Влад Цепеш

Обнаружил.

Влад III Дрэгуля по прозвищу Цепеш (1448, 1456-1462, 1476).
Крупный успех христиан под Белградом не означал полного уст¬ранения османской угрозы. В 1459 г. Сербия была превращена в турецкую провинцию под властью паши, а местные христиан¬ские феодалы заменены тимариотами (держатели османских во¬енных феодов). В 1463 г. под прямую османскую власть попала Босния. С 1456 г. Молдова стала «выкупать» мир, выплачивая дань султану. Участились османские набеги на Валахию.
В этих условиях, захватив в 1456 г. власть, Влад, сын Влада Дра¬кона (из ветви Драконов, по определению Энея Сильвия Пикколо-мини), реорганизовал войско, ограничил ослаблявшие страну вну¬тренние привилегии, ввел жесткие наказания за неповиновение, предательство и воровство, установив в Валахии строгие порядки. По мнению его современника Лаоника Калкокондила, несмотря на строгость применявшихся наказаний, румынский господарь явился реформатором «Дакии» и остался в памяти потомков как борец за справедливость, что отмечал М. Эминеску еще в XIX в. Господарь разработал четкую и конкретную политическую про¬грамму: освобождение страны от турок и возвращение занятых ими дунайских крепостей Турну и Джурджу; укрепление цент¬ральной власти и своего личного авторитета; наказание противо¬борствующих группировок, в том числе оказавших покровитель¬ство другим претендентам на престол (карательные меры против саксов на юге Трансильвании); поддержка местного купечества (страдавшего от недобросовестной конкуренции трансильванских купцов) посредством организации приграничных ярмарок для оптовой скупки товаров из Трансильвании; возвращение таких «законных владений» румынских господарей, как области Амлаша и Фэгэраша. Карательные меры Влада в Трансильвании (1457 — 1460) вызывали удивление, уважение и возмущение в связи с из¬менением политики господаря в отношении трансильванского ку¬печества, а также страх перед его жесткостью и ненависть к столь неслыханной дерзости.
Важнейшей проблемой, однако, оставалась османская угроза. В 1459 г. господарь отказался от выплаты дани и других обяза¬тельств перед турками. Зимой 1461/62 г. он неожиданно двинул
свои войска на южный берег Дуная и разрушил все османские укрепленные пункты от Раховы до Килии. Одиннадцатого января 1462 г. румынский князь писал своему союзнику, венгерскому королю Матьяшу Корвину, что «помимо сгоревших в домах или не отмеченных нашими людьми» там было убито 23 884 турка. Потом господарь сумел обойти засаду, подготовленную беем Никополя Хамзой, и разгромил османское войско, попытавшееся захватить его в плен. Посадив на кол большинство захваченных врагов, он оставил после себя целый лес таких колов.
В Стамбуле стало ясно, что валашское восстание представляет особую опасность и может послужить примером для прочих «гяу¬ров» на захваченных турками территориях. Поэтому весной 1462 г. отборная османская армия во главе с султаном Мехмедом II, завоевателем Константинополя, выступила в Валахию. Часть ту¬рецких войск беспрепятственно перешла Дунай у Турну, а осталь¬ные силы пошли на судах по морю и Дунаю, захватив Брэилу. Они должны были занять и такой важный стратегический пункт, как крепость Килия. Турки вступили в опустошенную и враждебную страну: небольшое румынское войско отступало, применяя такти¬ку «выжженной земли». Шестнадцатого июля 1462 г. Влад под по¬кровом ночи напал на лагерь противника, надеясь убить султана, однако это ему не удалось. После нападения господарь отступил на север страны для соединения с войсками Матьяша Корвина. Пре¬следуя Влада, османы натолкнулись на ужасное зрелище леса ко¬лов, что способствовало их деморализации. Мехмед был вынужден отдать приказ об отступлении, которое в венецианских, венгер¬ских и сербских летописях было расценено как признание прова¬ла всей кампании, хотя в столице империи без особого энтузиазма говорили о победе и устроили торжества. Неслучайно после тако¬го «успеха» разочарованный султан заявил, что «пока румыны вла¬деют Килией и Четатя-Албэ (Белгородом), а венгры сербским Бел¬градом, мы не одержим победы»8.
Неудача с попыткой превращения Валахии в турецкую провин¬цию не остановила Мехмеда II, продолжавшего стремиться устра¬нить Влада. В обозе турецкой армии была и замена Владу в лице его ората, Раду Прекрасного, воспитанного в Стамбуле и пользовав¬шегося покровительством султана. С другой стороны, значительно Ухудшились отношения румынского господаря с королем Матья-Шем Корвином, который принял сторону брашовских купцов, же-
вших отомстить Владу за решительное пресечение их попытки выдвинуть собственного кандидата на престол Валахии, чтобы обеспечить себе привилегированное положение на рынках княже¬ства. Купцы подделали некоторые документы, согласно которым румынский господарь якобы встал на путь измены христианству. В 1462 г. Влад был захвачен в плен королем Венгрии и более десяти лет содержался в заключении в Буде и Вишеграде. По некоторым данным, в это время он якобы принял католицизм. В 1476 г. при венгерской поддержке Влад вновь вернулся на престол.
Оказанное Владом Цепешем сопротивление предотвратило угрозу захвата страны турками. В 1462 г. между новым господарем Раду Прекрасным и султаном был заключен новый договор об уре¬гулировании румыно-османских отношений. Страна признавала османское верховенство и сюзеренитет Порты и обязывалась пла¬тить ежегодную дань в размере 10 тыс. дукатов в обмен на покро¬вительство, гарантию своего статуса и сохранения существующих государственных учреждений. Хотя объем обязательств при по¬следующих господарях Лайоте Басарабе, Владе Кэлугэру и Нягое Басарабе увеличился, соглашение 1462 г. оставалось в силе до 1540 г., когда турками была захвачена крепость Брэила.
Влад Цепеш был наделен выдающимися человеческими и по¬литическими качествами, но также отличался большими недо¬статками. За беспощадность по отношению к провинившимся и противникам господаря не любили, но боялись и уважали. При¬менявшаяся Владом казнь — сажание на кол — не являлась его изобретением, однако частое ее использование поразило неко¬торых западных свидетелей. Миф о его особенной жестокости в эпоху, когда жестокостью никого нельзя было удивить, был под¬питан преувеличениями так называемой «немецкой повести». Происходившие из враждебной ему трансильванской саксонской среды, эти рассказы содержали множество явных вымыслов. Они наверняка остались бы неизвестными современному миру, если бы ирландец Брэм Стокер не написал в 1897 г. роман «Дракула», представляюший собой плод чистого воображения автора, герои которого, «граф Дракула», не имеет почти ничего общего с под¬линным Владом. Это породило в дальнейшем популярный образ Дракулы — вампира, ставшего героем множества книг, кинолент и других произведений о вампиризме (особенно в США). Даже прозвище Дракулы оказалось искажено. На самом деле оно про¬исходит от «Драгул — Дрэгуля» (по-румынски — «дорогой»), что саксы воспроизвели как «Дракул — Дракула» (по-румынски - «черт»)- Этому способствовало и то, что отец Дрэгули (настоящая фамилия Влада) удостоился в свое время так называемого ордена дракона. Поэтому обвинить его сына в связях с дьяволом или дра¬коном не представляло для его противников особой трудности. Если среди иностранцев он был известен под прозвищем Дракула, то на официальных документах господарь никак не мог подписы¬ваться «Дрэкуля», что могло означать «чертов сын». Получившее широкую известность прозвище Цепеш («сажатель на кол») име¬ет, по всей видимости, османское происхождение. Влад был нео¬бычной личностью, чье бессмертие обеспечили современные ему рассказы и портреты, а также воображение потомков. В памяти румынского народа Влад Цепеш остался олицетворением сильно¬го и решительного господаря, героя сопротивления османам, защитника страны и христианской цивилизации.

отсюда