О Манрике бедном замолвите слово...

Выбор

Огромный кабинет тонул в полумраке, только на столе стояло два семисвечника. Роскошные гобелены времён Эрнани Десятого превратились в набор цветных пятен. Небо за окном было затянуто облаками, пришедшими с Мон-Нуар. Опять начнутся дожди. Восковые свечи уже на две трети оплыли, скоро должен был появиться старый Йозеф, что бы заменить их. Чашка травяного отвара остывала на стопке бухгалтерских отчётов. Тэссорий Талига, граф Леопольд Манрик внимательно просматривал список непонятных событий, произошедших за последние несколько месяцев. В череде странностей была какая-то система, но поймать её за хвост не удавалось. Тем более, что мысли тэссория постоянно возвращались к сегодняшним событиям.
Его сын может погибнуть!
- Будь проклят этот Лионель! – перо, которое Леопольд крутил в руках, сломалось. – Родственничек! Закатные твари!
Наш маршал, конечно, хитёр, да и политик неплохой. Тогда почему он сорвался? Ведь ясно же, что не из-за этой пигалицы. Если бы это был Эмиль! Тот мог, да…
Хорошо хоть, эта дурочка отказалась выйти за Леонарда. Иначе скандал был бы несусветный!
Но всё же, это воля кардинала? Или Ворона? Кардиналу ПОКА это не нужно, да и не его методы. Если бы он захотел смерти Леонарду, тот просто слёг бы с воспалением лёгких после стакана холодной воды… Да и не согласился бы тогда Дорак поговорить с Савиньяком.
Тогда – Алва? То, что владыка Кэнналоа не любит Фламинго, тэссорий знал давно, но причину до сих пор не понимал. Манрики, всегда верные трону и своему девизу («Славлю Создателя и Государя!» - горько усмехнулся Леопольд), были, конечно, меркантильны. Именно Оллары сделали Манриков одним из самых влиятельных семейств Талига. И Фламинго, будучи прагматиками, вовсе не собирались покидать своих благодетелей. Разумеется, пока они таковыми являются.
Леопольд кивнул вошедшему Йозефу.
- Принеси ещё отвар и вишнёвый пирог.
Кардинал удивляется, почему тэссорий не любит шадди. А вот потому и не любит, что, будучи почти на пять лет старше, он выглядит на пять лет моложе Дорака! То, что Сильвестр болен, заметнее с каждой их встречей. Ещё год, может, полтора. Кто придёт на смену кардиналу? Лет шесть назад Леопольд назвал бы двух-трёх кандидатов, прежде всего – Бонифация. Но все они плохо кончили – наше Высокопреосвященство сожрало их с потрохами.
И что теперь будет делать Дорак? Оставит всё на Агния и короля? – граф тихо фыркнул. Как бы Манрик ни относился к Сильвестру, идиотом тот не был. Значит, что-то он будет менять. Людям Чести придётся отправиться в Закат. И именно его, Леопольда Манрика, руками. Это на какое-то время собьёт пламя. Но надолго ли?
Граф потянулся за перочинным ножом. Жалко, этот дриксенский гусь успел удрать! Перьев из кансильера можно было надёргать роскошных!
Нет, тут что-то другое, более масштабное. Боюсь, как бы Его Величество не отправился на досрочную встречу с родителями… И кто садится на трон? Карл и регент Алва при нём. Или сам маршал? Вряд ли, своего сына он пожалеет.
Хвала Создателю - (и Государю) ухмыльнулся Леопольд, - Резервную армию всё же удалось создать. Люра, конечно, далеко даже до Дьергаррона, но Фламинго он будет служить. Честолюбие и корыстолюбие в одном флаконе делают человека управляемым и предсказуемым. А свою часть уговора тэссорий собирался выполнять максимально честно – он уже давно убедился, что это лучший вариант.
Наверное, кто-нибудь вроде покойного соберано Алваро начал бы тратить свои деньги, но Манрики не такие. Это Алва легко швырять ройями! Не у всех есть копи и виноградники Кэнналоа. Да, предки скопили изрядное состояние, мы не самое бедное семейство в Талиге. Но не до такой же степени!
Бедный Леонард, он так и не понял, что его мундир, и части, подчиняющиеся Люра, через год, может быть, станут единственной гарантией выживания всего клана. Да, мальчик не полководец, но выбора нет. В эту воронку засасывает всех, и правых, и виноватых, и лучше иметь хоть доску, если нет лодки!
Ни дед Танкред, экстерриор во время заключения в Крионе, ни отец Леопольда – Вильгельм, тэссорий при Карле Третьем, отказавшийся идти на поводу у Алисы с компанией, не оказывались перед таким неприятным выбором. Предать Олларов? Тех, кто возвысил их род?! Но противостоять Алве невозможно! Если он решил сесть на трон, ничто его не остановит. Но ведь его любимчик хочет убить Леонарда! Который был секундантом маршала в Нохе! И это уже сейчас, не дожидаясь, пока Рокэ наденет регентскую цепь. А что будет потом? Фламинго затравят борзыми…
Ставить на Фердинанда? Он, конечно, превосходная марионетка, но беда в том, что он марионетка в руках любого, кто до него дотянется. Значит, надо сделать так, чтобы никто, кроме него до Оллара не дотянулся!
Главное, чтобы Дорак выполнил своё обещание, а там… Леонард пока ещё капитан личной охраны. И когда кардинал уйдёт к Создателю… Там мы посмотрим!
Тэссорий отхлебнул остывший отвар. Похоже, выбор сделан. Вернее, выбора уже не было!

*Почему-то у меня опять вышла крипто, а не полноценный фанфик…*

Совет
…- Подробности сообщит губернатор Эпинэ маркиз Фернан Сабве.
Леопольд Манрик, кансилльер Талига поклонился, и грузно опустился в обитое чёрным бархатом кресло.
Когда вчера поздно вечером Сабве влетел к нему в кабинет, его сложно было узнать. Трясущиеся руки, перекошенная физиономия. Теперь стоит, разглагольствует!
Какой идиот! – тяжёлый взгляд Манрика упёрся в спину губернатору. Довести провинцию до восстания надо было умудриться. Кансилльер припомнил отчёт Реждинальда Лара о поездке в провинцию. Центральную Эпине эти медведи объели почище короеда в Надоре! А теперь приходится выкручиваться…
Кансилльер мрачно обвёл взглядом зал. Сидят, Лучшие Люди, так их… Вот уж точно говорят мориски: «Власть – как чёрный лев. Вскочить верхом трудно, а спрыгнуть – невозможно!» Сейчас, после смерти Дорака, Леопольд полностью осознал, как сложно управлять страной, не имея надёжных людей. На кого положиться?
Агний явно с радостью плюнул бы на всё, и сбежал к своей девице. Ишь, костяшки чёток так и летают, нервничает. Понимает, что слишком высоко занесло. Колиньяры – так они и больше всего вредят. Своей неумеренной жадностью и спесью. Неужели сложно понять, что лучше иметь постоянный гарантированный доход, чем… Да ладно… Крединьи, конечно, неглуп, но трусоват. Хоть начал разбираться в делах казначейства, и то хорошо. Вот сидит супрем Придд, и один Леворукий знает, что у него на уме. Недолго тебе осталось! Хоть эту проблему удастся решить быстро…
Манрик посмотрел на королеву. Спокойна, слегка опечалена, голова склонена чуть вбок. Мистерия «Королева-монахиня», акт второй, королеве Ирме сообщают о смерти старой няни… Актриса! Посмотрим, надолго ли твоей выдержки в Багерлее хватит. Кстати, не стоит пока торопиться с её разводом. По трезвому размышлению, выдать Фердинанда за Лионеллу не получится. Манрик улыбнулся про себя. Король - девица на выданье. Слишком многие возражать будут, да и внучке такая партия не понравится. Остаются урготские принцессы, а там уже всё от Алвы зависит. Кансилльер поёжился. Полагаться на Алву… Ещё полгода назад он бы даже не задумывался. А теперь? Чего ждать от Ворона?
За спиной Катарины действительно стоит вдова Арамона? Её-то каким ветром сюда занесло? Дочка Крединьи вызывала у Манрика странные чувства. Казалось бы, логика говорила, что Луиза Арамона должна быть ему благодарна. Да и обещание присмотреть её дочери барона кансилльер уже начал выполнять. Но что-то его всё же настораживало.
А вот и Рафиано выполз со своими байками. А то мы идиоты, и не понимаем, что Робера стоит оставить до весны в покое. Вот только весной может явится Рокэ. И беспорядки в ЕГО стране ему не понравятся. Как ещё с этим выкручиваться, ума не приложу.
Крединьи, конечно, был прав, когда говорил, что Колиньяры без боя манящий титул Эпине не отдадут. Вот уж правда, глаза больше желудка. Но всё же граф согласился, что попытаться оттереть их вполне реально, хотя и опасно. В конце концов, кое-что перепадёт и ему самому. Если титул Эпине достанется Леонарду, разумеется.
А вот и наш дорогой обер-прокурор. Разумеется, пышет яростью, и готов обвинить всех и вся. Конечно, лучшего повода для удаления ненадёжных не найти.
Леопольд поправил смявшийся розовый манжет. Леворукий бы побрал Эммануила с его дурацким вкусом! Кансилльер искренне ненавидел родовые цвета, но ничего поделать не мог.
- Мы слишком долго щадили изменников и заговорщиков, господа, слишком долго! Кровь, которая льётся в Эпине, порождена нашим долготерпением и ничем иным!
Да, а про то, что твой братец вместе с покойными Маранами достали всех до закатных кошек, стоит, разумеется, промолчать. И ничего не сделаешь – даже без тебя не обойтись.
- Если мы бросим на вооружённый косами и старыми алебардами сброд армию, наши враги решат, что мы слабы…
Всплыл. Тварь из глубин… А кого мы на этот сброд бросать должны? Твоих (пока ещё твоих!) судейских? Сильно их испугаются… Заодно можно будет Резервную армию подучить. А то ведь до савиньяковских ветеранов им ой как далеко. Так хоть какой-то опыт будет.
Геренций, конечно, заодно с Рафиано. Жалко, умные люди, но дальше своего носа не видят. С другой стороны, на них Алва не ополчился…
А вот и долгожданная девица Маран. Кансилльер бросил взгляд на заплаканную мордашку Ивонн. Конечно, хорошенькая. Но глупая. Иначе не согласилась бы врать перед сборищем главных лжецов Талига. Сейчас начнутся душераздирающие вопли о поруганной чести. По совести, без этого можно было бы обойтись, но Жоан почему-то решил, что без маленькой страдалицы провести нужное решение не получится.
Пока шло обстоятельное (и слишком обстоятельное) описание знакомства Ивонн с Робером Эпине, Леопольд Манрик старательно подводил баланс, в котором причудливо мешались урготские закладные, потерянные налоги с Эпине, предстоящие казни и амуниция для вновь набранных частей. Пока что он был положительным, но чем дальше, тем меньше нравился кансилльеру расклад.
Так! Закончила. Теперь Колиньяр потребует себе полномочий, и, разумеется, получит. Список первоочередных арестов они уже согласовали.
- Отмщенья, государь! – Ну надо же, какая патетика. И зачем так переигрывать? Дура, как и было сказано. Девица в её состоянии должна не знать, куда глаза девать, и произносить подобные слова, потупив взор, тихим, слабым голоском. Всё-таки Жоан с братцем перестарались.
Дать армию Сабве? На это никто не пойдёт, и кто-нибудь, разумеется выступит против. Точно – геренций. Только вот Лионеля нам здесь не нужно… У нас свой кандидат имеется.
Кансилльер поднялся.
- Ваше Величество, рассказ Ивонн Маран потряс меня до глубины души (Своим идиотизмом. Похоже, ей никто, кроме самого короля и не поверил. Ишь, Луиза Арамона глазами сверкает!) Я согласен с обер-прокурором, нужно положить конец предательству и заговорам. Но я согласен и с геренцием. Маркизу Сабве понадобиться помощь опытного военачальника, я полагаю, нам и впрямь следует вызвать…
А вот и Люра. Как и договаривались. Колиньяр, конечно, скривился. Но ничего уже не сделаешь – сами своё герцогство проворонили. Конечно, не возразить ты не можешь, но решение уже практически принято.
Так, вот и замечательно. Армия у него в руках…
Это ещё что? Теперь уже назад не отыграть. Граф Симон Маран… Неприятно. Интересно, сам придумал, или с Сабве успел договориться? Похоже, он сам себя перехитрил. Сейчас без поддержки Колиньяров все планы могут полететь к Леворукому в Закат. Армию Колиньярам давать нельзя. А то мало ли, какие мысли тому же Сабве в голову придут.
- Нет! Пока я королева, эта женщина мой порог не переступит!
Выступила таки! Предупреждал он Колиньяров – не стоит лезть со своими душещипательными историями. Нет, сами подставились. Так даже лучше – теперь будут смирно сидеть. И мы ещё посмотрим, получат ли они в итоге Эпине!
Отпустить тебя в Эпинэ? Умна, умна… Только кто ж тебя такую умную из под надзора отпустит? Сама прекрасно понимаешь. А с другой стороны, уйти, хлопнув дверью приятнее, чем ждать, пока тебя под ручки стража возьмёт. Кансилльер тяжёлым взглядом проводил удаляющуюся Катарину Ариго. Завтра же, завтра!
Расклад понятен, придётся менять кое-какие заготовки. Ни Рафиано, ни Придд, ни геренций не пойдут против него. Решение уже было принято, осталось убедить Его Величество, что это ЕГО решение. Не самое сложное в этом мире. Леонард должен получить армию, командовать ей будет Люра, а мальчику придётся присматривать за ним и Сабве – чтобы тот опять дел не натворил.