А все так хорошо начиналось - 6. Ч.2.

[Tany]

Дети должны проказничать. Излишне робкие и послушные творцами не станут. Золотые слова! Выбить бы огромными буквами на китайской стене, чтобы даже из космоса видно было

[Convollar]

Черный Вала всегда любил  умных проказников . С ними нелегко, но именно  они  и будут  настоящими мастерами. Главное, вовремя  помочь  им  найти свой  путь.

Теперь я поняла, почему Мелькор не любил второго сотворённого - тот умел печь оладьи! А вот был ли он в самом деле послушным? Однажды проявил инициативу и за это был тут же изгнан! Но продолжение прелестное, эрэа Эйлин! Возможно даже эти двое - дедушка и внучка - что-то испекут! 

[Эйлин]

Спасибо, эр Drago63 , эреа NNNika, эреа Tany , эреа Convollar !
 Дедушка прежде , чем стать  дедушкой многое испытал, многое  осознал и стал относительно   мудрым.   Так, что Мелиссе повезло, но и ему  с ней тоже.  Оладушки они  испекут, но не в этот раз.

[Эйлин]

4

           Сковорода наконец-то нагрелась. Мелькор  ложкой положил тесто. Масло брызнуло  во  все стороны, Вала  еле  успел отскочить.
           - Ты не обжегся? -    встревожилась  внучка.
           - Нет, - Изначальный  погладил её по головке. Волосы  у девочки были, словно  бархатная ночь, окутывающая своим покрывалом землю, чтобы  дать покой и силы  всему живому. А глаза Мелиссы  были  ярче и теплее   солнца, дарующего жизнь. Он никому и никогда не позволит  причинить ей  боль. Она    будет счастлива. Он  научит её всему и защитит от  всего.  Хотя у его  смелой, сильной  и  умной девочки   и без  него много друзей и защитников. Его  внучка никогда  не  узнает  горечи одиночества.
           - Ты о чем   задумался?
           - Сказку сочиняю, - отозвался Мелькор и понял, что не  солгал. Сказка вдруг начала  складываться сама  собой. Чистая и светлая, немного смешная.
         - Давай вместе! Вместе  веселее! – предложила Мелисса.
         Вместе  и впрямь  оказалось веселее. История  про   рыженькую лисичку, бегущую по мирам,  сочинялась на диво легко. Увлекшись, они не сразу почувствовали запах горелого.
          - Ой, оладушки! – принюхавшись, вскричала девочка. А Вала  уже  подбегал  к плите.
          Первый блин  всегда   комом, говорила  ему  Мелисса, но  в отношении  оладий  это  правило не сработало: первые оладушки    стали углем.

5

          После того, как     кухня  была  проветрена, сковорода  отчищена, решено было   оладьи допечь.  Не пропадать же тесту! Однако тесту   судьба была  именно  пропасть!
          Убирая кухню, Мелькор и сам не заметил, как поставил миску  с  тестом на  плиту. Огонь конфорки был  совсем слабеньким, и ничего бы  не случилось, если бы  не   странная посудина Лиссэ.  Плотный  серо-белый материал  миски стал  плавиться точно свеча. Только свеча пахла  приятно, а не  воняла чем-то отвратительно  неживым. Горелые оладьи по  сравнению  с  тающей миской  издавали  просто изумительный аромат. Их  запах  был естественным, а посудина буквально  отравляла все вокруг, казалось, она    чужда  всему живому. Вала  выставил внучку  прочь, открыл  окно, развеял  миску с остатками теста и опять принялся за уборку. Когда запах исчез, в висках  невыносимо ломило, а  перед глазами плыли красные   круги.
        До  гостиной  он  добрался сам, стараясь не   напугать внучку, но девочка все  заметила и помогла  сесть  в кресло. Потом она  принесла  ему  какое-то лекарство. Пряный,  резковатый запах был  ему  незнаком. Наверно, на Арте такого растения нет. Стало   немного легче, но  боль   продолжала   обручем  сжимать виски.
         Маленькие прохладные ладошки  прижались ко лбу,  мягко провели  к вискам –  боль  чуточку притихла. Прикосновения её рук  были   нежнее перышка, Вала  прикрыл глаза.
         - Сейчас все  пройдёт, -  шептала  Мелисса. – Я же с тобой. Все  скоро пройдёт, а  потом я   тебе  сказку  расскажу.
         Хотелось   сидеть так вечно, чувствуя касания  ласковых рук, уносивших боль. Сказок ему  еще никто не рассказывал.  Ортхеннер   беспокоился о нем, пытался заботиться, но Мелькор   не  разрешал, не допускал, отталкивал. И его, и всех остальных. Слишком  было страшно за них, слишком  было  страшно  любить, слишком страшно  было терять.
         Еще была Элхе. Его  вина, его боль… Как же он виноват  перед  ней. Ведь из-за него она  выбрала   свой горький путь, а он тогда ничего не понял. Лиссэ подобралась  к нему ближе всех. Ортхеннеру   повезло  с избранницей.
         И вот их дочь…. Счастье его невозможное… Изначальный  и    понять не успел,  а она  уже  была  в его сердце, став смыслом жизни.
         - Дедушка, я начинаю сказку! Слушай! -  Мелисса забралась   к нему на колени. Головная боль  ушла  куда-то  вдаль. – Дедушка, помнишь, ты  мне   про  Тьму  рассказывал? Как ты   её   увидел первый раз?
          - Помню, маленькая.
          - А  я тебе   расскажу   сказку про то, как  все-все на свете  появилось! Вот слушай, - она устроилась поудобнее в кольце его рук. – Сначала  не было ничего-ничего. Совсем, а потом   появилась одна маленькая точечка. И эта точка   стала  расти медленно-медленно, а  пустота вертелась-кружилась, чтобы  её  выбросить, но  точка от этого становилась все   больше. Она  росла  и  мурлыкала, мурлыкала и росла. И  стало вокруг  все  черным и бархатным. А  потом это огромное, черное    решило приоткрыть глаза. Глаза блеснули зеленым, желтым,  и  все осветилось самую  малость. А Тьма поняла, что она  одна. Тогда   она  продолжила   мурлыкать и стали  появляться   такие же  маленькие  точки, которые  тоже  мурлыкали и росли, а  потом  открывали глаза. Только  они уже были  не только  темные. Большая  часть из них была разноцветной:   черные с белым, белые, рыжие, серые! И глаза  у всех  разные были: лиловые, желтые, серые, голубые, синие. Они были  еще маленькие  и  играли  друг  с другом: хватали  за хвост, бегали, прыгали. Словно кошки. Только    сначала  были они, а  уж кошки  потом. Некоторые, правда,  считают, что  они   превращаются в кошек   нарочно, чтобы посмотреть на  нас и узнать какие   мы есть. А потом  эти кошки  тоже стали   мурлыкать и создали  тех, кто потом начал   творить  миры.  А эти «кошки»  сами по себе живут, и другим не мешают, лишь иногда   могут желание  исполнить. Деда, я  тебя  у   Снежной  Кошки  просила, вот ты   и   смог до меня  добраться!
         - Спасибо тебе, маленькая моя! –  улыбнулся Изначальный. Удивительная сказка! Ну и фантазия  у здешних обитателей! Мурлычущая тьма,  Кошка-Тьма… А может, они  правы, и все  мы лишь причуда  некоей кошки? 
         - Дедушка, ты о миске не беспокойся. Я маме скажу, что сама  её  изничтожила, ведь  ты же из-за меня её  взял, -  шепнула  Мелисса ему в ухо. – Она меня   ругать не будет сильно.
         - Миску я   маме новую  сделаю, точно такую же. Она и не догадается! -  заверил её Мелькор.    Голова  уже  совсем прошла, и на душе было легко-легко.

[NNNika]

Какая чудесная сказка о кошках-вселенных!
               
А что же это за миска такая некромантская?

[Drago63]

Да что ж ему так не везет с готовкой?!
Вот так всегда, когда особи женского полу под руку... подвертываются и мешают! Пусть даже любимые внучки. 

[Convollar]

Загадочная миска! Но повар из Мелькора пока не очень, мягко говоря! Зато сказка хороша. Спасибо, эреа Эйлин!

[Эйлин]

Спасибо, эреа NNNika, эр Drago63 ,   эреа Convollar!
Миску, скорее всего, Лиссэ из какого-нибудь техногенного мира  привезла. Какая-нибудь пластмасса. А Вала еще  сил не набрался к  новому  миру до конца не привык, вот на него так и подействовало.
Готовить оладушки он еще научиться, следующий опыт  будет  гораздо удачнее. Да и  в этот раз, будь он внимательней, все бы  получилось.

[Drago63]

СПОЙЛЕРЫ

Из уважения к сильному полу могли бы подобрать какое-нибудь более трудоемкое блюдо...  А то позорно облажаться с какими-то оладушками... бр-р-р! 

[Эйлин]

СПОЙЛЕРЫ

Из уважения к сильному полу могли бы подобрать какое-нибудь более трудоемкое блюдо...  А то позорно облажаться с какими-то оладушками... бр-р-р! 

СПОЙЛЕРЫ

Возможно, более сложное   и  удалось бы.  Да и  к тому же он  отвлекался  постоянно, а так бы  все получилось. Кстати, случай  вполне  реальный, не считаю, разумеется, выведенных цыплят.   А сильный пол  вполне  уважаю!

[Tany]

И зачем Лиссэ понадобилось тащить пластиковую миску?

[Tory]

На этот раз я не смогла выбрать... 

СПОЙЛЕРЫ

[Convollar]

Tany, эрэа Tory - какие кисеры! Эрэа Tory - у вас там есть и звёздный кот! Хороши!

[Эйлин]

Спасибо, эреа  Tany , эреа Tory !  Кошаки просто  чудо! и как их много! Красота! Мне все понравились и  все отправились в мою копилку!

[Эйлин]

Глава 9. Древнейший.

1

       Посудину Мелькор  все же сделал, но не точно  такую же.   Новая миска была настоящей, в ней словно жила  душа.  После долгих лет   создать миску! Наверно, глупо и нелепо, но  ему и такая   малость    доставила  удовольствие. Творить для   кого-то  - уже счастье,  творить для  любимых счастье вдвойне. Черный Вала   никогда не мог   создавать  лишь для  себя, наверно, поэтому и находил  себе учеников.  Одному  ведь не нужно ничего:   окружи  себя самими  дорогими, самыми изысканными  вещами – все равно  мир  будет  пустыней.
        На  изготовлении  миски  Мелькор не остановился, он изучил всю посуду  Лиссэ и   нашел  несколько таких  же   чуждых  вещичек. Их он   безжалостно уничтожил, заменив похожими по виду, но иными по сути.
        Оладьи его научила  печь дейе Дрейкн,  обратиться к ней  посоветовал  магистр. Мэтр Клемент и  сам прекрасно знал, что делать с  содой и   прочими ингредиентами, но  курс   кулинарии для желающих обучиться этому  непростому искусству  вела  именно леди Дона. 
        Мэтресса  была  сурова лишь по виду, на  самом деле   она  оказалась заботливейшим созданием.   И весьма странным. В ней    крылась какая-то  необычайная  сила, такой Вала  еще никогда не   чувствовал. То  мэтресса казалась очень  древней и   почти  всесильной, а то    обычной человеческой  женщиной.  Но   спрашивать об этом   Вала  не стал, сдержанность и  отстраненность дейе Дрейкн, несмотря на  всю её  любезность по отношению к нему, не располагала к  вопросам на личные темы.
        Лучше спросить  у магистра или  выяснить самому.

        Мэтр Клемент тоже был  весьма необычен  и загадочен.   Насмешливый, обаятельный, интересный собеседник и необычайно сильный  маг, невзирая на то, что    был   рожден человеком.  С ним было удивительно легко, но  и опасностью от  него веяло нешуточной.
        - Для своих я безобиден! – как-то вдруг сказал  магистр, ослепительно улыбнувшись.  - А чужих здесь просто нет, - ответил он  на незаданный вопрос.
       И спрашивать он  умел: осторожно, почти  незаметно выпытывая необходимые сведения. Но Мелькору  скрывать  было нечего. Вала   боялся  не вопросов,  а растревоженной памяти:  говорить  о прошлом  до сих пор было   больно.   Кажется, он должен  поблагодарить Лиссэ за то, что так  много рассказала о нем своему  другу, иначе ему  бы  предстоял непростой допрос.
         Дейе Дрейкн и  магистр относились к нему дружелюбно. Остальных  магов-учителей он редко  не видел: лето, каникулы, в Школе  почти никого нет. 
        Будущие ученики   и  друзья  внучки    к нему привязались. Клемент   уделял им  мало  внимания, и за  это  Изначальный был ему  очень  признателен. Общение с детьми доставляло   ни  с  чем несравнимую радость.
         Начала осени он ждал  с тоской. Конечно, внучка останется с ним, её товарищи будут   приходить в их дом, но все же….  Он уже   умудрился и  их  впустить в  свое сердце. Эльфы, люди, оборотни, гномы, сильфы – создания знакомые и незнакомые, подчас они  удивительно напоминали  ему учеников из Аст Ахэ и даже   тех самых первых – Эллери Ахэ. Эллери Ахэ… Его вечная боль…. Его неизбывная вина… Почему он тогда был так   глуп и слеп…
        Но все же эти дети были    другими. Сложнее и проще,  серьезнее и беззаботнее… И пожалуй,   бесшабашнее, умудреннее  и практичнее, несмотря на столь юный возраст.  В них  удивительно  сочетались   противоположные качества.