Добро пожаловать в подземелья

На фоне легкой степени озверелости в ожидании "Рассвета" СПОЙЛЕРЫ, решилась выложить свое "творение".
Как это толком обозвать и к чему отнести, пока не знаю.
Кому принадлежит мир и герои, полагаю, все помнят?

"- Люди забыли эту истину, - сказал Лис, - но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. Ты в ответе за твою розу."
Зверь вздохнул и утер крылом выступившую слезу. Как это верно! "Люди забыли..." Люди вообще о многом забывают. Люди забыли даже о нем, последний раз его призывали... Сколько ж кругов назад это было?
Не то чтоб ему так хотелось бежать на зов, не собачонка, и возраст уже вполне достойный... Вот только все стремятся им командовать! А приручить его почему-то никому в голову не приходит. Наверное, по причине солидности - переглянулись обе кабаньи головы, а белая конская тоскливо посмотрела в закат и вернулась к чтению.
Что-то неладно было в окружающем мире. То из заката выползало такое, что и съесть противно, то что-то где-то сотрясалось, отвлекая от чтения, то сны снились странные. Особенно золотой голове. Зато именно в такие неладные времена можно раздобыть что-нибудь новенькое и еще непрочитанное - все-таки миров тысячи, что-то да вывалится. Зверь был настолько древним, что имел все основания считать себя мудрым. Освоить пару тысяч языков за столь продолжительное время было не очень сложно, да и разбирать иномирную письменность оказалось занятно. Зато от недавнего опуса некоего соотечественника Зверя прихватила изжога. Нет, точно от стихов! Съеденная закатная тварь тут не при чем.

Книг в подземелье было много, даже очень много. А что еще делать в ожидании призыва? Спать? Круг напролет?
О том, как можно собрать столь обширную библиотеку, не покидая гальтарских лабиринтов, Зверь мог рассказать многое - вот только кому? Не изначальным же тварям! А Оставленной это будет неинтересно, она уже и не заходит, даже поплакаться.
"Все-таки Унд был не прав, - крамольно подумал Зверь. - Как можно бросить такую женщину? Тем более уже... приручив? Как же там было написано?" Поспешно перелистнул щупальцем пару страниц.
- " ...и ей нечем защищаться от мира, у нее только и есть что четыре шипа. А я бросил ее, и она осталась на моей планете совсем одна!"
Все четыре головы заговорщически переглянулись.

- "У каждого человека свои звезды. Одним - тем, кто странствует, - они указывают путь. Для других это просто маленькие огоньки. Для ученых они - как задача, которую надо решить. Для моего дельца они - золото. Но для всех этих людей звезды - немые. А у тебя будут совсем особенные звезды..."
Под конец книги слезы утирали уже три головы. Одна, самая гордая, бдительно поглядывала по сторонам, но и ей было не по себе.
И тут его уединение грубо прервали, свалившись откуда-то сверху, да вдобавок наступив на хвост!
Одну тварь Зверь не задумываясь пнул куда-то в закат, после чего отряхнулся и уже внимательнее присмотрелся к тому недоразумению, что свалилось ему на загривок.
Человек. Точнее, мальчишка. Молодой и перепуганный. Заложив щупальцем понравившееся место в книге, чтоб потом перечитать, Зверь кратко уточнил:
- Не Ракан?
- Н-нет!
- Вот и хорошо. Тогда... Что ты тут делаешь?
- Я... Мы... А он вдруг... А где я? - разглядев-таки, с кем говорит, парень беспомощно захлопал ресницами.
Зверь принюхался. Похоже, Повелитель. Ох, уж эти Изломы. Мальчишке бы дома сидеть и книги умные читать. Под присмотром кого-нибудь старшего - с ремнем.
А он в лабиринтах, да с Закатными тварями шастает, самая подходящая компания, ничего не скажешь! Да если учесть повелительство... Интересно, там, наверху еще что-нибудь осталось?
- Добро пожаловать в Гальтарские подземелья. Разве ты не сюда собирался?
- Сюда... А где...
- А тварям закатным тут не место. Они шумные, вечно голодные и вообще, отвлекают меня от самосозерцания, - попытался пошутить Зверь. Мальчишка не понял, но не рассказывать же про изжогу и неаппетитный вид этой мерзости. - А вот что мне с тобой делать?
- Но вы же Зверь Раканов? Таинственный и всемогущий? - осипшим голосом переспросило это недоразумение.
- Примерно так.
- Но Раканов же не осталось! А вы - даже не помогли последнему! А ведь избранников должна хранить воля Кэртианы?!
- Не осталось ли? - Зверь опять принюхался. Интуиция говорила об обратном, хотя Раканами действительно не пахло. - А я, по-твоему, должен за ним ползать и выспрашивать, не нужна ли случайно моя помощь? Я тебе что - палочка-выручалочка или служебная собака? Мне больше кругов, чем ты сможешь сосчитать, я еще Унду любовные записки передавал, и он, кстати, благодарил, а не командовал, как ваши бесценные Раканы и отдельные обнаглевшие Повелители!
- Н-но...
- Парень, тебя кто вообще воспитывал? Тебя не учили, что перебивать старших - нехорошо?! Ясно, - дожидаться ответа Зверь и не подумал. - Придется тобой заняться...
- Съесть? - переспросил мальчишка, отважно зажмуриваясь.
- Зачем есть? Перевоспитывать. Да ты присаживайся, времени у нас - целая вечность.
- Как вечность? - бедолага все-таки плюхнулся на пол.
- Здесь время идет немного иначе. Как у тебя с физикой? Впрочем, догадываюсь. Ладно, парадоксы и особенности пяти измерений будем рассматривать позже, - Зверь вовремя понял, что хотя анатомические особенности и вековая мудрость позволяют ему читать одновременно четыре лекции на разные темы, слушатель в таком случае не поймет ничего.
- Так, где-то тут было... - Зверь усердно откапывал нечто подходяще воспитательное. - А, вот. Стиль староват, но сгодится.

- "Имеет сущий благочестный кавалер быть смирен, приветлив и учтив. Ибо гордость мало добра приносит, и кто сих трех добродетелей не имеет, оный не может превзойти, и между другими просиять, яко светило в темном месте или каморе."
Шел второй час лекции. Мальчишка даже перестал трястись от страха.
"Младому человеку не надлежит быть резву и выведывать других людей тайн. И что кто делает - ведать не надлежит. Так писем, денег или товаров без позволения не трогать и не читать, но когда усмотришь, что двое или трое тихо между собою говорят, к ним не ступать, но на сторону отдалиться, пока они между собою переговорят." Ты меня вообще-то слушаешь? О чем задумался?
- Вы не представляете, я такого натворил... Я не могу сказать.
Да уж, расспрашивать пока бесполезно. Ладно, торопиться некуда. Перевоспитывать так перевоспитывать. Зверь покровительственно прикрыл мальчишку крылом.
- Эх, видел бы ты, парень, что я по молодости творил! Кругов этак назад...- Зверь мечтательно зажмурился, потом синхронно помотал кабаньими головами, отгоняя забавные и жуткие картины былых деяний. - Как-нибудь расскажу. Когда перейдем к теме "Вот этого делать не следует". Так, о чем я? "…Младыя люди не должны ни про кого худого переговаривать. И ниже все разглашать, что слышат. А особливо что ближнему ко вреде, урону и умалению чести и славы касатися может. Всегда недругов заочно, когда они не слышат, хвали, а в присутствии их почитай и в нужде их им служи, также и о умерших никакого зла не говори." Куда ты пополз? Отсюда все равно выхода нет!
- Как нет?!
Зверь покосился в закат. Есть, конечно, куда ж они денутся, выходы? А входов - вообще излишек. У закатных тварей - свои, у Оставленной - свои, стражи порой шастают не пойми откуда. Раканам и вовсе ковровая дорожка полагается... Где ж она валялась, дорожка-то? Ладно, потом найдется.
Но в Закат мальчишка не захочет, а куда поприличней выход найти - не сумеет, не той крови. Вот и хорошо!
Ему ведь одному скучно, а мальчишка... Можно же попробовать?
Нет, не съесть, приручить!
- Кушать не хочешь?
Тот испуганно мотает головой. Да, к мысли о съедобности закатных тварей придется привыкнуть. Впрочем, можно постараться и раздобыть еще что-нибудь повкуснее.
- Тогда продолжим? "... никакое неполезное слово, или непотребная речь да не изыдет из уст твоих. Всякий гнев, ярость, вражда, ссоры и злоба да отдалится от тебя. И не желай никаких ссор: все, что делаешь, делай с прилежанием и рассуждением, то и похвален будешь. Кто тебя наказует, тому благодари и почитай его за такого, который тебе всякого добра желает."

Как все же удобно иметь четыре головы. Не отвлекаясь от лекции, Зверь украдкой перелистнул полюбившуюся книгу.
"Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. Самого главного глазами не увидишь".
Черная конская голова непримиримо смотрела в закат, все-таки нельзя забывать, что он бережет Кэртиану.

Мальчишка мирно дремал, положив голову на его крыло.