Официальный сайт Веры Камши
Автопортрет и не только Вторая древнейшая Книги, читатели, критика Заразился сам, зарази товарища Клуб Форум Конкурс на сайте
     
 

Далекая провинция - Война...

Песни и стихи бардов посвященные Великой Отечественной Войне

  У каждого поэта есть провинция,

Она ему ошибки и грехи,

Все мелкие обиды и провинности

Прощает за правдивые стихи.

И у меня есть тоже неизменная,

На карту не внесенная, одна,

Суровая моя и откровенная,

Далекая провинция - Война...

Семен Гудзенко  

 

Владимир Высоцкий

На братских могилах не ставят крестов,

И вдовы на них на рыдают,

К ним кто-то приносит букеты цветов

И Вечный огонь зажигают.

Здесь раньше вставала земля на дыбы,

А нынче - гранитные плиты.

Здесь нет ни одной персональной судьбы,

Все судьбы в единую слиты.

А в Вечном огне виден вспыхнувший танк,

Горящие русские хаты,

Горящий Смоленск и горящий рейхстаг,

Горящее сердце солдата.

На братских могилах нет плачущих вдов,

Сюда ходят люди покрепче.

На братских могилах не ставят крестов,

Но разве от этого легче?

***

Мерцал закат, как блеск клинка,

Свою добычу смерть искала.

Бой будет завтра, а пока

Взвод зарывался в облака

И уходил по перевалам.

Отставит разговоры.

Впепред и вверх, а там -

Ведь это наши горы,

Они помогут нам.

Они

помогут нам!

А до войны вот этот склон

Немецкий парень брал с тобой.

Он падал вниз, но был спасен,

А вот сейчас, быть может, он

Свой автомат готовит к бою.

Отставит разговоры.

Впепред и вверх, а там -

Ведь это наши горы,

Они помогут нам.

Они

помогут нам!

Ты снова здесь, ты собран весь.

Ты ждешь заветного сигнала.

А парень тот - он тоже здесь,

Среди стрелков из "Эдельвейс".

Их надо сбросить с перевала.

Отставит разговоры.

Впепред и вверх, а там -

Ведь это наши горы,

Они помогут нам.

Они

помогут нам!

***

Мне этот бой не забыть нипочем, -

Смертью пропитан воздух.

А с небосвода бесшумным дождем

Падали звезды.

Вот снова упала, и я загадал -

Выйти живым из боя!

Так свою жизнь я поспешно связал

С глупой звездою.

Нам говорили: "Нужна высота!"

И "Не жалеть патроны!"

Вон покатилась вторая звезда -

Вам на погоны.

Я уж решил - миновала беда,

И удалось отвертеться...

С неба скатилась шальная звезда

Прямо под сердце.

Звезд этих в небе - что рыбы в прудах,

Хватит на всех с лихвою.

Если б не насмерть - ходил бы тогда

Тоже героем.

Я бы звезду эту сыну отдал, -

Просто на память...

В небе висит, пропадает звезда -

Некуда падать.

***

Почему все не так? Вроде все как всегда:

То же небо, опять голубое,

Тот же лес, тот же воздух и та же вода,

Только он не вернулся из боя.

Мне теперь не понять, кто же прав был из нас

В наших спорах без сна и покоя.

Мне не стало хватать его только сейчас,

Когда он не вернулся из боя.

Он молчал невпопад и не в такт подпевал,

Он всегда говорил про другое,

Он мне спать не давал, он с восходом вставал,

А вчера не вернулся из боя.

То, что пусто теперь, не про то разговор:

Вдруг заметил я - нас было двое...

Для меня словно ветром задуло костер,

Когда он не вернулся из боя.

Нынче вырвалась, будто из плена, весна,

По ошибке окликнул его я:

"Друг, оставь покурить", - а в ответ - тишина...

Он вчера не вернулся из боя.

Наши мертвые нас не оставят в беде,

Наши павшие - как часовые...

Отражается небо в лесу, как в воде,

И деревья стоят голубые.

Нам и места в землянке хватало вполне,

Нам и время текло для обоих...

Все теперь одному, толоко кажется мне,

Это я не вернулся из боя.

***

Всего лишь час дают на артобстрел.

Всего лишь час пехоте передышки.

Всего лишь час до самых главных дел:

Кому - до ордена, ну, а кому - до "вышки".

За этот час не пишем ни строки.

Молись богам войны - артиллеристам!

Ведь мы ж не просто так, мы - штрафники.

Нам не писать: "Считайте коммунистом".

Перед атакой - водку? Вот мура!

Свое отпили мы еще в гражданку.

Поэтому мы не кричим "ура!",

Со смертью мы играемся в молчанку.

У штрафников один закон, один конец -

Коли-руби фашистского бродягу!

И если не поймаешь в грудь свинец,

Медаль на грудь поймаешь "За отвагу".

Ты бей штыком, а лучше бей рукой -

Оно надежней, да оно и тише.

И ежели останешься живой,

Гуляй, рванина, от рубля и выше!

Считает враг - морально мы слабы.

За ним и лес, и города сожжены.

Вы лучше лес рубите на гробы -

В прорыв идут штрафные батальоны!

Вот шесть ноль-ноль, и вот сейчас - обстрел.

Ну, бог войны! Давай - без передышки!

Всего лишь час до самых главных дел:

Кому - до ордена, а большинству - до "вышки".

***

Кто сказал: "Все сгорело дотла"?

Больше в землю не бросите семя.

Кто сказал, что земля умерла?

Нет, она затаилась на время.

Материнство не взять у земли,

Не отнять, как не вычерпать моря.

Кто поверил, что землю сожгли?

Нет, она почернела от горя.

Как разрезы траншеи легли,

И воронки, как раны зияют,

Обнаженные нервы земли

Неземное страдание знают.

Она вынесет все, переждет.

Не записывай землю в калеки.

Кто сказал, что земля не поет,

Что она замолчала навеки?

Нет, звенит она, стоны глуша,

Изо всех своих ран, из отдушин,

Ведь земля - это наша душа,

Сапогами не вытоптать душу.

Кто поверил, что землю сожгли?

Нет, она затаилась на время.

Юрий Визбор

Помни войну! Пусть далека она и туманна.

Годы идут, командиры уходят в запас.

Помни войну! Это, право же, вовсе не странно:

Помнить все то, что когда-то касалось всех нас.

Гром поездов. Гром лавин на осеннем Кавказе.

Падает снег. Ночью староста пьет самогон.

Тлеет костер. Партизаны остались без связи.

Унтер содрал серебро со старинных икон.

Помни войну! Стелет простынь нарком в кабинете.

Рота - ура! Коммунисты - идти впереди!

Помни войну! Это мы - ленинградские дети,

Прямо в глаза с фотографий жестоких глядим.

Тихо, браток. В печку брошены детские лыжи.

Русский народ роет в белой земле блиндажи.

Тихо, браток. Подпусти их немного поближе -

Нам-то не жить, но и этим подонкам не жить.

***

По краю воронок - березок столбы.

По краю воронок - грибы, да грибы.

Автобус провоет за чахлым леском,

Туман над Невою, как в сердце ком.

А кто здесь с войны сыроежкой пророс?

Так это ж пехота, никак не матрос.

Матрос от снаряда имел поцелуй

И вырос в отдельно стоящий валуй.

По минному полю проходит взрывник,

По бывшему минному полю - грибник,

Он в каске, как дьявол, очки со слюдой,

Бордовая "Ява", как конь молодой.

Несут грибники на закуску грибы.

Проносит санрота гробы, да гробы,

Морская пехота, зенитная часть,

Саперная рота и два трубача.

А ну-ка, ребята, отдайте грибы,

Пускай они снова вростают в гробы.

Откинутся доски, земля отлетит

И ротный построиться роте велит.

И снова атака, и снова, "ура"!

Опять из-за танков палит немчура.

Нельзя и сторонкой уйти от судьбы...

Воронки, воронки, грибы да грибы.

***

Мы это дело разом увидали,

Как роты две поднялись из земли,

И рукава по локоть закатали,

И к нам с Виталий Палычем пошли.

А солнце жарит, чтоб оно пропало,

Но нет уже судьбы у нас другой,

И я шепчу: "Постой, Виталий Палыч,

Постой, подпустим ближе, дорогой".

И тихо в мире, только временами

Травиночка в прицеле задрожит,

Кусочек леса редкого за нами,

А дальше - поле, Родина лежит,

И солнце жарит, чтоб оно пропало,

Но нет уже судьбы у нас другой,

И я шепчу: "Постой, Виталий Палыч,

Постой, подпустим ближе, дорогой".

Окопчик наш - последняя квартира,

Другой не будет, видно, нам дано.

И черные проклятые мундиры

Подходят, как в замедленном кино.

И солнце жарит, чтоб оно пропало,

Но нет уже судьбы у нас другой,

И я кричу: "Давай, Виталий Палыч!

Давай на всю катушку, дорогой!"

...Мои года, как поезда, проходят,

Но прихожу туда хоть раз в году,

Где пахота заботливо обходит

Печальную фанерную звезду,

Где солнце жарит, чтоб оно пропало,

Где не было судьбы у нас другой.

И я шепчу: "Прости, Виталий Палыч,

Прости мне, что я выжил дорогой".

Булат Окуджава

А мы с тобой, брат, из пехоты,

А летом лучше, чем зимой.

С войной покончили мы счёты,

Бери шинель, пошли домой!

Война нас гнула и косила,

Пришёл конец и ей самой.

Четыре года мать без сына,

Бери шинель, пошли домой!

К золе и к пеплу наших улиц

Опять, опять, товарищ мой,

Скворцы пропавшие вернулись,

Бери шинель, пошли домой!

А ты с закрытыми очами

Спишь под фанерною звездой.

Вставай, вставай, однополчанин,

Бери шинель пошли домой!

Что я скажу твоим домашним,

Как встану я перед вдовой?

Неужто клясться днем вчерашним,

Бери шинель пошли домой!

Мы все - войны шальные дети,

И генерал, и рядовой.

Опять весна на белом свете,

Бери шинель, пошли домой!

***

Во дворе, где каждый вечер все играла радиола,

Где пары танцевали, пыля,

Ребята уважали очень Леньку Королева,

И присвоили ему званье Короля.

Был Король, как король, всемогущ. И если другу

Станет худо и вообще не повезет,

Он протянет ему свою царственную руку,

Свою верную руку, - и спасет.

Но однажды, когда "мессершмитты", как вороны,

Разорвали на рассвете тишину,

Наш Король, как король, он кепчонку, как корону,

Набекрень, и пошел на войну.

Вновь играет радиола, снова солнце в зените,

Да некому оплакать его жизнь,

Потому что тот Король был один (уж извините),

Королевой не успел обзавестись.

Но куда бы я не шел, пусть какая ни забота

(По делам или так, погулять),

Все мне чудится, что вот за ближайшим поворотом

Короля повстречаю опять.

Потому что, на войне хоть и правда стреляют,

Не для Леньки сырая земля,

Потому что (виноват), но я Москвы не представляю

Без такого, как он, короля.

***

Здесь птицы не поют,

Деревья не растут,

И только мы, плечом к плечу,

Врастаем в землю тут.

Горит и кружится планета,

Над нашей родиною дым,

И, значит, нам нужна одна победа,

Одна на всех - мы за ценой не постоим.

Одна на всех - мы за ценой не постоим.

Нас ждет огонь смертельный,

И все ж бессилен он.

Сомненья прочь, уходит в ночь отдельный

Десятый наш, десантный батальон.

Десятый наш, десантный батальон.

Едва огонь угас -

Звучит другой приказ,

И почтальон сойдет с ума,

Разыскивая нас.

Взлетает красная ракета,

Бьет пулемет, неутомим...

И, значит, нам нужна одна победа,

Одна на всех - мы за ценой не постоим.

Одна на всех - мы за ценой не постоим.

От Курска и Орла

Война нас довела

До самых вражеских ворот -

Такие, брат, дела.

Когда-нибудь мы вспомним это -

И не поверится самим...

А нынче нам нужна одна победа,

Одна на всех - мы за ценой не постоим.

Одна на всех - мы за ценой не постоим.

***

Была пора, что входит в кровь, и помнится, и снится.

Звенел за Сретенкой трамвай, светало на Мясницкой.

Еще пожар не отгудел, да я отвоевал

В те дни, когда в Москве еще Арбат существовал.

Живые бросились к живым, и было правдой это,

Любили женщину одну - она звалась Победа.

Казалось всем, что всяк уже навек отгоревал

В те дни, когда в Москве еще Арбат существовал.

Он нашей собственностью был, и мы клялись Арбатом.

Еще не знали, кто кого объявит виноватым.

Как будто нас девятый вал отныне миновал

В те дни, когда в Москве еще Арбат существовал.

Какие слезы на асфальт из круглых глаз катились,

Когда на улицах Москвы в обнимку мы сходились -

И тот, что пули избежал, и тот, что наповал, -

В те дни, когда в Москве еще Арбат существовал.

 
 
 
Iacaa
 
Официальный сайт Веры Камши © 2002-2012