Ответ на фанфик "с гхыром" ^^

Убью гада (с) Гатти.
Что же случилось на самом деле ^^

1. Все нормальные дворяне учились в специальной школе, Алва учился дома... вязанию, вышиванию крестиком и гладью, стирке, глажке, готовке... в общем, всему тому, что подобает знать благородной девице.

2. Алва прогуливался по улицам, напевая свою оперную партитуру, точнее не свою, а королевской оперной дивы, которую этим вечером ему предстояло спеть, дабы концерт не сорвался, ибо эта самая дива не вовремя простудилась и потеряла свой божественный голос - колоратурное сопрано. И во всем королевстве только у Алвы обнаружился подобный голос.
И тут откуда-то сверху, с крыш упал внушительных размеров кирпич. В этот самый момент, беря очередную неимоверную высокую ноту, Алва аж приостановился, весь вытянулся, закрыл глаза и воздел руки к небу, выводя трель не хуже соловья. Кирпич обиженно просвистел мимо, слегка задев руки Алвы.
- О нет!!! Мой маникюр!!! Я же потратил на него 5 часов, даже встал пораньше, о Леворукий, как же мне дальше жить! Моя карьера оперной певицы кончена!!! - причитал Алва, сотрясаясь от душивших его рыданий по безнадежно испорченному маникюру.

3. Немного успокоившись, утерев слезы и твердо решив довести своих стилистов до полного изнеможения, лишь бы они к установленному сроку исправили ситуацию, Алва направился дальше по улице. Через 10 шагов ему неожиданно пришло в голову, что пролетая мимо, потоком воздуха кирпич мог повредить прическу (хотя, там даже прямое попадание бетонной плиты не заставит завитые, напомаженные, надушенные и налаченные до каменной консистенции волосы даже поколебаться...). С такой панической мыслью Алва принялся лихорадочно рыться в изящной сумочке в поисках зеркальца. Выудив наконец на свет белый изукрашенное бриллиантами дамское зеркальце, сделанное на заказ, Алва торопливо принялся в мельчайших подробностях рассматривать свою шевелюру. Когда заметил неестественный блик на черепичной крыше. Грохнул выстрел.
- О Леворукий!! Меня хотят убить!!! - слабеющим голосом воскликнул Алва, падая в глубокий обморок и тем самым уворачиваясь от пули, в этот миг просвистевшей мимо.

4. Случайно пробегавшая мимо Пегая Кобыла заметила распростертого на мостовой обморочного Алву, сердце ее сжалось от жалости и сострадания. Забыв о своей кобыльей сущности, она зацокала прямо к нему, предварительно набрав в рот воды из ближайшего колодца. Наклонившись над ним, она осторожно, чтобы не забрызгать кружевной накрахмаленный воротничок, заколотый искусной работы платиновой с инкрустацией брошью работы лучших итальянских ювелиров, Кобыла плеснула ему в лицо водой. На нежном личике проступил здоровый румянец, великий полководец очнулся, ухватился за шею Кобылы и несколько неуклюже поднялся, видимо еще не оправившись от обморока. Придирчиво осмотрев свое платье, шедевр изысков знаменитых французских кутюрье и стоившее Алве многих тысяч, благодарный маршал слегка ласково улыбнулся Кобыле и потрепал ее по холке, а затем, взглянув на часы и вспомнив, что до концерта осталось всего несколько часов, Алва всполошился, и спешно попрощавшись с Кобылой, быстрым шагом пошел дальше.

5. Недалеко ему удалось пройти, когда он услышал громкий разбойничий свист. Из-за угла вывернула здоровенная толпень подозрительных личностей в масках и со шпагами и плотным кольцом окружила Алву.
- Ну я попал, - подумал Алва, доставая из кармана богато расшитого камзола внушительный мешочек с позвякивающими в нем монетами и молча протягивая на вытянутой руке разбойникам.
Все как один подозрительные личности покачали масками и наставили на храброго солдата шпаги.
- Ну хорошо, сами захотели... - непревзойденный фехтовальщик наморщил лобик, сделал губки бантиком и, слегка приподняв одно плечико, жестом а-ля "уйди, противный" пафосно воскликнул - Сила Ворона!
Разбойники моментально побросали шпаги и до глубины души прониклись умилением и кавайностью маршала, аж слюни пускать начали, а в глазах светилась романтическая любовь с первого взгляда.
- Я приму вас завтра, в половине двенадцатого ночи в своих покоях, скажите стражникам, что вы к Росио Хулио Алвасете по неотложному личному делу, они пропустят. Желательно приходите по двое, ну и по трое тоже можно.
Великий ловелас всех времен и народов на прощание кокетливо взмахнул тонкой белой ручкой и отправился восвояси, не замечая буравящего его злющего взгляда.

6. "Казнить, нельзя помиловать!" - твердым почерком вывелась категорическая надпись на дворцовой стене, около которой проходил Алва, спешащий на вот-вот начнущийся концерт. Откуда-то из окна на плечо к непогрешимому и неуязвимому герою мягко спрыгнула кошка, отчаянно скучавшая по своему обожаемому хозяину, и доверчиво потерлась ушастой головкой о щеку Алвы.
Он мгновенно переменился в лице, брови поползли вверх, нос предательски покраснел, рот слегка приоткрылся, обнажая ровные отбеленные придворными врачами зубы, а в глазах появилось обиженное выражение.
- А… А... А-ААА-АААА-АААААПЧХХИИИИ!!!! - Алва оглушительно чихнул.
Брызги полетели в аккурат на надпись, с мгновение ока стерев со стены крошащуюся мелом запятую. Перепуганная до полусмерти злосчастная кошка, истерично мяукнув, спрыгнула с плеча хозяина, в полете черкнув перепачканным в мелу хвостом по надписи как раз между словами Нельзя и Помиловать. Алва обернулся на смертоносную надпись, которая превратилась в сообщение об амнистии, и смущенно утер рукавом нос.
- О Леворукий, кошки!!!! У меня же аллергия на шерсть!!!

7. "Да что же это такое! Несносный мальчишка!"
- Твоя смерть необходима для спасения Талига, - со светлой и печальной улыбкой сообщили стоящему на пороге гримерной и готовящемуся к выступлению Алве.
- Да вы что, совсем сдурели?! Какой еще, к Леворукому, Талиг, у меня сейчас дебют! - безапелляционно заявил первый маршал, самозабвенно проигрывая в уме свою роль и предвкушая свой сногсшибательный успех.
- Но.. Талиг.. - обескуражено пробормотали сбоку.
- Подождет! По крайней мере, до окончания концерта! - жестко отрезал Алва, поворачиваясь спиной и направляясь к выходу на сцену.
- Если сейчас ты не исполнишь свой долг, ты точно не сможешь исполнить свою арию! - последняя отчаянная попытка повернуть ход фанфика.
- Нет, ни за что! Моя ария, я столько готовился, и так глупо все потерять! Принесите этот.. как его.. на стенке вон там висит.. а ну да, меч! *подозрительно* А если я сделаю, что вам нужно, вы дадите мне наконец насладиться моментом своего триумфа?!
Оторопелый кивок головой.
- Ну вот и чудненько, покончим с этим быстро и я, наконец, исполню свой Долг!
Алва хорошенько разбежался и уже было собрался бросится на меч, укрепленный между камнями в мостовой. Как вдруг...
- Да вы что?! Вы хоть соображаете?! Вы хотите меня погубить?!! Здесь же ГРЯЗНО!!! Я испачкаю свой великолепный костюм, вы что хотите, чтобы я выступал перед тысячами сограждан в грязном костюме?!! Я так не договаривался, немедленно вымойте мостовую! И, кстати, отчистите меч от ржавчины. Ну и что, что бутафорский! Я великая звезда, я не собираюсь бросаться на ржавый меч! - капризно кричал Алва, сжав кулаки и от возмущения притопывая стройной изящной ножкой, обтянутой белым атласным чулком.
Рядом кто-то выпал в осадок кучкой белесого пепла. Алва недовольно покосился. - Это что, чтоб падать мягче было? А вы знаете, что пепел плохо оттирается с бархата! А если я переодену камзол, мне надо будет переодеть чулки, если я переодену чулки, надо будет переодеть жилет, и, в таком случае, я точно опоздаю!!
О Леворукий, я уже опаздываю!!! О нет, подождите, подождите, не начинайте без меняя!! - подобрав полы камзола, великий маршал Талига вприпрыжку помчался по вверх лестнице и через секунду уже скрылся в гримерке, плотно захлопнув за собой дверь.

7. - О Леворукий, какой необыкновенный день! - счастливо пробормотал Алва несколько часов спустя, сидя на скамеечке в дворцовом парке. Дебют прошел на стократное ура, о такой славе Алва даже и не мечтал, он только что вырвался из рук восторженных поклонников и находился на сто седьмом небе от счастья.
- Кто тут меня вызывал, кто посмел задолбать меня сегодня поминанием имени моего всуе каждые пять минут?! - гневно рявкнул Леворукий, спрыгивая с крыши с большим джедайским мечом в руках. - Сейчас я ка-ак разберусь! - Леворукий приготовился порвать на грелки наглеца, и тут взгляд его упал на Алву.
- Ааах... - меч полетел в сторону, Леворукий плотоядно ухмыльнулся и вперил в Алву горящие страстью и желанием глаза. Непобедимый завоеватель Алва, сидя на резной лавочке, сложив ручки на коленях и полуобернувшись к Леворукому, кокетливо взмахнул длинными ресницами, поджал плечико и застенчиво потупил взгляд, длинные черные волосы рассыпались по плечам и упали ему на лицо. Которое уже через секунду мягко держал в руках Леворукий, покрывая горячими поцелуями мягкие чувственные губы Алвы, его тонкий аристократичный нос, большие печальные глаза в обрамлении густых черных ресниц, высокий лоб, его идеальной формы аккуратные ушки. А затем дрожащие от желания руки Леворукого скользнули ниже, осторожно освобождая благородного дворянина от одежды. Леворукий на мгновение нахмурился, и на мир тут же упала беспроглядная ночь.