Мост четырех ветров. Рассказ. Мистика. Фэнтези.

[Красный Волк]

Ох, читаешь - и просто на стуле прыгаешь: дальше, дальше-то что?
Спасибо! А Мариуш-то всё больше симпатии к себе вызывает. "Я эту тварь выпустил, мне по счетам и платить..."

[Tany]

Уфф, еле перевела дух, убегая вместе с героем от нежити

[Convollar]

Очень хорошо передана атмосфера - страх и желание всё-таки уничтожить, созданное героем зло.

[Твиллайт]

Огромное спасибо всем моим читателям!) Эрэа Красный Волк,
да, я пыталась нарисовать аристократа, с чувством чести и ответственности.))
Эрэа Tany, благодарю.)
Эрэа Convollar, спасибо. Конечно, если уж натворил дел, надо исправлять...

Продолжение пишется. Надеюсь, не разочарую.)))

[Von Untenbaum]

Продолжение пишется. Надеюсь, не разочарую.)))

Cудя по уже прочитанному - убежден: низачто не разочаруете!

[Aemilia]

Эрэа Твиллайт, здравствуйте Раньше в этот раздел форума не заходила, поэтому только сейчас прочла Ваш "Мост четырех ветров" Большое спасибо! Очень ярко, очень интересно! А главному герою так и тянет сказать: "Пойми, глупец ты наивный, смерть не делает людей лучше!". Ох и влип же он... Очень яркие психологические портреты. Вот Мариуш сразу видно, как он молод, как же он молод на самом деле! И при этом явно человек порядочный, какой-то он очень... не знаю, какое слово подобрать, симпатичный, что ли... Очень заинтриговал фонарщик, очень близкое у него ко мне понятие о жизни: "никому не вреди и живи как хочешь"... А Майсенеш... знаете, главное, что мне хочется о нем сказать: этот человек ради своих целей пойдет на все. Вообще на все.
От всей души желаю Мариушу победы!
Только у меня один вопрос, а почему мастера отказались брать Мариуша в ученики? Только из-за того, что он недоучка? Но он, судя по всему, талантлив и достаточно силен, а знания - дело наживное. Или Вы это дальше расскажете?
Очень жду продолжения

[Твиллайт]

Эрэа Aemilia, спасибо огромное.) Ради таких комментариев хочется писать как можно больше и лучше. Очень приятно, что ваше видение героев настолько совпадает с моим. Значит, я показала то, что хотела.)

СПОЙЛЕРЫ

С отказом мастеров дело сложное. Понимаете, этот рассказ - эпизод из романа, который я только начинаю писать. Если вкратце, то Мариуш ушел из семьи, чтоб не подвергать ее опасности, и его исключили из Академии. Потому что среднее общее там, так сказать, для всех, чтоб умели справляться с даром. А вот аспирантура местная - только для элиты. Из которой его выкинули. Писаться оно еще будет, но пишу я кусками и выкладываю не здесь, потому что форум не позволяет вставить нужный кусок точно в нужное место. Но про Мариуша, наверное, продолжать буду. Очень он мне самой по душе.)))

[Твиллайт]

4.
Мгновение, второе, третье… Кадавр стоял перед ним, покачиваясь на вывернутых ступнях, неестественно сгорбившись, словно его позвоночник был сломан в паре мест. Может, так оно и было. Мариуш глубоко вдохнул холодный ночной воздух, наполненный речной свежестью. Что ж, значит, все…
Нежить шагнула вперед. Голова трупа откинулась назад, безжизненно, как крышка, привязанная к сосуду – и на плечах кадавра проявилось лицо Тадеуса. Оглядевшись, он усмехнулся Мариушу.
- Неплохо, Коринза, совсем неплохо… Вы использовали реку, как естественную границу, замкнув две другие по мосту. Умно.
- Благодарю, тьер Майсенеш, - снова склонил голову Мариуш, стараясь не обращать внимания на покровительственную насмешку в голосе призрака. -  Могу я задать вам напоследок вопрос?
- Хоть три, - фыркнул Тадеус. – Решили все же капитулировать?
- Нет, - честно признался Мариуш. – Просто интересно. Что вам сделал Томек Сельневич?
Призрак скривился, словно Мариуш помянул всуе весь светлый пантеон.
- Странный выбор последнего вопроса.
- Какой есть, - пожал плечами Мариуш, подставляя разгоряченное лицо ветерку с реки. – Я всегда был любопытен…
- Сельневич – подмастерье Горесоля, - презрительно бросил Тадеус. – Вдобавок, наглый тупой мальчишка меня раздражал. Считал себя равным чистокровным тьерам.
- Он и был тьером по наличию дара, - тихо заметил Мариуш. – Древность рода это еще не все…
- Чушь! Вы молоды, Коринза. Вы не помните времен, когда в Академию принимали только тьеров в третьем поколении. А до этого – в пятом! И всякой швали было куда меньше! Я предупреждал Горесоля… Впрочем, это наши с ним дела, и вас они не касаются.
Призрак неприятно улыбнулся, делая шаг вперед. Мариуш поднял обломок шпаги – Тадеус покачал головой.
- Не смешите, Коринза. Вы не знаете, что делать, верно? Дурачок Сельневич вам подсказал, но знаний не хватает. Ведь так?
- Так, - еще тише согласился Мариуш.
Губы пересохли, и он облизал их, чувствуя, как ветер, пронзительный и резкий, дует все сильнее: в спину, в лицо, с боков… Луна, выплыв из легчайшей дымки, снова засияла во всю мощь, заливая мост, фигуры стражей и сгорбленную нежить перед Мариушем.
- Вас выгнали, как приблудного щенка, - оскалился Майсенеш. – Вас, Коринза, лучшего студента на курсе. Не дали доучиться всего два года. И вы ведь просили коллегию, верно? А потом каждого мастера – в отдельности.
- Не каждого, - ровно отозвался Мариуш. – Не каждого, Тадеус.
- А зря, - ухмыльнулся призрак, - Я вас ждал. Вам стоило прийти ко мне, мой дорогой Мариуш. Тогда мой срок еще не вышел. Вы не дурак и чистокровный тьер к тому же. Я бы взял вас в подмастерья… Испугались?
- Нет. Просто вы мне не нравитесь, Тадеус. И не подходите ближе.
Мариуш улыбнулся, глядя мимо кадавра на темный берег Кираны. Там светился огнями ночной город. Там была жизнь. А здесь лишь тьма, холодный ветер и существо напротив.
- Понимаете, - сказал он спокойно. – Я действительно не знаю, что делать с кадавром на мосту. Обидно. И все же вам отсюда не уйти. Река и мои границы не выпустят вашу душу, тьер Майсенеш. А без нее кадавр – просто труп.
- Зато у меня есть вы, Коринза, - оскалился призрак. – Я уйду отсюда в вашем теле. Героем и победителем страшной нежити… Пусть вас это утешит.
- Не думаю.
Далекие огни мигали весело и приветливо. Мариуш почувствовал, как на глаза от ветра наворачиваются слезы. Сморгнул радужную пленку. За спиной Майсенеша, у конца моста, что-то шевельнулось в лунном свете – или ему просто показалось?
- Не думаю,  - повторил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Вам ведь нужно живое тело, тьер Майсенеш.
Обломок шпаги холодно блеснул – кадавр, шагнув вперед, остановился. Лицо Майсенеша поплыло в лунном свете, искаженное страхом и яростью. Не отводя сломанного, но все же острого лезвия от горла, Мариуш улыбнулся, понимая, что выиграл. Рассчитал  правильно – и выиграл.
- Не дурите, Коринза, - прошипел призрак. – Ваша душа заложена, не забыли? Мы можем договориться. Вытащите меня сейчас, а потом я найду другое тело. Вы доживете свою жизнь – а там видно будет! Всегда есть выход.
- Не думаю…
Мариуш сглотнул вязкую слюну, посмотрел в лицо Тадеуса Майсенеша, прямо в темные провалы на месте глаз, уже без всякой опаски. Неупокоенному не сладить с тем, кто одной ногой ступил за грань. А для этого нужно только выбрать по-настоящему. Слегка повернул обломок так, чтоб острый край уперся в кожу. Подумал, что это должно быть быстро – артерия же. И что Тадеусу никак не успеть. Вот только что там шевелится на границе света и тьмы, буквально в нескольких шагах?
- Глупец. Вы не понимаете…
Кадавр качнулся вперед, не двигаясь, впрочем, с места. И кусок тьмы у него за спиной тоже качнулся, оказавшись немного ближе. Резким порывом ударил в лицо ветер.
- Это вы не понимаете, - устало проговорил Мариуш, понимая, что пора. Дальше тянуть нельзя, раз уж решился. – Я не отдам вам город. Его строили мои предки. Мне здесь нравилось. Не хочу, чтоб вы его поганили своим присутствием – в любом теле и виде. А впрочем, это все слова. Я не хочу, чтобы вы ушли отсюда победителем, тьер Майсенеш, вот и все…
Он почти успел. Острие кольнуло кожу, рука напряглась – кадавр прыгнул вперед – и вместе с ним рванулась тьма. Ветер вдруг стал тяжелым, плотным и упругим. Он толкнул Мариуша в грудь, сбивая с ног, отшвырнул назад и в сторону, к парапету. Бронзовое крыло хлопнуло в воздухе, выбивая шпагу из рук. Тьма, оскалившись, мелькнула в сторону кадавра, но тот увернулся – и химеру, тяжелую бронзовую химеру пронесло мимо. Со стороны берега уже взмывала в воздух еще одна темная тень, широко распахнув крылья. Кадавр оказался рядом, ухватил за рукав - Мариуш дернулся, оставил клок ткани в скрюченных пальцах – химера обернулась, быстро, но не успевая. Отпрыгнув, Мариуш вскочил на парапет, понимая, что лучше в воду. Разбиться о темную зеркальную гладь, утонуть – все лучше. Ветер ударил откуда-то сбоку, едва не сбив с парапета. Пригнувшись, Мариуш удержался на полусогнутых коленях, но следующий порыв толкнул в спину, потом в грудь, в другой бок. Холодный, горячий, упругий и падающий вихрем со всех сторон… Ветра играли с ним, не давая слететь с моста, поддерживая, кружа и толкая. А на мосту четыре химеры играли с кадавром, словно четыре кошки с загнанной мышью. Прыгали вокруг, мелькали и кружились, толкали друг к другу тяжелыми лапами. Кадавр, оскалясь и хрипя, пытался отбиваться, рвал воздух пальцами, но по бронзе его руки лишь скользили. И Мариуш, задыхаясь от бьющего в лицо ветра, смотрел, как небрежно и жестоко выхватывают клыкастые пасти куски плоти, не давая нежити упасть.
- Хватит, - услышал он свой голос будто со стороны и снова крикнул, пронзительно и жалко. - Хватит, прошу!
Одна из химер, оказавшаяся ближе, подняла голову, обернула к нему искаженное получеловеческое лицо. И кадавр, на мгновение покинутый мучительницами, тоже обернулся и глянул. Холодея, Мариуш дернулся, чтобы спрыгнуть на мост. Химера зарычала, басовито и гулко. Парапет под ногами Мариуша отозвался дрожью.
- Хватит, - повторил Мариуш, не обращая внимания, что ветер зло и жадно рвет развевающиеся полы камзола, треплет волосы, грубо толкает во все стороны.
Жертва и охотники смотрели на него, и ни у кого из них во взгляде не было ничего человеческого, лишь тьма и лунный свет играли тенями. Потом химера тряхнула мордой – и прыгнула. Сбив кадавра на плиты моста, приземлилась сверху, ломая кости, рванула шею и затылок, отскочила. Ее место тут же заняла другая. Окружив распластанное тело, бронзовые твари рвали его на куски, прижимая лапами и мотая мордами, как живые кошки. Через пару минут все было кончено. От посмертной оболочки тьера Майсенеша остались лишь несколько пятен на полированном граните – и четыре фигуры, лениво складывающие крылья. Ветер, затихая, в последний раз упругой лапищей толкнул Мариуша в спину – некромант слетел с парапета, приземлившись на четвереньки, торопливо встал. Сзади холод реки – темный смертельный холод. Впереди – бронзовые стражи. И рассвет – еле виден розовеющей полоской. Сглотнув, Мариуш заставил себя шагнуть вперед, на середину моста. Химеры смотрели на него равнодушно и даже – если не показалось – с некоторым любопытством. Одна мягко – струей ртути - перелилась поближе, села на задние лапы, склонив голову и заглядывая ему в лицо. Мариуш замер. Присмотревшись, химера тряхнула ушами, разведя их в стороны и немного назад, оскалилась, обнажив кинжалы бронзовых клыков.
- Благодарю за помощь, - немеющими от усталости и напряжения губами проговорил Мариуш. Поднял валяющуюся тут же рядом шляпу, стряхнул пыль, поклонился. Надел шляпу, подумав, что косметика наверняка размазалась и похож он сейчас в лучшем случае на паяца, а в худшем выглядит страшнее кадавра. Вот не зря даже химеры приглядываются… Нервно хихикнул. Химера опять встряхнула ушами, легонько толкнула его мордой, едва не впечатав в парапет, и бесшумно отошла, волоча по плитам длинный хвост с кисточкой.

[Твиллайт]

- Мне же никто не поверит, - сказал Мариуш, присаживаясь на парапет и вытирая лицо платком. – Ни за что и никогда…
- А вы так хотите, чтобы поверили, сударь?
Голос был смутно знаком и совсем не страшен. Мариуш неторопливо обернулся. В двух шагах стоял седой старик в сером сюртуке.  Одной рукой странный прохожий держал недлинный шест с обгоревшей паклей на конце, а другой рассеянно и ласково почесывал за ухом химеру. Бронзовая тварь осторожно подставляла голову, прикрыв глаза, расплывалась в жуткой улыбке и едва не мурлыкала. Вторая ожидала своей очереди, уткнувшись мордой в колени старика. Еще две подошли, встав по бокам и ревниво глядя на Мариуша.
- Фонарщик?
- К вашим услугам, тьер Коринза, - слегка поклонился старик.
- А-а-а-а… Э-э-э-э… - начал Мариуш, сбился и замолчал. Посмотрел на старика, ответившего ему лукавым и слегка насмешливым взглядом. На химер, отталкивающих друг друга мордами от фонарщика. Перевел зачем-то взгляд на опустевшие постаменты, ярко освещенные луной. И на фонарщика опять: седого сутуловатого старика в блекло-сером сюртуке, такого неприметного и невзрачного, что не сразу и разглядишь некоторые мелочи. Например, отсутствие тени…
- Тьер Юзеф? – наконец вымолвил Мариуш.
- Просто Юзеф, - улыбнулся старик. – В противоположность слухам, я никогда не был тьером. Происхождение – это еще не все, как вы недавно изволили заметить, мой юный мастер.
Встав, Мариуш низко поклонился, сдернув шляпу и отведя ее на вытянутой руке – как перед старшим по титулу или наставником. Старик снова с достоинством склонил голову, и Мариушу показалось, что его глаза блеснули удовольствием.
- Прекрасная ночь, не так ли? – промолвил он, подхватывая с мостовой деревянный ящик с инструментами.
- Подождите, - жалобно попросил Мариуш. – Прошу вас. У меня столько вопросов!
- Не на все вопросы следует отвечать, - мягко улыбнулся призрак великого архитектора. – Но… на некоторые…
- Почему они мне помогли? – выпалил Мариуш.
Юзеф слегка пожал плечами, вглядываясь куда-то мимо Мариуша, в ночь над рекой и городом.
- Разве вы не считали их живыми, мастер Коринза? Разве не приветствовали изо дня в день, ощущая искру жизни, которой я их нечаянно наделил?
- Я…они мне просто нравились, - признался Мариуш. – Они красивые. И это было забавно.
- Понимаю, - спрятал Юзеф улыбку в седые усы. – Но вежливость, даже из шалости, нравится всем. Вы приглянулись этому городу. А вот с Тадеусом Майсенешем они в свое время взаимно не поладили.  Город терпел, разумеется. Камни, стены, мостовые и фонтаны. Они молчали и ждали. У города редко есть выбор. Но он все видит и ничего не забывает. Учтите это, мой юный мастер.
- Я непременно учту, - пообещал Мариуш, чувствуя, как бежит по спине озноб. Четыреста лет… Юзеф жил четыреста лет назад! И до сих пор блуждает призраком по столичным улицам…
- Мэтр Юзеф…
Мариуш замялся, чувствуя себя дураком. Но все же снова заговорил под внимательным взглядом серебристо-серых глаз.
- Мэтр Юзеф, у вас неоконченное дело? Или вас держит что-то иное? Могу я что-нибудь сделать для вас?
- Не думаю…
Старый фонарщик покачал головой, совсем как Мариуш недавно, и его слова прозвучали эхом сказанного некромантом.
- Я остался, потому что любил этот город больше жизни и больше собственной души. Он и стал моей душой, собственно говоря. Так бывает. Благодарю за предложение, мастер, но я счастлив и не хочу иной судьбы.
- Понимаю, - отозвался Мариуш, глубоко вдыхая предутреннюю свежесть, наполненную запахом ночных фиалок и речной сырости. Похоже, ветер, дующий сейчас на мосту, смешал ароматы чьего-то сада и Кираны. – А что мне теперь делать?
- Вам? – удивился призрак, поправляя на плече ремни ящика. – Продолжать образование, полагаю.
- Я заложил собственную душу за дневники Майсенеша, - горько обронил Мариуш.
- Жалеете?
- Не знаю, - пожал плечами некромант. – Его, конечно, надо было остановить. Но отдавать душу я не хочу.
- Ну и не отдавайте, - неожиданно развеселился призрак. – Кто вас заставляет? Вы еще даже в наследство не вступили!
Он подмигнул ошарашенному Мариушу и продолжил:
- Тьеру  Майсенешу будет чрезвычайно затруднительно предъявить на вас права оттуда, где он сейчас…
Бронзовые твари, окружившие Юзефа плотным кольцом, как по команде, облизнулись.
- Что до остальных сторон, то время у вас еще есть. Используйте его с толком, юный мастер. И главное – продолжите образование… А теперь простите, но рассвет уже близко. Время гасить фонари…
Мариуш молча сидел на парапете и смотрел в спину удаляющемуся призраку. Фонарщик, надо же. Выходит в сумерках и уходит в них же… Химеры, окружив создателя, проводили его до границ моста. Две, возвращаясь, прошествовали мимо Мариуша: под бронзовыми шкурами переливались мышцы, толстые лапы бесшумно и мягко ступали по граниту, длинные хвосты волочились по плитам. Одновременно вспрыгнув на пустые пьедесталы, химеры совершенно по-кошачьи потянулись, выгибая спины – и застыли, отливая темной бронзой, как и положено.
Обернувшись, Мариуш посмотрел туда, где из-за острых крыш по небу плыли розовые полосы. Усталость навалилась внезапно, вязкой тяжестью, залившей ноги, плечи, голову… Заныл ушибленный где-то локоть, ему отозвалось колено…Он медленно сполз с парапета, поднял обломок шпаги, когда-то – сто лет назад, не меньше – брошенный в кадавра. Видимо, небесное железо пришлось мостовым стражам не по вкусу. Несколькими шагами дальше подобрал и эфес с частью клинка. Пригодится – можно перековать… Подергал перстень Майсенеша – тот сидел, как влитой. Значит, придется что-то решать с наследством. Прошел по мосту до самого конца, еле передвигая ноги. Сошел на мостовую. Остановился. Перед ним, прямо посреди улицы, сидел кот. Тот самый, безусловно оставшийся на той стороне Кираны. А впрочем – что странного? Уж после всего, случившегося этой ночью…
- Доброго утра, сударь мой кот, - едва ворочая языком, проговорил Мариуш. – Я бы с радостью пригласил вас к мэтру Бельхимеру, отметить победу, но сами видите…
Кот, склонив голову набок, немигающими глазами рассматривал Мариуша. Некромант вздохнул.
- Впрочем, если вас устроит мое скромное жилище, сочту за честь. Там неплохой диван, а в очаге живет настоящая саламандра, так что он никогда не гаснет. И можно договориться с молочницей насчет сливок.
Двинув ухом, кот встал, потянулся, совсем как химера, и, повернувшись, пошел рядом с Мариушем по мостовой, розово-серой от лучей встающего солнца.

[Convollar]

Замечательно! И ведь есть ещё и саламандра в камине. Химеры меня вообще очаровали. Спасибо, эрэа Твиллайт.

[Красный Волк]

Так вот кем оказался старый фонарщик! Да и кот, подружившийся с Мариушем, наверняка не так-то прост... Кстати, я, когда читала, подсознательно ждала, что именно кот героя и выручит - а вот про химер, завороженная бешеной динамикой повествования, как-то забыла. Хотя еще в начале рассказа были намеки-звоночки, адресованные внимательному читателю: они введены в сюжет далеко не просто так, "для красоты"...
Здорово! И какая идея замечательная-то: Мариуш по-настоящему любит свой родной город, любит так, что готов умереть за него - и город, у которого есть не только свои тайны, темные и светлые, но и своя живая, теплая душа, пришел ему на помощь. Почувствовав: сердце у парня - хорошее, честное и горячее. А его ошибка, едва не ставшая трагической... Что ж - на ошибках учатся. И некроманты - тоже.
  Спасибо огромное, эрэа Твиллайт! И так не хочется расставаться ни с этим героем, ни с этим миром... Требую продолжения!

[Твиллайт]

Спасибо вам, мои дорогие читатели.) Мне самой, если честно, понравилось гулять по этому городу.))) Конечно, продолжение будет. Это ведь не просто город, а столица страны. И там еще много интересных героев, так или иначе имеющих отношение к Мариушу и друг к другу... Там еще есть его лучший друг Дариус Ольшевский, которому тоже придется выбирать между жизнью и честью. И бывший взломщик и шулер Винце Кис, которого судьба тянет на путь исправления. И принцесса Лилиана, которую отдают в жертву страшному речному королю, но она сбегает и встречает собственную судьбу... И еще много-много кого, и все они требуют, чтоб я про них писала. А у меня же еще Хранитель! В общем, и чего меня не две?((( А лучше - три.
Но я еще обязательно скоро вернусь в этот мир, потому что Мариушу надо получить наследство. И его ждут в Опере, директрису которой преследует призрак последнего по счету покойного мужа.)))

[Tany]

Вот и я надеялась на кота, а тут такие замечательные химеры! Будем ждать продолжения волшебной, очаровавшей всех истории

[Aemilia]

Эрэа Aemilia, спасибо огромное.) Ради таких комментариев хочется писать как можно больше и лучше. Очень приятно, что ваше видение героев настолько совпадает с моим. Значит, я показала то, что хотела.)

Эрэа Твиллайт, взаимно Такой текст хочется комментировать подробно и от души
Спасибо Вам огромное за продолжение. Приятно, что "чуйка" меня не обманула, вот так и ждала все время, что фонарщик еще обязательно появится Знаете, на мой взгляд, фонарщик Ваша отдельная и очень большая авторская удача. Несколько предложений, полупрозрачные наброски - а портрет и характер видны, как на ладони. Бросается в глаза, что мастер Юзеф человек в первую очередь неравнодушный. Был неравнодушным при жизни, не изменил себе и после смерти. Человек удивительно теплый и удивительно какой-то... взрослый, что ли. Взрослый в самом лучшем смысле этого слова, человек, который может понять, который может дарить тепло даже бронзовым химерам, человек, который душой слился с городом. И очень как-то Вы красиво подобрали ему род занятий - фонарщик. Человек, который зажигает огни, рассеивая ночную мглу и он же тушит их, уступая место дневному свету.
Очень понравились метафоры, особенно зацепила голова, похожая на крышку сосуда и перетекающая, словно ртуть, бронзовая химера. А длинный хвост заставляет улыбнуться и я именно с хвоста вдруг увидела химеру перед собой.
Очень понравилась идея, что неупокоенная душа не справится с тем, кто уже одной ногой ступил за грань. И очень в характере Мариуша, что кадавр успел выбить у него обломок шпаги. Вот снова видно, как же он молод, как еще неопытен в жизни. Он думал, что ему нечего терять, думал, что уже отрекся от жизни, но он слишком любит город, любит жизнь, в душе, глубоко в душе, он не за гранью, он еще здесь, в жизни. И ему есть, что терять, хоть он и старается думать иначе.
А Майсенеш... заинтриговало, что он ждал Мариуша. Неужели этому человеку не безразлично его дело? Если так, его характер несколько сложнее и объемнее, чем мне показалось вначале. Тем интереснее.
Спасибо большое за объяснение про отказы мастеров! Теперь стало понятно
Про Мариуша продолжайте, такой человек не сможет жить без приключений
СПОЙЛЕРЫ

Эрэа, а можно у Вас попросить ссылку на роман, из которого этот эпизод? Очень зацепило, не хочу расставаться с этим миром

[Твиллайт]

А что кот, эрэа Tany?))) Он и так дважды Мариуша спас. В кофейне, а потом у моста... Ну и думаю, никуда Мариушу от этого кота не деться теперь.)  А то вдруг бы его убили - и куда бедному котику податься? Нет, за своим, выбранным, человеком, присматривать надо.)))