Лопата, или история о том, как Черный майа судьбу измен

[Yaga]

Эрэа Эйлин, прелесть! И открыто отличное средство борьбы с полосатым жуком...

Изгнание полосатого жука

Сильмарилл на мачте, картошка в трюме
И ещё один в мешке сюрприз:
Так сказать, прекрасная ягодка-изюминка
Из Серебристой Гавани отбыла в круиз.

Получите, родичи, те дары несметные!
Может быть, наладится у вас житьё.
Снизойдёт сердечность в ваши земли светлые.
Мы вам в дар отправили лучшее своё.

Только что прислали нам-то по обмену?
Пакость несусветная полосатый жук!
Но сказал Учитель, чтобы шёл он к Эру.
А слова Учителя не никчемный звук.

Все те полосатики быстро полетели,
Хорошо усвоив заданный маршрут.
Видимо, достигнут вскоре своей цели.
Но у нас картошку больше пусть не жрут…

[Tany]

Прекрасно и продолжение и стихи Яги!  Я теперь под них буду ежегодно травить пресловутого полосатика

[NNNika]

Красотища!
 Борьба за мир путем картофелизации всей Арды, а затем и Валинора!
Но вот жуки чьи же происки?
СПОЙЛЕРЫ

[Эйлин]

Спасибо, эреа Красный Волк,  эреа Yaga,  эреа Tany, эреа NNNika! 
Картошка - и впрямь штука удивительная. Даже и представить сейчас трудно, как жили без неё.
Спасибо за стих, эреа Yaga! Он просто изумителен! Можно утащить к себе?
Кто знает чьи происки жуки?! Видно, где картошка, туда и они стремятся, но средство найдено верное! Спасибо за иллюстрацию, эреа NNNika! 

[Yaga]

Дорогая тезка, буду рада.

[Эйлин]

Дорогая тезка, буду рада.

  Спасибо!

[Эйлин]

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ

1

      Мелькор общался с народом и очищал поля от жуков, а Гортхауэр вместе с Маэдросом сидели в гостиной и лениво передвигали по клетчатой доске черные и белые фигуры.
       Солнце светило ярко, тревоги ушли прочь, и вдруг в дверь громко постучали.
       – Кого нелегкая принесла? – проворчал майа и велел заходить. Появился начальник караула младший Рраугнур, праправнук Рраугнура старшего, командующего войсками иртхи. Редкостный балбес, к слову сказать. Не старший, а младший, разумеется, и все его подчиненные были такие же, несмотря на то, что принадлежали к разным народам – квенди, люди, гномы, ирхи.
     – Разрешите доложить?   
     – Докладывай! –  разрешил Повелитель воинов.
     – Там у ворот какая-то баба появилась! Хочет видеть Владыку!
     – Скажи, что Тано нет, и пусть проваливает! – распорядился майа, которому не хотелось сегодня решать никакие проблемы.
      – Я сказал, а она пообещала нам всем звездец устроить!
      – Сумасшедшая? – поднял бровь Маэдрос.
      – Ты хоть спросил, как её зовут? – поинтересовался Гортхауэр.
      – А надо? –  вытаращил глаза этот болван. Допрыгался: разжаловать пора в рядовые!  –  Я сейчас исправлюсь! – парень явно понял по лицу начальства, что его ожидает нечто нехорошее и тут же исчез.
     Вернулся он быстро.
     – Она ругается, говорит, что все поломает, если её сюда не пустят! А зовут её Арда…
        – Как это? – изумился майа. – Так и сказала?
        – Ну да, Арда Элетари чего–то там берёт Ниель!
       Гортхауэр аж подпрыгнул – Варда Элентари Элберет Гилтониэль! Как?! Зачем?!
       Перескакивая сразу через три ступеньки, он помчался к воротам. Любезная тетушка, сиятельная Звездная Владычица и впрямь стояла у ворот в своем роскошном платье, только почему-то без венца, да и силы в ней почти не ощущалось. Тано как-то говорил, что валар в своем истинном виде теперь на Арду явиться не могут. Но что же настолько понадобилось дражайшей тётушке, что она отказалась от своей силы и снизошла до простых смертных? Об этом Черный майа и спросил.
     – Как был наглецом, так и остался! – гневно сверкнула глазами Владычица. – Немедленно проводи меня к Мелькору!
     – Его нет, и посему можешь вернуться обратно!
     – Где он?
    – Не здесь!
    – Если ты немедленно не позволишь мне увидеть своего Сотворившего, то я все вокруг сравняю с землей!
      – Ха! – невежливо отозвался майа, поглаживая черенок лопаты, которую с давних пор всегда брал с собой. – Силушки не хватит!
       – Поживем–увидим! – не собиралась сдаваться Элентари. – А что это ты с лопатой? Где твой меч?
       – А мы теперь мечи заменили на лопаты. Знаешь, тетушка, с лопатой надежнее, – он нежно улыбнулся, подумав, не пора ли огреть по голове назойливую родственницу.
       – Даже не вздумай! – та словно прочитала его мысли. – Все равно вернусь сюда!
       – Когда это будет! –  снова улыбнулся Гортхауэр.
       – Бить женщину лопатой нехорошо!
       – Но иногда необходимо.
       – Как тебе не стыдно?! – вскричала Варда. – Как низко ты пал! Убивать женщин! Ты всегда был жесток!
        – Почему сразу жесток? И почему сразу убивать? – обиделся майа. – Ну, стукнул пару раз одну, и то ради Тано!
       – А кого это ы стукнул? – заинтересовалась Королева.
       – А зачем тебе нужен Тано? – в свою очередь спросил Гортхауэр.
        – Ты так и будешь держать меня у входа? Учти,  Мелькор узнает, как ты обращаешься с женщинами!
       – И зачем сразу угрожать? – бурчал под нос фаэрни, препровождая Звездную королеву в гостиную.
      – Чай? Вино? Пирог? – разыгрывая из себя гостеприимного хозяина, спросил он, бережно усадив тетушку в лучшее кресло.
      – А этот, что здесь делает? – подняла бровь Элентари, увидев старшего феаноринга. – Пусть убирается!
      – Этот мой друг, и он никуда не уберется из моей комнаты в нашей Твердыне! – твердо  сообщил майа.
      – Когда это вы спелись? – фыркнула Варда.
      – Да вот, решили не ждать второго хора Эру, а создать свой, – отшутился Гортхауэр.
      Спорить Владычица почему-то не стала. Лишь нехорошо прищурилась: собирается сделать гадость потом. Ну, флаг в руки!

[Yaga]

Эрэа Эйлин, просто блеск!!!

[Красный Волк]

Раздолбай Рраугнур-младший, эффектное явление Варды у ворот Твердыни, беседа Гортхауэра с разгневанной склочной "тетушкой", где каждая реплика, которыми с ядовитой любезностью обмениваются собеседники - словно укол рапирой... ой, "это было прекрасно", как пел Марсель Валме! Огромное спасибо, эрэа Эйлин - и тоже очень жду выкладки продолжения!

[Tany]

– Когда это вы спелись? – фыркнула Варда.
      – Да вот, решили не ждать второго хора Эру, а создать свой, – отшутился Гортхауэр.

[Эйлин]

Спасибо, эреа Yaga,  эреа Красный Волк,   эреа Tany!

[Эйлин]

2

      Чай Элентари оценила, но более всего ей пришелся по вкусу пирог с черникой и взбитыми сливками.
       – Восхитительно! А какое необычное тесто! – восторгалась Варда.
       – Картофельное.
       – Надо же?! Никогда бы не подумала, у нас такого из картошки не делают. Варят, парят, запекают…
        – А у нас знают более двух с половиной тысяч блюд из этого полезного корнеплода. Даже открыли научно-исследовательский институт, который разработками занимается, – похвалился Гортхауэр.
      Допив чай, Королева сообщила, что погостит здесь, ожидая своего брата по Сотворению Мира.
    – У вас так интересно! А почему не все в черном? – приступила она с вопросами.
      Черный майа, которому не понравилось желание Варды пожить в Твердыне, нежно погладил черенок верного орудия и пояснил:
      – Черное у нас носят только рыцари и охрана замка. Остальные, в чем хотят, в том и ходят, особенно, в свободное от работы время.
        – Интереесно! – протянула Элентари. – А песни у вас только печальные поют?
        – Такие у нас, вообще, не поют, кроме страдающих от неразделенной любви, но я их быстро припрягаю к какому-нибудь полезному делу. Например, к чистке, мелкой картошки.
         – И как? Помогает?
         – Уже через день вся печаль исчезает. И все-таки ответь, тетушка, зачем ты ищешь встречи с Тано?
         –  Хочу просить его вернуться в Валинор.
         – Снова поиздеваться захотелось?! – возмутился майа. – Не пустим!
          – Никто над ним никогда не издевался! – обиделась Варда.
          – Нечего мне сказки рассказывать! Никуда Тано не поедет!
          – Это не тебе решать, а ему!
         – Как раз мне, и всем нашим людям и нелюдям! Айанто – наше общее достояние, и мы его в обиду не дадим! – фаэрни крепче сжал черенок лопаты.
          – А кто попробует обидеть, тому по зубам лопатой! – поддержал друга Маэдрос.
           – А сыновей Феанора никто не спрашивает! – отрезала Элентари. – Твоему Сотворившему, Артано, ничего не угрожает в Благословенных землях! Мы вернули ему все его права, теперь он снова один из нас! Все прошлое забыто, – она серьезно посмотрела на Гортхауэра.
         – С чего такая милость? – проворчал майа и подозрительно прищурился. – А коли Эру свое слово скажет, так вы сразу все свои обещания забудете…
           – Илуватар ничего не скажет! Но если скажет, то мы заткнем уши! – мрачно сообщила Варда.
          Ого! Чего это у них такое свершилось? Тетушка сейчас серьезна аки надгробие. Неужели это из-за воплощения?
            – А какой помощи ты ждешь от Мелькора? Может, и я пригожусь?
            – Что может сделать какой-то майа, там, где лучшие из нас оказались бессильны? – высокомерно произнесла Королева.
            –  Не какой-то, а лучший ученик сильнейшего из Айнур, – Гортхауэр сделал вид, что обиделся. – Не хочешь и не говори. Тано не скоро прибудет, а в вашем Валиноре за это время все, что угодно может случиться.
          – Мерзавец! – разгневалась Элентари. – Негодяй!
           – Да, я такой, – кивнул фаэрни. – Но без меня ты Тано не увидишь.
            – Шантажист! – Варда поджала губы и уставилась в окно. Посмотрев некоторое время на проплывающие мимо облака, она все же сменила гнев на милость. – Хорошо, я расскажу. Но если хоть одна душа узнает об этом, то я буду знать с кого спросить, – Элентари пристально посмотрела на Гортхауэра и Маэдроса.
          – Да, очень нужны нам твои замшелые тайны, – хмыкнул майа, но Гилтониэль сделала вид, что не услышала. Крепко примерло родичей, раз гордая Владычица Мира терпит его выходки. Гортхауэр навострил уши.

[Эйлин]

3

       
         – Все произошло внезапно. Мы ждали вестника, он был предсказан, – Варда усмехнулась, – но его так долго не было… Тэлери нашли эту девочку среди мешков картошки. Мы пришли, взяли сильмарилл и поняли: вот, он – вестник, смертный, сумевший добраться в Благословенные земли вопреки всему. Ожидание закончилось. Многие из нас были рады, и никого не смутило, что прибыла девушка… К тому же непонятные корнеплоды нас порядком озадачили. Собрали Круг, стали решать, что делать…
         – С девушкой? – Гортхауэр слегка встревожился: все-таки ему было жаль воплощение.
          – Нет, с картошкой…
         Майа вытаращил глаза, Маэдрос в углу захихикал.
          – Девушка спала, и все усилия Ирмо и Эстэ не могли её пробудить, – пояснила Варда, а Гортхауэр гордо приосанился: умелый удар лопатой – это вам не примитивное снотворное зелье.  – Конечно, мы беспокоились: смертным не должно пребывать на землях Амана, они здесь долго не живут. Вестница была обречена умереть, не сумев нам поведать о том, что привело её в Валинор. Мы не имели права лишать её выбора, но узрев в ней чудилось нечто от квенди, во имя Арды дали ей возможность жить в Валиноре, – Элентари печально улыбнулась и покачала головой. – Мы оказались слишком наивны и доверчивы.
          – А что решили делать с картошкой? – поинтересовался майа.
          – Йаванна заявила, что не творила такое, Оромэ отказался уничтожать корнеплод, ибо искажения и вреда не увидел. Ауле посоветовал выращивать картофель для пропитания, и даже Кементари с ним согласилась. Откуда нам было знать, – Королева досадливо поморщилась, –  что еще до Круга ушлые майар Ваятеля унесли мешок и ради интереса решили поджарить корнеплод. Откуда нам было знать, что на запах нового блюда заявились Ауле, Тулкас и Оромэ, а может, их позвали… Ясно было лишь то, что кушанье умело большой успех.
          Гортхауэр хихикнул.
          – Не вижу ничего смешного! – разозлилась Варда. –  Йаванна не хотела, чтобы ели её олвар, а трое неразумных валар соблазнились вкусом нового овоща. Вот так все поля Амана оказались засажены картошкой. Её у нас жарят, варят и запекают. Несколько тысяч блюд мы не знаем, но зато твой братец научился гнать из неё спиртной напиток. Теперь эти трое валар не просыхают вместе со своими учениками, – Элентари скривилась. – А сейчас с картофелем приключилась беда. Её ест какой-то полосатый жук, и оных жуков не берет ни одна сила. Все население Благословенного острова целыми днями трудится на полях, обирая насекомых и спасая урожай. Дни стоят солнечные, и у Эстэ с Ирмо очень много работы.
        – Почему? – удивился фаэрни.
        – Потому! Этим придуркам невозможно объяснить, что в черном в жару не работают!
        – Так у вас же черное никто не носит!
        – Теперь носят все, и только черное!
        – Совсем все? – вытаращил глаза майа.
        – Совсем-совсем! Даже валар!
        – Но ты же… – он выразительно посмотрел на ослепительно-белое сверкающее платье Элентари.
       – Устояли лишь трое: я, Ниенна и Йаванна.
       –  Ниенна в темном всегда…
       – Теперь она в красном, и больше не плачет! – отрезала Элберет.
       – Как же это вас так угораздило?
        – А так! – махнула рукой тетушка. –  Вестница спала, мы занимались картошкой, и когда дева проснулась, с ней оказались лишь майар Ирмо и Эстэ, а также несколько, навещавших её Эльдар, которым была небезразлична судьба бедной девушки. Потом пришли Эстэ с Ирмо, дальше Намо и Вайрэ, зачем-то появилась Вана…
          Королева Мира уставилась в окно и замолчала.
         – А еще дальше? – поторопил тетушку Гортхауэр.
         – Эта дрянь нас, словно околдовала! – воскликнула Варда. – Хотя, не буду пристрастной: она мила, скромна, участлива. С ней приятно беседовать, она чудесно поет, хоть голосок слабоват, но есть в её исполнении некое очарование. – Элентари горько вздохнула. – Когда мы пригласили её на Круг, было уже поздно: слишком многие попали под её влияние. На вопрос о злых деяниях нашего падшего брата, она разразилась такой восторженной и проникновенной речью о самоотверженности Мелькора, что многие из нас ей поверили. Манвэ собрался объявить её пособницей Отступника, но дева встала на колени перед ним и, посмотрев ему в глаза, запела о погибших Эллери, о страданиях Тано, о его доброте и заботе о Мире… – Элентари шмыгнула  носом.  – Прониклись все. Даже Тулкас заплакал, а бедный мой супруг, –  по белоснежной щеке валиэ скатилась хрустальная капля. – Вот так и пропали наши Благословенные земли. Теперь во всем Амане рыдают лютни и льют слезы майар, эльдар и даже валар.
        – Некоторые из вас еще и пьют напитки из картофеля, – отметил майа, подумав, что нужно стрясти с братца рецептик. Или лучше самому придумать нечто еще круче?
         – Те, которые пьют, плачут еще горше! – отрезала королева. – Твой несчастный брат с горя уже три раза попадал в Мандос. Вместо того, чтобы разработать средство от жуков, он мается дурью! А ведь он такой способный, в отличие от тебя.
        – Ха! – фыркнул Гортхауэр, – Зато я не пью и в Мандос не стремлюсь! А эта ваша дева, что говорит о жуках?
         – Она выше жуков и картофеля! – возмущенно ответила Варда. – К тому же эта дрянь ухитрилась слегка рехнуться после того, как Йаванна огрела её дубовой веткой.

[Эйлин]

         – За что её так Кементари? – изумился майа.
       – За пренебрежение сельскохозяйственными работами. Я уже обрадовались, что вестница уйдет на Путь Людей или застрянет в Мандосе, но не тут-то было. Сулимо заставил Эстэ исцелить её. С тех пор она сидит у ног моего супруга и рыдает на пару с ним. А этот придурок млеет, когда эта гадина называет его Учителем! Тьфу!
         – Как Учителем?! – возмутился Гортхауэр. – А Тано?!
         – Наверно, она их перепутала. Все-таки они несколько похожи, особенно теперь.
         – Как это?
         – Манвэ по глупости поседел от переживаний, да и несколько царапин на лице его явно не украшают…
        – Неужели орлы осмелились? – перебил Элентари ошарашенный Повелитель воинов.
        – Какие орлы? – хищно усмехнулась Варда, и любовно оглядела свои заострённые  по последней валинорской моде алмазные ноготки. – Я постарались.
         – Почему?! – майа чуть не упал со стула.
          – За что? – спросил более умудрённый в отношении семейных дел Маэдрос.
          – За то, – загадочно улыбнулась Элентари и злобно пояснила:  – А не надо называть меня именем всякой твари! Это невыносимо! Пусть Мелькор приходит и забирает свою полоумную ученицу! Мы снимем с него оковы, отпустим обратно или позволим построить Чертоги в Валиноре. Я даже согласна отдать ему власть над Миром, если он сумеет избавить нас от наваждения!
        – А Эру?
       – Он бросил нас, даже не отозвался на все мои мольбы! Ему нет до нас дела! Запер тут и бросил! – бушевала Элентари.
       – Все это прекрасно! – осторожно начал майа, но увидев бешенный взгляд тетушки, поправился. – Все это ужасно, и я согласен вам помочь, но есть одна сложность…
        – Какая? – насторожилась Варда.
          Гортхауэр приготовился рассказывать. Конечно, не все, а самое главное.

4

       Несколько поразмыслив, Черный майа решил обойтись без подробностей. Ухмыляясь не без ехидства, он сообщил:
          – А Тано тебе тут не поможет! Ему с этой девой нельзя встречаться, иначе беда большая приключится.
        – Беды твоего Сотворившего моего сердца не опечалят, – возразила Элберет. Кто бы сомневался! Тетушку всегда волновали только собственные интересы.
      – Разумеется! – еще более ехидно проговорил майа. – Только мой любезный дядюшка пострадает вместе с Тано, да и остальные валар тоже. Останешься ты одна на всей Арде, Впрочем, и Арды никакой не останется, и даже Второго хора не будет – петь некому.
      Элентари нахмурилась:
     – Что же делать?
     – Куда-нибудь еще надо эту особу отправить.
     – Вернуть обратно?
     – Обратно её уже нельзя.
    – Больше и некуда…
    – А в другие миры? – предложил Маэдрос.
     – Какие еще другие миры?! – разгневалась королева. – Никаких других больше нет!
     – Ну да, ну да, – покивал головой наглый нолдо. – Зато наш научно-исследовательский институт их изучает! Даже Звездную карту Вселенной составили. Теперь спорят, есть ли  в этих мирах жизнь или нет!
        – Угу, – кивнул Гортхауэр. – Уже лет сто спорят. Даже Тано в этом вопросе не доверяют, считают, что он мог ошибиться, ибо не в состоянии предоставить научно-обоснованных доказательств.
        – Как?! Какие-то жалкие смертные не верят одному из Айнур?! – возмутилась Варда. – И он это терпит?! А ты, почему не можешь поставить их на место?
      – Каким образом? Доказательств научно-обоснованных у меня, тем более, нет.
     – А меч тебе зачем? То есть,– она поморщилась, – лопата…
     – Лопата в научном споре не аргумент!
     – Меч, тьфу, лопата – всегда аргумент, и весомый! – не согласилась Элентари.
     – Тано не одобрит, – печально вздохнул майа.
     – Он всегда был странный, – ответно вздохнула Варда.
     – Как я понял, другие миры все-таки есть, – вмешался феаноринг.
    – Есть, – хмуро сказала королева. – Но туда мы не попадем. На Пути уходят лишь души людей. А если девицу прибить?
     – Не пройдет! – развеял её иллюзии Гортхауэр. – Она или здесь возродится, или там у вас, раз вы ей сущность умудрились поменять. Только, если попробовать к Эру её отправить…
     – Вокруг Пустота, ты забыл?
     – Я не забыл, но Эру ближе других миров. К тому же, если деву несильно огреть лопатой и сунуть в мешок, то возможно Пустота пропустит, а там и Илуватар заинтересуется таким странным предметом,  – майа вспомнил, как очень давно подслушал случайно размышления Учителя об открывшейся ему собственной судьбе. К счастью, привидевшееся не сбылось, но исходя из этого, гнусный Эру в Пустоту поглядывать должен. В ожидании, так сказать… – В общем, тетушка, бери лопату, бей не до смерти, договаривайся с Ниенной, чтобы позволила подойти к Вратам и отправляй деву куда подальше.
      – Получается, появление девицы в наших краях – твоя выходка? – Варда очень нехорошо прищурилась. Черный майа понял: сейчас его будут бить.
       – Тетушка, каждый спасает любимых, как умеет. Да и сейчас важнее вопрос: «что делать?», а не «кто виноват?»
     – Раз у тебя есть опыт, то поедешь со мной и огреешь девицу сам, а то я ведь могу и не сдержаться – прибью несчастную…
    – А что мне за это будет?–  поинтересовался фаэрни.
    – Мое прощение.
     – Без этого я переживу! – хмыкнул он. – Бейте сами свою болезную!
     – Негодяй! Что ты хочешь? Неприкосновенность я тебе и так обеспечу.
      – Снять оковы с Тано и дать клятву больше войной на него не ходить и прочие обиды не чинить!
      Варда поклялась, майа понял, что продешевил, надо было корону требовать, только Сотворившему она все равно не нужна.
       Собирались недолго. Гортхауэр отдал приказания и распоряжения на время своего отсутствия. Оседлали коней, выбрали мешок покрепче. Маэдрос отправился проводить до ворот Твердыни.

[Красный Волк]

Беседа Гортхауэра с "тетушкой" (в том числе, на кулинарную тематику ) - это снова что-то феерическое . А когда я дошла до описания того, какой сумасшедший дом теперь творится в Благословенных землях, которые Элхэ, что называется, поставила на уши – и на полях которых теперь произрастает картошка, так их обитателям полюбившаяся… Тут уж у меня вообще все слова кончились, остался один только пышный букетище положительных эмоций . Особенно когда я себе представила в красках и лицах: сидят мрачные-премрачные Ауле, Тулкас, Оромэ и Гортхауэров братец за здоровенной бутылью мутной картофельной самогонки, вареной картошкой в мундире оную самогонку закусывают, обмакивая картошку в соль – и периодически крякают: «Э-эх, хорошо пошла!..» Ой, а Варда, которая впавшему в меланхолию дражайшему супругу физиономию, выйдя из себя, со смаком расцарапала? А ее «Этим придуркам невозможно объяснить, что в черном в жару не работают?..» Ну, а Эру, я думаю, сейчас и впрямь не до Валинора – и не до проблем, которые на Валинор обрушились. А уж что будет, когда к нему Элхэ в мешке отправят… Спасибо огромное, эрэа Эйлин - и очень-очень жду продолжения!