Выгодная покупка - III

[Нелл]

Джеймс Олсен обернулся на звук открывающейся двери, смерил Робийяра долгим взглядом и сказал:
- С освобождением, командор. Давно вышли?
Командор гостю не обрадовался.
- Какого ... вы делаете в моей квартире? - осведомился Виктор, плюхнув на стол корзину со снедью.
- Да вот, зашел проведать, узнать, как поживаете...
- Хреново, - ответил дворянин. - После шести месяцев дисциплинарного заключения мне не дадут ни одного стоящего дела. За что я вам сердечно благодарен. А теперь проваливайте, я потратил на этот ужин последние деньги и хочу насладиться им в одиночестве.
- Да, вид у вас не ахти, - кивнул чародей. - Манеры тоже.
Шевалье выругался, бросил на стол плащ, шляпу, перчатки, отстегнул шпагу и положил рядом.
- Зачем приперлись? - спросил аргассец, извлекая из корзины три бутылки.
- Несмотря на то, что вы меня подставили...
- Ах, это я вас подставил! Как мило, черт возьми! - Робийяр громко фыркнул, вышиб пробку, и по комнате пополз аромат можжевеловки. - Я уговаривал вас не наступать на те же грабли, но вы так к ним стремились...
- Эта осечка вышла случайно!
- Ну да, Рамон узнал обо всем совершенно случайно. Я ведь говорил, что с этим ублюдком ни в чем нельзя быть уверенным, он наверняка приставил к вам нюхачей...
- Кого?
Виктор сплюнул и достал из корзины мясной пирог.
- Следили за вами, вот что. Но вы, как я погляжу, и без значка, и без вашего форменного плаща, и это проливает бальзам на мое...
- Заткнитесь, вы! - вспыхнул Олсен. - Я потерял место из-за вас!
- Значит, есть справедливость на свете, - удовлетворенно кивнул командор. - Уберетесь вы наконец?
- Это все, на что вы способны, - прошипел чародей. - Ныть, пьянствовать и ничего не делать, а вот я...
- Опять к кому-то подлизались, и я полагаю, весьма успешно. Не то бы не торчали в моей комнате, занимая место и отравляя мне ужин.
Волшебник сел на стул, демонстрируя, что никуда не уйдет.
- У вас есть вино? - брезгливо спросил маг.
- Нету. Можете сбегать и купить, денег не дам.
- Дерзите, Робийяр? Ой, зря-я-я... - прищурился Олсен.
- Последний раз спрашиваю - чего вам надо?
- Поговорить о перспективах, - улыбнулся чародей.
- И где ж вам видится наша совместная перспектива? - дворянин почесал щетину горлышком бутылки. - Вам еще кто-то верит после прокола с процессом над Рамоном?
- Если бы вы не сказали, что забрались к вашей матери по моему указанию... - не удержался Олсен.
- Да подите вы к черту. Я никогда не прикрывал чужие задницы своей собственной, - отмахнулся шевалье, поставил полупустую бутыль на стол и достал из корзины цыпленка. Принюхался и вцепился зубами в тощий бок, угрожающе глядя на Олсена. - Так чего надо?
Волшебник торжествующе и неприязненно улыбнулся и положил на стол весьма внушительный и официальный свиток.
- Да? - скептически прищурился Виктор, отрывая цыплячью ножку.
- Это патент на должность коменданта одной из крепостей Совета. И туда вписано ваше имя.
Робийяр выудил из зубов остаток мяса и придвинул к себе патент.
- С какой это радости меня так повысили?
- Я отнюдь не сидел сложа руки, - самодовольно сказал чародей. - Вам известно, что Луи Месмер сложил с себя полномочия аргасского комиссара и попросил о переводе в Рокуэллу?
- И оставил вам в подарок этот патент? - хмыкнул Виктор, облизывая пальцы.
Олсен загадочно улыбнулся.
- Практически.
- Вот как? - удивился Виктор, приступая к пирогу с телятиной. – С чего бы это? Вы отнюдь не прекрасная дама, чтобы получать подарки еще и при расставании.
- Он уехал в Рокуэллу, - медленно, чтобы удержаться от превращения командора в кактус, начал Олсен. - Во главе официальной миссии и как новый комиссар Совета в Рокуэлле.
- И что он там забыл?
- Цель миссии - изучение наследства Аскелони.
- Так это банальный подкуп, - разочарованно протянул Виктор, швырнув под стол бутыль. - Я был лучшего мнения об шурине...
Олсен прищурился: эти подозрения возникли и у него.
- Он будет изучать лаборатории Аскелони. И как он признался мне в частной беседе - герцога Вальдано тоже.
Виктор смерил мага долгим взглядом, хмыкнул, вытер усы грязной салфеткой и взялся за бутылку красного крепленого.
- По-моему, Рамон стал для вас навязчивой идеей.
- Что вы имеете в виду? - агрессивно переспросил Олсен.
- Что вам пора лечиться.
- Да как вы...
- Признайтесь, вы согласились на сотрудничество с Месмером только, чтобы добраться до герцога. Ума не приложу, чем он вам не угодил.
- Он - полукровка, гнусный преступник, он...
- Ну да, ну да, - покивал Виктор, - мало того, что полукровка, так еще и герцог! Мало того, что маг, так еще и могущественный! Да еще так ловко сбил со следа Совет, подставил вас... Дивлюсь вашей ловкости - он вас утопил, но вы как-то всплыли. Впрочем, - меланхолически добавил Робийяр, вскрывая третью бутылку, - дерьмо всегда всплывает.
Олсен медленно поднялся, тяжело дыша, и вперился в Робийяра загоревшимся взглядом. Шевалье фыркнул и присосался к бутылке. Но чародей не собирался спускать ему еще и это оскорбление. Коротким выдохом прозвучало заклятие, и аргассца пронзила острая боль. Она вспыхнула в груди, переползла в желудок и вгрызлась в конечности. Виктор с воплем уронил бутыль и свалился на пол, извиваясь, как червяк, а Олсен сжал кулак и принялся душить собеседника, возвышаясь над ним.
- Не увлекайтесь, шевалье, - шипел волшебник. - Ох, не увлекайтесь! Вы привыкли к безнаказанности, но вы лишь жалкий смертный, тряпка, которую мы выбросим, как только она изотрется. Вы усвоили?
Он встряхнул дворянина, взмахнув рукой, и шевалье согласно захрипел. Маг разжал кулак, Виктор приподнялся на руках, зыркнул на бывшего эмиссара и швырнул бутылкой в него. Олсен отпрыгнул. Аргассец усмехнулся.
- А вы всего лишь бездарный полукровка, который шагу не может сделать без чиха начальника и моей помощи, - просипел он. - Поэтому не замахивайтесь угрозами, иначе кто будет делать за вас грязную работу?
- Да ты, грязный смертный, кому ты угрожаешь?! - зарычал Олсен. Робийяр поднялся, вздохнул над лужицей вина и упал на стул.
- Не понимаю, чем вы хуже других. Почему им можно угрожать, а вам - нет?
- Потому что стоит мне пожелать - и ты сдохнешь прямо здесь!
- Только вот не желается отчего-то? - шевалье подтянул к себе корзинку и нежно погладил бутыль белого сухого. - Потому как где вы еще найдете такого покладистого наемника?
- Покладистого? - выплюнул волшебник.
- А то! Я ж не спрашиваю, насколько законно то, что вы намерены мне предложить. Хотя меня гложут жуткие подозрения.
Маг сел на диван. Виктор выбил пробку и оторвал цыпленку крылышко.
- Итак, насколько я понял, вы нашли способ прижучить Рамона, но почему-то не можете справиться в одиночку.
- Гарантии, шевалье, - оскалился Олсен. Дворянин прожевал крылышко, придавил глотком вина и спросил:
- Сколько?
- Чего? - не уловил волшебник.
- Сколько вы мне дадите за мою посильную помощь?
- Я дал вам патент, и если б вы удосужились его прочесть...
- Эге, - командор развернул свиток и с интересом уставился на пять цифр. - Это в год?
- Возможны премии за отличную службу. Плюс крыша над головой, стол, оружие...
- Уговорили, - решил аргассец, тщательно проверив печати и подписи. - В чем же суть?
Олсен встал и принялся расхаживать из угла в угол.
- Я знаю Луи Месмера несколько десятков лет: он фанатик науки и он весьма завистливо относился к успехам Аскелони.
- И Рамон совратил эмиссара? - уточнил Виктор.
- Уверен, - кивнул маг. – Но теперь господину комиссару нужна помощь. Его сиятельству угодно запираться и отнекиваться, что мешает Месмеру проводить интересующие его опыты. Комиссар рассчитывает, что мы найдем способ развязать герцогу язык.
- Так значит Месмер подделал результаты анализов дорогого вашему сердцу герцога, - протянул Виктор Робийяр. Олсен хмыкнул. Он знал, что Месмер не из тех, кого можно шантажировать безнаказанно, но что мешает сделать зарубочку в памяти?
- Кроме того, - задумчиво продолжал волшебник, - можно поискать и доказательства опасности Рамона.
- Например? – заинтересовался Виктор.
- Безумие. Или занятия запретной магией. За такое Совет арестовывает сразу.
- Да? - скептически спросил Робийяр. - А когда выяснится, что все это - поклеп?
- Главное - поймать, а там, - глаза волшебника блеснули, как золотые монеты, от сладостного предвкушения. - Там-то я постараюсь обеспечить ему большой и горячий костер.
- В общем, - подытожил дворянин, - дело за аргументами. Ладно, ждите меня в этой самой крепости, - шевалье похлопал по патенту. - Я приду с аргументами под мышкой.

[Нелл]

Малый бал королевы проходил раз в полгода с тем, чтобы все знатные семьи могли показать товар лицом, то бишь свезти в одно место видных женихов и невест, прицениться, объявить о помолвках или заключить выгодные брачные соглашения. А поскольку ее величество совсем не разбиралась в рокуэльской генеалогии, то приглашения получил не только родовитый аристократ Ибаньес, но и вся компания, включая даже полукровку, что немало позабавило друзей. Дон Игнасио заставил идальго почистить перья и навести прочую красоту. Его подопечным не было до этого дела, но посла чуть удар не хватил от мысли, что юные рокуэльцы явятся ко двору в том же виде, в каком шляются по кабакам сомнительной репутации. Правда, вопреки этикету, кабальеро взяли боевые шпаги вместо парадных.
- Боги, ну и одежка! - шипел Родриго, в очередной раз оттягивая воротник. - В ней проще сдохнуть, чем вздохнуть!
- Кабальеро, ведите себя прилично! - возмутился неброско элегантный барон. - И оставьте в покое воротник!
- Не могу, он меня душит!
- Руи, не ерзай, - пихнул друга Даниэль, - ты меня сейчас из кареты вытолкнешь.
Карета рокуэльского посла пересекла подвесной мост, перед ней распахнули ажурные кованые ворота, и она втиснулась в ряд прочих карет. Лакей открыл дверцу, посол и кабальеро один за другим выбрались наружу.
- Бьяно? - обернулся на друга Хуан - маг прилип к другой дверце, напряженно глядя в окно. - Бьяно, чего ты?
- Здесь Робийяры, - не оборачиваясь, бросил Фабиан. - Вон их карета.
- Это неудивительно, - сказал дон Игнасио. - Они выдают замуж младшую дочь.
- Что?! - не поверил полу-оборотень.
- Младшую дочь, Верону Робийяр, - немного удивленно повторил посол.
- А, так с этой девицей ты свел близкое знакомство, - подмигнул дель Мора. Фабиан рассеянно покивал. Выходит, что девчонка бессовестно ему наврала, но вот зачем? С какой целью? Хотя кто их разберет, этих баб... Вон, Руи трахает всех без разбора, и никаких высокий чувствований.
Ее величество восседала посреди зала в большом (в силу ее телосложения) и глубоком полутроне-полукресле; справа стоял столик, заваленный подарками королевы для невест. Дон Игнасио галантно склонился перед королевой; она озарила ласковой улыбкой молодых рокуэльцев и обменялась с послом несколькими вежливыми фразами.
Когда долг этикету был отдан, друзья быстро отчалили к оконной нише и стали осматриваться. Все, кроме Ибаньеса, который весь день был задумчив и рассеян.
Королева позволяла дамам сидеть в своем присутствии, и зала была уставлена кушетками, диванами, креслами и пуфами. Робийяров Фабиан нашел не сразу из-за толпы поклонников и только благодаря выглядывающей сквозь нее Элеоноре в черном: Верону же он просто не узнал. Изящная, как фарфоровая куколка, юная падме в нежно-голубом платье с отделкой из тонких белоснежных кружев и черных бархатных ленточек разительно отличалась от бойкой, но скромной полумонахини. Вспомнив об их славной битве, Фабиан невольно улыбнулся, и в этот миг Веро вдруг увидела его среди гостей. Она улыбнулась в ответ, Бьяно подмигнул (без всякой неприличной мысли), и девушка лукаво блеснула глазами. Одновременно идальго поймал грозный взор Элеоноры и решительно двинулся к Вероне, но споткнулся о странно закаменевшего Руи.
- Пойдем, познакомлю кое с кем, - подтолкнул его в спину Фабиан. - Хорошая девочка, совсем не похожа на этих жеманных дур.
- О? А... Кто это? - благоговейно прошептал дель Мора. Он еще никогда не влюблялся с первого взгляда, ощущения были сильны и разнообразны.
- Где? - огляделся Даниэль. - Ты о ком? Что с тобой вообще? - нахмурился семинарист, помахивая перед другом рукой. - Бьяно, на него что, порчу навели?
- Отвали, - ответил Руи, небрежно отпихивая дона Арвело в сторону. Прекраснейшая из девушек сидела на кушетке напротив, а его ноги словно приросли к полу.
- Да нет, на порчу не похоже, - задумчиво протянул полукровка. - Скорее, столбняк. А, может, съел чего-то не то...
- Да что с вами сегодня? - обозлился Даниэль. - Миро молчит, как оглушенный, теперь ты тут статую изображаешь!
- Дань, заткнись по-хорошему, - тихо сказал Родриго.
- А с кем ты хочешь нас познакомить? - спросил Хуан, торопливо влезая между друзьями.
- С Вероной Робийяр, - ответил полу-оборотень. - Да не смотри так, она славная крошка. Пошли! Дань, бери Руи, Хуан, тащи Миро.
Фабиан направился к розовой кушетке, и, странное дело, едва дель Мора понял, куда движется его друг, как издал сиплый хрип и рванулся вперед, словно боевый конь в разгаре сражения. Рамиро послушно шел, куда вели, юноша настолько глубоко ушел в свои мысли, что почти не понимал, где находится.
- Здравствуйте! - бодро поприветствовал девушку дон Эрбо, прикладываясь к нежной белой ручке. - Вы меня, конечно, помните?
- Кгхм! - холодно высказалась Элеонора, смерив сборище рокуэльцев самым тяжелым взглядом из своего арсенала.
- О да, конечно, помню, - приветливо сказала Верона. - Я слышала, ваши дела идут неплохо?
- Ну, гимназия мне нравится, она одна из лучших... Медонская магическая гимназия, - пояснил Фабиан, видя, что девушка не в курсе. - А это мои друзья. Позволите вам их представить?
Элеонора, уже открывшая рот для хлесткого приветствия, передумала и отложила ядовитую тираду на потом. Интересно же, кого Рамон еще оставил в заложниках? Вдруг пригодится.
- Рамиро Ибаньес, Даниэль Арвело, Хуан Фоментера и Родриго дель Мора, - перечислил Бьяно, пока друзья по мере поименования кланялись дамам. Графиня сразу отметила, что рослый и чернявый дель Мора явно поражен красотой ее дочери в самое сердце; что ж, возможно, это удастся использовать в своих целях. Веро тоже заметила и немного удивленно задержала на нем взгляд. Лицо Родриго приобрело оттенок свежевычепенного кирпича. Верона кашлянула и покосилась на мать.
- Надеюсь, молодые доны не откажутся провести с нами несколько минут, - по-рокуэльски сказала вдова. Рамиро так изумился, что даже очнулся.
- Ээ... мадонна, это большая честь для нас, - пробормотал он. Графиня тоже улыбнулась и указала веером на кресла и кушетку. Фабиан сел, не сводя со старой ведьмы по-кошачьи настороженно взгляда. Ясно, с чего такая любезность - дочь у Рамона, вот и трясется.
"И все же что-то тут не то", - подумал полу-оборотень. Веро была очаровательна и обаятельна. Элеонора, конечно, не щебетала, но вела себя весьма вежливо, а главное - не задавала глупых бабских вопросов. Его друзья совершенно расслабились, позабыв, что перед ними - кровный враг Рамона. Графиня сразу пленила Хуана и Даниэля, разговорила Миро и деликатно отвлекала Руи от своей дочери, но не всегда удачно. А с потомком хадизар и вовсе творилось что-то странное: он глупо ухмылялся, нечленораздельно мычал в ответ на вопросы и таращился на Верону. А когда она потянулась к тарелочке с пирожными, Руи вскочил, чтобы подать, запнулся о шпагу, зацепился за ручку кресла, ударился о стол, сбил вазон и обессилено рухнул на сидение под грохот и звон. Девушка продолжала вежливо улыбаться, но в глазах отразилась явная тревога. Руи помрачнел: еще бы, кому приятно сидеть рядом с буйно помешанным придурком? Но графиня и глазом не моргнула.
- Сударь, вам стоит быть поосторожнее, - с нежным материнским упреком сказала она. - Мы не простим себе, если с вами что-то случится.
Фабиан насупился. Чем дальше, тем больше ему это не нравилось. Но тут ее величество позвонила в колокольчик, и Элеонора поднялась, любезно улыбаясь кабальеро:
- Прошу простить, сейчас будут объявлять о помолвках.
Верона тоже встала и под руку с матерью направилась к трону, потупившись так скромно, как подобает невинной девице. Одновременно из толпы приглашенных выделился высокий темноволосый юноша и вместе с пожилым шевалье, вероятно, отцом, пошел следом за дамами, перемигнувшись со своими приятелями.
- Это - жених? - сумрачно спросил дель Мора.
- Похоже на то, - согласился Хуан.
- Хлыщ, - задумчиво констатировал Руи. - Урод. И рожа, как у полудурка.
- Аргассец, - фыркнул Даниэль, всегда готовый поддержать друга. - А чего ты на него взъелся?
Родриго не ответил, глядя, как ее величество вкладывает руку Вероны в руку Пьера Мальро и произносит положенные по такому случаю поздравления. Верона слушала с улыбкой, но Фабиану показалось, что она не испытывает особой радости от случившегося. Однако еще больше его удивило, когда девушка встретилась с ним взглядом и явственно указала глазами на дверь. Подросток нахмурился, дворянка повторила сигнал.
- Я на пару минут, - сказал друзьям маг и быстро, но стараясь не привлекать внимания, покинул комнату. Он не знал, откуда выбежит девушка, и остановился на лестничной площадке у дамской комнаты. Не прошло и пяти минут, как из дамской комнаты выскочила Верона, схватила идальго за руку и потащила вниз. Когда она остановилась двумя пролетами ниже, на ее лице не осталось ни следа невинной кротости.

[Нелл]

- Меня хотят выдать замуж! - выпалила девушка.
- Хм... а вам не хочется? - уточнил Фабиан, не совсем понимая, каким боком его касаются ее проблемы с замужеством.
- Нет!
- Но почему? Все девушки выходят замуж.
- Но я не хочу замуж! - возмутилась Верона. - Я всю жизнь готовилась к поступлению в монастырь, я хотела стать ученой монахиней, и я не потерплю, чтобы ко мне относились, как к безмозглой твари! - закричала дворянка, поразив Фабиана своим пылом. Верона опустила голову, прерывисто дыша. Тонкие пальчики тронули руку полукровки, и он механически сжал узкую девичью ладонь. Бьяно и не подозревал, что в скромной аргасске таились такие резервы.
- Твой жених плохо к тебе относится? - спросил он осторожно.
Девушка вздрогнула:
- Он сказал... он сказал...
- Он что, оскорбил тебя? - напрягся Фабиан; не то, что бы у него частенько бывали рыцарские порывы, к женщинам он относился исключительно как к развлечению, но мысль о том, что какой-то хлыщ может обидеть Верону, отчего-то вызвала у него глухое раздражение.
- Я хотела сыграть с ним в шахматы, а он сказал, что... что это слишком трудное занятие для моей хорошенькой головки! - горько сказала дворянка.
- Может, это был комплимент? - предположил Фабиан.
- Комплимент, - с той же горечью повторила Верона и взглянула ему в глаза. - Я не хочу всю жизнь прожить с человеком, делающим мне такие комплименты.
- Ну... девушка должна быть глупенькой, - неуверенно ответил подросток. - Ну, то есть, зачем ей быть такой умной, как мужчине? И учиться всяким вещам?
- Неужели все мужчины так думают? - после паузы спросила Веро довольно удивленно. - Что женщина должна быть глупой?
- Я просто не понимаю, зачем вам мозги, - пожал плечами Фабиан. - Волшебницы и священницы еще туда-сюда, но…
- Но я-то готовилась стать монахиней и аббатисой! - напомнила ему девушка. Она как-то странно задержала на нем взгляд, как будто он разочаровал ее в чем-то, и отвела глаза.
- Ты что-то хотела, чтобы я сделал? - спросил паренек.
- Нет, - вздохнула Верона. - Пожалуй, что нет.
- Тогда зачем мы встречались? - раздраженно осведомился сбитый с толку Фабиан.
- Я думала, - медленно сказала дворянка, - об одной вещи, но... - она опять задержала на нем взгляд. - Но я ошиблась.
- Послушай, я могу отравить твоего жениха, если хочешь, - огрызнулся полукровка, - только перестань так на меня коситься!
- О боги, ну не надо же впадать в такие крайности, - кротко вздохнула Верона. - И травить тоже никого не надо. А ты... ты знаешь, как там Анжела? Она редко пишет.
- Нет, - сухо обронил маг. - Я не пишу герцогу.
- Нет? - удивилась Веро. - А я думала...
- Слушай, ты для чего-то меня позвала, так скажи для чего! - разозлился полукровка.
- Я уже поняла, - дрогнувшим голосом сказала девушка, - что ты не станешь мне помогать.
- Ну извини, травить жениха ты сама отказалась!
- Я не хочу его травить! Я хочу убежать, - выпалила девчонка.
- Ты что, серьезно? - вытаращился полу-оборотень. - Но девушки не сбегают из-под венца!
- Почему?
- Ну... А как ты это себе представляешь? Ты - в церкви, кругом куча народу, на тебе платье...
- Я не собираюсь бежать из церкви, - терпеливо сказала девушка. - Разумеется, это нужно сделать до церемонии.
- И куда ты подашься? - скептично прищурился Фабиан.
- В Рокуэллу, к сестре.
Идальго вздохнул, собираясь объяснить глупой девице, почему это все невозможно, но его отвлек какой-то шум извне. Лестничное окно выходило в один из внутренних двориков, и когда подросток выглянул наружу, то обнаружил внизу Руи со шпагой в руке напротив верониного жениха.

[Эрхе]

Вот так всегда - на самом интересном месте  !

[Нелл]

Исчезновение Фабиана не прошло незамеченным. То есть Миро как витал в облаках, так там и оставался, Родриго пожирал Верону тоскливым взглядом, а Хуан полушепотом заметил Даниэлю:
- Ты видел? Он убежал после того, как она на него поглядела.
- Думаешь, интрижка? - протянул Дануто.
- Не знаю, но не нравится мне любезность Элеоноры. Как бы все эти учтивости не оказались ловушкой.
- Ну не будет же она использовать для этого свою дочь, - не очень уверенно сказал дон Арвело. - Хотя... кто ее знает.
- Смотри, девица тоже смылась, - прошептал Хуан. - Ох, что-то тут затевается.
Родриго громко вздохнул и понурился - Верона, шепнув матери пару слов, шмыгнула за полускрытую портьерой дверь. Элеонора вернулась в кресло, с весьма удовлетворенным видом обмахиваясь веером.
- Ну что ж, молодые люди, можете откланяться, - разрешила она и снова улыбнулась дель Море. Нет, этим определенно надо воспользоваться... - Сейчас сюда потянутся с поздравлениями разные старушки, вроде меня, и вам вряд ли будет интересно.
Хуан тишком пнул Миро и поклонился:
- Падме, нам никогда не надоест ваше общество.
- О, вы рискуете, - бархатисто засмеялась вдовица, - рискуете получить приглашение на небольшой ужин только для моих гостей.
- Падме, это великая честь, - сказал Дануто. - Да, Миро?!
Наследник рокуэльского престола заморгал.
- Ах да, да, конечно!
- Так вы принимаете мое приглашение... скажем, на следующую среду?
- Да, конечно, - улыбнулся Рамиро, ничего не понимая, но чувствуя, что от него ждут согласия.
- Придурок, - прошипел Арвело и раздраженно покосился на расплывшегося в блаженной улыбке Родриго.
Покинув Элеонору с ее позволения, рокуэльцы пошли гулять по залу и рассматривать девушек. Даниэля распирало от желания высказаться, Хуан неодобрительно хмурился, но не собачиться же при всех!
- Миро, да что с тобой? - наконец не выдержал семинарист. Ибаньес дернулся.
- Ничего!
- По тебе видно, - кивнул Хуан, но дальнейшего развития тема не получила, потому что Руи вдруг остановился, крутанулся на каблуках и зловеще сказал: "Так!", глядя в сторону оконной ниши. Друзья присмотрелись и увидели счастливого жениха в компании его друзей.
- А она ничего, - как раз говорил один из них. - Не так страшна, как моя.
- Вполне себе цыпочка, - хмыкнул Пьер. - Слишком робкая, но это пройдет после первой брачной ночи. А так - все при ней: наследство, и внешность, и она, хвала всем богам, набитая дурочка.
- И ты будешь ждать аж до первой ночи, чтобы объездить эту лошадку? - расхохотался другой. - Смотри, она красотка, как бы к ней кто в окошко не залез и до тебя не отметился!
- А подумаю-ка я над этим, - согласился обрученный. - Она еще наверно девица, вот мы и поправим это дело.
Все семеро дружно закатились от хохота, а Руи рывком двинул вперед рукоять шпаги.
- Гнусный тип, - процедил потомок хадизар. - Относится к ней, как к кобыле!
Друзья пораженно уставились на дель Мору: он никогда раньше не отличался такой трепетностью в отношении дам. Однако дальше - больше: Родриго направился к нише и демонстративно толкнул аграссца плечом.
- За ним! - скомандовал вернувшийся к жизни Рамиро.
- Сударь, вы слепой или... - Пьер Мальро взглянул на Руи и ухмыльнулся: - А, рокуэлец! Прощаю, прощаю, откуда дикарю знать обхождение...
Родриго взял его за шиворот обеими руками и поднял на уровень своих глаз; шевалье встал на цыпочки и оскорблено затрепыхался.
- Отпустите, сударь! Что вы себе позволяете!
- Мне почему-то нестерпимо хочется с вами подраться, - раздумчиво сообщил Пьеру рокуэлец.
- Да вы свихнулись! На приеме ее величества! - будущий маркиз попытался вырваться, и Руи поднял руки повыше, одновременно подтягивая его поближе.
- По-моему, вы просто тупая скотина, - изрек дель Мора после недолгого изучения породистой физиономии Мальро и разжал кулаки. К счастью, все вокруг были слишком заняты брачными торгами, чтобы обращать внимание на разгорающийся скандал.
- Да это уже ни в какие ворота не лезет! - прошипел аргассец. - Рокуэльские дикари совсем рехнулись! Как только этих вшивых южан пускают в приличное общество!
- Минуточку, - кротко вмешался Хуан. - Вы сказали - вшивых южан?
- Сказал, сказал, - недобро сощурился Даниэль. - И что-то мне подсказывает, что ему бы лучше не брать свои слова обратно. Это так разочарует меня в аргасском рыцарстве...
- Тогда надо позвать Бьяно, пятеро на семерых - ему понравится, - решил Ибаньес.
- О да, вам стоит позаботиться о компании, а то как бы нас не обвинили в трусости и избиении беззащитных, - плюнул ядом Пьер.
Родриго хохотнул:
- Компания? К чему? Сей господин даст мне удовлетворение немедленно, если он не трус, в чем я сомневаюсь. Шпаги боевые, пусть покажут свое аргасское умение!
- Это не по правилам! - возмутился жених.
- Ну тогда я вас просто отколочу, - сказал Пьеру Руи, поднося к его носу кулак. - Мы, варвары, неразборчивы в средствах.
Этого гордое аргасское дворянство простить не могло. Повернувшись к противнику спиной, помолвленный бросил через плечо: "Идем во внутренний двор". Идальго приняли приглашение. Звать Фабиана уже не имело смысла, любая проволочка задела бы и без того растревоженную честь.
Дворик был тих и пуст, на него выходили лишь оконца с двух лестниц. Дворяне скинули плащи, перевязи с ножнами и шляпы и встали в позицию, бросив перед этим жребий. Руи, разумеется, стоял напротив Пьера, Даниэлю, Рамиро и Хуану досталось по двое противников.
- Господа, ангард! - задорно объявил Дань и первым ринулся на своих врагов. Они не ожидали от хрупкого на вид семинариста такой прыти, но оказали достойное сопротивление. Аргасская школа фехтования вообще настаивала на неизменности позиции, в то время как рокуэльская утверждала, что вокруг противника можно хоть колесом ходить, если это позволит одержать победу. Поэтому бегающие по месту дуэли идальго порядком раздражали шевалье, которые решили взять южан измором и попросту ждали, когда те выдохнутся и потеряют дыхание. Противники Даниэля встали спина к спине и отбивались от кабальеро, как сытые мастифы от прилипчивого щенка; Пьер Мальро ушел в глухую оборону, провоцируя Родриго на беготню и выискивая его слабые места, а вот Хуан сам занял оборонительную позицию, отражая выпады аргассцев плащом, обмотанным вокруг руки, и шпагой и поджидая, когда подвернется возможность испробовать на северянах финт с ложной атакой в пах и с переводом под пятое ребро. Что же до Миро, то его враги атаковали посменно: один - лицом к лицу, пока другой подкатывался сбоку, но особого успеха никто не достиг. Ибаньес отбивался, ни разу, впрочем, не задев аргассцев. Собственно говоря, именно ставка на изматывание и позволила вмешаться провидению в лице хрупкой дворянки.
- Что они творят? - потрясенно спросила Верона, когда вместе с Фабианом выглянула в окно, услышав звон шпаг и веселые выкрики, которыми рокуэльцы сопровождают любую драку.
- Дуэль, - сразу понял полукровка.
- Да они совсем с ума посходили, - раздраженно отозвалась невеста, разворачиваясь к лестнице на первый этаж. - А если они друг друга ранят? А если убьют? А тут прием ее величества!
- Эй, стой! - Фабиан опомнился и бросился вдогонку за девушкой. - Стой, придурочная! Подерутся - сами успокоятся!
Девица в ответ только фыркнула и помчалась еще быстрее.
"Не понимаю я этих баб, - зло подумал Фабиан. - Ну, прирежет Руи женишка - ей же лучше, так нет ведь! Поскакала спасать! Воистину, все зло от женщин, и чего только лезут?"
Внизу сновали слуги, тащившие вазы с уже увядшими оранжерейными цветами. Верона подскочила к девушке с вазой, полной роз, выхватила бесценный фарфор из рук обомлевшей служанки и ринулась во двор.
- А ну брысь! - возопил полу-оборотень. - Брысь оттуда! И вазу кинь!
Но Веро и не подумала послушаться. Она пулей вылетела из двери, подбежала к Руи и Пьеру и с размаху окатила их водой, как дерущихся котов. Дуэль прекратилась, а Фабиан, взглянув на лица дуэлянтов, согнулся пополам от хохота - столько искреннего, детского недоумения было на них написано.
- Фу, - сказала Верона. - Вы как дети просто. И не стыдно?
- В-в-верона? - отплевавшись, выдавил Пьер. - Что вы тут делаете?
- Спасаю нашу общую репутацию, - ответила бывшая послушница. - И не вижу здесь ничего смешного! - холодно бросила она в сторону Бьяно, но маг посмотрел на поединщиков, увитых мокрыми розами, и снова зашелся в совершенно неприличном ржании.
- Сударыня, это дело чести... - начал было Даниэль, но получил такой взгляд, которым гордилась бы и Элеонора.
- Дело чести - подраться во время королевского приема, чтобы шевалье засадили в Квантермель, а вас обвинили в покушении на убийство аргасских подданных и оскорблении величества и боги знают, в чем еще? - осведомилась Веро. - Вы все же думайте головой хоть иногда!
Кабальеро дружно заморгали: столь очевидный факт отчего-то не бросился им в глаза.
- Ээ... - растерянно отметил Миро.
- Пьер, может, вы немного приведете себя в порядок? Моя матушка хочет вас видеть, вы до сих пор не выразили ей  своего почтения, - так кротко, что это звучало издевательски, предложила Верона.
- Д-да, - пробормотал Пьер. - Наверное, надо... А вы?
- Надеюсь, вы доверяете чести ваших друзей?
- О да, да! Анри, пошли, - нервно ответил будущий муж и торопливо скрылся за дверью. Веро взглянула на Руи и сняла с его головы обвисшую розу. Она лукаво улыбнулась; дель Мора заалел. Девушка уронила цветок к ногам идальго, вместе с как бы случайно выскользнувшим из-за манжета платочком. Родриго бросился на клочок батиста, как ястреб на полевку, а дворянка, коротко кивнув прочим рокуэльцам, оперлась на руку приятеля Пьера и покинула место поединка. Она успела бросить на Фабиана взгляд из-под ресниц и разочарованно заметила, что фокус с платком не произвел на него ровно никакого впечатления.

[Нелл]

Анжела была замужем уже четыре месяца, и нельзя сказать, что ей там не нравилось. Честно говоря, пылающая в груди аргасски пламенная ненависть к кровному врагу за прошедшее время поутихла, а если говорить уж совсем честно... Девушка дернула себя за прядку и потянулась, сев в постели, обхватила руками колени и мечтательно посмотрела в окно.
Если говорить уж совсем честно, Рамон вел себя добродетельней рыцаря из баллады. Чего нельзя сказать о его, Рамона, подданных, которые косились на невесту и супругу, как на ядовитую змею, подброшенную в постель обожаемому повелителю. Этого Анжела понять не могла. Они что, опасаются, что она убьет Рамона? Так это просто смешно, у нее не было ни единого шанса. Сперва девушка два месяца жила в доме донны Лауренсии Оливарес на правах невесты, из-за чего из особняка съехали все мужчины. Даже Рамон там не появлялся, только посылал ей подарки, тоже самые что ни на есть скромные: букетики фиалок, украшения, упряжь для лошади... Потом... Анжела зажмурилась: о такой свадьбе наверняка мечтает каждая девушка! Фата, шелковое платье, лепестки роз, белый конь, красивый и венценосный жених, главный рокуэльский Пантеон, строгая и величественная кардиналесса Рокуэльская - ух! Пир горой, во время которого с девушки не сводила глаз целая свора слуг и гвардейцев, и... первая брачная ночь с самым желанным мужчиной Рокуэллы прошла весело: девушка верещала и отбивалась (кровный враг, как-никак), Рамон увещевал и усовещивал. Наконец целомудренно настроенная невеста забилась за шкаф, угрожая мужу подсвечником, и герцог, вздрагивая от хохота, оставил девушку наедине с совестью. С тех пор больше и не приходил. Анжела это ценила: оба понимали, что их брак - формальность, Рамон - полукровка, и жена нужна ему только как ширма. Так что упрекнуть герцога было не в чем: он сохранял неизменную почтительность на людях и не беспокоил девушку, когда эти люди уходили, вот только...
Вот только сегодня Анжела намеревалась все изменить. Она вскочила с постели и юркнула в ванную: а чего еще ждать-то в такую рань? Девушка, фыркая и ежась, раза три плеснула в лицо холодной водой. Уж больно много загадок было вокруг юной герцогини, чтоб оставить их без присмотра. Например, почему все наотрез отказываются говорить о ее сестре, Бертиле? Почему с такой опаской смотрят на саму Анжелу? Что это делает с ее мужем заезжий комиссар Месмер? Почему в беседах Рамона и Феоне (и что он нашел в этой мымре?) то и дело мелькает какая-то башня? Что стряслось с предыдущим Верховным магом и что ищут в его лабораториях? И, самое главное, отчего Рамон подчас с такой тоской смотрит куда-то вдаль, поверх головы собеседника, ничего не видя, не слыша?!
Словом, тайны кишели и роились, и очень глупо было со стороны Рамона думать, что его супруга их не замечает.
Приняв ванну, Анжела сама тихонько оделась в самое простое платье, заплела косу и выскользнула из своих покоев. Как бы не бдели приставленные к ней слуги, а вряд ли кому-нибудь из них пришло бы в голову, что герцогиня примется шастать по дому в полпятого утра.
Прокравшись по лестнице на третий этаж, Анжела открыла шпилькой замок на двери и вошла в пыльную, забитую старой мебелью комнату. Девушка обнаружила ее случайно, в одном из многочисленных рейдов по Ромолле, тем паче, что дворянка и дома славилась умением ускользать из-под носа у целого стада нянек. Конечно, рано или поздно слуги находили шуструю герцогиню, но за четыре месяца девушка излазила Ромоллу вдоль и поперек.
Комната, в которой Анжела устроила засаду, приглянулась ей тем, что кто-то когда-то разобрал в ней пол, бывший одновременно потолком в кабинете Рамона. Может, искали слуховые трубы или магические подслушивающие штучки, но собирали паркет очень небрежно. Анжела сразу заметила выпирающие половицы и смогла, приложив некоторые усилия, вытащить их, выцарапать спицей раствор между кирпичами, которыми заложили дыру от изъятой трубы, и изъять один. И теперь девица сидела в засаде, дожидаясь прихода любимого мужа - он принимался за бумаги в шесть утра, у дворянки было время перекусить припасенной с вечера едой.
Рамон явился в кабинет, когда девушка уже задремала над книгой. Из полудремы ее вырвал голос мужа, приказавший лакею принести чашку кофе. Затем на некоторое время воцарилась тишина: герцог работал. А потом...
- Доброе утро.
- Доброе, - как-то зловеще отозвалась Феоне, и Анжела встрепенулась: они с чародейкой на дух друг друга не переносили, и узнать о ней какую-нибудь гадость было бы не лишне.
- Где ты был вчера?
- Ты не моя жена, чтобы задавать такие вопросы.
- Рамон! - звонкий хлопок - ага, она в своей любимой манере стукнула по столу. - При чем тут это?! Ты в опасности, и ты исчезаешь черт знает куда, мы волнуемся!
- Я был в борделе, - устало, но без раздражения ответил томоэ.
- А почему не у жены? - ядовито спросила Феоне, и Анжеле тоже стало интересно - почему?
- А зачем портить ей жизнь? Наш развод неизбежен, ей будет лучше, если выяснится,  что мы не жили, как супруги.
Анжела подскочила. Это как это - неизбежен? А зачем тогда женился?
- О, вот как? - замурлыкала чародейка. - И когда же сие случится?
- Думаю, тогда, когда Месмер сдаст меня Ординарии для препарирования.
Девушка замерла над дырой в паркете. Что это значит? Он же король, как какой-то там Месмер может им распоряжаться? А слово-то какое – препарирование…
- Но ты ведь можешь...
- Не могу. И слезь с меня, ты мешаешь работать.
Вот дать бы стриженой шлюхе кирпичом по голове! А снизу, после паузы, раздался плохо сдержанный рык:
- Ах, я мешаю?! А твой щенок тебе не мешал?!
- Он не лез ко мне на колени.
- О да, его ты сразу затащил в постель! Бедная девочка, эта аргасска, ты хоть сказал ей, что она замужем за мужеложцем?
- Феоне, уймись, - ответил муж, хотя Анжела уже вцепилась бы ей в волосы. Да, он кровный враг, но он ее супруг, и всякая там безродная сволочь не смеет так с ним говорить!
- А-ах, уйми-ись, - растянула волшебница. - Тогда объясни, почему ты в постели зовешь меня Фабианом?
Хорошо, что Анжела от переживаний выронила печенье, а то подавилась бы...
- Тебе не кажется, что это мое личное дело?
- Бьяно, Бьяно! - передразнила Феоне. - Так хочешь его, что не можешь удержаться? Подарить тебе раба для удовольствий?
- Феа, уйди. Я, в конце концов, бесплодный полукровка. Ты, кстати, тоже.
- Ты?! Ты и твой щенок! Грязные пе...
Стало тихо. Аргасска услышала жужжание мухи над сладким печеньем.
- Уйди, - сказал томоэ так, что Анжела сама чуть не удрала. Потом раздался щелчок замка: волшебница и впрямь ушла, а Рамон заперся изнутри. Дворянка запустила пальцы в волосы. Что. Все это. Значит? Она врет? Конечно, злится, ревнует, вот и выдумывает... Но к кому она ревнует? Неужели и впрямь - к Фабиану, как там его?! Но это... это же... Это уже ни в какие ворота! Это... это чересчур! Анжела вскочила. Можно ворваться в кабинет, потребовать разъяснений, она его жена, в конце-то концов! А кто даст ей гарантию, что Рамон не соврет? Что он не выкинет ее за дверь, как эту... магичку? Что не превратит ее в что-нибудь, он ведь полукровка!
- Да, комиссар, войдите.
Анжела села на пол. Месмер!
- Прошу прощения, что отвлекаю от работы, ваше сиятельство, но мне нужно побеседовать с вами наедине, - вот пакостный тип, вежливый, но пакостный!
- Беседуйте.
- Ну, хм... как я уже говорил, результаты наших исследований в лабораториях...
- Поражают воображение, и ваш святой долг поделится ими с коллегами. Делитесь, я не против, - скучающе ответил Рамон. Вот так тебе, рыжая выдра!
- Суть не только в этом, - медленно проговорил Луи. - Не только в этом.
- О боги... прямолинейность - это такое редкое качество... за что я и люблю мою Анхелику.
Девушка припала к дыре, словно могла видеть сквозь стены. Он любит? Ее? Да он шутит, издевается над рыжим! "Мою Анхелику"... дура, почему ее так раздражало это имя в первый месяц брака! Вот дура, о боги! А он, может... Анхелика... А эта большеглазая дрянь просто завидует!
- Что ж, будем прямолинейны, - согласился Месмер. - Вы, конечно, читали дневники эксперимента и знаете, как часто Аскелони упоминал теорию "ключ-замок".
- О, тысяча чертей, дадут ли мне сегодня поработать? - возопил Рамон, но уже скорее весело, чем раздраженно. - Ну да, конечно, мне известно об этой теории. Но только, по-мое-му, это редкостный бред.
- Да, на ваше мнение в этом смысле можно полностью положиться, - отметил Луи. - И все же... Фабиан - это ключ?
Анжела помотала головой. Во-первых, она ничего не понимала. Во-вторых, девушку гораздо больше интересовало отношение Рамона к ее персоне.
- Сегодня день Фабиана, - пробормотал томоэ. - Нет, к ключам он не имеет никакого отношения.
- Да? Что ж... Хотя позволю себе заметить, что некоторые показатели вашего самочувствия ухудшились, когда мальчик с вами расстался.
- Ничего удивительного, - лениво отозвался Рамон. - Я использовал его для еды, а теперь остался без привычной закуски.
Что?!!
- Но ваша жена...
- Есть женщин - это аморально, - засмеялся герцог. - Мне нужно просмотреть эти бумаги.
- О да, о да. Но я все же оставлю вам тетрадь.
Анжела отползла от дыры. Мысли и чувства словно вымерли, но полное оглушение длилось недолго: спустя несколько минут буйный робийяровский нрав взял верх и над разумом, и над шоком. Девушка вскочила и ринулась вон из комнаты, вниз по лестнице, к кабинету Рамона, быстрее, быстрее, пока он не ушел, а он стоял на пороге и ждал ее.
Анжела остановилась, вопросы распирали ее, как семечки – спелый подсолнух.
- Входи.
Она вошла. На столе, среди разбросанных бумаг, лежала истрепанная тетрадь. Рамон вложил в нее листок и протянул жене.
- Бери.
- З-зачем? - заикнулась девушка.
- Здесь ответы.
- Какие ответы? - тупо спросила Анжела.
- На твои вопросы, - улыбнулся Рамон. - Не на все, но, по крайней мере, ты можешь считать, что не зря расцапарала себе руки досками и кирпичами.
Дворянка взяла тетрадь, и герцог вдруг накрыл руку жены своей ладонью. А потом Анжела оказалась за дверью, как - и сама не поняла.

[Натаland]

 Нелл, очень интересно.
И я безумно рада, что продолжение не заставило себя ждать.

Сцена с обливанием водой дуэлянтов шик!
Но бедный Фабиан, неужели он так и не влюбится в женщину?

[Нелл]

Зато неизвестно когда будет продоолжение пятой повести.
Не-а, Фабиану не светит. 
Но он не будет обледен женским вниманием.

[Натаland]

Зато неизвестно когда будет продоолжение пятой повести.
Не-а, Фабиану не светит. 
Но он не будет обледен женским вниманием.

Нелл, а может быть подыскать Фабиану пару под стать?
 Полукровку-пантеру, например.
У них родились бы очаровательные котята.
Кстати, а женщины среди учеников магической академии  ( или как бишь ее?) есть?

[Нелл]

У полукровок не может быть котят. А женщины-маги есть. Откуда же Феоне взялась?

[Натаland]

У полукровок не может быть котят. А женщины-маги есть. Откуда же Феоне взялась?

Вы автор - Вам и решать НАСКОЛЬКО глобальна проблема  рождения уродов у полукровок.

И вообще, насколько я помню, это у полукровки и нормальной женщины с детьми проблемы.
А как насчет двух полукровок?

Я про женщин-магов конкретно там, где сейчас Фабиан обучается. Вот бы там была подходящая кошечка.

[Нелл]

Так, я не поняла - где кусок, который я выкладывала вчера?!!!
Полукровки бесподны. Следовательно, если с нормальной женщиной может хоть что-то получиться - по у двух полукровок шансы стремятся к минус бесконечности. А вот почему у Рамона и его жены Бериле родился ребенок - это буедт объяснено по ходу повести.
А, ну там конечно есть, но... опять-таки см. дальше. 
Надеюсь, я не очень сильно вас разочарую??

[Нелл]

В середине марта Медонский лес все еще был укутан одеялом пушистого белого снега. Но весна уже проглядывала в легком ветерке, и в пышных облаках, и в ярком солнце, ее запах витал в воздухе, что и сподвигло столичное дворянство на прогулку в лесу, который, впрочем, своей ухоженностью давно напоминал парк.
Хью вдохнул полной грудью и сдвинул шляпу на затылок. Конечно, леса вокруг Даниэльса куда как более дикие, и в марте там еще по-зимнему холодно, и сумрачно, но до чего же приятно вырваться из города в лес! Да к тому же в такой ясный, погожий день! Вот закроешь глаза, запрокинешь голову, вслушиваясь в лесные звуки...
- Руи, хорош Даня в сугроб закапывать!
... так и вырвут тебя из сладких грез. А все эти наглые, бесцеремонные, спесивые, самоуверенные, дикие, невоспитанные, невоздержанные... Хью открыл глаза и повернулся к подопечным. Они в полном восторге кидались снежками, поручив коней слугам. Шевалье покривился. Южные варвары, никогда снега не видели. А уж крику, шуму, беготни, и полные воротники снега.
- Идальго, ведите себя пристойно, - одернул рокуэльцев компаньон. - Люди же кругом!
- Пфуй! - отозвался Фабиан; из кареты выглянул барон и укоризненно покашлял. И что бы он делал без Хью? Куда там пятидесятивосьмилетнему барону уследить за шайкой сорванцов! А северянин сам себе не поверил, что подписал договор о компаньонстве еще на год. Шевалье уже подумывал над тем, что неплохо бы завести как средство воспитания хлыст, вроде тех, какими призывают к порядку галерных рабов. А сколько его крови выпили эти кабальеро за полгода...
- Эй, Руи, гляди, вон твоя дама сердца! - крикнул Дануто.
Дель Мора обернулся и замер, густо покраснев. Хью проследил за его взглядом и хмыкнул. Свадьба детей из двух самых родовитых и богатых семей Юга была событием заметным, и Юбер Мальро решил справить помолвку в столице. Поэтому, едва в парке появился его сын с невестой, которую сопровождал старший брат, как все тут же устремились выражать свою радость и почтение, а также восхищение красотой и грацией невесты. Насчет последнего не преувеличивали: изящная, тоненькая, с волной каштановых волос, рассыпавшихся по темно-вишневой тафте, падме Верона была похожа на фею. Она посмотрела в сторону Хью и улыбнулась. Аргассец почтительно склонил голову и не заметил, как Фабиан метнулся к карете и прошептал:
- Дон Игнасио, пожалуйста, мне очень нужно поговорить с девицей Робийяр!
- Вам? - строго спросил барон, весьма наслышанный о любовных похождениях полукровки. – О чем это?
- О… о… о подарке на свадьбу!
- Да? – в сомнении протянул барон.
- Клянусь! Правда, очень нужно!
- Ну что ж... только ведите себя хорошо! - ответил посол. Карета тронулась с места, Бьяно вскочил на лошадь. Он не слишком хорошо освоил заклятие мысленной связи и потому решил подобраться к девушке поближе.
- Ваша светлость, граф Робийяр! - приветливо сказал барон Фонтихо, выглядывая из кареты. - Позвольте выразить мою...
Дальше Фабиан не слышал. Он прошептал заклятие связи и чуть не выпал из седла. Мальчишка и не подозревал, что одна девушка может думать о такой куче вещей одновременно! Да еще и сохраняя на лице выражение невинного идиотизма, за которое маг так не любил столичных светских дам.
"Веро!"
Девушка подскочила на лошади и торопливо огляделась.
"Я тут, у тебя в мыслях", - полу-оборотень быстро обрисовал ситуацию и немедленно получил весомую мысленную оплеуху:
"Как вам не стыдно! Мало ли, о чем я думаю! Так что вы решили?"
"Слушай, неужели ты еще не передумала? Я про побег".
"Нет, - отрезала дворянка. - И... и хватит думать обо мне в таком тоне!"
"А как еще? - вспыхнул Фабиан. - Кретинская идея!"
"Так выметайтесь из моих мыслей!"
Она подумала об этом с такой горечью, что паренек поспешил ее утешить:
"Ну ладно, извини, погорячился. Но по мне лучше муж, чем монастырь".
"Много вы понимаете..."
Барон уже прощался с Гийомом, и Фабиан торопливо спросил:
"Так что ты?"
"Где и как вас можно найти?"
Полукровка торопливо описал ей дорогу к рокуэльскому посольству, девушка кивнула (как бы в ответ на любезное прощание дона Игнасио), и идальго оборвал связь. В висках заломило - именно за это подросток и не любил телепатию. Родриго дернулся было проводить Робийяров, но посол не желал скандала с женихом и велел друзьям следовать за ним. Дель Мора привстал на стременах, проводил Верону тоскливым взглядом и упал на седло.
- Ты смотришь на нее, как пес на мозговую косточку, - съязвил Даниэль. - И что в ней такого аппетитного?
Руи повернулся в седле, и дон Арвело словил леща по затылку.
- Любовь, - многозначительно констатировал Хуан. - Но если ты и дальше будешь только молча поедать ее глазами, как же она догадается ответить тебе взаимностью?
- Кому взаимностью - вот ему? - уточнил Фабиан, кивнул на Руи и закатился от хохота. Ему было проще соединить в уме левретку и волкодава, чем Веро и дель Мору.
- И нечего так ржать! - вспыхнул Родриго. - А ты, Арвело... Только вякни еще раз что-нибудь!
- Я не понял, - протянул Дануто. - А ну-ка повтори.
- Молодые люди, прекратите немедленно! - вклинился бдительный аргассец. - Помять друг другу бока можно в гимнастическом зале.
Дань выругался и отвернулся. Руи засопел и отъехал от друга подальше. Фабиан и дон Фоментера переглянулись.
- Все зло от женщин, - хмыкнул Хуан.
- Это точно, - согласился Бьяно.
- Господа, нам нужно поговорить наедине, - вдруг сказал Миро.
- Ух ты, а я-то уже подумал, что ты дал обет молчания, - фыркнул полу-оборотень. - Эй, шевалье, вам же сказали - наедине.
Хью притворился глухим и последовал за идальго в сторону пышно разросшихся кустов орешника. Фабиан буркнул что-то оскорбительное насчет репея в неприличном месте и кивнул друзьям. Те понимающе перешли на рокуэльский. Аргассец помянул чертову бабушку. Они уже не раз подкладывали ему такую свинью, а Хью никак не мог запомнить больше полусотни слов на бархатистом наречии дикарей.
- Я хочу вам кое-что сказать, - хмуро начал Миро, рассматривая свои перчатки. - Кое-что, касающееся томоэ.
- Например? - уточнил маг, когда его друга опять заклинило. Рамиро скривился, словно разжевал несвежий лимон, и выдавил:
- Ну, он ведь полукровка, да?
- Это еще не факт, - ответил Хуан, Руи и Даниэль возмущенно встрепенулись.
- Факт, - потупился Ибаньес. - Иначе с чего бы, - совсем тихо закончил юноша, - томоэ признавать меня своим наследником?
- Что?!! - хором заорали друзья; компаньон дернулся, порываясь вмешаться, но, на счастье, его что-то отвлекло.
- Когда во время эпидемии красной чумы мой предок спас последнего уцелевшего Вальдано... - Миро сглотнул. - В общем, перед тем, как они уехали, Энрике и Рамиро побратались.
Хуан протяжно присвистнул, и Дануто пробормотал:
- В случае вымирания рода этому роду может наследовать семья побратима. Древнейший свод рокуэльских законов Унитара…
- Стой, стой, но ведь по закону должен наследовать твой отец, а потом брат, - сказал Родриго.
- А он отрекся, - отозвался Миро. - За всю семью в мою пользу.
- Вот черт, - прошептал Фабиан. - Значит, ты... ты - наследный принц?
Миро кивнул.
- Как-то странно, - помолчав, сказал Хуан. – Вот ты наследник… Так тебя должны пуще глаза беречь, а не оставлять в самом логове врага.
Даниэль открыл рот, но не нашелся, что возразить.
- И впрямь, глупо, - задумался Фабиан. – Но… может, Миро оставили тут, чтобы не вызывать подозрений?
- Да какие к черту подозрения! - разозлился Хуан. – Наследник – дороже иконы, его должны были увезти в Рокуэллу! Отречение обратной силы не имеет, если только его не отменят кортесы, а они могут и не отменить. И такая грызня за власть начнется! Логичнее сразу поставить их перед фактом – законный наследник – вот.
- Ишь, как чешет, - удивился Руи. – Нахватался у своего дона Игнасио.
- Жертвенный баран, - прошептал Ибаньес. - Пока они будут охотиться за мной, томоэ все успеет приготовить для передачи власти... моему брату, отец ни на что не променяет море.
- Но Хуан же сказал… - растерянно выдавил Фабиан.
- О, дьявольщина, Бьяно, ты что, тупой?! - взорвался Даниэль. - Да Миро сунули этим аргассцам, чтоб они его сожрали, пока дон Мигель что-нибудь не придумает с этим отречением. Да сожжет в конце концов. И коронуют дона Диего.
- Адмиралу шестьдесят четыре, наследовать корону в таком возрасте неразумно, - протянул Хуан. Бьяно положил руку на плечо понурившегося Рамиро.
- Это ведь только наши домыслы.
- Я не думал, - глухо буркнул наследник, - никогда не думал, что он может так со мной поступить... Тайком, ничего не сказав, словно... он сомневается в моей смелости. Если бы он только предупредил, сказал, я бы...
Миро махнул рукой. Друзья исподволь окружили его, словно ожидая нападения.
- Но пока мы все рядом, здесь, - разве мы не будем бороться? - спросил Дануто.
- Будем, - постановил потомок хадизар. - Слышь, Миро? Не вешай нос!
- Поверить не могу, что томоэ мог на это согласиться, - вздохнул Ибаньес.
- Он-то как раз мог, - процедил Фабиан. Друзья не стали спорить - если юный маг за полгода не остыл, что толку убеждать его сейчас? И потом, никто не знал, из-за чего он так взъелся на герцога.
- А куда это запропал наш компаньон? - вдруг спросил Даниэль, озираясь по сторонам.

[Нелл]

А Хью действительно исчез, но вовсе не потому, что пренебрег своими обязанностями компаньона - как раз напротив: аргассец заметил, что около молодых рокуэльцев отирается какая-то подозрительная личность. Близко не подъезжает, но и с места не двигается. В памяти мигом всплыла последняя беседа с Рамоном, а как бы Хью не относился к своим подопечным, но взятые на себя обязательства всегда выполнял предельно честно и тщательно. Герцог же несколько раз упомянул про то, что Бьяно или кого-то из его друзей могут похитить. Исчезновение людей - вообще излюбленный метод Совета и Ординарии, а потому, узрев в кустах подозрительную тень, шевалье не колебался. Демонстративно насвистывая, аргассец отъехал от идальго, придержал лошадь и убедился, что тень, имевшая вид всадника в плаще с капюшоном, никуда не делась. Хью тронул коня и двинулся наперерез тени. Увы, двигаться бесшумно верхом на лошади в лесу почти невозможно. Темная личность в кустах услышала треск и хруст, оглянулась (на Хью блеснули яркие темные глаза) и дала жеребцу шпоры. Адатский скаковой легко перемахнул орешник, Хью сжал зубы. Его бьерс был хорош для выездов, а не для погони по пресеченной местности, но дать шпиону уйти шевалье не мог. Хотя бы в память о принуждении к добровольному сотрудничеству... Шевалье Даниэль дал коню шпоры, и тот, всхрапнув, взял барьер.
Гонка в лесу опасна и непредсказуема, но оба всадника умело уворачивались от нависающих ветвей. Преследуемый петлял, как заяц, бьерс хрипел. Адат летел вперед, без труда перескакивая через корни и кусты, унося всадника от погони, а длинногривый бьерс уже выбивался из сил. Хью подхлестнул коня, тот последний раз рванулся вперед, и в этот миг всадник в плаще обернулся и бросил что-то под ноги жеребцу шевалье. Оно взорвалось миллионом радужных искр, и аргассец словно ухнул в черный бездонный колодец беспамятства.

[Нелл]

Фабиан присел на корточки и коснулся кончиками пальцев протаявшей дыры в снегу, которую уже припорошили мелкие снежинки.
- Исчез, - констатировал полукровка. Прочие идальго, вытянув шеи, с почтительного расстояния изучали цепочку следов и неглубокую воронку.
- Как это его угораздило? – осведомился сын адмирала.
- Заряд Рейнера, - подумав, определил юный маг. - Кидаешь в человека такую штуку, размером с еловую шишку, и она перемещает его в то место, на которое заговорена.
- А воронка откуда? - спросил Дань. - Вдруг его разорвало?
- Вряд ли, тогда бы тут все кусты и деревья были бы покрыты шевалье Даниэлем, - покачал головой Фабиан. - Когда она взорвалась, переместив компаньона, будь он неладен!.. так вот, в ней сработало стирающее заклятие, чтоб мы не нашли того, кто кидал.
Кабальеро проследили взглядом резко обрывающийся след.
- И как мы его теперь найдем? - спросил Рамиро.
- А оно тебе надо? - усомнился Хуан. - Это могла быть засада на кого-то из нас, - добавил он, искоса взглянув на полукровку. Тот не менее выразительно поднял бровь на Миро.
- Думаешь, кто-то уже открыл сезон охоты? - буркнул Ибаньес. Фабиан неопределенно пожал плечами и направился к оборванному следу.
- Меня больше волнует, знал ли этот тип рокуэльский, - заметил дель Мора. - Он же явно топтался за теми кустами, у которых мы разговаривали, там снег весь изрыт копытами. Видимо, за этим гнусным делом его и застал наш компаньон, и спугнул, и погнался - вон с того места два следа стали путаться, ну и вот...
- Допрыгался, - подвел итог Даниэль. - Барону скажем?
- Не сейчас, - покачал головой Миро. - Ну как, Бьяно, что разнюхал?
- Да ничего, - с досадой буркнул идальго; друзья осторожно окружили оборванный след. - Сложное какое-то заклятие, сейчас толком гляну.
Фабиан протянул над следом руки ладонями вверх и сосредоточился на мыслях о своем рабочем столе. Где-то там должна быть рукопись "Маскирующие чары: виды, методы, способы снятия". Нет, не тут... и не здесь... и не там... Хорошо хоть, друзья не лезли с вопросами: они любили смотреть, как он колдует, и уже знали, что отвлекать в этот момент нельзя. Ага, вот она, под эротической поэмой в картинках!
- И все? - разочарованно протянул Дануто, когда на руки Фабиана из воздуха плюхнулась рукопись в темно-красном переплете. Полу-оборотень раздраженно цыкнул на друга и переместил эротическую поэму тоже, чтоб приятели не лезли под руку, пока он будет сличать признаки и качества.
Пока рокуэльцы увлеченно рассматривали картинки, подросток пролистывал рукопись от конца к началу, но ничего подходящего не находилось, зато спустя десять минут герцогский воспитанник обнаружил в книге заклятие пути. Для него нужен был след, хоть один отпечаток, и чары указали бы, куда направился оставивший его. Полукровка пожал плечами и зачитал формулу вслух, не особо углубляясь в раздел "Внешние проявления, недостатки и особенности". Воздух над парой последних следов задрожал, налился голубым сиянием, сгустился в небольшой ком, который рванул по прямой вперед, с шипением проходя сквозь стволы и ветки и разматываясь в тонкую нить.
- Что это было? - отвлекся от картинок в поэме Даниэль. Фабиан почесал в затылке.
- Заклинание, указующее путь. Я решил, что так будет проще.
- И куда ж оно его указует? - скептично фыркнул Руи.
- Оно летит по прямой, туда, куда отправился тот, кто оставил следы, - Фабиан щелкнул пальцами, вернув книгу на место, и показал на синюю линию в паре футов над землей. - Вот туда и поедем.
Кабальеро с неподдельным интересом изучили дубовый ствол, в который уходила полоса, а потом так сострадательно поглядели на Фабиана, что тот покраснел от злости.
- Да, магия - это та еще штука, - заметил Руи.
- Все я правильно сделал! - полукровка схватил коня под уздцы и вскочил в седло. - Едем или как?
Рокуэльцы обернулись: за вязью припорошенных снегом веточек смутно угадывались очертания кареты барона, который и знать не знал, что подопечные опять отправились на поиски неприятностей.
- Меньше знает - крепче спит, - кивнул Рамиро. - По коням!
Про Медону говорили, что она стоит на семи холмах; остальные семьдесят, видимо, достались Медонскому лесу. Путеводной нити было все равно: она с одинаковой легкостью прошивала холмы, деревья, кусты, медвежьи берлоги... Туго приходилось только кабальеро: они пока не владели искусством прохождения сквозь стены. Нить вела их по прямой, а уж как ее, эту прямую, преодолеют простые смертные, - ей было без разницы. Идальго приходилось выказывать чудеса ловкости и наблюдательности, выискивая нить то по куширям, то объезжая холмы, то ощупывая стволы деревьев. Не говоря уже о том, что холмы, поросшие лесом, отличаются от наезженной дороги не в лучшую сторону. В круговороте постоянных подъемов и спусков кабальеро не сразу заметили, что лес редеет.
- Город! - радостно вскричал Даниэль, но вскоре его радость изрядно потускнела. Синяя нить уходила в толщу стены, и никакого намека на калитку или тайный ход поблизости не имелось. Потыкавшись туда-сюда, рокуэльцы уплатили въездную пошлину (плюс взятка капралу за проезд в положенное время) и погрузились в путаный-перепутанный лабиринт узких улочек квартала Сюр-Роз - прибежища нищих, бродяг, еле сводящих концы с концами торговцев и ремесленников. Над грязными приземистыми домишками царили обшарпанные башни храма Ферсифай Роз - словно в насмешку, в покровительницы местной братии досталась богиня любви и красоты. К востоку от храма расположился Волчий двор, куда не лезли даже солдаты королевской столичной гвардии. Туда же и уходила нить, когда рокуэльцы наконец ее разыскали.
- Полезем? - спросил Даниэль.
- Не советую, - сказал благоразумный Хуан. - Давайте поставим в известность барона...
- Тебя ль я слышу? - изумился Руи. - Вот оно - пагубное влияние дипломатии! Бьяно, сможешь нас замаскировать под местных?
- И лошадей под ослов, - съязвил дон Фоментера. - Ты вокруг-то посмотри! А Рамиро? Он наследник, мы за него отвечаем!
- Дань, а ты не хочешь снова погулять в кошачьей шкурке? - осведомился Фабиан. - Эй, эй, эй, я ж только спросил!
- Еще раз спросишь... - прорычал семинарист - лоток с песком все еще преследовал его в кошмарных снах.
- Тогда ловите крысу.
- А сам ты не хочешь того - в кота? - спросил Родриго.
- Нет, - огрызнулся Бьяно. Перспектива прятать в штанах хвост при неудачном обратном превращении его не вдохновляла.