Сказка на ночь, или Сцены из частной жизни-II

[Tany]

Кошки явно писаны с натуры!  Эх Летицию бы в  помощь нашим мудрецам, спорящим по всем поводам во всех темах по ОЭ

[Эйлин]

Спасибо за  отзывы, эреа Артанис, эреа  Красный Волк, эреа Tany !

Эрэа Эйлин, с продолжением вас!
Летиция молодец, как быстро все сообразила, и насчет Рокэ, и насчет Дика, и даже относительно Раканов почти догадалась. Ни Марсель, ни Валентин не догадались, даже сам Рокэ, а вот она...

В отличие от них,  у  неё было  много времени и  мало дел и  мысли о другом  её не занимали.
 Потом она  много читала в  свое  время.  Хотя не  все  её выводы  верны, например, она решила, что Альдо - потомок Эрнани, поверила в отношении Ринальди,  преположила, что Дик  мог как-то предать Альдо.
 Да и   большую  часть из  своих  выводов  она отвергла, как  слишком невероятную.

Кошки явно писаны с натуры!  Эх Летицию бы в  помощь нашим мудрецам, спорящим по всем поводам во всех темах по ОЭ

О!  Летиция  совсем не спорщица. Она бы  предпочла  со всем  согласиться, но  осталась бы  при  своем никому не сообщенном  мнении.
 Кошки -   с натуры!  мои  сшибают не только  стулья, но и  меня. Госпоже Террел  повезло в этом  плане.

А ее фамильная брошка, мне кажется, должна будет сыграть дальше еще более яркую роль в сюжете...

Посмотрим.

[Эйлин]

СПОЙЛЕРЫ

2

    Стоя  у зеркала,  женщина  подумала, что хорошо хоть она   сама выполнила обещание, данное соберано, а  то ведь могла и   не дождаться его     кэналлийцев. А   собственно, что она  пообещала?
  -  Не беда. Так вы поедете? – он отошел  к лошади.
     А  Летиция вдруг, вспомнив   детство,   пробормотала  под нос:
     -  У нас   в одной  деревушке  верили, что если волос  тебе оставят  и крови  попробуешь, то судьбу разделишь.
     Герцог, занятый своими мыслями, её то ли не расслышал, то ли не обратил внимание.
     - Сударыня...
     - Да! Кровью клянусь,  -  пошутила она.

    Она же  пообещала  разделить судьбу! Знать бы  как  это  возможно. Герцог был   в  тюрьме, его  судили, а  она  спокойно жила и  ничего нигде  не обрушилось. Или      исполнение  клятвы   подразумевало  что-то еще? Как это – разделить судьбу?
    «Какая же  я глупая, -  схватилась за голову  женщина, -    пообещать сделать неизвестно что!»
     Летиция  и  сама  не знала, что   теперь делать.  Вдруг она  каким-нибудь  образом  нарушит эту  клятву, сама  того не желая? И  что тогда? У неё  вроде бы  нет никаких  земель, если  не  считать  брошенный  дом  с  садом.  Только будет  нехорошо, если на его месте  возникнет яма.
     Деньги  хранятся в  Урготском банке. Маловероятно, что из-за них    разрушится банк.  На   съемный дом правила,  кажется, не  действуют -  Окделл же  не  провалился  вместе  с домом  Алвы.
     Кошки и  Хасинта  с Фелипе! Вдруг  они  пострадают! Летиция  и  сама  не знала, что   теперь делать. 
 Хотя, возможно, в этом мире  мужчин  данная женщиной  кровная  клятва не  имеет никакого значения. Ведь, если верить древним, – женщина  всего лишь сосуд, а   что с  сосуда  возьмешь? Впрочем, чувствовать и думать женщины  умеют, в отличие от кувшинов, к  примеру.  Наверно, женщин  кошки Чужого придумали. И горит до  сих пор  в    женских душах  закатный огонек.
     Как бы то ни было,  лучше    все же  обратиться  к тому, кто знает о таких  вещах гораздо больше, чем она. То есть  надо найти Рокэ Алву.

     Госпожа  Террел решительно направилась  к столу и   взяла  лист  бумаги. Написать  дарственную  на  часть имущества  Хасинте было  нетрудно, столь же  быстро  она написала  завещание  ей же на  остальное   имущество.
    Следующим  было  письмо  к отцу  Константэну  с просьбой  приютить  у себя  Хасинту и  кошек.  Госпожа Террел  была  уверена,  что  священник  не  откажет   ей  в помощи.  Потом  она  поедет  искать Алву.  Учитывая  все обстоятельства,  она просто обязана  найти  человека,  с  которым   её  связала     такая  опасная и  непонятная  клятва.
     Когда  все было  решено, на душе  сразу же стало легче. Летиция решила   отправиться  к Валмону. Пусть   старый  граф удивляется  внезапно поумневшей даме. В любом  случае он поможет найти  Алву, если  не захочет, чтобы   его дом  постигла   какая-нибудь беда. Мысль не была  лишена  некоторого злорадства. Женщина  на  самую  чуточку   устыдилась недобрых  чувств, но  поставить   графа  в  тупик ей было бы  приятно. Учитывая  действия  виконта Валме,  граф должен  понять всю  сложность её  положения. Бертрам Валмон  ценит  свои  астры, вот  пусть и  побеспокоится о них.
     От    дальнейших  размышлений женщину   оторвал  Фелипе.
     - Дора Летиция,  в  шкатулке оказалось  потайное  отделение для  бумаг.  Но там ничего не было, кроме  вот этого  кусочка, -   молодой человек  смущенно  протянул  ей сложенный  в несколько раз тоненький листок  бумаги.   Бумага потемнела от времени,  чернила  почти  выцвели, к тому  же  края были  оборваны.
      - Спасибо, Фелипе, положи  его обратно в  шкатулку, -   старинные записки  интересовали  сейчас   Летицию  меньше  всего.
      -  Фелипе, ты  ведь любишь Хасинту и хочешь на ней жениться? -   строго посмотрев  прямо  в глаза  кэналлийца,  спросила женщина.
      - Да, дора. Люблю, больше  жизни, -  Фелипе, чуть покраснев, вскинул  голову.
     - Я хочу, чтобы  вы  поженились, -  мягко  сказала же нщина.
     - Спасибо, дора, но соберано…
     - Соберано разрешит. Ему  написал  граф  Валмон. Но, мне  кажется, ждать не стоит. Позови Хасинту.
     Девушка тут же  вбежала в  комнату, словно почувствовала, что речь  идет о ней.
     - Хасинта! -   воскликнул Фелипе и  взял  её  за руки.   Девушка  все   поняла  сразу же, её смуглые  щеки окрасил  румянец, и  она  посмотрела  на     молодого человека  сияющим  взглядом.
     - Будьте  счастливы, дети  мои! -  воскликнула  Летиция. – Живите  в любви, делите  радости  и  горести  на двоих!
     Молодые  люди, взявшись за руки,  опустились  перед ней на колени. Достав из  сундука  старую  потемневшую от  времени  икону  святого Адриана, госпожа Террел   благословила  их. Эту  икону  ей, навсегда  покидавшей осиротевший  после  смерти  бабушки  дом,   отдала  старая  служанка. Лик   святого был еле   виден, но от   него  исходил    какой-то  свет. «Намоленная», говорили о  таких  иконах в   краю  ее  детства.
     - Спасибо, дора! -    дрогнувшими голосами  проговорили   оба.
     - Это  самое  малое, что я  могу  для  вас  сделать, -  смахивая  слезу, проговорила  женщина и  тут же  строгим  голосом отдала  приказания.
     -  Хасинта, я  поручаю тебе  своих  кошек.  Завтра  утром Фелипе отвезет  меня  в  поместье  Валмонов. После этого он  вернется  сюда  и  вместе  с тобой отправится к   отцу  Константэну. Там  вы обвенчаетесь, и  ты останешься ждать Фелипе, который,  полагаю, присоединится  к отряду  рея  Эчеверрии.
     Кэналлийка очень внимательно  смотрела на дору,  прикусив губу. Фелипе же решил  спорить.
     - Дора Летиция, мы не можем  пожениться без  разрешения соберано. И я не могу  оставить вас одну.
     - Фелипе, -  женщина  провела   рукой по волосам, - прошу тебя, сделай,  как я  сказала. Считай, что  сегодня  я за  соберано. Он не обидится, поверь. И ты не оставишь  меня одну. Валмоны   смогут обо  мне  позаботиться.
     Молодой  человек     явно не  собирался  быстро сдаваться, но тут   вмешалась Хасинта.  Раскрасневшаяся, она      твердо  сказала:
     - Фелипе, надо сделать так, как говорит дора. Её  ведет любовь, и   мы  должны  ей  подчиниться.
     Молодой  человек  склонил голову  и  не  стал  спорить. 
     Как же  все  просто, когда ты  молод  и  влюблен!

[Красный Волк]

По поводу закатного огонька, горящего в женских душах - ой, до чего же в точку!
А письмо, хранившееся в потайном отделении шкатулки, Летиция, судя по всему, зря оставила без внимания...
С нетерпением ждем продолжения, эрэа Эйлин!

[Laeta]

Спасибо, эрэа Эйлин! Здорово!

[Эйлин]

  Благодарю вас за   отзывы, эреа Красный Волк, эреа [bLaeta][/b]!  

По поводу закатного огонька, горящего в женских душах - ой, до чего же в точку!
А письмо, хранившееся в потайном отделении шкатулки, Летиция, судя по всему, зря оставила без внимания...
С нетерпением ждем продолжения, эрэа Эйлин!

  Про  письмо  еще  будет.   На  закатный  огонек навела   ария из "Сильвы"
   Спасибо  Вам  всем, кто  читате  и   пишет комментарии  за  ваши  добрые  слова. Побуждаете  продолжать, не  даете бросить не окончив. 

[Tany]

"Частица .. кошки  в нас!"

[Sveta]

да, да... давайте дальше!!!

[Convollar]

Эрэа Эйлин, спасибо за продолжение - я порядком пропустила, зато теперь прочла всё сразу. Вы выстроили замечательный, динамичный сюжет и когда читаешь, видишь перед собой всех персонажей. Спасибо и ждём продолжения!

[Nicael]

Наверное, собираясь в дорогу, Летиция на всякий случай прихватит драгоценности вместе со шкатулкой? 
Жду продолжения!

[Эйлин]

 Благодарю за  прочтение  и   тепкомментарии, эреа Tany, эреа Sveta, эреа Convollar , эреа Nicael!
Продолжение следуетСПОЙЛЕРЫ

Глава 22. Тени и   пепел.

"Звенит  высокая  тоска...(с) "

1

     Фелипе не хотел  уезжать, оставляя  дору на  постоялом  дворе одну, но  госпожа Террел сумела   убедить  его, что за ней  скоро  приедут от  Валмонов. 
    - Если  меня  спросят  про  вас, дора, что я должен говорить?
   - Фелипе, скажи, что  я  отправилась к     соберано, -  улыбнулась женщина. – Я на  самом  деле  отправлюсь к нему.
   - Значит, Хасинта  все же права?
   -  Всех нас  что-то  ведет – любовь или долг. Будь  счастлив  с Хасинтой! Не откладывай  свадьбу. Жить надо  сейчас,  потом  будет поздно.
   
    Проводив  кэналлийца, Летиция стала ждать  вечера. Войти к Валмонам  она  решила с  черного хода.  Известие о    внезапном возвращении   виконта Валме её  несколько    озадачило. Разумеется,     он мог  вернуться, чтобы  навестить   заболевшего отца или  его мог  послать с поручением  к Проэмперадору Эпинэ регент, но все же  на душе  было тревожно.
   
    В любом  случае она не  собиралась  встречаться  сразу с  двумя Валмонами. Это было бы  слишком даже для неё.  Они  легко  заморочат ей  голову, а   Летиции   была   нужна  правда, а не   красивая правдоподобная ложь. С одним  Валмоном она  как-нибудь справится и лучше,  если это будет  виконт. Он  моложе и был  рядом  с  герцогом.
    Внучок    хозяйки  постоялого двора вызвался за  небольшое   вознаграждение    проводить даму в  поместье и  показать ей    лаз в  ограде. Так  вот графини  и становятся  нарушительницами  чужих границ. Недаром говорят – любовь зла.
    Ожидая наступления  темноты,  Летиция  поправила  прическу, приколола с  внутренней  стороны платья брошь, и от нечего делать стала   перебирать материнские бусы. Кошки  сократили  их  почти  вдвое. Некогда  длинная нитка теперь едва застегивалась на шее. Женщина  приложила  к  себе бусы,  - несмотря на  платье, ощущение  было  неприятным. Она  сняла  жемчуг и посмотрела на  него. В  бусинах  чувствовалась некая обреченность. Летиция  усмехнулась   странному  впечатлению -  какая  может быть обреченность в жемчужинах? Просто нервы  расшалились  и воображение  разыгралось.
    Укладывая в  шкатулку  украшение, женщина    обратила  внимание на небольшой  кусочек  бумаги. Его тогда  обнаружил  Фелипе   в  потайном месте.
    Пожалуй, стоит  посмотреть, что  там.
    Госпожа  Террел  осторожно развернула потемневший  листочек  бумаги.  Обрывок  письма, написанный на  гальтарском. Интересно.  Чернила  выцвели от  времени,  бумага  истерлась, на  сгибах совершенно  невозможно было   разобрать написанное. Почерк был   мелкий, четкий. Писавший  явно был  уверенным в себе  и рассудительным  человеком. Только  первые  строки, которые  женщина  смогла разобрать, говорили  совсем о другом.
      «... насколько  я  хуже и ниже  тебя, Зимушка. Ты  все  понимаешь, прощаешь, ничего не просишь и   лишь щедро  одариваешь любовью, а  я… ничтожный раб  своего долга,  живущий  редкими  встречами с тобой, мечтающий лишь    посмотреть в  твои подобные  снеговым  тучам  глаза и  зарыться в  серебряный  иней  твоих дивных волос. Ты любишь  меня  теперь в  четыре  раза  меньше, чем  прежде, но  все  же в шестнадцать раз больше, чем  я того достоин…»
     Следующие  строчки разобрать было невозможно.
     «... он  сделает все, как  я  скажу. Прими хотя бы  ради  ребенка, которого ты   носишь… Своё дитя,  я обязан   обеспечить…»
    Дальше   кусок  был  оторван. На обороте  женщина  смогла разобрать лишь несколько  фраз.
«... подчас  мне   кажется, что я  подобно…   поднялся из глубин, схватил тебя  всеми  щупальцами  и, нарушив твою безмятежность,  утащил  с собой на дно... Зимушка, я  приеду  и обниму  тебя  и ребенка…»
   
    Летиция  улыбнулась,  поднося  письмо  к  огню в  камине. Бумага  вспыхнула   мгновенно, пламя даже    обожгло   женщине  пальцы.  Дуя на них, она  вспомнила, как   бабушка  однажды  ей  сказала:

     - Хочешь знать, кто  был  твоим  дедом?
     - Зачем? – ответила она тогда. – Да и   никто  тогда  не  разглядел  лица  того мужчины.
    - Я  - не Гвенда. Думать и   спрашивать   умею, - отрезала старшая Летиция. – Выяснить оказалось легко. Я всего лишь  узнала, кому  служил  муж Козимы, и    муж той дамы, которой  отдали  Терезу.  Хотя, ты  права – кем был твой дед,  особого значения не имело. Козима  меня  интересовала  больше. Только  странная  особа не оставила  следов. Откуда  она  появилась, знали, наверно, лишь   её   возлюбленный да  его  слуга.

    Тогда Летиция не  пожелала  узнать имя  деда. Оно  ей  было не нужно, как не  нужно и  сейчас. А  чужие  тайны  пусть умрут и  будут  надёжно  похоронены. Двое   любили  друг друга, а   теперь   ничего от той любви не  осталось. Лишь прах и  пепел.
    Все  мы лишь тени,  пришла  в голову    навеянная  вчерашним  сном мысль.  Ей тогда   приснилось  нечто   странное.
   Летиция  бежала по    едва  освещенному  серым светом коридору. Внезапно  стены начали  сужаться,  но страха не было. Чем ближе  сдвигались стены, тем  тоньше   становилась она  сама. Все это напоминало  странную  игру. Под ногами что-то неприятно   хрустело, но     посмотреть  вниз не было  времени. Стены  все сжимались, и  вот уже  осталась лишь тоненькая  щелочка.  Но женщина  добежала до  выхода. Тенью выскользнула Летиция из  сжавшегося  коридора, тенью улетела  она  в  темное   звездное  небо.     
   Сон принес смутную тоску по  чему-то несбывшемуся.

[Tany]

Ох, чувствую, Марселю предстоит выдержать серьезный бой.  Это не с Валтазаром общаться

[Красный Волк]

Тоже с нетерпением жду встречи Летиции и Марселя. Ох, это будет что-то!

[Эйлин]

Эреа Tany, эреа Красный Волк! Премного  благодарна!
 Марсель будет  позже. Еще  немного продолжения.

СПОЙЛЕРЫ

2

     Дорога,  по  которой  вел  её   вихрастый  мальчишка, была  безлюдна. Доведя женщину до небольшого лаза в    каменной  ограде,  парнишка заметил, что  сейчас здесь  все очень хорошо охраняется,  и дальше  он лезть не   рискнет.  Летиция  выдала ему пару   монет и отпустила.
    Оставшись одна, женщина  призадумалась. Быть схваченной  ей  совсем не хотелось, но и  входить с  парадного  крыльца  сегодня  уже было бы  неприлично.
     Госпожа  Террел  подняла  глаза  к небу, словно надеялась найти  там  ответ.  По темному  небу плыли тучи  странных очертаний, то    светло-серые и  мягкие как  клубы  дыма, то   резкие  и  черные, как  обглоданные  огнем камни.  Кругом   было  сумрачно и  серо, деревья  казались нереальными  в  призрачном  лунном  свете. Лик луны, проглянувший  сквозь тучи,  был  красен, будто ночное  светило умылось в крови. По дороге   вдруг заметались тени, как   испуганные птицы. Облака стали  чуть светлее и прозрачнее и опять закрыли   луну. Тени  все  продолжали  метаться по земле  и по небу, пронимая  странные, причудливые  очертания.   Одна из них, вдруг  взмыла   до  верхушки  дерева. Странная  тень, так  похожа  на  кошку – огромную кошку. Тень  ухмыльнулась, почудилось  женщине.
     - Забавно, да? – с досадой тихо  произнесла Летиция. – Помогла бы лучше  пройти  незамеченной.
     Тень спустилась ниже и  слилась с  еще одной, большой  и  черной, отходящей от дерева.
     Госпожа Террел вздохнула и   полезла  в  щель. Странно, но до дома  Валмонов  она добрались  никем  не увиденной.
     В одном  из окон особняка горел  свет. Летиция хотела  постучать в окно, но  пожалела   цветочки на  клумбе. Пройдя  еще   чуточку, она  стукнула  в дверь. Вышел  пожилой  слуга. Женщина  велела ему проводить  её  к  виконту Валме.
     - Почивать они  изволят, - сообщил слуга, удивленно     рассматривая внезапно появившуюся  женщину.
     - Ничего подобного, - возразила дама. – В окне  горит  свет. Проводите   меня  к виконту.
     Слуга  послушался  приказного тона  и  пошел  докладывать.  Летиция не  стала  дожидаться приглашения  и  пошла  следом.

[Красный Волк]

И снова - спасибо от души, эрэа Эйлин! Удивительно красивый получился эпизод - хотя и нарисованный мрачными  и тревожными красками...
Дружба с закатными кошками - дело, что и говорить, подчас очень полезное . А то, что с Рокэ стряслось что-то весьма скверное, Летиция, мне кажется, сейчас поймет уже с порога - по одному виду Марселя...