Вниманию всех-всех-всех творческих личностей!

[nyushik]

- Монсеньор, к Вам виконт Лар.
Робер кивнул. Реджинальд не совсем вовремя, но, пожалуй, его Иноходец  действительно рад видеть.
- Герцог, - Реджинальд похудел, и это пошло ему только на пользу; ему бы еще разучиться так краснеть…
- Вина? Красного, белого?
- Если можно, красного кэнналийского, - пробормотал Реджинальд, усаживаясь в кресло. Между прочим – до того, как Робер успел предложить ему сесть. Да уж, последние события и впрямь пошли ему на пользу – Эпинэ и представить себе не мог молодого Ларака настолько осмелевшим, прежде он и после приглашения бы мялся и блеял, а уж о вине не могло быть и речи.
- Герцог, мне нужно кое-что Вам рассказать.
Да он и говорить стал более связно. Неужели во время разрушения Надорского замка его так удачно ударило камнем по голове? Надо бы спросить Айрис, как вел себя ее кузен в последнее время.
Эпинэ кивнул и разлил вино в кубки.
- Понимаете… Пожалуй, Вы посчитаете, что я рехнулся…
Слово «рехнулся» запросто мог бы произнести Алва или, к примеру, Валме, но услышать его из уст Ларака… Может, он и впрямь рехнулся?
- В последнее время происходит много … из ряда вон выходящего, и далеко не все имеет объяснение. Так что - что бы Вы не сказали, я не стану сомневаться в Ваших э.... умственных способностях.
- Понимаете, - толстяк (впрочем, назвать его сейчас толстяком значило бы погрешить против истины) запнулся, - Ээээ….
Кажется, Робер поторопился с выводами – Реджинальд все так же запинается…
- Понимаете, Эпинэ…, - Ларак помолчал, покраснел еще сильнее, хотя, казалось, это было просто невозможно, и выпалил: - Я некоторое время был герцогом Алва!
Он откинулся в кресле и прямо взглянул в глаза Роберу.
Иноходец, как бы это не звучало нелепо, почувствовал облегчение.
- Это… это… нормально.
Ларак вздернул белесую бровь. Почти как Рокэ. Что же Ворон за человек, что оказывает такое внимание на человека, совсем недолго побывшего в его теле?
- Это долгий разговор. Об этом мало кто знает, а вернее – не знает почти никто. Только я и Валентин… герцог Придд. Ну, и сам Ворон.
А еще Айрис, и госпожа Арамона, но об этом Лараку он не скажет. Если Айрис захочет – расскажет кузену сама.
Ларак склонил голову в знак того, что слушает. А в курсе ли он, какую роль во всем происшедшем сыграл Валентин? Пожалуй, нет, и Спрут для него – всего-навсего человек, который постоянно доводит до белого каления его кузена. Впрочем, если ему что-то будет непонятно – что же, задаст вопрос; Иноходец почему-то был уверен, что этот, новый Ларак, на это способен. Впрочем, возможно, он был способен и ранее – Робер, как и Дикон, всегда недооценивал его.

[nyushik]

Реджинальд выслушал его, не перебивая, потом, помолчав, спросил.
- А герцог Алва… Он уже в кого-то вселялся? До меня?
Робер почувствовал, что краснеет. Леворукий и его кошки!
- Я не могу Вам сказать, Реджинальд. К сожалению, это не моя тайна.
Ларак кивнул.
- Пожалуй, теперь моя очередь… рассказать. Понимаете, два дня назад я проснулся и вдруг понял, что я – это не я! Я… проснулся в чужой постели. И я… я узнал… это место. Видите ли, Дикон… очень долго занимал дворец герцога Алва, и я был вынужден там прожить какое-то время, а память у меня очень хорошая – я, видите ли, работал в казначействе… Я проснулся и вдруг понял, что что-то не то. А когда увидел, что именно не то…Я, признаться четно, был не только испуган, но и…обрадован.
Ларак виновато поглядел на Иноходца. Роберу стало смешно. Еще один, который себя все время чувствует виновным! Хорошая компания для Повелителя Молний! Нет, пожалуй, Ларак смелее его. По крайней мере, он не знал, смог бы вот так вот открыто признаться малознакомому человеку и в том, что был испуган, и в том, что был обрадован?
Ларак молчал, ожидая от Эпинэ каких-то слов, и Робер спросил первое, пришедшее в голову.
- А почему Вы ничего никому не сказали тогда? И почему говорите сейчас?
Ларак глядел виновато.
- Понимаете, я… я собирался, но … побоялся. Я побоялся, что, если расскажу кому-нибудь, меня… выдворят обратно, в мое толстое неуклюжее тело. Я понимал, что поступаю нехорошо, но… Впрочем, вчера вечером я окончательно собрался наутро идти к Вам, а утром проснулся в своей постели и в своем обличье.
- А почему именно ко мне?
- А к кому же мне было идти? – удивился Ларак. – К герцогу Алва? Но я сомневаюсь, чтобы это… происшествие было ему неизвестно. К Дикону? Но Дикон…
Реджинальд снова побагровел; он не хотел сказать ничего плохого в адрес Дикона, но сказал – своим молчанием. Может, отобрать у него вино? А то его еще удар хватит?
Но Ларак лихо отхлебнул из кубка; лицо его стало приобретать человеческий цвет, и Робер промолчал, давая себе слово, что если кузен Айрис еще раз так побагровеет, то он все-таки заберет у него вино: у него и так на совести достаточно, не хватало еще приплюсовать туда Ларака, которого действительно может хватить удар.
- Спасибо, что Вы все рассказали. Сейчас это действительно очень важно.
Ларак кивнул.
- Герцог, я мало что могу сделать, но… все, чем я могу помочь…
Иноходец с искренней благодарностью пожал руку кузену Окделлов. На самом деле он может сделать очень много – он уже доказал это, но по-прежнему продолжает считать, что не на что не способен… Полная противоположность Альдо…
Додумать мысль до конца ему не дали.
- К Вам Повелитель Скал.
Реджинальд снова побагровел.
- Не надо бы, чтобы Дикон увидел меня у Вас…
Робер кивнул. Верно, Дикон сейчас и так страдает, еще и здесь примерещится заговор. Незачем мальчишку мучить. К тому же – он вполне обоснованно может задать вопрос, а что, собственно, у Повелителя Молний делает наследник Повелителя Скал. Спросит – и что Иноходец должен будет ему ответить? Снова лгать? Да, он неплохо научился лгать в последнее время, но, может быть, уже хватит?
Но убрать в кабинете быстро слуги не успеют…
- Проводите герцога Окделла в Большой Зал.
Слуга кивнул и исчез.
- Наль, если Вы не торопитесь, - Робер, не заметив, впервые назвал кузена Дикона сокращенным именем, - подождите здесь.
Тот кивнул.
- У меня нет спешных дел. А даже если были бы… Я вряд ли смог бы уйти незаметно.

[Кара]

Эрэа nyushik, плодовитая у вас Муза.

[nyushik]

Эрэа nyushik, плодовитая у вас Муза.

Это плохо или хорошо?  

[Dolorous Malc]

Эрэа nyushik, плодовитая у вас Муза.

Это плохо или хорошо?  

Хорошо!

[Кара]

 Вы что, как это может быть плохо?!
Привычка у меня, двойственно так выражаться.
Разумеется, замечательно, что у вас носительница Вдохновения такая!
Подумываю по завершении вашего произведения отзыв оставить весомый, но вот вопрос: а надо ди? Я свое восхищении могу и в простых фразах выражать, типа "мне нравится", "интересно", и т.д, и т.п. Но если захочется вдруг чего посодержательней, могу написать.

[nyushik]

Конечно, хочется посущественнее 
Типа "Отрваться невозможно" и т.д 
Здорово стимулирует творческий процесс

[nyushik]

Дикон был бледен. Неужели снова ранен? Робер быстро оглядел его фигуру. Нет, вроде бы нигде крови нет, и ничего не разорвано.
- Робер, я говорил с Приддом…
Ну, вот, стало быть, еще на дрался, но собирается. А он так рассчитывал на благоразумие Валентина!
- Он сказал… Он дал понять, что ты от меня что-то скрываешь!
Глаза исстрадавшиеся. Ну, конечно же, мальчишка чувствует себя совершенно никому не нужным. Катари не захотела его видеть, он, Робер, оставил наедине с мыслями – не очень-то, наверное, веселыми мыслями…
- Он говорил что-то про эра Рокэ! – выпалил Дикон и уставился на Иноходца собачьими глазами.
Робер как можно беззаботнее улыбнулся.
- И что же натворил … Ворон?
- Я не знаю… Валентин сказал что-то по поводу того, что Новый круг еще не начат, а потом заикнулся про Истинного Ракана, но не договорил, намекнув, что ты от меня что-то скрываешь!
Ну, уже легче! Намекнул – это не сказал, придется выкручиваться – авось получится. А с Валентином нужно будет поговорить.
- Робер, он из-за этого отказался со мной драться! Трус!
Иноходец помолчал, подбирая слова.
- Нет, Дикон, как бы это тебе не было неприятно – Валентин не трус; мы с тобой как-то уже говорили об этом… Ему нравится задевать тебя – просто потому, что ты не умеешь владеть собой. Я, признаться, раньше числил это только проблемой Эпинэ.
Помогло – Дикон слабо усмехнулся. А Валентин молодец, сумел уйти от вызова. Оставил, правда, сомнительную привилегию объясняться с Диконом Иноходцу. Впрочем, Придда Дикон уж точно слушать бы не стал.
- А почему ты… почему мы  - здесь?
Ну, конечно же, этого вопроса следовало ожидать. Ответ был готов.
- Ну, понимаешь, Дикон… Просто принять тебя в кабинете я не могу.
К тому же, это правда.
Дикон похлопал глазами. Сейчас решит, что у Иноходца там женщина, и будет обижен, ведь помолвка Эпинэ и Айрис Окделл не отменена. Или – не будет? Помнится, из-за Марианны Дикон на него не обижался…
- Робер, ты так и не ответил на мой вопрос: что с эром Рокэ?
Стало быть, мальчишка все же признает, что именно Алва и является Истинным Раканом? Ну, что ж, уже легче.
- Я не знаю, что именно имел в виду Валентин, - медленно начал Эпинэ, отмечая, как напрягся (ну, конечно, ведь его опять обманывают!) Ричард, - но Рокэ Алва не хочет становиться королем Талига…
Дикон просветлел лицом. Ну, видимо, то, что Альдо – не Ракан, ему было принять легче, чем то, что Раканом является Ворон.
- Ну, и… и что? Ведь есть другие, не менее достойные!
На самом деле нет никого, кто мог бы сравниться с Алвой, но Дикон этого не понимает и никогда, наверное, не поймет. Но разговор надо заканчивать: чем меньше он поговорит с Диконом, тем меньше ему придется лгать, да и надо не забывать о ждущем в кабинете Лараке.
- Ричард, извини, но я не могу заставлять ждать… своего посетителя.
Дикон с серьезным видом кивнул.
- Робер, а почему Спрут сказал, что Новый круг еще не начат?
- Потому что это правда. Новый круг наступит после Зимнего Излома. Если мы переживем его.
Дикон глядит недоуменно. Но, как Повелитель Скал, он должен был почувствовать… Айри! Айри знает, а Дикон – нет. И еще Айрис стала слышать камни… Только бы мальчишка не догадался, что он – не Повелитель!
- Не знаю, Дикон, я прочел в манускрипте… и как-то сразу понял, что это правда.
Незачем Ричадру знать, что он, Иноходец, и сам почувствовал теперешнее… безвременье.
Ричард снова кивнул.
- А почему Альдо не знал?
А что Альдо вообще знал? Только то, что ему подсказывали – если не советчики, так дурная гордыня?
- Это… это был более древний манускрипт. Мне… Я попросил его у Придда.
- Стало быть, Придд знал, а от Альдо скрыл, - Дикон кивнул удовлетворенно; что ж он все время кивает-то?! – Я так и знал! Ну, как только начнется новый круг, я все-таки сведу счеты с этой медузой!
- Нет, Дикон. Вы станете сводить счеты не ранее того, как каждый из вас обзаведется наследником.
А до этого еще надо дожить. Как, впрочем, и до нового круга. Доживут ли? Без одного? И с тремя – вместо четверых?

[Кара]

 Веселую вы персонажам жизнь устроили, эрэа nyushik . (чтоб жизнь медом не казалась)
Интересно, чем закончиться. Но как-то не хочется, чтобы заканчивалось .

[nyushik]

Дикон отправился восвояси, и Робер вернулся к Лараку; тот сидел в кресле и задумчиво вертел в руке кубок.
- Знаете, герцог, пока Вас не было – я размышлял… Наверное, причин для беспокойства не так уж и много: я… мне показалось, что герцог Алва… он … в своем уме.
Надо же, показалось ему. И что же, интересно, заставило его сделать такой вывод?
- Просто… он другой. Не такой, как… даже не такой, как Вы. Вы знаете, я ведь находился в его теле, а он – в моем, и я почти ничего не знаю о нем, но все же… Понимаете…
Лэйе Астрапэ, да разродится он когда-нибудь? Ларак вызывает уважение, но и раздражение порой – тоже.
- Понимаете, вот когда он был Зверем – он продолжал оставаться самим собой… И ему нравилось… чесаться, особенно на глазах у дам – просто потому, что это всех шокировало. Понимаете? Ну, то есть… потому что все знали, что это Алва. Ведь если бы это был просто зверь, и он бы чесался – это бы никого не шокировало… А так… Он… у него совсем другие понятия о том, что можно делать, а чего – нельзя, но он нормален, и для него важен Талиг. Он не сделает ничего такого, что могло бы повредить государству. Он… просто побалуется и вернется.
Хорошо бы, если так! Впрочем, может быть, Реджинальду и впрямь виднее – ведь это он был в теле Рокэ, а не Иноходец…
Но и бездействовать он не мог. Какая закономерность? Ведь должна же быть какая-то закономерность? Сперва – Айрис, потом – Ларак… Оба принадлежат дому Скал… Ну и что? Следующий – Дикон? Конечно, он плохо знает Ворона, но он готов поклясться: в Дикона Рокэ вселяться не будет.

[Janis]

конечно, он плохо знает Ворона, но он готов поклясться: в Дикона Рокэ вселяться не будет.

Эрэа  nyushik, а дальше? 

[nyushik]

Луиза снова вышивала. Ярко-красным шелком наглые большие розы. Надоели бледные цветочки, и не только гиацинты. Хотя, как ни странно, в последнее время гиацинты уже не вызвали у нее такого раздражения.
Рядом тыкала в полотно иголкой Селина, взгляд дочери, похоже, скользил мимо вышивания, поэтому на полотне творилось нечто несусветное. У Арис и то получалось гораздо лучше. Впрочем, Луиза была несправедлива – у Айрис с каждым днем получалось все лучше и лучше. Интересно, почему дочь Эгмонта так загадочно улыбается? Что-то случилось, и она, Луиза Арамона, это пропустила.
Луиза в очередной раз бросила взгляд на вышивание дочери. Нет, Селина все же глядит на то, что вышивает, но ее вышивка, похоже, вызывает у нее изумление, смешанное с ужасом.
- Айрис, а что Вы вышиваете?
Айрис с готовностью протянула Луизе свою вышивку. Синее, алое, золотое и черное причудливо перемешалось. Не поймешь что, но – красиво. Что-то кэналлийское? Спросить? Похоже, Айрис ждет, когда она задаст вопрос. Что же, в таком случае воздержимся. Подождем, пока расскажет сама.
- Селина, а что вышиваешь ты?
Сэль молча повернула полотно, и Луиза с трудом удержалась, чтобы не ахнуть. На нее глядел Савиньяк.
- Очень похоже!
Однако что у дочери с лицом?
- Мама, я … я не понимаю, почему у меня получилось… вот это. Я… я вышивала не это! Оно… само!
Селина чуть не плакала. Да уж, похоже, она и вправду не собиралась вышивать Савиньяка. Хотя  - чего уж тут расстраиваться-то? Савиньяк – все-таки не Манрик, и не сахарный красотун, а очень даже приличный молодой человек, который, к тому же, дрался из-за Селины на дуэли. Конечно, ызаргу понятно, что на самом деле Сэль просто послужила поводом, но чем Леворукий не шутит!
Луиза снова бросила взгляд на Айрис. Почему она так улыбается? Может быть, это Айрис… одному Леворукому ведомым способом вложила в головку Селины идею этого… вышивания? Что же, если так, то она благодарна Айрис: она ведь мать, а на мармалюка какая-нибудь, чтобы сидеть да глядеть спокойно, как дочь мучается со своей любовью к соберано. У Айрис могли быть какие угодно мотивы, но на самом деле, пожалуй, ни у одной, ни у другой нет никаких шансов.
Луиза ловким движением спрятала клубок в складках платья.
- Селина, ты не могла бы принести мне розовый шелк? Я либо не взяла нужный клубок, либо где-то подевала…
Селина перестала таращиться на свое вышивание и молча вышла из комнаты.
- Айрис, Вы…
Айрис подняла голову, у Луиза осеклась. Дочь Святого Эгмонта не улыбалась – ни загадочно, ни как-то по-другому. Если ее гримаска и могла напоминать улыбку, то только если не вглядываться в ее лицо: на самом деле герцогиня Окделл тщательно сдерживала слезы.
- Айрис, что случилось?
Айрис некрасиво шмыгнула носом, но слезы все-таки удержала.
- Я… Мы поговорим после. Я не хочу, чтобы Сэль…
Дверь скрипнула, впуская Селину, и Айрис, снова приклеив к личику улыбку, как ни в чем не бывало продолжила:
- Сэль следует обратить на него внимание! Он дрался из-за нее на дуэли, и то, что она вышила его портрет, сама о том не думая, это… Это знак!
- Да, - поддержала Луиза, стараясь, чтобы дочь не заметила, что голос матери звучит фальшиво, - Когда один круг уже окончен, а второй еще не начат, могут происходить всякие удивительные вещи!

[Plainer]

Эрэа nyushik, интрига продолжается...
Да, а кто у Вас настоящим Повелителем Ветра? Он появится?
Или "всё не так"?
Ну и, конечно - "ПРОДЫыы!"

[nyushik]

Да, а кто у Вас настоящим Повелителем Ветра? Он появится?

Пока не знаю, если честно. Ночью приснилось, что Повелитель Ветров - Левий. Утром проснулась, подумала - вроде нелогично...

[Лисисс]

Мы все здесь с нетерпением ждем продолжения!