Империя Превыше Всего

[Lord Guan]

Бергмарк, село Санкт-Простоквашино. Месяц Зимних Молний, 400 г. К.С.

Юньчен сидел за рабочим столом, с тоской глядя на текущую корреспонденцию. Понять, что на самом деле творится в Кэртиане, из всех этих сообщений было решительно невозможно. Разведчик уныло перевел взгляд на висящую на стене картину. С картины ему злорадно улыбались кэналлийцы, пишущие письмо нар-шаду. Стало совсем тошно. Вдобавок ко всему не давало сосредоточиться пение под аккомпанемент гитары, доносившееся со двора ...

... Штейт а бохер, ун ер трахт,
Трахт ун трахт а ганце нахт.
Вемен цу немен ун нищт фаршемен,
Вемен цу немен ун нищт фаршемен ...

Напрасно Юньчен надеялся, что младшему из увязавшихся за ним оболтусов-монахов скоро надоест новое увлечение, и тот сменит кэналлийскую гитару на занятие, более подобающее брату Кляйнвальдского ордена. Куда там! Парнишка усердно тренировался каждый день, только репертуар его сменился, и теперь вместо "Рокэ-батяни" Юньчен мог наслаждаться шедеврами гоганского фольклора, которые юный музыкант выучил, надо полагать, во время совместных боевых операций с ребятами из Аш Назг ...

Да уж, Аш Назг ... Развернулись ребята на славу, ничего не скажешь. Вот, из Багряных Земель сообщают, что временное правительство государства Гох (читай - генерал Бен-Сильмариллион) объявило о создании Гохханского каганата на территориях самого государства и трех шадалыков^*, захваченных во время недавней войны дня Роха. С одной стороны, это неплохо для Империи, ибо теперь все шады близлежащих земель будут надолго заняты войной с Черными Львами и думать забудут о помощи своим талигским союзникам. С другой стороны ... О таких вещах все-таки принято предупреждать. Интересно, а что думает достославный Енниоль об имперских устремлениях своего генерала? Переписка с духовным лидером гоганов Золотых Земель странным образом прервалась сразу после того, как была достигнута договоренность об освобождении Робера, захваченного в заложники этой сумасшедшей Мэллит ...

... Мэйдл, мэйдл, х'вил бай дир фрегн,
Вос кен ваксн, ваксн он регн?
Вос кен бренен ун нит ойферн?
Вос кен бенкен, вейнен он трерн? ...

... Юньчен никогда не мог понять, почему такой популярностью среди несентиментальных, в сущности, бойцов Аш Назг пользуется эта странная песня, повествующая о страданиях гоганского юноши, который всю ночь мается и никак не может решить, с какой из девушек ему дружить, чтобы никого не обидеть, и при этом задает оным девушкам разные дурацкие вопросы. Однажды разведчик спросил об этом у старшего из сопровождающих его монахов, известного своими философскими изысканиями - тот в ответ прочел целую лекцию. Юньчен мало что понял, но в общем выходило, что в песне поется о трудности выбора и о вечных ценностях.

Угу, вечные ценности ... Гоганы установили на территории своего вновь созданного каганата невиданные доселе порядки. Каган выбирается голосованием народа. (Первым в истории каганом был выбран кто, как вы думаете? Правильно, генерал Бен-Сильмариллион!) При этом право голоса получили не только гоганы, но и жители трех завоеванных шадалыков, которым при шадах такая радость даже и не снилась ... Опасно это, очень опасно ...

Имам Сырдон тоже проповедовал равенство всех народов Сагранны, когда строил свой Бирисский Имамат - и чем все кончилось? Не продлил Отец Барс его царствие и власть. Ровно три месяца продержался имамат, а потом воинам надоело считать себя равными вонючим скотоводам, а скотоводам - кормить дармоедов-воинов. И снова запылала Сагранна, и вот уже эти умники из имперского генштаба готовят корпус ограниченного контингента войск для "наведения законности и порядка" в горах ... Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, с какой радостью воспримут это известие в Кан-Кульбабе ... Хорошо еще, что Бирлашингиз-кан со своими "людьми длинной сабли" подался наемничать в Талиг ...

А где, спрашивается, Империя будет теперь добывать ингредиенты для изготовления зажигательных снарядов по секретной технологии достославного Шимозиоля?

... Тум-бала, тум-бала, тум-балалайка,
Тум-бала, тум-бала, тум-балалайка,
Тум-балалайка, шпиль балалайка,
Тум-балалайка, фрейлех зол зайн!

... Эх, отнял бы кто у этого оболтуса его балалайку, да приставил его к какому-нибудь полезному делу! Да нет, после того, как боевые монахи были в полном составе приглашены на свадьбу дочери важного местного банкира и исполнили там под гитару "Я начал жить в трущобах городских ..." ^***, наш музыкант стал местной знаменитостью. Рассказывают, бергмаркские толстосумы просто рыдали, особенно им понравилось то место, где пелось "Вы вечно молитесь своим богам, И ваши боги все прощают вам ..."

Да уж ... "Фрейлех зол зайн!" Порадуешься тут, особенно после недавних известий из Ордена св. Андия^**. Сообщают, что внезапно Совет Ордена в полном составе подал в отставку. Отцы-командоры разъехались по своим замкам, где предаются медитации, а также написанию дневников и мемуаров. Для дела Империи это не просто неприятность - это катастрофа!

Вся экспансия Империи в Померанцевом море проводилась силами рыцарей Ордена. Эти непревзойденные моряки установили полный контроль над островами Бордноско-Фельпского архипелага, блокировали вражеское судоходство в регионе, без боя взяли Марикьяру. (Правда, "взяли" - это сильно сказано. Кто для них провел все переговоры с Предсовнаркома ООТ? Вот именно ...) Оставался последний удар - высадка в Кэналлоа. Ведь все, все было для этого готово - и беспорядки в ЗКК⁺, и возмущение рабочих из Сагранны убийством соотечественников, и гоганские добровольцы, рвущиеся отомстить за своих родных, репрессированных комиссарами ООТ ...

И вот теперь временная администрация Ордена объявляет о приостановке морских операций. Орденский флот отозван, заменить его Империи нечем - лучшая часть имперского флота под командованием адмиралов Тогоса и Камимураса сейчас в Порт-Эридани, на другом краю Золотых Земель. Большой Белый флот Бордона - там же (кругосветное плавание этим лопухам, видите ли, приспичило). Хоум Флит Империи понес тяжелые потери в осеннем сражении с объединенными силами Нар-Шада, и сейчас его уцелевшие корабли стоят на ремонте в гайифских доках.

Так бездарно слить такую комбинацию! И что мы теперь имеем в Кэналлоа? Рабочие-повстанцы в ЗКК, правительственные войска, части особого назначения ООТ. Все воюют против всех, ситуация полностью вышла из-под контроля. А тут еще сообщают, что отставной полковник армии Талига, граф Аста-ла-Виста, ранее известный в основном как публицист-либерал, объявил себя верховным правителем Кэналлоа с проэмперадорскими полномочиями и начал вешать комиссаров ООТ. Комиссары в долгу не остаются, а со дня на день на полуострове высадится добровольческий корпус гоганов - ветеранов боев в Багряных Землях - и тоже не с миротворческим целями.

Говорить об имперском десанте в этой обстановке уже не приходится. Как быть? Кэналлоа - ключевая стратегическая позиция, без ее захвата никакая экспансия вглубь Талига невозможна ...

(Продолжение следует)


--------------------

^* Шадалык - область в Багряных Землях, находящаяся под управлением шада.

^** Орден св. Андия - старейший рыцарский орден Золотых Земель. Подробнее о нем - в отдельном выпуске неоматчасти, который будет вскоре опубликован.

^*** Неофициальный гимн братвы младших уровней посвящения Кляйнвальдского монастыря. Отцы-настоятели долго и безуспешно с ним боролись, потом махнули рукой.

⁺ ЗКК - Зона Кэналлийского Канала. Этот судоходный канал прокладывался на перешейке, соединяющем Кэналлоа с материком.

[Twistress]

Нервно потирая руки, графиня смотрела в окно. В голове ее прокручивались принятые за день решения и формировались планы на будущее.

После долгого разговора с Модо графиня наконец-то уяснила себе "политический расклад" (по энергичному выражению молодого человека). Немедленно очертились первые задачи: поднять расквартированных в городе воинов против людей, которые называли себя "революционерами", организовать разночинный городской люд на помощь регулярной армии. Олларию необходимо очистить от комиссарской заразы (тут графиня с грустью вспомнила безвременно погибшего Джениуса ... о, как же черное воронье, безраздельно царящее на улицах города, оболгало и извратило его идеи о светлом будущем! И как это скажется на памяти самого юного Джениуса... Эх...).

Модо отправился с письмами, сочиненными графиней, к знакомым ее знакомых - командирам расквартированных в городе частей. За отсутствием незаконного короля и мало-мальски компетентного Королевского Совета власть в городе фактически принадлежала тому, кто был сильнее на каждой конкретной улице. Долго так продолжаться не могло.

Необходимо было вмешаться. Графиня не сомневалась, что военные люди не откажутся навести порядок в городе. Но делать это надо было организованно. Модо предложил разузнать местонахождения военных баз этих комиссаров, а также расположение их штаб-квартир. Графиня подозревала, что задача это не из легких, но Модо утверждал, что у него есть глубоко законспирированные помощники ( ).

В любом случае, координировать действия придется быстро, и организованно. В письмах графиня предлагала организовать "штаб-квартиру Сопротивления" (именно так ей хотелось называть планирующуюся акцию, поскольку в ней должен был принимать участие ... народ, да!) у нее в особняке. Верная служанка не откажется помочь графине и распространить сведения о готовящихся акциях в ремесленных кварталах. Графиня знала, что может на нее положиться.

Но вот кого бы послать за город? Не всякий человек решится на такое дело. Это должен быть кто-то незаметный, умный и в достаточной степени предприимчивый. Такой, чтобы произвел впечатление на этого фок Вальдштайна...
Графиня не сомневалась, что без поддержки небольшой армии, которая, согласно самым проверенным сведениям, уверенно двигалась к столице, успех запланированной операции невозможен.
Но столицу надо освободить. Свободная столица, сытая армия и вменяемое правительство - с такими силами уже можно будет оборонять родную страну.

... но кого же послать к Вальдштайну? Ответ на этот вопрос надо найти или до завтрашней полуночи - или никогда!

[Rochefort]

Дриксен, провинция Шлезвиг, лагерь центральной армии у деревни Цистердорф. 20 день Зимних Молний, 1 г. К. В.

Итак, господа, - кронпринц обвел взгляом притихших генералов, - вы понимаете на что мы идем и каковы ставки в этой игре. Готовьте армию к походу – выступаем завтра на рассвете. Ответственным за организацию марша назначается генерал Хойзингер, он ознакомит вас с диспозицией марша. – Принц поднялся из-за стола и, кивнув начальнику штаба, отошел к окну.

- Армия выступает в следующем порядке... – начал Хойзингер.

Рупрехт задумался. Нет слов, то, что они собирались предпринять недьзя назвать иначе, как авантюрой. Но раз за разом прокручивая в голове альтернативные варианты принц приходил к выводу, что это не просто лучший, а единственный шанс выиграть кампанию.
«Секрет стратегии заключается не в том, чтобы отыскать единственный путь к победе, а в том, чтобы создать положение, в котором к победе ведут все пути». Именно так они победили минувшей осенью. Именно так принц намеревался строить кампанию и в этот раз но морозы, внезапно ударившие на исходе зимы вместо привычной в это время года оттепели опрокинули все расчеты. Минус 27 по Цельсиолю – это на севере страны, здесь, конечно, теплее, но, грустно скаламбурил принц, погоды это не делает.
Те 20 тыс. солдат, которые находились в лагере были обеспечены и продовольствием и одеждой и дровами, но для наступления предполагалось стянуть вдвое больше. Главной неприятностью стало отсутствие имперского экспедиционного корпуса – шторма задержали флот Гайифы у Кир-Риака, а база не позволяла прокормить 20 тыс. солдат в течении двух месяцев. Возвращение флота в империю означало безнадежную потерю темпа – теперь они не могли прибыть раньше месяца Летних Ветров. Подготовка к наступлению в Дриксен велась, но морозы замедлили ее и здесь. Не на много – отставание на несколько дней от графика то в одном месте, то в другом... Эти отставания должны были накладываться и усиливать друг друга. Уже сейчас можно было сказать, что удвоить численность войск удасться не раньше, чем через три месяца – солдаты были, но проблемы, как всегда, доставляло материально-техническое снабжение.
Все это не только откладывало начало наступления, а ставило под вопрос сому его осуществимость, ведь талигское командование тоже не будет сидеть сложа руки. Сейчас армия фок Варзова сильно расстроена осенне-зимними неудачами, но если дать ей столько времени – она оправится и все преимущества будут утрачены. В первоначальных планах учитывалась слабость Талига, порожденная недавним политическим переворотом, но ведь эта слабость скоро будет преодолена. В последней разведсводке доктор Менгеле сообщал принцу, что в Олларию прибыла графиня Тви, а это означало, что время на исходе.

Графиня Тви... Принц Рупрехт видел ее лишь однажды, еще до войны (а ведь было такое время – до войны...). Тогда им не удалось даже толком поговорить. Очаровательная женщина, графиня обладала невероятным даром успокаивать горячие головы, пробуждать благоразумие и прекращать распри одним своим появлением. Как ей это удавалось – Рупрехт не понимал, но свято верил - окажись графиня в нужном месте в нужный момент – и не было бы ни революции, ни вторжения... Увы, при сегодняшнем раскладе появление графини в Олларии означало только одно – расчитывать на продолжение беспорядков в столице можно хорошо если только в течении двух месяцев, после чего порядок будет восстановлен. А значит, времени не осталось, наступать следует немедленно.

«Вчера было рано, завтра будет поздно» - принц вспомнил удачную фразу Модо, идеально подходившую к сложившийся ситуации. Сейчас он собирался предпринять именно то, на чем сломали шею талигойцы прошедшей зимой. Обычно из-за оттепели горные перевалы непроходимы в это время года, но мороз, доставивший столько проблем, задержал наступление весны. У нас есть всего неделя, не больше. За это время мы должны проскочить перевалы а там... То, что произойдет там, можно было только гадать. Принц расчитывал на внезапность, натиск, растерянность в рядах противника и, в немалой степени, на удачу. Впрочем, - усмехнулся он, - все не так фатально. Даже если расчеты не оправдаются, путь отступлениясуществует. Неочевидный и уже потому дающий надежду на сохранение армии. Но идти на отчаянное дело, держа в уме мысли о неудаче? Рупрехт умышленно не обсуждал с подчиненными возможность отхода и себе запретил думать об этом. «Нашим девизом должно стать: «только вперед».

... Вопросы?

- Насколько мне известно, наше наступление планировалось одновременно с действиями фок Топпа и Штауфенберга, - голос командующего артиллерией генерала Йозефа Ранцау вернул Рупрехта комнату.

- Нам придеться отказаться от синхронизации действий с корпусом Штауфенберга. Ничего, фок Топп уже взрослый, да и Штайфенберг не младенец. Они получили приказ начинать, как только достигнут состояния готовности, - и хорошо бы им не затягивать больше месяца, мысленно закончил кронпринц.

[Riana]

Графиня пила первую утреннюю чашку кофе, когда дворецкий объявил: «Баронесса Дженнингс».
Вслед за ним в комнате появилась молодая женщина в дорожном платье.
-Тви!
-Риа!
-Тви, как же я рада, что застала тебя дома.  Баронесса пребывала в полной растерянности. Приехав в столицу, она нашла свой дом реквизированным и разграбленным, библиотеку пустили на растопку, в саду устроили конюшню. В свое время она была достаточно романтичной особой, и ветры революций горячили воображение и волновали сердце, потом жизнь внесла свои изменения… А такое обращение с тем, что, как провозглашали комиссары, стало их и навсегда, и вовсе не укладывалось в голове. Хорошо, баронесса вовремя вспомнила о своей старой подруге, графине Тви, с которой познакомилась, когда та с мужем совершала свадебное путешествие. Ах, летний Юг. Море, легкий туман с гор по утрам… Уходя, он оставлял на темной зелени листьев маленькие сверкающие капли росы. Именно там, во время прогулки, они и познакомились и подружились, а после завязалась задушевная  переписка.
-Тви, расскажи мне, что происходит. Что творится в столице? Что с войсками? Мне необходимо это знать!
Конечно, графиня знала. Она понимала, что ее подругу привело с Олларию не только беспокойство за сохранность имущества, но и неизвестность о судьбе одного тентьента, служившего у полковника Ансела и покинувшего город вместе с ним. К сожалению, у Тви не было никаких вестей о нем. Оставалось ждать.
Дамы проговорили долго. Коротко и живо описав ситуацию в  столице, Тви посетовала  на невозможность связать с фок Вальдштайном. Она представляла себе дальнейший план по поднятию восстания, пленению заговорщиков-комиссаров и их публичному наказанию. Упомянув об этом, графиня пленительно улыбнулась и заметила, что уличным столбам не давно не хватает украшений, а восстановление разрушенного потребует рабочих рук. Но было одно обстоятельство. Под Олларией стоял корпус Стражей революции под командой тов. Фернандо Альвареса Контра-эль-Вьенто (это около 20000 человек), который состояли не из разгульных бандитов и представлял собойсерьезную силу. Любая самостоятельная попытка поднять  восстание в городе будет утоплена комиссаром в крови за несколько дней.
Необходимо было связаться с генералом. Но как это сделать? 

[Twistress]

Графиня с сожалением вздохнула. Что-то слишком много времени она стала проводить около окна своей спальни. Сначала смотрела на дорогу, не появится ли Модо. Потом - провожала взглядом Люсьену и Лаваля, которые отправились по знакомым в разные части города: выяснять настроения горожан и пытаться организовать их хоть на какие-то активные действия.

А теперь она опять провожала свою подругу.
Конечно, они попрощались, как положено старым добрым приятельницам, со слезами и уверениями в том, что "все будет хорошо". Но на душе графини было неспокойно.

Баронесса Дженнингс отправилась недалеко. По до-смутным временам - так вообще близко... Но каждый шаг ее был опасен. Риа должна была притвориться скромной олларианкой, едущей к свекрови в пригород. На самом же деле она везла письмо, подписанное графиней и несколькими ее друзьями, полковнику фок Вальдштайну, по слухам расположившемуся где-то лигах в 20 от столицы с армией, достаточной для того, чтобы оказать поддержку тем силам, которые полагала пробудить в столице графиня.

Ее давний друг, в прошлом - гвардеец кардинала, а ныне - скромный учитель фехтования, живший в маленьком, но потрясающем обаянием истинного благородства домике в одном из тихих районов столицы, снабдил графиню сведениями о Вальдштайне. А также подробно рассказал баронессе Дженнингс (после не менее подробного ... допроса, иначе это нельзя назвать! Хорошо, что Риа понимает, что жертвы во имя благого дела иногда необходимы!) - как добраться до лагеря Резервной армии (что бы это ни означало).

Графиня Тви не сомневалась, что Риа сделает все, как надо. Оставалось только надеяться, что Вальдштайн окажется если не человеком Чести, то умным человеком и поддержит тех и там, где это необходимо.

Тем не менее, Тви была настроена решительно. Надеяться на помощь - это, конечно, хорошо, но и самим надо делать все возможное.

В планах графини было небольшое народное восстание. Под умелым руководством. И с заранее срежиссированным результатом - это вам не юноши из ООТ, нам результат необходим предсказуемый и предсказанный.
Говорят, что военная верхушка сидит во дворце? И не знает, как отнестись к бандам "комиссаров", которые вовсю хозяйничают на улицах родного города?
Что ж. Тогда - поедем во дворец!

[Lord Guan]

Постоялый двор в Олларии. Месяц Зимних Молний, 1 г. К.В.

Молодой дворянин сидел в общей зале скромного, но опрятного постоялого двора на окраине столицы. Все в его облике выдавало в нем сына небогатого помещика из Норуэга, каковым он, по всей видимости, и являлся. "Господин Карлссон, путешествующий по семейным делам" - так было записано в гостевой книге постоялого двора.

Норуежец имел голубые глаза, золотистые волосы, был строен и высок ростом. Впечатление несколько портила некоторая ... э-э-э ... полнота, которая, однако, возмещалась поистине королевской осанкой.

Одет дворянин был в добротный дорожный костюм простого покроя, на столе рядом с ним лежали широкополая фетровая шляпа, длинная рапира в потертых ножнах и пара пистолей.

Заезжий физиогномист определил бы нашего героя как человека умного, весьма уверенного в себе, но, увы, небогатого и не могущего похвастаться высоким положением.

Норуэжец как раз заканчивал свой поздний завтрак, когда в залу спустилась молодая особа, с виду - скромная олларианка из предместья. Дама расплатилась с хозяином заведения и поинтересовалась, готовы ли уже лошади.

Как странно ... По столице нынче на лошадях не ездил никто, кроме комиссаров и их подручных. Значит, дама планирует прогуляться за город ... Хм-м ... Не очень-то сейчас подходящие времена для загородных прогулок. Дороги вокруг Олларии прямо-таки кишат разбойниками, маордерами, оотовскими патрулями и прочим малоприятным сбродом ...

За всем этим чувствовалась какая-то интрига ... И почему дама путешествует в одиночестве? Неужели на всем этом форуме во всей столице не нашлось ни одного кавалера, который вызвался бы сопровождать ее в столь рискованный вояж?

Странно, очень странно ... Карлссон подождал немного, затем бросил на стол серебряную монету, собрал свое нехитрое снаряжение и, стараясь не привлекать ненужного внимания, направился вслед за незнакомкой ...

[Twistress]

Люсьена и Лаваль пили чай на обширной темной кухне, расположенной в подвале особняка графини Тви. Разговор был невеселым, но необходимым. Даже тот факт, что чай был пустым, без варенья, плюшек или хотя бы пары кусочков колотого сахара, сегодня воспринимался не как обыденность бытия, а как то, с чем надо бороться, пока есть силы.
Люсьена рассказывала о том, что ей удалось сделать за последний месяц в Нижнем Городе. Ремесленные кварталы тихо бурлили. Сначала это варево выплескивалось на улицы в виде марширующих "продотрядов". Потом отряды поредели. Надо было заниматься делом, а не маршировать. С началом работы становилось ясно, что жизнь пошла совершенно иная, не та, что при Фердинанде Добром. Налаженные механизмы поставок сырья скрипели, шла ли речь о кожах для кожевенного производства, о муке для пекарей или о полотне для белошвеек. Недовольство висело в воздухе плотной, серой завесой. Люсьена была уверена, что еще несколько недель - и люди, уже бравшие в руки оружие, будут готовы к активным действиям. Надо только было подкинуть им идею - что делать.
Лаваль рассказал о своих встречах с военными. Ему даже не пришлось особенно заковыристо выдумывать разные истории. Он просто сидел в олларианских кабаках, притворяясь разорившимся владельцем какой-нибудь мастерской - таких нынче в столице было даже слишком много, много больше, чем обычно, - и разговаривал, разговаривал, разговаривал.
Было с кем. Солдаты, младшие офицеры и старшие командиры - или сидели во дворце, или весь день проводили в многочисленных пабах, барах и "заведениях" столицы. Делать им больше было совершенно нечего - вот они и пили, ели, ... разговаривали с завсегдатаями. Командование отчего-то медлило. Власть в столице фактически принадлежала комиссарам. Власть на улицах. Центральных. Но в кварталах ремесленников, да и на задворках домов побогаче, все было не так очевидно. Комиссаров было мало, а людей - много. Комиссары были жестоки и свирепы, это правда. Но люди ... люди жили и не хотели умирать. Ни от голода, ни по какой иной причине.
Военные тоже были готовы. К чему угодно, что угодно делать - но не сидеть на месте.

Лаваль и Люсьена поднялись с места синхронно. Наступало время ежевечернего доклада графине. Вот-вот она должна была подъехать к дому на своей карете. Времени будет мало: графиня теперь завела привычку каждый вечер, как стемнеет, исчезать, закутавшись в плащ потемнее, в тьме улочки, подходящей к заднему крыльцу ее дома...

[Rochefort]

Походный лагерь центральной армии, село Яссенперетц близ истоков реки  Амзель, 7 день Весенних Скал

- Удачного путешествия, фройляйн Клара, - негромко произнес принц, - и да пребудет с вами милость Создательницы.
Его Высочество не напрастно приглушил голос – никто не должен был догадаться, что под маской  изящного молодого человека на прекрасном линарце, готовящегося к отъезду, скрывается сама фройляйн Клара фок Бейлль, баронесса Тегетхоф-ур-Зоргау, которую, впрочем, в определенных кругах предпочитали называть просто фройляйн.
- Не ожидала, что вы настолько религиозны, Ваше Высочество – лукаво блестнули заленые глаза.
- Все-таки мы – правоверные эсператисты идем на войну с олларианскими еритиками, - мягко улыбнулся Рпрехт, - по какому же еще поводу просить милости у Создательницы, если не по этому?
- Особенно перед переходом через эти заснеженные горы.
Интересно, в ее взгляде действительно мелькнуло сочувствие, ели ему все-таки показалось?
- Ну вы же понимаете – мы, доблестные рыцари, устремляемся на врага по кратчайшему пути, не разбирая дороги...
- ... зато мы, низкие шпионы, выбираем окольный путь даже если нужно зайти к соседу за водой.

...

Проводив фройляйн Клару (теньента Винкельхока – поправил себя принц), Рупрехт вошел в дом деревенского старосты, превращенный в штаб. Уставшие войска располагались на отдых. Сегодня армия соединилась с обозом, заблаговременно высланным из Ашенпутцеля. Присутствие обоза придавало определенное чувство уверенности, хотя принц понимал – телеги неизбежно отстанут при переходе через горы. Ну и пусть, нагонят после. Главное – что они есть. Рупрехт вновь просмотрел последние разведданые, которые доктор Менгеле сумел передать ему с фройляйн. Пока обстановка не внушаля опасений. Армии Анти-Дюринга и Варзов все еще пребывали на зимних квартирах. По данным Менгеле склады продовольствия у Варзова почти опустошены, а это значило что Варзов планирует начать серьезные военные действия не раньше месяца Весенних Волн – когда появится возможность собирать фураж для лошадей. Войска Анти-Дюринга настолько истощили местность, что теперь их приходилось держать рассредоточенными. С одной стороны это хорошо, но те же причины осложняли переход в наступления и для дриксенцев. Пожалуй, самое серьезное опасение внушало положение на море – внезапные морозу, сделавшими проходимыми болота Шваршильда и перевал Бреннер обернулись на побережье штормовыми ветрами. Как бы ни был упрям фок Топп, он будет вынужден задержаться. Правда Менгеле уверял, что флот откроет компания при первой возможности, но по крайней мере, на первом этапе Рупрехту придеться справляться в одиночку.
Что ж! У него три варианта продолжения компания – не может быть, чтобы не сработал бы ни один.

Решительно бросив письмо в печь, кронпринц вышел из перетопленного дома на улицу. Интересно, какое задание получила баронесса? Неужели Менгеле реагирует таким образом на появление в Олларии графини Тви? Гадать было бессмысленно – с той же вероятностью целью фройляйн мог быть и нухутский султан.
Отец фройляйн Клары, барон фок Тегетхоф застрелился, проиграв свое состояние в карты, когда баронессе было 17 лет, ее мать умерла годом раньше. Обычно девицам, попавшим в такой жизненный переплет, прямая дорога замуж, причем, как правило, не за дворянина а недавно разбогатевшего негоцианта, желающего таким образом приобщиться к благородному сословию. Но фройляйн Клара решила иначе. Никто не знал, каким образом ей удалось привлечь внимание доктора Менгеле, однако, вот уже восемь лет баронесса являлась лучшим и самым опасным агентом секретной службы Дриксен. Принц помнил, сколько шума наделала история с королевскими повесками, случившаяся вскоре после подавления восстания несчастного Окделла. Тогда Айнрехтский кабинет* был встревожен начавшимся романом юной королевы Катарины со свежеиспеченным Первым Маршалом Талига. Королева была влюблена самозабвенно, Рокэ Алва, казалось, тоже. К ужасу враждебных Талигу государств идея примирения старой аристократии с Олларами стала приобретать очертания и даже отчаянное противодействие Штанцлера не давало результата. И вот в деле, которое поставило в тупик опытнейших дипломатов, победу сумела одержать восемнадцатилетняя девушка.
Однажды стало известно, что королева подарила Ворону подвески – десять сапфиров и две алых ройи, сверкавших как капельки крови на серебрянной (Алва не посит залото) цепи. Залог любви, который Ворон поклялся носить не снимая. На одном из балов фройляйн Клара, танцуя с Первым Маршалом сумела срезать ройи с цепочки. Все знали, что Аурелия Гонт, предыдущая возлюбленная Ворона тяжело переживает разрыв и не оставляет надежды на примирение. И вот, в тот же вечер, паж, одетый в цвета Алва преподнес эрэа Аурелии две алые ройи, подарок, якобы от Ворона с приглашением немедленно прибыть на бал во дворце. Дальнейшее было разыгранно по минутам – королева заметила отсутствие камней и прежде, чем Первый Маршал сумел найти объяснение проходивший мимо эр Август "объяснил" ей, что казна пуста, а армия нуждается в сапогах и Ворон, видимо, заложил камни, чтобы обеспечить боеспособность своих полков. Королева готова была поверить, а изумленный Ворон еще только подбирал слова для ответа когда Штанцлер отступил в сторону и взору присутствовавших открылась Аурелия Гонт, которая бросилась благодарить Алву за щедрый дар...
Свидетели заявляют, что в тот вечер они услышали истинно королевский вопль, пронесшийся от Эмденский скал до холтийских песков. А потом Катари перешла в атаку. Первый Маршал слыл отважным воином и лучшим фехтовальщиком Золотых земель, но отразить удар фарфоровой вазой времен Эрнани Святого сумел и он... Эта была единственная битва в которой Алва показал спину противнику, впрочем, спесения не было даже в бегстве – шестерым гвардейцам оказалось не под силу удержать королеву. Сотрясение мозга у Ворона со временем прошло, оставив в качестве напоминания о себе внезапные приступы головной боли (заставляющие его прижимать ладони к глазам), а вот шрамы на спине, оставленные ногтями Катари, он продолжает носить по сей день**.
Вот так закончилась попытка кардинала Дорака примирить людей чести с новой знатью.
________

* Кабинет - в данном случае используется как синоним слова "правительство"

** Кардинал Дорак попытался распустить слух, что раны на спине Алвы получены в результате коварного нападения, организованного Эгмонтом Окделлом, и данное пропагандистское заявление нашло отражение в "Отблесках Этерны". Однако известно, что современники  знали правду и не принимали на веру измышления кардинала Сильвестра.

[Lord Guan]

(Из проповеди достославного Енниоля, произнесенной по поводу ликвидации Ордена Асассинов в параллельной реальности)

... О чем думает такой асассин? Он думает об выпить хорошую стопку касеры, об дать кому-нибудь по морде, об своих ызаргах и ничего больше. Вы хотите жить, а он заставляет вас умирать двадцать раз на день. Что сделали бы вы на месте Империи? Вы ничего бы не сделали. А Империя сделала. Поэтому она Империя, а вы держите фигу в кармане ...