Перекресток

[svetlyachok8]

Старая миниатюра, которая так и не была превращена в полноценный рассказ Так и не отправилась на конкурс. Вроде не показывала. Хотя... в свете последних печальных событий не знаю, на до ли вообще... что-то делать

СПОЙЛЕРЫ

« Дуэт»



Это утро ничем не отличалось от тысяч других в моей реальности ― солнце светило ярко, но не жарило, как это часто бывает в человеческом мире, ветерок дул самый что ни есть свежайший. По небу мерно и даже лениво плыли пушистые облака. Я, как всегда, катила свой велик по дорожке,  стараясь слушать, о чем бормочет гравий. Кто только не ходил по нему за эту ночь…  Часы на руке показывали девять утра. Я опаздывала. Вот, наконец, показался впереди маленький домик, утопающий в зелени дикого винограда. Аккуратный, построенный в английском стиле, он так и звал отдохнуть после дальней дороги. На лужайке, свернувшись калачиком, сладко спал маленький дракончик. И как его ещё не написали? Обычно авторы любят это дело… Больше драконов, любят разве что эльфов только. Вот бы не замучил этого малыша какой-нибудь графоман. Зеленый окрас был немного светлее травы, отчего казалось, будто перед домом лежит небольшая горка молоденькой травки, только умеющей разговаривать и выдыхать пламя. Мимо со звонким смехом пролетели несколько феечек.  Они затерялись где-то в кроне растущего позади домика клена. Люди придумали столько их видов, а описать настоящую так вот никто и не смог…
Я уже подъехала к маленькой аккуратной калиточке, и даже успела слезть с велика, как раздалось противное тявканье – звонил Иннокентий Павлович. Надо бы выбрать другой сигнал для него.  Я поморщилась,  но все же ответила:
- Да.
- Радость моя! – Голос на том конце провода противно гнусавил, источая ядовитую иронию. – Ты где пропала? Хватит шататься по фентезятникам! Займись серьезными вещами!
- И вам здравствуйте.  Я, кажется, предельно ясно выразилась –  с вашим отделом не работаю. Все. Шеф дал добро на мои личные предпочтения. Так вот, «фентезятники», как вы выразились, для меня - самые серьезные вещи! Я все сказала. Всего доброго. – И не дав испортить себе настроения, отключилась. А вот не надо лезть,  куда не просят! Сидишь в своем реализме и сиди. Там всегда есть кому вкалывать.
 Тихонько скрипнувшая на приветствие старенькая калиточка пропустила меня в палисадник. Несколько минут вожусь с дверью и – вуаля! Эта кухня, такая теплая, вся сделанная из сосны, уже приветствует меня целым созвучием шорохов. На плите закипает  любимый кофе в турке, и ведь сколько бы я не опаздывала с приходом – он всегда такой, как надо. Массивный стол накрыт белой скатертью, сейчас там красиво разложены на тарелочке вкусно пахнущие, только что испеченные булочки с корицей. Через витражное окошко заглядывают в небольшую кухоньку ласковые лучики света. Хотелось провести  целую вечность в этом покое…
― Ты опоздала. ― Эти слова отвлекли меня от приятных мыслей, заставив вспомнить, зачем я приехала.
― Ты сегодня рано проснулась. ― Налив кофе в чашку, я села за стол и начала завтракать.
― Что за убогая тряпка на тебе? ― Из зеркала, висящего прямо напротив обеденного стола, за моим завтраком наблюдала женщина.  Ещё недавно полная сил и уверенности в завтрашнем дне,  теперь же с явными признаками усталости на вполне симпатичном лице ― синяки под глазами, бледная кожа, потухший взгляд. Если бы на кухне был кто-то третий, он бы очень удивился: мы с ней походили друг на друга как две капли воды, только вот одеты были по-разному, и кухни были совершенно непохожими. А ещё платье на мне было новенькое, косы уложены идеально, и я улыбалась… 
― Ты сегодня в плохом настроении. ―  Я внимательно посмотрела на своего автора. Женщина с той стороны зеркала тоже сидела за столом, только в ее кухне окна были зашторены, ни одного лучика света не могло пробиться в это царство тьмы. На стене, рядом с окном горел один-единственный бра.  На той кухне правили бал стекло и металл. Холодные и равнодушные, они даже через зеркальную поверхность начинали душить меня.  Не понимаю, как люди в их окружении могут творить что-то? Оно получается совершенно бездушное, и читать это можно разве что с какого-нибудь гаджета. Книга сразу выведет бездушность на чистую воду. ― А я вот тебе говорила, не сидеть до последнего! Нельзя столько работать! В издательстве что, не люди работают? Не понимают?! Прошу, отдохни хоть немного!
― Зато ты много понимаешь в работе… А тряпка отвратительна. Тебе не идут короткие сарафаны, да ещё такие пестрые. Столько цветов ― да это же просто неприлично! И косы эти деревенские! Тьфу!  ― Она с пренебрежением фыркнула и стряхнула пепел с сигареты.
― Понимаю. Ну, что поделать, работа у меня такая. – Ароматом кофе, казалось, пропитался каждый сантиметр. Вплетающийся в него аромат корицы мог свести с ума кого угодно… Даже музу…   
― Работа… ― ещё раз фыркнув, она начала завязывать свои длинные волосы неопределенного цвета в узел. Сегодня на ней была старая футболка и потертые джинсы – верный признак того, что дело дрянь. Раньше я видела только красивые вещи на ней. И похоже, я уже ничего не смогу сделать с переменами в её душе.
― Мне кажется, ты все равно ничего не успела. Нельзя просто брести куда-нибудь. Работы все больше – а тексты все хуже. - Поставив пустую чашку в раковину, я вплотную подошла к зеркалу.
― Хватит! Все! Закрой рот! ― Она так резко вскочила, что я едва успела отшатнуться. ― Ты мне надоела! Только и нудишь ― отдохни, у тебя ничего не получается, посмотри на мир другими глазами, улыбнись… И так до бесконечности! Я устала! Ай! ― Мое отражение схватилось за голову. Я тоже. Ну вот, сама не заметила, как обиделась. А что поделать, вот такое оно,  вдохновение – дал волю негативу, и вот пожалуйста, обратно в сто раз сильнее. Законы для творческих людей-то не я придумывала. 
― Ну вот, обидела меня ― стало больно тебе. ― Ее надо было срочно успокаивать, ибо дело заходило слишком далеко. Она не могла выносить столько боли. А я не могла с этим ничего поделать.
Я постепенно приходила в себя. Смотрела в окно и улыбалась чудесному солнечному дню. Даже помахала ручкой прыгающему возле велика Белому Кролику, как обычно прискакавшему на наше условное место. Я всегда подвозила его к Стране Чудес. Переведя взгляд обратно, я увидела, что моя автор сидит за столом и пытается остановить идущую из носа кровь.
― Эй! Все в порядке! Я уже ухожу! Вот и сегодня ничего не напишем. Жаль.
Такой уговор был у нас много лет назад ― я могу находиться с ней только час. Но и раньше тоже могу уйти. Если опасно рядом. Она сама установила это правило, зная свой характер. Теперь  оно оказалось на руку. В первую очередь ей.
― Знаешь, я много думала этой ночью. – Писательница из темной кухни подошла к зеркалу вплотную. ― Я, наверное, отпущу тебя.
Сказать, что я удивилась - значит, ничего не сказать. Столько лет быть вместе, создавать замечательные миры, и на тебе! Нет, я давно этого ждала, но сейчас -  это уж слишком скоро. Я чуствовала, что она уходит. Больше не может там. Да только этот путь, каким она хочет уйти, он не приведет ее к нам.   ― Да, отпущу, хочу научиться жить без тебя. Хорошо? Без обид.
― Ну… А ты уверена? ― Я посмотрела ей в глаза, не в силах перечить. Мы существа подневольные, что нам говорят ― то и делаем… Она знала что погибнет, и больше не хотела меня мучать, а я… ничего не могла с этим поделать. Только почему–то было чудовищно жаль…
  Ты же знаешь, что не сможешь без меня.
 Знаю.
 Никого нового тебе не дадут.
 Знаю.
 И ты по-прежнему уверена?
  Абсолютно. Иди.
― Ну…как скажешь.
Она положила руку на зеркало, и я сделала тоже самое. Она улыбнулась ― я улыбнулась в ответ. Она умирала ― я уходила из этой кухни навсегда. Столько лет мы были вместе, и… вот.  Я вышла через дверь, ведущую в сад, и, помахав рукой дракончику, в ответ на взмах хвостика,  села на велик. Там, в сосновой кухоньке осталась часть меня, осталось и счастье моей подопечной и ее горе. Она больше не имела надо мной власти… Кролик уже успел умоститься в приделанной к велику корзинке и все время поглядывал на свои часики. Я не видела, как совершенно беззвучно рыдает моя половинка, как хочет остановить меня,  как кричит мне что-то вслед. Я не видела, что она уже разбила себе руки колотя по зеркалу, а слезы смешались с кровью из носа. Я чувствовала, как счастье переполняет меня. Счастье свободы. Ощущения новых сил. Впереди меня ждали новые миры и новые авторы. Я возвращалась домой…