Стеклянный мир.

[Convollar]

- А потом? – спросила Тайринэль – вы же собирались на Северный остров.
- Я расскажу тебе вечером, - сказал Эрриан – вон, смотри, к нам бегут трое – жеребёнок, Алекс и Бирис.
Этот день, летний, щедрый на свет, тепло и краски, день, похожий на золотое кружево, Тайринэль помнила долго. Воспоминания и последние слова Эрриана дали ей силу жить и упрямо ждать. Когда на небе загорелись первые звёзды и в столовой дома Тайринэль был подан лёгкий ужин, дети заявили, что они уже взрослые и спать будут в этом доме, каждый в своей комнате.
- Почему нет? – сказал Эрриан – это ваш дом, один шаг и вы в Заповедном лесу или в Горном замке. Тайринэль согласилась и Бесси пошла посмотреть,   есть ли всё необходимое в детских комнатах дома Тайринэль, а Тайринэль и Эрриан с малышами гуляли под звёздами по парку. Потом детей уложили спать, Бесси и Злодей Злодеич остались в игровой на широком диване, а Эрриан предложил вернуться в Заповедный Лес. Много дней спустя, Тайринэль поняла – он не хотел ничем огорчать детей. Уже далеко за полночь, Эрриан рассказал, что супругой Великого Мага Севера, Творца третьего  Мира оранжевой звезды, является магиня Морена. Её можно назвать целительницей, ибо, если в разумном существе горит ещё искра жизни, она поможет ему исцелиться. Если же искра потухла, но больное, изношенное тело лишь держит в плену душу своего владельца, она поможет уйти из жизни без страданий. Тайринэль слышала сказки про Морену в мире выбора, и магиня подтвердила, что её помощь бывает чаще всего нужна именно в таких мирах, но не везде она может успеть, миры эти перенаселены и люди там часто долго не могут уйти из жизни и дни их полны невообразимой боли и мучений. Но не только в этом была сильна Морена. Могла она из живого существа создать призрак и много лет спустя этот призрак мог вновь воплотиться – это в том случае , если жива в существе разумном искра жизни, но неизлечимо больно тело. Долго смотрела Морена на Кису и поняла, что маг потерял даже свой призрак и живёт теперь в кошачьем облике. Красиво, конечно, но….
- Детки-то есть у тебя, Киса? -  спросила она.
- Да, у нас с Тайринэль, Звериной Магиней двое детей, - ответил Киса.
- У нас с Севером тоже было двое, Тариан и Эрриан, - сказала Морена- только исчез Эрриан, едва был сотворён.
- Меня нельзя называть по имени, - сказал Киса – я и этот облик потеряю!
- Кому нельзя, но сотворившим тебя – можно – заявила Морена.
- Вы меня сотворили? Меня и Тариана? – Кисе показалось, что он сейчас взвоет – Тариан мой брат?
- Да, Тариан твой брат, а за остальное скажи спасибо Корвину, это он сильнее меня и Севера, и ты оказался первым, но лишним сыном в семье Великого Мага Огня. Крайвен любил такие фокусы, да не вернётся он никогда! Ты учился в школе Изначального мира, вместе с Тайринэль. С ней случилась беда, но ты маг, ты помнил прошлые жизни и ты ждал её и дождался.
Если бы коты умели краснеть, Киса покраснел бы, вспомнив, как он дождался Тайринэль. Но, теперь, наконец, он понял, почему, к Тайринэль, по крайней мере, приходили Тиэль и Крайвен, а он ведь всегда считался сыном Мага Огня, Творца Мира, но этот Творец, хоть и заботился о нём, был однако рад, когда Эрриан, после исчезновения Тайринэль, нашёл заброшенный мир и обосновался там. Ведь в Горном замке Изначального Мира жил Риан, а в Заповедном Лесу - Тайрин.
- Искра жизни в тебе очень сильна, но Стеклянный Мир лишил тебя даже призрака. Призрак можно вернуть, но пройдут годы, прежде чем ты воплотишься.
- А можно дать мне тело хоть на три дня, сотворившая? Пусть потом я стану призраком, я сильный, а Тайринэль любит меня – она поможет мне воплотиться.
- У неё зелёное пламя жизни, - задумчиво сказала Морена – может быть, это и поможет. Но если ты хотя бы на три дня получишь своё воплощённое тело, оно развоплотится и вернуть тебя из призрачного состояния будет труднее. А дольше трёх дней не получится. Закон есть закон.
- Пусть будет так, сотворившая! – сказал Киса.
Тайринэль слушала этот рассказ, прижавшись к Эрриану, как будто можно было так удержать его.
- Когда? – спросила она и Эрриан понял.
-На рассвете, - сказал он – спали моё тело и скажи детям, что папа обязательно вернётся, только сделает одно очень важное дело.
- Не целуй меня, - добавил Эрриан – у меня тело холодеет и губы тоже, наверно.
- Дурак, - сказала Тайринэль – запомни мой поцелуй, призраки помнят, я буду ждать. Слабая улыбка тронула губы Эрриана и так замерла, словно ему снился прекрасный сон.

[Convollar]

Тайринэль сидела на постели, не замечая, что она совсем не одета, и кричала. Ни звука не доносилось из комнаты, но она кричала, так, как не кричала ни в одной из своих жизней. Иногда сквозь этот крик, почти вой, прорывались мысли о том, что надо бы заблокировать переход, чтобы сюда не пришли дети, послать зов Раувенгол и Раугару, но мысли эти появлялись и исчезали, таяли, растворялись в её крике. Она держала на коленях голову Эрриана и ничего вокруг не видела, только бледное, беломраморное лицо, полукружья густых чёрных ресниц , бледные губы и бархатные ровные полоски бровей. И она кричала, выла, глядя на лицо Эрриана. Потом прохладная женская рука легла на её плечо и Тайринэль обернулась. Рядом с ней, сидела на постели женщина. Черноволосая, с фиалковыми глазами, такими же тёмными, как Эрриана. Чёрное платье и лёгкое, как дымка, покрывало, на волосах, уложенных в корону. Никаких украшений, только обручальное кольцо с синим сапфиром и два кольца с алмазами.
- Оденься, дочка, - сказала женщина и Тайринэль подчинилась. Бережно уложила голову мужа на подушку и натянула на себя чёрное платье.
- Меня зовут Морена, - сказала женщина – стало быть, я твоя свекровь. Пойдём, я причешу тебя.
Женщина накрыла лицо Эрриана простынёй и вывела Тайринэль в соседнюю комнату. Там их ждали маги – один, высокий и почти седой, синеглазый, Творец Мира, Маг подземного огня, Север третьего мира оранжевой звезды, и второй, совсем молодой, черноволосый, чем-то похожий на Эрриана, только глаза были не тёмные, как у матери, а синие, как у отца. Смутными остатками разума, Тайринэль поняла, что её услышали и пришли сотворившие и потерявшие Эрриана.
-Это, теперь получается твой свёкор, - сказала Морена, а молодой - брат твоего мужа, Тариан, а я, наконец, ещё и бабушка, но едва рассвело и дети твои спят. Им этого видеть не надо. Мужчины унесут тело в рощу, ты ведь хочешь, чтобы он сгорел в кленовой роще?
- Да, - прошептала Тайринэль – он Маг Огня, его путь ведёт через пламя.
- Пойдём, - Морена обняла Тайринэль – ты выберешь место. Об остальном позаботятся мужчины.
В кленовой роще, на поляне, уже стояли Раугар и Раувенгол.
Стояли молча, ждали. Тайринель нашла росток затесавшегося в рощу бука и позвала его. Растеньице само пошло ей в руки. Пришли Тариан с Севером и почему-то Шалиах с Рианом, а рядом с Тайринэль оказались Ринель и Тайрин. Тело Эрриана положили на мягкую, зелёную траву, он казался спящим, только вот разбудить его было нельзя. Пять Магов Огня – Файэр и Сайэр тоже были здесь – подняли руки, вспыхнуло тёмное пламя и тело Эрриана исчезло. Тайринэль потрогала ещё тёплую землю, трава расступилась, образовалась уютная ямка и маленький бук сам скользнул в своё новое жилище. Две Звериные магини, хозяйки Заповедных лесов, окутали растеньице зелёным пламенем жизни и удивительно долго держалось зелёное сияние.
- Мы всё сделали правильно, - сказала Морена, обнимая Тайринэль – у Звериных Магинь много силы жизни, а здесь есть Великая Магиня всего Кольца, Тайрин. Посмотри на вершину бука, дочка, такого даже я не ожидала.
Тайринэль подняла голову – среди листвы что-то дрожало и переливалось.
- Полагаю здесь достаточно Великих Магов Огня, чтобы сотворить узкую высокую башню на скале над мастерской Эрриана? – сказала Морена- Думаю, она ему скоро понадобится. Призраки любят жить в башнях.

[Convollar]

Потянулись осенние годы, годы ожидания. Неизвестно, что сталось бы с Тайринэль, если бы не дети, не сомневавшиеся в том, что папа скоро появится. Немного помогали воспоминания о том, что сколько бы жизней не прожили Тайринэль и Эрриан, во всех были расставания – на годы, иногда на тысячи лет, но рано или поздно Эрриан возвращался. Тайринэль поднялась в башню, под башней была давно затихшая мастерская, потом что-то вроде прихожей, дальше винтовая лестница вела в кабинет и сделав ещё один оборот, выходила в спальню. Зачем Эрриану здесь спальня – Тайринэль себе не представляла, но сделала всё, чтобы в этой комнатке с узким арочным окном можно было спать и смотреть в окно на далёкие леса, даже на заречье. Ей всё время казалось, что в комнате чего-то не хватает, какой-то мелочи, но она обладала звериным чутьём, и ей казалось, комната просит ещё что-то, небольшое, но очень важное. Даже Щекн стучал лапой по стене, словно там чего-то не было, чего-то очень нужного. Однажды, Тайринэль не закрыла за собой дверь и в комнату ворвалась парочка сорванцов, которые с каждым годом становились всё более горазды на всякие выдумки.
- Это для папы? – спросил Алекс – я его видел вчера ночью, он приходил к нам, только он весь прозрачный и светится, как радуга. Но мы его сразу разоблачили, и он сказал, что очень рад, что мы не боимся призраков.
- Здесь, - сообщила Бирис – вот здесь, на стене, должен быть твой портрет. Только не зеркало, а портрет, нарисованный на холсте. Папа очень хочет, чтобы был твой портрет, а ты все зеркальные портреты уничтожила, а новых не повесила.
- Бирис, радость моя, я не сумею нарисовать хороший портрет, а плохой рисовать не хочу. Я не знаю, кто бы мог мне помочь.
- Ну, мама, дядя Тариан прекрасно рисует, просто прекрасно, он и наши портреты нарисовал, когда мы были в гостях у бабушки и дедушки. Надо просто послать ему зов и он придёт. Он тоже всё ждёт и ждёт, но почему-то свою невесту не рисует.
Тайринэль прекрасно понимала, почему Тариан не рисует портреты своей подруги и никогда не упоминает её имени, то есть она понимала это, но объяснить не могла. Тем более детям. Может, правда, попросить? Чтобы холст и масляные краски и витая рамка – уж рамку она сама вырастит и, ещё хорошо бы портрет Эрриана, но тут надо посоветоваться с Мореной, не повредит ли? Уж если призрак был у детей…. А, кстати, почему он к ней не пришёл? Уже три года прошло с того рассвета…. Размышления её прервала Бирис.
- Мама, я говорила с дядей, он придёт завтра. У него две недели ещё до патруля. Это хорошо, что он подружился с Шалиахом, а то он уже все дела в замке переделал, вдруг запьёт от скуки?
- Бирис! – возмутилась Тайринэль – где это ты таких слов набралась?
- Я не буду больше, - Бирис совершенно не было стыдно – не буду, это его болотница говорила.
- Язык той болотнице оторвать надо, - сердито сказала Тайринэль и спохватилась – это просто такое выражение, что надо думать где и что ты говоришь.
Про себя она подумала, что её детишки могут и буквально всё понять и исполнить.
- Значит, язык вырывать не будем? – спросил Алекс, подтвердив худшие опасения Тайринэль.
- Ни в коем случае и никому и никогда! – сказала Тайринэль.
Но Алекс уже забыл о своих кровожадных намерениях и переключился на дядины таланты.
- У бабушки с дедушкой есть портреты, много, твои и папины и наши с Бирис и дедушки с бабушкой. А у дяди есть картинная галерея – такая длинная комната наверху и с одной стороны окна, а с другой, ну просто мы все и даже твой Щекн, только одно место пустое, ну, мы поняли – это он свою подругу ждёт- дополнила рассказ брата Бирис – и, знаешь, мама, они все на холсте нарисованы, а кажется, что вот могут сойти с портрета, потому, что …
-Потому, что они не прилеплены к фону, - со знанием дела сообщил Алекс – это очень трудно, чтобы в картине был воздух, пространство. У меня не получается пока. Тут талант нужен, а не просто мастерство.
- А ты тоже рисуешь? – спросила Тайринэль, кляня себя за то, что в своей тоске, толком не занимается детьми.
- Мам, да ты не расстраивайся, я их пока никому не показываю и краски у меня водяные, акварель называется, я на плотной бумаге рисую и больше пейзаж.
- Так! – подумала Тайринэль – три года я не пыталась заглянуть в души своих детей, тонула в своём горе, как в болоте, а они рисуют, что-то ещё делают и прячут и стараются меня не трогать, потому, что мне больно! Поэтому к ним приходит Эрриан, хоть в виде призрака, к ним, не ко мне!
- Бирис, - спросила Тайринэль – а ты тоже рисуешь?
- Нет, мама, я вышиваю, а рисунок для вышивки Алекс придумывает. Меня бабушка Морена учила. Но пока не очень хорошо получается.
- Но вы мне покажете, что получается?
- Конечно! – обрадовалась Бирис – ты же умеешь сделать так, чтобы цветок на шёлк положить, а он стал как вышивка, только лучше. Я тоже так хочу!
- Кажется, меня пора выпороть, - подумала Тайринэль и сказала – а не поставить ли нам здесь букетик лесных фиалок?

[Tany]

СПОЙЛЕРЫ

[Convollar]

И потянулись осенние годы, годы ожидания....
Спасибо, Tany, очень в тему картинки.

[Эйлин]

Сколько же всего случилось! Нашлись Сотворившие Эрриана, а  сам Эрриан  не пожелал больше  быть рядом с Тайринэль  в виде Кисы и хоть на  миг, но  смог  принять свой  привычный образ.  Как  трогательна и прекрасна  была их встреча! И как же горько было Тайринэль снова  потерять  любимого! Ждать тяжко, но все-таки надежда  есть. а дети   у  них замечательные! Ждут, надеются, рисуют, маму оберегают! Умники!
 Отрадно, что  брат Тариан подружился с Шалиахом и больше  не пьёт горькую.

Спасибо за продолжение, эреа Convollar! Прекрасно написано! СПОЙЛЕРЫ

СПОЙЛЕРЫ

СПОЙЛЕРЫ

[Convollar]

Думаю, Шалиах подробно рассказал Тариану свою историю. А вот Тайринэль небольшой шлепок не помешает. Её дети- продолжение Эрриана, а она увязла в своём горе, как в болоте. Спасибо, эрэа Эйлин.
А картинки, как всегда - в тему и прекрасны, но лунный Волк просто чудо.

[Красный Волк]

Вот так оно и бывает: подчас, только потеряв того, кто был насквозь привычной и неотъемлемой, словно дыхание, частью твоей жизни, ты осознаёшь, до чего он, ушедший, был тебе дорог... "Дорог, как собственная душа", как говорят на Востоке. Дорог до того, что без него для тебя день превращается в ночь, и рушится вокруг мир, и блекнут и выцветают краски, и не хочется жить...
Но жить надо. И продолжать дарить свое тепло тем, кто любит тебя, надо. И быть сильной - надо. И не терять надежды - надо... Хорошо, что Тайринэль это поняла . А Эрриан, верю, непременно вернется к любимой. И дети у них - чудо... Ну, а что и Тариан за ум взялся - тоже просто здорово. Спасибо огромное за продолжение, эрэа Convollar!      

[Convollar]

Спасибо, Красный Волк!  Думаю, Тариан ещё что-то понял, заметил именно взглядом художника, нечто такое, что значит больше, чем увядшая красота его подруги. Потому и пошёл в разнос. Люди уходят, мы не знаем, есть ли что за ручьём, а маги живут вечно и в чём-то, во взгляде, может быть, отражаются прожитые миллионы лет. Он понял это, когда вернулся, понял, КАКУЮ плату надо платить за бессмертие - вот его и закрутило. А Тайринэль наконец повезло. Её дети просто спасают её.

[Convollar]

Тариана ждали ко второму завтраку. Гостей Тайринэль предпочитала принимать в замке, она вообще считала замок чем-то не столько жилым, сколько парадным.
- А ведь было и такое время, когда мы жили в Горном замке и это был не зал для приёмов, а большой дом, наш дом, мой и Эрриана, - подумала она.
Посмотрела на себя в зеркало – волосы заплетены в косы и уложены вокруг головы, строгое тёмно-фиолетовое платье, из украшений – только два детских  кольца с алмазами и обручальное кольцо с александритом,. Так этот камень называли в мире выбора, а здесь его зовут альтар.
- Дааа, вдова при живом муже! Ну, пусть он призрак, а что я сделала, чтобы его воплотить? Помочь? Тайрин явно ждала приглашения, зова на помощь, да и Тиэль вспомнила, что она ещё раз бабушка, а детям нужен отец. Есть Север, есть Владыка лесов, который и завёл когда-то Тиэль и Крайвена в ту рощу! А она? Натянула тёмные одежды и кроме горя своего, уже мира не видит. И чем это её состояние отличается от полугодового запоя Тариана? Да, по сути, ничем.
Тайринэль стянула с себя тёмные одёжки и достала из шкафа белое льняное платье, расшитое бирюзовым бисером вокруг выреза. Бисер Эрриан когда-то вытачал из обломков бирюзы, и они оба любили это платье. Переплела косы такой же бисерной ниткой и убрала с лица следы ночных слёз. Пошла к переходу и вспомнила, как Алекс, просто захлёбываясь, рассказывал, что дядя Тариан вообще убрал двери и выложил коридор малахитом, только на поворотах врезал в тёмно-зелёный камень цветок белой сирени и пылающий кленовый лист. Опять стало невыносимо жаль, и Тариана и его подругу и себя с Эррианом. Она вошла в свой домик, дети, умытые причёсанные – увы, не мамой, а Бесси – садились за стол. Огоньком горело красное платьице Бирис, на Алексе была рубашка, с вышивкой у ворота – лесные фиалки. Интересно, кто вышивал? Неужели маленькая Бирис. Да, именно она и Бирис вопросительно посмотрела на Тайринэль – понравится или нет? Алексу, судя по довольной мордашке, нравилось. У него были отцовские глаза, очень тёмного фиалкового цвета и пепельные волосы матери, перехваченные на лбу тонким серебряным обручем. Бирис вертела головёнкой, украшенной яркими красными бантами. Шакалихи принесли завтрак, появились Раугар и Раувенгол, Табаки с супругой, и вся компания взялась за сдобные булочки. На коленях Бирис мурчал серебристый кот, когда-то бывший котёнок, у ног Тайринэль расположился Щекн, шуба его была ещё влажной, видимо, охотился, но от сливок не отказался.  После завтрака пошли гулять, уже почти взрослый, Моро, спокойно позволил себя оседлать, и Алекс гордо ехал верхом, и получалось у него неплохо. Прогулялись по парку и незаметно вышли к причалу. У причала сиротливо стоял одинокий кораблик со спущенными парусами, казалось он грустит о тех временах, когда он выходил в море, и на борту сверкала выложенная бирюзой надпись – Тайринэль.
- А там папа! – сказала Бирис и показала на верхнюю перекладину мачты. Тайринэль подняла голову – в солнечном свете сверкало и переливалось нечто напоминающее человеческую фигуру. Тайринэль помахала призраку рукой, и он засиял всеми цветами радуги.
На причале возник маг, и Тайринэль  едва не бросилась ему на шею, но дети, к счастью,  опередили её.
- Дядя Тариан! - Возопил Алекс, а Бирис  опустила бирюзовые глазки и заулыбалась. Тайринэль тоже рассмотрела мага – он был чем-то похож на Эрриана, но глаза у него были синие, черты лица очень напоминали Севера и через плечо висел на ремне довольно большой плоский ящик. Маг, не обращая внимания на довольно увесистый по виду ящик подхватил детей, и они немедленно устроились у него на плечах, причём Бирис, хлопая ресничками, протянула дяде ярко-красную настурцию.
- Вот ведь, женская порода, - подумала Тайринэль – всего-то шесть лет, а кокетничает!
- Здравствуй, Тайринэль, - сказал маг – я брат Эрриана, вот твои дети говорят, что хорошо бы твой портрет нарисовать, на холсте, маслом. Ты как?
- Я портрет в башне Эрриана повешу – сказала Тайринэль – а зеркал я с некоторых пор боюсь. То есть не просто зеркал, а вот зеркальных портретов. А портрет Эрриана у тебя есть?
- Есть, конечно, навестите мой замок, у меня картинная галерея, с портрета Эрриана я копию тебе сделаю, если хочешь.
- Если тебе не трудно, - сказала Тайринэль и все пошли выбирать место для работы.
Тариану приглянулась беседочка на лестнице ведущей к замку, он что-то объяснял про освещение, а Тайринэль думала о том беседочка заплетена мелкой вьющейся розой без шипов и сидеть в ней очень приятно. Тариан расставлял на ступеньках какие- то свои приспособления, раскладывал краски, готовил кисти, но рисовать начали после второго завтрака. Тайринэль посматривала на брата своего мужа и вспоминала рассказ Ассиоль, о том, какую словесную порку она устроила Тариану. Сейчас маг совершенно не напоминал пьяного гитариста, бьющего бутылки. Работали до обеда, Тайринэль сидела в беседке, а потом художник сложил в ящик свои краски и кисти и обещал вернуться через два дня. Незаконченную работу он никому не показывал. Две недели Тариан приходил в Горный замок, потом ушёл с Шалиахом в патруль на неделю, появился вновь и продолжил свою работу.
- Кажется, всё получилась, Тайринэль, - сказал он однажды и повернул картину так, чтобы Тайринэль увидела её.
Тайринэль замерла. Она увидела себя, но не просто своё отражение, как в портретах-зеркалах, она увидела в своих глазах память, боль, радость, горечь – все её прожитые жизни. В беседке сидела она, настоящая, живая, Тайринэль и цвели мелкие розы и казалось, можно войти в беседку и сесть с ней рядом.
- Тариан, - ты волшебник, - только и смогла вымолвить Тайринэль.
- Тебе понравилось? – спросил художник – надеюсь, братцу тоже понравится. Пойдём, я подберу место в его башне, так, чтобы освещение было подходящее.

[Tany]

СПОЙЛЕРЫ

[Convollar]

Картинки прелесть, спасибо, тёзка. Наконец-то появилась шляпка, а какой кот сУрьёзный, ооо!

[Convollar]

Портрет Тайринэль работы Тариана рассматривали Тайрин и две её дочери – Ринель и Сильверен, а также Эллис, Ассиоль и Морена. В доме Тайринэль намечался небольшой девичник. Дамы собирались перейти в Горный замок, лето кончилось, а там, словно золотой огонь горели бронзовые хризантемы, светились полупрозрачные фонарики хурмы и оранжевые шары апельсинов. Для Горного замка наступило самое приятное время года – до дождей ещё далеко, сады горят осенними плодами, светится почти прозрачный виноград, но в этом году не будет коньяка – мастер витает над кронами деревьев и над морем. Впрочем, ночью его всегда можно застать в башне в Заповедном Лесу – он сияет жемчужно-белым светом в кресле и смотрит на портрет Тайринэль и на портреты своих детей. Тариану всё-таки удалось затащить засидевшуюся в лесах Звериную Магиню к себе в гости. Тайринель часа два бродила по галерее, здесь были портреты и любимые ею пейзажи, она полюбовалась совершенно волшебным коридором, соединяющим Замок и дома подруги Тариана. Потом они носились верхом по степи и Тайринэль поняла, кто учил её сына ездить верхом. По странному стечению обстоятельств, здесь почти не было вороных лошадей, зато серебристо серые, гнедые, буланые, огненно-рыжие, охотно выбирали себе друзей среди магов и магинь. Только Морена ездила на вороной кобыле дивной красоты и Тайринэль немало позавидовала, узрев свою свекровь в мужском костюме для верховой езды и в странном головном уборе, который назывался «шляпа». Ей тоже захотелось шляпу и Морена сотворила ей сей предмет туалета. Они тогда почти неделю гостили в третьем мире оранжевой звезды, мире Морены, как его чаще называли, и Тайринэль увезла с собой не только шляпу, но и портреты Эрриана и детей. Ей бы хотелось, чтобы портретов было по два, но Тариан сказал, что так нельзя – даже если он делает копию, она всё равно будет отличаться от оригинала, уж так у него получается. Бирис не могла налюбоваться на себя в белом платье с красной вышивкой – искусная работа бабушки – и в венке из огненных настурций. Мысль о создании своей картинной галереи просто преследовала её, но пока пришлось ограничится работами Алекса в спальне Тайринэль. Тариан сказал, что работы племянника очень хороши и, если он проявит достаточно терпения, то в семействе Морены появится прекрасный художник – ведь живопись акварелью требует немалого мастерства и таланта. Магини перешли в Горный замок и расположились на террасе домика Тайринэль. Над озером, среди мелких белых облаков, временами мелькало сверкающее пятно, принимавшее то форму радужной арки, то совершенно невероятного цветка, то прозрачной птицы с оперением всех цветов радуги.  По парковым аллеям неслись кони, Бирис тоже желала стать хорошей наездницей, особенно посмотрев на бабушку Морену. Пришлось сотворить ей синий бархатный костюм и такую же шляпу с пышным бирюзовым пером. Алекс фыркнул, глядя на сестру, но дядя Тариан и ему подарил шляпу, свою, и с пером сокола за ободком. Тайрин следила за эволюциями счастливого отца семейства.
- Тайринэль, - наконец спросила она – он вообще собирается воплощаться? Знаешь, мой супруг одно время пребывал в таком вот состоянии, вернуть ему нормальный облик было непросто. Поначалу призраки очень довольны своим состоянием – ни забот, ни хлопот, притом они гуляют по пространству и посещают самые разные миры. Вот ты и твои дети ходите в гости к родичам, пользуясь ключом, верно?
- Верно, - сказала Тайринэль – Север дал мне три ключа - золотые листочки дуба с алмазной росой. Детки норовят носить их на плече. Впрочем, никто, кроме нас воспользоваться ими не может.
- Да, ключи строго индивидуальны, - сказала Ассиоль – но твоему благоверному вообще не нужны ключи. Он ведь появился недавно, а до того гулял в пространстве, мир, скажем так, познавал. Но если он привыкнет к этому состоянию, воплотится он лет через двести-триста, а то и через пару миллионов лет, когда надоест шляться среди звёзд и захочется стать нормальным магом. Тут время упускать нельзя – ещё год-другой и прощай муж и супруг. Его пора воплощать, пока он крутится вокруг дома, вокруг тебя и детей.
-Когда у меня Шалиах развоплотился, я его воплотила, как только призрак окреп, в общем, очень быстро, - сказала Ринель.
- Вот не знала, что Шалиах развоплощался, - удивилась Тайринэль, отхлёбывая из тонкой чашечки кофе с ликёром – аромат удивительный!

[Convollar]

- Так ту историю ты и знать не могла, о ней обычно не рассказывают, - вздохнула Ринель – он не сам развоплотился, я его убила его же кинжалом и по его просьбе.
- Ну, этого я действительно не знала – сказала Тайринэль.
- Это было до разрушения Великого Кольца, - продолжала Ринель – я бы не стала рассказывать, но тебе, возможно, поможет. Тогда демоны пустыни были под проклятьем Асинты – маг, увидев дэви, забывал обо всём и ничего не хотел, только видеть пустынную красавицу. Мы с Шалиахом только что расправились или так казалось, что расправились с Асинтой, он вырастил замок в мире Ассиоль и я должна была туда прийти, чтобы с ним, гадом таким, обручиться! Он меня ждал у моря и тут шквал швырнул на скалу дэви, у неё сломалось крыло, она истекала кровью, и мой герой полез её спасать. Дэви очень любили парить над морем, а откуда взялся тот шквал – это надо у Асинты спрашивать, но её уже давно нет. Вот он дэви спас, и, стало быть, увидел. Если бы она в сознании была, она бы крыльями закрылась, а тут…. В общем дэви улетела, а я обнаружила сидящего на камне истукана, который меня даже не узнал. Я разозлилась, ушла жить в замок к брату, Наиру, он тогда ещё Эллис свою не встретил. Пять лет это чучело сидело на камне, отлучаясь только поесть-попить. Потом дэви вернулась вместе с её мужем, а он был сильный маг и они сняли проклятье с Шалиаха и всех его потомков, слава Хаосу, Асинта в эту пору спала в компании змеев, которые с ней обходились несколько вольно. Шалиах пришёл ко мне, я его погнала  и он начал утешаться спиртным. Коньяк на него не действовал совсем и другие напитки тоже, так это чудо магии стало гнать самогон из персиковых косточек и вдобавок намагичило эту дрянь. Но в патрули он ходил, перед патрулём неделю спал, чтобы очухаться, возвращался и дальше кухни двинуться не мог. Я уже одумалась, мы пришли в этот свинарник вместе с его сотворившей и другими магами, сбросили в бассейн бесчувственное тело, оно не утонуло, конечно, вычистили замок и хлев, в который он превратил кухню, а потом заставили его поесть, выпить кофе и уложили спать. Заклятье на него наложили, но мне Динель сразу сказала, что это не надолго – тело отравлено. Он держался полгода, потом утром исчез и оставил мне свой кинжал и записку, ну и указал место, где его искать. Как все алкоголики, он держал там заначку. Я пришла, нашла бесчувственное тело и убила его же кинжалом – другое оружие на него не действовало. Через неделю я снова пришла и произнесла какое-то древнее заклинание – меня мама научила - и он воплотился в нормальном здоровом теле.  Ну, мне и маги и Звёздные Королевы помогали при воплощении. Так что хорошо, что ваш Тариан только коньяк Риановский пил, он привыкания не вызывает.
Тайрин улыбнулась и ничего не сказала.
- А ты тоже призрака воплощала? – спросила Тайринэль.
- Ох, воплощала, причём уже такого, как твой, ему и в призрачном состоянии было хорошо. Но у него была одна слабость – он ревновал меня к Орризару.
- Это к дракону?
- Это! Кстати, ни сам Орризар, ни мы, никто, кроме Творца Мира Великого Мага Огня, не знал, что это дракон. Но не в том дело. Я была немногим старше твоей Бирис, когда увидела Орризара и немедленно влюбилась. К тому же он любил детей и вечно таскал меня на шее. Риан меня на шее не таскал и вообще в молодости ….мда…и не только в молодости, доставил мне много радости. Правда, отец из него получился очень хороший. Короче, Риан вдруг обнаружил, что мой домик в Заповедном Лесу обзавёлся ещё одной башней, так сказать, для симметрии, основательной такой, в совершенно драконьем стиле. Риан частично материализовался и стал требовать ответа, а я сказала, что выхожу замуж и шёл бы он отсюда в свой Горный замок. Ну, тут даже маги не потребовались, Риан в такую ярость пришёл, что воплотился сам.
- Ну, с ревностью ничего не получится, - сказала погрустневшая Тайринэль – он меня и не ревновал никогда, он мне верит, это вот я ревную! А заклинание кто-нибудь знает?
Тайрин расхохоталась.
- Милая моя, - сказала она – его знают все, кто побывал в мире выбора в ту же эпоху, что я и ты! Все самые сильные заклинания произошли от, как бы это сказать, ну, от нецензурных выражений. Мат это, понимаешь? Чем круче, тем лучше действует! Ринель же я научила!
- А любое можно? Я много знаю, - вздохнула Тайринэль.
- Покрепче нужно! – сказала Тайрин.
- Так ведь здесь дамы…
- Не просто дамы, а магини!
-А если Севера позвать?
- При нём будешь….заклинать?
Призрак в это время уже скользил по воде, выделывая танцевальные па.
- Ну!******, - сказала Тайринэль – танцор *****, может хватит уже?
Она подумала и выдала выражение уже столь крепкое, что даже Ринель покраснела, а Тайрин захихикала.
Призрак Эрриана прекратил свои танцы на воде и обрёл некое подобие плоти.
Ассиоль приподняла жезл для усиления магии и повторила то, что слышала от Эрнила, который частенько бывал в мирах выбора. Призрак обрёл плоть и нырнул в воду, потом вылез на ступеньки террасы уже почти в нормальной форме. Две звериные магини вспыхнули зелёным пламенем, направили пламя на разгулявшегося Эрриана и хором прочитали столько …мммм…заклинаний, что призрак не только обрёл тело, но даже покраснел.

[Эйлин]

Хорошо-то как!  Вернулся Эрриан!  Тайрин права оказалась: нечего ему призраком разгуливать,  а то так целую вечность этого мужа и отца  семейства не дождёшься.
Сцены в доме  и на прогулки просто  прекрасны. Так и  представляю себе  детишек в  вышитых рубашечках и потом  прекрасных наездниц в элегантных амазонках со шляпками на голове. Красота!  Очень ярко и душевно написано! И прекрасно  показано, как   магини вспоминали  своих мужей,  сколько  же общего у всех, хотя в  целом они такие разные!
Спасибо за продолжение, эреа Convollar! СПОЙЛЕРЫ

СПОЙЛЕРЫ

СПОЙЛЕРЫ