Проба пера (столетней давности).Проза

Ночь, разорванная воплями. Снег пятнается кровью, и они отходят. Дикари... Он знал, что они пожирают своих убитых. Несомненно пожирают, иначе с чего бы им каждую ночь жечь костры и выть что-то.
Сакфандру вновь досталось от их примитивного оружия. Нестрашно. Его найдут еще до того, как сдохнет генератор. Первая Штурмовая своих не бросает.
Руки привычно сжимают тяжелый пехотный лазер. За спиной - реактивный гранатомет "Смерч". Куда этим дикарям, одетым в звериные шкуры, до него - штурмовика Империи, вооруженного по последнему слову техники.

А вокруг - ночь. Ночь чужого мира. И звезды чужие, непривычные. Словно маленькие костры. Один в чужом мире. Ну ничего. Он - человек, а человек давно уже стал вровень с богами. Человек решает - жить чужим или нет.

Так он уговаривал себя, бредя по замерзшей пустыне уже который день. Впереди показался дым. Человек ускорил шаг, кляня себя за то, что по-дурному сжег горючее в реактивном ранце. Ладно, дым густой, значит - свои заметят. А зеленорожие получат свое - батарея лазера еще с полгода продержится. Будем жить.
Еще через день он увидел впереди горы. Вершина одной и клубилась тем самым дымом, что привлек его. А между двух отрогов блестело что-то, похожее на старую ракету - он видел такие в Музее НАСА. Может древняя экспедиция? Тогда там должна быть рация...

Чуть позже он понял - это не ракета. Даже не зонд, который их корабль сбросил при первом облете. Это - что-то абсолютно чуждое квадратной, рациональной архитектуре людей. Что-то непонятное, а потому - враждебное. Следовательно - оно подлежало уничножению.

Человек скинул с плеча гранатомет. Прицелился... И опустил оружие. Он понимал, что поступает неправильно - надо было нажать кнопку и утопить чужое здание в облаке перегретой плазмы. Раз - и все. Он вновь поднял гранатомет. И вновь опустил его. И с ужасом понял, что уже не сможет решить все вопросы вот так просто - одним пальцем на спусковой скобе.

Впереди к небесам вздымалась башня. Тонкий, острый стилет вспарывающий мягкое подбрюшье туч. Идеальная совершенством линий. Ведь будь в ней хоть что-то плохо - он не задумываясь выстрелил бы. Но башня была живой, живой и прекрасной. И белой, куда белее снега под ногами. Он сделал шаг, потом еще. Побежал, отбросив в сторону громоздкое оружие.

Он бежал. Не мог не бежать. А в наушниках настойчивый голос твердил: " Всем штурмовикам, всем штурмовикам. Покинуть зону отчуждения. Центр - неизвестная башня. Зона - плюс десять." Воздух раздирал вой.

Пилот бомбардировщика нажал на кнопку. Потом сфокусировал визир и заметил, что на ослепительно белой поверхности появилось уродливое черное пятно. Заметил и признался себе, что если бы не это, он никогда не смог бы запустить ракеты.

Человек, стоящий у подножия башни, отрешенно наблюдал как приближается термоядерная ракета.
Он не знал, что послужил причиной гибели этого чуда. Маленькое черное пятно на девственно белом фоне. Изъян в гармонии. Человек в чужом мире...

И взошло новое солнце. И вождь зеленокожих упал на колени и долго плакал. Он никогда не подходил близко к башне, ведь он знал - одно черное пятно может испортить все...