Учите матчасть, юноша

СПОЙЛЕРЫ

УЧИТЕ МАТЧАСТЬ, ЮНОША

Автор: lady_may
Фэндом: Отблески Этерны
Жанр: юмор
Персонажи: Ричард Окделл, Рокэ Алва
Предупреждения: откровенное АУ, но меня извиняет то, что так и было задумано Подмигивание

Возможна некоторая степень ООС, ибо я не отношу себя к людям, которые умеют писать за Алву
Примечания: все права на персонажей и мир – Вере Викторовне; права на содержание – мне, уж не обессудьте

Ричард стоял перед дверью в кабинет своего эра и изучал завитки на дереве. В кармане лежал перстень Эпине, а сам он до сих пор терзался сомнениями. Вернее, их остатками, поскольку в юноше все больше крепла твердая уверенность, что он решил все правильно. Когда Дикон уже окончательно принял решение, дверь внезапно распахнулась, и на пороге возник, будто Вальтазар в Нохе, герцог Алва собственной персоной. От неожиданности Ричард отшатнулся.
– Вы что-то хотели, Окделл? – вежливо поинтересовался Рокэ, с интересом изучая своего оруженосца. Тот растерянно молчал. Сказать «нет» и уйти теперь было глупо, и Налю было б ясно, что он неспроста стоял прямо перед дверью. Так что Дик неуверенно пробормотал, пытаясь выдумать предлог поправдоподобнее:
– Я… Я хотел… спросить…
– Заходите, – Ворон махнул рукой, поворачиваясь к оруженосцу спиной. – И налейте мне вина, раз уж пришли.
Сердце Дикона едва не выпрыгнуло из груди. Вот оно! Но Ричард сразу же себе напомнил, что он уже все решил. Хотя руки все равно тряслись, а перстень будто прожигал бок сквозь ткань. Звякнул кувшин, темно-красная струя глухо булькнула о дно.
– Так что вы хотели узнать? – поинтересовался за спиной герцог, заставив мысли Ричарда заскакать очумевшими бакранскими козлами.
– Я… Вы… – забормотал юноша, поворачиваясь к эру и запнувшись, встретив насмешливый синий взгляд.
– Леворукий, только не говорите, что вы явились признаться мне в любви, – в притворном ужасе покачал Рокэ головой и этим заставил Дика стушеваться еще больше.
– Нет! Я… Я хотел спросить, что было в том письме, которое привез гонец? – выпалил, наконец Ричард первое, что пришло в голову.
– Эк какой вы любопытный. Что было, того уже нет… Налейте мне наконец-то вина. Копаетесь похуже Хуана, – с досадой в голосе велел Ворон и опускаясь в кресло у зачем-то разведенного камина.
Дикон послушно наклонил кувшин, в бокал хлынула рубиновая струя, и юноша подумал, что даже если бы он передумал, шанс все равно упущен.
Герцог взял протянутый бокал, отпил, немного посмаковал, после чего с тоской сказал не то Ричарду, не то стене за его спиной:
– Ну вот, все-таки не решился… Леворукий бы побрал вашего Штанцлера, какой бред он вам наговорил, раз вы отказались от столь почетной миссии?
– Что..? – разом осипшим голосом с трудом выговорил Дик.
– Учите, юноша, матчасть, – гибко потянувшись, Рокэ взял с подлокотника кресла объемистую книгу, которую, судя по всему, читал до прихода своего оруженосца, и бросил Ричарду. Тот машинально поймал, опустил глаза на обложку и прочитал название – «От войны до войны». Все встало на свои места, кошки бы разодрали Хозяйку и эти книги, которые будут похлеще трудов Пфейхтайера. И где только Алва их раздобыл? Считалось, что их во всем мире один или два экземпляра.
Вскинув голову на своего эра, Дик упрямо свел брови и заявил:
– Я не буду вас травить, эр Рокэ!
– Юноша, вы полагаете, из-за ваших дурацких фанаберий я откажу себе в удовольствии прикончить четверых Людей Чести? – удивился Алва, отпивая из бокала. Ричард стиснул в руках книгу, эр как всегда издевался, и ему как всегда захотелось его убить.
– Ну же, юноша, давайте! – подался вперед герцог. Но Дикон уже закусил удила:
– Нет, монсеньор, я не собираюсь подливать вам отраву! Могу оставить вам перстень – и травитесь в свое удовольствие, сколько влезет!
– Дерзите, юноша? – осведомился Рокэ. – К вашему сведению, столь очаровательное непостоянство едва ли можно назвать достоинством. То вы требуете удовлетворения, то отказываетесь меня отравить… Как это утомительно! Давайте я вас промотивирую, что ли. Отдайте-ка книгу.
Дик растерянно отдал, совершенно не представляя, чего от Алвы ожидать. С него станется и пистолетом пригрозить. А книгу забрал, чтоб прикрываться нечем было.
– Так, посмотрим. – Герцог в задумчивости перелистнул несколько страниц, поводил по строкам пальцем и с досадой заметил: – Не тот том. Читателям и извращенцам сие многообразие частей, разумеется, душу греет, но пока нужную цитату найдешь, сьентификом себя вообразишь. Что ж, попробую по памяти.
Рокэ откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза, вспоминая, и менторским тоном произнес:
– Итак, юноша, напоминаю. Я заколол вашего отца, отправил в Закат целое стадо, простите – толпу Людей Чести на дуэлях, утопил одну премилую деревеньку, застрелил бедолагу Адгемара… Ах да, еще угробил юного Феншо. Или он был не столь юн, как мне казалось? Не знаете, юноша, он на тот момент двадцатипятилетие уже справил? Впрочем, неважно. По-моему, я еще какое-то злодейство запамятовал…
– Из-за вашего бездействия в Октавианскую ночь было убито много невинных людей, – буркнул Ричард.
– Точно! Знал же, что пропустил что-то! Так что же, юноша, не желаете угостить меня ядом?
– Нет! Эр Август ошибается на ваш счет, и я это докажу! – для убедительности Дикон топнул ногой и сразу же устыдился своего порыва под насмешливым взглядом Алвы.
– Запомните, юноша, доказывать что-то кому-то – неблагодарнейшее дело. Доказывают только дураки и математики, а вы, слава Создателю, не то и не другое. Впрочем, насчет первого я уже не уверен…
– Эр Рокэ!
– Может и не дурак, но с памятью у тебя беда, – вздохнул Ворон. – Окделл, как я вам велел ко мне обращаться?
– Простите, монсеньор…
– Так-то. Что ж, значит, мои злодеяния вас на убийство не прельщают … – Рокэ задумчиво полистал книгу, наткнулся на какой-то фрагмент и вскинул бровь: – О, вот оно! А хотите, я вам сонет прочитаю? Я его написал, когда мне было пятнадцать и я собирался геройски погибнуть на дуэли.
– Не надо! – воскликнул Ричард, бровь Алвы снова взлетела:
– Полагаете, мой талант к стихосложению столь ужасен? Что ж, возможно вы правы. Но мы никак не сдвинемся с мертвой точки, а это начинает утомлять. Попробуем с другой стороны зайти. Юноша, не желаете избавить уставшего от жизни, преданного вся и всеми человека от мучений?
– Нет, – глядя исподлобья, буркнул Дик. Ворон разочарованно вздохнул.
– До чего же с вами сложно, Окделл. Воистину, блаженное вы создание. Не пробовали попроситься к Оноре послушником? Глядишь, вас бы через десяток-другой лет и к лику святых причислили б. После того как отправили в Рассвет, разумеется.
– Преподобного убили, – выдавил из себя Ричард, избегая смотреть на своего эра.
– Вот как? Тогда у вас были шансы стать святым куда раньше. Ваша матушка, без сомнения, была б счастлива, а эр Август поднял бы еще одно восстание. Во имя очередного невинно убиенного Окделла.
– Монсеньор! – выкрикнул Дикон. Алва обрадовался:
– Неужели вы уже близки к убийству? Можете всыпать яд прямо мне в бокал, не смущайтесь. Хотите, я даже отвернусь?
– Идите вы… к Леворукому! – сам пугаясь своей храбрости, выкрикнул Ричард, зачем-то топнул ногой и вылетел из кабинета Рокэ. И уже хлопая дверью, услышал оклик Ворона:
– Вы бы хоть мне перстень оставили, юноша! Нужна же мне причина, чтоб кого-нибудь убить…