Записные книжки

Ведьмина ночь

Маркиз Ромеро Лансере ехал в одиночестве вдоль морского берега. На каменистый берег то и дело накатывали небольшие волны и оставляли пену на булыжниках, солнце играло на водной поверхности, и от этого галька на дне переливалась всеми оттенками радуги. Прибрежные скалы, увитые плющом и диким виноградом, нависали над бухтой подобно крепостным стенам, маркиз, запрокинув голову, щурил глаза на яркий свет дневного светила, длинное страусиное перо на его шляпе покачивалось в такт шагу лошади.
В высоком лазоревом небе летали чайки, их крики заглушал прибой, пахло солью и высохшими на солнцепеке водорослями. Маркиз растянул губы в блаженной улыбке, потом лениво приоткрыл глаза, еще немного полюбовался на пейзаж и спешился.
Сапоги зашуршали по гальке, маркиз привязал лошадь за поводья к небольшому кривому деревцу, растущему прямо из скалы, потом подошел ближе к воде, картинно снял шляпу, расстегнул пуговицы на жилете, стянул белую полотняную рубашку через голову, потом сбросил высокие сапоги, попробовал воду, и лишь потом разделся полностью и зашел по пояс. Постояв немного, он нырнул с головой и скрылся в синеватых соленых волнах.
Небо на западе начало розоветь, и нечеткие тени стали гуще и темнее. Ромеро откинул с лица влажные волосы, и солнце отразилось в капельках соленой воды, сделав иссиня-черную гриву серебристой.
- Красивый ты, вот сижу, любуюсь, глаз отвести не могу,- раздалось с берега. Маркиз вздрогнул и резко обернулся. Прямо на камне, где он оставил одежду, сидела девушка в красной юбке и с белым цветком в волосах.
Ромеро закатил глаза, только девушек ему сейчас не хватало. Стоило сбежать от бесконечных графинь и их дочерей и уехать в родовое имение матери, где он ни разу не был раньше, как появляется бесстыжая селянка.
- Ты что-то здесь забыла?- не слишком вежливо бросил маркиз, который как раз собирался уходить.
- Нет. Зря ты приехал, будет буря.
Что за бред она несет? Какая, к черту, буря?
- Мне нужно одеться, будь добра…
- Лови!- и девушка кинул прямо в воду его вещи.
- Ты что творишь?- начиная злиться, крикнул он, вытаскивая мокрую одежду из воды.
Девушка рассмеялась, вынула цветок из волос и бросила в воду.
- Будь осторожен, маркиз. Ночь костров близко, ведьмы вскружат тебе голову.
- Что ты несешь? Я ничего не понимаю,- Ромеро, стоя прямо в воде, натянул мокрую одежду и вышел на берег. С него ручьями текла вода, а глаза горели изнутри, он походил на морского демона.
- Поймешь, маркиз, когда затанцуешь у костров под звездами под гитару, когда голова затуманится гранатовым вином, а сейчас поцелуй меня.
Она прыгнула с камня и оказалась рядом с ним. Ее губы были горячи, а глаза горели, будто угли.
Когда она ушла, солнце уже почти село, а море отливало пунцовым. Мокрая одежда высохла и оказалась покрытой коркой соли.
- Я буду ждать тебя, маркиз, потанцуем еще в вихре ведьминых костров.
Девушка пропала так же внезапно, как и появилась, остался только покачивающийся на волнах цветок. Ромеро вынул его из воды и сжал в кулаке, потом отвязал лошадь, вскочил в седло и дал шпор.
Лошадь сорвалась с места и галопом прямо по прибрежным камням поскакала прочь. Из-под копыт сыпался град камушков.
От запаха морской воды и цветов кружилась голова, из которой совершенно вылетели бессмысленные слова девушки. Ветер бил в лицо, и волосы развевались за спиной.
Надвигалась буря и ведьмины пляски.

Солнце алеет над пеной морской,
Танец закружит тебя, мой герой.

В хижине стоял запах сушеных трав, свет лучины выхватывал из темноты стол и сидящую за ним женщину с седыми волосами в цветастой шерстяной шали. В ее шершавых коричневых пальцах были карты.
- Играешь, все играешь? А кто за игры платить твои будет? – старуха, не оборачиваясь, обратилась к вошедшей.
Девушка, легко, словно танцуя, прошла на середину комнаты, гордо выпрямившись, взглянула женщине прямо в глаза.
- Красивый маркиз приехал, полюбился он мне.
- Зара, доиграешься ты, выберет его хранительница в ночь, как есть выберет. Ты не любишь его, зачем смерти его хочешь? Быть ему королем в ведьмину ночь, карта легла. Карты, не люди, не врут.
Девушка вскинула голову, тряхнув длинными жгуче-черными волосами.
- Да что ты врешь, старая ведьма! Не бывать этому, чужак маркиз, не придет на танцы к скале. Да и не переманить хранительнице моего кавалера, будет он моим.
Старуха прищурила блеклые глаза, окруженные паутиной морщин.
- Держись-ка подальше от этого удальца и тем более от хранительницы. Она своего избранника не отпустит никогда, хоть в ногах валяйся у нее. А любишь молодца, гони прочь, пока пляски у костров не начались.
С этими словами она бросила колоду на стол, поднялась и ушла в глубь хижины, а девушка опустилась на пол, прижав ладони к вискам, потом запела.

Воды соленые гонит волной,
Что же ты грустен, мой смелый герой?

В конюшне Ромеро встретил виконта Одре, приехавшего вместе с ним. Молодой человек, завидев друга, просиял и сходу набросился на маркиза.
- Представляешь, тут такие красотки, все черноглазые, смуглые, улыбаются, и ни одна с меня глаз не спускала, пока я ехал вдоль виноградников. Одна с кувшином на голове подошла и говорила, что сегодня ведьмины пляски!
Ромеро усмехнулся, провел рукой по ссохшимся от соли волосам.
- Строптивые тут красотки, друг Аленс, но горячие… Не отказался бы я с ней…- внезапно маркиз осекся, лукаво прищурившийся товарищ не спускал с него глаз…
- А ну выкладывай, ловелас, вижу, даром времени ты не терял…
Из соседнего стойла раздалось ржание: кобыла встала на дыбы, когда конюх случайно слишком сильно скребанул щеткой. Это был пожилой селянин с седой бородой и в выцветшем костюме.
- Барин, ты что же к ведьме ходил?
Ромеро не сразу понял, к нему ли обращены слова конюха.
- Что, Марсело, ты говоришь? К какой ведьме?
- Ведьмина ночь сегодня, барин, лучше бы вам прочь ехать.
- Мы не можем ехать,- встрял Аленс Одре.- Мы с твоим барином приглашены на пляски, там будут и наши моряки, их корабль как раз швартовал утром.
Конюх вышел из стойла, косо посмотрел на молодых людей.
- Ты не трогал эту ведьму-то? Навлечет беды на тебя.
- Да на черта сдалась мне твоя ведьма? Ступай прочь, сами разберемся,- зло проворчал маркиз, вызвав приступ смеха со стороны виконта и новый косой взгляд от конюха.
- Идем, виконт, у нас долгая ночь впереди.
Когда они проходили по веранде дома, увитой плющом и диким виноградом, Аленс с не предвещающим ничего хорошего выражением лица вдруг резко остановился, отчего Ромеро налетел на него и повалил изящный плетеный столик, на котором стояла ваза с фруктами и вино.
- Черт тебя подери, из-за твоей неповоротливости мы лишились целой бутылки прекрасного урожая!- траурно возопил Аленс, созерцая алые брызги на деревянном полу и осколки зеленого стекла.
- Моей неповоротливости?- возмутился Ромеро.- Да это ты встал посреди дороги в самый неподходящий момент! Вы нанесли оскорбление потомку великого древнего рода Лансере, сударь, я вызываю вас на дуэль! – воскликнул он, схватив розу из вазона наподобие шпаги и встав в стойку. – Защищайтесь!
Аленс прыснул со смеха, но, мигом вернув лицу серьезное выражение, тут же схватил другую розу и немедленно перешел к атаке…

- Туше! – торжествующе воскликнул маркиз, указывая черенком цветка прямо в лицо противника. – Теперь, когда справедливость восстановлена, просто необходимо обзавестись новой бутылкой превосходного красного вина и отпраздновать мою победу.
Аленс захохотал, потом, сломав розу пополам, засунул соцветие за ухо.
- Твою победу… Да я поддавался! Ты и вполовину не так хорош как я!- с лукавым видом сказал он, наклонился, подобрал с пола апельсин, принялся его очищать.
- Молчи, презренный, - засмеялся Ромеро,- Лучше пошли, разорять фамильные погреба, одному черту известно, что там хранила моя матушка.
Он положил руку на плечо Аленса, и они вдвоем, все еще смеясь, вошли в дом. Одежда плохо гнулась от пропитавшей ее соли.
- Так ты, правда, не трогал эту твою ведьму?
- И ты поверил?- Ромеро запрокинул голову в приступе смеха.- Как я мог пропустить такую красотку?

Ведьмина ночь

Звуки гитары, вино лей рекой,
Пей и танцуй, мой грустный герой.

Девушка сидела на самом краю обрыва и смотрела на ночное море, ветер доносил соленые брызги и шелест волн. За спиной то и дело раздавались поспешные шаги таскавших дрова для костров виноградарей. Откуда-то доносились редкие гитарные аккорды. Девушки еще не пришли, их шумная компания появится одновременно с матросами. Зара видела, как утром в гавань вошел трехпалубный корабль, его белые паруса под палящим солнцем казались ослепительными. Тогда она стояла на скале и махала морякам красным платком.
Зара улыбнулась своим мыслям и не заметила, как рядом с ней опустился на землю Роман.
- Думаешь? Чего ждет эта ночь, Зара, не знаешь ли? – Роман был сыном главы клана ведьм; старуха его ненавидела, а он всегда смеялся ей в лицо.
В ведьмину ночь Роман всегда играл на гитаре и пел старинные песни, услышанные от странствующих бардов. Он не пропускал ни одного, и, если они забредали в их провинцию, не отпускал, пока те не обучали его своему репертуару. Сейчас юноша походил скорее на черта, чем на певца: черные очень длинные волосы выбились из косы, жгучие глаза пылали ведьминым огнем, белоснежные зубы выделялись на смуглом лице. Вся его ленивая осанка источала превосходство
- Певец, ты ли это? Ты похож на влюбленного петуха. Где твоя гитара? Играй же мне! – нарочито беззаботно воскликнула девушка.
Роман откуда-то выудил слегка пыльную бутылку вина и выбил пробку, из горлышка пошел дымок.
- Я и есть влюбленный петух! Выпьем же!- Он отхлебнул из бутылки и протянул ее девушке, Зара сделала небольшой глоток. Она ждала маркиза.
- Да я тебя не узнаю! Мы должны быть пьяными и веселыми, а не как…
Именно в этот момент раздался громкий смех и песни. На плато поднялась компания моряков, их пьяные, раскрасневшиеся лица были видны в свете разгоравшихся костров.
Зара вскочила, оправила платье, но маркиза среди веселящихся не было. Звезды горели маленькими огоньками на черном южном небе, она различала сплетения Кассиопеи.
- Поют моряки, девки ваши тоже поют, а я не хочу сегодня петь. Пойдем к морю?- Роман снова отпил из бутылки, потом положил руку ей на плечо.
Маркиз обещал придти, но не пришел, если она сейчас уйдет, ничего не изменится.
- Пошли, шторм будет под утро.
Он вскочил на ноги и протянул ей руку, они спустились вниз по извилистой дорожке, выбитой в скале, запах моря стал сильнее, ветер доносил мелкие брызги.

Ветер поет над суровой скалой,
Пой вместе с ним, мой отважный герой.

В темноте издалека заметны были костры на плоской скале у моря, маркиз привстал на стременах, потом обернулся к виконту.
- Весело там у них! Прибавь ходу, Аленс, а то ночь пройдет без нас и моя ведьмочка улизнет куда-нибудь с молодым виноградарем!- он засмеялся. Лошадь шла шагом, сзади раздавался стук копыт лошади виконта.
Аленс Одре неохотно пришпорил коня и поравнялся с Ромеро.
- А, может, не поедем, а? Поздно уже и луна нехорошая. Выпьем дома, а?
- Ты суеверен, как старая бабка. Не хочешь – не езжай, а меня ждут.
Он дал шпоры коню и поскакал к темнеющим скалам. Виконт подождал пару секунд и нагнал товарища, но сомнения не оставили его, и он уже не был таким веселым, как в начале их вылазки.
Высоко в скалах жутковато выл ветер.

Полыхали костры и столпы искр то и дело взмывали к звездному небу, пахло морем и вином, моряки и девушки танцевали вокруг огней, а виноградари и красивые женщины в пестрых юбках кружились в бешеной пляске, отовсюду лились песни, горы фруктов и чарки с вином были везде. Ромеро глазами искал девушку с белым цветком в волосах, виконт уже давно ушел танцевать, теперь лишь изредка мелькала его шляпа с пером.

Манит нас небо далекой звездой,
Выпей со мною, мой нежный герой.

- Кто здесь?- Ромеро резко вскочил с места и принялся вглядываться в темноту. Блеснули веселые зеленые глаза и яркий цветок в волосах.
- Я ждала тебя, маркиз. Пошли на скалы, там всюду, куда ни глянь – видно море. Море и звезды, я спою для тебя, маркиз.
Он, околдованный, опоенный вином и ароматом костров ждал лишь ее.
- Я твой, ведьма, веди меня.
Она улыбнулась и увлекла его за собой, мимо танцующих, к самой высокой скале.
Там, на черных камнях, подойдя к самому краю, она раскинула руки-крылья и взлетела в воздух.
- Чего же ты ждешь? Я жду тебя. Летим к звездам!- она вновь взмахнула руками и взмыла ввысь так, что Ромеро видел лишь темную точку на фоне звездной бесконечности неба.
- Постой, не уходи! Я не могу без тебя!- он оттолкнулся от уступа и упал вниз, на острые прибрежные скалы. Черная морская вода окутала маркиза, ведьма в небе рассмеялась и растаяла.

Зара слышала всплеск. Роман целовал ее шею, но тотчас перестал, едва она вздрогнула.
- Что с тобой?
- Нет-нет, ничего, продолжай.

Утром маркиз не вернулся, рыбаки видели тело у скал, но потом его унесло в море.
Зара стояла у кромки воды в той самой бухте, где впервые встретила Ромеро. По смуглым щекам текли слезы.
- Море испило тебя, Ромеро. Я всему виной, видит всевышний. Я ждала тебя, если бы не ушла, то хранительница не забрала бы твою молодую жизнь, пили бы мы сладкое перезрелое вино, смеялись, а теперь рыбы клюют твои глаза, маркиз, а ястребы – мое сердце. Не могу видеть море, эти скалы, этих людей… Права была старая ведьма, плохо мои игры кончились.
Она грустно улыбнулась. Сзади зашуршали кусты и показался бледный Роман.
- Зара, я искал тебя…
- Прочь! – зло сверкнула глазами девушка.- А, впрочем, прости, я не хотела. Я всему виной, Роман. И дорога моя теперь на север, там, среди льдов, вижу, новый горизонт меня ждет. Прощай теперь, расходятся наши пути.
Она подошла к певцу и обняла его худые плечи.
- Но как? Ты не можешь уйти, глава клана…
- К черту! Я теперь все могу, жертва моя отдана, я свободна как ветер.
Она тряхнула волосами и рассмеялась, хотя в глазах была грусть.

Виконт уехал спустя пару дней. На одном из постоялых дворов ему показалось, что он видел девушку, поразительно похожую на одну из приморских ведьм. Он улыбнулся ей, но она лишь махнула ему рукой, оседлала плохонькую клячу и уехала прочь по северному тракту.

Грусти здесь нет, ее смыло волной,
Что же ты плачешь, мой храбрый герой?