень похож на человека, но у людей не бывает такой пепельно-серой кожи. И алых глаз.
        - Прослушайте сообщение. Сегодня, в первый день воцарения Его Величества Вадима, Избранного Повелителя мира магического и человеческого...
        - Что он несет?!
        - Тихо!
        -... его величество повелевает: всем людям в течение трех дней надлежит признать его и принести ему присягу. Лица, присягнувшие в первый день, получат привилегии. Присягнувшие на второй день, а также в третий, привилегий не получат. Лица, не прошедшие регистрации и не принесшие присяги, объявляются вне закона и являются законной добычей слуг Его величества.
         Лица, занимающиеся преступной деятельностью, будут уничтожены.
         Лица, находившиеся на военной службе и не принесшие присяги его величеству, будут уничтожены.
         Лица, допустившие критику его величества или оказавшие сопротивление слугам Повелителя, будут уничтожены.
         Серокожий помолчал.
         И вдруг усмехнулся клыкастым ртом.
        - Правила просты, люди. Те, кто нужны, будут жить. Те, кто послушны, будут жить. Остальным не повезло...
         
        - Таня... - зеленые глаза Алексея смотрели смертельно серьезно, - Идите к матери. Пока не поздно.
        - Я не имею права...
         В больнице все еще было тихо. Пока было тихо...
        - Идите. Пока можете.
        - Я не брошу больных!
        - Таня... кого вчера положили в соседнюю... палату? И в пятую?...
        - Пострадавших... от ожогов.
        - Вы видели... их кожу?
         Они были в повязках! Под капельницами... Странных таких повязках...
        - Нет, но..
        - Это вампиры, Таня. А ваша врач... - он не договорил. - Уходите.
         
        - Какого дьявола?! - послышался полупьяный юношеский голос, - Не, ну вы видали? Какой-то чмырь с манией величия развел тут шоу, а вы все развесили уши?
         Компания нетрезвых подростков под самым экраном, одобрительно засвистела - в стену полетела бутылка из-под дорогого пива.
        - Этот придурок указывает нам... экхххх...
         Худенькая сгорбленная старушка оказалась около него как по волшебству - никто ни уловил ни движения, ни... А сейчас она держала юнца перед собой, на вытянутой руке, сжимая горло. Ноги в дорогих кроссовках беспомощно болтались, чуть не доставая до пола.
        - Эй!
        - Вы что делаете?
        - Вы...
        - Лица, допустившие критику его величессства или оказавшие сссопротивление слугам Повелителя, будут уничтожены, - прошипел негромкий, какой-то бесплотный голос, и тонкие губы старушки раздвинулись, обнажая клыки. - Вмессте с посссссобниками...
         Люди шарахнулись - старуха исчезла. Преобразилась. Истаяли морщины. Распрямилась и налилась упругой силой фигура. Седые волосы стали просто светлыми, и молодая женщина с кроваво-алыми губами шагнула вперед:
        - Вкусссссные прессступники....
         
         Минуты текли.
         В палате все так же стояла тишина.
         Откуда-то слева вдруг послышался крик. Долгий, полный страха и боли.
        - Помогите! Помогитееееее!
         Юноша инстинктивно дернулся - но встать при таких травмах не получилось бы даже у прославленного старика-Шварцнегера.
        - Проклятие! - простонал он, падая на подушку. - Началось. Скоро будут здесь. Дайте руку, быстро!
         Быстрое касание дрожащей руки. Почти неслышный шепот... Неяркая золотистая вспышка... Проступившая на лбу испарина...
        - Идите. Полчаса... вас... никто.. не увидит... Прощайте.
         

[Mumrik]

Ничего себе! Потрясающе! А дальше? 
Когда появился Вадим, все стало вдруг казаться немного нереальным... вроде "13-го этажа"

[Bellena]

Ничего себе! Потрясающе! А дальше?
Дальше есть. За "потрясающе" спасибо большое)))
Выложить продолжение?
Когда появился Вадим, все стало вдруг казаться немного нереальным... вроде "13-го этажа"
Пожалуй... скидка на то, что он обставил свое появление картинно-красиво. Чтоб запомнили. Но если такое впечатление сохранится и дальше, то значит, что-то не так.
 

[Mumrik]

Выложить продолжение?

Конечно!
Вот вопрос еще возник: если Вадим русский, то как его слова поняли в Токио, Париже и проч.? Он же со всеми одновременно говорил?..

[Bellena]

Как говорил писатель Шварц "Чудо чистое, вполне научное". Все это шоу - не его личная магия. Никого на такое не хватит. Тут еще и специальные установки за три недели потихоньку установили..
Так что каждый слышит на своем языке.